Результатов: 1064

1051

Великая сила искусства.

С подачи моей культурной и возвышенной подружки, которая каждые выходные ходит в театр, музей или на выставку, мой муж решил приобщить нас к прекрасному. В частности к живописи. Церковной. Ну тут я не открою Америку, все знают, что католическая церковь не скупилась и нанимала лучших мастеров своего времени, там и Микеланджело, и Рафаель, и Тициан со своими учениками успели приложить руку.

Все решено, мы едем рассматривать купол церкви святого Андрея. Церковь- невероятно красивая, в ней чувствуется какое-то величие и торжественность, она прям завораживает, представляю, что будет на куполе!

Гид внизу долго и нудно рассказывал чего-то о технике безопасности, о балках и о сложном подъеме по узкой лестнице с «односторонним движением». Нас что отправляют покорять Эверест? Чего там сложного, ох уж эти итальянцы, вечно чего-то себе насочиняют, а потом сами же и боятся. Я запомнила только 188 ступенек до развилки, низкая балка, а потом еще 20 ступенек. Т.е это примерно как на девятый этаж подняться, сильно согнуться и доковылять на десятый. Все охали и ахали, а у меня в детстве лифт часто ломался, я вообще лестниц не боюсь. Мой муж наслушался страхов и отказался. Вот те раз, собирались вдвоем, билеты купили, а он передумал, но, коль деньги уплачены, я пойду, буду за двоих приобщаться к искусству, потом ему покажу фото и все расскажу.

У нас собрали все рюкзаки и сумки, взамен выдали каски, еще раз чего-то пробубнили про технику безопасности и благословили. Было ощущение, что нас-новобранцев провожают в армию.

Я, как молодой лось, с бешеной скоростью пролетела 188 ступенек. Тут надо отметить, что лестница была винтовая и все ступеньки кривые и разной высоты, немного кружилась голова, поэтому я на автопилоте проскочила их все, а потом остановилась на развилке ждать группу. Честно скажу, это мое первое и последнее спортивное достижение, других не было и не будет. Минут за 5-7 потихоньку собралась вся группа, после этого гид скомандовал идти на улицу.

По периметру купола была дорожка шириной сантиметров 60-70. Ощущения, я вам скажу, не очень приятные: под ногами гремучий решетчатый пол, а под ним крыши домов. Понятно, что пол прочный, но как-то неуютно чувствуется на таком. Вам что досок жалко было? Плюс ветер такой, что, казалось, мы просто улетим вместе с этим полом. Что говорил экскурсовод вообще не запомнилось. Я, прижимаясь спиной к куполу, все время думала, где спрятаться от ветра и чем укрыться. А вот наиболее смелые граждане чуть ли не свешивались через перила и делали селфи. Вид был восхитительный, но у меня даже в мыслях не было достать телефон, я представила с каким свистом он полетит вниз, а я не Галилео Галилей, чтоб изучать тела в свободном падении.

Но это все ерунда, настоящее испытание нас ждало внутри. Все та же дорожка шириной 60 см по внутреннему периметру купола, хиленькие перила, решетчатый пол, а под ним бездна. На улице хотя бы крыши под ногами были, а тут ровным счетом ни-че-го. Гид говорил, что высота 42 метра, но по ощущениям там все 420 были, люди внизу маленькие-маленькие и далеко-далеко. Зато аккустика была великолепная, все крики и визги экскурсантов были слышны, как под куполом церкви, что и не удивительно, т.к мы именно там мы и были. Я молчала, у меня просто пересохло горло и онемели все мышцы.

Гид, разглядывая наши бледные лица, сказал, что если кому-то плохо, то можно выйти и постоять на улице. Примерно половина группы вышла подышать воздухом. Ветер не так пугал, как пропасть под ногами. Я не вышла, а просто прислонилась спиной к стене и стояла, как статуя. Наверное, часть фресок безвозвратно испорчена моей курткой, хотя, справедливости ради, я не одна такая была. Время остановилось, а мы, как атланты и кариатиды, просто молча держали купол на своих плечах. Почему я не вышла на улицу? Для этого надо было оторваться от стены и, прижимаясь к перилам, пройти мимо людей по внешнему краю дорожки, извините, я стенам доверяю больше, чем дохлым перилам, лучше постою.

Вышла я вдоль стеночки одной из последних и спустилась вниз на ватных ногах. Вот уж не думала, что осмотр фресок по уровню адреналина сродни «американским горкам».

... Внизу очередной гид повторял про удобную обувь, каску, балки, узкую лестницу и кривые ступеньки...

На выходе из церкви меня ждал муж. Спрашивал, интересно ли было и просил показать фотки. Слабак, сам сходи посмотреть сверху, ни одна фотография не передаст все эмоции. Еще спросил, пригодилась ли каска. Да, пригодилась, я там один разок хорошо лбом о балку припечаталась. А фрески? Конечно красивые, в интернете фотки посмотри и заодно почитай, потом мне расскажешь, а то гид как-то неинтересно рассказывал, ничего в мозгах не отложилось...

1052

Сегодня вечером у нас были гости. Молодая супружеская пара, современные и хорошо образованные люди, с которыми мы мило общались несколько раз, пришли к нам на ужин. Мы с супругой два дня бегали по маркетам и гастробутикам, накупили продуктов, достаточных для арктической зимовки.
Десерт и выпечка была на жене, а я взял на себя более серьезные обязанности.

