Анекдоты про разрешили
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 210

201

В 1927 году из Америки в СССР возвращался молодой человек, вызывавший оторопь у таможенников. Одетый по заграничной моде, отлично говоривший по-английски, он вёз с собой медицинское оборудование, купленное на деньги, которые ему заплатили за операции в крупнейшем госпитале США.

В том госпитале ему предложили престижную работу, от которой молодой человек отказался. А если добавить, что его отец до революции был владельцем Нижних торговых рядов в Москве, что его жена – дочь миллионера, и что он сам в своё время служил в царской армии, то можно решить, что «возвращенец» был просто сумасшедшим! Но Сергей Сергеевич Юдин ненормальным не был. Он был гениальным хирургом и убеждённым патриотом.

Вскоре после возвращения из США Юдин был назначен главным хирургом Института им Н. В. Склифосовского.
Тогда эта клиника на 96 коек была убогим помещением с печным отоплением. За три года Юдин превратил хирургический стационар и операционные института в лучшие не только среди отечественных, но и некоторых зарубежных клиник. Главная идея Сергея Сергеевича была в том, что работающие у него хирурги должны обладать широчайшим диапазоном возможностей, быть, как он сам говорил, «поливалентными»

Институт стал настоящей «хирургической Меккой», аккумулятором, где хирурги черпали идеи. В книге отзывов того времени – восторженные записи профессоров Герцена, Вишневского, Войно-Ясенецкого, иностранных светил.
Об операциях Юдина ходили легенды: он мог делать то, что выходило за пределы человеческих возможностей. Например, он выполнял резекцию желудка за 20–30 минут, чего до сих пор не удалось повторить ни одному хирургу в мире. Его сравнивали с пианистом-виртуозом, а сам хирург говорил: «Вскрываю брюшную полость, кладу руку на опухоль, беру аккорд и вижу, что опухоль удалима».
Юдин великолепно играл на скрипке и гитаре, а одну из своих книг назвал «Этюды желудочной хирургии». Он также дружил с художниками: его портреты кисти Нестерова и Корина до сих пор украшают Третьяковку.

Деятельность Сергея Сергеевича приобрела государственный размах, когда в 1930 годы он предложил методику переливания трупной крови. Консервировать кровь тогда ещё не умели. Открытие, сделанное накануне войны, позже спасло жизнь миллионам бойцов. Кроме того, Юдин с командой хирургов института выезжал на самые трудные участки фронта и оперировал одновременно на 4–5 столах, показывая и обучая. Его гениальными руками были спасены тысячи раненых.

В характере Сергея Сергеевича сохранялась детская искренность и порывистость, желание «играть» с судьбой. Он общался с иностранными журналистами без переводчика, писал открытки Черчиллю, отстаивал службы в Елоховском соборе, крестил детей своих сотрудников и называл советскую власть не иначе как «совдепией»…
И это не прошло безнаказанно.

В конце 1948 года, почти сразу после того, как Юдин был награждён второй Сталинской премией, хирург был арестован по обвинению в шпионаже.

В одиночной камере Лефортовской тюрьмы, после допросов и пыток, этот заключённый просил только об одном: дать ему возможность писать. На клочках бумаги, которую выдавали для туалета, Юдин создавал научные статьи, приводя по памяти цифры, графики, цитаты на нескольких языках.

В 1952 году его отправили в ссылку в сибирский городок Бердск. Вскоре жене одного из местных партийных бонз понадобилась операция. На звонок в Кремлёвку работавший там ученик Юдина ответил: «Лучшие хирургические руки страны – в Бердске!» После этого случая Юдину разрешили работать в Новосибирске. Он не только с упоением оперировал, но и начал серию экспериментальных работ со студентами.

В 1953 году Сергей Сергеевич был реабилитирован и вернулся на прежнюю должность. Однако один из учеников, сыгравший роль и в его аресте, восстановил против него часть сотрудников. Виртуозные операции Юдина, у которого «не было неоперабельных больных», не могли спасти его от разборок, склок, доносов… Спустя 11 месяцев он скончался от инфаркта после триумфального выступления на конгрессе хирургов.

