Анекдоты про ночи
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 2859

2851

В 1902 году в глубинах перуанской Амазонки пропал пятнадцатилетний мальчик, и жители речного города Икитос решили, что джунгли поглотили его навсегда.
Его звали Мануэль Кордова-Риос.
Для его семьи не было ни тела, ни объяснений, только молчание. В те годы лес поглощал людей, не оставляя ответов. Предположение было простым и окончательным: он был мертв.
Это было не так.
Отдаленное племя аборигенов увело Мануэля в глубь тропического леса, куда не могли добраться ни миссионеры, ни торговцы, ни карты. Полностью отрезанный от внешнего мира, он вступил в жизнь, которая как нельзя больше отличалась от той, которую он знал.
Он не сопротивлялся.
Вместо этого он наблюдал. Он слушал. Он учился.
Вождь племени заметил в мальчике что-то необычное. Мануэль быстро усваивал знания. Он запоминал то, что ему показывали. Он обращал внимание на детали, которые упускали другие. Вместо того чтобы обращаться с ним как с пленником, вождь взял его в ученики.
В течение семи лет Мануэль жил так, как жили они.
Он выучил язык леса. Тысячи растений перестали быть зеленым шумом, а превратились в отдельных существ со своими названиями, предназначениями и опасностями. Он узнал, какие лианы могут остановить кровотечение, а какие - сердце. Кора которых может избавить от паразитов. Какие листья могут успокоить лихорадку. Какие корни могут убить незаметно, если их приготовить неправильно.
Он прошел интенсивную физическую и духовную подготовку, направленную на обострение восприятия и выносливости. Голод, изоляция, долгие ночи в джунглях и ритуалы, призванные помочь разуму преодолеть страх, стали частью его образования.
Племя дало ему новое имя.
Ино Моксо.
Это означало "Черный ягуар".
Когда в 1909 году он, наконец, вышел из тропического леса, он вернулся не как исчезнувший мальчик. Он вернулся с информацией, которая ошеломила врачей и чиновников Икитоса.
Регион Амазонки был охвачен эпидемиями. Малярия, паразиты и инфекции поразили население. Западная медицина боролась с трудностями, часто предлагая лишь догадки и боль.
Ино Моксо увидел закономерности, недоступные другим.
В одном хорошо известном случае полицейский умирал от обширного заражения кишечным цепнем. Лечение в больнице оказалось безуспешным. Мануэль приготовил специальную смесь из древесной коры и листьев, ввел ее и изгнал паразита. Мужчина почти сразу выздоровел.
Слухи распространились.
Люди говорили, что он мог распознать болезнь еще до того, как проявились симптомы. Что он понимал причины, а не только следствия. Что он рассматривал болезнь как нарушение равновесия, а не как вторжение.
Его работа выходила за рамки местного целительства. Ученые, которые искали информацию о кураре, сильнодействующем растительном веществе, используемом местными охотниками, начали консультироваться с ним. Его знания помогли объединить традиционную химию тропических лесов и западные медицинские исследования. Кураре позже станет основой современной анестезии, позволяя хирургам безопасно расслаблять мышцы во время операций.
Мануэль никогда не заявлял о чудесах.
Он сказал, что в лесу уже есть ответы на все вопросы. Людям просто нужно было прислушаться.
Он жил тихо, практикуя медицину, основанную на наблюдении, сдержанности и уважении к природе. Он никогда не отделял врачевание от ответственности. За каждое лечение приходилось платить. Каждое растение требовало ухода.
В 1978 году Мануэль Кордова-Риос скончался в возрасте 91 года.
К тому времени знания, которые когда-то считались суеверием, спасли бесчисленное множество жизней. Он доказал, что тропический лес не был примитивным или диким, а был точным, сложным и глубоко научным на своем собственном языке.
Мальчик, которого считали погибшим, вернулся в качестве моста между мирами.
И джунгли, которые должны были поглотить его, вместо этого научили его исцелять других.

