звали которые → Результатов: 126


1.

О бедном еврее замолвите слово
Историю эту мне рассказала после недавних событий подруга.
Сидели мы, выпивали, смотрели под пивко с воблой новости, она и выдала:
- Как хорошо, что я в эту Израиловку не уехала. Вот бы мне сейчас звездец был!
- А приглашали?
- Приглашали. Не рассказывала?
- Нет.
- Наверное, и к слову не приходилось и история эта сложная, - задумалась подруга.
- Расскажешь?
- Расскажу. Не думаю что евреи с тех пор сильно изменились, судя по поведению – у них взяли власть ортодоксы.
Дальше я ее слова приведу от первого лица, как она мне и говорила.
Пусть подругу зовут Маша. Рассказывать о ней не буду, да и не о том речь. Комментировать ее рассказ тоже не буду. Это – ее впечатления и ее жизнь. Итак…

Дело это было в девяностые годы, в самом конце.
Тогда из нашей страны откровенно вывозили талантливую молодежь. Обещали, что там будет хорошо, что тут будет плохо, мы, воспитанные лопоухими родителями – верили в сладкие обещания. Меня эта участь тоже не избежала.
Правда, в другом варианте.
Медициной я хотела заниматься всегда, но в конце девяностых поступить в мед без денег или блата было практически невозможно. Горжусь собой – я прорвалась на бюджет.
Только вот для меня тогда даже стипендия, в семьдесят, что ли рублей, была серьезными деньгами. И вставать приходилось в пять утра, чтобы бегать через полгорода – на проезд частенько и то не хватало.
Как известно, в каждой приличной русской семье можно найти еврейскую бабушку, тетю-хохлушку, дядю-белоруса и прадеда-татарина. Это еще не полный список.
И вот однажды, подруга с соседнего факультета, сказала мне:
- Машк, а ты бы хотела поехать за границу и учиться там?
- На какие шиши?
- Есть такая программа – репатриация в Израиль. Если у тебя есть еврейские предки, ты можешь туда поехать, выучить язык, получить гражданство…
Плевать мне было на Израиль. Но медицина!
Чтобы стать хирургом, я бы пошла на все. И если там можно, а тут у меня перспективы были крайне невнятные, и мне регулярно намекали, что места только для своих…
Понятно, просто так никто бы не поехал. Поэтому была программа для юных евреистов. Съездить на две недели, посмотреть, куда зовут, и если понравится, тогда… и все это бесплатно. Мы оплачивали какой-то небольшой процент…
Ради такого дела влезли в долги.
Правда, бабушка (не еврейка) сразу сказала, что это дело такое. О еврейских ростовщиках она слышала, а вот с еврейскими меценатами – никак. Так что смотри в оба и ничего не подписывай.
Я и не собиралась.
Поезд, самолет, Израиль.
Первые два дня – угар и восторг. Институты, больницы, оборудование, от которого у меня чуть религиозный экстаз не случился, сейчас-то оно и тут есть, но в девяностые! Кстати, море, которое я увидела в первый раз.
Программа включала поездку по всему Израилю. Тель-Авив, Иерусалим, Хайфа…
Едем. Потом прозвенел первый звоночек.
На третий день индеец Зоркий Глаз заметила, что в автобусе с нами едет девчонка примерно наших лет с оружием. Автомат какой-то.
Английский я знала неплохо, потому и принялась с ней разговаривать. Звали девчонку Руфь, была она из семьи первопроходцев, приехали они сюда давно, вся родня – евреи, вот, она служит. На мой вопрос – тебе заняться нечем? Или ты мечтала служить? Руфь ответила, у них служат все. Потом она учиться будет, но отслужить надо.
Это и мне придется служить? Оказывается, да. Приехал – пожалуйста. И не факт, что медиком, дадут автомат – и бегай. Это мне не понравилось. Если что, хирургу такие развлечения могут дорого обойтись. Повредишь руку, и конец карьере.
Расспрашиваю дальше.
Служат все, а кого куда направляют, ну вот ее – сюда. А так могут и на границу, и куда угодно… и что? Мне придется стрелять в арабов? Которые мне вообще параллельно? А с фига? Вы сами с ними поссорились, сами и разбирайтесь, я не хочу. Я лечить хочу, а не убивать. И точно не рисковать жизнью во славу страны, которая мне пока ничего не дала. Только обещает. А откосить не удастся, она со своей влиятельной родней – тут, а куда зашлют меня? Если я тут вообще никто?
Звоночек второй.
Едем дальше. Стена плача.
Все названия приводить не буду, но вот стена, и я захотела поставить у нее свечку.
Низзя.
Почему? А потому как вы еврейка не по маме, а по фиг знает кому. Второй сорт. Унтерменш среди юберменшей. Так что вам многое нельзя. И ваши дети – да-да! Они тоже будут вторым сортом, потому как мама не породистая.
Все евреи равны, но одни равнее других?
Оруэлла читала только я, потому окружающие пожали плечами и согласились. Да, понимать надо, везде свое… а тут ты – второго сорта. Я поняла.
Третий звонок.
Музей всех погибших в холокосте. Кому интересно – ищите в интернете, я потом нашла. Красивое место, хороший экскурсовод.
Черт меня дергает за язык.
Открываю рот и интересуюсь, нельзя ли посетить памятник русским солдатам. Или тем кто тоже погиб во время ВМВ? Или памятник Сталину без которого Израиль не состоялся бы.
А что?
Евреев тогда погибло пять миллионов. Русских – двадцать шесть. И кого тут геноцидили и холокостили?
Экскурсовод изображает карпа и хлопает жабрами.
Нет таких ага. Евреи сами вылезли из концлагерей, сами всех спасли, короче все сами-сами, и никто им не помогал. Возможно, они даже лично застрелили Гитлера.
- Благодарности от евреев дождаться не получится, сразу видно – благородный народ, - подвела я итог. А музей так ничего, красивый.
Звоночек четвертый.
Иерусалим.
Нам по 18-19 лет, как тут удержаться и не погулять по ночам? Кто сможет остаться спокойным?
Экскурсовод чешет репу, потом берет карту. Дело было еще ДО массового распространения сотовых, может, они были у одного человека из пяти, так что…
Карту в руки и карандаш.
- Не ходите сюда, сюда, сюда…
Лучше вообще никуда не ходите. Спрашиваем.
- Это – чего?
- Вот это арабские кварталы, вас там могут просто побить за внешний вид.
А, ну это понятно. К мусульманам с голыми сиськами ходить невежливо, это мы понимаем. Хотя кретинизм, конечно. Если из точки А в точку Б проще всего пройти по прямой – уж потерпели бы мусульмане? Мы ж не соблазнять идем, а просто домой. На фиг они нам нужны?
Но это половина пирога.
- А вот это?
- Это ортодоксальные кварталы.
- там нас тоже за сиськи побьют?
- Ну… могут выгнать, могут дерьмом кинуть…
- Ы!?
Немая реакция.
Двадцатый век заканчивается, каким дерьмом?
Экскурсовод видит что мы офигели, и на полных серьезных щах объясняет, что у местных ортодоксов, то есть у их бап-с и деток есть такое развлечение. Гадят в пакетик, завязывают, и могут кинуть в мимо проходящего не-ортодокса. Или еще каким мусором.
У нас культурный шок.
Удержаться было выше моих сил.
- они что – вот это складывают, может, еще и в холодильнике держат, и ждут? Или у вас такие производительные ортодоксы? Как видят мимо проходящего, так и начинают процесс?
Экскурсовод видит, что мы ждем ответа, тут все подтянулись, кто был в холле гостиницы, из наших, тема-то всех интересует.
И он вполне серьезно отвечает.
- Ну… да, хранят. Но ведь у вас тоже опасно ходить по улицам у вас эти… бандитские разборки?
Раздается грозный вой:
- ЫЫЫЫЫЫЫ!!!
Одного из парней, москвича, еврея по прадеду, скручивает в дугу. И он с воем выдыхает:
- Я как представлю, как митинская и люберецкая братва вот ЭТИМ кидают в друг друга на стрелке…
Порвало – всех.
Мы выли, рыдали, ползали по полу от смеха, под осуждающим взглядом экскурсовода. А я окончательно убедилась, что евреи – это люди высокой культуры. И такие запасливые. Или производительные?
Не знаю много ли ребят из тех что ездило в ту поездку, репатриировалось, лично я решила, что предки есть – и хорошо, но я туда ни ногой. А выводы про Израиль?
Сделайте сами.
И помните – остерегайтесь ходить по ортодоксальному кварталу без костюма полной химзащиты. Или хотя бы без зонтика.

2.

Про отца Анджея

Я католик. Ортодокс. Не святой, но и не последний грешник.

Детство моё прошло в советской школе, под мерный стук мела по доске и рассказы о том, что Бога нет. Ну нет, так нет — что я тогда понимал? До двадцати пяти я жил в этом тихом безветрии атеизма.

А потом случилось то самое «потом». В двадцать пять лет из-за какой-то нелепой теологической мелочи я надолго разошёлся с друзьями... Эх... Сейчас вспоминаю — и щемит. Это перевернуло душу. Начал читать, искать, бродить по храмам в поисках того, кто объяснит, как жить дальше.

Помню, ехал в такси. За окном мелькал город, мы зацепились языками с водителем о вечном. Он ткнул пальцем в неприметный фасад:
— Вон там церковь есть, меня звали как-то.
— И что, зашёл?
— Да нет, — отмахнулся он, — всё некогда, всё суета...
— Давай, — говорю, — я за тебя схожу.
— Да не вопрос. Привет там передавай.
— Да не восклицательный знак, передам.

Я тогда сходил с ума по Ванге. Верил в неё, как в истину в последней инстанции, таскал с собой брошюру с её фото — чуть ли не инструкцию к жизни. С ней и пришёл, «освящать». Меня встретил мужчина: крепкого телосложения, в гражданском, но с такими глазами... Добрыми, какими бывают глаза только у тех, кто много видел.

— Освятить? Идёмте.
— Только... церковь ведь Вангу не признала?
— А, ну тогда нельзя. Но мы можем просто помолиться. Вместе.

Он молился так, будто разговор шёл напрямую, без посредников. А потом был чай. Настоящий, согревающий не только руки. В его гостеприимстве не было расчёта — только искреннее сердце. Я стал приходить по утрам. Завтраки, тихие разговоры в лучах утреннего солнца, которые красиво освящали разукрашенные стекла... Так я обрёл веру. И нашёл отца Анджея.

Отец Анджей — человек, у которого слово и дело спаяны намертво. Он говорил: «Важно не сколько раз ты пообедал, а сколько раз разделил тарелку с голодным». И делил, если была возможность.

Помню Женю — и бандит, и алкаш, вечный гость за решёткой. Выйдет, бывало, на свободу — грязный, в лохмотьях, голодный — и сразу к отцу. Тот его в ванну, переоденет в чистое, накормит... Несколько лет отец с ним возился. Что-то не видно Жени в последнее время. Может, снова присел, а может, уже в лучшем из миров. Тишина от него осталась.

Отец очень легко расставался с вещами. Дорогой мобильник — кому-то, мне — не менее дорогие наушники. Если видел, что человеку нужнее, отдавал не задумываясь. У него потрясающее чувство юмора, тонкое, как лезвие. Если кому будет интересно, об этом я как-нибудь напишу отдельно — там есть над чем посмеяться сквозь эти ностальгические сумерки.

Он стал мне вторым отцом. Буквально. Одевал, обувал, кормил, давал кров, когда мне некуда было идти и пока я решал свои квартирные вопросы. И именно он, долгих пятнадцать лет (пятнадцать, Карл!), мягко, по-отцовски подталкивал меня к примирению с родным отцом после четверти века вражды. И таки добился своего, уговорил. Как хорошо сказал Соломон Маркович " я - из семейства ...бланов Непримиримых". Но отец Анджей переборол меня. Спасибо отец!

Он научил меня видеть ложь этого мира — все эти деньги, власть, напускную красоту и «понты», на которых кто-то делает бабло. Посмотрите в глаза олигархам, власть предержащим, популярным людям— увидите там счастье? Настоящее, тихое счастье? То-то и оно. Когда нет истинного света, люди пытаются греться у костров из всякой фигни...

Отец Анджей... Не хочу лепить из него святого, но он близок к этому. По его молитвам люди вставали на ноги, мирились, находили свой путь в профессии и личной жизни многое, многое другое. Если рассказать о всех чудесах, это будет полное собрание сочинений Толстого в 120-ти томах.

Последние новости. Сейчас он в Польше. Ему восьмой десяток, время покоя и мемуаров, но это не про него. Он всё так же бодр, активен, работоспособен. Спит пять часов в сутки, в свободное время сочиняет белые стихи, все также заботится о бедных, все тот же беспокойный отец Анджей. Кстати, он знаменит в своей Польше, все его знают.

Гвозди бы делать из этих людей:
Крепче бы не было в мире гвоздей.
(Н.Тихонов)

С., ГОСТ.

3.

Наша фирма занимается обслуживанием копировально-множительной техники. В основном это всякие бухгалтерии, отделы кадров, в общем женские коллективы, которые иногда делают заявку на ремонт на мастера, который у них либо уже был, либо очень понравился. Имен, как правило не помнят, пытаются описать.
А работники наши - ребята, которым от 20 до 29 лет, есть среди них один татарин.
Как-то звонок:
- У нас проблема, можно ремонтника заказать, того, кто у нас был?
- А кто у вас был?
- Молоденький такой.
- Они все молоденькие.
- Ну он такой, немного не русский...
Долго мы его звали "немного не русский" ))

4.

Долгая дорога "в дюнах" (сиквел).

На следующий день после публикации текста:

https://www.anekdot.ru/id/1572789/

И примерно через месяц после описанных в нём событий. Мы с второй половиной собрались в гости к знакомым фермерам за новой коровой - подарком любимой жене на 8 марта.

На выезде из города супруга попросила притормозить у живописной по поводу тридцатиградусного мороза группы граждан, топтавшихся на обочине. Сообщив по "секрету", что иногда пополняет семейный бюджет, периодически подвозя попутчиков в те места, куда мы держим путь. Разумеется, я подчинился, и спустя минуту в салон забрались три симпатичных девчушки семнадцати-восемнадцати лет.

По дороге, для не скучать и скоротать время, я попросил любимую почитать и ответить за меня на комменты к выложенной накануне истории. Чем родная и занялась, периодически спрашивая, что кому сказать.

Спустя десять минут наши попутчицы заинтересовались тем, чем мы занимаемся. А получив ответ, спросили ссылку на текст и стали читать. И вроде как ничего не предвещало неожиданностей, как спустя пять минут одна из девчонок спросила: "Извините, пожалуйста! Парня, которого подвозили, случайно звали не........? Высокий? Худощавый? Чёрный пуховик? Мать работает в "Пятёрочке"? ".

Когда я подтвердил, краса сообщила, что это её бывший. Кобель и изменщик. Надо было в лесу его бросить ....козлину. Ну и всякое прочее. А на моё закономерное, что безупречная репутация - это примета паралитика с рождения. Твёрдо ответила: "А ниебёт!!!".

Пришлось останавливаться для проржаться. Вот уж воистину.... гора с горой, а человек с человеком. Нехилый такой поворот сюжета.

Имея паскудную привычку доводить любую ситуацию до абсурда, я попросил жену набрать номер "оппонента" и включить громкую связь: "...... привет. Еду вот с компанией твоих односельчан в вашу сторону. И вдруг случайно выяснилось, что ты мудак. ".

На другом конце линии явно охуели от таких вестей: "А кто говорит? ".

На что девчонки с заднего сидения хором прокричали: "Да все говорят!!! ".

- Можно поконкретнее?

- Да не вопрос. Передаю трубку очевидцам.

После довольно бурного разговора девчушки вернули телефон и попросили высадить в центре села. Что я и сделал через пятнадцать минут. Тепло с ними простившись и помахав на прощание. Денег не взял, отблагодарив таким образом за компанию и полный драматизма спектакль.

Корову в этот раз не купили. Жена ни с кем, из представленных вниманию королев сметаны и сливок, не сошлась характером.

Спустя час мы возвращались домой, немного расстроенные тем, что время было потрачено зря. Оказалось, что ошибались. Причиной тому было трогательное зрелище двух нежно целующихся людей, которым было пофиг на тридцатиградусный мороз. В явно влюблённой паре мы узнали.......

P. S. Жизнь в очередной раз подтвердила состоятельность теории вероятности. Доказав на очередном примере (сознательно упрощаю), что зачастую любое событие имеет тенденцию случиться дважды. Как правило, один раз в виде трагедии, а в другой как фарс.

P.S.S. Кто кинет камень в людей, которые вполне искренне думают "Вот это ни.... себе!!! ", читая очередную статью из "википедии"? Точно не я. Ну нет у подобной публики иных источников узнать о общеизвестных фактах, это бывает. Поэтому уже хорошо, что читают и узнают нечто "новое" хотя бы на Ан. Ру. Вот только мне-то что с того? Всё просто - меня такое положение вещей не устраивает. Я не хочу оценок авторского текста наравне с унылой копипастой, содранной из альманаха ЖЗЛ. Мне странно и дико от "борьбы и единства противоположностей". Когда за сердца читателей вынуждены конкурировать "кот Мурзик" и космонавт Гагарин. Семит Палыч, накидавшийся абсентом, и женщина непростой судьбы из АВВА. Любящий доярку маму студент и, безусловно, отличный парень Киану Ривз. Который ни сном не духом, что на нем зарабатывает очки, очередной утырок из копипастеров. Всё это лично мне настолько наскучило, что я решил на время отойти от дел. Сваливаю отсель минимум до весны. Вернусь в марте-апреле или когда публике остопиздят уже факты из ЖЗЛ. Без обид. Кому надо, найдут меня на других площадках.

5.

Дом, переживший Хиросиму
Менее чем в километре от эпицентра атомного взрыва в Хиросиме стоял дом, в котором жили четверо иезуитских священников.
6 августа 1945 года город исчез за считанные секунды. Камень превратился в пепел. Люди — в тени. Казалось, выжить там было невозможно.
Но они выжили.
Их звали Хуго Лассаль, Хуберт Шиффер, Вильгельм Кляйнзорге и Йоханнес Сиэмес. В то утро они даже не подозревали, что станут живыми исключениями из ужасающей статистики. Всё вокруг их дома было разрушено, но само здание — частично повреждённое — устояло.
Самое удивительное произошло позже.
Никто из них не погиб от взрыва.
Ни у кого не развились смертельные последствия радиации, которые в течение лет унесли жизни тысяч других.
Их случай десятилетиями изучали врачи и учёные, потому что он противоречил любой логике и вероятности. Объяснения искали в конструкции дома, в направлении ударной волны, в совпадениях обстоятельств.
А сами священники говорили проще:
в то утро они постились и молились.
Для кого-то это — всего лишь странная архитектурная случайность.
Для кого-то — совпадение, которое невозможно игнорировать.
Для кого-то — напоминание о пределах человеческого понимания.
История этого дома не меняет трагедии Хиросимы.
Но она оставляет вопрос, на который до сих пор нет окончательного ответа:
всё ли в мире подчиняется лишь статистике —
или иногда происходит нечто гораздо большее, чем случай?

