Результатов: 107

102

Премьер-министр Польши Дональд Туск: "Проблема с Северным потоком-2 не в том, что его взорвали. Проблема в том, что его построили".
Позже в Польше были взорваны ж/д пути, ведущие на Украину. Думаю, проблема не в том, что их взорвали...

103

Старлинк — вчерашний день. Что такое Direct to Cell

Пока мы обсуждаем терминалы Старлинк, американцы разворачивают следующее поколение — Direct to Cell. Это связь напрямую со спутником через обычный смартфон по стандартному LTE в диапазоне 1,9–2,2 ГГц.

На орбите уже более 650 спутников Direct to Cell. Украина стала первой страной, где Киевстар запустил эту технологию в ноябре 2025 года. Пока работают только SMS, голос и передача данных обещаны в ближайшее время.

Чем это отличается от обычного Старлинка? Всем. Терминал Старлинк — это тарелка на крыше, которую можно найти, конфисковать. Direct to Cell — это любой из миллиардов смартфонов на планете. Попробуйте найти.

Да, пока нужна наземная инфраструктура оператора — так называемый gateway и операторское ядро. Но спутники Starlink связаны между собой лазерами (ISL) и могут передавать данные через тысячи километров на gateway в Польше или Техасе. Локальная инфраструктура в стране пользователя не нужна.

Нужно ещё операторское ядро (core network) для аутентификации SIM-карт, маршрутизации трафика и подключения к телефонной сети. SpaceX уже решает эту проблему. В сентябре 2025 года компания приобрела собственный радиочастотный спектр (AWS-4, H-block).

Они движутся к тому, чтобы стать полноценным виртуальным оператором с собственным ядром в облаке. Когда это случится — любой человек просто скачает eSIM на обычный телефон и получит связь, которую невозможно отключить изнутри страны.

Просто выключить базовые станции не поможет — телефону вышки не нужны, он смотрит на небо. Отключение наземного интернета тоже бесполезно — данные идут через космос. Искать устройства сложно — это обычные телефоны, которых миллионы, хотя при передаче они излучают сигнал, который теоретически можно засечь. GPS-уязвимость, которая работала против терминалов, здесь отсутствует.

eSIM-профили будут раздавать в посольствах или распространять через мессенджеры, пока интернет ещё работает. Сами телефоны — обычные, их ввозить не надо.

Это уже более серьёзный технологический вызов, чем Старлинк. Запретить не получится — запрещать нечего, это обычные смартфоны. Контролировать невозможно — инфраструктура за пределами досягаемости.

Нужны асимметричные ответы. Потому что текущими технологиями эту проблему уже не решить.

104

ОДИН «СУПРУГ» В СЕМЬЕ БЫЛ В ПОЛЬШЕ,
ТЕПЕРЬ В СЕМЬЕ ИХ ВДВОЕ БОЛЬШЕ!

Видят что теперь поляки,
Взяв «Свидетельство о браке»?
Не «жену» увидишь вдруг,
Вместо той – «второй супруг»!

Муж-«супруг» (который «первый»)
Поберечь желал бы нервы,
Но от слов одних испуг:
В СПАЛЬНЕ ЖДЁТ «ВТОРОЙ СУПРУГ»!

Негодуя, ножкой топай,
Но живи так, ты ж с Европой!
Ну, а там «супруг второй»
Однопол с тобой порой!

19.01.2026. В Польше отменили слова «муж» и «жена» в свидетельствах о браке. Теперь вместо привычных «муж» и «жена» появятся нейтральные обозначения «первый супруг» и «второй супруг», сообщило министерство цифровизации страны. Это сделано для удобства прибывающих в страну иностранных гомосексуальных пар.

