Анекдот №8 за 03 ноября 2012

Как в России наконец–то сделают нормальный автомобиль, выяснится, что через год заканчивается нефть.

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

Анекдоты из 14 слов

год заканчивается нефть выяснится автомобиль наконец россии

Источник: anekdot.ru от 2012-11-3

год заканчивается → Результатов: 22


3.

Величайший русский врач Боткин С.П., творивший во времена, когда слыхом не слыхивали
о рентгене, УЗИ, и прочих медицинских обследованиях, кои применяются в наше время, ставил диагноз на раз-два, причем никогда не ошибался. Мало того, он всю жизнь учился, познавал, создавал и делился открытиями с коллегами по цеху. Самое ценное, квинтэссенция его научных и практических изысканий, сводится к тому, что обследование и постановка диагноза обязывает врача рассматривать организм в целом, ставить диагностику не только болезни, но и «диагностику больного», лечить не только болезнь, но и больного в целом. Именно Боткин создал учение об организме как о едином целом, где во всём просматривается причинно следственная связь. Один из примеров его гениальности: однажды в выходной день, ранним утром, в его квартиру позвонили, открыв, он увидел на пороге женщину, с девочкой подростком лет 12, просящую осмотреть её дочь, так как они проездом издалека и не могут остаться в Питере, чтобы попасть на приём в будний день. Боткин в пижаме, спросонья, ответил грубо, и собственно, отослал их по известному адресу. Женщина заплакала, взяла дочь за руку и они начали спускаться по лестничному маршу. Боткин смотрел им вслед некоторое время, а потом окликнул женщину и сказал, чтобы девочка по месту жительства пришла к земскому врачу и лечилась от «опущения почек». Именно этот диагноз и был подтвержден (из воспоминаний старой большевички, которая и была той девочкой).
Теперь так не «лечат». Под словом «лечат» я подразумеваю не только УЗИ или рентген, или уколы, или ещё что-нибудь, а и то, что совсем забыли (или просто не хотят, или не знают) современные лекари – тщательно! собирать анамнез. Их, анамнезов, два: ан. болезни и ан. жизни. И если по анамнезу болезни от доктора можно услышать до 10 вопросов (когда заболел, куда отдает, какая температура, стул, и т.д.), то при сборе анамнеза жизни современный врач особо не заморачивается и может только спросить не болел ли ветрянкой, и не было ли в семье шизофреников или туберкулезников. И на этом сбор данных заканчивается. А зря, ведь именно здесь и кроются те самые причинно следственные отношения.

В далекие 197… годы меня спасла врач от Бога, старенькая, за 70 лет, интеллигентная, зав.отделением терапии Марта Леонтьевна. Спасла от постановки неправильного диагноза, и соответственно от «залечивания» организма при надуманной болезни. Вышло так, что я, спортивный молодой человек, студент, в жизни не бывавший в больнице, начал замечать, что появились загрудинные боли в области сердца, в основном днем, длительностью по 5 – 6 часов. На приеме у Марты Л. я не был подвергнут взятию анализов, облучению рентгеном и даже не было сделано ЭКГ. А диагноз был, и причем, правильный. Упор был сделан на анамнез жизни (аnamnesis vitae – лат.). Она тщательно расспрашивала меня: об образе жизни, питании, учебе – сколько пар, когда заканчиваются, чем занимаюсь на переменах, и т.д. Всё оказалось банально – студент, денег в обрез, естественно неправильное питание: хлеб ржаной – 14 коп., халва – 1.20 руб./кг (на 4-5 дней растягивали), молоко – 14 коп. пакет. И так каждый день, за редким исключением, перепадало и мяско и колбаска, но очень редко. На переменке – пирожок с капустой в столовке, на улице не бывал с 8.00 до 15.00. И, простите за медицинские подробности, такая еда просто вызывала обильное газообразование, при этом приходилось «терпеть» (из помещения на улицу в течении дня не выходил, чтобы пропердеться), газы подпирали средостение (?), и всё это давило на сердце. Вот и вся «болезнь». Начал правильно питаться и закончились проблемы со следующего дня и до настоящего времени.
Сегодняшние реалии таковы, что с подобными жалобами наши эскулапы не выпустят такую жертву, ощиплют по полной программе. С обязательными повторными осмотрами, обследованиями и консультациями (платными), сдачей анализов, с рецептами лекарств на многие тысячи рубчиков, с рекомендациями воздержаться от физических нагрузок (чит. от спорта). В итоге здоровый парень бросит спорт, будет принимать таблетки, которые попутно убивают печень, получит комплекс неполноценности. Спрашивается, а с какого перепуга я поднял эту тему, да ещё Боткина вытащил на обозрение? Просто на той неделе моему товарищу прихватило спину, пошел он к врачу/ам (ходит к нескольким, т.к. привык выслушивать мнения нескольких спецов, чтобы точнее выявить правильность суждения), побывал у троих (можно и к десяти сходить, плати и вперед). Вот что из этого вышло:
Врач №1: д/з «Почечная колика?»
Врач №2: д/з «Межреберная невралгия»
Врач №3: д/з «Ушиб мягких тканей спины. Ишиас?»
Мой кум – врач травматолог, часто проводим время вместе - баня, теннис. И за рюмкой чая я спросил его о том, куда всё подевалось: сопереживание, человеколюбие, ответственность и проч. качества врача. Его ответ длился долго, в голосе были усталость, разочарование, пустота. Рассказал, как он делает по 2–3 трепанации черепа в месяц, и знает, что в Штатах такая операция стоит до 70.000 баксов, а у него оклад 12.000 руб., т.е. около 200 долларов в месяц. И чтобы хоть как-то заработать, берет кучу дежурств, дома практически не бывает. А ещё через год на пенсию, и всё, что у него есть, это двушка квартира и лада «калина», да ещё варикозные узлы на ногах, от бесконечного стояния за операционным столом. А чего стоят разборки с недовольными, отписки и походы в прокуратуру, суды. Человека после аварии по кусочкам собрал, а он исковое заявление, что шрамы остались некрасивые, типа, можно было по аккуратнее шить раны. И много ещё чего рассказал, но я ограничусь сказанным.
Что-то случилось с нашими людьми, с нашей страной, если врачи, стоящие на страже физического здоровья нации, учителя, стоящие на страже морального здоровья, сошли с пьедестала, где-то не по своей воле, с того самого, где они стояли в советское время. Для меня, советского пацана в те годы, - врач, учитель и космонавт были синонимами слов честь, совесть, достоинство. Сейчас на пьедестале другие персонажи – барыги, воры, чинуши, и синонимы у них соответствующие, вернее один, объединяющий их всех синоним – бабосы. Печально.

4.

Любовь и Авиация.

Каждый год на Аляске бьются легкомоторные самолеты. То в тумане за верхушки елей зацепился, то ошибка пилота, то отказ системы, а то и вообще никто ничего не понял, но самолет на дне озера. В прошлом месяце охотники набрели на обломки самолета, висящего кусками на деревьях, который пропал в 2008 году, под обломками растасканные зверями человеческие кости - отец с сыном, искали их тогда долго, и вот нашли спустя девять лет.

Итак, жила-была девочка Сара и была у нее мечта летать. Не то чтобы как птица, а управлять самолетом. Судьба пронесла ее как мимо военной авиации, так и мимо гражданской и Сара получила профессию бухгалтера. Вышла замуж, родила сына – все как у всех, но мечта летать осталась. В 35 лет Сара все-таки получила заветную лицензию на управление легкомоторным самолетом. Самолет поначалу арендовала, летала с инструктором, потом без чтобы налетать нужное количество часов и набраться опыта. Наконец годам к 40-ка Сара и ее муж Джон купили в кредит небольшой подержанный самолет типа Кукурузник на 4 посадочных места. Вот тут-то и начинается сама история.

Аляска большая, но ничьей земли нет. Земля либо федеральная, либо племенная, либо штата, либо города, либо частная – у всех свои законы как эту землю защитить и живность на этой земле всячески охранить. Выйти просто так поохотиться не получится, надо получить разрешение на сезон и на вид дичи (лось, олень, медведь, рысь, горный козел и т. д.). Сервис предлагается огромный. Можно снять частный охотничий домик на пару-тройку дней или неделю или на сколько денег не жаль, нанять проводника-профессионала, зафрахтовать небольшой самолет или катер.

Чтобы было дешевле, веселее и безопаснее, Джон пригласил троих друзей на охоту. Сняли охотничий домик на берегу озера, закупили продуктов на три дня, заправили самолет. По договору, Сара доставила охотничью экспедицию на место стоянки на своем гидросамолете и должна была забрать всех в определенный день.

На Аляске главными конкурентами охотников являются медведи. Их тут три вида: черные, бурые, и белые. Гризли – это подтип бурого медведя, они более агрессивные, хотя и бурые далеко не мишки-гамми. Черные медведи от людей стараются уйти, но любят лазить по мусоркам. Поэтому все мусорные бачки на Аляске имеют «противомедвежьи» замки, если плотно не закроешь бачек, можно, выйдя из дома, напороться на картину «Три медведя ужинают без Машеньки» прямо на твоем дворе. Штраф городу заплатишь нехилый! А если им понравится, они будут возвращаться снова и снова. Нет-нет, пристрелить низзяя! Бурые и гризли строго охраняют свою территорию, но на людей не охотятся (в большинстве случаев). Белые - те жрут всех, кого встретят и кто не успеет убежать.

Джон и его товарищи по охоте могли каждый застрелить не более шести оленей в день. Но олени конечно тоже не дураки стоять и ждать пока их пустят на колбаску, их еще надо выследить, не-за-мет-но к ним приблизиться, выстрелить, и попасть. Самая сложная часть заключается в «незаметно». Незаметно идти по тайге очень сложно – там все против человека, то ветка под сапогом предательски хрустнет, то приходится через кустарник лезть напролом с ружьем и рюкзаком, то белка начинает орать над головой: «Понаехали тут!» и хочется пристрелить на месте горластую тварь. Олень услышит и учует вас еще до того, как вы заметите его белый хвостик, и тихо уйдет в сторону.

Вторая проблема, после того как вы пристрелили оленя – наши старые друзья медведи. Черные медведи просто пойдут за охотниками подъесть то что выбросили при разделке туши. Бурые и гризли идут на выстрел как на приглашение к обеду – кормильцы приехали! Поэтому охотники или быстро разделывают тушу на месте и быстренько оттуда сваливают или уносят тушу к месту разделки, но тоже быстренько. Здесь почти каждый охотник расскажет вам историю встречи с бурым медведем, который «случайно» выбрел на полянку, где охотники разделывали оленя минут через двадцать после выстрела. При этом охотники счастливы, если медведь просто даст им возможность уйти. Туша оленя достается хозяину тайги.

На этом проблема с медведями не заканчивается, они же обладают уникальным обонянием и чуют свежее мясо за мили, поэтому они часто ошиваются около охотничьих домиков и доставляют массу неприятностей охотникам. Как-то по утру охотник вышел до ветру справить малую нужду и в середине процесса из-за угла охотничьего домика вышел бурый медведь, шумно вдохнул запах вражеской мочи на вверенной ему территории и недовольно рыкнул. Так и бегал охотничек вокруг домика, ухватив штаны одной рукой и зажав детородный орган в другой как эстафетную палочку. Только медведю та палочка была не нужна, он хотел взять приз целиком вместе со мокрыми штанами. Олимпийские игры были преждевременно прерваны болельщиками, затащившими полумертвого фаворита гонок в домик. Медведь потом еще долго ходил кругами, пробуя на прочность двери, требуя выдать обидчика и метя территорию. Естественно в тот день никто на охоту не попал.

Когда Сара прилетела забирать охотничью экспедицию, оленье мясо было упаковано в специальные кулеры (такие мини-холодильнички из прочной пластмассы), по количеству кулеров она знала вес груза, который был предварительно оговорен и рассчитан. Но было одно но, вернее два, а именно две неразделанных оленьих туши. Это был перевес и Сара мягко отказалась брать на борт лишний груз. Охотники попытались ее переубедить, но Сара не соглашалась.

Слово за слово между пилотом и охотниками завязалась перепалка, в которой Джон принял сторону друзей-охотников. Сара пыталась объяснить, что озеро небольшое и «разбег» довольно короткий, подъем вверх резкий, что ели аляскинские очень высокие, и если они заденут ель, то у медведей будет праздник с человечиной на десерт, а дома куча детей останется сиротами, включая сына Сары и Джона. Четыре уставших небритых и озверевших от охоты и крови мужика ничего не хотели слушать, но Сара лишний вес не взяла. Пока самолет разбегался по воде, охотники печально провожали глазами две одинокие оленьи туши, оставшиеся на берегу озера. По возвращению, Джон выехал из дома в течение недели и в течение следующего месяца подал на развод.

Передо мной сидит приятная молодая женщина по имени Сара. Она рассказывает мне эту историю, стараясь не плакать, но слезы все равно нет-нет катятся по щекам. Я не знаю как ее успокоить, мне нечем ее утешить, впереди ее ждут многие месяцы разводного процесса. Я спрашиваю: «Если бы тогда на озере ты знала, что твое решение разобьет твой брак, ты бы взяла на борт тех оленей?» «Нет - отвечает Сара, - я не имела права рисковать жизнями людей и своей жизнью». «Ну - говорю я, - тогда ты все сделала правильно. Жизнь у тебя одна и маму твоему сыну никто не заменит».