Из сети

6.

В 1902 году в глубинах перуанской Амазонки пропал пятнадцатилетний мальчик, и жители речного города Икитос решили, что джунгли поглотили его навсегда.
Его звали Мануэль Кордова-Риос.
Для его семьи не было ни тела, ни объяснений, только молчание. В те годы лес поглощал людей, не оставляя ответов. Предположение было простым и окончательным: он был мертв.
Это было не так.
Отдаленное племя аборигенов увело Мануэля в глубь тропического леса, куда не могли добраться ни миссионеры, ни торговцы, ни карты. Полностью отрезанный от внешнего мира, он вступил в жизнь, которая как нельзя больше отличалась от той, которую он знал.
Он не сопротивлялся.
Вместо этого он наблюдал. Он слушал. Он учился.
Вождь племени заметил в мальчике что-то необычное. Мануэль быстро усваивал знания. Он запоминал то, что ему показывали. Он обращал внимание на детали, которые упускали другие. Вместо того чтобы обращаться с ним как с пленником, вождь взял его в ученики.
В течение семи лет Мануэль жил так, как жили они.
Он выучил язык леса. Тысячи растений перестали быть зеленым шумом, а превратились в отдельных существ со своими названиями, предназначениями и опасностями. Он узнал, какие лианы могут остановить кровотечение, а какие - сердце. Кора которых может избавить от паразитов. Какие листья могут успокоить лихорадку. Какие корни могут убить незаметно, если их приготовить неправильно.
Он прошел интенсивную физическую и духовную подготовку, направленную на обострение восприятия и выносливости. Голод, изоляция, долгие ночи в джунглях и ритуалы, призванные помочь разуму преодолеть страх, стали частью его образования.
Племя дало ему новое имя.
Ино Моксо.
Это означало "Черный ягуар".
Когда в 1909 году он, наконец, вышел из тропического леса, он вернулся не как исчезнувший мальчик. Он вернулся с информацией, которая ошеломила врачей и чиновников Икитоса.
Регион Амазонки был охвачен эпидемиями. Малярия, паразиты и инфекции поразили население. Западная медицина боролась с трудностями, часто предлагая лишь догадки и боль.
Ино Моксо увидел закономерности, недоступные другим.
В одном хорошо известном случае полицейский умирал от обширного заражения кишечным цепнем. Лечение в больнице оказалось безуспешным. Мануэль приготовил специальную смесь из древесной коры и листьев, ввел ее и изгнал паразита. Мужчина почти сразу выздоровел.
Слухи распространились.
Люди говорили, что он мог распознать болезнь еще до того, как проявились симптомы. Что он понимал причины, а не только следствия. Что он рассматривал болезнь как нарушение равновесия, а не как вторжение.
Его работа выходила за рамки местного целительства. Ученые, которые искали информацию о кураре, сильнодействующем растительном веществе, используемом местными охотниками, начали консультироваться с ним. Его знания помогли объединить традиционную химию тропических лесов и западные медицинские исследования. Кураре позже станет основой современной анестезии, позволяя хирургам безопасно расслаблять мышцы во время операций.
Мануэль никогда не заявлял о чудесах.
Он сказал, что в лесу уже есть ответы на все вопросы. Людям просто нужно было прислушаться.
Он жил тихо, практикуя медицину, основанную на наблюдении, сдержанности и уважении к природе. Он никогда не отделял врачевание от ответственности. За каждое лечение приходилось платить. Каждое растение требовало ухода.
В 1978 году Мануэль Кордова-Риос скончался в возрасте 91 года.
К тому времени знания, которые когда-то считались суеверием, спасли бесчисленное множество жизней. Он доказал, что тропический лес не был примитивным или диким, а был точным, сложным и глубоко научным на своем собственном языке.
Мальчик, которого считали погибшим, вернулся в качестве моста между мирами.
И джунгли, которые должны были поглотить его, вместо этого научили его исцелять других.

Из сети

7.

В 1880 году пара обуви стоила дороже, чем целая семья зарабатывала за неделю.
Не потому, что кожа была редкостью.
И не потому, что сапожники были жадными.

Причина заключалась в одном-единственном этапе — соединении верха обуви с подошвой.

Этот процесс назывался lasting, и выполнить его могли лишь самые искусные мастера в мире.
Они работали от рассвета до заката, изготавливали до 50 пар в день и знали: без них вся отрасль просто остановится.
Они считали себя незаменимыми.
Но лишь до определённого момента.

Десятилетиями изобретатели пытались механизировать этот этап.
Все попытки заканчивались провалом.
Работа была слишком тонкой, слишком «человеческой».

И всё изменилось, когда один молодой темнокожий иммигрант, едва говоривший по-английски, решил взяться за невозможное.

Его звали Ян Эрнст Мацелигер.

Он родился в Суринаме в 1852 году.
В 21 год он приехал в город Линн, штат Массачусетс — центр обувной промышленности США.
Днём он работал на фабрике по 10 часов.
Ночью, в одиночестве, в тесной комнатке, при свете почти догоревшей свечи, он изучал английский язык, техническое черчение и инженерию.

Шесть лет он создавал модели, ошибался и начинал сначала.
Шесть лет слышал насмешки инвесторов.
Шесть лет сталкивался с недоверием коллег, которые даже не представляли, на что он способен.

И вот 20 марта 1883 года Патентное ведомство США выдало ему патент № 274 207.
Его машина — первая, способная быстро, точно и стабильно соединять верх обуви с подошвой — заработала.

Там, где мастер изготавливал 50 пар в день, машина Мацелигера производила от 150 до 700.

Последствия были мгновенными.
Цены на обувь снизились вдвое.
Бедные семьи смогли покупать прочную обувь.
У детей появилась защита для ног.
Рабочие наконец получили обувь, способную выдержать тяжёлые будни.

Но сам Мацелигер не увидел всего масштаба собственной революции.

Чтобы запустить машину в массовое производство, он был вынужден продать контроль над проектом.
Инвесторы стали миллионерами.
Его изобретение легло в основу компании United Shoe Machinery Corporation, которая десятилетиями господствовала в мировой индустрии.

Сам он получал лишь скромные выплаты.
Никогда — достаточные.
Так бывает, когда есть талант, но нет власти.

Он продолжал работать изнурительно — по 16 часов в день, совершенствуя своё изобретение, пока организм не сдался.
Бедность, напряжение и отсутствие медицинской помощи сделали своё дело.

В 1889 году, в 37 лет, его жизнь оборвалась из-за тяжёлой болезни.
Те, кто разбогател на его идеях, жили в роскошных особняках и прославлялись как дальновидные предприниматели.
А иммигранта, который на самом деле решил «невозможную задачу», надолго забыли.

Более ста лет его имя почти не упоминали.
Лишь в 1991 году, спустя более чем век, его включили в Национальный зал славы изобретателей США.

Но его наследие никуда не исчезло.
Каждая пара обуви массового производства за последние 140 лет несёт в себе невидимый след гения Яна Эрнста Мацелигера.

Из сети

8.

[B]Новогодняя Тарзанка, или Сказ о том, как Толик дважды в больницу ездил[/b]

Давно это было. Примерно в 96-97-м, когда Египет ещё не был «нашим курортом», а путь туда напоминал экспедицию. Когда полицию звали милицией, а друзья были не просто друзьями, а «ранеными в голову» товарищами, для которых адреналин заменял кислород.

Один такой друг вернулся из заграничного путешествия уже после Нового года. Раз опоздал — пришлось отмечать снова. За столом, хитро прищурившись, он спросил:
—А хотите историю, как мои московские друзья Новый год встретили? Они, между прочим, интереснее меня отпраздновали.
—Конечно!
—Ну, тогда держитесь.

Друзья у него были шебутные, спортсмены-экстремалы, увлекались всем, от горных лыж до парашютов. Но — семейные. Поэтому Новый год они обычно встречали семьями. Но в тот раз жёны взбунтовались:
—Надоело! Опять напьётесь и уснёте в оливье. Девочки — отдельно, мальчики — отдельно. Увидимся после праздников!
И упорхнули.Оставив, впрочем, гору салатов.

Остались трое мужиков. Сначала держались гордо: «Да нужны они нам!» Потом загрустили. А после боя курантов, под действием алкоголя и уязвлённого самолюбия, решили: мы не алкоголики, мы экстремалы! Устроим банджи-джампинг! Нашлась и верёвка в кладовке — бельевая.

Привязали к перилам балкона. Четвёртый этаж – это ж курам на смех! Как с табуретки спрыгнуть. Сначала хотели прыгать просто так, но инстинкт самосохранения, пусть и запоздалый, подсказал: надо экипироваться. Надели тёплые свитера и свои фирменные спортивные комбинезоны, как у сноубордистов. Первым, в такой вот амуниции, прыгнул Толик.

Двое других смотрят — моток верёвки ещё не кончился, а Толик уже внизу, на снегу, лежит.

Как сбежали вниз — не помнят. Толик был без сознания, но дышал. На улице — новогодняя оттепель, около +1°C. Друзья, памятуя об уроках выживания, на всякий случай надели на него лыжную вязаную шапку, заботливо укутали в одеяло из квартиры и только потом подсунули под него матрас. Решили сами отвезти в больницу — так быстрее. Благо, один из них, уже начавший к тому времени свой бизнес, приехал на новенькой бортовой «Газели».

Попытка первая: Утерянный герой

Загрузили Толика (на матрасе) в кузов и рванули. В больнице — новогоднее столпотворение. Уговорили врача подойти к машине. Подходят, а Толика нет. Борт открыт, матрас на самом краю. Врач, многозначительно взглянув на них, ушёл. Они медленно поехали назад, вглядываясь в тёмные переулки. Приехали. Обнаружили Толика там же, у дома, на снегу. Они его от «тарзанки» отвязать забыли!

Попытка вторая: Исправляем ошибки

На этот раз подошли к делу с умом.Отвязали, загрузили, а чтобы груз не потерялся вторично, привязали Толика к матрасу поверх одеяла той самой бельевой верёвкой. Борт закрыли на все засовы. Приехали. Начали пробиваться в регистратуру. Замученный дежурный врач вызвал наряд: «Тут двое пьяных, белочку поймали, бредят каким-то Толиком!»

Друзей забрали в КПЗ. Они орали: «Спасите Толика! В кузове!» Им, естественно, не верили. Так продолжалось около двух часов, пока не сменился караул и у милиционеров не дрогнуло сердце — или просто не надоел крик. Поехали к больнице, заглянули в «Газель».

А там — Толик. В комбинезоне, шапке, укрытый одеялом и привязанный к матрасу. Живой, и даже очнувшийся, но, естественно, слегка подмёрзший и всё ещё не способный пошевелиться из-за переломов. Тёплая экипировка и плюсовая температура его спасли.

Эпилог

У истории счастливый конец.Толик вылечил переломы. А вся компания вывела железное правило: новогодние традиции нарушать нельзя. Иначе будешь летать на верёвке, валяться на снегу во дворе, а потом в уютном коконе из одеяла наблюдать за звёздами из кузова «Газели» возле больницы.

Так что выпьем за друзей, которые всегда вернутся и отвяжут. Даже если для этого понадобится помощь органов правопорядка, пара часов в КПЗ и крепкая бельевая верёвка.

9.

История про фамилии.

Очень часто я сталкивался с интересными именами и фамилиями, что для нашего слуха кажутся смешными, а для других совершенно нормальными. Например, когда я служил в армии, то у нас на рубеже на берегу Аракса стояла насосная станция, которая качала воду в армянский городок и станцию, населенную преимущественно азербайджанцами. Надо сказать, что на станции работали и те и те, и никогда не было каких-то конфликтов, мы проверяли паспорта и не могли скрыть улыбку, когда читали в паспортах имена Павлуша Бартухович, Сашко Гайкович или Алеша Мамедович, которого мы окрестили про себя Алешей Поповичем! Но больше всего нас веселил Смбат Мкртычевич, чье имя и отчество ни разу не записали без ошибок. Как-то, разговорившись с мужиками, я поинтересовался, откуда у них такие смешные имена?

- Мы практически все послевоенные дети, когда наши отцы приходили с фронта, они называли нас именами своих фронтовых друзей, которые погибли, так звали их на фронте. Моего отца вытянул на плащ-палатке его друг Павлуша, который потом погиб, и в память о нем отец назвал меня! Так же Сашко и Алеша носят имена погибших друзей.

Как-то после этого нам стало не смешно и уже никто из нас не прикалывался над ними.

Потом уже дома я часто не мог сдержать улыбку, слыша например армянские имена и отчества. Очень много у меня знакомых Гамлетов и Офелий, аж по пять человек, но больше всего меня веселил юморист и балагур по имени Гамлет Володяевич, хотя его младший брат Грант носил отчество Владимирович. На стройке каждый вновь прибывший считал своим долгом спросить его про отчество, и надо отдать должное его терпению - он с серьезным лицом это мужественно повторял:

- Моя мама очень плохо говорила по-русски, и когда родился, она понесла меня записывать в Загс. Там сидел старый глупый мужик, который очень плохо слышал и видел. Он спросил мою маму, как зовут папу? Она сказала, что Володя, а он, черт нерусский, как услышал, так и написал!

- А Гранта почему правильно записали?

- Его папа записывал…. в России!))

Когда в студенчестве были на практике в колхозе, то услышали историю про одну доярку, которой не нравилась ее фамилия Напрягло. Как ее только не дразнили и не прикалывали, нервов стоило ей очень много и поэтому в двадцать лет она решила выскочить замуж за красавца грузина, который приехал работать зоотехником. За глаза его звали Князь, потому что он рассказывал, что ведет свой род от княжеского рода Цициани. И вот они пришли в сельсовет расписываться, все чин-чинарем, глава сельсовета спрашивает ее, мол, гражданка Напрягло, вы будете менять свою фамилию?

- Да, да, конечно!

- Поздравляю вас, гражданка Целколомадзе!

- Блядь, Гиви, у тебя фамилия не Цициани?

- Маня, у меня прэкрасная грузинская фамилия Цалкаламадзе!

Надо сказать, эта история к вечеру разлетелась по всему колхозу, а потом ей в паспортном столе выдали паспорт с фамилией Цэлколомадзе, так записала тетка в сельсовете. Не ИИ! За ошибки прошу прощения, печатал с айфона, сначала хотел отправть как коммент, потом решил отправить как историю!)

Всем хорошего дня и настроения!
С уважением, Соломон Маркович!
08.12. 2025 г.

10.

Миром правят математика и физика.
В странах Гольфстрима, а это западная Европа и отчасти Скандинавия, среднегодовая температура выше нуля. Зима короткая и температура комфортная; часто даже в декабре и январе до +15 .
Отсюда хорошие урожаи и повышенная плотность населения. 250-600 человек на км2 в большинстве стран Западной европы - норма.
Для комфортной же жизни желательно не более 50 человек на км2. И тут неизбежно на глаза этой толпе попадаются земли как за океаном (Америка,Австралия,Новая Зеландия и тд) так и рядом, чуть восточнее в сторону Урала. А именно Россия. Где плотность населения всего 8 человек на км2. Правда среднегодовая температура здесь минусовая. Но обилие природных ресурсов и современные технологии позволяют закрыть на этот недостаток глаза.
И есть ещё Восточная Европа где и климат получше ( зимой 0...+5) и население где то 30 человек на километр кв.
Из физики мы помним, что газ стремится равномерно запомнить весь объем.
Отсюда непрерывные войны западноевропейских племен с восточными, захват территорий и рабов.
Когда то на месте современной Германии была страна что называлась Порусье.
Жили в ней различные племена : полабские русские , чудь, жмудь , кривичи, росичи - всех их одним словом западные племена звали славянами (на их языке это было 'рабы', slave,slavic)
Примерно с 4го века начались массовые набеги западников которые сильно продвинулись уже в 9 веке, а в 12-13м веках захватили практически всю территорию Порусья.
Славян же частично убили, примерно две трети из них, а оставшуюся треть посадили на телеги и отправили осваивать земли на востоке у Балтийского моря и дальше на восток. Крохотный кусочек Порусья просуществовал аж до 19 века под названием Пруссия.
До сих пор многие города современной Германии носят старинные славянские названия, Росток и тд.
Так вот, при захвате новых земель запад использует технологию 'разделяй и властвуй'.
Ничего нового, этот лозунг был ещё на щитах римских воинов.
Работает технология... А зачем воевать самим когда на головы дурачков можно одеть кастрюли и отправить на смерть, бесплатно, да ещё за выданное им оружие отобрать их земли и прочие ресурсы ?
В 1918 запад отрезал от России очередные 4 млн км2.
Было в 1913 : 21млн км2.
Стало в 1918г. : 17млн.
Причем 4млн лучших черноземов. Потом правда СССР в период с 1922 и до 1991г вернул большую часть территории но зачем то оставил на тех землях нацреспублики. А запад все эти сто лет продолжал работу в направлении divide and conquer...То же, что происходит сейчас - это окончательная зачистка этих 4 млн км2 от славян и приготовление к новой волне расширения нато(рейха) на восток.
Люди с одинаковыми фамилиями режут друг друга расчищая место для новых западных хозяев.
На фоне глобальных геополитических процессов мелкие события типа коррупции, все эти миндичи и тд это не важно, это просто шумы. Ну украли они 48 ярдов резанной бумаги. Эти деньги все равно в итоге у них на западе отберут. И что?
Мертвым славянам же будет абсолютно все равно кто правит их бывшими землями, фондерляйны или Абрамовичи.
Поэтому другого варианта кроме как защищать себя и свои земли у славян просто нет.
А для начала надо проснуться от сладких грез о счастливой демократичной Европе ...

11.

Её звали Брайна. Она родом из маленькой деревни в Могилёвской губернии Российской империи — сегодня это территория Беларуси. В юности она была обручена с мужчиной по имени Гершель. Он уехал в Америку, чтобы построить лучшую жизнь, и пообещал, что когда сможет, заберёт её к себе. Через год он сдержал слово. Брайна села на корабль, имея при себе только надежду и мужество, отправляясь к мечте под названием «Америка».

Они поженились и поселились в небольшом промышленном городке Амстердам, штат Нью-Йорк. Это не было место роскоши или богатства — жизнь была тяжёлой, рабочей. Брайна родила семерых детей: шестерых дочерей и одного сына по имени Иссур. Все звали его Иззи. Но жизнь в Америке оказалась далеко не той мечтой, которую они представляли. Гершель, который когда-то торговал лошадьми на родине, теперь собирал и продавал старый хлам. То немногое, что он зарабатывал, он тратил на выпивку и азартные игры. Дома он был жестоким и холодным. Он даже не называл жену по имени — только «Эй, ты».