105

Вчера зарегистрировалась, решила написать свою историю, вспомнилось что-то..
92 год, мы с подругой учимся в 10 классе. Из нашей школы сделали литературную гимназию (12 уроков литературы в неделю+2 произведения изучаемого по школьной программе автора), и вот через неделю должны приехать из РОНО смотреть, что из этого получилось. Мне дают выучить монолог Медеи из "Медеи" Еврипида (до сих пор помню), подруге уже не помню что, но тоже что-то серьезное.
НО... у нас шоп-тур в Польшу. Папа подруги как-то нас туда пристроил. Апрель. Едем на автобусе, тридцать подростков из разных школ Раменского района и 4 взрослых сопровождающих. Мы ехали торговать тем, что плохо лежало дома. А дома не лежало, практически, ничего. Мой папа как раз потерял работу, как и многие тогда, денег не было, но мама работала в аптеке, поэтому я везла с собой лекарства, зубную пасту, мыло, какие-то полотенца и прочую ерунду, которую нашла дома. У подруги папа работал одним из директоров быковского авиаремонтного завода, у нее с собой было 4 противогаза, которые мы и набили лекарствами. Надо сказать, что наша группа ехала, как группа детей из Чернобыля почему-то, на лечение в Польшу. В Польше дела обствояли совсем плохо. Там уже была бешеная инфляция (купюры по 500 тысяч), бедность и поляки ходили на рынки, куда как раз нас и везли. У каждого ребенка с собой было по 2-3 бутылки водки - это был самый ходовой товар (насколько я помню, в Польше был сухой закон тогда), у сопровождающих по 2-3 ящика. Мы подъехали к границе, мне кажется часов через 20 (всю еду мы съели в первые пару часов в автобусе) очень голодные, а там огромная очередь из автобусов и машин. В общем на границе мы простояли ровно 2 дня, питаясь мандаринами, которыми мужчина из машины в очереди торговал все это время.
Наконец, проверка вещей, и удивительно, что из всех сумок остановили только мою и подруги. И вот таможенник достает противогазы, забитые лекарствами и спрашивает: "Что это?", а я первый раз куда-то выехала из раменского района, а тут таможня, и я на всякий случай начиная плакать, отвечаю: "Лекарства". Он говорит: "А зачем тааак много?", я: "болею", он "прям так сильно?", я говорю: "не знаю, врач выписал". Он скептически покачал головой, но лекарства не взял. Спросил: "А противогаз зачем?", я ответила, что мне сказали, что в Польше очень грязный воздух. Он сказал: "Ну ладно, а зачем 4?" и я ответила, что он такой грязный, что фильтр очень быстро засоряется. Таможенник поржал, забрал 2 противогаза (видимо, воздух в Польше, действительно, оставлял желать лучшего)
Кстати, водку, сопровождающие сказали добровольно сдать таможенникам, а то нас не пустят. Мы сдали. А сопровождающие спокойно провезли свои 12 ящиков, заплатив за ввоз нашей водкой. Мы это быстро поняли, все расстроились, но спорить со взрослыми не стали (воспитание).
Когда мы доехали до общежития, где жили польские студенты, мои ноги были похожи на ноги слона: абсолютно одинаковые и в бедрах, и в щиколотках. Помню, я очень испугалась, что это останется на всю жизнь (тогда я еще не знала, что ноги могут отекать). 4 дня мы торговали на рынке, потом ездили в Варшаву закупаться. Если история понравится, расскажу дальше.
В общем, на презентацию нашей гимназии мы опоздали. Я честно учила монолог все это время и читала его подруге с таким выражением, что даже ей было страшно. В общем, я была готова и хотела выступить, но увы... Директрисе кто-то настучал из-за чего мы не смогли присутствовать. Она вызвала нас (Советский союз уже развалился, и спекулянтов уже не сажали, но все-равно, за это пока сильно карали у нас в школе) и сказала, что исключает нас из школы за недостойное советского человека поведение и за то, что мы подвели школу. А мы с подругой были отличницами (обе, в итоге, закончили с медалью), для нас исключение из школы было крушением всех жизненных планов. Я снова заплакала (благо натренировалась на таможеннике) и мы торжественно поклялись, что ничего не заработали, что попутал нас кто-то и больше мы в Польшу ни ногой. Кстати, не обманули: ни я, ни подруга в Польше, больше, действительно, не были)

106

Про отца Анджея

Я католик. Ортодокс. Не святой, но и не последний грешник.

Детство моё прошло в советской школе, под мерный стук мела по доске и рассказы о том, что Бога нет. Ну нет, так нет — что я тогда понимал? До двадцати пяти я жил в этом тихом безветрии атеизма.

А потом случилось то самое «потом». В двадцать пять лет из-за какой-то нелепой теологической мелочи я надолго разошёлся с друзьями... Эх... Сейчас вспоминаю — и щемит. Это перевернуло душу. Начал читать, искать, бродить по храмам в поисках того, кто объяснит, как жить дальше.