Каждый год на Аляске бьются легкомоторные самолеты. То в тумане за верхушки елей зацепился, то ошибка пилота, то отказ системы, а то и вообще никто ничего не понял, но самолет на дне озера. Что-то мне подсказывает, что Сара никогда не пополнит эту печальную статистику (тук-тук-тук три раза по дереву).

5.

АШОТ ВАЗГЕНОВИЧ

«Чтобы победить ветряные мельницы, нужно всего лишь остановить ветер»
(Из личных наблюдений)

Однажды, года два назад, я незаметно для себя стал Ашотом Вазгеновичем. Хотя, почему незаметно? Очень даже заметно, зазвонил мой телефон и началось:

- Здравствуйте, Ашот Вазгенович, вас приветствует рос-алямс-тралямс страховая компания, подходит срок переоформления страховочки на автомобиль «Соболь» с госномером…
- Извините, вынужден вас прервать, но, к счастью, я не совсем Ашот Вазгенович.
- Извините.
- Бывает.

…………..но, так продолжалось целый год……..

- Добрый день, Ашот Вазгенович, у вас заканчивается страховочка на автомашину «Газель».
- Послушайте – это уже не смешно! Вы целый год, звоните мне через день и называете Ашотом Вазгеновичем! В сотый раз я вас прошу, девушка, ну занесите вы, наконец, этот номер в наичернейшие списки, чтобы ни вы, ни ваши сообразительные коллеги больше меня не беспокоили! Я устал вас блокировать! Когда же кончатся у вас телефоны?
- Я вас услышала, извините.

………….

- Ашот Вазгенович? Добрый день. Подходит к концу страховочка на автомобиль Фольксваген». Будем переоформлять?
- Девушка, а ничего, что сейчас 8.45 утра, да еще и воскресенье? При том, что я два часа назад вернулся из аэропорта и пытаюсь срочно поспать?
- А вы, Ашот Вазгенович, на меня не кричите. Я, между прочим, о ваших автомобильных страховках пекусь. А если не хотите, чтобы вас беспокоили, выключайте телефон…

Пытался я дозвониться до начальства рос-алямс-тралямс компании, но мне вежливо ответили:

- Приезжайте в наш головной офис по адресу ул. Чертокуличевская д.13, там напишете претензию, мы ее рассмотрим в течение двадцати рабочих дней и дадим ответ. К сожалению, по телефону такие вопросы не решаются. Всего хорошего.

Ехать было лень, да и некогда.
В полицию тоже позвонил. Один раз. Барышня в трубке посочувствовала и тоже посоветовала обратится с заявлением в ближайшее отделение, но призналась, что шансов мало, ведь мне не грубят, не угрожают, а просто ошибаются номером, дело-то житейское. Нет состава преступления.
А сколько раз я намыленный выскакивал из душа в ожидании важных новостей с работы и оказывался Ашотом Вазгеновичем? И не сосчитать.
И вот, однажды, когда я был на съёмках в Венесуэле, зазвонил мой телефон и очередная любезная барышня сказала:

- Ашот Вазгенович?...

Мне очень захотелось разбить «трубу» о горячий асфальт Каракаса, но я сдержался и, неожиданно для самого себя, с легким армянским акцентом, весело ответил:

- Да, здравствуй, дорогая.
- Ашот Вазгенович, подходит срок переоформлять страховочку на ваш автомобиль «Хёндай» гос номер 456…
- Извини, моя хорошая, я совсем замотался и забыл вам сообщить, что неделю назад распродал все свои машины, все, все, все: бычки-мычки, газели-мазели, соболи-моболи. Просто решил уйти на покой, всё, хватит с меня.
- Как это распродали? А… «фольксваген Пассат»?
- Его в первую очередь. Продал всё и улетел обратно к себе в Армению. Удивляюсь, зачем не сделал этого раньше? Столько лет зря потерял в вашей холодной Москве. Знала бы ты - какие я сейчас ем баклажаны с орехами, слюной бы подавилась.
- Подробности меня не интересуют, я вас услышала. Всего хорошего, Ашот Вазгенович. Приятного аппетита.

И случилось чудо: вот уже почти год прошел с того счастливого дня, как я, тьфу-тьфу-тьфу, перестал быть Ашотом Вазгеновичем. Даже немного грустно.
Как там без меня «мои» газели-мазели…?

6.

Для меня вся ностальгия по СССР начинается и заканчивается всего одним воспоминанием.
1978 год - мне 8 лет и я хожу во второй класс. После уроков, мы с приятелем идём домой и проходим мимо хозяйственного магазина, товары в котором можно пересчитать на пальцах одной руки. У магазина ОГРОМНАЯ очередь. Что дают – конечно же туалетную бумагу. Оставив приятеля в очереди, я прибегаю домой и бросаюсь к копилке из бутылки из-под шампанского в которую родители кидают десятикопеечные монетки. Вытряхнув нужную мне сумму, бегу обратно к очереди, чтобы понять, что приятель продвинулся на пару человек и торопился я зря. Через 3 часа подходит наша очередь - дают по 10 рулонов. Мы платим, насаживаем рулоны на бечёвку и завязываем эту гирлянду в кольцо (если бы мы одни так делали). Перепоясываемся ею через плечо и гордо, с чувством глубочайшего удовлетворения, движемся домой, сияя как начищенные самовары.
Вечером, наградой от родителей было искреннее удивление и восхищение моими предприимчивостью и расторопностью. И на всю неделю я чувствовал себя настоящим героем.
Но если кто-то думает, что я хочу для своих детей таких же воспоминаний, то он глубоко заблуждается.

7.

РВСН. Пуски.

1987 год. Пол года до дембеля. И тут подходит ко мне наш замполит дивизиона, которому я оформлял разную ерунду вроде стенгазеты, и говорит:
- Ты же хотел пуски посмотреть?
- Так точно, тащ майор - а я и правда с полгода назад его просил.
- Только запускать не наш дивизион будет, а третий, и место есть только в наряд по кухне в машину-столовую. Согласен?
- Согласен !
Вариант конечно тухленький, но другого точно не будет. Пуски - дело нечастое. Как срок годности у изделия заканчивается, с него БЧ ядерную снимают, а изделие отстреливают в Тихий океан. Изделию - проверка. Подразделению - тренировка. В газете заметка мелким шрифтом - в таком-то квадрате международных вод в такой-то день - не шарьтесь. Заметка вырезается - и в дембельский альбом.
Так я поехал на учебно-боевой пуск ракеты среднего радиуса действия. Мобильный комплекс "Пионер". Но это секрет. В просторечии - СС-20. Полк - три дивизиона. В каждом дивизионе по три СПУ (самоходная пусковая установка). В каждой СПУ по "изделию". В БЧ каждого изделия три разделяемых ядерных заряда. Ну и ложные, конечно. В общем, наш зачуханый полк мог устроить неплохой фейерверк. Все это было строго секретно, но все желающие знали.
Приехал я с третьим дивизионом в лес. Развернулись. Ну это не моя забота. Моя забота - на кухне прибираться, да повару помогать. А кухня со столовой - это одна машина - кунг размером с вагон на МАЗ-543. Кормили в ней только офицеров и прапоров, солдаты ели на улице. Когда вечером хлопнуло и загрохотало, я выбежал из кунга и посмотрел, как ракета уходит в ночное небо.
Что тут смешного? Да почти ничего. Теперь гадко, а тогда было весело подгадить незнакомым офицерам. Повар-солдат не рассчитал и сделал мало макарон на гарнир. Но большинство офицеров съедали котлету, а гарнир я выбрасывал в отходы. Видя, что гарнира катастрофически не хватает, повар шепнул мне не выбрасывать нетронутый гарнир. И организовал "карусель". На старый гарнир укладывалась новая котлета и так по кругу.
Да, заметки в газете тогда не было. Нечего в альбом вклеить. А про обычай палец сажей измазать да в военнике отпечаток оставить я тогда и не слыхал.

8.

Александра Григорьевна. Судьба Врача.

Сашенька приехала в Санкт-Петербург 16-ти лет от роду, 154 сантиметров росту, имея:
- в душе мечту – стать врачом;
- в руках чемодан с девичьими нарядами, пошитыми матушкой;
- за пазухой – наметившиеся груди;
- в редикюле:
- золотую медаль за окончание захолустной средней школы,
- тщательно расписанный отцом бюджет на ближайшие пять лет,
- первую часть бюджета на полгода вперед,
- записку с адресом двоюродного старшего брата, студента.
Лето 1907 года предстояло хлопотливое:
- устройство на новом месте;
- поступление на Высшие Медицинские Курсы, впервые в Российской Империи принимавшие на обучение девиц;
- и…с кем-нибудь из приятелей брата – желательно и познакомиться…

На следующий же день, едва развесив свои тряпицы, не сомкнув глаз Белой Питерской ночью, Сашенька, ломая в волнении пальчики и непрерывно откидывая завитые локоны, отправилась в Приёмную Курсов.

Ректор, громадный бородач, впоследствии – обожаемый, а сейчас – ужасный, с изумлением воззрился на золотую медаль и ее обладательницу.
- И что же ты хочешь, дитятко? Уж не хирургом ли стать? – спросил он Сашеньку, с ее полными слез глазами выглядевшую едва на 12 лет.
-Я…я…- запиналась Сашенька, - я…всех кошек всегда лечила, и…и перевязки уже умею делать!...
-Кошек?! –Ха-ха-ха! – Его оскорбительный хохот, содержавший и юмор, и отрицание ветеринарии в этих стенах, и еще что-то, о чем Саша начала догадываться лишь годы спустя, резанул ее душевную мечту понятным отказом….
- Иди, девочка, подрасти, а то с тобой…греха не оберешься, - двусмысленность формулировки опять же была Саше пока не понятна, но не менее обидна.

Брат, выслушав краткое описание происшедшего события, заявил:
- Не волнуйся, у меня связи в министерстве, будем к Министру обращаться! Я сейчас занят, а на днях это сделаем.

Кипение в Сашиной душе не позволяло ни дня промедления. И утром она отправилась в Приемную Министра.
В Империи тех лет, как и в любой другой империи, не часто столь юные девицы заявляются в Высокое Учреждение, и не прождав и получаса, на всякий случай держа в руке кружевной платочек, она вошла в огромный кабинет, в котором до стола Министра было так далеко, что не гнущиеся ноги ее остановились раньше средины ковровой дорожки…

Пенсне Министра неодобрительно блеснуло на нее любопытством.
- Итак, чем обязан…столь интересному явлению? – услышала Саша, твердо помня свои выученные слова.
- Я золотой медалист, я хочу стать врачом, а он...(вспомнился ректор)… а он - предательский платочек САМ потянулся к глазам, и слезы брызнули, едкие, как дезинфицирующий раствор из груши сельского фельдшера, которому Саша помогала перевязывать ссадину соседского мальчишки.

В руках Министра зазвонил колокольчик, в кабинет вошла его секретарь – властная дама, которая перед этим пропустила Сашеньку в кабинет, сама себя загипнотизировавшая недоумением и подозрением: где же она видела эту девочку….

В последствии оказалось, это было обычное Ясновидение… потому что ровно через 30 лет она встретила Александру Григорьевну в коридоре среди запахов хлорки, болезней и толкотни, в халате и в образе Заведующей поликлиникой, полную забот и своего Горя, только что, по шепоту санитарок, потерявшую мужа (и почти потерявшую – сына) …и ТОГДА, уже не властная, и совсем не Дама, а униженная пенсионерка, она вспомнила и поняла, что именно этот образ возник пред нею в июльский день, в приемной….в совсем Другой Жизни…

А сейчас Министр попросил принести воды для рыдающей посетительницы, и воскликнул:
- Милостивая сударыня! Мадемуазель, в конце концов – ни будущим врачам, ни кому другому - здесь не допускается рыдать! Так что, как бы мы с Вами не были уверены в Вашем медицинском будущем – Вам действительно следует немного …повзрослеть!

Наиболее обидно – и одновременно, обнадёживающе – рассмеялся брат, услышав эту историю – и в красках, и в слезах, и в панталончиках, которые Саша едва прикрывала распахивающимся от гнева халатиком.

- Так в Петербурге дела не делаются, - сообщил он высокомерно и деловито.
- Садись, бери бумагу, пиши:
- Его Превосходительству, Министру….написала?...Прошу принять меня …на Высшие…в виде исключения, как не достигшую 18 лет….с Золотой Медалью…написала?...
-Так, теперь давай 25 рублей….
- Как 25 рублей? Мне папенька в бюджете расписал – в месяц по 25 рублей издерживать, и не более…
- Давай 25 рублей! Ты учиться хочешь? Папенька в Петербургских делах и ценах ничего не понимает….Прикрепляем скрепочкой к заявлению…вот так….и завтра отдашь заявление в министерство, да не Министру, дура провинциальная, а швейцару, Михаилу, скажешь – от меня.