Брайна трудились без остановки. Она стирала бельё, убирала дома и делала всё, что могла, лишь бы накормить детей. И всё же бывали дни, когда есть было нечего. Она посылала маленького Иззи к мяснику, тихо прося: «Пожалуйста, дайте кости, которые вам не нужны». Дома она варила эти кости часами, чтобы у детей был хоть какой-то тёплый суп. Спустя годы её сын — теперь известный миру как Кирк Дуглас — вспоминал те времена так: «В хорошие дни у нас были омлеты на воде. В плохие — мы не ели вовсе».

Но Брайна никогда не теряла силы и веры в своих детей. Когда Иззи сказал, что хочет стать актёром — мечта смелая и почти невозможная для бедного мальчика — она не рассмеялась. Она сказала ему идти за своей мечтой. Иззи покинул маленький городок и стал Кирком Дугласом — одной из величайших звёзд Голливуда. И он никогда не забывал свою мать — женщину, которая провела его через голод и боль, имея только любовь и стойкость. В 1949 году, создав собственную кинокомпанию, он не назвал её своим именем. Он назвал её Bryna Productions — в честь своей матери. В 1958 году, когда Bryna Productions выпустила фильм «Викинги», Кирк привёз мать на Таймс-сквер. Огни освещали ночь, и там, на огромном рекламном щите, она увидела: «BRYNA PRESENTS THE VIKINGS». Её имя. Имя женщины, которая не умела читать и писать. Имя женщины, варившей суп из костей. Имя женщины, которую всю жизнь называли «Эй, ты». Теперь её имя сияло над Нью-Йорком. Брайна заплакала — настоящими слезами радости, возможно, впервые в жизни.

Через несколько месяцев она ушла из жизни в возрасте 74 лет, а её сын был рядом. Её последние слова были тихими и полными любви: «Иззи, сын, не бойся. Это случается со всеми». Даже уходя, она утешала его. Кирк Дуглас прожил до 103 лет. Он стал легендой, отцом, продюсером, филантропом — но всегда говорил одно и то же: всем, кем он стал, он обязан своей матери. Женщина, у которой не было ничего, дала ему всё. И сын, ставший звездой, сделал так, чтобы весь мир помнил её имя. Каждая надпись «The Bryna Production» была его способом сказать: спасибо. Она заслужила увидеть своё имя в огнях — и он сделал так, чтобы она увидела.

Из сети.

12.

Навеяла история про кошку на даче (https://www.anekdot.ru/id/1542518/).
В детстве мне подарили котёнка, серого такого, полосатого, Мурзиком назвал. Я его выношу погулять, все ребята естественно подходят, умиляются, гладят, тискают (интернетов с лайками и репостами тогда не было, всё вживую приходилось делать). Мурзик терпел-терпел - и прыг с рук! Ну, мы за ним. Побегали по двору, потом он залез на дерево и сидит там. Мы его звали, приманивали колбасой или ещё чем-то, он - ни в какую. Долго сидел, несколько часов. Потом начал жалобно мяукать, мол, снимите, пожалуйста, чем окончательно растрогал детские сердца. А дерево, надо сказать, он выбрал для залезания одно из самых отвратительных - они у нас в детстве разделялись по категориям: в первую категорию выходили деревья, на которых мы часто сами сидели, типа наблюдательных пунктов у нас были, с одной стороны густая листва защищает от взглядов прохожих, с другой - просматривается двор. Во вторую категорию входили деревья, на которые залезали с целью сорвать кислые яблоки (в нашем маленьком городке яблонь было предостаточно). Мурзик же, зараза, выбрал третью категорию дерева, на которое было сложно залезть даже бывалым лазальщикам. Тем не менее, мой друг Виталя как-то смог это сделать и, схватив ревущего котенка за шкирятник, с дерева почти свалился, получив при этом исцарапанные руки и ушибы. После этого трагического случая котёнка я несколько дней на улицу не выпускал, убеждённый, что он опять залезет на дерево и сдохнет там от голода, бедный. Тогда родители сказали, что животному надо гулять, и пришлось опять его вынести. Животное снова ломанулось на то же дерево, и всё повторилось по-новой - многочасовое сидение, жалобное мяуканье и наши страдания. "Я за ним больше не полезу" - вздохнул Виталик. Мы битый час стояли у дерева, обсуждая, что лучше - спилить его нафиг, чтоб решить проблему в корне, или смастерить клетку для Мурзика, чтоб он мог гулять без риска для жизни, пока наши размышления не прервал случайный прохожий, заявив, что мы глупые, а котенка нужно просто оставить в покое, захочет жрать - сам слезет. Естественно, мы не поверили. Но делать было нечего, да и устали все, так что совету прохожего таки последовали. Через пару часов Мурз, всё так же жалобно мяукая, медленно слез с дерева и полез ко мне просить прощения.
Больше мы его с деревьев не снимали, да он и сам быстро понял, что спасение утопающего - дело рук самого утопающего.
А потом он вырос в здоровую котоморду и уже сам шнырял где хотел, приходя домой пожрать да поспать. Иногда приходил изрядно грязный, чем бесил мою маму и она, человек с суровым военным детством, брала ведро, наливала туда воды и засовывала туда, ругаясь, Мурза, не доверяя всяким там вылизываниям. Мурз орал, хватался лапами за края ведра, уверенный что его топят, но мама упорно мылила его, как ребенка, поливала водой, приговаривая, что котик будет чистым. Потом, несмотря на вытирание полотенцем, котик долго ходил по квартире, судорожно дёргая лапами, пытаясь высохнуть.
А меня он бесил при ночам. Вечером шнырял где-то по квартире, а ночью, когда уже спишь, тебя будит увесистый шлепок в ногах - это любимая киса запрыгнула на твоё одеяло, чтоб походить по тебе вдоволь, поурчать довольно, и устроиться рядом. Такое было почти каждую ночь.

13.

Рассказ о жизни

- Я ведь до 12 лет совсем не могла ходить. Ползала по избе на корточках. А почему - к нам во время войны приходили то полицаи, то партизаны - искали еду. Один для проверки колол везде штыком и попал мне в бедро. Я совсем маленькая была, ещё года не было.
Папа на войне погиб. Пенсию за него маме не дали, потому что пропал без вести. Только три года назад наконец нашли в архивах, что погиб на поле боя, и назначили мне пенсию. Но зачем она теперь...

Я в Калифорнии, в гостях у друзей из родного города, сижу в саду с мамой хозяйки. Она приехала из Петербурга побыть с дочкой.

- Если бы у мамы тогда была пенсия за папу... а так нас у неё было четверо - детей тогда много было в семьях - мама ходила по деревне и просила людей дать что могут. И я ей не могла помогать. Я даже встать не могла.
Мы тогда считались на территории Польши. А в 56-м году оказалось, что была ошибка при определении границы, и мы оказались на территории Белоруссии. СССР то есть.
И к нам в деревню приехал фельдшер. И увёз меня в детский санаторий. У меня ведь ещё туберкулёз был, кроме ноги. В санатории мне вылечили туберкулёз, и на бедре сделали операцию, и я смогла ходить. Хоть плохо, но ходить. Ещё в санатории - детский ведь - была школа, и я там закончила 2 класса. Вот и всё моё образование.
После санатория вернулась в деревню. А там уже колхоз был. Но никакой работы для меня в колхозе не было, с моей ногой. В поле я не могла, слишком много ходить надо, тяжело.
- А тут мне сестра написала. Она уехала в Казахстан - со всей страны туда звали - и строила там железную дорогу. Я ей ответила - если уж я в поле не могу с моей ногой, то как я буду железную дорогу строить, а она мне - ведь если железная дорога, то работ много самых разных, где-нибудь да пригодишься. И я приехала к ней, увидела первое объявление - нужны маляры, и стала маляром. Зданий там для дороги строили много. Ходить особенно не надо, работа в помещении, а не на солнце, и деньги хорошие. Коля, ты так внимательно слушаешь, как это я тебе не надоела со своими старушечьими рассказами. Не хочешь пойти к гостям?

- Евгения Александровна, это гораздо интереснее, чем любые другие рассказы, которые здесь можно услышать. А как вы в Ленинграде оказались?

- Железную дорогу построили, и мне пришлось ехать назад к себе в Белоруссию. Поезд шёл через Ленинград. И я заехала в брату, который в Ленинграде жил. А он мне - что ты будешь делать в колхозе, и в Ленинграде много чего строят, маляры везде нужны, оставайся здесь. Оказалось - да, нужны, и место в общежитии дают. Я и осталась.
- Мы с девчонками из общежития часто ходили в парк рядом, а там был аттракцион "Петля Нестерова". Парень там работал, Петя. И если меня с ними не было, Петя всегда спрашивал: "А где Женя, почему её нет?" Подруги мне это передавали, а я стеснялась. У Пети был знакомый милиционер, и он как-то его взял с собой, приехал к нам в общежитие, и сказал: "Вот что, Женька, переезжаешь ко мне!" А я была молодая, подумала раз милиционер, значит так надо, и сказала: "Хорошо." Но и Петя мне тоже нравился. Он очень внимательный был, мой Петя. И стала я жить с ним и его бабушкой, в одной комнате. А через несколько лет Ирочка родилась.

- Евгения Александровна, о вашей жизни можно фильм снять.

- Да ну, какой фильм, кому это интересно... ну вот только тебе. А потом нам квартиру дали, сначала однокомнатную, потом двухкомнатную. Петя умер год назад, и я теперь одна там в двухкомнатной квартире. Хорошо, можно сюда приехать, с детьми, с внуком побыть, друзьям детей помочь, с их детьми посидеть.
- Коля, я вот что не понимаю. То есть я понимаю. Но всё равно не понимаю. Сюда приходят друзья. И русские, и американцы. Я слушаю их разговоры. Жалуются на жизнь, на работу. Не все, но бывает, что жалуются. А я смотрю - здесь в Калифорнии такой хороший климат. Просто рай. Они здоровые, и дети у них здоровые. Две машины в семье. Денег так много получают. У каждой семьи свой дом. У нас ничего этого не было. Почему они жалуются? Ведь жизнь хорошая, да?

- Да, Евгения Александровна. Жизнь хорошая.

14.

В 1936 году 45-летний преподаватель высшей математики в Московском институте цветных металлов и золота решил выучить к немецкому и французскому еще и английский язык – благо, для сотрудников Минцветмета открылись бесплатные курсы. Вот на них-то ему и выдали для внеклассного чтения оригинальное издание сказки Лаймена Фрэнка Баума «Wonderful Wizard of Oz».
Книжка математику понравилась, и он решил ее перевести - благо, несколько лет назад вышло Постановление Оргбюро ЦК ВКП(б) от 9 сентября 1933 года "О детской литературе", призывавшее печатать больше хороших книг для пионеров и школьников.
Оргбюро ЦК не обмануло - в 1939 году пионеры смогли открыть книгу, начинавшуюся словами: «Волшебник Изумрудного города. Переработка сказки американского писателя Франка Баума «Мудрец из страны Оз». Пересказал Александр Мелентьевич Волков».
Когда книга вышла, автору было изрядно за сорок.
Это была первая изданная книга начинающего 48-летнего переводчика. Точнее - пересказчика, поскольку перевод с самого начала был довольно вольный.
Книгу проиллюстрировал известный художник Николай Радлов, но в отличие от "Мудреца из страны Оз" бестселлером она не стала.
А потом началась великая война, и в военные годы многое забылось - в том числе и проходная довоенная сказка.
Камбэк "Волшебника Изумрудного города" произошел через много лет, фактически уже в другую историческую эпоху, в 1957 году.
И едва ли не главную роль в возрождении этого проекта сыграл художник. Художники в этой истории вообще часто выступают в редкой для них роли двигателя сюжета.
Художника звали Леонид Владимирский, он только что прогремел на всю страну иллюстрациями к сказке "Приключения Буратино" и искал - какую бы хорошую сказку еще отрисовать.
В библиотеке ему попалось довоенное издание "Волшебника Изумрудного города" - давно и прочно забытой книги. Со дня последнего издания прошло больше 17 лет, читатели первого издания сказки давно выросли, воспитывали собственных детей и смутно помнили про жевунов и мигунов, читанных еще до войны.
Сказка Владимирскому очень понравилась, и он загорелся сделать к ней иллюстрации. Нарисовав парочку картинок авансом, ему не составило никакого труда продавить в издательстве переиздание.
Осталось заручиться согласием автора, и художник пошел искать писателя.
Александра Волкова Леонид Владимирский нашел на даче в Кратово. Тому было уже под 70, он давно уже вышел на пенсию, занимался дачей и внучкой и, честно говоря, почти не вспоминал свою первую и единственную на тот момент сказку.
Но на переиздание, разумеется, согласился.
И даже сделал новую редакцию книги, отойдя от первоосновы Баума еще дальше.
"Волшебник Изумрудного города" с иллюстрациями Владимирского вышел, когда Александру Волкову было 69 лет.
"Волшебник..." стал бомбой.
Мегабомбой.
Это была одна из самых издаваемых и продаваемых книг советского книгоиздания - не детской литературы, а вообще всего.
Разумеется, Александра Мелентьевича Волкова издатели начали охмурять, как ксендзы Козлевича : "У этого Баума же много-много книг про волшебную страну. Может быть, вы переведете еще одну?".
Немолодой уже писатель вздохнул и отправился в Библиотеку иностранной литературы. Там он прочитал продолжения и был немного ошарашен.
На мой личный взгляд, который я никому не навязываю, сказки Баума про страну Оз (кроме первой) идеально характеризуются словосочетанием "лютая дичь".
Волков, похоже, был согласен. Судя по этой записи в дневнике:
"Вчера и сегодня занимался в Библиотеке иностранных языков, читал книгу Фр. Баума «Озма из Оза» из его озовской серии, в которой, как оказывается, около полутора десятка книг. Но какие это книги!
Мне кажется, ему удалась только первая из них «The Wizard of Oz» — это та, которую я обработал под названием «Волшебник Изумрудного города». Это милая, остроумная книга, в которой найдены прекрасные типы. Но дальше писатель решил черпать все из того же источника, а фантазии у него уже не хватило, и он занялся самым посредственным эпигонством. Все эти желтые курицы, механические Тик-Токи, Люди-Колеса, продовольственные пакеты и ведра с обедами, растущие на деревьях, сменные головы у принцессы Лангвидер - все это выглядит очень безвкусно.
Боюсь, что мой замысел - написать еще одну сказку по мотивам Фр. Баума - придется оставить, нет в этих многочисленных пухлых книгах того хорошего, что стоило бы пересказать советским детям. Страшила, Железный Дровосек и Трусливый Лев (кстати, почему он снова стал трусливым, когда выпил храбрость?) пока еще не действуют в этой книге (а я за 2 дня прочитал и законспектировал 140 стр.), а только повторяют все те же рассуждения о мозгах, сердце и храбрости, которые уже достаточно известны по первой книге.
Удивительная страсть у американских писателей к длиннейшим сериям, таким как у Берроуза к тарзановской и марсианской. Это их литературный бизнес... Конечно, эта сказка неизмеримо слабее «Мудреца из Оза». Автор совершенно непоследователен: Озма у него наследница правителя Изумрудного города, а ведь в первой книге ясно сказано, что Изумрудный город построил Оз - выходец из Канзаса. У Жевунов и Мигунов откуда-то тоже появляются короли - вассалы верховного правителя Оза.
Дороти уничтожает последних злых волшебниц в стране Оз, а в последующих книгах этих волшебниц и волшебников и всякой чертовщины появляется превеликое множество...
Начинает обрисовываться сюжет второй книги «Волшебника», но совсем не в таком плане, как у Баума...".
В общем, Волков решил не переводить, а самостоятельно написать продолжение "Волшебника Изумрудного города", взяв от Баума только идею оживляющего порошка.
Книга "Урфин Джус и его деревянные солдаты" вышла, когда автору пошел восьмой десяток.
Дальше вы сами все знаете - после Урфина Джуса последовали "Семь подземных королей", за ними - "Огненный бог марранов"... Обычная история с удачной серией, удивление вызывает разве что возраст автора замечательных сказок.
Справедливости ради - Волкову хватило мужества признаться, что его инфицировало переходящее проклятие сериальности. Когда ему было 82 и он писал «Тайну заброшенного замка», в один из дней Александр Мелентьевич открыл свой дневник 1958 года и над фразой «Удивительная страсть у амер. писателей к длиннейшим сериям», надписал покаянное примечание: «Сам я потом вдался в тот же грех!».
Замечу, что Волкова, как и Баума, эта серия книг сделала очень богатым (а по советским меркам - даже невероятно богатым) человеком. И не только его. Художник Владимирский, например, вскоре после "изумрудной" серии практически перестал иллюстрировать книги – получаемых с переизданий «Волшебника» потиражных с избытком хватало на то, чтобы вести жизнь рантье.
Над седьмой книгой серии «Тайна заброшенного замка» сказочник Волков перестал работать в 85 лет - сил уже не было. Авторство Волкова в этом случае уже весьма условное - недописанный им черновик на свой вкус дописали в издательстве после его смерти.
А после смерти Александра Волкова все желающие принялись строчить продолжения про Изумрудный город, как когда-то на другом конце Земного шара все штамповали сиквелы про страну Оз.
Александр Шпагин написал прямое продолжение "Тайны заброшенного замка" - "Лазурная фея Волшебной страны". Юрий Николаевич Кузнецов - еще пять книг, от "Изумрудного дождя" до "Возвращения Арахны".
Под фамилией Николая Бахнова вышло еще восемь книг про Изумрудный город и Волшебную страну. Умерший в прошлом году Сергей Сухинов написал 11 книг - от "Дочери Гингемы" до "Зари над Изумрудным городом" - и он был, пожалуй, наиболее талантливым из продолжателей Волкова.
Как и положено в сюжете про переходящее проклятие сериальности, постоянный художник серии Леонид Владимирский тоже не устоял и написал собственное продолжение — книгу «Буратино в Изумрудном городе».
Разумеется, изданием бумажных книг история не закончилась. По данным на 19 июля 2025 года, на сайте fanfics.me в фандоме «Изумрудный город» 294 фанфика.
Икота, икота, сойди на Федота, с Федота на Якова, с Якова на всякого...

В. Нестеров

15.

