Должен вылететь самолет, а пилота все нет и нет.

Должен вылететь самолет, а пилота все нет и нет. Экипаж волнуется. Наконец пилот
вбегает в кабину, плюхается в кресло и кричит: Эй, раздевайся... Б-р-р-р...
Разливай... Б-р-р-р... А! От Винта!

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

кричит кресло плюхается раздевайся винта разливай кабину

Источник: vysokovskiy.ru от 2004-8-13

кричит кресло → Результатов: 5


1.

"Я был мальчиком, а вы уже гремели!"
Из воспоминаний одесского эстрадного и театрального администратора Г.Г.Тагена...
На гастроли в Одессу приехала известная в своё время примадонна оперетты Клара Юнг.* Надо признаться, что популярная актриса была уже в очень почтенном возрасте, но искусный грим и большое мастерство оправдывали старость, и бывшая опереточная звезда доставляла ещё радость зрителям и делала большие сборы.
Артистические комнаты Одесского Зелёного театра устроены в отдельном флигеле, с выходом в парк за театром. Гастролёрша засветло приехала в театр и, закрывшись в комнате, стала гримироваться, попросив до спектакля никого к ней не пускать. Проинструктированный сторож никого не пускает в аллею, ведущую к артистическому флигелю.
Сквозь толпу любопытных энергично пробивается аккуратно одетый старичок в твёрдом белом воротничке, украшенном ярким галстуком. В руках старичка - маленький букетик бархатных незабудок.
Изучив обстановку, старик обращается к сторожу:
- Мне срочно нужно видеть Клару Марковну.
- Пустить не могу. Запрещено, - спокойно говорит сторож.
- Поймите, это очень важно и срочно, - пытаясь обойти сторожа, шумит старик.
- Гражданин, не рвитесь, не пущу! - преграждает ему путь сторож.
- Это крайне нужно! Она будет счастлива, - упорствует старик.
Но никакие уговоры не помогают, сторож непоколебим.
Старик нервничает, тычась во все стороны аллеи. Его букетик и яркий галстук мелькают перед глазами сторожа. как мотыльки. Но бдительный страж порядка удерживает на месте шустрого и не в меру назойливого старика.
- Где администратор, директор?! Позовите всех! Они срочно мне нужны, и никаких разговоров!
В это время я прохожу мимо столпившихся в аллее.
- Вот директор, - говорит сторож.
- Товарищ Таген! - бросается ко мне старичок с букетом. - Очень прошу разрешить мне пройти к Кларе Марковне.
- Не могу, голубчик. Она категорически запретила до выступления кого-либо к ней пускать. В антракте - милости прошу.
- Это невозможно! Вы понимаете, она настроится, она будет счастлива, - мелет старичок.
- Ладно, подождите. Я спрошу.
Клара Юнг сидит у зеркала, в светлом халатике и отдыхает. Лицо уже "сделано".
- Клара Марковна! Там какой-то старик с цветами буквально рвётся к вам. Мы его не пускаем, но он категорически настаивает.
- Я вас прошу никого ко мне не пускать. Я устала и должна отдохнуть перед выступлением.
- Хорошо, я так ему и скажу, - говорю я и выхожу в сад.
Старик, увидев меня, рвётся из рук сторожа.
- К сожалению, ничего не могу для вас сделать. Она устала и просит никого к ней не пускать.
- Она не знает! - кричит старик. - Умоляю вас, скажите, здесь Омарский Лев Борисович! Она разрешит, она обрадуется. Прошу вас, не откажите, - старик чуть не плачет, и я возвращаюсь.
- Клара Марковна, там старик прямо плачет. Омарский. Вы ему срочно нужны. Впустите старика .
- Омарский? - пожимает плечами примадонна. - Ладно, пусть зайдёт ко мне на минутку.
С порога флигеля я даю знак сторожу пропустить старика, который мчится по аллее со скоростью бегуна.
- Сердечно вас благодарю, - шепчет старик и входит в артистическую комнату.
Заинтересовавшись предстоящей встречей, я стою у раскрытой двери.
- Здравствуйте, дорогая Клара Марковна, - улыбается старик, целуя жилистую руку артистки. - Вот скромный букетик в знак новой встречи.
- Спасибо! - благодарит Юнг, кладя цветы на гримировочный столик. - Простите, но я вас не помню.
- Конечно, столько лет, столько лет... Вы мне своей игрой доставляли столько радости! Столько наслаждения!
- Наверное, - учтиво соглашается актриса.
- Как вы, милая Клара Марковна, сохранились. Я помню, был ещё мальчиком, а вы уже гремели.
- Вы были мальчиком?
- Да, совсем ещё мальчишкой бегал на спектакли знаменитой Клары Юнг.
- Сколько же вам лет? - с испугом спрашивает актриса.
- Семьдесят восемь, милая.
- А я, значит, гремела?! Убирайтесь! - кричит знаменитость. - Вон!!!
Я быстро выпроваживаю старика.
Актриса, падая в кресло, кричит:
- Воды! Валерьянки! Доктора!
С трудом мы приводим в чувство гастролёршу и спасаем спектакль с участием прекрасной актрисы, которой, по подсчётам старика, минимум лет сто!
* Клара Марковна Юнг, настоящее имя Хая-Рися Марковна Шпиколицер (1883-1951)