После смерти Юдина его имя постарались забыть, хотя его открытиями и сегодня продолжают пользоваться миллионы медиков. О судьбе этого выдающегося человека рассказывают книги: «Образы великих хирургов», «Дело Юдина»

Ольга Алекперова

Из сети

204

«Мы готовились к матчу, но нас не пустили и не разрешили брать интервью. Так что мы будем комментировать этот матч с холма Сан-Кристобаль»...

История успеха по-латиноамерикански - 15-летний мальчик стал национальным героем Перу. Он провел 18 часов в дороге, чтобы попасть в Лиму на финал Кубка Либертадорес, однако организаторы отказались его впускать в качестве блогера-комментатора. Школьник не растерялся и организовал собственную трансляцию с телефона, забравшись на ближайший холм с видом на стадион.

Его трансляция собрала 4 млн зрителей, после чего его пригласили работать на спортивный канал, а мэр Лимы пообещал бюджетное место в любом из местных вузов.

205

Скажите, вам доводилось слышать, чтобы итальянцы принялись делать у себя в Италии адыгейский сыр?
А чтобы в Британии жилой комплекс назвали "Вологодские просторы"?
Вы слышали, чтобы в США их новый Boeing обещали сделать "не хуже, чем российский СуперДжет"?
Попадалось вам в новостях, как премьер-министр, скажем, Испании обещает выпустить "убийцу" какого-нибудь российского гаджета?
Нет, ничего такого нет. Никто на Западе не пытается копировать что-то российское или выпускать что-то, конкурирущее с российским.
Итальянцы просто делают сыр. Свой сыр. Они не пытаются сделать сыр "как в России" или "лучше, чем в России".
А вот в России постоянно уверяют, что научились делать моццареллу не хуже итальянской.
И что самолёт МС-21 обязательно оставит позади Boeing, а Йотафон убьёт Iphone.
А жилые комплексы и коттеджные посёлки в России сплошь и рядом называют "Гринвичами" и "Елисейскими полями".
И заметьте. Повторить или превзойти в России всегда обещают что-то западное.
Никто никогда в России не обещал превзойти что-то, например, вьетнамское.
В России - что на уровне власти, что на уровне обывателей - на самом деле хотят (правда, не могут) быть именно, как Запад.
Никакие проклятия в адрес Запада и никакие крики о традиционных ценностях и особом пути этого не изменят.
В СССР Запад тоже проклинали и об особом пути твердили, но при этом на американские джинсы молились только в путь.
Если бы завтра для россиян открыли Европу - миллионы снова стали ездить туда, а вовсе не в КНДР, несмотря на страшных европейских трансгендеров, трансформеров и трансформаторов.
Если бы завтра в России разрешили моццареллу и хамон - все модные московские рестораны стали подчёркивать, что моццарелла у них исключительно итальянская, а хамон сугубо испанский.

206

[B]Гламурные кандалы, или Как Николай I подарил подданным светский тренд[/b]

В 1826 году, когда декабристов готовили к этапу в Сибирь, над ними решили учинить дополнительную, символическую экзекуцию: надеть ножные кандалы. Для простых заключённых это не было обязательным — железо на ногах мятежников должно было подчеркнуть особую тяжесть их вины перед троном.

Но тут возникла техническая, а затем и эстетическая дилемма. Обычные кандалы заклёпывались наглухо, железным гвоздём. Однако декабристам — дворянам, офицерам — по какой-то прихоти начальства или по тайной жалости тюремщиков, решили сделать послабление: разрешили снимать оковы на ночь. Значит, нужен был замок.

Парадокс вышел разящий: с одной стороны — ужесточение наказания, с другой — неслыханная для каторжника поблажка. В Петропавловской крепости подходящих замков не нашлось, и перепуганные надзиратели кинулись в ближайшие хозяйственные лавки.

А в лавках тех, как на зло, царила особая мода. Юные барышни хранили свои девичьи секреты — альбомы, любовные записки, локоны — в изящных сундучках, запертых на крошечные замочки-сердечки с кокетливыми гравировками: «Кого люблю — тому дарю», «Замок сей крепок, как любовь моя», «Люби меня, как я тебя».