Помню, ехал в такси. За окном мелькал город, мы зацепились языками с водителем о вечном. Он ткнул пальцем в неприметный фасад:
— Вон там церковь есть, меня звали как-то.
— И что, зашёл?
— Да нет, — отмахнулся он, — всё некогда, всё суета...
— Давай, — говорю, — я за тебя схожу.
— Да не вопрос. Привет там передавай.
— Да не восклицательный знак, передам.

Я тогда сходил с ума по Ванге. Верил в неё, как в истину в последней инстанции, таскал с собой брошюру с её фото — чуть ли не инструкцию к жизни. С ней и пришёл, «освящать». Меня встретил мужчина: крепкого телосложения, в гражданском, но с такими глазами... Добрыми, какими бывают глаза только у тех, кто много видел.

— Освятить? Идёмте.
— Только... церковь ведь Вангу не признала?
— А, ну тогда нельзя. Но мы можем просто помолиться. Вместе.

Он молился так, будто разговор шёл напрямую, без посредников. А потом был чай. Настоящий, согревающий не только руки. В его гостеприимстве не было расчёта — только искреннее сердце. Я стал приходить по утрам. Завтраки, тихие разговоры в лучах утреннего солнца, которые красиво освящали разукрашенные стекла... Так я обрёл веру. И нашёл отца Анджея.

Отец Анджей — человек, у которого слово и дело спаяны намертво. Он говорил: «Важно не сколько раз ты пообедал, а сколько раз разделил тарелку с голодным». И делил, если была возможность.

Помню Женю — и бандит, и алкаш, вечный гость за решёткой. Выйдет, бывало, на свободу — грязный, в лохмотьях, голодный — и сразу к отцу. Тот его в ванну, переоденет в чистое, накормит... Несколько лет отец с ним возился. Что-то не видно Жени в последнее время. Может, снова присел, а может, уже в лучшем из миров. Тишина от него осталась.

Отец очень легко расставался с вещами. Дорогой мобильник — кому-то, мне — не менее дорогие наушники. Если видел, что человеку нужнее, отдавал не задумываясь. У него потрясающее чувство юмора, тонкое, как лезвие. Если кому будет интересно, об этом я как-нибудь напишу отдельно — там есть над чем посмеяться сквозь эти ностальгические сумерки.

Он стал мне вторым отцом. Буквально. Одевал, обувал, кормил, давал кров, когда мне некуда было идти и пока я решал свои квартирные вопросы. И именно он, долгих пятнадцать лет (пятнадцать, Карл!), мягко, по-отцовски подталкивал меня к примирению с родным отцом после четверти века вражды. И таки добился своего, уговорил. Как хорошо сказал Соломон Маркович " я - из семейства ...бланов Непримиримых". Но отец Анджей переборол меня. Спасибо отец!

Он научил меня видеть ложь этого мира — все эти деньги, власть, напускную красоту и «понты», на которых кто-то делает бабло. Посмотрите в глаза олигархам, власть предержащим, популярным людям— увидите там счастье? Настоящее, тихое счастье? То-то и оно. Когда нет истинного света, люди пытаются греться у костров из всякой фигни...

Отец Анджей... Не хочу лепить из него святого, но он близок к этому. По его молитвам люди вставали на ноги, мирились, находили свой путь в профессии и личной жизни многое, многое другое. Если рассказать о всех чудесах, это будет полное собрание сочинений Толстого в 120-ти томах.

Последние новости. Сейчас он в Польше. Ему восьмой десяток, время покоя и мемуаров, но это не про него. Он всё так же бодр, активен, работоспособен. Спит пять часов в сутки, в свободное время сочиняет белые стихи, все также заботится о бедных, все тот же беспокойный отец Анджей. Кстати, он знаменит в своей Польше, все его знают.

Гвозди бы делать из этих людей:
Крепче бы не было в мире гвоздей.
(Н.Тихонов)

С., ГОСТ.

107

В Сумской области пропали прошедшие подготовку в Польше боевики ВСУ.

Ищет полиция, ищут пожарные,
но оказались хлопцы коварные.
Лишь обучение в Польше прошли,
как тут же их больше и не нашли.

Обрыдло им кровь проливать за Зелю.
Может быть в Ницце кайфуют неделю?
А, может, в Париже на пару недель,
взяли без боя злачный бордель?

123