Анекдоты про тревиль |
Если смотреть "Простоквашино" с закрытыми глазами, вы услышите, как Вальтер Шелленберг выговаривает графу де Тревилю за то, что тот купил кеды вместо валенок.============ кстати, вот выложишь, не перепроверив, а граф де Тревиль в фильме скромно молчит и только кеды показывает молча. а Шелленберг выговаривает Исааку Либерзону, киевскому ювелиру. вот как, однако
|
Мушкетеров было четверо. Троих звали как положено – Атос, Арамис и д'Артаньян, а вот Портосу пришлось стать Датосом: Его Величество король заикался и не любил, когда слова начинаются на букву «П».
Мушкетеры дрались на дуэлях, скакали в Лондон за подвесками и обороняли крепость Ла-Рошель, бывшую раньше коробкой от ботинок. Их сделал когда-то отец нынешнего короля. В основном из пластилина, но на плащи пошли голубые лоскутки, а перевязь Датоса украсила блестящая брошь, которую королева-мать разрешила взять из жестяной коробки с пуговицами. В той же коробке нашлась настоящая шпага для Атоса – шляпная булавка, которой сто лет назад прабабушка королевы прикалывала шляпку к волосам. Остальным мушкетерам достались деревянные шпаги.
Мушкетеры сильно помялись и выглядят уже не так браво, но починить их некому. Отца больше нет, король с королевой живут вдвоем. «Легкая смерть» – сказала соседка баба Тая. Смерть – это как с Констанцией, она умерла и больше никогда не вернется до конца фильма. Но ведь фильм можно пересмотреть с начала, и тогда она опять будет жива?
По ночам мушкетеры несут караул на тумбочке у постели короля. Без них король не может заснуть, особенно в те вечера, когда королева оставляет его с бабой Таей, а сама надевает красивое платье, душится духами, за ней заходят нарядно одетые мужчины и куда-то уводят. Баба Тая называет их «ухожоры». Потому и нужен мушкетерский пост: вдруг ухожоры придут ночью жрать уши.
Еще баба Тая говорит «кавалеры», но это неправильно. Кавалеры должны быть красивыми и благородными, а эти противные. Один был кудрявый и подарил королеве золотую цепочку, как герцог Бэкингем. Потом был черный и носатый, приносивший королю липкие восточные сладости, вылитый галантерейщик Бонасье. А теперь ее забирает кардинал Ришелье, худой и с усиками.
Вот и сегодня шумит вода в ванной, в доме пахнет духами, в коридоре выставлены парадные туфли на каблуках. Королева собирается на бал. Все четыре мушкетера выбрались в коридор на разведку. Самый храбрый, Атос, подполз вплотную к туфле и выставил свою стальную шпагу. Это хитрый мушкетерский план: может быть, королева уколет ногу, не сможет надеть туфли и останется дома на весь вечер.
Так и произошло. Раздался звонок, королева выбежала в коридор, впустила кардинала и не глядя сунула ногу в туфлю. Громко ойкнула, посмотрела, что случилось, и в гневе обернулась к королю:
– Иди сюда, паршивец! Сколько раз я тебе говорила не разбрасывать игрушки! Посмотри, что ты натворил! Колготки порваны, в чем я теперь пойду? Всё, мое терпение кончилось.
Она топнула ножкой, и храбрый Атос превратился в бесформенное пластилиновое пятно на полу. Король с плачем бросился к ней и начал колотить кулачками по нарядному платью. Но королева оттолкнула его так, что он отлетел в сторону, и уже занесла ногу над Датосом...
И тут вмешался кардинал Ришелье. Взял королеву за плечи, что-то ласково сказал на ухо и отвел в сторону, подальше от уцелевших мушкетеров. Потом присел на корточки перед королем, рыдающим на телом Атоса:
– Кто это был?
– Атос...
– Понятно. А этот, с брошкой, Портос?
– Д-да.
– А д'Артаньян который?
– В-вот этот.
– Я так и думал, вон какая у него шляпа шикарная. Да, досталось твоему Атосу. Но ничего, а ля гер ком а ля гер. Пластилин у тебя найдется?
– Да.
– Погоди, какой пластилин? – вмешалась королева. – Мы же в ресторан опаздываем.
– Не убежит наш ресторан. В другой раз сходим. Тут у нас, видишь, катастрофа. Благородный Атос тяжело ранен, надо срочно спасать. Поставь пока чайку, а мы займемся реанимацией.