Именно такие замочки, пахнущие духами и романтическими вздохами, и были срочно закуплены для оков государственных преступников. Представьте картину: мрачные своды каземата, звенящие кандалы и на них — миниатюрный разукрашенный замочек с признанием в вечной любви.

Абсурд достиг апогея. Декабристы, люди острого ума и язвительного юмора, не могли упустить такой подарок судьбы. Они тут же принялись дразнить своих стражников: «Ох, и признались же вы нам в чувствах, господа надзиратели!» Самые дерзкие просили передать послание императору Николаю Павловичу: «Не забудьте доставить государю наш ответный любовный привет!»

Но история на этом не закончилась. Она совершила головокружительный кульбит из трагедии в фарс, а из фарса — в светскую хронику.

Когда срок ношения кандалов истёк, многие декабристы не пожелали с ними расстаться. Вериги были перекованы ювелирами в памятные кольца, браслеты и медальоны. Эти «сибирские сувениры» дарили матерям, сёстрам и жёнам, последовавшим за ними в изгнание.

И тут случилось невероятное: на гламурные «кандальные украшения» вспыхнула бешеная мода в высшем свете. Светские львицы, чьи мужья, возможно, и подписывали приговоры, наперебой скупали эти реликвии, оправляли их в золото и осыпали бриллиантами. Носить на балу браслет, выкованный из оков государственного преступника, стало символом модной сентиментальности и политической фронды. Спрос стал так велик, что даже появились искусные подделки.

Так железо, предназначенное для унижения, силой духа, иронии и абсурда эпохи превратилось в изысканный аксессуар и символ стойкости. В одном российском музее, например, хранятся знаменитые "браслеты" князя Одоевского — немые и изящные свидетели того, как история иногда пишет свои сюжеты пером самого едкого сатирика.

207

Было мне ровно пять лет когда моя мать вдруг объявила, что скоро мы соберёмся и поедем на турбазу в Сочи. С этого дня моя жизнь превратилась в сплошное ожидание. Каждый день я спрашивал её, когда же мы поедем, но получал только ответ "Скоро!".
И вот в один день она вдруг пришла забирать меня из детского сада намного раньше обычного, сказав, что этот день наступил, и что мы едем сегодня вечером. Радости моей не было предела. Навсегда запомнилась её реакция "Ну что ты лезешь на меня как на лестницу!?"
И вот мы на турбазе, живём в небольших однокомнатных домишках.
Время было уже осеннее. О том, что где-то по соседству находилось море я, конечно, слышал, но мне было сказано, что оно было не только далеко, но и купаться в нём было холодно, поэтому у моря я тогда так и не побывал. Однако никаких разочарований мне такое положение дел совершенно не принесло. Каждый день был наполнен какими-нибудь яркими событиями.
Особенно мне нравилось когда в лагере устраивались общие построения, и кто-то из руководителей вызывал некоторых из построившихся и торжественно, под аплодисменты, им что-то вручал. Я не совсем понимал, что это было такое, но проникался всеобщей радостью и приподнятым настроением.
И тут вдруг мы все куда-то засобирались, подхватились и пошли.
Идём целый день по тропинке, кушаем консервы, разогретые на костре.
До этого я никогда в жизни ничего подобного не пробовал.
Мне очень понравилось. Тропинка узкая, и я всё думаю, когда же мы развернёмся и пойдём назад. Те, кто сейчас позади окажутся впереди. Знают ли они дорогу? Но наступает вечер, и мы не разворачиваемся! Вместо этого мы поднимаем палатки и остаёмся ночевать! Такого тоже в моей жизни никогда не было! Я в полном восторге. Наутро мы собираемся и продолжаем идти. Проходим мимо каких-то крошечных строений в которые можно заглянуть через круглую дырку, и мне объясняют, что это древние захоронения. Как я просился забраться через эту дырку вовнутрь, но мне не разрешили! Ничего, поход продолжается. Опять ночёвка, опять костры.
На следующий день - переход через реку. Кто-то из взрослых человеков (а на деле высокий парень лет двадцати пяти) берёт меня на руки со словами "дайте-ка мне этого короеда" и переносит через реку. Какое смешное слово! Ночёвка, костёр. И вдруг на следующий день - снег! Снег! Ведь не было никакого снега ещё вчера, а сегодня у меня из-под него едва торчит голова! Это, как оказалось, было вершинной точкой нашего похода и пора было возвращаться назад. Возвращение, по правде говоря, почти не запомнилось, но было здорово.
Однако то, что произошло уже в лагере произвело на меня просто неизгладимые впечатления. Подошло время одного из моих любимых построений, и дядька опять начал называть фамилии. И подходить к нему стали люди, которых я хорошо знал по нашему походу. И дядька им что-то вручал, а все хлопали. Радовался я за них безмерно. Но что это? На одну из фамилий отзывается и идёт тётенька, которую я хорошо знал ещё до похода! "Мама, мама! Тёте Наташе тоже что-то дали!" Вернувшись, тётя Наташа продемонстрировала крошечный значок. Но что это был за значок! Таких я никогда до этого не видел! Компас, звёздочка и надпись "Турист СССР". Это не просто значок, пояснила мне мать. Наташа его заслужила! Как я радовался за Наташу. Моя знакомая - и заслужила значок! Меня постепенно начала разбирать гордость за то, что я с ней был знаком. И тут... И тут!.. Дядька вызывает мою мать! Она идёт и тоже возвращается со значком! Я ещё не отошёл от впечатлений, полученных от Наташи, а здесь со значком возвращается сама моя мама! Уж такой радости я вообще не ожидал! Назвали ещё несколько фамилий, и процедура, похоже начала подходить к концу. И тут дядька называет мои фамилию и имя! "Ну, иди", говорит мне мать. Я иду и не верю происходящему. Иду, и все хлопают. Я не верю, не верю, что всё это действительно со мной происходит. Дядька пожимает мне руку и тоже даёт мне значок! Но только мой значок был ещё лучше. Он был самый большой! Кроме компаса на нём были изображены ещё костёр и палатка. И надпись "Юный турист СССР".
А вы говорите мороженое....