Из сети

2852

Однажды…
Произошла со мной эта новогодняя история. В тот день, а именно тридцатого декабря девяносто пятого года я вылетал из города Якутск на Москву. Рейс задерживали, что прямо на корню губило мое желание отпраздновать новогодний праздник в родных пенатах. С Москвы еще нужно было добраться до Александрова где у родственников я оставил машину, а потом на ней еще до Нижнего Новгорода. В общем все радужные перспективы таяли с каждым часом не помогала даже разница во времени в шесть часов. Тем не менее свершилось. Тридцать первого декабря ближе к обеду самолет коснулся шереметьевской полосы. И начались гонки на выживание. Племянница, которую я тоже взял с собой на новогодние каникулы получила массу впечатлений от многократных пересадок на все виды транспорта с самолета на маршрутку, потом метро, а потом еще и электричку. За всю жизнь в Якутске она столько никогда и не проезжала. Но здесь хотя бы всем процессом этих переездов управлял не я, но ведь все еще было впереди. И вот наконец электричка заскрипела тормозами на станции города Александров. Время было около шести часов вечера по Москве и поэтому я еще надеялся, что все пойдет как надо и четыре сотни километров практически ничто по сравнению с несколькими тысячами которые мы уже преодолели. Но не тут-то было. Машина простоявшая практически два месяца признаков жизни не подавала. От слова – вообще. Не хотела даже мигать лампочками на панели, что и навлекло мысль, что аккумулятору трындец. Удивлен ли я был? Конечно. Ведь еще пару месяцев назад я об этом даже не задумывался. Хотел проверить в банках электролит, но потыкав палочкой в открученное отверстие пробки понял что он там есть только замерз. Незадача! Оттаивать и сливать меняя на новый задача была архисложной, да и магазины автозапчастей уже не работали и тогда я пришел к гениальному решению собрав у машины всех родственников. Обвел их тягучим взглядом и произнес:
- Упираемся во что можем и пихаем! И помните, что от вас сейчас зависит возможность мне встретить Новый год дома, а у вас за столом съесть две лишних порции и выпить сэкономленного шампанского.
Не знаю, какой вариант помог, но пихали машину они с такой инициативой, что не заведись она они бы и до Нижнего допихали. Но она завелась, не очень уверенно, но обнадеживающе.
- Вещи в багажник, сама на заднее сиденье и дергаем. Тут главное не заглохнуть пока аккумулятор не отогрелся. Погнали!
Дорога была пустынна. Видимо тогда было машин еще немного, да и идиотов склонных к авантюризму поменьше. Ну, это радовало. И я давил на газ, хорошо хоть тогда по приезду я залил полный бак бензина. Но как бы мы не торопились к Владимирскому посту ГАИ мы подъехали в первом часу ночи. С полчаса назад прогремели куранты которых мы не слышали и оставалась только надежда, что домой мы все же попадем. Но выскочивший инспектор не разделял нашего оптимизма и так бодренько взмахнул жезлом.
Нет, он мог поверить во все, но только не в то, что водитель трезв. Тем более, что племяннице в то время уже было лет пятнадцать и в темноте подсветки салона выглядела она довольно взросло. И кто она мне с первого раза ведь не разберешь.
- Лейтенант, уважаемый, домой тороплюсь, праздник и так проеб…! Тут еще и аккумулятор дохлый, ну чего вы тормозите? – мямлил я все подряд.
- Ну-ну! – произнес он, принюхиваясь. – А предъявите ваши документы!
- Да пожалуйста, - поняв, что прения здесь неуместны произнес я доставая.
- Давайте пройдем на пост, - произнес он так видимо ничего не вынюхав, - наркотики не употребляли?
- Да вы охренели?! – вылезая из автомобиля произнес я, даже не представив его дальнейшие действия.
А они были так-же непредсказуемы как и он сам. Не успел я покинуть салон как туда занырнул он, наполовину, и зачем-то повернул ключ зажигания вытащив его из замка. Сказать, что я охренел, да это не сказать ничего. Только моя природная вежливость и оружие в его руках сдержали меня от мордобоя. А он молча пошел к посту.
Там второй смотрел в мои ясные очи и в документы и потом спросил, но не меня:
- А нахрена ты его сюда привел? – и вернул мне все.
Конечно машина не заводилась, два часа дороги не только не отогрели аккумулятор, но походу еще больше его заморозили. Племянница к этому моменту уже довольно замерзла. После нескольких минут раздумий я скомандовал:
- Бери, что потеплей одеться и пойдем на пост, там хотя бы тепло. А я буду думать, что делать.
Рады ли нам были гаишники, сказать не могу. Когда мы вместе с ее вещами ввалились на пост. Десять минут мне пришлось им объяснять обстановку. Второй из них смотрел на первого ненавидяще. Ведь тоже праздник хотели справить или еще чего, но тут уже всем нам пришлось погрузиться в раздумье. Один в надежде вертел головой с верой увидеть еще какой ни будь автомобиль. Второй с кем-то связывался по рации в надежде вызвать ведомственное авто. Но там, по этой рации его не очень культурно послали и закончили фразу – вы остановили вы и толкайте! И они тяжело вздохнув вывалились на улицу. Толкали они не так интенсивно как мои родственники, да и поменьше их было, а может дорога была в гору. Но машина завелась метров через пятьдесят.
Как человек культурный я проверив, что она опять не заглохнет, вылез поблагодарить. Словами. Они дышали очень тяжело. Выслушав мои благодарности, один произнес:
- Да езжай ты уж! А тебе такой подарочек к Новому году я никогда не прощу! – обратился он ко второму.