17 августа 1903 года было написано одно завещание. Не старый еще, но полностью слепой и не выносящий малейшего шума человек, вот уже много лет живущий на яхте, продиктовал свою последнюю волю. Два из 20 млн (нынешних трех миллиардов) собственноручно заработанных долларов он передавал Колумбийскому университету, причем с подробными инструкциями — как и на что их потратить

Этим человеком был Джозеф Пулитцер, а написанное в завещании стало зерном, из которого выросла самая престижная в Америке премия, голубая мечта каждого журналиста и писателя. Через восемь лет завещание вскроют, еще через шесть впервые назовут лауреата, и с того момента каждый год в первый понедельник мая совет попечителей Колумбийского университета в Нью-Йорке будет вручать Пулитцеровскую премию журналистам, писателям и драматургам. Ее обладателями станут Уильям Фолкнер и Эрнест Хемингуэй, Харпер Ли и Джон Стейнбек, газеты Los Angeles Times и The Washington Post, а также сотни отважных репортеров. Но заслуга Пулитцера не только в создании «Нобелевки для журналистов». Именно он сделал американскую прессу тем, чем она является до сих пор, — четвертой властью, инструментом влияния, одной из основ общества.

А его собственная биография, будь она очерком или репортажем, вполне могла бы претендовать на премию имени себя. Джозеф Пулитцер Joseph Pulitzer родился 10 апреля в 1847 году в Венгрии, в обеспеченной семье еврейского торговца зерном. Детство провел в Будапеште, учился в частной школе и, вероятнее всего, должен был унаследовать семейный бизнес. Однако, когда парню исполнилось 17, произошел первый крутой поворот. Он страстно захотел воевать. Но ни австрийская, ни французская, ни британская армия не пожелали принять на службу худосочного болезненного подростка с плохим зрением. И только вербовщик армии США, случайно встреченный в Гамбурге, легко подписал с Джозефом контракт — Гражданская война близилась к финалу, солдаты гибли тысячами, и северяне набирали добровольцев в Европе.

Юный Джозеф Пулитцер получил бесплатный билет на корабль и отправился в Америку. По легенде, возле порта прибытия он прыгнул за борт и добрался до берега вплавь. То ли это был Бостон, то ли Нью-Йорк — данные разнятся, но определенно причиной экстравагантного поступка стало желание получить больше денег: вербовщик в Гамбурге обещал $ 100, но оказалось, что можно прийти на сборный пункт самостоятельно и получить не 100, а 200. Видимо, Джозеф так и сделал. Пулитцера приняли в Нью-Йоркский кавалерийский полк, состоявший из немцев, там он честно отслужил целый год, до окончания войны.

После демобилизации Джозеф недолго пробыл в Нью-Йорке. Без денег, без языка и профессии он не нашел ни работы, ни жилья и отправился в Сент-Луис, где жило много немцев и можно было хотя бы читать вывески и общаться. Пулитцер был некрасивым, длинным и нескладным парнем. Обитатели трущоб называли его «Еврей Джо». Он брался за любую работу — официанта, грузчика, погонщика мулов. При этом Еврей Джо прекрасно говорил на немецком и французском, да и вообще был начитанным, любознательным, обладал острым умом и взрывным темпераментом.

Всё свободное время Джозеф проводил в библиотеке, изучая английский язык и юриспруденцию. В библиотеке была шахматная комната. Однажды Пулитцер, наблюдая за игрой двух джентльменов, познакомился с ними. Одним из шахматистов был Карл Шурц, редактор местной немецкоязычной газеты Westliche Post. Он посмотрел на сообразительного парня — и предложил ему работу. Получив работу, Пулитцер начал писать — и учился так быстро, что это кажется невероятным. Он стремительно овладел английским языком, его репортажи, сперва неуклюжие, затем всё более острые и запоминающиеся, очень быстро стали такими популярными, а слава такой очевидной, что уже через три года он занял пост главного редактора и приобрел контрольный пакет акций газеты, но скоро продал свою долю, прилично на этом заработал и поспешил в политику.

Дело в том, что Пулитцер был искренне влюблен в американскую демократию. И эта любовь двигала его вперед. Уже в 1873 году, всего через пять лет после того, как юнцом спрыгнул с корабля, в возрасте чуть за 20, он стал членом Законодательного собрания штата. Джозеф мечтал о реформах, о формировании общественного мнения, но, поварившись в политическом котле, понял, что всё это можно сделать с помощью прессы. Он ждал момента и наконец в 1878 году купил газету Dispatch, стоявшую на грани разорения. Он добавил к ней городской вестник Post и объединил их в St. Louis Post-Dispatch. Мимоходом он женился на Кейт Дэвис, 25летней дочери конгрессмена, и тем самым окончательно утвердился в высшем обществе Сент-Луиса. Брак этот был заключен с холодной головой, ведь главной пожизненной страстью Джозефа, уже была журналистика.

Как выглядела пресса до Пулитцера? Это были утренние газеты, в которых печатались политические и финансовые новости, да еще объявления о свадьбах и похоронах. «Высокий штиль», длинные предложения, дороговизна — всё было нацелено на богатую публику в костюмах и шляпах. Пулитцер понял (или почувствовал), что новые времена требуют другой прессы. Америка стремительно развивалась, образование становилось доступным, люди переселялись в города, появился телеграф, электрические лампочки позволяли читать в темное время суток. Он сделал ставку на простых людей, ранее не читавших газет. Как бы сказали сегодняшние маркетологи, Пулитцер первым перевел прессу из сегмента люкс в масс-маркет.

Прежде всего, Джозеф значительно удешевил St. Louis Post-Dispatch за счет новых технологий печати. Затем стал публиковать всё, что интересно большинству: новости городской жизни, курьезы, криминальную хронику, адреса распродаж, разнообразную рекламу. Пулитцер начал выпускать вечернюю газету, ее можно было читать после рабочего дня. Он первым ввел в обиход провокативные заголовки — набранные огромным шрифтом и бросавшиеся в глаза. Они обязательно содержали главную новость, а сами тексты были написаны простыми короткими предложениями, понятными даже малограмотным.

Пулитцер стал публиковать статьи, предназначенные специально для женщин, что тогда казалось немыслимым. Женщины — и газеты, помилуйте, что за вздор? Но самое главное — он превратил новости в истории. Дело не в самом репортаже, учил Пулитцер, а в тех эмоциях, которые он вызывает. Поэтому Джозеф заставлял своих сотрудников искать драму, чтобы читатель ужасался, удивлялся и рассказывал окружающим: «Слышали, что вчера написали в газете?» Но и это не всё. Сделав газету действительно народной, Пулитцер добавил огня в виде коррупционных расследований. В St. Louis Post-Dispatch публиковали ошеломляющие истории о продажных прокурорах, уклоняющихся от налогов богачах, о вороватых подрядчиках. Однажды Джозефу даже пришлось отстреливаться от одного из героев публикации. Но читатели были в восторге, газета разлеталась как горячие пирожки. Через три года после покупки издания прибыль составляла $ 85 тысяч в год — гигантские по тем временам деньги.

И тогда Пулитцер отправился покорять «Большое яблоко». Он залез в долги и купил убыточную нью-йоркскую газету The New York World. Методы были опробованы, и с первых же дней он устроил в сонной редакции настоящий ураган. Всё ускорилось до предела, репортеров и посыльных Джозеф заставлял передвигаться буквально бегом — чтобы первыми добыть новости. Он отправлял корреспондентов по всему миру и публиковал живые репортажи о самых захватывающих событиях со всеми деталями. Он всё время что-то придумывал. Его журналисты брали интервью у обычных людей на улицах — неслыханное дело! Именно в его газетах впервые стали широко использовать иллюстрации, в том числе карикатуры. С легкой руки Пулитцера в профессии появились так называемые крестовые походы, когда журналист внедрялся в определенную среду, чтобы собрать достоверный материал.

В воскресных выпусках The New York World печатался комикс The Yellow Kid про неопрятного малыша с лысой головой, торчащими передними зубами и оттопыренными ушами. Малыша звали Мики Дьюган, он не снимал желтую ночную рубашку и целыми днями слонялся в трущобах Нью-Йорка. Таким был герой первого в мире комикса, а его автор — художник Ричард Аутколт — считается прародителем современных комиксов. И вдруг этот желтый человечек появился в New York Journal. Изданием владел молодой амбициозный Уильям Рэндольф Хёрст, в недавнем прошлом репортер The New York World. Свой журнал Хёрст купил — вот насмешка судьбы — у родного брата Джозефа Пулитцера.

С борьбы за права на комикс началась недолгая, но ожесточенная битва двух гигантов — Джозефа Пулитцера и его недавнего ученика Хёрста. Хёрст перекупал журналистов у Пулитцера, тот перекупал их обратно. Для Хёрста не существовало никаких границ в описании кровавых подробностей и светских сплетен, Пулитцер же не мог выходить за рамки. На полях этой печатной войны и родилось то, что мы сегодня называем «желтой прессой» — перемещение акцентов с фактов на мнения, игра на низменных чувствах, упор на секс и насилие, откровенные фальсификации, искусственное создание сенсаций. Мальчишка в желтой рубашке стал символом низкой журналистики. Хотя эта война была недолгой, всего несколько месяцев, она легла пятном на биографии обоих и породила целое направление прессы.

На самом деле, конечно же, конфликт Пулитцера и Хёрста гораздо глубже, нежели гонка за сенсациями. Если для Джозефа самым важным было усилить влияние прессы на общество, то Уильям Хёрст говорил: «Главный и единственный критерий качества газеты — тираж». Впоследствии Хёрст скупал все издания, что попадались под руку, — от региональных газет до журнала «Космополитен», был членом Палаты представителей, снимал кино для предвыборной кампании Рузвельта, в 30-х нежно дружил с Гитлером и поддерживал его на страницах своих многочисленных газет и журналов.

Пока Хёрст сколачивал состояние, Пулитцер обратился к одной из главных идей своей жизни — разоблачению коррупции и усилению журналистики как механизма формирования демократического общества. Его газета вернулась к сдержанности, к рискованным коррупционным расследованиям. В 1909 году его издание разоблачило мошенническую выплату Соединенными Штатами $ 40 млн французской Компании Панамского канала. Президент Рузвельт обвинил Пулитцера в клевете и подал на него в суд, но последовавшие разбирательства подтвердили правоту журналистов. Бывший Еврей Джо стал невероятно влиятельной фигурой, это в значительной степени ему Америка обязана своим антимонопольным законодательством и урегулированием страховой отрасли.

Кстати, статуя Свободы появилась на одноименном острове тоже благодаря Джозефу Пулитцеру. Это он возмутился, что французский подарок ржавеет где-то в порту. В его изданиях развернулась мощная кампания, В ее результате на страницах пулитцеровской газеты было собрано $ 100 тысяч на установку статуи Свободы. Многие из 125 тысяч жертвователей внесли меньше одного доллара. И все-таки имена всех были напечатаны в газете и в короткое время необходимая для установки сумма была собрана. «Свобода нашла свое место в Америке», — удовлетворенно замечал он, еще не зная, какое значение будет иметь статуя в последующей истории.

В 1904 году Пулитцер впервые публично высказал идею создать школу журналистики. Это было неожиданно, ведь много лет подряд он утверждал, что этой профессии нет смысла учиться: надо работать в ней и приобретать опыт. Однако теперь, в статье для The North American Review, он написал: «Наша республика и ее пресса будут подниматься вместе или падать вместе. Свободная, бескорыстная, публичная пресса может сохранить ту общественную добродетель, без которой народное правительство — притворство и издевательство. Циничная, корыстная, демагогическая пресса со временем создаст народ столь же низменный, как и она сама…»

Только потом выяснилось, что на момент написания этих слов завещание год как было составлено — и высшая школа журналистики, и премия уже существовали на бумаге. Пулитцер продумал всё. Он указал, что премия должна вручаться за лучшие статьи и репортажи, в которых есть «ясность стиля, моральная цель, здравые рассуждения и способность влиять на общественное мнение в правильном направлении». Однако, понимая, что общество меняется, он предусмотрел гибкость, учредил консультативный совет, который мог бы пересматривать правила, увеличивать количество номинаций или вообще не вручать премии, если нет достойных. К тому же завещание предписывает награждать за литературные и драматические произведения. Позднее Пулитцеровскую премию стали вручать также за поэзию, фотографию и музыку. А через 100 с лишним лет добавились онлайн-издания и мультимедийные материалы. Каждый американский журналист готов на всё ради Пулитцеровской премии, несмотря на то что сегодня она составляет скромные $ 15 тысяч. Дело не в деньгах: как и предсказывал Пулитцер, расследования всегда ставят журналистов под удар, а лауреаты могут получить некоторую защиту.

Джозеф работал как проклятый. У него родились семеро детей, двое умерли в детском возрасте, но семью он видел редко, фактически жил врозь с женой, хотя обеспечивал ей безбедное существование и путешествия. В конце концов Кэтрин завела роман с редактором газеты мужа и вроде бы даже родила от него своего младшего ребенка. Но Джозеф этого не заметил. Его единственной страстью была газета, он отдавал ей всё свое время, все мысли и всё здоровье. Именно здоровье его и подвело.

В 1890 году, в возрасте 43 лет, Джозеф Пулитцер был почти слеп, измотан, погружен в депрессию и болезненно чувствителен к малейшему шуму. Это была необъяснимая болезнь, которую называли «неврастенией». Она буквально съедала разум. Брат Джозефа Адам тоже страдал от нее и в итоге покончил с собой. Медиамагнату никто не мог помочь. В результате на яхте Пулитцера «Либерти», в его домах в Бар-Харборе и в Нью-Йорке за бешеные деньги оборудовали звукоизолирующие помещения, где хозяин был вынужден проводить почти всё время. Джозеф Пулитцер умер от остановки сердца в 1911 году в звуконепроницаемой каюте своей яхты в полном одиночестве. Ему было 63 года.

Мария Острова

16.

Подозрительное купе.

Не устану признаваться в любви к поездам. Стук колёс, запах шпал, звон стакана на столике. Но главное — это возможность выспаться. Как только поезд тронулся, и проводница выдала вам накрахмаленное белье, тянешься за матрасом, углы у простыни загибаешь, чтоб не съехала, и взбиваешь подушку. Через час уже посапываешь.

История эта произошла в конце декабря. Я собиралась в Архангельск на Новый Год, но с покупкой билета затянула — оставалось лишь две верхние полки в купе у туалета.

Купе я не люблю. Атмосфера там другая. Нет какого-то единения с пассажирами в вагоне. Сидишь в своей каморке и скучаешь. Да и соседи в купе очень уж важны. 20 часов с ними за закрытыми дверями ехать. «Лишь бы попались адекватные» — молилась я всю дорогу до вокзала.

В своё околотуалетное купе я пришла за полчаса до отправления поезда и ждала попутчиков. Через 15 минут у двери остановилась женщина лет сорока и очень глубоко выдохнула: «Ну слава Богу не мужик!»

Не успела она закончить предложение, как сзади к ней подкрался о боже! мужчина и поинтересовался: «35 место здесь?» Женщина, которая секунду назад так искренне радовалась, помрачнела.

Как оказалось, мужчина и женщина должны были занять нижние полки, я — верхнюю. Второе верхнее оставалось пустым.

Втроём мы уселись на нижнюю полку и молча ждали отправления поезда. На лице женщины читалось беспокойство. Она пристально смотрела на мужчину и пыталась считать с его лица все его наклонности. Возможно, она работала профайлером, и по её выражению лица я поняла — перед нами точно маньяк.

Поезд тронулся, проводница принесла белье, я резво забралась на верхнюю полку, заправила постель и с огромным наслаждением провалилась в царство Морфея.

Через час меня разбудили. Женщина-профайлер аккуратно трясла мою руку и шептала:

— Девушка, вы спите?

Удивительно, что она не смогла считать такое простое человеческое состояние, как сон, с моего сопящего и похрапывающего лица. Уже тогда у меня закрались подозрения, что профайлер она так себе.

Женщину звали Мария, и она очень сильно была взволнована:

— Вы видели мужчину, который с нами едет в купе? Он сейчас вышел, поэтому я решила вас предупредить, что он очень подозрительный тип. Он таааак на меня смотрит.

— Как?

— С вожделением!

— Как? — поперхнулась я.

— Советую вам не спать ночью, я вот точно не буду. Или можем спать по очереди, чтобы наблюдать за ним.

В эту минуту в купе вернулся подозрительный вожделеющий мужчина. Он посмотрел на двух женщин, которые шептались до его прихода и вдруг резко замолчали, прожигая его взглядом. Мой сон улетучился как и надежда на предстоящую спокойную ночь.

Колёса стучали, на столике дребезжал стаканчик чая, а наша соседка пошла в туалет.

— Странная она какая-то, не находите? — обратился ко мне мужчина с нижней полки.

— Кто?

— Ну наша соседка. Что-то смотрит всё на меня, прожигая глазами.

— Все мы немного того, — постаралась я разрядить ситуацию.

Мужчина захрапел, а наша женщина-профайлер вернулась. Она сразу же бросилась ко мне с новостями:

— Я обо всё договорилась. Каждый час к нам будет заглядывать проводница.

— Зачем?

— Проверять мужика.

Теперь сна у меня не было ни в одном глазу. Вот часы пробили 12, и я увидела, как проводница тихонечко заглянула в наше купе. Она осмотрела меня, соседку и мужчину. Всё в порядке. Он спит, а мы с женщиной таращимся.

Ровно через час история повторилась. Проводница приоткрыла дверь и прошмыгнула в купе. Она встала над мужчиной, рассматривая его.

— Спит? — шепнула профайлерша.

— Ага, — ответила проводница.

В этот момент стакан на столе брякнул громче обычного, и мужик открыл глаза. Он увидел проводницу повисшую над ним. С верхней полки на него пялились мои глаза, а сбоку женщина вытянула шею, как страус, и до сих пор старалась прочитать что-то по лицу бедолаги.

— Чаю? — выпалила расстерявшаяся проводница.

— Я хочу домой. Женщины, мне кажется, что вы планируете меня задушить во сне. Ради бога, дайте доехать до Вологды. 4 часа осталось, — взмолился мужик.

В Вологде вожделеющий мужчина выбежал со своими пожитками, даже не попрощавшись.

17.

А знали ли вы...

Стало интересно: как же зовут таких мелких истерично-злобных вечно дрожащих на своих спичках-ножках тварей с постоянно выпученными глазами? Ну, их ещё к собакам причисляют, видели, наверное?

Погуглил - узнал. Тогда всплыл другой вопрос: ЗАЧЕМ? Ну, ведь зачем-то вывели эту породу. Значит, и у неё есть какие-то достоинства. Ну, или раньше были.

Оказывается. Порода эта очень даже древняя, причём пришла аж с американского континента. И вывели её ещё древние индейцы, которые почитали этих собак как священных животных. Правда, почитали особым способом. Представьте себе, что ещё тольтеки употребляли этих собак в пищу и приносили в жертву богам. На смену тольтекам пришла Ацтекская империя, но для течичи (как этих собак тогда там звали) ничего не изменилось. Они по-прежнему пользовались популярностью, так как разводились для еды и религиозных нужд.