208

Оранжевый лебедь

Нассим Николас Талеб для редких и неожиданных событий со значительными последствиями начал широко использовать термин «чёрный лебедь», называя обычные события «белыми лебедями». Мне кажется, сейчас пришло время ввести третий термин — оранжевый лебедь. С одной стороны, событие ожидаемое, но последствия нельзя предугадать. Таким оранжевым лебедем я бы и назвал избрание Дональда Трампа на пост президента. Кто-то радуется его яркости, а кому-то она так слепит глаза, что хочется зажмуриться.
Осенью 2024 года я вёз клиента из Америки.
Разговорились про выборы и Дональда Трампа. Он очень надеялся на его победу. Он живёт в Нью-Йорке, и ему не нравится, что нелегальных иммигрантов селят в дорогих гостиницах в центре. Ведь эти люди не едут в страну, чтобы работать. Они живут на пособия и сбиваются в банды. С его слов, в страну въехали 7 млн. нелегальных эмигрантов, и правительство на это смотрит с одобрением. В некоторых штатах приняли закон, что если человек заходит в магазин и что-то забирает стоимостью до 1000 долларов, то это не считается уголовным преступлением. Он сказал, что такое распространено в штатах, которые управляются демократами, в республиканских штатах такого нет. Поэтому он очень надеется, что Трамп победит и прекратит этот кошмар.
Недавно от другого клиента я услышал продолжение этой истории. Не желая закрывать свой бизнес из-за убытков, хозяева магазинов нашли решение. Они установили цену на все товары минимум 1000 долларов. Но как только товар сканируется на кассе, цена меняется на нормальную, скидка за честность – назовём её так. Таким образом, если кто-то берёт с полки товар и не желает платить, то он совершает преступление и можно вызывать полицию.
Сам будучи эмигрантом, приехав сюда почти 16 лет назад, я часто задумывался об этой проблеме. Я был без работы в этой стране первые шесть дней и больше никогда! Бывают случаи, когда мигранты приезжают в чужую страну и пытаются диктовать свои правила, связанные с привычным для них образом жизни и традициями. Мне кажется, это должно строго пресекаться. Если человек выбрал себе новую страну для проживания, надо принимать правила этой страны, даже если они ему не нравятся, иначе зачем он приехал? В 2015 году правительство Германии приняло сотни тысяч беженцев из страны, где началась война, в надежде, что они будут работать и строить экономику. Надеюсь, что этот план удался.
Глядя на то, как странам нужны работающие люди, думаю, правильно приглашать таких людей. Чем дольше живёшь, тем больше убеждаешься, что без жёстких правил и ограничительных мер человек может начать вести себя неподобающе и стать угрозой для общества, которое его приняло. Поэтому мне кажется логичной такая система (количество людей и сроки приблизительные). Страна принимает 200 тысяч мигрантов сроком на полгода. Первые три месяца приехавшие учат язык, следующие три месяца осваивают профессию, которая в данный момент востребована. После каждого обучения — экзамен. Если не сдал, то покидаешь страну.
Далее необходимо начать работать в течение месяца. После этого мигрант освобождает жильё, которое ему предоставили, и живёт независимой жизнью. В случае нарушения уголовного или админи-стративного закона человек также выдворяется из страны.
Таким образом, каждые полгода страна приглашает к себе тех, кто готов работать для её процветания и своего будущего. И страна будет развиваться, и приехавшие люди будут вливаться в общество, при-нося пользу. Мне кажется, что если человек убегает из страны, где происходит катастрофа, он будет готов с двойной силой учиться и делать всё возможное, чтобы туда не вернуться. Если нет, то он не хочет оставаться в новой стране. Я думаю, очень важно помнить, что Соединённые Штаты Америки — это страна, построенная эмигрантами, которые приезжали туда в поисках лучшей жизни и усердно трудились, чтобы их детям жилось лучше. Так продолжалось сотни лет, в результате была построена та страна, которую мы сегодня знаем как США.
Если те, кто приезжают, не будут работать, а только получать пособия и заниматься незаконными делами, то это вопрос времени — когда страна разрушится.
