Анекдоты про мужиком |
453
Нищий просит у прохожего денег. - Не дам. Ты их все равно пропьешь. - Я не пью. - Тогда в карты проиграешь. - Я не играю в карты. - Тогда потратишь на проститутку. - Я не общаюсь с женщинами. - Ладно, я дам тебе двести баксов, но ты пойдешь со мной. Пусть моя жена увидит что может сделаться с мужиком, у которого нет недостатков.
|
454
Рувим Израилевич был ведущим инженером нашей лаборатории в советском НИИ, компанейским мужиком с характерным «одесским» чувством юмора.
Поэтому сначала я принял за очередной странный прикол то, что однажды увидел его сидящим за рабочим столом с ногами опущенными в тазик с водой. Однако Рувим Израилевич не улыбался, а кряхтел, вытирая ноги и наспех обуваясь, чтобы подойти к телефону, когда ему кто-то звонил. На мой вопросительный взгляд он бормотал что-то невразумительное про старые больные ноги.
Такое повторялось нечасто. Позже я выявил странную закономерность - водные процедуры выпадали исключительно на рабочие «черные субботы». Еще больше меня удивил тот факт, что людей с тазиками под столами я встречал и в других отделах.
Смысл этой странной истории мне объяснили гораздо позже, когда Рувим Израилевич уже благополучно иммигрировал в Израиль, а из Израиля - в США.
Теория тазиков выглядела так. Известно, что в шаббат (субботу) верующему еврею работать нельзя. Нельзя готовить еду, пользоваться транспортом. В Израиле даже лифты по субботам переходят в «шаббат-режим»: не нужно нажимать кнопку (это же тоже «работа»), кабина автоматически останавливается на каждом этаже. Понятно, что и выходить на работу в субботний день это грех.
Так вот, оказывается, субботние запреты не распространяется на путешествующих морем.
Что делает советский верующий еврей? Не выйти на работу в рабочий день он не может - это прогул. Тогда он приносит на работу тазик, наливает в него воду и все - он «на корабле».
Гениально!
|
|
455
Эта история случилась, когда я жила с моим бывшим мужем в Тушино.
Там у нас была квартира на первом этаже в хрущевке. Публика представляла собой все многообразие маргинальных субкультур — наркоманы, алкоголики, проститутки и одна бородатая женщина, которая на этом фоне выглядела самой приличной. В подъезде валялись шприцы, в почтовых ящиках вечно копались закладчики, пьяницы мирно посапывали летом под нашими окнами.
Казалось бы, куда уж лучше, и так все супер. Но тут сосед сверху повадился выкидывать мусор в окно. Сидишь ты на кухне, читаешь в тишине книжку с чайком, а тут со стороны улицы ХРЯСЬ! И во все стороны фейерверком разлетаются ошметки от мандаринов, куриные кости и пластиковые бутылки. Подходишь к окну и не можешь глазам своим поверить: как будто ты не в Тушино, а на фестивале Burning Man в Неваде, кругом на поле сигаретные бычки, бутылки из-под алкоголя и прочий мусор. Только фоном отчего-то не поет Джаред Лето.
Короче, терпела я этот ужас, терпела. А потом мы как-то стояли с мужем на кухне, и тут пакет с мусором выкинули прямо при нем. Он охренел, выглянул в окно, охренел еще больше. А я тогда была даже более неприятная баба, чем сейчас. Поэтому сказала: «Ну будь мужиком! Иди разберись!»
И бывший пошел. А тут надо отметить, что он айтишник. Причем типичный айтишник, как на картинках рисуют — тощий и сутулый, даром что не в очках.
Вышел бывший на улицу. Забрал этот мешок. Поднялся на четвертый этаж («Почему на четвертый?» — спрашиваю я. «Да почему-то решил, что это на четвертом кто-то».) Позвонил в дверь.
Открывает ему мужик. Огромный бегемот. С бородой. Похожий на байкера. С пузом, которое через порог вываливается в подъезд.
Бывший посмотрел на этого мужика, ссутулился еще сильнее. Но внизу его ждала я. Которая «Ну ты был мужиком? Ты решил вопрос?».
Поэтому бывший дрогнувшим голосом сказал: «Это ваше!» И швырнул мусор в бегемота.
Очевидно, что после этого надо было бежать. Но бывший почему-то не побежал. Он стоял и смотрел на бегемота. Бегемот смотрел на бывшего. С бороды его капнул йогурт. Бегемот произнес: «Это не мое». «А чье?» — спросил бывший. Тут тоже еще можно было бежать. Но отчего-то бывший опять не воспользовался моментом.
Тем временем бегемот вышел в подъезд. Снял с плеча кожуру от банана. И позвонил в квартиру напротив. Ему открыла всклокоченная женщина в халате и со шваброй в руках.
— Это ваш мусор? — спросил ее бегемот.
— Это? А что? Упало? Опять упало? — заквохтала женщина. — Из окна выкинули? А это Толик повадился! Это Толик же с пятого! Вот дрянь этот Толик, я сколько говорила, что дрянь!
Пошли к Толику. Возглавлял процессию бегемот с йогуртом на лице. Сзади молча плелся бывший. За ними бежала женщина со шваброй и повторяла, что Толик дрянь.
Толик открыл дверь в трусах и майке.
— Ваше? — спросил бегемот и сунул в Толиковы руки пакет с остатками мусора.
— А что вы его спрашиваете? А вы его и не спрашивайте даже! Его-его! Толик! Ты почему такая дрянь? — грозила шваброй женщина.
Толик взял мусор и пробубнил:
— Ну я выкину!