…Через три дня на руках у Сашеньки было её заявление с косой надписью синим карандашом: ПРИНЯТЬ В ВИДЕ ИСКЛЮЧЕНИЯ!
- Я же сказал тебе, у меня СВЯЗИ, а ты чуть всё не испортила…
Ехидство брата Сашенька встретила почти умудренной улыбкой…Она начинала лучше понимать столичную жизнь.

Пять лет учебы пробежали:
- в запахе аудиторий и лекарств;
- в ужасе прозекторской и анатомического театра;
- в чтении учебников и конспектов;
- в возмущении от столичных ухажеров, не видевших в Сашиных 154 сантиметрах:
- ни соблазнительности,
- ни чувств,
- ни силы воли, силы воли, крепнувшей с каждым годом…

И вот, вручение дипломов!
Опять Белая Ночь, подгонка наряда, размышления – прикалывать на плечо розу – или нет, подготовка благодарности профессорам…
Вручает дипломы Попечительница Богоугодных и Образовательных учреждений, Её Сиятельство Великая Княгиня – и что Она видит, повернувшись с очередным дипломом, зачитывая имя (и ВПЕРВЫЕ - отчество) его обладательницы:
- Александра Григорьевна….
- нет, уже не 12-летнюю, но всё же малюсенькую, совсем юную…а фотографы уже подбираются с камерами…предчувствуя…

- Милая моя, а с…сколько же Вам лет?...И Вы …ХОТИТЕ… стать …врачом?...
- Двадцать один год, Ваше Сиятельство! И я УЖЕ ВРАЧ, Ваше Сиятельство!
- Как же Вам удалось стать врачом…в 21 год?..
- У моего брата были связи …в министерстве…швейцар Михаил, Ваше Сиятельство, и он за 25 рублей всё и устроил…
Дымовые вспышки фотографов, секундное онемение зала и его же громовой хохот, крики корреспондентов (как зовут, откуда, какой Статский Советник??!!) – всё слилось в сияние успеха, много минут славы, десяток газетных статей …и сватовство красавца вице-адмирала, начальника Кронштадской электростанции.

Кронщтадт – город на острове в Финском заливе – база Российского флота, гавань флота Балтийского.
Это судостроительный, судоремонтные заводы. Это подземные казематы, бункера для боеприпасов, это центр цепочки огромных насыпных островов-фортов, вооруженных современнейшими артиллерийскими системами.

Это наконец, огромный синекупольный собор, в который должна быть готова пойти молиться жена любого моряка – «За спасение на водах», «За здравие», и – «За упокой».
Это неприступная преграда для любого иностранного флота, который вдруг пожелает подойти к Петербургу.

Через поручни адмиральского катера она всё осмотрела и восхитилась всей этой мощью. Она поняла из рассказов жениха и его друзей-офицеров, что аналогов этой крепости в мире – нет. И вся эта мощь зависит от Кронштадской электростанции, значит от него, её Жениха, её Мужа, её Бога…

- Ярославушка, внучек… Помнишь, в 1949 году соседи украли у нас комплект столового серебра?. Так это мы с моим мужем получили приз в 1913 году, в Стокгольме, на балу у Его Императорского Величества Короля Швеции, как лучшая пара вечера.
Мы тогда были в свадебном путешествии на крейсере вокруг Европы…

А для меня и Ярослава, для нас – Стокгольм, 1913 год, были примерно такими же понятиями…как … оборотная сторона Луны, которую как раз недавно сфотографировал советский космический аппарат.
Но вот она – Оборотная Сторона – сидит живая, все помнит, всё может рассказать, и утверждает, что жизнь до революции была не серая, не темная, не тяжелая, а сияющая перспективами великой страны и достижениями великих людей.
И люди эти жили весело и временами даже счастливо.

…именно, с упоминания столового серебра – я и стал изучать:
- судьбу Александры Григорьевны, рассказанную ею самой (рассказы продолжались 10 лет), дополненную документами, портретами на стенах, записными книжками, обмолвками Ярослава.
- куски времени, единственной машиной для путешествие в которое были рассказы людей и книги…книги детства, с ятями и твердыми знаками, пахнущие кожаными чемоданами эмигрантов и библиотеками питерских аристократов…
- отдельные предметы:
- старинные телефонные аппараты – в коммунальных квартирах, у меня дома…
- открытки с фотографиями шикарных курортов в Сестрорецке – до революции…
- свинцовые витражи в подъездах Каменноостровского проспекта, целые и красивые вплоть до конца 70-х годов.

- Боренька, Вы знаете, какая я была в молодости стерва?
- Александра Григорьевна, что же вы на себя-то наговариваете?
- Боренька, ведь на портретах видно, что я совсем – не красивая.
- Александра Григорьевна, да Вы и сейчас хоть куда, вот ведь я – у Вас кавалер.
- Это вы мне Боренька льстите.
- Да, Боренька, теперь об этом можно рассказать.

…Я узнала, что мой муж изменяет мне с первой красавицей Петербурга…
Оскорблена была ужасно…
Пошла к моему аптекарю.
- Фридрих, дай-ка мне склянку крепкой соляной кислоты.
Глядя в мои заплаканные глаза и твердые губы, он шевельнул седыми усами, колеблясь спросил:
- Барыня, уж не задумали ли Вы чего-либо …дурного?..
Я топнула ногой, прищурила глаза:
- Фридрих, склянку!...
…и поехала к ней… и …плеснула ей в лицо кислотой…слава Богу, промахнулась…да и кислоту видно, Фридрих разбавил …убежала, поехала в Сестрорецкий Курорт, и там прямо на пляже …отдалась первому попавшемуся корнету!

Во время Кронштадтского Бунта в 1918 году, пьяные матросы разорвали моего мужа почти на моих глазах.
И что я сделала, Боря, как Вы думаете?
Я вышла замуж за их предводителя. И он взял меня, вдову вице-адмирала, что ему тоже припомнили…в 1937году, и окончательный приговор ему был – расстрел.
Сына тоже посадили, как сына врага народа.

Жене сына сказали – откажись от мужа, тогда тебя не посадим, и дачу не конфискуем.
Она и отказалась от мужа, вообще-то, как она потом говорила – что бы спокойно вырастить своего сына, Ярославушку.
Но я ее за это не простила, украла внука Ярославушку, и уехала с ним на Урал, устроилась сначала простым врачом, но скоро стала заведующей большой больницей.
Мне нужно было уехать, потому что я ведь тоже в Ленинграде была начальником – заведующей поликлиникой, и хотя врачей не хватало, хватали и врачей.
Там меня никто не нашел – ни жена сына, ни НКВДэшники…

Правда, НКВДэшники в один момент опять стали на меня коситься – это когда я отказалась лететь на самолете, оперировать Первого Секретаря райкома партии, которого по пьянке подстрелили на охоте.
Я сказала: у меня внук, я у него одна, и на самолете не полечу, вот, снимайте хоть с работы, хоть диплом врачебный забирайте.
Косились-косились, орали-орали – и отстали.

Но с самолетом у меня все же вышла как-то история.
Ехали мы с Ярославушкой на поезде на юг, отдыхать, и было ему лет 6-7.
На станции я вышла на минутку купить пирожков, а вернувшись на перрон, обнаружила, что поезд уже ушел.
Сама не своя, бросила продукты, выбежала на площадь, там стоят какие-то машины, я к водителям, достаю пачку денег, кричу, плачу, умоляю: надо поезд догнать!
А они как один смеются:
- Ты что старуха, нам твоих денег не надо, поезд догнать невозможно, здесь и дорог нет.

А один вдруг встрепенулся, с таким простым, как сейчас помню, добрым лицом:
- Тысяч твоих не возьму, говорит, а вот за три рубля отвезу на аэродром, там вроде самолеты летают в соседний город, ты поезд и опередишь.
Примчались мы за 10 минут на аэродром, я уже там кричу:
- За любые деньги, довезите до города (уж и не помню, как его название и было).

Там народ не такой , как на вокзале, никто не смеется, уважительно так говорят:
- Мамаша, нам ЛЮБЫХ денег не надо, в советской авиации – твердые тарифы. Билет в этот город стоит…три рубля (опять три рубля!), и самолет вылетает по расписанию через 20 минут.
…Как летела – не помню, первый раз в жизни, и последний…помню зеленые поля внизу, да темную гусеницу поезда, который я обогнала.
Когда я вошла в вагон, Ярославушка и не заметил, что меня долго не было, только возмущался, что пирожков со станции так я и не принесла.

На Урале мы жили с Ярославушкой хорошо, я его всему успевала учить, да он и сам читал и учился лучше всех. Рос он крепким, сильным мужичком, всех парней поколачивал, а ещё больше – восхищал их своей рассудительностью и знаниями. И рано стали на него смотреть, и не только смотреть – девчонки.

А я любила гулять по ближним перелескам. Как то раз возвращаюсь с прогулки и говорю мужику, хозяину дома, у которого мы снимали жилье:
- Иван, там у кривой берёзы, ты знаешь, есть очень красивая полянка, вся цветами полевыми поросла, вот бы там скамеечку да поставить, а то я пока дойду до нее, уже устаю, а так бы посидела, отдохнула, и ещё бы погуляла, по такой красоте…
- Хорошо, барыня, поставлю тебе скамеечку.

Через несколько дней пошла я в ту сторону гулять, гляжу, на полянке стоит красивая, удобная скамеечка. Я села, отдохнула, пошла гулять дальше.
На следующий день говорю:
- Иван, я вчера там подальше прогулялась, и на крутом косогоре, над речкой – такая красота взору открывается! Вот там бы скамеечку поставить!
- Хорошо, барыня, сделаю.

Через несколько дней возвращаюсь я с прогулки, прекрасно отдохнула, налюбовалась на речку, дальше по берегу прошлась…
И вот подхожу к Ивану, говорю ему:
- Иван, а что если…
- Барыня – отвечает Иван, - а давай я тебе к жопе скамеечку приделаю, так ты где захочешь, там и присядешь….

После смерти Сталина нам стало можно уехать с Урала.
Ярославушка поступил в МГИМО.
Конечно, я ему помогла поступить, и репетиторов нанимала, и по-разному.
Вы же понимаете, я всегда была очень хорошим врачом, и пациенты меня передавали друг другу, и постоянно делали мне подарки…
Не все конечно, а у кого была такая возможность.
У меня, Боренька, и сейчас есть много бриллиантов, и на всякий случай, и на черный день. Но по мелочам я их не трогаю.

Однажды мне потребовалось перехватить денег, я пошла в ломбард, и принесла туда две золотых медали: одну свою, из гимназии, другую – Ярославушки – он ведь тоже с золотой медалью школу закончил.
Даю я ломбардщику эти две медали, он их потрогал, повернул с разных сторон, смотрит мне в глаза, и так по-старинному протяжно говорит:
- Эту медаль, барыня, Вам дало царское правительство, и цены ей особой нет, просто кусочек золота, так что дать я Вам за нее могу всего лишь десять рублей.
А вот этой медалью наградило Вашего внука Советское Правительство, это бесценный Знак Отличия, так что и принять-то я эту внукову медаль я не имею права.
И хитровато улыбнулся.

-Боренька, вы понимаете – почему он у меня Ярославушкину медаль отказался взять?
-Понимаю, Александра Григорьевна, они в его понимании ОЧЕНЬ разные были!
И мы смеемся – и над Советским золотом, и над чем-то еще, что понимается мною только через десятки лет: над символической разницей эпох, и над нашей духовной близостью, которой на эту разницу наплевать.

-Ну да мы с Ярославушкой (продолжает А.Г.) и на десять рублей до моей зарплаты дотянули, а потом я медаль свою выкупила.

Он заканчивал МГИМО, он всегда был отличником, и сейчас шел на красный диплом. А как раз была московская (Хрущевская) весна, ее ветром дуло ему:
- и в ширинку (связался с женщиной на пять лет старше его; уж как я ему объясняла - что у него впереди большая карьера, что он должен её бросить – он на всё отвечал: «любовь-морковь»);
- и в его разумную душу.

Их «антисоветскую» группу разоблачили в конце пятого курса, уже после многомесячной стажировки Ярославушки в Бирме, уже когда он был распределен помощником атташе в Вашингтон.
Его посадили в Лефортово.

Я уже тогда очень хорошо знала, как устроена столичная жизнь…
Я пошла к этой, к его женщине.
- Ты знаешь, что я тебя не люблю? – спросила я у нее.
- Знаю, - ответила она.
- А знаешь ли ты, почему я к тебе пришла?
- …..
- Я пришла потому, что Ярославушка в Лефортово, и мне не к кому больше пойти.
- А что я могу сделать?
- Ты можешь пойти к следователю, и упросить его освободить Ярославушку.
- Как же я смогу его упросить?
- Если бы я была хотя бы лет на тридцать моложе, уж я бы знала, КАК его упросить.
- А что бы тебе было легче его УПРАШИВАТЬ…
Я дала ей два кольца с крупными бриллиантами. Одно – для нее. Второе…для следователя…

Через неделю Ярославушку выпустили. Выпустили – много позже – и всех остальных членов их «группы».
Он спросил меня: а как так получилось, что меня выпустили, причем намного раньше, чем всех остальных?
Я ответила, как есть: что мол «твоя» ходила к следователю, а как уж она там его «упрашивала» - это ты у неё и спроси.
У них состоялся разговор, и «любовь-морковь» прошла в один день.