Дональда Фредовича Трампа всё-таки избрали. В моей машине оказалась американка. Их семья во время Ковида переехала в Великобританию. Им нравилось жить здесь, но американское школьное образование им показалось лучше, и они решили вернуться. В американской школе детей учат всему, а здесь им не понравилось разделение на углубленное изучение гуманитарных или точных наук. Она была очень разочарована избранием Трампа, главным образом из-за того, какой он человек и какие ценности он транслирует. Она выражалась очень тактично, поэтому я не сразу понял, что она имеет в виду, говоря, что больше всего ей не нравится ухудшение в сфере женского здоровья. Далее она объяснила, что несколько лет назад Верховный суд постановил, что каждый штат сам решает — разрешать или нет аборты на своей территории. Во многих республиканских штатах аборты либо запретили, либо ввели ограничения. Одно из таких ограничений, когда женщине нужно привести мужчину — отца будущего ребёнка, чтобы он дал своё согласие на аборт, или доказывать необходимость этой процедуры из-за угрозы здоровью или жизни. Получается, жен-щине надо проходить унизительную процедуру, для того чтобы отстаивать своё решение не иметь детей в данный момент. Мы все люди, но, на мой взгляд, это движение против прогресса, и неважно, на чём оно основано. Плохо, что люди, которые выступают против абортов, хотят навязать это всем остальным.
Мне кажется, если вы хотите снизить количество абортов, то надо не запрещать их, а создать все условия, чтобы люди хотели становиться родителями — оплачиваемый отпуск по уходу за ребёнком, бесплатные хорошие школы и детские сады и т.д. Но запретить аборты легче. Боремся не с причиной, а со следствием.
Моя клиентка привела интересный эпизод из книги «Фрикономика». Авторы исследовали, к чему привело разрешение абортов в Соединенных Штатах в прошлом.
Изменения позволили женщинам принимать решение, руководствуясь, в том числе, социально- экономическими аспектами. Связано это или нет, мы не можем утверждать однозначно, ведь существует правило: «после — не значит вследствие». Однако исследователи увидели, что спустя 16–18 лет после того, как аборты разрешили, уровень преступности среди молодых людей снизился. Здесь прослеживается логика:
дети, которых не хотели и которых не любили бы — они просто не родились. Значит, было меньше детей с негативным опытом взросления, и уровень преступности снизился. Неприятие сторонниками Трампа людей с другими ценностями также очень беспокоило мою клиентку, ведь она воспитывает своих детей, объясняя, что каждое мнение имеет право на существование.
Неприятие сторонниками Трампа людей с другими ценностями также очень беспокоило мою клиентку, ведь она воспитывает своих детей, объясняя, что каждое мнение имеет право на существование. Такая вот интересная беседа получилась.
Меня настораживает тот факт, что люди, основываясь на своих религиозных убеждениях, пытаются лезть в жизни других в светском государстве. Я не считаю себя глубоко религиозным человеком, но, на мой взгляд, религия — это что-то личное.
Вернее, не так. Вера — это что-то личное, сокровенное для верующего, и насаждать её силой или мягкостью другим людям, на мой взгляд, противоречит идеям любви и доброты, которые пропагандируются во всех конфессиях. Недавно прочитал анекдот: «Все религиозные люди добры к представителям своей религии, и все религиозные люди ненавидят представителей других религий. Оба высказывания абсолютно верны». Надеюсь, Америка вернётся к тому обществу, где человек будет иметь право делать со своим телом то, что хочет, но не в раннем возрасте, когда дети пытаются поменять себе пол.
Я слишком старомоден, чтобы это понять. Американский телеведущий Билл Мар сказал: «Я благодарен своим родителям за то, что когда я в детстве хотел стать пиратом, мне не отрезали ногу, не выкололи глаз и не посадили мне на плечо попугая».
Человек должен сам принимать решение относительно себя не раньше, чем с 18 лет, хотя последние исследования физиологов говорят, что мозг человека развивается аж до 27 лет.
Другая моя клиентка подтвердила, что нетерпимость по отношению к людям с другими ценностями в стране выходит на новый уровень. Она уверена, что Дональд уронит экономику страны. Кроме того, он хочет отменить получение гражданства тем, кто родится на территории США, хочет нарушить конституцию, избравшись в будущем на третий срок.
Сейчас в стране хотят урезать социальную помощь, и её родители, которые голосовали за Трампа, могут от этого пострадать.
Ещё один человек, и ещё один взгляд на происходящее.
Каким будет оранжевый лебедь — покажет время. Я не берусь его судить, ведь ничего не знаю ни о его мотивах, ни о нём самом и предлагаю высказать мнение о его президентстве по окончании срока. Но я искренне надеюсь, что появление в Овальном кабинете портрета 11-го президента Джеймса Полка, который увеличил площадь Соединённых Штатов вдвое, не говорит о планируемых президентом шагах.

