401
интервью с профессором Романом Ямпольским — это специалист по информатике, искусственному интеллекту и вопросам безопасности, связанным с ИИ, — которое он дает Тому Билье, и внезапно после часа разговора там вспоминают Унабомбера.
Том спрашивает Ямпольского, мол, что тот думает про Качинского, который в своих письмах предупреждал нас, что технологии ведут к катастрофе.
На всякий случай: Теодор Качинский, он же Унабомбер, — это гениальный математик, который на каком-то этапе ушел жить в лес и стал рассылать бомбы всякой разумной профессуре, чтобы поуменьшить их популяцию.
Добряка в конечном итоге поймали, и он провел остаток жизни в тюрьме, пока не умер в 2023 году.
Так вот, Унабомбер известен в первую очередь как примитивист и защитник природы, но если читать его труды (он гениальный математик, напомню), то он указывает на такую закавыку с прогрессом: мол, технологии ведут к тому, что масса людей тупеет, а знания остаются только у крохотной горстки избранных — у ученых.
По сути, ИИ к этому и ведет, о чем Том и спрашивает Ямпольского: так что, старина Унабомбер был прав?
И я вот ожидал, что Ямпольский отмахнется, а он, делая дежурную ремарку, что считает путь терроризма, который Качинский выбрал, ошибочным, в целом с ним соглашается и говорит, что это сложный вопрос.
Мне нравится, что мы уже в таймлайне, когда ученые такого уровня, как Ямпольский, с грустью вспоминают старину Унабомбера.
Ведь реально: еще только вчера люди просто все гуглили, считали на калькуляторе, а сейчас вообще любой бытовой и не только вопрос задают своей ИИшке, что явно не способствует развитию мозгов.
В итоге человечество разделяется на техношизов вроде того же Ямпольского, Карпа, Амодея, Хинтона, Маска и т. д., которые даже не 1%, а меньше, и остальную массу, которая все делает только через ИИ.
Речь в первую очередь про юнлингов, которые сейчас взрослеют, присосавшись к ИИшкам вплоть до любовных отношений, о чем Том и спрашивает под конец беседы Ямпольского — мол, караул, мальчикам уже не нужны живые девочки, они все уходят к ИИ, и чем больше будет развиваться рыночек, тем массовее туда уйдут.
Ямпольский возмущенно и печально ему отвечает: мол, какое ему дело до мальчиков, которые мутят с цифровыми девочками, если и так всем нам, человекам, и так конец, и шансов почти ноль.
Ямпольский, на всякий случай, кто не в теме, — сторонник того, что если развитие ИИ не заблочить, то с вероятностью 99,99% кожаным и живым бесхвостым обезьянкам (их еще людьми называют) — пизда.
И вопрос только в сроках: Ямпольский дает что-то 10–20 лет на то, что, может быть, еще протянем, а дальше полный киберкек и явно не в нашу пользу.
В общем, старину Унабомбера, которого раньше вспоминали только через призму анархо-примитивиста, неолуддита и террориста-защитника природы, теперь с грустью вспоминают умные мужи и говорят: ну штош, чел все чувствовал и понимал.
И его бомбы, вероятно, это был крик отчаяния — примерно как интелли у Стругацких в "Хищных вещах века", к слову, книжка-то эта сейчас все более и более актуальна по факту.
yigal_levin
|