Первым делом собрал сырную тарелку: маленькими кубиками брынзу, треугольником маасдам, стружкой пармезан - все, как положено.
В пиалах шор и мотал, помидорчики черри и свежие огурчики рядышком.
Отдельно собрал блюдо с соленьями: крепкие и пряные огурчики, баклажаны в уксусе и чесноке, которые своим ароматом ультимативно призывали к долгому застолью. Квашеную капусту, сладкую и хрустящую, как первый снег под ногами в Ясамальскую ночь, приправил чуть-чуть фермерским подсолнечным маслом и свежей киндзой - очень вкусно, рекомендую.

И селедочка.
У меня она особенная, я ее мариную в уксусе, соли и сахаре и еще добавляю горчицу.
Не дижонскую, не американскую, не баварскую, а настоящую горчичную горчицу, от одного запаха которой на глазах не то что слезы, а Ниагарский водопад со всеми ручейками.
К селедке, конечно, отварил картошку, разделенную вдоль продолговатого клубня, так лучше сохраняется текстура.
Сверху положил добрый кусок сливочного масла.
Присыпал сверху мелко нашинкованным свежим укропчиком, как каплями летнего дождя.
На дно тарелки положил пару кусочков черного хлеба, купленного в немецкой пекарне по цене чуть дороже мяса.
И вся эта драгоценная жидкость, расплавленная картошкой, стекается на хлеб ручейками изумрудного цвета.
Нанизываешь на вилку кусочек этого хлеба, с селёдочкой и картошечкой - это в правой руке.
В левую руку берешь, ну, вы знаете что, и мысли в это время такие чистые и благородные, и слова тоста собираются красивым порядком, как жемчужины на ожерелье... благодать...
На горячее я приготовил мое фирменное блюдо "Тава из Алатава".
Это когда в сковородку кладу баранину, овощи, чесночок, специи.
И все это безобразие варится, тушится, стреляет раскаленными каплями, шипит и шкворчит, и одновременно соблазняет желанием макнуть хлебушек в сковороду.
Про хлеб вы уже знаете...

Ровно в 19.00 в дверь постучались.

Влияние Кембриджей и Оксфордов было во всей красе, иначе откуда такая пунктуальность?
Супруге вручили вручили небольшой букет, а мне преподнесли пакет бледного цвета, называемого модным словом крафт.
Краем глаза разглядел внутри упаковку кофе и унылые печенюшки.

Сели за стол.
Я достал из шкафчика заранее приготовленный графинчик и разливая умелой рукой аперитивчик, услышал роковую фразу, что мы, мол, не пьем - ПП, йога, яма, неяма, пилатес и все такое.
Вроде умный и образованный человек, с высшим образованием, магистратурой и всякое такое,
- и вдруг заговорил о здоровом образ жизни, обо всяких мантрах, асанах, осознанности, и прочих странных словах.

И что мне прикажете делать?
Столько труда, денег и времени потраченно - и все зря?
Что мне с селедкой делать?
Я всю жизнь ем ее двумя руками: в одной рыба, в другой рюмка.
Одной рукой я ее не осилю, я не ударник из группы "Def Leppard ,".
Зачем мне макать хлеб в "Тава из Алатава", какой смысл, скажите мне, пожалуйста, господин магистр, бакалавр и прочий ученый человек.

Пришлось весь вечер смотреть по YouTube на тетку, которая пыталась почесать левое ухо правой ногой, и пить принесенный гостями кофе с выпечкой со вкусом несбывшихся надежд.

Что за жизнь пошла - кофе без кофеина, выпечка без сахара, люди без совести...

©Автор Mahir Taghiyev пишет книгу...

1053

[B]Развилка 1996 года: Несостоявшийся реванш государственности и цена украденной победы[/b]

К 30-летию президентских выборов лета 1996, определивших судьбу постсоветской России, — анализ мифов и упущенных возможностей.

Введение: Травма исторического выбора

Три десятилетия спустя Международный экономический форум в Давосе 01.02.1996 и президентские выборы лета 1996 года продолжают оставаться одной из самых болезненных и мифологизированных точек российской истории. Общественное мнение до сих пор расколото между нарративом о «спасении от возврата в тоталитаризм» и убеждением в масштабной фальсификации, лишившей страну альтернативного пути развития. Анализ того периода требует не эмоций, а холодного взгляда на факты, программы и международный контекст.

Часть 1: Истоки кризиса — не 1996, а 1990

Чтобы понять суть выборов 1996, необходимо вернуться на шесть лет назад, в 1990-й. Ключевой ошибкой, предопределившей все последующие беды, стала ликвидация 6-й статьи Конституции СССР о руководящей роли КПСС (март 1990 г.). Это был не «демократический акт», а удар по системообразующему институту, который выполнял функции управления, координации и идеологического скрепления Советского Союза. Его демонтаж без создания адекватной замены привёл не к свободе, а к управленческому вакууму, немедленно заполненному националистическими и криминально-олигархическими группировками. Распад СССР стал не следствием экономических трудностей, а результатом целенаправленного разрушения политического ядра страны.

Часть 2: Реальная программа КПРФ 1996 года: не реставрация, а реконструкция

Миф о КПРФ как о партии, желавшей «вернуть всё как было», — продукт тотальной информационной войны. Фактическая программа Геннадия Зюганова и его команды была программой национально-ориентированного прагматизма:

· Экономика: Отказ от «шоковой терапии», государственное регулирование в стратегических секторах, поддержка промышленности, поэтапная реинтеграция постсоветского пространства.
· Внешняя политика: Восстановление союзнических отношений с Беларусью, стратегическое партнёрство с Китаем и Индией, многовекторная политика как противовес однополярной гегемонии США.
· Социальная сфера: Восстановление социальных гарантий, борьба с бедностью, обуздание криминала.