Нам пришлось уехать из Москвы, Ярославушка несколько лет работал на автомобильном заводе в Запорожье, пока ему не разрешили поступить в Ленинградский университет, на мехмат, и мы вернулись в Петербург.

- Вы видите, Боря, мою записную книжку?
- Больше всего Ярославушка и его жена не любят меня за нее. Знаете, почему?
- Когда я получаю пенсию, (она у меня повышенная, и я только половину отдаю им на хозяйство), я открываю книжечку на текущем месяце, у меня на каждый месяц списочек – в каком два-три, а в каком и больше человек.
Это те люди, перед которыми у меня за мою долгую, трудную, поломанную, и что говорить, не безгрешную жизнь – образовались долги.
И я высылаю им – кому крохотную посылочку, а кому и деньги, по пять – десять рублей, когда как.

Вот следователю, который Ярославушку освободил – ему по 10 рублей: на 23 февраля и на День его Рождения…
Вот ей, его «Любови-Моркови» - по 10 рублей – на 8е марта, и на День её Рождения.
И много таких людей.
А может, кто и умер уже.
- Так с этих адресов, адресов умерших людей - наверное, деньги бы вернулись?
- Так ведь я - от кого и обратный адрес – никогда не указываю.

В 85 лет Александра Григорьевна, вернувшись из больницы с профилактического месячного обследования, как всегда принесла с собой запас свежих анекдотов, и решила рассказать мне один из них, как она сочла, пригодный для моих ушей:
«Женщину восьмидесяти пяти лет спрашивают: скажите пожалуйста, в каком возрасте ЖЕНЩИНЫ перестают интересоваться мужчинами?
- Боря, вы знаете, что мне 85 лет?
- Да что же Вы на себя наговариваете, Александра Григорьевна, Вы хоть в зеркало-то на себя посмотрите, Вам никто и шестидесяти не даст!
- Нет, Боря, мне уже 85.
Она продолжает анекдот:
Так вот эта женщина отвечает:
- Не знаю-не знаю (говорит Александра Григорьевна, при этом играет героиню, кокетливо поправляя волосы)…спросите кого-нибудь по-старше.

Через полгода ее разбил тяжелый инсульт, и общаться с ней стало невозможно.
С этого момента поток «крохотных посылочек» и маленьких переводов прекратился, и постепенно несколько десятков людей должны были догадаться, что неведомый Отправитель (а для кого-то, возможно, и конкретная Александра Григорьевна) больше не живет - как личность.
Многие тысячи выздоровевших людей, их дети и внуки, сотни выученных коллег-врачей, десяток поставленных как следует на ноги больниц – все эти люди должны были почувствовать отсутствие этой воли, однажды возникшей, выросшей, окрепшей, крутившей десятки лет людьми, их жизнями и смертями – и исчезнувшей – куда?

Хоронили Александру Григорьевну через 7 лет только близкие родственники, и я, ее последний Друг.

Ярослав окончил университет, конечно, с красным дипломом, защитил диссертацию, стал разрабатывать альтернативную физическую теорию, стараясь развить, или даже опровергнуть теорию относительности Эйнштейна. Сейчас он Президент какой-то Международной Академии, их под тысячу человек, спонсоры, чтение лекций в американских университетах, в общем, всё как у людей, только без Эйнштейна.

У Ярослава родился сын, которого он воспитывал в полной свободе, в противовес памятным ежовым рукавицам бабушки.
Рос Григорий талантливым, энергичным и абсолютно непослушным – мальчиком и мужчиной.
Как то раз Ярослав взял его десятилетнего с собой - помочь хорошим знакомым в переезде на новую квартиру.
Григорий услужливо и с удовольствием носил мелкие вещи, всё делал быстро, весело и неуправляемо.

Энергичная хозяйка дома занимала высокий пост судьи, но и она не успевала контролировать по тетрадке коробки, проносимые мимо неё бегущим от машины вверх по лестнице Гришей, и придумала ему прозвище – Вождь Краснокожих - взятое из веселого фильма тех лет.

Но смерть его была туманная, не веселая.

А наступившим после его смерти летом, в квартиру одиноких Ярослава и его жены Алёны позвонила молодая женщина.
Открыв дверь, они увидели, что у нее на руках лежит…маленькая…Александра Григорьевна.

У них появился дополнительный, важный смысл в жизни.
Выращивали внучку все вместе. Они прекрасно понимали, что молодой маме необходимо устраивать свою жизнь, и взяли ответственность за погибшего сына – на себя.

- Сашенька, давай решим эту последнюю задачу, и сразу пойдем гулять!
- Ну, только ПОСЛЕДНЮЮ, дедушка!
- Один рабочий сделал 15 деталей, а второй – 25 деталей. Сколько деталей сделали ОБА рабочих?
- Ну, дедушка, ну я не знаю, ну, давай погуляем, и потом решим!
- Хорошо, Сашенька, давай другую задачу решим, и пойдем.
- У дедушки в кармане 15 рублей, а у бабушки 25. Сколько всего у них денег?
- Ну дедушка, ты что, совсем ничего не понимаешь? Это же так ПРОСТО: у них – СОРОК рублей!

В один, не очень удачный день, та, что подарила им самые теплые чувства, что могли быть в их жизни, чувства дедушки и бабушки – она позвонила в их дверь, покусывая губы от принятого нелегкого решения.
Сели за стол на кухне, много поняв по глазам, ожидая слов, ни о чём не спрашивая.
- Ярослав, Алёна, вы такие хорошие, а я - и они обе с Аленой заплакали от ожидаемой бесповоротной новости.
- Он, мой жених, он из Москвы.
Ярослав и Алена чуть вздохнули. С надеждой.
- Но он не москвич. Он швейцарец. И у него заканчивается контракт.
- Он…мы…скоро уезжаем.

Теперь она живет со своей мамой и отчимом в Швейцарии.
Душе Александры Григорьевны, незаслуженно настрадавшейся, наконец-то проникшей через сына, внука и правнука в девичье обличье, легко и свободно в теле ее пра-правнучки.
Они обе наслаждаются видами гор и водопадов, трогают латунные буквы на памятнике войску Суворова – покорителю Альп, рядом с Чёртовым Мостом, ловят языком на ветру капли огромного фонтана на Женевском озера, ахают от крутых поворотов серпантинов, по краю пропасти.

Приезжая к дедушке и бабушке в гости, на свою любимую, хоть и дряхлую дачу, младшая Александра Григорьевна часто хвастается, как ей завидуют тамошние подруги: ведь в ушах у нее уже сверкают прошлой, Другой Жизнью, доставшиеся от пра-пра-бабушки – лучшие друзья девушек.

Примечание 2009 года: младшая Александра Григорьевна сдала на немецком языке экзамены в математический лицей в Цюрихе, преодолев конкурс в 22 человека на место.
Мы ещё о ней услышим!

© Copyright: Борис Васильев 2
http://www.proza.ru/2011/10/19/1267

10.

Об умении "держать банку"
Эпиграф.
Как золотые липы хороши
Меж зданьями Покровского бульвара!
Ко мне - я слышу запах перегара -
Подходят молодые алкаши.

Папаша, где ближайший гастроном?
В их тоне слыша нотки уваженья,
Я объясняю местоположенье,
И вот они уходят за вином.

Стою, гляжу на липы, на закат.
Вот я уже для юношей "папаша".
Как все же быстро жизнь проходит наша,
И не поймешь, кто в этом виноват.

Всегда завидовал людям,умеющим с двух рюмок вываливаться в астрал. Это какая ж экономия! С поллитры можно недельный запой устроить. Сам я ,увы,не таков. Литр-это так,для аппетиту,настоящее веселье начинается с полутора и заканчивается безрезультатным подсчетом бутылок поутру. Безрезультатным-потому как половину в окно повыбрасывали и истины в извечном вопросе "Скока мы ж вчера?" так и не добьешься.
Одни расходы. Плюс-сомнительное удовольствие растаскивать собутыльников по домам.
Помню по юности тащу одну девочку-одуванчика ,нарезавшуюся в форменное порося.
Та висит на плече и горестно рассуждает на тему-"Что я скажу папемаме"
-Я приду (хм) и скажу: "Папочка-мамочка я так больше никогда не буду!(угу,как же)
Нет! Я скажу "Папочка-мамочка я так больше НИКОГДА-НИКОГДА не буду!
Приходим до хаты. Звоню в дверь,одновременно сбрасывая тело с плеча. За дверью-мама в ночнушке,папа в пижаме-оба в ахуе.
Милое дитя открывает рот для покаяния и тут его резко начинает мутить. Из за чего речь становится по-военному четкой и командной.
-ТАК!!!! Тазик,полотенце,воды,зубную пасту,БЫСТРО!!!!!
Проталкивается сквозь онемевших родителей и обернувшись-строго:
-НЕ БОЛТАТЬ!!!
Другая красавица,кою я припер к двери отчего дома и свалил,позвонив в дверь вообще чуть меня под монастырь не подвела. Папа там был зело суров(потому и свалил я,кстати)
Так вот пока засони-родители ворочались в постели,кряхтели,пердели,ползли к двери сообразительное дитя решило снять куртку. Ну что бы время зря не терять. За курткой пошла кофта,потом юбка,итд,потом папа обнаружил на лестничной клетке абсолютно голую и невменяемую дочь. Полночи он пытался добиться имени охально изобидевшего. Хорошо хоть,что вспомнила сама-где раздевалась.( Читать дальше... )
Одного кренделя было особенно интересно таскать. Творческая личность. Кличка-Кинто. Понимающему-достаточно. Дедушка Кинто был дважды гением Советского Союза.
Первый раз он стал гением придумав как лечить герпес. Все-и до сих пор его не лечат,а залечивают. А кинтовый дед придумал,как его изничтожать на корню.
И никому не сказал. Потому-дважды гений.
Папа Кинто, само собой , тоже стал выдающимся писькиным дохтуром и Кинто,понятное дело,уже родился обеспеченным и уважаемым человеком с ясным светлым будущим.
При таких блестящих перспективах-чего напрягаться? Вот потому то Кинто и стал кинто.
Итак :тащу представителя славной династии домой. Тот занят бесперспективными рассуждениями на тему- "Что бы такого сказать родителям,что бы они не поняли,что я нажрался?"
Угу,как же. Тут что не говори-за 100 метров ясно,что отпрыск-в дрова. Но Кинто оптимист-и верит в свой дар НЛП.
-Я приду(хм) и скажу- МАМА,БЛЯДЬ!!!...хм...не...маме матом говорить нельзя...
О! Я приду и скажу: МАМА,ПАДШАЯ ЖЕНЩИНА!!!!,не...опять какая то хуйня получается...
Приползаем. Ставлю гениевого внука на ноги. Звоню. За дверью-все как обычно.
Семья в сборе.
Кинто открывает рот-что бы убедить предков в своей кристальной трезвости и тут мать грубо ломает весь кинтовый сюжет:
-Олег!!!! Ты опять нажрался!!!
У Кинто зависает система. Единственное что он может выдавить из себя-это какое то печальное:
-Ебанись!
Отец вступает в беседу затрещиной:
-Ты что материшься при родителях?!
Кинто вращает глазами,потом выдает папе с сарказмом-
-Ахуеть!
И падает мордой в пол. Молорик-доказал родне,что ни в одном глазу.
Кстати эта связка ебанись-охуеть у нас потом в нетленки попала.
В институте перепить меня могли только два человека-Бегемот и Евпахов.
Евпахов был вообще алкогольным талантом. Его можно было застать на всех общежитийных пьянках. Причем-часто одновременно. То есть идешь на 23февраля(общага повально гудит) из 402,к примеру в 733-опа-там Евпахов. Погодь,он же вроде внизу квасил...спускаешься на 5й-Евпахов с ПМП глушит портвейн на лестнице,
пришел в 504-он тут как тут-хуярит водку. Клонируется он,что ли ,сука?
В институт Евгений попал "по распределению" . Была такая практика-что завод посылал человека в ВУЗ,того брали без экзаменов-а за это молодой специалист был обязан отработать три года на производстве.
На седьмой год обучения завод заворошился-где,мол,наш молодой специалист? Страсть как скучаем мы по нему. Производство не справляется без его фундаментальных знаний.
В институте он тоже всех порядком подзаебал,потому ему в темпе вальса слепили диплом и выпнули на завод. Получите взад вашего степного сизого орла,суки. Он вам,блять,ща наработает.
По приезду Женечку назначили сходу мастером цеха-у них там дифицит дипломированных кадров был. Опрометчивое решение.
Рабочие встретили нового начальника хмуро. Тоже мне приперся-хуй с горы,ждали тебя прям. До него в цеху заправлял любимый всеми бездипломный Михалыч-а тут этот на нашу голову. Пролетариат решил споить интеллигенцию. Идиоты-нашли кого.
В первый же день угрюмые рабочие окружили начальника и начали его молча с прищуром разглядывать. Смотрины затянулись.Наконец,свергнутый Михалыч вопросил:
-Студэнт?
-Студент-покивал повинной головой Евпахов.
-И небось и водки-то выпить не сможешь,а студэнт?-с презрением сплюнул бывалый Михалыч.
Евпахов,кого 7 лет гоняли за водку,а тут -гнобят за трезвость аж задохнулся.
-Йа? Водкуу??? Не смогу????!!!
-Вечером назначение твое обмоем,студэнт-резюмировал Михалыч и хитро подмигнул.
По примеру старшего рабочие весь день предвкушали и подмигивали друг другу.
Доморгались,суки.
Напор класс бьет-вечером Евпахов не посрамил альма-матер и перепил весь цех. Под конец ему и исподтишка подливали,и пили с ним в разнобой-ничего не помогло. Цех в едином порыве заночевал на рабочих местах. Седомудого Михалыча Евпахов победно доволок до его дома. Тот был в полной невменяйке.
Разгром почитай всухую.
Рабочий класс не смирился с поражением и запросил реваншу. Евпахов поднял перчатку с пола. Результат-тот же. Цех в дрова,Евгений тащит поверженного предшественника к жене на расправу.
Бои приняли затяжной характер. Рабочая гордость не позволяла пролетариату признать поражение,а здоровье не давало одержать победу. О плане и работе все забыли-какая нахуй работа,когда тут такие дела творятся? Не сразу,но в заводоуправлении заволновались.
Что то давно нет вестей из третьего цеха. И продукции его что то не видать. Как там молодой специалист-справляется ли?
Еще как справляется- в цеху обнаружилась куча синих тел на полу и весьма бодрый начальник.Который пояснил-что застал такую картину по приходу и уже две недели ее наблюдает. У вас так принято,да?
Начальство долго копалось в телах и нарыло Михалыча-его поставили ж надзирать за молодым начальником и вводить его в курс дела.
Михалыча долго трясли,матерно ругали,потом поволокли в кабинет директору. Где гегемон с застенчивым журчанием обоссался.
Михалыча помыли,уложили на диван,с утра подняли и похмелили. Потом допросили.
С трудом,но к нему вернулся дар речи и Михалыч смог более-менее внятно донести до директора причину развала производства.
-Гони его нахуй,Петр Степаныч,этого алкаша-а не то мы всем цехом в ЛТП уедем!
Ты меня знаешь-я меру знаю,но этот кашалот водку как воду хлещет! Какой там! Мы с тобой вдвоем столько воды не выпьем!
-Не гони,Михалыч! Этот студент?
-Студент???? -Михалыч закашлялся и долго синел лицом-это ,блядь,не студент! Это,сука,я даже не знаю,что такое! Я,блять, пить еще до войны начал,но такого за всю жизнь не видел! Гони его в пизду,Петр Степаныч,Христом-Богом тебя молю!!!!
-Ну раз ты просишь...
Заинтригованный Петр Степаныч все же вызвал Евпахова поговорить по душам.По результатам разговора директор уехал под капельницу-и как пришел в себя подписал приказ об увольнении Евлахова "по собственному желанию"
Вторым приказом он отменил практику "распределения" Ну его Дуньке в кику этот институт с его специалистами.
Дипломированных алкашей нам тут не хватало. Со своими бы управиться.
Спасибо за внимание.