209

15 июля 1902 года шестнадцатилетняя Мэри стояла на платформе в Нью-Йорке, её сердце билось так громко, словно хотело опередить приближающийся свист локомотива. Перед ней был «Поезд сирот» — длинный состав, направлявшийся на запад, к бескрайним просторам середины Америки. Вокруг неё стояли десятки таких же подростков и детей, каждый со своей историей, со своим страхом и надеждой, тихим пониманием того, что как только двери вагона закроются, их жизнь изменится навсегда.

История «сиротских поездов» — одна из самых сложных и противоречивых страниц американской социальной истории. Между 1854 и 1929 годами благотворительные организации, в первую очередь Children’s Aid Society, отправили на запад поезда с детьми, которых считали сиротами, беспризорными, оставшимися без родителей или оказавшимися в крайне тяжелом положении по жизни. За эти годы на поездах было перемещено примерно от 150 000 до 250 000 детей, и сотни локомотивов прошли маршруты от Восточного побережья до фермерских городков Среднего Запада США и даже южных штатов.

Мэри должна была ехать одна. Её трёхмесячной сестре не разрешили ехать с ней — система тех лет рассматривала старших детей и младенцев по-разному. Многие семьи хотели принять младенцев, которых можно вырастить, или подростков, которые могли помочь по хозяйству. Но чтобы взять двух детей разного возраста, правила того времени предписывали отдельные условия, и очень часто братьев и сестёр разделяли.