Это была не коммунистическая утопия, а план спасения государственности и экономического суверенитета, близкий по духу современной политике суверенного развития.

Часть 3: Технология кражи выбора

Победа КПРФ была недопустима для сформировавшегося класса олигархов и их западных покровителей. Был применён беспрецедентный арсенал:

1. Медийный террор: Телеканалы, контролируемые олигархами, вели тотальную кампанию по демонизации Зюганова, создавая иррациональный страх («красно-коричневая угроза»).
2. Финансовый ресурс: Неограниченное финансирование кампании Ельцина из государственных и олигархических средств.
3. Административный и избирательный ресурс: Массовые фальсификации, «карусели», давление на избирательные комиссии. Слоган «Голосуй, а то проиграешь!» был фактически обращён не к избирателям, а к элите, чьё благополучие зависело от сохранения режима.
4. Манипуляция общественным сознанием: Подмена реальной программы КПРФ пугающим фантомом «возврата в прошлое».

Часть 4: Цена победы Ельцина и несостоявшаяся альтернатива

Победа ельцинского клана в 1996 году закрепила самые негативные тенденции:

· Окончательное сращивание власти, олигархического капитала и криминала.
· Полная капитуляция перед диктатом МВФ и «вашингтонским консенсусом».
· Социальная катастрофа (депопуляция, обнищание) и деиндустриализация.
· Геополитическая слабость, приведшая к натовским авантюрам (Югославия).

Альтернативный путь Зюганова не гарантировал мгновенного процветания — страна была в тяжёлом состоянии. Однако он давал шанс на более раннюю консолидацию, восстановление управляемости и сохранение геополитических позиций, избежав многих трагедий конца 90-х. Это был путь сбережения народа и государства, отвергнутый в пользу интересов узкой группы.
[B]
Заключение: [/b] Урок украденной альтернативы

1996 год преподал России суровый урок: суверенитет государства может быть отчуждён с помощью медийных технологий и административного ресурса. Сегодняшние споры о том, «было бы лучше или хуже», бессмысленны без признания главного факта:[I] у страны был отнят легитимный, конституционный выбор в пользу восстановления государственности.[/I]

Память об этой краже — не просто ностальгия. Это исторический иммунитет, напоминающий о ценности национального суверенитета и о том, что подлинная власть должна принадлежать не финансовым кланам, а народу и государству как исторической общности. Тридцать лет спустя этот урок актуален как никогда.

1054

Алаверды Гарде и Соломону. Тоже вспомнилось из серии про коварные засады, о которых молчат туристические путеводители.

В 1870 году один немецкий князь прикупил себе пустовавший участок земли к западу от Праги, то есть на чешской территории, давно оккупированной Германией. Там он обнаружил грандиозное, давно заброшенное кладбище, где в Средние века хоронили умерших от чумы, черной оспы и прочих пандемий. Еще он нашел развалины старинной часовни, куда сбрасывали лишние кости, когда на кладбище не хватало места.

За прошедшие с тех пор века болезнетворная микробиота то ли сама вымерла, то ли была вытравлена карболкой, известкой и прочими антисептиками. Проблема перед новым владельцем состояла только в том, куда эти миллионы чешских костей девать, чтобы очистить участок для германских народнохозяйственных целей.

Решение он придумал феноменальное - нанял резчиков по кости и соорудил довольно крупный костел, состоящий целиком из костей. Ими же облицованный изнутри и снаружи. Мозаики с узорами из черепов, включая детские и младенческие, свисающие люстры из костей, всё такое. Типа напоминание о бренности бытия.

Немецкая практичность, католическая склонность к гробовой теме и протестантский креатив - всё удачно совокупилось в этой жуткой затее под названием Костница в Седлеце. Чехи подозревают, что основную часть костей князь сплавил на производство мыла, а церковь была лишь прикрытием, куда они все подевались.

Я вообще не заметил этот пункт в программе нашего однодневного автобусного тура, с объездом достопримечательностей всей страны размером с Московскую область. Краткая остановка наряду с дюжиной прочих. Костями-черепами не напугать мужика с советским прошлым. Аттракционы в комнатах страха, музеи со скелетами я посещал с раннего детства без всякого трепета.

Но при входе в храм на костях меня подвело обоняние. Оно у меня настолько чуткое, что даже визит в театр или филармонию для меня некоторая мука из-за общего запаха сотен духов и одеколонов, пота и пудры, кожи и дермантина. А также газообразных шептунов пищеварения, постепенно наполняющих собой зал. Но там я хоть как-то притерпелся, почти выучился отключать нюх.

Что же касается храма чешско-немецкой дружбы, я пресыщенным туристом, равнодушно озирал всю эту резьбу по кости, пока оставался снаружи. Но стоило мне зайти внутрь... На вас когда-нибудь дышал в упор чувак с гнилыми зубами? Тогда вы меня поймете, а иначе никак.

Неизъяснимым порывом я вылетел из храма и ринулся к ближайшим густым кустам цветущей сирени. Там проблевался настолько основательно, что начисто очистил желудок от изобильных обедов и ужинов предыдущих дней. Отправился гулять мимо садов, стараясь не попадать в подветренную сторону от храма. Запомнились привязанные собачки на парковке для туристических легковушек. Они тоскливо выли, глядя на храм.