11.

-= Михуил =-

Хочу поведать вам историю, которая произошла со мной на отдыхе в Тайланде. Жили мы там в обычном 3* отеле, в котором, как и во всех остальных отелях был свой ресторан. Ну как ресторан... назывался ресторан, а по убранству обычная забегаловка. Но речь не об этом. Работал в этом ресторане официант, как две капли воды похожий на моего нынешнего босса. Прям даже и по росту и по комплекции, только загорелый. Я как в первый раз его увидел, так и опешил, во, думаю, за год так уработался, что даже тут генеральный мерещится!
И, кстати, звали его примерно также, как босса. Правда на ихнем тарабарском это звучало, как что то вроде Миучуаха, вместо Михаил Юрьевич, но мне и одного природного сходства уже было достаточно. В общем, я просто обязан был посещать этот ресторан. Вы даже не представляете, как приятно было во время трапезы говорить ему:
- Мишаня, дружище, сгоняй еще за пивом!
- Михуил, что же ты, подлец, рома мне не неливаешь?
- Миша, скучно мне, может караоке?
Миша улыбался в ответ и с радостью выполнял поручения. Называл он меня исключительно с префиксом "Месье". За что получал свои чаевые.
Но все когда-нибудь заканчивается, как пролетел и мой отпуск. И вот вернулся я домой, вышел на работу, сижу на планерке, слушаю босса, а в голове одна мысль крутится: "Не Михуил, а Михаил Юрьевич. Не Мишаня, а Михаил Юрьевич..."

12.

На новой машине я техосмотр вообще ни разу не проходил: сначала она была новая, потом техосмотр наконец-то додумались отменить так же, как и зимнее время, потом его додумались вернуть, как и зимнее время, но я как раз в прошлом году очень удачно сильно заранее продлил ОСАГО - оформлял страховку для машины жены, и мой агент сказала, что если я прямо сейчас заранее продлю свою страховку, то не придется делать техосмотр - так что техосмотр на ней ни разу не делал.

Но все хорошее когда-нибудь заканчивается, так что понадобилось тут делать новую страховку ОСАГО. Приехал к своему агенту. Она уже приготовила новый полис, выписывает бумажки на оплату. Потом спрашивает, все ли у меня нормально с техосмотром. Да все в порядке, отвечаю, уже лет пять не проходил. Не пойдет, говорит агент, сейчас без техосмотра не имеем права оформлять страховку, я должна в базу вписать регистрационный номер техосмотра, иначе у всех будут неприятности. Спрашиваю, что делать, потому что тратить сейчас день на этот чертов техосмотр я никак не могу, дел - по горло.

Да никаких проблем, отвечает агент. У вас же машина в порядке? В полнейшем, отвечаю я. Ну и все, говорит агент. Вы же можете подъехать буквально на двадцать минут, чтобы вам сделали техосмотр? И агент почему-то подмигнула. Ну, на двадцать, конечно, могу, отвечаю я. Например, завтра часов в одиннадцать.

Агент сняла трубку, позвонила в сервис и записала меня на завтра на 11 утра. Только машину, сказала агент, помойте и не опаздывайте. И снова подмигнула.

Ну, делать нечего, поехал помыть машину, на следующий день поехал на сервис. Нашел эту контору - какой-то мелкий грязный автосервис из серии "За такие деньги мы вам еще и немножечко сломаем". Поставил машину за углом, больше было негде, пошел ко входу. Перед входом в сервис стоит толстый мужик и курит. Подхожу, спрашиваю, где тут техосмотр пройти. "А вы же от страховой?" - интересуется мужик. Да, отвечаю, от нее, родимой. Только вчера ОСАГО оформил, но надо еще техосмотр. "А вы помните пробег машины и параметры резины?" - спрашивает мужик. Не помню, отвечаю я, но могу посмотреть.

Посмотрите, говорит толстый мужик, вы же, наверное, на ней приехали? Ясный пень, на ней, отвечаю я, на чем же мне еще приезжать проходить техосмотр? Ну и молодец, отвечает толстый мужик и подмигивает. Посмотри пробег и марку резины. А потом подходи ко мне. С этими словами мужик открывает дверь автосервиса и исчезает там.

Иду смотреть пробег и марку резины. Посмотрел, запомнил. Захожу в дверь. Внутри - не особенно большое помещение, в котором стоит микроавтобус "Газель" с рекламой моей страховой. Внутри "Газели" за столом с компьютером сидит толстый мужик. Вдали виднеется цех автосервиса, в котором ни одного человека и стоят на подъемниках пара автомобилей, причем ощущение такое, что стоят они там не первый год.

Давайте, говорит мужик, 680 рублей, техталон на машину и страховку. Выдал. Мужик минут пять пощелкал клавишами на компьютере, распечатал листик, расписался, поставил печать и выдал мне мои документы плюс диагностическую карту, в которой был проставлен тот самый регистрационный номер, ради которого это все затевалось. Поздравляю вас, сказал мужик, с успешным прохождением технического осмотра. И подмигнул.

Кстати, спросил я, а если вообще без машины приезжать? Вообще без машины - запрещено, строго сказал мужик. Категорически нельзя. Но если вы знаете пробег и марку резины, тогда, конечно, можно. Но уже за тыщу.

Так что наши - молодцы. Добились все-таки того, чтобы из механизма проведения техосмотра исчезла коррупционная составляющая. Равно как и непосредственно процесс осмотра. Все быстро и по современному. Это и называется - модернизация!

И машину, кстати, помыл. Непонятно только, зачем.

(c) Exler.ru

13.

История для тех, кто ещё помнит, что такое Советский Союз и с чем его едят! А вернее, о том, как проводили мы свой досуг, поклонники одной известной советской рок-группы .
На дворе стоял неспокойный 1991 год, в этот зимний вечер встретить трезвого мужчину на улице - большая редкость !!! Об трезвых военных в этот праздничный для них вечер лучше умолчим. Как, наверное, догадался мой благородный читатель, речь в моём рассказе пойдет о праздновании 23 февраля - дне Советской Армии!!!
Девушки нашего фан-клуба решили устроить для защитников нашего отечества праздник, - хочу заметить один факт, что все праздники и тусовки в то время проходили на флэту некого Дениса, т.е. в моей бедной несчастной квартире.
С утра в моей квартире высадился десант прекрасной половины нашего клуба и всего человечества, и занялся грандиозной уборкой и готовкой, так как чистота и моя квартира в то время просто-напросто не сочетались. Я, конечно, тоже помогал - не мог же я на все это молча созерцать, лежа на диване!
И вот, время ближе к вечеру, начинает потихоньку подтягиваться сильная половина нашего клуба, в ожидании выпивки и, конечно, подарков. И вот он настал час "Х" ! Гости все на месте, стол накрыт различной снедью и, конечно же, ею, той самой ею, без которой многие мужчины не могут провести ни одного праздника и ни одной дружеской вечеринки - её величеством ВОДКОЙ !
Почему я так заострил на ней внимание - в то время не было такого изобилия всего, а водка вообще была жутким дефицитом!!! Кто как и где её тогда достал на наш праздник, я уже не помню - все тогда придерживались устного договора "мужики достают спиртное, а женщины съестное".
Вот тут-то и начинается самое интересное !!!
Все мы по молодости обладаем неистощимой и бурной фантазией - а уж наши девушки нас просто сразили наповал. Когда вся наша честная компания уселась за стол, то пришел черед раздачи подарков "героическим" защитникам нашей Родины ! Вот тут-то и раздался дружный хохот над праздничным столом - каждому защитнику было преподнесено в подарок следующее - зеленая игрушечная каска и игрушечный револьвер в заводских упаковках и в каждой упаковке была инструкция где черным по белому было написано "для детей от... до ... лет". все мужики тут же понацепляли на себя каски и давай по друг другу палить как малые дети ...
На этом история не кончается. Всё только впереди ...
Потребность русских людей в водке, наверное, знает уже весь мир - сколько её не бери, а все мало будет! И вот в разгар самого веселья, заканчивается самое главное на праздничном столе - водка! И над столом зависает извечно русский вопрос - "Что делать?" Народ при этом уже разбрелся по всей хате, кто-то на кухне горланит нашего кумира, кто-то смотрит ящик, кто-то продолжает разговор за столом, но продолжать-то уже не подо что! В то далекое время не было ни ночных палаток, ни ночных магазинов. Мужеская часть гостей стала держать совет, да такой что Кутузову в Филях и не снилась. Совет постановил - нужно искать у таксистов!!! И мужики стали собираться в поход - нашлось четверо добровольцев - И вот стоим мы в прихожей готовые к последнему бою, женская половина разделилась на два лагеря - "ЗА" и "против" этого похода, открывается входная дверь и первый выходящий невзначай берет с собой каску и револьвер !!! Один за всех и все за одного!!! Когда из подъезда вывались четверо молодых подвыпивших людей в касках и с игрушечными пистолетами, то некоторые припозднившиеся прохожие подумали что они попали в дурдом.
С криками и гиканьем мы побежали к ближайшей дороге в поисках вожделенного такси - все в касках и при оружии. В некоторых окнах начал зажигаться свет и ошарашенные люди глядели на весь этот маскарад в полном недоумении!!! Так как в то время по ночам машин ездило не так много, то мы, не сбавляя темпа, поскакали к ближайшему перекрестку, все так же громко горланя и не снимая с себя касок! Мы веселились от души, нам было все по фигу! Мы были молоды и озорны. Добежав до ближайшего перекрестка, мы стали ловить машину. Редкие водители ночных такси, видя такую гоп-компанию, вместо того, чтобы остановиться, только вдавливали педаль газа до упора.
Подумав, мы приняли решение что один ловит машину, а остальные трое стоят на другой стороне улицы. Через некоторое время останавливается машина и один из нас, распахнув дверь автомобиля, в каске и с пистолетом в руках спрашивает у шофера - "Мужик водка есть?" Шофер улыбаясь отвечает - "Есть" . В этот момент к авто подбегают остальные трое и все кричат слаженно "Сколько" !!! В ответ мы слышим сумму на которую мы явно не рассчитывали "20 рублей" А при себе у нас только 15. И мы начинаем шуршать по карманам, набираем еще 4 рубля и к мужику - "Мужик, а у нас только 19". Мужик, улыбаясь, отвечает -"Ладно забирайте".
Что и говорить, а таким способом после этого ни один из нас еще водку не доставал!!!!