2854

В июне 1962 года трое заключенных предприняли попытку побега, которая до сих пор считается одной из самых смелых в истории Америки, и они сделали это без оружия, насилия или посторонней помощи. Они сбежали благодаря терпению, изобретательности и трем фальшивым головам.

Местом действия был Алькатрас, островная тюрьма, спроектированная так, чтобы в ней было невозможно скрыться. Окруженный ледяной водой и мощными течениями, Алькатрас должен был сломить дух, а не проверить творческие способности. Репутация тюрьмы была простой и устрашающей: как только вы попадали в нее, вам никогда не разрешалось выйти.

Среди заключенных были Фрэнк Моррис, высокоинтеллектуальный человек с историей побегов из тюрем, и братья Джон Энглин и Кларенс Энглин, выросшие во Флориде и известные своими сильными навыками плавания. Вместе они заметили то, чего не заметили охранники. Бетон, окружавший вентиляционные решетки в их камерах, раскрошился от десятилетий соленого воздуха.

Ночь за ночью, используя украденные из столовой ложки, они медленно расширяли вентиляционные отверстия за раковинами. Они прятали мусор в карманах и разбрасывали его во время музыкального часа, когда Моррис играл на аккордеоне, чтобы заглушить шум - работа продвигалась медленно, но неуклонно, и никто из охранников этого не заметил.

Над их камерами был неиспользуемый служебный коридор. Как только отверстия стали достаточно большими, мужчины смогли проскользнуть в них и подняться наверх. Но побег из камер был только половиной проблемы. Охранники проверяли заключенных каждую ночь. Пустые кровати немедленно поднимали тревогу.

Вот тут-то и появились головы.

Используя мыло, зубную пасту, туалетную бумагу и бетонную крошку, мужчины тщательно вылепили реалистичные человеческие лица. Они изучали тени, углы и пропорции, формировали носы, скулы и брови, используя волосы, подобранные в тюремной парикмахерской на полу, и заделывали их в мягкий материал. Результат был поразительно убедительным.

Каждый вечер фальшивые головы клали на подушки, натягивали одеяла до шеи, поворачивали лица ровно настолько, чтобы видеть свет фонарика. Мимо проходили охранники. Казалось, что заключенные спят. Казалось, все в порядке.

Тем временем люди, находившиеся над тюремным блоком, готовились к побегу. Они сшили плот и спасательные жилеты из более чем пятидесяти украденных дождевиков, закрепив швы трубками для подачи пара. Для его надувания были изготовлены небольшие мехи в виде гармошки. Все было спрятано под потолком до наступления ночи.

11 июня 1962 года, после того как погас свет, мужчины в последний раз пролезли через вентиляционные отверстия. Головы манекенов были оставлены на месте. Они вскарабкались наверх, взорвали плот и направились к краю острова.

К тому времени, когда охранники обнаружили побег на следующее утро, было уже слишком поздно. Камеры были пусты. С кроватей на них смотрели головы. В Тюрьме не было ответов.

Началась массовая облава. Были найдены обломки плота. В воде всплыли некоторые личные вещи. Но тела так и не были найдены. Официально дело остается нераскрытым.