Мэри не могла смириться с мыслью о расставании. Перед отправлением поезда она тихо и решительно зашла в комнату, где спала её сестрёнка, крепко завернула младенца в своё пальто и спрятала её под тканью. Осознав риск, Мэри знала, что обнаружение означало бы наказание, высадку с поезда и, возможно, гарантированную разлуку навсегда. Но любовь и инстинкт защищать — взяли верх над правилами.

Первые часы пути были как вечность. Младенец не плакал, а Мэри сидела неподвижно, дрожа от напряжения и страха быть разоблачённой. Другие дети вскоре заметили её тайну, но никто не выдал её. В вагонах сирот быстро учились правилам выживания, и молчание часто становилось формой защиты.

На первой остановке в небольшом городке Канзаса на платформу вышли семьи, чтобы выбрать ребёнка. Когда Мэри сошла с поезда, её пальто показалось необычно тяжёлым в летнюю жару. К ней подошла фермерская пара. Они искали помощницу по дому, и Мэри согласилась сразу, слишком быстро, чтобы скрывать тревогу. Когда женщина заметила странно объёмный силуэт под тканью, Мэри солгала, что ей холодно и что она больна — всё, лишь бы прикрыть правду.

И тут раздался детский плач. Женщина потребовала, чтобы Мэри раскрыла пальто. Тем временем из толпы вышел пожилой фермер по имени Томас. Он внимательно наблюдал за происходящим и увидел не проблему, а историю двух сестёр.

— Я возьму их обеих, — сказал он тихо и уверенно. — Девочку и младенца.

Это было больше, чем спасение. Это было признание человечности там, где система часто смотрела на детей как на ресурс или проблему. Томас сам потерял семью и понимал, что значит быть одиноким. Он воспитал обеих, дал им дом и относился к ним с уважением, как к своим дочерям. Он позаботился о младшей — отправил её в школу, где она могла учиться и расти.

Годы шли, и к двадцати четырём годам Мэри стала самостоятельной. Томас передал ей ферму, сказав, что это её дом и её судьба. Она прожила на этой земле 63 года, построив жизнь, наполненную смыслом и памятью о том, как однажды любовь и решимость изменили её путь.

Когда Мэри умерла в 1973 году в возрасте восемьдесят семи лет, её сестра, теперь уже пожилая женщина, принесла ту самую фотографию, на которой Мэри выходит из поезда с пальто, скрывающим её тайну. На похоронах она сказала, что была жива, образована и цельна именно потому, что её сестра однажды нарушила правила ради любви.

История поездов сирот — это не только история перемещённых детей. Это сложная глава в истории социальной помощи, которая дала начало современным подходам к опеке и усыновлению, и одновременно оставила после себя множество вопросов о том, что значит быть ребёнком, семьёй и обществом, ответственным за судьбы самых уязвимых.

Порой любовь требует не просто смелости, а готовности бросить вызов миру, чтобы защитить то, что действительно важно.

Из сети

210

В детстве я жил на Украине, в городе Кривой Рог, а мой прадед Евтух жил в селе Александровка. Мы регулярно ездили к нему в гости. Однажды мне разрешили взять с собой друга Гарика...
Этот тазик с засохшей извёсткой и торчащей из неё железякой мне попадался на глаза не раз.
- Ух ты! - воскликнул Гарик, освобождая железяку из извёстки. - Это же австрийский штык!
- Ну да, - говорю, - Дед Евтух в первую мировую воевал, у него и Георгий есть.
Тут Гарик мне и говорит:
- Так у деда и пулемёт есть - ховае на горище (прячет на чердаке)
Логично? Логично! Полезли искать кулемёт...
В результате наших поисков на деда Евтуха посыпалась штукатурка (дом был очень старый)
Дед поднял тревогу, нас сняли с горища, а Евтух приказал всех выпороть. Пороли только меня. И то не больно - только ржали:
- Шо шукали? кулемёт? ха-ха-ха!
А я смотрю Евтух на чердак лезет, не иначе пулемёт перепрятать...

12345

Партнеры

Реклама