1
Никто так не понимал природу славы, как Энди Уорхол.
Никто не изучал ее столь усердно и не культивировал свою известность столь тщательно.
И никто не умел создавать себе славу так успешно.
Будучи прирожденным творцом, потребителем и знатоком природы известности, Уорхол подправлял и полировал именной бренд "Энди Уорхол" до тех пор, пока, где бы ни появился этот художник в серебристом парике, все немедленно его узнавали.
Он действовал с размахом, и его пятнадцать минут растянулись на полчаса, не меньше.
Уорхол мог бы начать писать картины и предлагать их владельцам галерей, но с головой ушел в иллюстрацию – вот где водились деньги. Он трудился по двенадцать– четырнадцать часов в день, создавая очаровательные иллюстрации, и очень скоро стал нарасхват, но коммерческий успех лишь затруднил Уорхолу доступ в мир изящных искусств, где иллюстраторов не принимали всерьез.
Еще труднее оказалось найти свой собственный стиль, поскольку в искусстве по-прежнему доминировал абстрактный экспрессионизм.
Уорхол перепробовал все, что только мог, в надежде создать стиль, который обратит на себя внимание.
Он написал серию изображений ботинок (к обуви Уорхол относился с некоторым фетишизмом), но то, что вышло, было слишком похоже на рекламу.
Он экспериментировал с комиксами, сильно увеличивая изображение, но Рой Лихтенштейн опередил его.
Он писал бутылки колы, но все еще чувствовал себя обязанным добавить абстракционистских потеков и сгустков краски.
Однажды вечером приятель сказал ему: "Ты должен написать нечто, что все видят каждый день, что все знают… ну, например, банку супа"
На следующий день Уорхол купил в соседнем магазине по банке каждой из тридцати двух разновидностей супа "Кэмпбелл". Впрочем, он всегда любил "Кэмпбелл", особенно томатный, мама Юлия часто подавала его на обед. Он сделал цветные слайды всех банок, спроецировал их на экран и обвел контуры.
Затем он написал каждую банку на холсте.
|