И вот тогда всё стало ясно. Уж если кого из домашних животных непременно надо съесть или убить (во имя богов), то выбирается ТАКОЕ, которое уж точно не будет жалко!

18.

Слова, которые когда-то были фамилиями

Есть слова, которые мы часто употребляем, но при этом совершенно не помним, что когда-то они были еще и чьими-то именами.

1. Хулиган — это фамилия ирландской семьи, отличавшейся очень буйным нравом. Главным был молодой Партик Хулиган, фамилия которого то и дело мелькала в полицейских отчетах и газетных хрониках.

2. Шовинизм происходит от имени наполеоновского солдата Николя Шовена, который особенно рьяно служил Наполеону и Франции и имел привычку выражать свой патриотизм и исключительность своей страны в пафосных простонародных речах. Что примечательно, фамилия происходит от слова «лысый» (сalvinus).

3. Саксофон. Адольф Сакс представил свое изобретение как «мундштучный офиклеид». Этот инструмент назвал саксофоном друг изобретателя композитор Гектор Берлиоз в статье, посвященной изобретению, и слово тут же стало популярным.

4. Сэндвич. Джон Монтегю IV граф Сэндвич занимался подготовкой кругосветной экспедиции Джеймса Кука, и, так как ему некогда было отвлекаться на еду, он придумал простой и удобный сэндвич.

5. Бойкот. Британец Чарльз Бойкот работал управляющим у одного землевладельца в Ирландии. Однажды работники устроили забастовку и стали игнорировать англичанина. А благодаря британской прессе, освещавшей эти события, фамилия Бойкот стала именем нарицательным.

6. Джакузи. Итальянец Кандидо Якуцци (Jacuzzi) изобрел джакузи (джакузи — неправильное «американское» произношение этой итальянской фамилии, которое, однако, прочно укоренилось во многих языках мира).

7. Оливье. Повар Люсьен Оливье известен как создатель рецепта знаменитого салата, оставшегося тайной, которую Оливье так и не разгласил до самой смерти.

8. Бефстроганов. Французский повар графа Александра Григорьевича Строганова изобрел это блюдо. На французский манер оно звучит как buf Stroganoff, то есть «говядина по-строгановски».

9. Лодырь. Немецкий врач Христиан Иванович Лодер открыл Заведение искусственных минеральных вод, в котором пациентам советовал быструю ходьбу в течение трех часов. Простой люд, глядя на эту суету, придумал выражение «лодыря гонять».

10. Шарлатан. Слово шарлатан по легенде произошло от имени французского врача Шарля Латена. Он проводил бессмысленные операции, обещая полное выздоровление, и, получив деньги, скрывался. А несчастным пациентам становилось только хуже.

11. Галиматья. Французский лекарь Галли Матье верил в целительную силу смеха. Он лечил пациентов хохотом, для чего смешил их анекдотами и разной галиматьей.

12. Пасквиль. В Риме жил один острый на язык гражданин по фамилии Пасквино. Народ его очень любил. Однажды недалеко от дома Пасквино установили статую, которую в народе назвали в его честь. Римляне по ночам стали обклеивать статую листовками, в которых язвительно высказывались о своих правителях.

13. Блютус (blue tooth — буквально «синий зуб»). Разработчики назвали эту технологию в честь короля викингов Харальда I Синезубого (Harald Bltand), который объединил Данию и Норвегию.

14. Июль и август. Июль назван в честь Юлия Цезаря. Август — в честь римского императора Октавиана Августа.

15. Меценат. Первого из известных истории меценатов звали Гай Цильний Меценат.

16. Силуэт. Этьен де Силуэт был контролером финансов во Франции, но после неудачной попытки провести реформу был вынужден покинуть свой пост. Тогда он изобрел новый метод развлечения — обводить тень человека на стене. Эта идея так понравилась его гостям, что слава Силуэта разнеслась по всей Европе.

17. Мансарда. Архитектор Франсуа Мансар впервые использовал подкровельное чердачное пространство для жилых и хозяйственных целей. С тех пор чердачный этаж под скатной крутой крышей носит название мансарда.

18. Кардиган. Генерал Джеймс Томас Браднелл, седьмой глава графства Кардиган, изобрел этот предмет гарбероба.

19.

Как я уже писала раньше, мне пришлось достраивать дом. Понятно, что я не сама заливала цемент, но стройка однозначно закалила мой характер и расширила лексический запас.
Практически все работали по рекомендации кого-то. Был чей-то брат, сват, или просто специалист, который годом раньше у кого-то хорошо себя зарекомендовал. Похоже, что враги у меня все-таки есть. Иначе я ничем не смогу объяснить, зачем мне дали контакт сантехника. Он умышленно вредил чем мог, как подпольщик в тылу врага, и был мягко говоря, полным мудаком, за что заслуженно получил свою золотую медаль в этой категории. Серебрянная медаль с большим отрывом ушла к группе «специалистов по отоплению». Но там не было злого умысла. Просто недостаток опыта. Они, когда осознали, что накосячили, даже от остатка денег отказались.
А вот с бронзовой медалью сложнее, т.к все остальные мужики работали хорошо. Поэтому бронзовая медаль присуждается в другой категории, «Кандалы для бега», т.е человеку, который своей деятельностью сильно тормозил процесс.

Его звали Гаспаре Диего Экзекель или просто Диего. Аргентинец с приятным испанским акцентом. Маляр и штукатур в одном лице. На вид 35 лет, в Италии уже лет 10. К качеству работ претензий ноль, он действительно очень хорошо все сделал. Но вот сроки...
Тут надо отмотать назад и рассказать, откуда он взялся. Почти всех специалистов мне посоветавал кто-то, а вот маляра не было. Никто из моих знакомых уже лет 10 не красил дом. Поэтому я полезла искать в интернете. В один из дней я организовала «тендер» на работы, штукатурка и покраска всего дома внутри и снаружи. Мастера заходили в порядке живой очереди смотреть «объект». У меня не Букингемский дворец, но все-таки очень приличный объем. Цены за метр у всех были похожи, но общая цена была в интервале от бешеной до безумной, метры не поддавались счету, я отказывалась верить в реальность происходящего. Для чистоты эксперимента я выбрала одну стенку без окон, без дверей размером 4,9 на 2,85 и спрашивала у всех пришедших ее размер и цену за покраску в белый цвет «вашей» краской. Меряли шагами, рулеткой и лазером. Считали в столбик и на калькуляторе. Я конечно не ожидала услышать 13,965, меня бы вполне удовлетворил ответ «хозяйка, тут 15 метров», но вместо этого мне называли цифры от 21 до 29 метров. Единственный человек, который сказал, что на глаз тут чуть меньше 15 метров, был Диего.
Потом он мне показал фотографии своих работ. Сказал, что может отвезти к людям и показать свои объекты, был готов дать контакт бывших клиентов и в целом произвел очень приятное впечатление. Мы ударили по рукам.
Он сильно опоздал в первый же день. Естественно извинился. Опоздал и на второй и опять извинился. Я попросила соблюдать режим работы и не опаздывать. На третий день он пришел раньше всех. Жаль только, что в тот день утром не было электричества и я всем отправила сообщение «28.11 начало работ 10.30».
Потом я заметила, что он каждый день приносил не поддающееся логике колличество краски или штукатурки. Потом однажды я дала ему 2 бумажки в качестве «чаевых» и попросила поделиться с двумя другими работниками поровну. Эта задача поставила его в тупик. Он отдал мне деньги и сказал, чтоб я делила сама, как мне хочется... У меня стали закрадываться смутные сомнения... Я не буду вас утруждать перечислением всех странностей, перейдем сразу к диагнозу. У него оказалась одна из самых тяжелых форм дискалькулии. Т.е цифры для него не несли вообще никакой смысловой нагрузки. И мое сообщение 28.11 в 10.30 для него было просто иероглифами. Нет, считать он мог, но только то, что видел сам. Мог без проблем посчитать овец в поле. Не гарантирую, что до тысячи, но до 50 точно. Все, никаких других математических действий он не знал. Сейчас, если у ребенка такие проблемы, то ему дают специальную программу. Учат рисовать квадратики и по ним считать «у Маши 5 карамелек, а у Саши на одну меньше». Но тогда, тем более в Аргентине, никто этим не заморачивался. Его просто объявили тупицей и пару раз оставили на второй год. Он не воспринимал цифры вообще и не умел ими пользоваться, со временем у него вообще развилась «нумерофобия», он просто избегал цифр. Хотя в остальном он был очень смышленым парнем. Диего с трудом окончил школу и поступил в художественное училище. Хотел стать художником или даже реставратором, один раз участвовал в реставрации церкви, он мне показывал фотографии. Но с его проблемой было очень тяжело работать. Диего не видел разницу между 37 и 73 или 15 и 50. Ну а уж цвет « РАЛ триста двадцать пять» был просто адом. Это сколько 326, 352, 235 или даже 300205?? Чтобы компенсировать такой косяк, природа дала ему дар, он абсолютно безошибочно разводил цвета на глаз. Это надо было видеть. Смотрит на ставни или двери, разводит в ведре красный, синий, белый, черный, 3 капли желтого, 2 капли зеленого и вот вам абсолютно тот же цвет, не отличить от оригинала.
Диего не мог толком написать свою дату рождения и налоговый номер. А если в бланках требовалось указать дату начала работ, предполагаеный срок выполнения в часах или номер счета, куда деньги перечислить, то его сразу отсекали на этом этапе. Поэтому у него не было больших проектов, в основном он делал стандартные квартиры. Он просто научился на глаз определять один квадратный метр. И на маленьких площадях считал пальцем. Вот в этом ряду 5, потом 6,7,8,9,10, потом почти 11, почти 12, почти 13, почти 14 и почти 15. Итого «хозяйка, тут почти 15 метров». Так он, сам того не зная, прошел мой тест на честность. Подозреваю, что в прошлом некоторые работодатели, заметив такую проблему, заплатили ему меньше, чем надо. Перепроверить он просто не мог. Он примерно знал, что двухкомнатная квартира- это столько-то ведер краски и столько-то денег. Трехкомнатная- столько-то. Так и работал.
На самом деле- это практически инвалидность. Вот кто-то скажет, что это ерунда, руки- ноги есть, сам ходит, не слепой и не глухой, даже машину водит, да водит со скоростью «в городе медленно, за городом побыстрее». Но попробуйте провести один день вашей жизни без цифр, т.е без часов, минут, граммов, метров или миллиметров, без номера автобуса и без цен в магазине. К счастью, у него были друзья, которые всячески помогали.
Его жизнь реально была очень тяжелой и по человечески мне его было очень и очень жаль. Он по-прежнему путал дни и часы, но вместо «12.01 в 9.30» я отправляла ему голосовые сообщения «завтра с утра приходи не слишком рано. Позавтракай спокойно, потом едь к нам». Материал он покупал всегда в одном магазине, его там знали, и надеюсь, что не обманывали. Поэтому я просто писала на листке метры, а они уже высчитывали сколько ему ведер или банок дать. Как он платил, для меня останется загадкой, надеюсь, что друзья договорились с магазином.
Естественно, он не мог сказать, сколько часов или дней осталось до окончания работ. Все исчислялось в условных единицах «Много» и «Мало», например «вот эту комнату я загрунтую быстро, потом коридор вот до сюда в пятницу, а отсюда до сюда уже на следущей неделе. А фасад большой, тут будет долго». Он говорил, я загибала пальцы и мысленно умножала на два, а то и три (там же еще покраска в два слоя) и добавляла процентов 25% на остановки из-за материала. Краска всегда кончалась в самый неподходящий момент, пока я не научилась писать записки в магазин красок.
К сожалению, его работа пересекалась с другими рабочими. Поначалу его ругали, но когда поняли, что человек, несмотря на очевидные трудности, работает хорошо, то относились с пониманием и даже с уважением, сроки уже были сорваны давно и безнадежно, лишние пол дня ничего не меняли.
Работу он сделал очень хорошо, чисто, ровно и аккуратно. Все порывался сделать мне рисунок на стене, но я прикинула, на сколько затянется «будет долго, но я буду стараться побыстрее», поблагодарила и отказалась. Зато подарил одну свою картину на память, сказал, что мы к нему очень хорошо относились. Да, он пишет холсты в редкие свободные моменты.
Поэтому, если вдруг когда-то на вернисаже худенький кареглазый аргентинец Гаспаре Диего Экзекель предложит вам картину, то не спрашивайте у него размеры, он их просто не знает. И не торгуйтесь, он всегда говорит честную цену.

20.

С- Петербург, Малая Охта, 2010- 2015. Бытовые зарисовки.
Хороший сосед- это которого не слышишь, не видишь, и вспоминаешь о нём, только здороваясь, встретившись на лестнице. Но бывает и иначе.

Тринадцатая квартира была последняя коммуналка в нашей парадной- все остальные четырнадцать отдельные- в собственности жильцов. И всё бы ничего, но у одной из тёток- жильцов тринадцатой квартиры, была скверная привычка- пакет с мусором выставлять на площадку. Иногда ненадолго, иногда на несколько часов- типа, собираюсь на помойку, сейчас выброшу. А из пакета дрянь какая- то течёт на ступени. И запах.

Алкаш там ещё жил – Боря звали, его, если сильно нажрётся, жена домой не пускала – утром идёшь на работу- спит красавец на площадке, под дверью на коврике. Примерно пару раз в месяц регулярно.

Вроде и не шибко скандальные соседи, но всё равно напрягает. Поэтому, когда квартиру наконец расселили, все вздохнули с облегчением.

С полгода шёл ремонт- основательный такой. Видно было, что владелец не нищий – по качеству материалов и работ. Потом грузчики таскали мебель- ничего, вполне пристойную. Ну и наконец, появились владельцы – пожилая семья.
Появились и появились, поздороваешься на лестнице и довольно. Что главу семьи зовут Андрей, я вообще где- то через год узнал. Странный он какой- то был. Даже «который час» ухитрялся произносить назидательно и со значением- будто воспитывал кого- то.

На Пасху вместо «Здравствуйте» весело говорю ему- «Христос воскрес», у соседа морду так перекосило, как будто я ему говна на палочке под нос сунул- ничего не ответил, промолчал и поспешил удалиться. Притом сам ни разу не Еврей и не мусульманин. Хрен поймёшь.

Поздно вечером звонок в дверь, открываю.

- Простите, нельзя ли у вас попросить немного корма для собак? Я завтра куплю и отдам.

Он подобрал щенка на помойке- я аж умилился. Оказывается, мужик не чужд милосердию. Конечно отсыпал ему, что барбоса голодным держать?

- Не надо, говорю, ничего отдавать. Мне для собаки не жалко.

А вот на прогулки он своего пёсика водил более, чем своеобразно – в наморднике, но спустив с поводка. Тот носился кругами по микрорайону, по всем скверам и детским площадкам. Гуляю как- то со своим барбосом- гляжу, соседский пёс в песочнице, задравши хвост, самозабвенно отправляет естественную надобность, а Андрей спокойно стоит рядом, дожидаясь конца мероприятия. Закончили, и, натурально, собираются уходить. Ну, у меня в кармане всегда несколько полиэтиленовых пакетиков- протягиваю соседу- тот смотрит с недоумением.

- Вы за собакой своей убрать не хотите?

Слышали бы вы, с каким внутренним достоинством он назидательно ответил-

- На это есть дворники.

Ну всё. Этой фразой он мою вяло тлеющую симпатию (по сравнению с прежними жильцами) к себе на ноль помножил- людей, которые не подбирают за своими собаками, я за людей не считаю. Тем более- это была песочница на детской площадке. Дождался, пока они уйдут, убрал сам.

Шло время. Мы с соседом не общались, только здоровались. Однажды мне стоило некоторого напряжения произнести не ехидно, а по привычке- абсолютно нейтральным тоном- «Добрый день». У соседушки куртка на спине, сзади под воротником была щедро измазана собачьим дерьмом- видать сумел кого- то достать. Ну, да не моё дело.

Как- то он приехал домой с полуотодранным с ветрового стекла плакатом «стопхам»- «Мне плевать на всех, я паркуюсь как хочу». Надо отметить, что клеят их так, что не отодрав, управлять машиной невозможно – ничего не видно. Видать и тут достал кого- то. Такой человек.

А когда мы случайно столкнулись в местном минимаркете, и он, увидев меня, пытался прикрыть чем- то две бутылки водки в своей тележке- многое прояснилось.

Ещё несколько времени спустя жене моей удалось совершить маленькое чудо- заставить жилконторских бюрократов раскошелиться на косметический ремонт парадных дома. Мы каждый месяц в квитанциях на коммуналку читаем строку- капремонт. И платим. А раз платим- ремонтируйте. Эта общественная деятельность продолжалась примерно полгода, отняла кучу времени и нервов, но завершилась победой- начался ремонт.

Отремонтировали. И даже довольно прилично. Что этому Андрею не понравилось в ремонте? Не знаю. Но он счёл совершенно нормальным читать моей жене нотации на тему-

- Вы должны были согласовать с жильцами, каким цветом будут выкрашены стены. Почему выбран такой светлый оттенок? Он же будет пачкаться! Я предлагаю вам договориться с ремонтной бригадой и перекрасить стены.

Ну он что, полный идиот? Как он это себе представляет? Тут за чудо считаешь, что вообще удалось чего- то добиться, а этот романтик вполне всерьёз требует переделку? И ведь пристал, как банный лист – как увидит жену, так начинает гундосить. Потом на меня переключился.

- Леонид, я прошу вас поговорить с вашей супругой- думаю, я не единственный из жителей дома, кто не согласен со слишком светлыми стенами в парадных- давайте попытаемся добиться переделки.

Фраза «НЕ СОГЛАСЕН» произносится с явным нажимом- для усиления впечатления. Блин. От подобных предложений, кроме как повертеть пальцем у виска, более ничего в голову не приходит. Понятно, у всех свои тараканы в голове, но не до такой же степени?

Кем он себя вообще возомнил? Почему был уверен, что я тотчас побегу уговаривать жену из за его капризов? Я постарался максимально вежливо сформулировать, что никто ничего перекрашивать не будет, пытаться добиться этого- бессмысленное занятие. Как об стенку горох. Ну не понимает человек- в своей реальности живёт.

Следующая беседа закончилась уже с явным раздражением обеих сторон- достал.

- Вы упорно продолжаете игнорировать мою позицию?

- Да продолжаю, и буду продолжать. А вы избавьте меня и мою семью от вашей пьяной демагогии!