— Выкини, — согласился бегемот, развернулся и начал спускаться вниз.
— Выкини-выкини! — поддакнула женщина со шваброй. — А то сколько это безобразие будет продолжаться? Выкини! Умный, ишь. А ты выкини!
— До свидания, — сказал бегемот моему бывшему, когда они дошли до четвертого этажа.
— У вас тут капля от йогурта, — сказал бывший и показал на усы.
— Спасибо, — сказал бегемот и, ничего не вытирая, удалился к себе в квартиру, откуда доносились звуки телевизора.
Начал ли кто-нибудь выкидывать мусор в контейнеры? Разумеется, нет. Но бывший отчего-то напрочь отказался ходить разбираться еще хоть раз в жизни.
|
|
458
Облимонивание-2.
Я самый непьющий из всех мужиков,
Во мне есть моральная сила, —
И наша семья большинством голосов,
Снабдив меня списком на восемь листов,
В столицу меня снарядила.
Другой бедный еврей мыкался по Стамбулу в 90е в поисках наживы.
Это был первый его челночный рейс.
Ближняя и дальняя родня, узнав, что родственник собрался за хабаром поголовно прискакала к нему со списком желаний.
Помню: шубу просит брат,
куму с бабой — всё подряд,
Тестю — водки ереванского разлива,
Двум невесткам — по ковру,
зятю — заячью нору,
А сестре — плевать чего, но чтоб — красиво
Денег, правда, не дали. Сказали, что потом отдадут. Но это неточно.
Аид Боря честно пытался посчитать, как ему затарить все хотелки родни на жалкую тысченку бакинских, что он еле наскреб и назанимал .
Уравнение не сходилось. Там же еще долги отдать надо… билет окупить…
Да и без билету всего не закупишь. Одному привезешь-обиды пойдут. Интеллигентный Боря не знал, что делать.
И тут на него выполз дервиш.
Старец был грязен , стар, одноглаз, но и одним зраком видел лоха насквозь.
-Купи ковер, яхуд! -вклещился он в Борю. Харош кавер, вах! Удач приносит! Купи ковер-богатым будиш!
Боря пытался вяло отбиваться, но куда там…
Цены не радовали. В москве ковры и то дешевле.
-А то что?!
В углу пылилась стопка ковриков с арабской вязью.
-Эт тибе нинада, яхуд!
Эт малельн коврик. Намаз деляват. Ты сюда ни смотри, ты туда смотри! Какой кавер! А?! Вах!
Намаз… намаз… Боря жил рядом с мечетью. Там каждую пятницу магометане лбом асфальт долбили. Или подстилали себе кто-что. От солдатских одеял до вафельных полотенец.
-Почем?
-Ээээ… тибе зачем? Пять долляр!
-Три!
-Нэт!
-300 штук беру!
-Вай.
Родня Борю прокляла еще на вокзале. Они его так ждали, так мечтали о подарках, а тут…
Подстилку для Бобика привез, скотина. Издевается.
Отцу бориному сказали, что б впредь предохранялся. А маме, что аборт делать уже поздно. К сожалению. Но попробовать стоит.
Папа и мама выставили Борю за дверь. И он со своими коврами поехал жить в дедушкин гараж.
Настала пятница. Боря разложил товар на газетах. Прям у входа в мечеть.
-Это што? -не понял первый любопытный магометанин. Им оказался двухметровый звероподобный чечен .
У Бори пересохло во рту.
-Нннамаз для ковриков… проблеял он робко.
-Откуда?!
-Меее…
-ИЗ МЕККИ?!!!
-Ддда!
-Почем?!
-Пись…
-Пятьдесят? Дай 10! Нет! 20 дай! -Абрек пихал в Борину ладошку котлету денег.
Товар смели за час.
Боря осмелел, поднял цену вдвое, но толпу это не остановило. За последние коврики случилась драка. Чуть не дошло до поножовщины.
Боре даже задаток впихнули.
Боря умчался в Стамбул, и в следующую пятницу рядом с мечетью слышался его окрепший голос.
«Молельные коврики! Из Мекки! Освящены главным мекаканским муллом! На этом коврике дуа удваивается! Коран усваивается! Подходи-не боись, покупай и молись!
Опять товар по нулям.
Тут распухшего от денег Борю и приняли нукеры. Молча пронесли его в мечеть и положили на пол рядом с мужиком в чалме.
-Ты кто?!
-Ббборя!
-А почему на моей земле торгуешь, а джизья не платишь?
-Я бубу…
-Чего?
-ябубубольшенебубу…
-Понятно. Откуда возишь..
-Из мееее…
-Не ври мне!
-Стамбул.
-Сколько можешь привезти?
Боря поднялся.
-А сколько надо?
-Тысяч 10 для начала. На тебе задаток. По 20 заберу.
-Ааа?! Что?!
-Что слышал. Больше тут не маячь. И нигде не маячь, прибьют же. Мне вози. И переедь уже из гаража! Позорище! Мне что-с бомжом дело иметь? На телефон, иди купи квартиру. Тебе хватит.
Однухи тогда по пятере шли. Боре хаптило на треху на проспекте Мира.
И еще осталось.
Родня регулярно пыталась посыпать под его дверью покаянные главы пеплом сожженных волос, которые выдрала себе из попы, но Боря слал их всех в тухес.
Одному деду помогал, что ключи от гаража ему дал.
Боря мутил дела с управлением мусульман долго…
Облимонился и вовремя свалил в Израиль.
Остальное тут
https://t.me/vseoakpp
|
|