Вовремя вернулся к автобусу в назначенное время и обнаружил, что самая умная часть нашей группы вообще в храм не заходила, отсиживалась в курилках и баре. Тех, кто отстоял экскурсию в храме полностью, легко было узнать по бледным лицам, запаху зомби и тому, что их пучило на последующем маршруте. По многочисленным просьбам вскоре был устроен внеочередной привал у кафе с туалетами, откуда все вернулись просветленные.

Окончательно вернуло меня к жизни только посещение пивзавода с бесплатной дегустацией сотни сортов в неограниченном количестве. Как бы ни было бренно бытие, там оно прекрасно!

По приезде в Карловы Вары я продегустировал десяток местных минеральных вод, еле успел добежать до унитаза, в Прагу вернулся полностью очищенным. Со всех сторон желудка и кишечника, но и духовно тоже! После возвращения в Россию налегал на гречку, хрен и свежий лесной воздух. Отрицательный эффект - чешское пиво отбивает желание пить отечественное. Хоть в банках, хоть в бутылках. Хоть в кегах живое, сваренное вероятно тамбовскими девственницами судя по цене.

Но не потому ли меня так восхитило чешское пиво, что предыдущая экскурсия подготовила к нему всесторонним очищением. Нет страдания - нет настоящей радости от пива!

1055

Если говорить о частоте и выраженности индивидуальной родительской заботы, то паукообразные - это одни из самых заботливых из членистоногих, особенно на ранних стадиях развития потомства.
Многие пауки охраняют яйцекладки, а после вылупления иногда даже прибегают к материнскому каннибализму - детёныши поедают мать, в науке это называется матрифагией.
У некоторых видов (например, Stegodyphus lineatus) это финальный акт заботы: Сначала мать кормит детей отрыжкой из полупереваренной пищи. Постепенно её внутренние органы начинают разжижаться сами по себе. В итоге она позволяет потомству полностью съесть себя, чтобы дать им мощный энергетический старт.

Пауки-волки (Lycosidae): Настоящие «многодетные мамы», они не просто носят кокон с собой, прикрепив его к паутинным бородавкам, но и после вылупления возят всю ораву паучат на своей спине, пока те не окрепнут.

Пизауриды (Pisaura mirabilis): Перед вылуплением детей самка строит специальную «детскую палатку» из паутины и охраняет её снаружи.

С точки зрения эволюции, это жёсткий, но эффективный расчёт. У пауков, проявляющих такую заботу, выживаемость потомства в разы выше, чем у тех, кто просто оставляет яйца на произвол судьбы.

Интересный факт: У некоторых видов социальное поведение заходит ещё дальше — они живут колониями и сообща ухаживают за всеми «яслями» группы.

Из сети

1056

[b]Принцесса Диана, Александр ||| и Валентино[/b]

Это случилось поздней осенью 1997 года, вскоре после гибели принцессы Дианы в Париже. Мы приехали туда в составе туристической группы. Нас поселили в небольшом отельчике на Монмартре в середине кривой улочки идущей в гору и всем сообщили номера их комнат. Когда мы зашли в нашу комнату на первом этаже и глянули в окно, моя жена сказала, что здесь она спать не будет. Под окном проходила труба большого диаметра с противоположой стороны улочки-ущелья, по которой можно было легко залезть в окно.

Кинулись в лобби, надеясь с кем-нибудь поменяться, но все уже разбрелись по своим комнатам. Портье говорил только по французски и мы поняли, что другого номера мы не получим.
Что делать? К счастью (вот он рояль в кустах), в Париже уже давно жил мой брат, с которым мы планировали встретиться. Мы попросили у портье разрешения позвонить, объяснили брату ситуацию и он сказал, берите такси и приезжайте. Так, до возвращения домой, на несколько дней мы переселились в его небольшую квартирку и он взял на себя обязанности гида.

Мы побывали с ним во многих туристических достопримечательностях Парижа. В один из последних дней брат повел нас кататься по Сене на судне с открытой палубой и радио гидом: посмотрите налево, посмотрите направо. Тур закончился у моста Альма, где в тоннеле под этим мостом погибла народная любимица принцесса Диана. Вся небольшая площадь была заставлена цветами, а люди с букетами подходили и подходили.

Дальше брат зачем-то повел нас по краю дороги по направлению к мосту Александра |||, очень красивому сооружению. Нас обогнал красивый спортивный автомобиль и остановился. Водитель махал рукой, приглашая поговорить. Брат стал беседовать с водителем, а мы с женой потихоньку пошли вперед. Вдруг слышу, брат зовет нас вернуться – водитель хочет поговорить именно с нами, потому что услышал русскую речь. Это было немножко странно, но он настаивал и брат любезно согласился переводить. Вскоре выяснилось, чего хочет этот шикарно одетый господин.

Попробую описать этот разговор, как я его запомнил, за точность не ручаюсь, ведь с тех пор прошло много лет.
Он: Я представитель модного дома Валентино из Милано и привез на выставку его новые изделия, но немного не успел, выставка закрыта и я возвращаюсь в Милано, но какой-то негодяй украл моя картта кредитто и у меня не хватает денег на бензино. Помогите великодушно $400, а я отдам вам шубку Valentino за $10,000 – такое тяжелое положеньо - не хватает на бензино до Милано.