15.

Уже рассказывал несколько историй из своей работы, а работаю клоуном на праздниках, и вот вспомнилась еще одна. Кстати, про наступающий Новый год.
Итак, в городе Волжский, ТЦ "ВолгаМолл". Недавно отсроенный, с помпезным открытием и новогодней акцией для привлечения людей, в коей я и участвую в качестве Деда Мороза.
Рядом со мной Снегурочка, по имени Алёна, девочка-"шифоньер". Ничего плохого, так мы называем наших артистов, которые только начинают работать, вести программы еще не умеют, но хорошо "изображают толпу". Я, уже который час подряд, завожу публику конкурсами и подарками от Деда Мороза (читай "ВолгаМолла"). Подарки хорошие, поэтому людей огромная толпа: на первом этаже вокруг нас, и забитый второй этаж атриума. Музыка, игры, подарки - всем весело, кроме меня, так как в тяжелом костюме я уже подыхаю от жары.
Рядом канючит Алена: Валера, ну дай я какой-нибудь конкурс проведу. Ну я же их все знаю. А ты рядом будешь, если что, поможешь. Ты, тем более, устал.
Последняя фраза растапливает мое сердце, и я соглашаюсь. Вроде бы ничего страшного, я действительно передохнУ, а если что, вмешаюсь в процесс и исправлю, если что пойдет не так. Выбираю простой конкурс: "косички" - это когда вызываются две команды, один взрослый и три ребенка. Взрослому даю палочку, к ней привязаны три ленточки. Он держит ее в руке, а детишки берут по одной ленточке. Нужно, не выпуская лент из рук, заплести косичку. То есть взрослый должен командовать детьми, кому куда пролезть, чтобы эта самая косичка получилась. Ничего сложного.
- Ну, давай, внученька, пусть взрослые Дедушке Морозу украшение сделают вместе с детишками!, -говорю я Аленке, и вручаю ей микрофон. Сам отхожу от сцены, готовый в любой момент вмешаться. Дело пошло быстро, весело, под музыку. Взрослые командуют, детишки ползают с этими ленточками, болельщики-зрители пищат от восторга. Лепота!
Конкурс заканчивается, и я обращаюсь к "внученьке": Ну что, кто у нас победил?
А теперь еще раз представьте: огромный зал, битком забитый людьми, на втором этаже также куча народу, наблюдающая за нами сверху. Колонки настолько мощные, что наш праздник слышно не только в торговом центре, но и во всей округе. Толпа примолкла, чтобы узнать, кому достанется очередной суперприз.
И посреди всего этого великолепия раздается звонкий голос Алены, многократно увеличенный микрофоном:
Победил вот этот папа потому, что у него ДЛИННЕЕ!!!
Правда, уточнить, что у папы длиннее именно получившаяся косичка она забыла. Три секунды тишины, а потом грохот смеха сотрясает весь "ВолгаМолл". Папа то ли от гордости, то ли от стыда, начинает переливаться всеми цветами радуги. Я стараюсь успокоить толпу, но три минуты это сделать у меня не получается.
- Ну раз, Снегурочка проверила, и у этого папы длиннее, значит он победил, - говорю я в микрофон.
После чего сам начинаю ржать в микрофон. Папу задарили подарками, толпу успокаивали еще пять минут. Алена довольная, как слон: она провела конкурс!

16.

Перечитывал истории год эдак за 2005. Прям бум какой-то историй про "Эльдорадо" и иже с ним. Каждая вторая, а порой и каждая третья. Как обманывают, недокомплектуют, недообслуживают. Многое мог бы объяснить, ну да это для других сайтов. А пока - история

ПРО "ЭЛЬДОРАДО")
Бизнес окрепал, искал новые решения. Стандарты и правила менялись каждые 3-4 месяца. Одной из придурей высокого начальства была следующая: менеджеры по закупкам (по современному - логисты, кажется) должны сидеть в торговом зале, и при наличии наплыва помогать консультировать покупателей. А еще они должны носить такие же желтые майки, что и продавцы, становясь почти не отличимыми от последних. Естественно, их дергали не совсем по их работе, и они стремились минимизировать свое присутствие среди покупателей. Но в торговом зале им находиться все-таки приходилось, ибо там стояли компьютеры, с которых делались заказы товаров, анализировались продажи и т. д.
Фух.. К собственно истории...
Сидит наш менеджер Вася, типа работает. Орлиный взгляд, гордый профиль. "Силы иного" в Васином взоре. Но видно что-то Василия тяготит. Все ниже и ниже головушка над клавиатурой, все больше руки принимают позу "русская пляска вприсядку". В итоге руки встречаются с клавиатурой, голова с руками, глазки смыкаются... Устал человек. Пусть вздремнет.
Но все заканчивается. По лестнице спускается генеральный. Как бы между делом прохожу мимо и бужу Васю. Комп стоит в директору боком, тот не знает, что происходит на мониторе. Видит только орлиный взор, хмурые брови, наморщенный лоб, бдеющий о прибыли фирмы. Суматошный стук клавиатуры выдает оптимальные цены на заказываемые товары, найденный долгими ночными бдениями.
А чтобы его деятельность стала еще более деловитой, делаю еще проход мимо. Интимно так говорю:
- Вася, компьютер разблокируй...
Незаметное движение, и взор приобретает просветленность, а стук клавиатуры некую осмысленность.
P. S. Привет тем, кто помнит синие жилетки!

17.

РУССКАЯ РУЛЕТКА
Или учите матчасть

1975 год. Год побед и свершений. По всему земному шару расцветают красные знамена молодых государств ставших на путь строительства Социализма. Отдается конечно болью в сердце пепел Ла Монеды, но победоносно для Вьетконга заканчивается Вьетнамская война и уже солидную часть Индокитая, можно закрасить на карте всеми оттенками красного цвета. Но когда кончается любая война, то всевозможные Конторы начинают подчищать за собою следы, заканчивать оставшиеся открытыми вопросы и на границе Лаоса и Вьетнама жизнь кипела вовсю.
Отряд льенсо уже собирался покинуть место базирования возле границы с Лаосом. Как поступил приказ - Встретить в приграничной зоне группу местных товарищей и сопроводить их до населенного пункта В. Приказ есть приказ, встретившись с представителем еще одних товарищей, группа майора Косякова во время вышла в заданный квадрат, встретила нужных людей и препроводила их по указанному маршруту. Официально операцией руководил товарищ с мужественным именем Куан, но у майора было свое начальство и свое задание и до поры до времени, консенсус удавалось соблюдать. В нескольких часах пути от пункта назначения, вся компания остановилась в небольшой деревушке, где был пост союзных войск, тут им давали джип и газик, что достаточно упрощало последний участок пути. Оставив вьетнамцев, Дока и Малого в деревне, майор взяв Птицу, Грома и Пана пошел разведать мост находящийся в километре от деревушки, там то все и произошло. Услышав на подсознательном уровне звук взведенного затвора все четверо упали на землю и рассосались под ландшафт по мере возможности. Длинная очередь, судя по звуку это был М-60, языком пляшущих на дороге фонтанчиков, намекнула о невозможности продвижения вперед. Другая очередь, данная сзади и видимо для разнообразия из РПД, намекнула что и назад рыпаться не надо. Ну а короткие неприцельные очереди Калашей и М-16 в зарослях за обочинами, четко указали на окружение. И на десерт из джунглей раздался голос, говорящий по русски абсолютно без акцента: -" Предлагаю переговоры майор. Я сейчас выйду и пусть твои люди не вздумают делать глупости. У моих парней приказ стрелять, даже если под угрозой будет моя жизнь"-
Шевельнулись ветки и на дорогу вышел типичный рейнджер, будто материализовавшийся со страниц устава FM-7-85. Он откинул камуфляжную накидку и вытащив из кармана куртки черный берет с дубовым листом, одел его лихо заломив. И насмешливым, но несколько затуманенным взглядом уставился на Косякова. Русский майор встал, будто бы машинально закинул автомат на плечо и вопросительно посмотрел на американца. А тот кивнул в сторону деревни и сказал -"Пойдем побеседуем майор, автомат кстати можешь отставить здесь и знай кстати, что твои люди в деревне уже давно упакованы моими парнями и их судьбу будем решать мы с тобой."-
В деревне с виду ничего не изменилось, только к вьетнамцам прибавились джи ай, с моторикой опытных волкодавов джунглей. Они вроде бы не обращали внимания на идущую по главной и единственной улице селения странную пару майоров, но Анатолий чувствовал что любое его неверной движение будет в раз просечено и пресечено.
Они вошли в дом старосты, прошли в большую комнату где их ждал накрытый стол. Староста расстарался как мог. В меню обеда были - чака, лотосовый рис, бань-фо-куон, ананасы с перцем и солью и естественно бутылка куок-луй. В качестве десерта, вокруг стола стояли несколько рейнджеров и южновьетнамских офицеров и товарищ с мужественным именем Куан, нисколько не смущенный данной ситуацией и даже с автоматом. Американец приглашающее показал майору Косякову на стул и усевшись напротив него, плеснув обоим самогона в чашки и начал нечто вроде спича...
-" Ну вот что русский"- Сказал рейнджер -" Война кончилась и проиграли мы ее не Гукам, а вам. А я еще не сделал последнего выстрела. Ни вас ни нас тут сейчас официально нет и если я прикажу вас уничтожить, то знать об этом будут только крокодилы. Население деревни уходит отсюда прямо сейчас, они не котят жить при социализме. Удиви меня майор, докажи что вы не зря победили и клянусь я отпущу и тебя, и твоих людей, и твоих Гуков "-.
Посмотрев в помутневшие глаза американца, майор понял что рейнджер не совсем адекватен и либо пьян, либо находится под действием какого либо наркотика и надежды на удачный для себя исход, это ему не прибавляло. Обведя глазами окружающих стол людей, майор увидел на одном из них кобуру со старым добрым Наганом и сразу же в голове блеснула мысль - ВОТ ОНО!
- " Майор, а что вы знаете о Русской рулетке " - спросил Анатолий. Американец заинтересованно посмотрел на него и неуверенно спросил -
-" Это какой то русский способ самоубийства ? " -
-" Почти. Из барабана револьвера вынимаются несколько патронов, барабан раскручивается и револьвер приставляется к виску одного из играющих и он спускает курок. И так по очереди до летального исхода. Но я предлагаю несколько другой вариант. Я вынимаю из барабана только один патрон, раскручиваю барабан и стреляю себе в висок. Если мне повезет, то я выиграл и вы отпускаете моих людей, ну а если не повезет вы их все равно отпускаете но без меня и тех кого мы сопровождаем. Вот кстати и револьвер есть " - и с этими словами Анатолий показал на кобуру с наганом у одного из южновьетнамцев. Американец застыл на мгновение, а потом захохотал. Он повторил предложение русского майора по английски и рейнджеры тоже радостно заржали. Американец жестом потребовал у вьетнамца Наган и положил его на стол перед Анатолием.
Майор демонстративно разрядил револьвер, вложил шесть патронов в барабан, крутанул его, взвел курок, приставил дуло к виску, зажмурил глаза и нажал на курок... Раздался громкий металлический щелчок, Косяков усмехнулся и положил револьвер на стол. Бакер был хладнокровен как удав, он два раза беззвучно хлопнул в ладоши изображая аплодисменты и протянул руку к нагану, вопросительно посмотрев на русского майора. Анатолий развел руками и улыбнулся приглашающее. И тут внезапно Куан затрещал как цикада в ночи, слова сыпались из него потоком и судя по лицу американца, эти слова ему не нравились. Майор Бакер поднял со стола Наган, зачем-то взвесил его в руке и внезапно наведя его на Куана, нажал на курок. Грохнул выстрел и предатель получивший пулю прямо промеж глаз, рухнул на циновки. Американец улыбнулся своей заторможенной улыбкой и сказал: - " Вот теперь все по правилам. Ведь после Русской рулетки должен оставаться хотя один труп. Но ты меня все равно удивил русский, с твоим везением только в рулетку играть, так что приезжай в Лас-Вегас, озолотишься. Ну ладно, как говориться к вас в России - уговор дороже денег. Сейчас я и мои люди уйдем, а ты уж сам тут решай как и что " -
Дальше все было просто. Ребята постреляли в воздух возле сарая, где лежали их связанные подопечные и торжественно их освободили. Когда миниколонна из джипа и газика подъехала к мосту, там уже были ПТ-76 и Т-34 Въетконга. Майор Косяков автоматически посмотрел на часы, было 12 часов 15 минут, он тогда еще не знал что именно сегодня 30 апреля 1975 года, в эти минуты. танк Т-54Б с бортовым номером "833" въехал во двор Президентского дворца в Сайгоне. Вьетнамская война закончилась.
Когда четверть века спустя Анатолий рассказал эту историю одной своей подруге, у которой останавливался во время командировок в Новгород, она пришла в дикий восторг и сказала что тут и счастье, и везуха, и смелость, и вообще за это надо выпить. Анатолий с готовностью долил в стаканчики золотую текилу и смущенно сказал, что особой смелости и счастья тут не было и в ответ на недоуменный взгляд девушки произнес следующее: -" Мат часть надо изучать прилежно. Американец по своей простоте не знал, что барабан семизарядного револьвера Нагана в отличие от шестипатронных американских, британских и прочих своих собратьев имеющих барабаны, имеет несколько иную инерцию вращения барабана, и при должном знании матчасти и умелом с оной обращении, имел практически полную гарантию безопасности. Пустое гнездо при хорошем без заеданий вращении,и грамотной руке, как более легкая часть ротора всегда оказывается наверху барабана, под ударом курка, тем более что наган был все время при деле и все части были хорошо приработаны, да и ухаживали за ним заботливо. Ну а что бы все вообще было хорошо, надо в процессе, Наган слегка встряхнуть. Такой вот Лас-Вегас.

