Результатов: 153

152

[I]
Знаете ли вы, что такое «дубас»? Вот три варианта объяснения.[/I]

Вариант 1 (Короткий и точный)

— Дорогая, ты знаешь, что такое «дубас»?
— Нет, а что?
— Это старинный сарафан из грубого крашеного холста. Прямо как тот, что у тебя в шкафу висит.
— Слово «отдубасить» с ним как-то связано?
— Ну, представь... Намочи такой холст — и он становится твёрдым, как дубовая доска. Идеальное орудие для воспитательных бесед. Так что когда я вчера говорил, что собираюсь тебя «отдубасить», я, в общем-то, предлагал культурно-этнографический эксперимент.

Вариант 2 (В стиле «исторической справки»)

Археологи на раскопках древнего поселения наткнулись на странный артефакт: свод правил для молодожёнов. Пункт 14 гласил: «Аще жена непотребно словолит, мужу дозволяется применить дубас».
Учёные долго спорили: то ли это вид наказания, то ли предмет гардероба. Пока одна лингвистка не вспомнила: дубас — это сарафан из крашеного холста, который после стирки становился жёстким, как корабельная палуба.
— Так «отдубасить» — это буквально «выпороть мокрым сарафаном»? — ахнул руководитель экспедиции.
— Именно, — кивнула лингвистка. — Видимо, наши предки были большими эстетами. Не просто побить, а побить с отсылкой к традиционному костюму.

Вариант 3 (Диалоговый, с неожиданной развязкой)

Сидим с другом-филологом, пьём чай.
— Слушай, — говорю, — вот слово «отдубасить»– от чего произошло? От «дубины»?
— А вот и нет! — оживляется филолог. — Это от «дубаса»! Старинный сарафан из холста. Представляешь? Намочи такую холстину — и она колом стоит. Идеальное орудие для воспитания строптивых жён, неверных мужей или нерадивых подмастерьев. Эдакий демократичный аналог рыцарской булавы.
— Гениально, — восхищаюсь я. — Получается, фраза «Я тебя сейчас отдубашу этим полотном!» — это не метафора, а историческая реконструкция?
— Абсолютно! — торжественно заключил филолог, осторожно отодвигая от себя мою мокрую, только что выстиранную льняную рубашку.

153

Однажды…
Произошла со мной эта история в старый новый год. Был у меня в пригороде дом, не сказать, что особняк, но и халупой не назовешь. И не был я в нем с начала новогодних праздников. Жена настаивала, что нужно бы проверить, мало ли чего, может антифриз в системе отопления выкипел. Да и так посмотреть, что к чему, может живет в нем уже кто ни-то. Я особо не переживал, ведь у меня там был сосед с постоянным местом жительства, так что пожар или чужих заметил бы. Но женщины бывают быть настойчивыми. И четырнадцатого числа под вечер я рванул.

Зима выдалась снежная, но город и основные трассы были расчищены. Что нельзя было сказать о переулке где находился дом. Реально я подъехал к двух-метровой горке с едва заметной тропкой протоптанной чьими-то ногами. Это была проблема. Постояв минут пятнадцать в задумчивости, я решил все же сходить пешком. И не зря. Хоть сосед и был на стреме и как только залаяла его собака, был начеку.

- А, это ты – успокоился он. Поздоровались. – Так-то вроде все нормально, - заверил он. – Замело только нас, ротор только по трассе прошел, к нам даже и не сунулся. Пока основные не разгребут нечего и ждать. Поздравив друг друга с прошедшим и со старым новым годом, разошлись.

В доме было непривычно холодно. Я потрогал регистры они были ледяными. Матюкнувшись и помянув черта я понял, что отказал водогрейный котел. Потому что электричество в доме было. И отказал он видимо не очень давно, воду в кранах еще не прихватило. Но тут дело времени и остаться без водоснабжения мне не хотелось. И тут я вспомнил, что в доме есть печь. Когда ставили электрокотел ее оставили для подстраховки. Новострой второго этажа она конечно не обогреет, да там и нет еще ни хрена, а вот именно где выход водопровода со скважины, в самый раз. А там и электрик найдется. Конечно в электричестве я и сам разбираюсь, знаю, что за ноль можно держатся спокойно, а от фазы щиплет. А если взяться сразу за оба, то хреначит мама не горюй. Поэтому лезть в щиток я не рискнул, в целях противопожарной безопасности. Да и дров в сарае осталось немеряно и я затопил печь. Теперь оставался один вопрос, что делать с брошенной на трассе машиной. А уже темнело. Девяностые годы они такие, не успел зевнуть колес уже нет. Еще раз зевнул и кузова лишишься. А у меня была неплохая такая «японочка» Тойота-Корона. И я задумчиво вышел на улицу.

Посетовав соседу о крякнувшем котле, брошенной машине, темноте наступающей и вдруг меня осенило:
- Слышь сосед, а ты мне не поможешь ее сюда допихать? Хотя бы поближе к дому…
Он смотрел на меня недолго, но пристально. Если убрать из его речи матерные выражения, то он рассказал мне о моей недальновидности и что через такие снега пусть пихают негры. И много еще познавательного. Я послушал, послушал и вернулся к печке. Подбросить дров. Тупо смотреть на огонь можно долго, но машина дороже и я начал строить планы. Теория требовала практики и я опять вышел на улицу.

Снегу было метра полтора, но проваливался я только по колено. Это радовало. Кое-где был даже наст, а это радовало еще больше. Самый большой сугроб был около соседа. Прямо вровень с крышей его сарая, с плоской крышей. Но ведь здесь-то уже безопасно. И я на всякий случай крикнул соседу, насчет того крепкая ли у его сарая крыша? Он ответил:
- Крыша-то крепкая, а тебе нахрена? – и я пояснил ему могу ли я на нее на своей машине заехать. Он плюнул, сказал несколько слов уже не о дальновидности моей, а дебельнутости и ушел домой. А я отгребал пакет с пиломатериалом привезенным осенью.

Пиломатериал был отличный. Доска дюймовка обрезная шириной тридцать сантиметров и длиной четыре метра. Четыре таких я и потащил. Как лесовоз. Кряхтел и считал шаги. Их было двести. Деленные на четыре, получалось не так уж много. Подложив печку я и приступил к плану А. План был не очень емким. Положил две доски под колеса, наехал, подложил следующие, наехал, перетащил вперед доски сзади. И таким образом я и двигался. Тут главное не торопиться, а на перекурах бегал подкладывал в печку. В кромешной тьме я уже приблизился к соседскому сараю и тут меня охватил молодецкий заеб. Залез на крышу откидал снег и уровень сугроба сравнялся с крышей. Осталась ерунда, а именно развернуть доски под углом к основному движения и вот. Машина стояла на крыше. Я унес доски. А ветерок со снежной шугой ровнял следы.
В доме было уже довольно тепло, я придвинул к печке кровать и со спокойной душой и чистой совестью погрузился в сон. Спал я не очень долго. Потому что с утра проснулся от криков соседа и его постукиванья в мое окно палкой. Я вышел.
- Я понимаю, что ты ебанутый, но объясни мне как?! – показывая на машину ошалевал он.
- Да ты чё! Вчера же был старый новый год. Ты пихать отказался, я встретил деда Мороза попросил его. Так вот, бля, он на своих оленях и притарабанил! – повернулся и пошел досыпать.

1234