2.

Достаю из стиральной машины свое любимое синее платье. В ужасе обнаруживаю, что оно сплошь покрыто каким-то мерзким серым налетом, местами он свисает клочьями. Вид ужасен. Заглядываю в стиральную машину, там лежит что-то грязное, бесформенное и отвратительное. Боже! Что это? Извлекаю то, что некогда было книгой «Бхакти-йога», которую забыли в ванне. Ну вот! Теперь мы никогда не познаем истину!
Все правильно, размышляю я, малыш любит засовывать белье в стиральную машинку, его хвалят за то, что он помогает бабушке. Он проявил инициативу и неординарность мышления, ждал, что за это его похвалят еще больше. Ему же никто не объяснял, что книги не стирают в машинке. Ругать за это нельзя. Он стоит рядом, радостно улыбается и ждет похвалы. Мягко объясняю ему, что он очень хороший мальчик, но в стиральную машину можно закладывать только одежду, а книги нельзя. Интересно, когда он успел это сделать, как я могла не заметить?
То, что раньше было книгой, отправляется в помойное ведро, а я отправляюсь в комнату, собираясь перевести дух и немного поскорбеть о загубленном платье. Но опуститься в кресло я не успеваю, застываю в положении «полуприсев»: в комнату входит малыш, держа в обеих руках по кухонному ножу. При этом он делает ими такие движения, как будто затачивает друг об друга. В голове проносится: «Где он мог это видеть?». На полусогнутых приближаюсь к нему, стараясь не делать резких движений, а он доверчиво отдает мне ножи, не его лице написано: «Я знаю, что мне нельзя брать ножи, поэтому я принес их тебе!» Уфф! Опускаюсь в кресло.
Перевожу дух, тем временем малыш выбегает из комнаты. Через секунду спохватываюсь: дверь-то в кухню не заперта! Со всей скоростью, на которую я еще способна, бегу в кухню и вижу такую картину – малыш сидит на стуле и стягивает со стола кастрюлю с двумя литрами молока, поставленного на творог. Перед моим мысленным взором проносится картина, как я собираю тряпкой с пола два литра молока, молоко затекло под плиту и под холодильник, малыш хохочет и радостно шлепает по луже. Подбежать я не успеваю, так как уже примерно треть кастрюли свисает со стола. Тогда я испускаю ужасный крик. Не знаю, что услышал малыш в моем крике, может быть он услышал одновременно как кричит петушок, как визжит соседский мальчик, как мычит коровка и как храпит дедушка во сне? Однако этот звук его удивил и даже заставил замереть на мгновение. Этого мгновения мне хватило, чтобы сделать полтора прыжка и перехватить кастрюлю.
- Я хотела сказать, это трогать нельзя, - объясняю я малышу, выношу его из кухни и запираю дверь. Ну теперь-то я могу наконец опуститься в кресло и передохнуть! Иду по коридору, держась за стенку. Это меня и спасло, когда ноги запутались в каких-то нитках. Это малыш стащил с полки и распустил по всему коридору мое вязание. Причем, я могу поклясться, что когда я выходила из ванны, чтобы выбросить книгу, ничего такого на полу в коридоре еще не было!

3.