В конце концов ФБР пришло к выводу, что мужчины, вероятно, утонули, сославшись на температуру воды и течение. Однако позже семья Энглин заявила, что им передали открытки и фотографии, свидетельствующие о том, что братья выжили, а в 2013 году на Юге появилось письмо, предположительно написанное Моррисом, в котором утверждалось, что он пережил побег и прожил еще десятилетия после этого. Его подлинность так и не была полностью подтверждена.

Несомненно одно: после той ночи ни одному заключённому не удалось сбежать из Алькатраса. Тюрьма закрылась в следующем году, и легенда изменилась навсегда.

Алькатрас был построен, чтобы победить силу и страх. Он создан не для того, чтобы поражать воображение.

Иногда история вращается вокруг масштабных сражений или могущественных лидеров. А иногда все дело в мелких деталях, вялых руках и трех лицах, которых никогда не было на самом деле

Из сети

2856

Знакомая рассказала. Мне уже 61, а этот случай я помню так ясно, будто всё было вчера. Мне было лет 16–17, училась я в Бердянске, а на праздники ездила к родителям в Красноармейск (ныне Покровск). Приехала как-то поздно ночью. Ждать до утра на вокзале — тоска, а до дома пешком минут двадцать: через железную дорогу, депо и парк. Думаю — дойду.

Иду… и чувствую: за мной идёт особь мужского пола. Куда я — туда и он. Я ускоряюсь — и он ускоряется. Тут юмор заканчивается.

За депо стояли тогда пятиэтажки, подъезды были открыты. Я — шмыг в первый попавшийся подъезд и звоню в первую же дверь. И — о чудо! — открывает женщина. Я быстро объясняю ситуацию, а тот тип стоит неподалёку, как памятник тревоге.

Женщина спокойно говорит:
— Сейчас, доченька, мой сын тебя проводит.

Сыну было лет 25–27. Вышел, проводил меня до самого дома, а «особь» мгновенно растворилась в ночи, как плохая мысль.

И вот что поразительно: глубокой ночью люди открыли дверь. Просто так. Без вопросов.
Я до сих пор вспоминаю их с огромной благодарностью. Родителям тогда ничего не сказала — зачем волновать, когда всё обошлось.

С тех пор знаю точно: в этой жизни ничего не бывает просто так. Наверное, поэтому я сама никогда не откажу в помощи, если могу помочь. И муж у меня такой же — всегда вступится за человека в беде.

2857

4 часа ночи, звонок в дверь. Муж открывает - на пороге жена: пьяная в хлам, колготки порваны, в 1 туфле... Муж: "И ты думаешь я тебя в таком виде домой пущу??!" Жена: "Нафиг надо, я за гитарой!"

2858

В начале своей медицинской карьеры, будучи студентом, подрабатывал я медбратом в городской больнице. Ну так вот, как-то летним вечером (почти ночью) сели мы с народом "расслабиться" чуток. Спиртика попили слегка, и тут одна симпатичная санитарочка вспомнила, что ей еще труп в морг вывезти надо. А через двор огроменный (парк почти) ей одной вроде как и боязно каталку толкать, да и неудобно.... Я тут же вызвался помочь, так как и девочка была вполне, да и на обратной дороге можно поприставать, а там глядишь и.... А кадаврик (труп по-нашему) был из хирургии, помер на столе, и нога с ним рядом лежит евойная. Ну вот, везем мы каталку, она подпрыгивает на ямах и ухабах (!!!) и вроде все хорошо, и разговор уже в сторону койки.... Приехали, стали сдавать - нет ноги! Делать нечего - пошли искать. Картина: двое во всем белом, лихорадочно чиркая зажигалками, бродят в ночи:) И тут из ближайших ко мне кустов вытелепывается мужичок в изрядном подпитии. Я, ничтоже сумняшеся, к нему с вопросом: "Мужик, ты тут ногу от трупа не видал?" (ну забыл я в тот момент, что не все люди - медики). Мужик, ясное дело, столбенеет, и тут на горе ему из-за поворота дороги прибегает Оленька с криком: "Нашла!!!" и бодро размахивая ногой. Как он бежал!!!!!!!!!!!

<< ← 535455565758

Партнеры

Реклама