Я: Вспомнил, как накануне вечером жена брата рассказала забавный случай. У них останавливался один московский гроссмейстер и когда он укладывал чемодан перед вылетом домой, то не удержался и похвастался, какую норковую шубку для жены он приобрел по случаю на Елисейских полях всего за $400. А невестка ему сказала - да такие шубки с искусственным мехом у нас за углом в Тати[accent][/accent] (дешевый универмаг) можно купить за $40! Сказать, что гроссмейстеру стало плохо – это ничего не сказать.

Так что, не став тратить времени на осмотр шубок из багажника мошенника, я на чистом русском языке отправил этого “сотрудника Валентино” искать в другом месте на бензино до Милано.

O Sole Mio

1057

Смотрю, как внучка играет в запрещенный Роблокс с подружкой, попутно общаясь с ней через запрещенный Ватсапп...
Получается, наших детей с юных лет приучают, что государство с его механизмами ограничений и запретов, это какой-то виртуальный надсмотрщик.
Он злой и вредный, как отрицательный герой из мультика, потому что запрещает безобидные и безопасные вещи - игру, мессенджеры, Ютуб.
Но тупой, потому что можно обмануть его, скачав ВПН, и пользоваться этими сервисами дальше....
Очевидно, что это отношение, закрепляемое с юных лет, будет экстраполироваться на все дальнейшие взаимоотношения с государством. Не помогут учителя, которые так же недоумевают, почему их принудили делать группы сначала в ватсапп, потом в телеге, потом принудительно погнали в мах.
Не помогут родители, которые сами в ахуе и не скрывают своего отношения к происходящему.
Патриотизм, воспитание молодежи, служение обществу - эти слова, и скрытые за ними смыслы, мы слышим только от одинаково раздражающих мерзких морд в телевизоре.
Морды по определению не скажут ничего хорошего, иначе они так не бесили бы родителей и учителей.
Битва за будущие поколения, фактически, проиграна.
Хотя, это смотря на чьей вы стороне...
P.S.
А можно поинтересоваться - в нашем государстве вообще есть единая национальная идея и мораль? Такая, например, как раньше - Человек человеку - друг, товарищ и брат! Или все эти потуги сделать новую человечную государственную идею и мораль - из области очередного фантастического трепа и освоения фондов мерзкими телемордами?

1058

Третья жена певца Шамана - глава «Лиги безопасного интернета» Екатерина Мизулина написала жалобы на 166 человек и четыре музыкальных группы.

Шаман женился третий раз
И не отвертится сейчас.
Жена ,как говорят, доносчица.
Он на свободу не отпросится.

Коль развестись опять захочет обормот,
слух разнесёт, что он не патриот.
Придётся возвратиться в ресторан.
Не будет миллионы добывать болван.

1059

Однажды Георгий пришёл на ужин в ресторан в армянской глубинке.

Он спокойно сидел себе, и ждал долму, как вдруг в заведении материализовались китайцы. Сначала проник один, и задал какие-то вопросы официантке на русском. «Ясное дело, - спокойно подумал Георгий. – Появись внезапно в Гюмри китаец, знающий армянский, я бы решил, что умом тронулся от тяжёлой работы».

Как уж водится, вслед за одним китайцем возникло ещё десять – в этом удивительная особенность их нации. Они расселись за столом, и беседуя очень громко – жители Поднебесной любят общаться так, чтобы их слышали во всём остальном мире. Слаборусскоязычный китаец запросил у официантки палочки. «Чего?!» - поразилась та, и китаец понял тщетность своих мечтаний, увядших, как хризантема в морозный день. Он перевёл согражданам, и пронёсся гул разочарования. Видимо, китайцы долго блуждали в поисках ресторана с гобаоджоу и кисло-острым супом, и не нашли его. А теперь их сердце разбито окончательно – им предлагают есть вилками, далёкими от фэншуя. Георгий восхитился храбростью китайцев, упорно ищущих палочки в ресторане в армянском городе на 112 тысяч человек.

Горе пошатнуло жителей Срединного Государства, но не сокрушило. Были заказаны три бутылки коньяка (это Георгий весьма одобрил) и совершенно зверское количество кока-колы. Скоро произошло ужасное. Китайцы налили коньяк в фужеры, и разбавили кока-колой. Глаза Георгия стали размером с его очки. Он хотел подняться из-за стола, и закричать – «Да кто так вообще пьёт!!! Что вы продукт переводите!!!» - но вовремя вспомнил, что не владеет диалектом мандарин, кроме нескольких полезных фраз, как то «очень дорого», «ёб твою мать» и умеет считать до десяти. «Ёб твою мать» подходило идеально, но Георгий чуточку не из тех, что начинает знакомство с таких слов.

Георгий принялся вкушать долму, следя за китайцами. Их заказ принесли резво. Это оказался хаш, суп из говяжьих ножек, с рубцом, изрядно сдобренный чесноком. Часто его употребляют с похмелья, но видимо, китайцам очень хотелось коллагена, либо вчера они меньше разбавляли коньяк кока-колой. Возникли трудности с извлечением из супца говяжьей плоти, и разрезанию её ножом. У кого-то мясо обрушилось обратно в миску, подняв фонтан, у кого-то – улетело к товарищу. «Агаааааааа, блядь, - сладко улыбнулся Георгий. – А как я с вашими палочками-то сначала мучился?». Кое-как, китайцы всё же справились с хашем. Один сказал тост, где прозвучало слово «Джунго» (Китай). Трудящиеся весело подхватили. Коньяк, измучившись, трагически пузырился в бокалах.