Почувствовала родовые схватки, дело было летом. В панике не найдя сумку, я начала запихивать все, что могло бы мне понадобиться на родах, в рюкзак мужа. Взяла свою счастливую сорочку и меховую зимнюю шапочку, просто она у меня счастливая. В состоянии аффекта вместе с ношей и животом наперевес я доехала до роддома, благо что городок у нас маленький. В приемном покое я попросила доктора, чтобы обязательно на мне были все вещи, которые я привезла с собой, они у меня счастливые, я понимаю что не положено, но я за это вас финансово отблагодарю, только пожалуйста не задавайте на счет вещей вопросов, пунктик у меня такой. У доктора глаза загорелись, говорит, мол не вопрос, я распоряжусь. Я доктору дала 100 долларов, говорю мол это предоплата, доктор аж подпрыгнул от радости. Завели меня в палату, а у меня уже такое состояние, уже от схваток ничего не понимаю, сестра привозит инвалидное кресло и дает мне вещи, смотрю там ночнушка лежит моя, шерстяная шапочка и коньки хоккейные. Я спросила, что это мол и зачем, на что сестра ответила, одевайте все и быстро, доктор сказал чтобы все было на вас одето. Я уже ничего не соображаю, доктор сказал, значит надо, может коньки одевают, чтобы не сбежала. Везут меня по больнице в сорочке, вязаной шапке и коньках. Народ на меня смотрит огромными глазами, даже знакомые попались с работы и даже не здороваются, только странно смотрят на меня, думаю наверное летом я зря теплую шапку одела. Завозят в палату, помогли мне в коньках на кресло забраться, лежу я вся такая интересная с расставленными ногами и все думаю, на хрена на меня коньки одели. Забегает доктор, и кричит на сестер, мол почему коньки бинтами не перемотаны? Или вы хотите, чтобы меня она всего изрезала? Сестры забинтовывают коньки, я как-то успокоилась, на счет них, доктор ведь даже не удивился, а еще и сестер пожурил, видно ноухау у них такое, я читала про роды в воде, но чтобы в коньках, первый раз вижу. Но все же смотрю, что как-то с недоверием на меня смотрят, и врачи зайдут, посмотрят на меня и хватаются за рот и выбегают, слышу ржут в коридоре, думаю, все же напрасно я теплую шапку летом одела. Привезли другую роженицу, рядом на кресло положили, смотрю она без коньков, непонятно... Спрашиваю у доктора, а почему она без коньков? Доктор, мол, так она и не просила их одеть, а у вас в рюкзаке лежали... сами так заказывали!!! И тут я эти коньки узнала, это они у мужа в рюкзаке лежали, а я в состоянии аффекта и не заметила. Объяснила им ситуацию, ржач начался полнейший, они говорят, а мы мол все ваши справки от психиатра просмотрели, прежде чем вам коньки нести, да и деньги за это заплачены... может хотите чтобы сын хоккеистом был, вы же сами просили лишних вопросов не задавать... Родили под общий ржач, я очень быстро и тужиться не пришлось, только вспомню лица докторов и своих знакомых когда я в коньках по коридору ехала и ржач меня разбирает. Так и родила своего сыночка.

4.

Пошла я на медосмотр, осталось только гинеколога пройти.И тут у них обед.Ну, думаю, домой успею сбегать, как раз и помоюсь.Пришла домой, помылась, вытерлась полотенцем и бегом обратно,чтоб очередь не прошла.Зашла в кабинет,ЛЕГЛА на кресло, а врач- мужчина говорит:'О-О-О-О.. Как мы сегодня подготовились'.Че к чему я не поняла. Бегом на работу. Уже вечером стою на кухне, а с ванной кричит дочурка:МАМА,А ГДЕ ПОЛОТЕНЦЕ,КОТОРОЕ УТРОМ ЗДЕСЬ ЛЕЖАЛО,Я В НЕГО ВСЕ СВОИ БЛЁСТКИ И ЗВЕЗДОЧКИ ПОЛОЖИЛА?

5.

Вовочка прибегает домой на кухню. Там мамочка его обед варит. Он весело
кричит ей:
- Мамочка, мамочка... Я люблю Ниночку с первого этажа!
- Ой, Вовочка - не люби ты Ниночку с первого этажа. У нее уже стеклышко
разбито.
Он расстроенно идет в зал. Там бабушка в кресло-качалке вяжет и смотрит
телик.
- Бабушка, а бабушка... Я люблю Ниночку с первого этажа!
- Ой, что ты Вовочка, внучик мой дорогой... Не люби ты эту стерву! У нее
уже стеклышко разбито...
Он чуть ли не в слезах идет в спальню. Там на кровати лежит отец и
читает газету.
- Па, а пап... Я люблю Ниночку с первого этажа...
- Ну и люби себе на здоровье...
- Ага - а мне мама с бабой говорят, чтоб не любил. Мол, у нее уже
стеклышко разбито.
- Ой, Вовочка, не слушай их. Когда я женился на твоей маме - у нее не
только стеклышко было разбито - но уже и рама шаталась.