Обиделся, поджал губы и ушёл к себе лечиться от огорчения – явно без стакана там не обошлось. Но не успокоился- и следующая выходка уже ни в какие ворота не лезла- Андрей остановил на лестнице мою жену, и стал при соседях её отчитывать скрипучим голосом–

- Потому, что вы позволяете себе думать только о своих удобствах, игнорируя мнение большинства!

Интересно, где он там большинство увидел? Ну, такого терпеть я не буду. С соседом была проведена разъяснительная беседа на тему- «не дай Бог, увижу рядом с моей женой, будет плохо».

К слову сказать, мужичок был достаточно субтильный- не то, чтобы совсем соплёй перешибёшь, но мы с ним находились в очень разных весовых категориях.

Перестал здороваться, встречаешь его на лестнице, демонстративно игнорирует. Но хоть заткнулся- уже польза.

После ремонта на лестнице остались висеть пучки проводов – телевизионные, слаботочка, каждый себе в квартиру интернет проводил оптоволоконными кабелями, да система домофона по всем квартирам разведена- всего не знаю. Раньше они были к стене хомутами прикреплены, строители, когда стены штукатурили их отодрали, а на место крепить не стали- вот эти бороды и свисали от площадки к площадке.

Я пару недель потерпел это безобразие- ходишь по лестнице, чуть головой их не задеваешь- ну, раз никто об этом не беспокоится, придётся мне. Взял кабель каналы побольше размером, и за пару выходных прикрепил их по всем этажам. Процедура та ещё- пришлось изобретать специальное приспособление, чтобы можно было установить приставную лестницу на ступенях.

И вот значит, я под потолком, балансирую на лесенке как канатоходец, перфоратор лежит у ног, в руке шуруповёрт, креплю к стене очередную секцию кабель канала. Одной рукой придерживаю кабель канал параллельно ступеням, другой засовываю саморез в отверстие дюбеля, а третьей- третья рука нужна, чтобы шуруповёртом этот саморез завинтить, не нарушив симметрии. Идёт мой соседушка- проход я ему лестницей перегородил, ничего, пару минут подождёт, пока саморез закручу, потом лестницу переставлять надо, и проход освободится.

Ага, щаззз. Что делает этот идиот- пытается пролезть в створ лестницы. Там всё достаточно ненадёжно стояло- толкни, повалится. Ну, он и толкнул.

Бл…дь. Нет, БЛ………ЯЯЯЯЯ…….ДЬ!

Как я, падая успел уцепиться за перила- извернулся, схватился, основательно получил шуруповёртом по уху- хорошо, хоть он на петле на руку был надет, вниз не полетел. Иначе разбился бы- со всего пролёта падать. Собственно, и мне мало не показалось бы- туда грохнуться. У нас потолки высокие- три с половиной метра. Идиот- сосед получил по спине лестницей, на сладкое- перфоратором по рёбрам, взвизгнул, и на карачках полез по ступеням вверх- мы на пятом этаже жили- квартиры напротив.

Догонять я придурка не стал- он и так перепугался почти до икоты- глаза у меня были бешеные, а за такое одним «спасибо» под зад коленом не отделаешься- он думал, наверное, что сейчас ему будут морду бить. И поделом, заслужил, дебил. Повезло, что оба легко отделались- с лестницы грохнуться- руки- ноги переломать- запросто.
Взаимное «уважение» росло и развивалось.

Масштаб этого антагонизма достиг максимума при следующем эпизоде. Ну тут уж я просто не сдержался. Приехал с дачи, поднимаюсь по лестнице- у меня две тяжеленные сумки в руках. Сверху спускается Андрей. Нормальный человек всегда слегка посторонится, чтоб разойтись. Этот же идёт ровно по середине, игнорируя моё присутствие. И, понятно, ощутимо получает одной из сумок- я уже говорил, что мужичок габаритами был мелковат, его так конкретно развернуло- несмотря на то, что я попытался дать ему пройти. Иду дальше, а мне в спину- гневно-

- Лёня! Ты что себе позволяешь?

Что, бл..дь? Какой я тебе на хрен Лёня, да ещё на ты? Ставлю сумки на площадку, спускаюсь вниз- аккуратно беру соседа за воротник, разворачиваю, и мягко впечатываю в стену. Правая рука свободна. Глазки у него запрыгали, видно, нечасто бывал в таких ситуациях. Очки на лоб перекосились. Слегка придавливаю его вниз, чтобы коленки согнулись- и медленно, глядя в глаза-

- Лёней, кроме близких родственников, меня уже давно никто не зовёт. В друзья набиваешься? Ещё раз услышу- пожалеешь.

Легонечко толкнул его в стену, отпустил и к себе- наверх. Молчит, в себя приходит. И то сказать- можно быть болваном, но на хрена вот так на ровном месте на мордобой напрашиваться? Это я блин, гуманист, а будь на моём месте гопник?

Прошёл день, звонок в дверь- местный участковый пожаловал. Здрасти.

- Здравствуйте. Я ваш районный участковый, лейтенант Егоров. Поступило заявление от вашего соседа. Он пишет, что вы его запугиваете, постоянно угрожаете, и применяете рукоприкладство.

- Присаживайтесь, лейтенант.

Пообщались, я обрисовал ситуацию.

- Этот мой соседушка в состоянии выбесить кого угодно. До белого каления. Кто ему дал право прилюдно читать нотации моей жене? Рукоприкладство? Много чести- подержал его раз за воротник- это рукоприкладство? Стану я об него руки марать. Между нами- я в прошлом мастер спорта, и он даже не представляет, что я могу с ним сделать. Не всем везёт с соседями- мне вот не повезло.

- Вы пройдите по квартирам- спросите у жильцов, кто я, и кто он- много интересного узнаете.

- Значит имел место устный конфликт? Так и запишем.

Участковый потом заходил ещё раз- спросить, не хочу ли я письменно сформулировать свои претензии- я отказался. Прощались, сказал-

- Вы были правы, дедушка в состоянии достать кого угодно.

Такое услышать от участкового- дорого стоит. Видать сосед и в отделении всем мозги вынес.
А потом произошла история, несколько выровнявшая наши отношения. Когда к Андрею приходила в гости его дочь – барышня была взрослая, и жила самостоятельно, она обычно привязывала своего пса на площадке между пятым этажом и чердаком- видать они с соседским пёсом общего языка не нашли.

Однажды идём с собакой с прогулки. Лето, жарко. Гляжу- сидит этот привязанный, язык высунул. Мой подбежал к нему, обнюхались, поздоровались. Я поднялся, взял своего за ошейник, на привязанного смотреть жалко – от жары изнывает, бедняга.

- Что, не жалует тебя хозяйка? – а он мне руку облизал.

Спускаюсь в квартиру, беру миску с водой- и иду наверх, хоть попить дать бедняге. Не углядел сразу- пса как подменили. Нагибаюсь поставить ему миску- тот меня крепко так прихватил за руку, рявкнул, подвизгивая, завалился на бок и описался. Грешен, пнул его ногой разозлившись – да больше от неожиданности.

Эта его хозяйка, услышав возню и визг, выскочила на площадку. Я спускаюсь, миска в руке, кровь на ступени капает- она смотрит, рот раскрывает, не знает, что сказать.

- Вы ему попить… а он так…

Дура. Через час примерно поднимаюсь, слышу диалог на лестнице- Андрей выговаривает дочери-

- Сейчас он получает справку в травмпункте, а оттуда в милицию пойдёт- что ты говорить будешь?

- Он с миской стальной подошёл, блестящей, а я Рекса линейкой такой наказываю, если не слушается- стальная. Рекс полировки и испугался.

А, ну теперь понятно, что там произошло. Бить собаку – тебе бы самой, идиотка, стальной линейкой по морде. Сталкиваемся на площадке. Соседи из шеренги перестраиваются в колонну, уступая мне дорогу. Девица лопочет что- то, что собака у неё здоровая, все прививки, Андрей молчит, но физиономия бледная.

Никуда я конечно не пошёл. А уж жаловаться- тем более. Рука поболела пару дней и прошла. Дня через три, когда соседи поняли, что никаких репрессий не предвидится, Андрей, встретивши меня на лестнице, вежливо и с облегчением поздоровался. С тех пор отношения наладились.

Через полгода они переехали – тяжело стало пешком на пятый этаж подниматься – лифта у нас нет, а из за высоты потолков, пока дойдёшь, запыхаешься.

На память об этой истории остался у меня маленький шрамик на правой руке. Будем считать, что знакомство с такими людьми кругозор расширяет…

На фото- те самые кабель каналы под потолком.

21.

Дорожная

Эта история, почти мистическая, приключилась со мной зимой, на первом курсе мореходки. Тем вечером, уже в сумерках, я добирался из Стрельны домой, в город, и остановил на Леншоссе попутную грузовую машину. За рулем сидел, как мне показалось, молодой парень, чуть старше меня. В кабине было сильно натоплено: я снял шапку и расстегнул шинель. Он предложил папиросу. Я не курю, но почему-то, наверное, из вежливости, согласился. Мы задымили.
Водитель спросил: «Как служится?»
Ответил, что: «Больше учится, чем служится».

Его звали Петром, и он начал рассказывать, как ему служится, вернее, служилось. Как задолбали офицеры, которые заставляли весь день куда-то идти, а потом всю ночь рыть окопы, а утром опять надо было куда-то идти и следующей ночью снова рыть окопы, но уже в другом месте. Рассказал, что ППС таскать гораздо удобнее, чем ППШ и что он мечтал служить в автобате и как ему потом повезло, когда его, после ранения и госпиталя, наконец-то, отправили в автороту. Как летом 45-го года замполит возил их всех на экскурсию в Берлин и как он расписался на Рейхстаге.

Это была совсем не та история о войне, которую я много раз слышал в школе на встречах с ветеранами. Это был трёп приятеля в курилке, рассказ курсанта из соседней роты, безо всякого учета разности в возрасте поколений, как сверстника со сверстником.

Я был ошарашен той встречей. Та далекая война вдруг оказалась совсем рядом, а седые ветераны неожиданно, на мгновение, стали моими ровесниками.

22.

Доктор Бернард Лоун прожил 99 лет. И на сотом году жизни он ушёл в лучший мир. В тот, куда уходят лучшие. Он автор книги «Утерянное искусство врачевания». Коллеги обвинили его однажды в колдовстве; это в наше время. Уважаемые доктора заподозрили, что кардиолог Бернард Лоун даёт пациентам веселящие зелья. Или магию применяет. Потому что мрачные, опустошенные, ожидающие смерти со дня на день больные начинали улыбаться, розоветь и выздоравливать после разговоров с этим гениальным врачом.

Нет, он, конечно, лечил «сердечников». И дефрибиллятор он изобрёл. И он следовал протоколу лечения, а как же! Но ещё он понял, что слова могут убить, могут и исцелить. И врач лечит словами не в меньшей степени, чем лекарствами и операциями. Именно доктор Лоун описал случай, когда после звонка токсичной злой матери скоропостижно скончался пациент, который шёл на поправку. Как будто его прокляла злая ведьма… Он описал случай, когда хороший врач сказал при пациентке плохой диагноз, - и женщина моментально погибла без видимых причин. Он описал старичка, который переписал свое имущество на зятя, а потом боялся вставать и ходить - зятю мешали звуки шагов пожилого человека. И старичок чуть не погиб, сердце его было разбито… Это он, доктор Лоун, дал пациенту расписку, что тот проживёт ещё пять лет. Безнадежному пациенту. От безнадёжности. И этот пациент прожил пять лет, обзавёлся семьей, и снова пришёл за распиской. И стал жить дальше; как не жить, если доктор расписку дал?)

Доктор Лоун понял, что наше сердце разбивают злые слова и мучительные отношения. Причина таких болезней - в эмоциональном окружении пациента. И для исцеления надо сначала защитить человека от токсичных влияний. Он и сам защищал. Даже писал письма родственникам, которые обижали больных. Такой вот был этот доктор Лоун.

Именно он разрешил перенёсшим инфаркт пациентам шевелиться и двигаться. До этого их заставляли лежать неподвижно, - и они погибали чаще от плохих мыслей, от страха и беспомощной обездвиженности. Он спас тысячи жизней, этот доктор Лоун.
И ещё он написал о тайных праведниках, которых прислали в этот мир с определённой миссией - сделать его лучше. Это уж совсем мистика, не так ли? Но это правда. И одним из таких особенных людей, возможно, был сам доктор Бернард Лоун. Великий доктор, напомнивший об утерянном искусстве врачевания словом.

Он ушёл на сотом году жизни. Такие люди словно всегда рядом и всегда поддерживают нас одним фактом своего существования. Что бы мы без них делали? Без этих специально посланных в этот жестокий мир людей…

Короткая справка. Бернард Лоун родился в 1921 в Литве, в еврейской семье. Тогда его звали Борух Лак. Один из его дедов был раввином. В США он приехал вместе с родителями, когда ему было 14. Помимо успешной практики он был известным общественным деятелем. Основанная им организация "Врачи мира за предотвращение ядерной войны" в 1985 году получила Нобелевскую премию Мира.

23.

- Мама, научи меня жарить картошку!, - сказал я в 12 лет.
- Хорошо, - сказала мама и научила.
Зажимаешь картошку в руке, делаешь продольные разрезы и стругаешь тонкими прямоугольниками. Добавляешь жир и жаришь, обязательно перемешиваешь ножом.....
Советский Союз, многие родители днём на работе. Во время обеда, все школьники, кто был на первой смене возвращаются домой и лезут в холодильник за едой. У кого борщ в кастрюле, у кого вареная волбаса, а у кого и просто хлеб с маслом. Покушал и бежишь на улицу до вечера.

Я и мой одноклассник жили рядом и как то я предложил ему пойти ко мне жарить картошку. Картофель дома был всегда! Мы покупали его по 5-7 кг. И кстати практически не портилась. Одноклассника я заставил чистить картошку, а сам взял на себя процесс жарки. Когда все было готово он был в восторге от вкуса, поджаристой корочки и аромата! Потом он растрепал об этом в школе и в результате ко мне стали приходить одноклассники после учебы. Иногда количество картофелеедов достигало 5-7 человек. Тогда скидывались и покупали картошку на оставшиеся от завтрака копеечки. Образовался такой "Картофельный клуб", где пока я готовил обсуждали последние новости. Конечно я тогда был в центре внимания, и в школе девчёнки смотрели на меня с нескрываемым интересом. Тогда появилось много друзей и из других классов. Это был успех!

Кода мне исполнилось 18 лет, я пошёл в армию. У нас с мамой даже не возникало мыслей отмазать меня или закосить. Пришла повестка, собрался и пошел. Это был последний сбор со всего Советского Союза, через 2 года Казахстан вышел из состава СССР.

Служить мне выпало на Камчатке и летели мы туда долго. Камчатка меня очаровала! Сплошные леса, которых не увидишь в Казахстане и вулканы на горизонте.
После распределения я попал в связь ПВО и на секретую часть с подземным бункером. Учил морзянку и готовился к "боевому дежурству"

Первый наряд в армии у меня был рабочим по кухне. В обязанности рабочего кроме всех работ входило жарить картошку для "дедов" после полуночи. Я пожарил как учила мама и пошел в мойку чтобы не мозолить глаза "дедам". Через 5 минут меня позвали.
- Ты что повар?, - спросили меня "деды"
- Нет, - ответил я
- А где научился так вкусно картошку жарить?
- Мама научила, - честно признался я.
- Спасибо, вкусная картошка!
Услышать похвалу от "дедов", это все равно что сорвать джек-пот!
Эта история, как вы понимаете имела продолжение.
Когда я прослужил уже почти пол года наш повар долже был уйти на "дембель". Замену ему искали среди нового призыва и никак не находили. Тут и вспомнилась моя кандидатура. Кто то посоветовал меня как умеющего готовить. Я бы на дежурстве и ничего об этом не знал. И вдруг меня вызывают к начальнику нашего подразделения.
- Ты что ли картошку умеешь жарить?, - крупный мужчина в военной форме и с погонами подполковника смотрел на меня исподлобья.
- Картошу...да, могу пожарить...,- мой язык заплетался от волнения.
- Будешь значит поваром у нас в подразделении, - констатировал он.
- Не буду, я кроме картоши ничего не умею готовить, - робко возразил я.
- Научишься, - парировал он.
- Нет не пойду, ребята с моего призыва не поймут, - сказав это я замер, это была дерзость.
- Отсюда ты пойдешь на кухню или на гаупвахту, - голос командира повысился.
- Хорошо, я пойду на гаупвахту, - выдохнул я.
Командир промолчал и решил сменить тактику.
- Ты куришь?, - спросил он
- Курю, ответил я.
Он достал московскую "Яву" и протянул мне, - Закуривай...
Мы сидели и курили. Каждый думал о своем.
- Ты пойми, если не будет замены повару мы не сможем отправить его на "дембель" и так я тоже не могу поступить..., - командир сказал мне это с грустной улыбкой.
- Выручай, на две недели мы отправим тебя в часть в Елизово, там тебя всему научат, вернешся настоящим поваром. И я буду у тебя в долгу, за то что помог мне.
Это было заманчивое предложение, но я не мог принять решение, не поговорив с содатами со своего призыва.
- Хорошо, думай до утра, - командир понимал мои сомнения.
Вечером в подразделении я собрал свои призыв и рассказал им о предложении командира. Многие обрадовались, но кто-то сказал что меня тянет в "тепленькое" местечко. В сушилку где мы собрались ввалилась группа "дедушек". Мы робко притихли.
- Что за митинг? - спросили "деды".
Пришлось им все рассказать. Среди них были те, кто ел ту мою первую картошку. Пошептавшись, они выдали вердикт,
- Ты правильный пацан и картошку вкусно умеешь жарить. Иди в повара никто тебя не будет упрекать или трогать, - они суровым взглядом оглядели моих однопризывников.
Это и решило мою дальнейшую судьбу на полтора года.

Отучившись я вернулся в наше подразделение и до самого дембеля готовил для солдат разнообразные блюда. Не обходилось конечно без казусов, но только в начале моей каръеры. Я проявлял творчество и менял рецептуры по своему вкусу, но всегда мои блюда были правильно приготовленые и вкусные. Солдаты меня любили, если можно так сказать. Часто хвалили мою готовку. На "дембель" я ушел от плиты, снял фартук, помылся, надел "парадку", сел в машину и покинул не только свое секретное поздраделение в лесу, где я провел 2 года, но и саму Камчатку....
Камчатка и служба мне я снятся до сих пор....

А история с картошкой имела свое продолжение уже в родном городе Алма-Ата.

Анна взяла ложку, зачерпнула немного моего пюре и отправила в рот. Глаза ее закрылись, губы двигались. Так пробуют хорошее вино, держа его во рту и не глотая....
- Дайте мне тарелку, - сказала она не открывая глаз.
- Теперь пюре делаем только так!, - она открыла глаза и внимательно на меня посмотрела.
- Самое вкусное пюре что я ела...- взяв тарелку она вышла из кухни.