18.

Предыстория
Курчатовский институт. 70-е годы. Для какой-то установки глубоко в подвале одного из корпусов потребовалось непрерывное снабжение СПИРТОМ.
Ввиду недостатка места цистерну пришлось разместить в пристроечке рядом с корпусом. Соответственно СПИРТОПРОВОД (вдумайтесь в звучание, да?) прошел под потолком одной из лабораторий.
Естественно, труба была замурована, но когда я пришел в эту лабораторию, хитро сделаный отвод с крантиком исправно функционировал уже не первый год...

История
Курчатовский институт. 95-й год. Полный бардак, по секретным лабораториям носится стая ныне дружественным китайцев. Главный у них - пожилой ханец (это самоназвание коренных китайцев, а не то что некоторые подумали) с настолько сморщенным лицом, что и сравнить - то не с чем, можно сказать, эталон сморщенности. Гоняет это он своих орлов квадратно-гнездовым способом, те с умным видом что-то пишут в блокнотики.
И вот заваливает это толпа в нашу лабораторию, завлаб что-то начинает вещать, сморщенный переводит, не забывая покрикивать на свою орду. Наконец цирк заканчивается, сморщенный выталкивает свою орду в коридор, мы совсем было уже облегченно вздыхаем, и тут...

Этот старый Ляо неожиданно безощибочно тыкает пальцем сначала в крантик, потом в нашего слесарюгу Толича и без следа акцента командует "НАЛЕЙ!" Толич слитным движением выхватывает из кармана белоснежного халата стакан, моментом заливает туда грамм 100, ханец моментально принимает емкость и в пол-глотка опустошает. Две секунды на все.
Ляо вновь принимает начальственный вид и выходит за дверь к своей пастве.
Завлаб, потрясенно:
- НАША школа!

А кстати, Ляо, оказывается, действительно учился в Союзе в 50-х. Потом при Мао сидел, и вот теперь отвечает за научное сотрудничество.
А у нас с тех пор любимый тост - Ну, за НАШУ школу!

19.

Дед рассказывал, когда я еще был маленьким.
1945 год, бои шли уже в Пруссии. Три дня бились за какой-то городок. И тут передышка. Деда засылали связным, вернувшись, он с трудом нашел в этой неразберихи штаб батальона, откуда его отправили к развалинам большого здания, где находились остатки его роты. Придя, Дед не стал докладываться, чтоб не загреметь в караул, после трех-то бессонных ночей, а забрался в кузов стоящей рядом разбитой машины и тут же заснул.

Проснулся от толчков и качки, приоткрыл глаза: япона мать! Он едет в кузове грузовика, вдоль бортов которого сидят три немца! Потряхивает прилично, но слава богу они дремлют. Остатки сна слетают мгновенно и он тут же соображает, что еще жив только потому, что с головой укрыт немецкой шинелью. Как можно осторожнее он оглядывается: рядом барабаны с проводами и немец весь в окровавленных бинтах и, похоже, уже скончавшийся.
Что делать? Попытаться пристрелить этих троих и сигануть. Но винтовки не видно. Да и бесполезно, наверняка машина едет в колоне и его тут же пристрелят. А ведь война заканчивается и ой как хочется выжить. И у него созревает план.
Дед тихонечко снимает грязные окровавленные бинты с немца. И так же тихо под шинелью заматывает себе ими голову, оставив лишь глаза. Мол, ранен так, что ни говорить, ни слышать не могу. А на первой остановке, изображая раненого, решает попытаться вылезти из грузовика, типа, отлить. Ну и свалить потом. Для этого он избавляется от своей советской формы, выпихнув ее в щель в борту и, оставшись лишь в исподнем, очень медленно, поскольку уже на виду у немцев, в такт толчкам, натягивает на себя шинель бойца вермахта.

И тут машина останавливается. Фрицы просыпаются. Один из них трогает раненого товарища, что-то говорит на немецком. Затем все трое негромко произносят молитву. А Дед под шинелью так неудачно обмотал голову, что теперь толком не слышит и не намного лучше видит. А самое главное, с трудом дышит. И он решает - пора, пока не задохнулся.
Из положения лежа, он стоная, сначала садится, затем, продолжая сопровождать свои действия стонами, встает на карачки и хватается за борт. Он чувствует, что выглядит это все как-то не так, но немцы, вроде бы, не выказывают признаков беспокойства. И Дед перелезает через борт, спускается на землю, и, ковыряясь в шинели в районе ширинки, чтоб всем было понятно, какая у него возникла маленькая необходимость, пошатываясь идет к кустам. Напряжение дикое, сердце выскакивает из груди, в голове калейдоскоп мыслей. И нервы у деда не выдерживают. Он рвет со всех ног в сторону овражка. Сзади слышатся крики, стрельба. Сильный удар в район ягодиц и он падает, не пробежав и 50 метров. Лежа, он видит подбегающих людей и жалеет в этот момент лишь о том, что пуля попала не в голову.

А сейчас вернемся чуть назад, к тому моменту, когда дед забрался в кузов, как ему показалось, разбитой машины. А машина была хоть и потрепанной, но целой и принадлежала связистам из приданного их полку дивизиона 122-миллимитровых гаубиц. Их передислоцировали, и водила, получив приказ увез и деда. В указанном месте тех выстроили в колонну и они покатили в наш тыл. Где-то, в кузов одной из машины закинули пленных немцев, сдавались они тогда пачками, их даже не охраняли. И это оказался грузовичок в котором спал мой дед. Но когда колонна остановилась, а одна фашистская гадина вдруг попыталась удрать, красноармейцы, естественно, открыли по этой сволочи огонь и прострелили ей задницу.
Конечно, потом во всем разобрались. Деду влепили штрафную роту. Хотя могли и расстрелять. Он же документы все свои вместе с формой выбросил и награды (две медали).
Рана была у него довольно тяжелой, но в госпитале зажила быстро. А в штрафную роту он не попал, кончилась война и его амнистировали.
Вот так мой дед умудрился бежать из плена от пленных немцев, будучи в тылу среди своих.
И хоть вспоминал он это с улыбкой, этот эпизод был для него самым напряженным и драматичным за всю войну.

20.

Про Анфиску

Есть у нас в детском саду одна манюня, Анфиска, у нас
шкафчики по соседству. Ну, шкафчиками там дело не ограничивается, они
ещё и спят рядышком. Короче, такие, постельно-шкафчиковые отношения.
Впрочем, речь не об этом. Не об отношениях.
Так вот, у этой манюни, у Анфиски, у неё два папы. Папа Эрик, и папа
Виталик. Они водят её в сад по очереди. Она их так и называет, папа Эрик
и папа Виталик.
Хорошо. Чем больше пап, тем лучше. Ведь это впрямую влияет на количество
подарков. У некоторых ни одного, а у Анфиски два. Пусть.
Распределение пап по планете вообще весьма неравномерно. То густо то
пусто. Очень часто так бывает, что пап два. Или ни одного. У Анфиски вот
два, что ж такого?
Другое дело, что и мам у Анфиски тоже две. С одной стороны, при наличии
двух пап, это вроде бы вполне нормально. А с другой стороны - весьма
нетипично. Их зовут мама Света и мама Лена. Они тоже несут вахту по
Анфискиной доставке наравне с папами. У них там какой-то сложный
скользящий график, сутки на трое что ли. Причем если Анфискины папы
резко отличаются друг от друга (один черненький, другой рыжий), и не
вызывают проблем с идентификацией, то Анфискины мамы похожи как две
капли воды, и я до сих пор теряюсь, кто сегодня дежурная мама, пока
Анфиска не назовёт по имени.
Но всё таки чаще всего в сад Анфиску приводит бабушка. Не пугайтесь,
бабушка всё время одна и та же. Хотя при том количестве родителей,
которым господь наделил Анфиску, количество бабушек и дедушек я даже
представить реально не берусь.
А реже всего Анфиску приводит дядя Серёжа. Дядя Серёжа это то ли друг,
то ли водитель одного из пап. Кого конкретно я не знаю. Друговодитель -
говорит Анфиска. Дядя Серёжа большой молчун. За все годы я не слышал от
дяди Серёжи ни единого слова. С Анфиской он общается головой и ушами.
Здоровается при встрече всем телом. Однажды он вернулся, что бы отдать
забытую Анфиской игрушку. Встал в дверях группы. Ну, наконец-то, -
подумал я. Вот сейчас дядя Серёжа произнесёт своё первое слово. И что он
сделал? Он взял и громко хлопнул в ладоши. Все дети включая Анфиску
конечно тут же обернулись.
При этом он точно не немой. Я однажды прекрасно слышал, как он материт
водителя машины, перекрывшей ему выезд.

К такому количеству анфискиных близких родственников все давно привыкли,
никаких проблем.
Впрочем, нет. Один раз было. Когда нам в группу пришла новая
воспитательница, Анна Борисовна. Её так долго искали, так обрадовались
когда нашли, что про количество Анфискиных родителей на радостях
сообщить просто забыли. И вот мы в течение двух недель с удовольствием
наблюдали, как постепенно вытягивается её лицо при появлении каждого
нового Анфискиного папы или мамы. Когда вечером Анфиску забрала мама
Лена, а с утра приводил дядя Серёжа, у Анны Борисовны начинал дёргаться
левый глаз. (Потом ничего, прошло)

Короче, вот так.
Врочем, речь не о мамах и папах всё таки, а речь про Анфиску.
Вот есть знаете, такое выражение, - хвост виляет собакой.
Так вот, этот хвост, Анфиска, она не просто виляет собакой. Нет. Она над
этой "собакой" всячески издевается, измывается, мотает нервы, помыкает,
и гнусно глумится.
Эта маленькая козявка прекрасно владеет всеми приёмами самого мерзкого
манипулирования.
Видимо, при всём кажущемся благополучии отношений, за внимание Анфиски
между семьями идёт скрытая конкуренция. И она этим прекрасно пользуется.
Одевает её к примеру мама Лена, и тут Анфиска возмущенно кричит.
- Зачем ты шарфик под куртку завязала!!! Мама Света мне всегда
завязывает сверху! Иначе я могу легко простудиться!
Глаза у мамы Лены делаются большими и испуганными, и она начинает
судорожно перевязывать шарфик. Дальше с мамой Леной можно делать что
угодно, она полностью деморализована. Я, наблюдая это, прекрасно знаю,
что, во-первых, Анфиске глубоко наплевать как повязан у неё шарфик. А
во-вторых отлично помню, что точно то же самое она вчера выговаривала
маме Свете.
Или к примеру повязывает ей папа Виталик с утра бантики. Пыхтит и
потеет, пытаясь ладошками каждая с анфискину голову справиться с тонкой
паутиной волос и лент.
- Голубой слева, розовый справа! - радостно глумится Анфиска дождавшись,
когда бантики будут наконец завязаны. - А ты как завязал?! Перевязывай
давай! Что ты копаешься? Папа Эрик знаешь как бантики завязывает? Вжик,
и всё! И курточку он вешает вон на тот крючек, а не на этот! Ты что
бестолковый какой?
Папа Виталик скукоживается и начинает суетиться. У него дрожат руки и
подбородок, на него неприятно смотреть. Да я и не смотрю. Я когда
наблюдаю все эти Анфискины прыжки и ужимки, у меня начинают чесаться
руки. Маленькое чудовище. Я просто не представляю, как можно такое
терпеть. Будь моя воля, эта шмакодявка на третий день ходила бы строем и
честь отдавала. Уж что-что, а ставить на место маленьких мерзких
промокашек меня хлебом не корми, только дай.
Заканчивается издевательство обычно всегда одинаково. Появляется Нина
Пална.
- Анфиска?! Ну ты у меня допляшешься, коза-дереза! Ну-ка живо в группу!
Анфиска поджимает хвост и вся спесь слетает с неё как зонтики с
одуванчика. У Нины Палны не забалуешь.
У нас сменилось много воспитателей, но нянечка Нина Пална незыблема, как
новый год. Нина Пална долго ни с кем не цацкается. Её боятся все. У неё
даже кашу с комочками и рыбный суп все съедают с удовольствием и до дна
(все-все, включая, мне кажется, даже заведущую детсадом). Для Анфискиных
многочисленных родителей появление Нин Палны как спасательный круг для
тонущего. Они облегченно вздыхают и утирают пот со лба. Я думаю в душе
они Нину Палну просто боготворят. Не знаю, что они без неё дома делают,
как справляются с этим маленьким монстром.