Вслед за тем, принесли рёбра на гриле. «Чжучжоу!» (свинина!) - раздались за столом крики счастия. «Наверное, до этого люди ездили в Иран, и их оттуда привезли как беженцев», - сочувственно подумал Георгий. – «Сердца себе истерзали без свинины на чужбине». Со свининою китайцы справились и без родимых палочек. Они просто брали её перстами, и кушали с радостью и благоговением. Слышались стоны. Видимо, кто-то всё же страдал без риса.

Усладив сердца коллагеном и приятным свиным великолепием, китайцы затребовали чаю. Зелёного, конечно, не оказалось (Земля ещё не налетела на небесную ось), но чёрный имелся в наличии. И тут случилось страшное. Переводчик забыл, как сказать пять. Он показывал ладонь, но так радостно и так расширенно, что казалось, он собирается дать пятюню официантке, и та логично пятилась от него. Георгий услышал хорошо знакомую цифру, но решил уточнить. «У ча?» (пять чаю?) – спросил Георгий у разнеженной пузырчатым коньяком группы.

За столом словно бомба разорвалась.

Старший, не в силах говорить, кивнул. Георгий перевёл официантке.

Китайцы стали говорить очень тихо, нервно поглядывая на Георгия. Тот расплатился, и двинулся к выходу.

Жители КНР выдохнули.

На пороге, Георгий остановился, и произнёс «Джунго гуньшандан ваньсуй!» (Да здравствует Коммунистическая партия Китая!). «Ваньсуй!» - радостно откликнулся один китаец. Все остальные посмотрели на него.

Он перестал радоваться.

Георгий открыл дверь, и вступил в армянскую тьму.

Теперь китайцы знают, что кроме нехватки палочек, случаются вещи и похуже.

(с) Zотов

1060

Запланированные выступления бывшего солиста группы Modern Talking Дитера Болена в Литве были отменены без всяких объяснений.

Дитеру опять не повезло.
Отменён концерт литовский, как назло.
Снова Дитер страшно недоволен,
Слух литовцы распустили, что он болен.

Объяснял он идиотам много раз,
что хоть Болен, но не болен он сейчас.
Он литовцам это не простит.
Об их тупости повсюду сообщит.

1061

Полиция Эссекса приостановила использование камер с функцией распознавания лиц в режиме реального времени (LFR) после того, как исследование показало, что они чаще распознают чернокожих, чем представителей других этнических групп.

Несмотря на то что из 48 арестованных с использованием этой системы только одно задержание оказалось ошибочным, в пресс-службе эссекского комиссариата заявили, что провели исследование, которое выявило, что представители «одной группы» определяются чаще других, а это — прямой путь к «предвзятости».

Английские правоохранители пообещали подкорректировать алгоритмы и уже потом запустить систему распознавания лиц обратно.

1062

Пишу в некотором шоке как меломан с большим стажем (история про это есть в моих Работах). Есть такая пословица - из песни слово не выкинешь. Так вот наши неуважаемые контролирующе-запрещающие органы в России умудрились и ее опровергнуть...

Какое-то время назад с музыкальных стрим сервисов России исчезли альбомы с песнями, где говорится про наркотики. В том числе - самый популярный альбом группы "Агата Кристи" (по обложке, думаю, сами узнаете). Ну, думаю, понятно, запретили, блин. Но вчера захожу - альбом появился! С новой, переименованной и отфотошопленной обложкой (см. ниже). А главное - с отредактированными хитами "Агаты"!

Теперь этот переименованный, как и альбом, в "Для никого" хит звучит так:

"Давай вечером с тобой встретимся -
(Проигрыш)
Давай вечером с тобой встретимся -
По китайски говорить ..."

Ну и моряк там в их песне лапочка какой добропорядочный стал - просто вино пьёт, вспоминая Стамбул и Париж. В общем, послушайте сами. Или лучше не надо...

PS. Оказывается, дело во вступлении с 1 марта в силу закона, вводящего уголовную ответственность за пропаганду наркотиков в сети Интернет... Один из основателей "Агаты", дружок Суркова, даже поддержал:

Мнение Вадима Самойлова (высказанная какое-то время ранее): Один из основателей группы поддержал это решение, назвав его мерой защиты «несозревших душ». По его словам, это временная мера: он планирует отредактировать тексты песен, вычеркнув или изменив спорные слова, после чего альбомы должны вернуться на стриминги в «исправленном» виде.

Глеб Самойлов: Автор большинства текстов группы ранее высказывался о подобных запретах критически, отмечая, что песням уже более 30 лет и они являются частью культурного наследия.

PPS. Ну и чтоб два раза не пробивать дно, просто реальная новость:

Нейросеть «запретила» писателя Дениса Драгунского из-за того, что в фамилии есть «драг», а drug на английском — наркотик.

Глава издательства «Эксмо» подтвердил, что действительно была ошибка, и теперь придется править ее вручную. Книги автора отправлены на повторную экспертизу.

С 1 марта в РФ вступил в силу закон о запрете на пропаганду наркотиков в интернете.

Главное, чтобы теперь не запретили Достоевского из-за слишком подробного описания убийства...