После армии я поступил в институт и учился на детского врача. Дома готовила мама, у меня не было времени. Днём институт, гулянки до утра, друзья и подруги, вечно молодой - вечно пьяный.... Ах, молодость!

Про свою профессию повара я вспомнил только к 30-ти годам. Не мог тогда найти работу и пришел устраиваться в шикарный ресторан "Американский бар и гриль", кто живет в Алматы наверняка помнят это заведение, которое находилось на втором этаже кинотеатра "Алатау".
Ко мне вышла приятная молодая женщина. Как оказалось она была шеф-поваром ресторана. Звали её Анна.
- Вот рецептура, - она протянула мне внушительную пачку распечаток.
- Нужно сдать теорию и практику, на обучение 2 месяца, приходи как всё выучишь. Анну не интересовал мой опыт работы, ресторан работал по своей рецептуре.
Через 10 дней я пришел сдавать экзамены. Анна конечно очень удивилась, более 80-ти блюд выучить на такой срок! Но не отказала, теорию я сдал на отлично и приготовил на практике блюдо которое она назвала. Мненя приняли в ресторан поваром на гриль.

Как в то время работал ресторан нужно писать отдельную историю. Открывались в 8 утра и уже были посетители. Работали до последнего клиента, гости могли приехать и в 2 ночи и в 5 утра. Работали посменно и оплата была почасовая.
В мою обязанность входило делать гарниры каждое утро на весь день. Одним из гарниров было картофельное пюре. Его перемалывали на каком-то страном аппарате, в результате получалась серая масса и вылядела она прямо скажем не очень. Пюре часто оставалось на тарелках не доеденным и это меня огорчало. Но это была концепция ресторана и менять ее было нельзя.

Тут я сделаю небольшое отступление. На Камчатке, где я служил на ужин постоянно шла рыба с картофельным пюре. Рыбу я жарил, а вот 50 килограмм пюре приходилось пробивать "толкушкой" и поверьте я добился в этом успеха! Пюре каждый день в течении полутора лет! Дома я тоже часто готовил пюре, моей маме очень оно нравилось.
- Как ты делаешь такую нежную картошку?, - спросила она.
- Всё просто мама, нужно точно знать сколько оставить воды после варки и хороший кусок масла, ну и рук не жалеть, - с улыбкой отвечал я.

В один из дней я дождался шеф-повара Анну и предложил ей сделать пюре по своему рецепту. Она конечно отказывалась, это не так просто, нужно чтобы хозяева ресторана это одобрили! Потом все-же сдалась и разрешила. Воодушевленный я взялся за дело. Когда всё было готово я позвал на Анну на пробу.
Анна взяла ложку, зачерпнула немного моего пюре и отправила в рот. Глаза ее закрылись, губы двигались. Так пробуют хорошее вино, держа его во рту и не глотая....
- Дайте мне тарелку, - сказала он не открывая глаз.
- Теперь пюре делаем только так!, - она открыла глаза и внимательно на меня посмотрела.
- Самое вкусное пюре что я ела...- взяв тарелку она вышла из кухни.
После ее ухода, повара, которые работали в эту смену взяв вилки и тарелки потянулись к кастрюле. Досталось даже официатам, все ели приготовленное мной пюре. Официанты были в восторге, а более сдержаные повара покачивали головами в знак одобрения. Так мой рецепт утвердили в элитном ресторане. Через неделю меня назначили су-шефом ресторана.

Так картофель снова помог мне в каръерном росте!
Но на это история с кртофелем снова не заканчивается.

Поработав в ресторане 2 года я решил попробовать себя в другой сфере, а имено в сфере продаж. Нашел компанию в которой торговали оптом морепродуктами и устроился менеджером по продажам. Разобравшись с прайсом я пошел продавать. Я по жизни креативный человек и сразу понял что чтобы продать морепродукты, нужно идти не к снабженцу, а к повару ресторана и конечно мы находили общий язык легче. В то время, наша компани завезла на рынок Казахстана замороженный американский картофель-фри. Да, вы не поверите, вся картошка фри, которая уже десятки лет подается в ресторанах, это замороженный продукт из-за океана! И вот тогда я развернулся в полной мере. Я уговорил шефа купить небольшую фритюрницу и устраивал демонстрации по приготовлению картофеля-фри в отелях и ресторанах. Продажи взлетели втрое, а меня назначили начальником отдела продаж. Картошка снова помогла мне с каръерой.

Мой хороший друг, с которым я часто ездил в командировки и жили в съемных квартирах оценил мое умение готовить. У него была прекрасная жена, но моя кухня его прям заворожила.
Уже в Алматы он часто звонил и просил приготовить его любимые котлетки с картофельным пюре. Раз в месяц я сдавался и готовил кастрюлю котлет и кастрюлю пюре, друг приносил бутылку хорошего вина и мы устраивали "праздник живота". Ели, как говорится "от пуза". А потом, отдыхая от еды сидели и курили, болтая обо всем. Он был "фанат" именно котлеток с пюре, это было неделимое блюдо КОТЛЕТЫСПЮРЕ.

В начале 2020 года мой друг скончался и "праздники живота" прекратились. Сейчас я не работаю поваром и почти не ем картофель, но воспоминания о моей поварской каръере и моих отношениях с картофелем все еще живы в моей памяти.

2021 год

Из сети

24.

Тут в одном из комментариев к годовщине смерти Варлама Шаламова было с придыханием подчеркнуто, что он умер не просто в каком-нибудь доме инвалидов, а в доме инвалидов ЛИТФОНДА.
Видимо, подразумевалось, что в доме инвалидов именно ЛИТФОНДА были идеальные условия.
Увы, если «элитность» того дома инвалидов и имела место, то она была мизерная, судя по воспоминаниям современников.
А мне вспомнился другой дом престарелых, казавшийся сначала тоже чрезвычайно «элитным», но не оправдавшим надежд на это.
Я познакомился с этой пожилой дамой примерно в 1985 году: увидел, что она в булочной купила себе две буханки хлеба и с видимым трудом понесла авоську с этим хлебом домой. Я помог ей донести ту авоську до квартиры, благо жила она сравнительно недалеко от той булочной.
Пока мы шли, она начала рассказывать мне свою жизнь, и была так любезна, что пригласила к себе домой и напоила чаем.
Даме было примерно 75 лет, как оказалось, она практически всю свою сознательную жизнь проработала учительницей русского языка и литературы в одной из центральных школ нашего областного центра.
Ее муж, погибший в финскую войну года через несколько лет после их свадьбы, оказался первым Героем Советского Союза в области, так что его вдова получила почета в те годы полной мерой.
Почти 50 лет она прожила в однокомнатной квартире в «сталинском» доме с прекрасным видом на набережную Волги. На стене этого дома была установлена мемориальная доска с портретом ее мужа, «Мишеньки», как она его называла даже через 45 лет после его смерти. Он ее в немногих письмах, дошедших к ней с той "незнаменитой" войны, называл "Асенькой" (ее звали Анна, кажется, Владимировна - отчество ее уже не помню)
Детей у них не было, выйти замуж (и, видимо, даже завести роман) после гибели мужа-героя ей представлялось крайне неприличным - тем более, что повторное замужество лишило бы ее прав на приличную пенсию за мужа.
Так что жила она одиноко, преподавала литературу лет до 68, а потом разнообразные недуги начали несколько ограничивать ее подвижность, и она вышла на пенсию. Интересно, что о жизни (и особенно о гибели на войне) ее мужа сохранилось очень много данных - о нем есть статья в Википедии, в нескольких музеях десятки его фотографий. О жене его - ни слова, даже не указано ее имя (в музее висит фото с подписью: "Третья слева - жена Героя Советского Союза Михаила такого-то", ни ее имени, ни фамилии).
Я, в те годы - студент-медик, жил не очень далеко от нее (7-8 минут пешком), поэтому я стал периодически (примерно раз в месяц) ее навещать, тем более, она оказалась крайне интересным собеседником, с которым можно было обсудить и исторические события (она прекрасно помнила и сталинские чистки 1930-х, и «борьбу с космополитами» конца сороковых-начала пятидесятых, и почти еженощные бомбежки областного центра немцами во время войны). Как правило, я что-то старался принести ей из магазина, хотя она считалась «обкомовской номенклатурой», будучи не только вдовой Героя, но и народным учителем СССР, а также бывшим членом обкома КПСС, и ей не то раз, не то два в месяц были положены "продуктовые заказы".
Ее навещали, на самом деле, очень многие из ее бывших учеников и учениц. Часть из них уже стали "большими людьми": директорами заводов, начальниками цехов, и т.п., и они в меру своих сил и возможностей старались помогать своей бывшей учительнице, которую очень любили.
Она действительно была не только хорошим преподавателем, но и очень хорошим человеком, это через какое-то время понял даже я, который у нее не учился ни дня. Русскую литературу при этом она обожала, и мы всегда находили с ней, что обсудить, тем более я тогда не был "директором завода" или даже "начальником цеха", и вполне мог выкроить полтора-два часа раз в месяц, чтобы с ней поболтать.
Так получилось, что двое ее наиболее возрастных учеников, которые ей больше всего помогали по жизни (став крупными начальниками), умерли в 1985 году, с интервалом в пару месяцев. И ей стало очень одиноко – они были одними из самых любимых ее учеников, и при этом – верными помощниками своей старенькой учительницы, ее поддержкой в разных треволнениях периода «разгара перестройки».
Чувство нарастающего одиночества привело к тому, что у нее созрела мысль - переехать в "элитный" дом престарелых под эгидой местного обкома партии.
Она съездила туда "на экскурсию", на машине одного из своих бывших учеников, и – там ей понравилось!
Разумеется, сотрудники обкома "ухватились" за эту ее идею переезда, обещали ей "золотые горы" и "прекрасный уход" в живописном пригородном поселке, где этот дом престарелых был расположен (думаю, обкомовцы имели в виду, прежде всего, освобождение ее квартиры в престижном доме на набережной).
В один прекрасный день ее, вместе с ее нехитрыми пожитками, среди которых, в том числе, были и письма ее погибшего мужа, перевезли в тот дом престарелых на РАФике, присланном обкомом..
И, как мне рассказал потом один из ее бывших учеников, успевших ее там навестить, этот переезд оказался полным шоком для нее.
Сотрудники дома престарелых, "избалованные" проживанием в том доме родителей многочисленных высокопоставленных детей, почти откровенно вымогали деньги с постояльцев за то, другое, пятое, и десятое. Особых сбережений у престарелой учительницы не было, детей, которые могли бы приехать, и или дать денег персоналу, или гаркнуть на них - тоже не было.
Вернуться в свою однокомнатную «сталинку» на набережной она уже тоже не могла – туда через два дня после ее выезда уже заселилась "молодая, но ранняя" сотрудница обкома.
И вот эта дама превратилась буквально за пару дней из уважаемого человека, известного в городе педагога, вдовы героя Советского Союза, жившая почти 50 лет в доме с мемориальной доской, установленной в его честь, в "бабку из 11 палаты", которая даже не могла заплатить лишний рубль санитарке, чтобы та принесла или унесла вовремя судно…
Всего через два месяца пребывания в "элитном" доме престарелых "Асенька" умерла от инфаркта.
Скорее всего, просто не сумев приспособиться к "элитным" условиям пребывания в обкомовском доме престарелых...

25.

Эта весьма конфузная история случилась, когда мне было около сорока лет. В тот год я успешно развелся со своей второй женой. Был месяц август. Экс-жена уехала на месяц заграницу налаживать личную жизнь, дочка поехала к бабушке с дедушкой, а я остался с 12 летним сыном и перешел в полу-отпускной режим (я программист фрилансер), чтобы хорошенько потусить с сынишкой. Отступление: Когда я рос, у моих родителей было садистское правило - в августе они заставляли меня заниматься по основным предметам предстоящего класса, с целью, как они объясняли: подготовиться к школе. Я тогда думал, что когда вырасту никогда не буду так поступать со своими детьми, но оказалось, что мне не удалось порвать этот порочный круг и я продолжил мучительную традицию. Я нанял для сына двух учительниц: математики и русского языка. Они занимались с ним каждая по полтора часа, пока я работал, а потом оставшееся время я проводил с сыном. Математичка была веселая и открытая женщина моего возраста с приятной внешностью. Учительница русского языка, напротив была пожилой пенсионеркой, тучной наружности, и командирскими манерами бывшего завуча. Перед ней я опять чувствовал себя школьником и всегда боялся, что она вызовет моих родителей в школу)). Называл я обеих по имени и отчеству и на Вы. Занятно, что обоих звали Оксанами. Оксана Юрьевна добрый математик и Оксана Владимировна суровый бывший завуч, хотя по моему бывших завучей не бывает. Один раз завуч, завуч на всю жизнь. Занятия вошли в рутину и ничего не предвещало беды. Те родители, которые жили с ребенком без супруга, знают, как ограничены становятся их возможности не только устроить личную жизнь, а даже просто и примитивно заняться оздоровительным сексом. Другими словами я оголодал практически до сексуального бешенства. И как следствие я положил глаз на математичку - Оксану Юрьевну. Странно конечно, что выражение положить глаз означает симпатию, а положить йух, напротив полное безразличие, потому что в моем случае я скорее положил другое место на Оксану Юрьевну, которая, как оказалось, тоже жила одна с дочерью подростком. Наша с Оксаной Юрьевной взаимная симпатия плавно переросла в ужин в ресторане и несколькими часами позднее расцвела в нежный и интеллигентный секс в гостинице. Почему секс был интеллигентным? Потому что я продолжал называть ее на Вы и по имени и отчеству даже в постели, и надо признаться и меня и ее это несравненно заводило. Вот такой фетиш - я как будто осуществил свои подростковые сексуальные фантазии. И может, она тоже. Я вернулся домой в состоянии приятной неги и внутреннего облегчения. Сексуально бешенство отступило. Сына я нашел спящим в на диване в гостиной с пультом от игровой приставки в руках. Похоже он тоже оторвался в мое отсутствие. Я отправил его в детскую и сам тоже пошел спать. Засыпая, я отправил Оксане Юрьевне романтическую СМСку: Засыпаю в мечтах о Вашей сладкой письке Проснулся я от настойчивого дверного звонка и со страхом осознал, что первый урок сегодня это урок русского языка, который мы с сыном безответственно проспали. Растолкав с постели сына я побежал открывать дверь. Надо заметить, что Оксана Владимировна (завуч и адепт грамматики) имела привычку раз в несколько дней вызывать меня на серьезный разговор, скрытый смысл, которого всегда сводился к тому, какой я безответственный отец и какой лентяй мой сын. Так было и в этот раз. Сергей, с порога сказала она, мне надо с Вами серьезно поговорить. Я кстати заметил, что Оксана Владимировна на этот раз была раскрашена в макияж и одета в что-то похожее на вечернее платье, что было совершенно нехарактерно для нее. Мы прошли на кухню, я плотно закрыл дверь и между нами состоялся следующий разговор: Сергей, я понимаю, как тяжело жить одному с ребенком, как трудно пережить развод и мужское одиночество, но Ваш вчерашний поступок ввел меня в шок! Откуда она могла узнать? - лихорадочно подумал я. Надо признаться, что психологически я чувствовал себя, как нашкодивший школьник, который перешел запретные границы девятилетняя девочка пукнула и превратилась в бегемотика. Адекватное ли это было чувство или нет не важно. Я решил отреагировать бронебойным школьным методом защиты: полная несознанка Я не знаю, о чем Вы говорите, Оксана Владимировна, твердо парировал я. Ах оставьте! Если имели глупость и дерзость так поступить, то имейте мужество признаться в этом! Я оставался твердым как скала и непоколебимым, как сфинкс. Я ответил ей в ее же витиеватой манере учителя русского языка: Решительно отказываюсь понимать предмет нашего разговора! Да? А как изволите объяснить это?. На этих словах, она протянула мне свой мобильник, на экране которого я с ужасом прочел свою вчерашнюю СМСку: Засыпаю в мечтах о Вашей сладкой письке. У меня во рту пересохло, ладони покрылись влагой и я почувствовал как загорелось лицо. Что ей ответить? - лихорадочно думал я, Скажу, что по ошибке послал - могу подставить Оксану Юрьевну. Что делать? Что?!. И опять же я решил действовать по школьной системе второго уровня защиты: молчанка. Я просто замолчал и не отвечал ничего. Я думал, пытаясь понять, что же пришло в голову 65 летней Оксане- завучу, когда она прочитала: Засыпаю в мечтах о Вашей сладкой письке. С одной стороны мне хотелось истерически расхохотаться, с другой стороны, я боялся, что она доложит в детское гестапо, что я неадекватный маньяк и мне нельзя доверять детей. Ситуация разрешилась неожиданным образом. Поправив прическу взмахом ладони со старческими пигментационными пятнами и кокетливо улыбаясь она пониженным голосом произнесла: Если честно, я сначала разозлилась на Вашу дерзость, но потом, должна признаться, я поняла, что было приятно получить от Вас такое неожиданное признание, как женщине. Второй раз за одно утро земля ушла у меня из под ног. Змеей проскользнула извращенная мысль: А было бы прикольно трахнуть заодно и завуча, но я отогнал эту мысль ссаными тряпками рассудка. С другой стороны, сказать женщине, что не хочешь ее это как гномика из сказки обидеть. Неожиданно пришло вдохновение: Оксана Владимировна, простите меня пожалуйста за вольность! После развода, я сам не свой. Мне всегда нравились женщины старше меня, может из за этого мы и развелись. Простите, что проявил слабость. Я не должен был так делать. Я обещаю, что больше никогда не позволю себе такого по отношению к Вам! Не надо извинятся, Сергей. Я одинока, как женщина и Вы как мужчина. Мы все люди, я Вас прекрасно понимаю и ничто человеческое мне не чуждо, если понимаете о чем я. На этих словах она опять кокетливо улыбнулась, а я подумал: Бля, какой лютый пиздец! Она сделала паузу. Я молчал. Она вздохнула томно и продолжила: Мне кажется, Вы сейчас находитесь в состоянии посттравматического стресса, связанного с разводом. Вы не совсем адекватны. Вам надо отдохнуть. Давайте впредь будем считать, что этого разговора не было. И она протянула мне руку. Я с облегчением протянул свою. В течении следующих двух недель я продолжал встречаться с Оксаной Юрьевной, кстати мы перешли на ты и что- то безвозвратно ушло из наших отношений. Дома же обе Оксаны строили мне глазки, как бы намекая, что у нас есть общий стыдный секрет и надо признаться, что они начали готовить завтраки и вытирать пыль. Особенно смешно было, когда они пересекались. Потом началась школа, работа и новая жизнь. Вот такая история со мной приключилась.

26.