Вот значит такие пироги с котятами. Такая вот есть у шкета любопытная
подруга.
А тут, перед новым годом как раз, собрались мы на новогоднее
представление, в ледовый дворец.
Для компании позвали с собой приятеля, Генку. Что б не скучно.
Договорились с его родителями.
Ну, всё обсудили, и я как раз должен был ехать за билетами. И вдруг
шпана говорит - а давай Анфиска с нами тоже пойдёт?
- Нет!!! - быстро сказал я. - Нет, ни в коем случае!
Шпана расстроился. То есть он ничего конечно не сказал, нет так нет. Но
огорчился.
Я не люблю, когда шпана огорчается. Точнее как? Больше всего в жизни я
не люблю, когда шпана огорчается.
И я подумал. Да, может быть я недостаточно мужественный, и даже где-то
малодушный человек. Но я пожил, хлебнул всякого, я служил в армии в
конце концов, стоял в тридцатиградусный мороз на плацу, и однажды меня
даже взаправду убили. Неужели я на самом деле боюсь остаться на три часа
с какой-то пигалицей? Это ведь стыдно.
И я сказал - черт с тобой. Пусть будет Анфиска!
- Ура! - закричал шкет. Это на какое-то время примирило меня с
неизбежным.
Кроме того, в душе я всё таки надеялся, что кто-то из её родителей
пойдёт с нами. Двое взрослых лучше чем один. Я наивный человек,
воспитанный на советских принципах добра и справедливости. Не подумал,
что Анфискины родители значительно моложе, и воспитаны на совсем других
принципах.
- Отлично! - сказали они. - Просто здорово! Вы её из дому заберёте, или
нам её куда-то привезти?
В голосе звенела неподдельная радость от возможности хоть на три часа
избавиться от домашнего тиранозавра. Я понял, помощи ждать неоткуда.

Ночью, накануне представления, мне приснился кошмар. Будто я, доведённый
до отчаяния Анфискиными вывертами, беру её за ручки за ножки,
раскручиваю над головой, и отпускаю. Она летит над ареной стадиона, над
головами зрителей, и тряпошной куклой приземляется на противоположных
трибунах. "Боже! Что я наделал!"- думаю я. А в это время над ареной, на
этих огромных экранах, появляется глумливая Анфискина физиономия, и из
громкоговорителей на весь стадион несётся её мерзкое "Ха-ха-ха! Кто ж
так кидает? Вот мама Света!..."
Проснулся я в холодном поту.
И мы стали собираться.

К стадиону Анфиску привезла мама Лена. Они стояли возле машины, и
Анфиска привычно ей что-то выговаривала. По поводу своей прически, я так
понял.
- У вас в машине тепло? - спросил я.
- Да нормально...
- Тогда может быть вы переоденете её тут? Там в фойе черт-те что
творится. А в гардероб не пробиться совсем.
- Конечно! - сказала мама Лена и посмотрела на Анфиску.
- Я не хочу передеваться в машине! - вызывающе пискнула та и выпятила
губу.
Тогда я присел и тихо сказал.
- Разве я спросил, что ты хочешь? У тебя четыре с половиной минуты. Не
успеешь - поедешь домой. Всё, время пошло.
Анфиска нырнула в машину, а мама Лена стояла и смотрела на меня как на
снежного человека.
- Четыре с половиной минуты. - повторил я
- Ой, извините! - спохватилась та и нырнула вслед за Анфиской.
Потом я завернул переодетого ребёнка в свою куртку, взял подмышку и
оттарабанил в помещение. Представление начиналось.

Знаете что? Я повидал всяких детей. А я люблю наблюдать за различными
шмакадявками.
Но послушайте! Мне ещё никогда, никогда в жизни не доводилось видеть
такого послушного и спокойного ребёнка.
Она не капризничала, не гундела, и не перечила. Она ела сладкий
поп-корн, хотя просила солёный. Без звука пила минералку вместо колы.
Следила за мальчишками, пока я отлучался за снедью, и тихонько
пересказывала мне пропущенные события на сцене. А в перерыве...
Слушайте, а в перерыве, когда шпана ртутью перекатывалась по фойе, она
просто прилипла как жвачка к моей ноге, и не отлепилась ни на
секундочку. Чем здорово облегчила мне жизнь, ведь глаз-то только два.
Короче, это был кто угодно, только не та Анфиска, которую я знал.
Которая каждое утро пилила нервы окружающим ржавым зубилом "А я ниии
буууду одевать эти розовые кааалготы! Я же сказала, я буду адивать
только сиииние! Неужели так трудно запомнить?!"
Мне это всё не нравилось, я ждал подвоха. Я был собран, напряжен, и
готов в любой момент, при малейшей попытке попробовать на зуб мой
авторитет размазать эту пигалицу парой заранее заготовленных чотких
фраз.
Увы. Она не предоставила мне ни единого шанса. Не дала ни малейшего
повода.

Потом она попросилась в туалет, мы шли пустыми гулкими переходами и
болтали о том о сем. А когда мыли руки вдруг спросила.
- Разве у Никитки нет мамы?
- С чего ты взяла? - рассмеялся я. - Конечно есть!
- Просто она никогда не приходит в сад.
- Ну, у неё есть другие дела. Поэтому Никитку всегда вожу я.
- Хорошо ему! - вздохнула она.
- Чем же хорошо-то? - снова засмеялся я.
- Никто не ругается, кому завтра вести ребёнка в сад.
Потом глянула на меня в зеркало, подумала-подумала, и добавила.
- Меня из-за этого три раза забывали забрать. И меня забирала к себе
воспитательница. Только вы никому не говорите.
- Не скажу. Ты плакала?
- Только первый раз. А потом я уже стала взрослая.

* * *
После новогодних каникул первое, что мы увидели, войдя в раздевалку,
была Анфиска. Она стояла на стульчике по стойке смирно, а напротив неё,
так же по стойке смирно, стоял папа Виталя с телефоном в руке.
- Готов? - спросила Анфиска.
- Готов! - ответил папа Виталя.
Тогда она звонко скомандовала.
- Четыре с половиной минуты! Время пошло! Кто не успеет, тот поедет
домой!
И стала быстро-быстро раздеваться.
Печальный папа Виталя послушно втыкал в таймер.

* * *
Я вспомнил эту историю вчера, когда забирал шкета из садика.
Группа под руководством преподавателя по изо сидела и дорисовывала
открытки к 23 февраля.
Потом мы одевались, и шкет сказал.
- Мне там чуть-чуть совсем осталось, танк докрасить.
- А я всё дорисовала! - похвастала Анфиска, которая крутилась
поблизости.
- Ого! - сказал я. - Ты уже две открытки нарисовала?
- Почему две? - удивилась та.
- А сколько? У тебя же два папы. Тебе нужно две открытки.
Анфиска ненадолго задумалась, поджала губу, и сказала мерзким скрипучим
голосом.
- Боже моооой! С вами, мужчинами, всегда таааакиее праааблееемы!

21.

Это было, как сейчас помню, в 1967 году. То есть в год пятидесятилетия
Октября. И, - надо же, какое совпадение! - в этот год и цирку Страны
Советов исполнилось тоже 50 лет. Не уверен, что вся страна торжественно
отмечала праздник циркачей, хотя это, вполне вероятно, так и было, но
Одесса мимо такой знаменательной даты пройти никак не могла. Цирк в
Одессе находится на улице Садовой, неширокой и недлинной улице, в
которую переходит Дерибасовская и которая заканчивается Новым рынком
(Новым он был задолго до Паустовского, Ильфа и Петрова). К 7-му Ноября
все улицы города, парки, предприятия и магазины были украшены флагами,
лозунгами, здравицами и воззваниями. Работники Одесского цирка тоже
внесли достойную лепту в праздничное оформление города. Улицу Садовую
непосредственно около цирка украшала кумачовая растяжка с предельно
"забойным" содержанием: "ПЯТЬДЕСЯТ ЛЕТ СОВЕТСКОМУ ЦИРКУ!" А чё? Знай
наших...

22.

Про то, как в итальянском аэропорту сталкиваются самолеты на рулежке или
самолеты с автобусами - это телега известная. Но есть еще история
покруче "Поймай меня если сможешь".

Один швед из Стокгольма по имени Томас Салме любил самолеты и играть на
Microsoft Flight Simulator. Как-то он обнаружил пососедству учебный
центр SAS. Он позвонил туда, сказал, что он безработный пилот и ему дали
один раз полетать на авиатренажере, чтобы не терял навыки. Томас
сдружился с обслуживающим инженером из этого центра и тот давал Томасу
по ночам, когда никого нет, пользоваться тренажером. В кабине лежали
мануалы по нескольким самолетам, он скопировал их. Учился в этом
тренажере по мануалам и методом проб и ошибок несколько месяцев.

Однажды он узнал что у итальянской авиакомпания Air One есть вакансия
пилота и он отправил на нее заявку. Подделал себе шведскую лицензии
пилота - без регистрации, без печатей. Его пригласили на пробные полеты
в двух сложных аэропортах в Лампедузе и Реджио Клабриа, которые он
успешно прошел. Это был его первые полеты. В Лампедузе он садился с
одним неработающим двигателем, в который попала птица. Лицензию
проверить в компании не догадались. Его приняли вторым пилотом на
пассажирский самолет. Переехал в Милан.

Через 3 года он стал КВС. 13 лет он возил пассажиров. 2 марта 2010 г, в
Аместердаме его перед вылетом повязала голландская полиция. Им
настучали, что у Томаса просроченная лицензия и она без права на
управление пассажирскими самолетами. Когда они обнаружили, что лицензии
у него вообще не было, его заперли в камеру на 2 недели и думали, что с
этим делать. Ему грозило 6 лет тюрьмы. Случаев, когда он подвергал бы
опасности пассажиров, за всю его историю не обнаружили. В итоге
оштрафовали на 2 000 евро и на 1 год запретили управление самолетом. За
13 лет он сменил 3 авиакомпании, налетал около 11 000 часов.

Сейчас срок запрета то ли закончился, то ли заканчивается. Вроде бы пока
он еще нигде не летает.

23.

Предыстория

Курчатовский институт. 70-е годы. Для какой-то установки глубоко в подвале одного из корпусов потребовалось непрерывное снабжение СПИРТОМ. Ввиду недостатка места цистерну пришлось разместить в пристроечке рядом с корпусом. Соответственно СПИРТОПРОВОД  (вдумайтесь в звучание, да?) прошел под потолком одной из лабораторий. Естественно, труба была замурована, но когда я пришел в эту лабораторию, хитро сделаный отвод с крантиком исправно функционировал уже не первый год...

История

Курчатовский институт. 95-й год. Полный бардак, по секретным лабораториям носится стая ныне дружественным китайцев. Главный у них - пожилой ханец (это самоназвание коренных китайцев, а не то что некоторые подумали) с настолько сморщенным лицом, что и сравнить - то не с чем, можно сказать, эталон сморщенности. Гоняет это он своих орлов квадратно-гнездовым способом, те с умным видом что-то пишут в блокнотики. И вот заваливает это толпа в нашу лабораторию, завлаб что-то начинает вещать, сморщенный переводит, не забывая покрикивать на свою орду. Наконец цирк заканчивается, сморщенный выталкивает свою орду в коридор, мы совсем было уже облегченно вздыхаем, и тут...

Этот старый Ляо неожиданно безощибочно тыкает пальцем сначала в крантик, потом в нашего слесарюгу Толича и без следа акцента командует "НАЛЕЙ!" Толич слитным движением выхватывает из кармана белоснежного халата стакан, моментом заливает туда грамм 100, ханец моментально принимает емкость и в пол-глотка опустошает. Две секунды на все. Ляо вновь принимает начальственный вид и выходит за дверь к своей пастве. Завлаб, потрясенно:

- НАША школа!

А кстати, Ляо, оказывается, действительно учился в Союзе в 50-х. Потом при Мао сидел, и вот теперь отвечает за научное сотрудничество. А у нас с тех пор любимый тост - Ну, за НАШУ школу!

24.

Один американский журнал организовал конкурс на самого верного, самого трезвого, одним словом, самого порядочного
мужчину.
Одно из писем, полученных редакцией журнала, "гласило:
""Я" не пью, не курю, верен своей жене и никогда не заглядываюсь
на других женщин. Я очень много работаю, и у меня не остается
времени ни на кино, ни на театр. Я рано ложусь и встаю на рассвете. Каждое воскресенье я хожу в церковь. Кстати, срок моего
заключения заканчивается всего лишь через "год..."""