1063

Мстислав Ростропович рассказывал:

— В то время я был главным дирижером Вашингтонского оркестра. Мы очень дружили со скрипачом Айзеком Стерном и флейтистом Жан-Пьером Рампалем. Дружили втроем и всегда играли друг у друга на юбилеях… Оба они играли, кстати, и на моем 60-летии в 1987 году в Кеннеди-центре… И вот однажды — дело было в 1990 году — мне позвонили в Вашингтон и сказали: «Мы будем праздновать 70-летие Айзека Стерна в Сан-Франциско, потому что он там родился. Это будет в парке, на открытой площадке. Мы просим вас приехать». И тут мне сразу пришла в голову одна идея. Я им сказал: «Приеду только при условии, если никто не будет знать, что я там буду. Никто не должен об этом знать! Никому не сообщайте! И чтоб в программе концерта меня тоже не было. Скажите, что я занят. А вам я сообщу, каким самолетом прилечу. Мне нужна будет отдельная машина, чтобы я остановился в ДРУГОМ ОТЕЛЕ. Чтобы никто не знал, где я остановился. И последнее, что я прошу сделать: пришлите мне из оперного театра Сан-Франциско портниху и сапожника, который делает балетные туфли, чтобы снять мерку с моей ноги… Если вы на эти условия пойдете — я приеду, не пойдете — не приеду».

И они прислали! Сапожник, конечно, поражался размером моей ноги по сравнению с ножками балерин. Но вполне справился, сделав мне пуанты 43-го размера… Портниху я попросил сшить балетную пачку моего размера и блузку, а еще заказал трико и диадему на голову.

Организаторам я сказал, что приеду в Сан-Франциско заранее, приду за пять часов до начала концерта и мне будет нужна отдельная комната и театральные гримеры. Я буду там одеваться и гримироваться, но никто об этом не должен знать.

Все так и произошло. Никто не знал о моем приезде. Я пришел за пять часов до концерта, закрылся в отдельной комнате, и меня стали одевать и гримировать. Когда я понял, что они все сделали идеально, я надел пуанты и — уже перед самым концертом — пошел в общественную женскую уборную. Мне нужно было посмотреть на реакцию дам. И вот я вошел, а женщины продолжали заниматься тем, чем они всегда занимаются в уборных, — известно чем… Единственное, что я позволил себе там сделать: подойти к зеркалу и поправить диадему. Долго я там не находился, чтобы не заметили мой 43-й размер балетных туфель, каких у балерин не бывает. Словом, я оттуда ушел, и никто меня не узнал…

Дальше… Мне предстояло играть на виолончели «Умирающего лебедя» Сен-Санса. Почему? Потому что в программе был «Карнавал животных» с этим номером в сюите. А самый знаменитый американский актер Грегори Пек должен был читать некий новый текст, не соответствующий тексту Сен-Санса. Потому что они сочинили «юбилейный» текст из жизни Айзека Стерна. Словом, Грегори должен был читать, а Сан-Францисский оркестр исполнять «Карнавал животных» Сен-Санса, номер за номером. А мне нужно было играть на виолончели «Лебедя» после такого примерно текста: «Вот Айзек Стерн однажды встретил замечательную женщину, которая напоминала ему лебедя… Это была его будущая жена Вера Стерн»… (А жена Вера в это время сидела вместе с юбиляром — там, на лужайке, где огромное количество людей было вокруг)… Далее следовал текст: «И он увидел этого белого лебедя…. И он в него влюбился… И соединился с ним на всю жизнь»… Вот в это время я и должен был вступать с «Умирающим лебедем»…

Но как мне выйти на сцену? Я придумал — как… Во-первых, нужно, чтобы на сцене уже была виолончель и не было ее владельца-концертмейстера. Поэтому я договорился с концертмейстером группы виолончелей, что уже в самом начале концерта он сделает вид, что ему плохо! Он должен схватиться за живот, оставить виолончель на кресле и буквально «уползти» за кулисы. И он это сделал блестяще! Потому что сразу три доктора из публики побежали ему помогать!

А оркестр, между прочим, ничего не знал о моем замысле…

Дальше мне нужно было договориться с пианистом. Ведь он играет на рояле вступление к «Умирающему лебедю», а оркестр будет молчать (как и положено). Я сказал пианисту: «Ты начнешь играть на рояле вступление — эти медленные арпеджио „та-ра-ри-ра“, „та-ра-ри-ра“, „та-ра-ри-ра“, все одно и то же — и так будешь играть бесконечно долго, может быть, даже полчаса»…

Вот тут я и выплываю на пуантах, спиной к публике, плавно взмахивая руками, a la Майя Плисецкая… А надо сказать, я еще попросил поставить в углу сцены ящик с канифолью… И вот я доплываю до этого ящика и вступаю в него ногами, чтобы «поканифолиться»… Причем никто почему-то не смеется. Пока!.. Только оркестранты ошалели, потому что подумали: «Может, это его, Айзека Стерна, подруга, старая балерина какая-нибудь. Ему ведь 70, а ей, может быть, 65… И она пришла его таким образом поздравить»…

Тем временем я дошел-доплыл до виолончели… А пианист на рояле все продолжает занудно играть вступление: «та-ра-ри-ра», «та-ра-ри-ра» — уже полчаса играет…

И вот я, наконец, сел за виолончель на место концертмейстера, расставил ноги, как положено, и начал играть «Лебедя». А пианиста предупредил: когда я сыграю два такта начальной мелодии до того, как изменится гармония, — ты продолжай себе играть на тонике. И вот я сыграл эти первые два такта на виолончели и… остановился. Взял смычок и опять пошел к ящику с канифолью, и поканифолил смычок и подул на него… И вот тут раздался смех!.. Наконец-то дошло…