Кардинал наклонился и бережно поднял с пола останки Атоса. Хотя почему кардинал? Не похож он совсем на кардинала. Худое лицо, усики, моршина на лбу...
– Я знаю, кто вы!
– Да? И кто же?
– Лейтенант королевских мушкетеров де Тревиль! – отчеканил король. – Пойдемте, я покажу, где пластилин.
И даже ни разу на заикнулся на букве «П».
|
|
«Останки мушкетёра д’Артаньяна обнаружены под голландской церковью»: Учёные в Нидерландах считают, что нашли прототипа книги Дюма.
Однажды во Франции родился Шарль де Батц де Кастельмор. Место его рождения называлось замком, но на самом деле это был двухэтажный дом с полуразрушенными башенками.
Кроме пятерых детей, семья была богата старыми креслами, двумя шпагами, шестью латунными подсвечниками и большим чаном для засолки мяса.
Поэтому как всякий амбициозный провинциал, в восемнадцать Шарль засобирался в столицу. С собой взял рекомендательное письмо, пегую кобылу и фамилию матери.
Дело в том, что де Батц де Кастельмор звучало как клеймо мелкого дворянства. С такими фамилиями карьеру не делали. По материнской линии всё звучало куда эффектнее.
Так в 1630-х годах из Люпьяка выехал де Кастельмор, а в Париж прибыл д’Артаньян.
Господин Де Тревиль, капитан мушкетеров, действительно был гасконцем и подсуживал своим — так что д’Артаньян получил место. Вместе с привилегией стоять рядом с королем ему теперь полагалось крошечное жалование и обязанность дорого-богато выглядеть.
Лошади (только серые), камзолы, плащи с крестами — всё покупалось за кровные пистоли. Так что — пора-пора-порадуемся — мушкетеры обычно тянули деньги из богатых любовниц.
Однажды французские войска осаждали испанскую крепость. «Когда Аррас будет французским, мыши съедят кошек», — написали испанцы на городских воротах.
Д’Артаньян прокрался к ним под пулями и перед словом «будет» добавил «не». Это было смело и остроумно. Так гасконец прославился.
Но по-настоящему его карьера взлетела во время Фронды — тогда он чудом, сквозь толпу, вывез из Лувра юного Людовика XIV, королеву и кардинала Мазарини. На него стали полагаться.
Настоящий д’Артаньян не был веселым авантюристом — он был надёжным охранником и доверенным лицом. Такое ФСО времен мерлезонских балетов.
Ему поручали деликатные дела, в том числе устранение людей, опасных для власти.
То, что именно д’Артаньян арестовал суперинтенданта финансов Франции Фуке — чистая правда. Тот однажды огорчил короля своим благополучием: его дом оказался богаче Лувра. В силу природной рассеянности Фуке часто путал госбюджет со своим кошельком.
Могли ли д’Артаньяну поручить историю с подвесками? Могли, но не поручали. К этому моменту Бэкингем был уже убит. А были ли подвески, история умалчивает.
Миледи в жизни д’Артаньяна тоже не случилось, зато была Констанция. Сняв квартиру на улице Старой Голубятни, он тут же закрутил интрижку с женой хозяина.
Женился скучно. Богатая тридцатилетняя вдова Шарлотта де Шанлеси досталась ему вместе с домом, хорошим доходом и плохим характером.
После рождения двоих детей счастливый отец навестил семью лишь дважды. «Знаешь, дорогая, я работаю наизнос», — наверняка говорил он и садился в потертое седло, а ветер холодил былую рану.
Д’Артаньян не стал маршалом Франции, но был капитаном мушкетеров и губернатором Лилля. Воевал, подавлял восстания, следил, чтобы мушкетеры не слишком грабили народ.
Погиб в бою под Маастрихтом. Многие отступили, а д’Артаньян нет. Его нашли с пулей в горле. Вывезти во Францию не смогли, похоронили там же.
Спустя двадцать лет вышли «Мемуары д’Артаньяна» — книжка бульварного автора, приписавшего мушкетеру похождения двух десятков придворных авантюристов.
Через полтора века книга попалась Александру Дюма. И мир узнал ещё одного д’Артаньяна. А заодно Атоса, Портоса и Арамиса – у них тоже были прототипы.
Правда, вчетвером они пересеклись в этом мире всего на четыре месяца.
Вчера в Маастрихте под полом старой церкви наконец нашли скелет д’Артаньяна. Человека, который прожил три жизни и мы все любим его строго за третью.
Тысяча чертей, Франция задолжала ему пышные похороны.
Где тебя носит, Клэр (c)
|
|