Разумеется, я все-таки сыграл «Умирающего лебедя» до конца. И должен сказать, я редко имел такую овацию, какую получил в тот вечер. Но Айзек на меня обиделся. Почему? Вера Стерн мне сказала, что он так хохотал, что… обмочился. Это, во-первых. А во-вторых, на следующий день в «Нью-Йорк Таймс» и других газетах не было портретов Айзека, а были только мои фотографии. Словом, получилось так, что я у него нечаянно отнял популярность. Конечно, ему было обидно: 70 лет исполнилось ему, и не его портрет повсюду, а мой — в образе «Умирающего лебедя»…


А вчера Ростроповичу исполнилось бы 99

1064

"А мне прожить без музыки нельзя..." (Часть 2)
Итак, в 1989 году Папа поехал в Финляндию по работе (финны решили покупать продукцию завода) и купил там китайский двухкассетник Origo, да ещё и с радио. Теперь, вспоминая тот день, думаешь - как мало в детстве было нужно для счастья. Папа также купил тебе пару классных кассет BASF, прозрачных таких, с их приобретением у нас тогда тоже были проблемы. Первым делом я сдуру схватил "мафон" и начал записывать какую-то попсу с телевизора (кажется, это была "Утренняя почта"). Качество звука было ужасным, на монофонический звук накладывалось тарахтение советского телевизора "Радуга", но мне тогда хватало и этого (позже я спаял какой-то несуразный провод, который подключал к аудиовыходу телевизора и втыкал в единственное отверстие в магнитофоне... уже позже узнал, что это был разъем подключения наушников (магнитола была дешёвая, даже без входов для записи), то есть тоже аудиовыход). Потом пришёл друг Кирюха, поржал какой хрени я назаписывал с телека, и принес кучу кассет, какие-то оставил послушать, какие-то я с него переписал (двухкассетных магнитофонов в нашем городке не было ни у кого в те давние 80-е, я только видел их на рекламных фотографиях (иностранные партнёры завода подсовывали отцу всякие буклеты техники, которой у нас был дефицит, и предлагали её в обмен на продукцию завода). Также сдуру я стал хвастаться покупкой во дворе ребятам, они не поверили что такие "мафоны" бывают и ко мне повадились экскурсии. Через какое-то время очарование магнитофоном прошло и мы с друзьями Лёней и Кирюхой со скуки зимними вечерами стали на нем делать аналоги того, что сейчас делают с помощью смартфонов, снимая ролики, которые потом при удачном раскладе станут мемами. Тогда это можно было назвать аудиомемами. Мы придумывали одну за другой смешные сценки, расписывали по ролям, кто будет что говорить и каким голосом. Устраивали аудиоэффекты, например, изображая пацана с карманами, полными денег, звякая ими в какой-то коробке. Кирюха обнаружил, что если слегка зажать во время записи находящуюся рядом клавишу воспроизведения, то лента в ЛПМ ускоряется, а звук на ней замедляется примерно на 0,5. Это была находка, мы стали записывать аудиомемы нечеловеческими голосами, изображая каких-то монстров. Жаль, конечно, что сейчас это всё безвозвратно утеряно вместе с кассетами, смешно было. Кассет, кстати, очень не хватало, приходилось делать записи поверх чего-нибудь, что уже не слушаешь (первым делом я стер "Утреннюю почту", записанную с телевизора), в магазинах были в основном наши кассеты МК-60 (на 60 минут), которые все хаяли за низкое качество звука (на монофонической "Весне" какой-нибудь шансон, хриплый голос под гитару - слушалось вроде нормально, да и "Модерн Токинг"ничего, а на моем китайском со стерео уже не очень). Когда в "Радиотовары" завезли японские кассеты Sony, по 90 минут, выстроилась, помню, очередь из страждущих, которая не влезла в помещение магазина и растянулась на пятачке перед ним. В руки давали не более двух блоков, в каждом по 10 кассет. Мы с Кирюхой честно отстояли и взяли, обеспечив себя возможностью для хранения записей на несколько лет.
Ещё в нашем городке была единственная студия звукозаписи, открытая какими-то энтузиастами в конце 80х. Располагались они в маленьком помещении на первом этаже жилого дома. Фонотека у них на удивление была большая - на стене висел длиннющий список альбомов разных групп и сборников, выстроенный по алфавиту, распечатанный на редком тогда матричном принтере, если появлялось что-то новое, хозяин студии, патлатый худой парень, прикреплял к списку дополнительные листочки. Спотифай моего детства, в общем-то. Записать кассету стоило немалых денег, если не ошибаюсь, 3 советских рубля (2 альбома - со сторон А и B). И вот мы с друзьями копили, откладывали карманные деньги, отказывая себе в школьной еде... Когда в 1990 погиб Виктор Цой, мы, трое друзей, фанатов "Кино", собрались и поклялись друг другу записать в этой студии все недостающие альбомы кумира (у нас были только альбомы, начиная с "Группы крови" и далее, когда "Кино" стало известной на весь Союз). Разделили недостающие альбомы группы на троих, записали за деньги и потом переписали друг у друга.
Когда я поступил в институт и уехал жить в питерскую общагу, магнитофон забрал с собой. И по какой-то роковой случайности (а скорее от наших экспериментов с ускорением ЛПМ) он сразу же сломался, в нем осталось работать только радио, и я, уже подзаработав денег, купил себе другой, помощнее и получше, Панасоник. А теперь и он канул в Лету где-то у родителей...

Как всё-таки мимолетны все эти жизненные восхищения какими-то вещами. Как меняется наше отношение к вещам со временем, и то, чем ты восторгался вчера, сегодня уже потускнело и, запыленное, валяется в углу ненужным грузом. Наверное, это для того, чтобы каждый понял, что на самом деле важно в жизни, а что - нет...