5 РУКОПОЖАТИЙ

«У меня зазвонил телефон.
- Кто говорит?
- Слон.
- Откуда?
- От верблюда.
- Что вам надо?
- Шоколада…»
(К.Чуковский)

Холодный дождь сменился мелким, но наглым градом и тогда я окончательно понял, что меня здесь забыли и бросили навсегда.
Наверное подумали, что я успел спуститься вниз на последнем фуникулере.
Но я не хрена не успел и одиноко стоял среди мокрого леса, в майке, шлепанцах и шортах, в кармане 200 рублей, а на плече футляр с объективом стоимостью 20 000 евро. Так уж получилось.
Это был очень длинный день: я проснулся в Москве в своей постели, потом была самолетная болтанка, разговорчивый таксист-армянин, душные пробки, заселение в гостиницу, и сходу в бой – съемка олимпийских объектов где-то в горах. И ведь ни одна собака не предупредила, что тут наверху в шортиках довольно холодновато, даже летом. Мой замороженный отряд наверняка заметил потерю своего режиссера, но, видимо, от холода решил, что – это я их бросил и сам давно уже отогреваюсь в гостинице.
Я немного потоптался, попрыгал, устроил пятиминутный бой с тенью своей съемочной группы, чуть согрелся и стал размышлять:
Мои плюсы:
1) Не ранен
2) Не особо голоден
3) Диких зверей пока не наблюдаю.
На этом перечень плюсов моего положения подошел к концу.

Минусы:
1) Холодно
2) Дико холодно
3) А как совсем стемнеет, будет еще холоднее
4) Туман
5) Мой мобильник лежит сейчас разряженный на подушке в номере гостиницы (хоть кто-то лежит в тепле)
6) Даже если я чудом спущусь с этих проклятых гор обратно в лето, я все равно не знаю названия нашей гостиницы. Я даже не знаю - в Адлере она, или в Сочи, помню только нелепый рисунок обоев в номере…
Составление списка минусов, внезапно прервал таджик в рваном пуховике.
Он вынырнул из тумана и с разгона чуть не наступил своим грязным кирзовым сапогом на мой замерзший шлепанец.
Я бросился на него, умоляя одолжить спасительный мобильник, для судьбоносного звонка.
Таджик трубку дал и даже от двухсот рублей не отказался, только предупредил, что денег на его счету осталось рубля четыре, только на пару СМС-сок и хватит.
Я схватил телефон, моментально сконструировал очень обидный текст для моих любимых коллег и тут понял, что положение мое гораздо хуже, чем я думал…
До меня дошло, что я не знаю ни одного номера телефона. Вообще ни одного, даже номера своей собственной жены…
За долгие годы, мобильник абсолютно разбаловал меня и усыпил бдительность, делая все сам, вот и незачем мне было запоминать километры цифр, но пришел день расплаты.
Таджик выжидательно смотрел и нетерпеливо топтался на месте.
Несмотря на дикий холод, я попытался мыслить логически и даже вспомнил о теории «пяти рукопожатий», по которой все люди на Земле, не так уж и далеки друг от друга. Черт возьми, да я с самим Пушкиным знаком всего через четыре рукопожатия! Так не уж-то я не смогу дотянуться до каких-то мелких дезертиров на грязном джипе?!
К тому же я был не один, а значит одно "рукопожатие" было обеспечено.
Спрашиваю:

- Браток, ты откуда родом?
- Из Куляба.
- Мимо. А у тебя есть какие-нибудь друзья в Москве?
- Был братишка, но не в Москве, а в Туле, только его депортировали…
- Опять мимо.

С "рукопожатиями" как-то не клеилось.
Итак, я знал только один номер во всей вселенной – номер своего собственного телефона.
Но что мне это дает? Ничего.
Хотя.
И тут я вдруг вспомнил, как лет тринадцать тому назад, шел с приятелем по улице... Как же его звали? Саша, Сережа, Андрей? Точно – Андрей. И вот, этот самый Андрей, затянул меня в магазинчик, где тогда была акция и продавали коробочки с СИМ картами всего по одному рублю за штуку.
Он себе купил и меня соблазнил, да так с тех пор этот номер и прижился в моем телефоне.
Но главное я вспомнил, что номера наших СИМ-карт шли подряд и отличались всего на одну цифру, не помню в какую сторону, но точно - на одну.

Я быстро написал СМС:
«Андрюха, вопрос жизни и смерти! Срочно позвони мне на этот телефон, я все объясню.
Грубас»
Подождали пять минут – тишина. Сделал поправку в другую сторону, опять отправил и о чудо – телефон таджика ожил и заголосил, я взял трубку:
- Ало – это вы прислали СМС?
- Я! Я! Здорово Андрюха, ты не поверишь!
- Только я не Андрей, а его сын. Отец уже лет пять живет в Праге.
Мне ничего не оставалось, как зацепиться за эту соломинку и попросить написать папе в Прагу (сам я уже не мог – руки не слушались, да и на таджика надежды было мало)
Андрей перезвонил неожиданно быстро:
- Ало, Грубас, какими судьбами?
- Долго объяснять. У тебя случайно нет телефона моей жены?
- Так ты женился? Поздравляю! Я ее знаю?

- Ладно, зайдем с другой стороны: у тебя есть телефон моего брата?
- Вроде бы нету, но должен быть телефон его друга Аркаши…
Через пять минут позвонил Аркаша, еще через десять - брат, потом жена, а еще через полчаса, позвонили мои бессмысленные архаровцы, которые к тому времени уже почти доехали до гостиницы…

P.S.

Спустя час я уже почти совсем согрелся в теплой машине, когда у моего спасителя – таджика (мы взялись подвезти его к строительным вагончикам) запиликал телефон, звонили мне.
Это был Андрей из Праги.
Он с явной тревогой в голосе, без предисловий спросил:
- Я все понимаю – звоночки, СМС-ки, горы, Сочи, но вот только одного я понять не могу: Если мы с тобой не виделись уже лет десять, то откуда у тебя среди леса взялся номер моего сына, а ведь ты даже телефон собственного брата не помнишь…?

27.

Давно хотел рассказать эту историю из своего детства , да все как то не было настроения, а тут как раз окном дожди
И вот она снова стучит ко мне в окно, тяжелыми каплями,тук-тук-тук…
Было мне тогда шесть лет. Родители мои развелись и наш самый справедливый суд оставил меня с мамой , которая недолго думая выскочила замуж за морского радиста. Думаю поладили они на почве алкоголя, эту привычку моей маман , наш самый строгий и справедливый не учел , а потому мне еще несколько лет пришлось наблюдать пьесу – на дне , из так сказать первых рядов . Впрочем, вернемся к нашему повествованию. Итак дядька Сережа, а именно так его звали , мужик был добродушный , родом из под Ярославля, где и проживала его родня , куда вскоре и собрались ехать молодожены , а заодно и меня повезли , понятия не имею зачем. Благо на дворе стоял август и в Астрахани стояла жара, так что идея о поездке не сильно меня печалила, гулять пешком я любил, а новые места всегда звали меня…..
Недолго собираясь мы сели в поезд и …Дальше идут идут две страницы мелким почерком со звуками тыдых тыдых, тыдых…описание поездки до Ярославля на поезде. Скучный пейзаж за окном уже описывал некий Куприн, потому даже не буду и стараться.
Первое, что меня смутило в Ярославле, народ на пероне одетый в теплые болоньевые куртки… Хммм - подумал я… Вторая неожиданность - деревенский пазик , который в детстве казался лунным вездеходом, впрочем, дорога по которой мы отправились к родне … оказалась специально предназначена чтоб оправдать это впечатление, если русские горки объединить с батутом, то даже этот аттракцион не полностью бы отразил весь спектр развлечений . Наверное для полного сходства надо было бы добавить игру вышибалы, мяч успешно заменяли летающие чемоданы, постоянно норовившие прилететь кому-нибудь в табло.
Несмотря на мой малый возраст, до меня быстро дошел смысл поговорки – лучше плохо ехать, чем хорошо идти, после того, как автобус остановился на окраине села и нам нужно было идти еще пару километров – вооон до того дома!
Надо отдать должное дяде Сергею, он был жентельменом и понес чемоданы сам, мы же с мамой понесли свои ноги, которые вскоре стали на 15 см длиннее и пару кило тяжелее.
Так сказать первые шаги в лепке из глины…
Трудно поверить в это, но мы дошли до того дома, где нас приветливо встретили Сережины братья и его мама. Еще нас во дворе встречала свинья, но уже с распоротым брюхом, поэтому я сомневаюсь, что она сильно обрадовалась нашему приезду.
Нас проводили в дом, и усадили за стол, был сказан первый тост.
Далее еще несколько страниц мелким текстом со звоном стаканов, бубнением тостов…
День менялся днем, но ничего не менялось в доме, увы не Обломских, с утра все вставали, начинали опохмеляться, все это переходило в завтракобедужин без пробелов, с тостами и звяканьем стаканов. За окном все это время шел дождь… прямо как у Форест Гампе, все виды дождя, от мелкой мороси , до ливня, с шквалистым ветром и грозой и просто тихо постукивающий в ночи по шиферной крыше идеальный вариант для релакса видео на ютюбе. Создавалось впечатление полной гармонии, что происходит внутри и снаружи дома, полный дзен мог бы сказать я, но наука китайских мудрецов еще мне была не известна. Дом пропах сыростью, точнее СЫРОСТЬЮ. Она проникла повсюду, в каждый уголок этого дома, в каждый уголок и казалось заползла в умы и души его жителей.
Через неделю свинина закончилась, а самогон – нет. Эх-сказали трое братьев и как в сказке вскочили на коней, хотя нет.. то было в сказке, наши же герои оседлали старенький урал с коляской и помчались разбрызгивая грязь, в темный,мрачный, пасмурный, сырой лес. Никого не смутило то, что водитель коня не просыхал неделю, впрочем кого это могло смутить? Вернулись они скоро, и бросили на сковородку огромный гриб моховик. Вечерело…в стаканах плескалась самогонка…
Через годы я посмотрел Сталкера, Тарковского… И на меня снова хлынули черно-белые воспоминания, того депрессивного алкогольного настроения средней полосы России…

28.

В 16 лет я подрабатывал переводчиком. Помогал американцам, которые стали в изобилии приезжать в открывшуюся Россию. Как-то проводил одного господина до его номера в гостинице. Вдруг он с неподдельным серьезным пафосом говорит: "Я хочу отблагодарить тебя за прекрасную работу, ты переводил великолепно. У меня для тебя есть подарок, это очень полезная вещь, ее можно по-разному использовать. Ты умный парень и, конечно же, найдешь ей применение. И не благодари меня, мне самому приятно, что могу сделать для тебя что-то хорошее".
И он вынес мне пустую двухлитровую пластиковую бутылку из-под кока-колы. Его глаза светились возвышенным светом милосердия и благотворительности. Справедливости ради, нужно сказать, что такие бутылки продавались тогда только в валютных магазинах, в обычных их еще не было… Его звали Алан и он был ведущим какого-то известного ток-шоу в Голливуде.

29.

Внмание! Для не переносящих ненормативную лексику вообще - рекомендуется пропустить! (Я и сам не ее поклонник, но в данном случае - из песни слов не выкинешь.)

Для остальных продолжаю. В нашем НИИ одна из сотрудниц вышла замуж и добавила фамилию мужа , который был этническим корейцем со стандартной фамилией Ли, к своей - Семенова. Получилось : Ли - Семенова. Полностью сменить не захотела - университетский и кандидатский дипломы, статьи и прочее.
И как-то мы с с ней и с другими сотрудниками поехали на научную конференцию. подготовив доклады. Зачастую в представляемых работах имелось несколько соавторов. И ее случай не был исключением, - кроме нее, было еще двое - Григорьев и Комаров. По правилам той конференции ( да и не только той) авторов следовало расположить в алфавитном порядке, указав инициалы перед фамилией. А у Елены Борисовны (так звали сотрудницу) после свадьбы это конференция была первой.

При объявлении очередного доклада председательствующий обычно зачитывает инициалы докладчиков и их фамилии. Ну, и название доклада, разумеется. Так было и в этот раз. А вот при произнесении фамилий авторов в данном случае он поперхнулся, сделал паузу, снова вгляделся в текст, убедился в правильности прочитанного , и бодрым голосом, с трудом сдерживая смех, огласил - " М.Д. Григорьев, В.Н. Комаров, Е.Б. Ли - Семенова" ! ( Инициалы первых двух не помню, честно говоря, но смысла это не меняет) . В зале возникло оживление, все потянулись к программе конференции, - убедиться, что не ослышались. По мере доклада смех звучал то там, то здесь - не все сразу включились. Покрасневшая Елена Борисовна (а именно она была докладчицей) пыталась что-то рассказать, но внимание слушателей вернуть не удалось...

Вторая часть комедии наступила на следующий день - в перерыве при обсуждении докладов в мужском кругу. В середине 80-х бейджики с фамилиями на конференциях еще не раздавали, поэтому в дискуссиях вначале было принято представляться. И разумеется, в ответ на произнесенные фамилии прозвучала реплика - " А, так это те самые Григорьев и Комаров, которые Е.Б. Ли - Семенова !! ". Так их и запомнили..

Напоследок скажу, что в позднее опубликованном сборнике докладов конференции , - вопреки правилам, инициалы Елены Борисовны были напечатаны после ее фамилии.

О чем был ее доклад, - убей, не помню.

P.S. Ситуация , подобная описанной, иногда возникала и в прессе . Так в 80-х годах в газете "Комсомольская правда" был корреспондент по фамилии Бай, и с именем Евгений. Авторов репортажей в "Комсомолке" обычно указывали так - первая буква имени, а потом фамилия. И только в данном случае вместо того ,чтобы напечатать - "Е.Бай" ( поди знай - ведь могут воспринять как повелительное наклонение глагола), указывали - "Евг.Бай". Желающие могут проверить в архиве.

30.

Первый миллион. Правдивое повествование из мутных 90х.
Лето 1992 удалось на славу. Жаркая солнечная погода совсем не располагала к труду и пол Мариуполя валялось по пляжам. СССР уже развалился и большинство украинцев задумчиво чесали репы на предмет что же делать со свалившимся на них богатством, а совсем небольшое меньшинство, во главе с руководством КПУ и местным криминалом прибирало это богатство к своим потным рукам.
Митрич неделю назад рассчитался с должности руководителя небольшого кооператива и занимался ремонтом в доме. Немного поработав, он отправлялся в сад и кушал там черешню, малину и абрикосы, несметно уродившие в то лето. Пчелки ласково жужжали, птички щебетали, чудно пахло цветами, которые жена посадила вдоль забора. На сердце было радостно и легко от того , что он наконец-то уволился из полукриминального кооператива, удачно найдя подходящий повод. На семейном совете решено было подогнать строительные работы, длящиеся уже семь лет. В колонках АС-90, вынесенных во двор, задумчиво играл Pink Floyd и настроение было великолепным. Митрич включил станок и заверещала распиливаемая доска. Неожиданно он услышал стук в полуприкрытые гаражные ворота.
Выключив пилу, Митрич не торопясь вышел из гаража и обнаружил перед домом двух крепких мужчин, один из которых, по имени Виктор, был ранее его начальником на заводе, где они работали.
Второго, оказалось, тоже звали Виктором. Поздоровались.
- Митрич, - начал задумчиво Виктор первый, немного протянул паузу и выдал: - дело есть. Поговорить нужно.
Митрич отряхнул опилки с лица и предложил гостям пройти в дом, но они замахали руками и начали, перебивая друг друга, рассказывать о своей проблеме.
Дело было неожиданное и как к нему подступиться Митрич сразу и не сообразил. В то время в экономике бартер был основным способом расчета между предприятиями, и каким-то невообразимым образом футбольному клубу с Западной Украины, где было большое количество спиртзаводов, выделили цистерну пищевого спирта. Для ее реализации и покрытия расходов. Каким-то непонятным образом цистерна оказалась в Мариуполе, на территории крупного завода Ждановтяжмаш.
- Митрич, - сказал Витя, - ты же хорошо знаешь замдиректора по транспорту Виктора Николаевича (одни Викторы вокруг - значит все должно получиться, подумал Митрич). Переговори, будь корешем, - попросил Витя. - Очень, очень нужно. И так поглядел Митричу в глаза, что тот все понял - товарищам нужно помогать.

Что такое неохраняемая цистерна чистого пищевого спирта на территории крупного предприятия, работники которого на 80% мужчины? На этот вопрос можно получить много неожиданных ответов, описывающих незавидное или завидное будущее животворящего продукта, упрятанного в 66 кубовую емкость....
Митрич вымыл руки, переоделся и компания отчалила в сторону заводоуправления.

Заместитель директора по транспорту Виктор Николаевич был человеком покладистым и спокойным, как почти всякий мужчина крупного телосложения. Он был постарше Митрича лет на 15. Однажды Митрич очень помог ему, когда его сотрудник разбил в хлам дорогостоящий грузовик, поэтому отношения у них были почти дружескими.
Войдя в приёмную, Митрич осведомился у секретаря по поводу присутствия замдиректора. Секретарь заглянула в кабинет начальника и через пару секунд сказала: - Проходите.
Виктор Николаевич сидел за столом развалясь и по-видимому был в хорошем настроении.
Митрич кратко изложил ситуацию и начальник удивленно протянул:
- Ааа, так это твой спирт. И что вы собираетесь делать с ним?
У Митрича уже был план как поступить со спиртом. С футболистами цену оговорили. Оставалось решить вопрос с помещением, куда уже загнали цистерну.
- Виктор Николаевич, дайте мне 5-6 дней, я продам этот спирт только вашим работникам.
- Ну ты хоть нам нальешь?- заулыбался он хитро.
- Нет вопросов. Дадите канистры - заполним.
Проблема была решена за 10 минут и на выходе из заводоуправления начинающего афериста уже ждали компаньоны: два Виктора.

Цистерну загнали в большой и чистый ангар. Теперь нужно было решить оргпроблему - найти несколько доверенных толковых людей для организации продажи и решения технических проблем извлечения спирта из цистерны и распределения его в тару покупателя.

Через профсоюз объявили председателям цеховых комитетов о наличии дефицитного товара по низкой цене, сделали график отпуска по цехам и дело пошло. Для понимания ситуации: Литр спирта стоил 100 купоно-карбованца (так назывались тогда украинские деньги), а бутылка водки в магазине - 300 купоно-карбованца. Благодаря участию профсоюза, уже с шести утра перед ангаром стояла стометровая очередь жаждущих. В основном, заполняемая тара представляла собой 40-литровые алюминиевые канистры, но были и кубовые бочки из под кваса и даже трёхлитровые стеклянные бутыля.
Руководил процессом розлива живительной влаги брат Митрича Федул. Для этого благородного дела он приспособил дюймовый двадцатиметровый шланг с краном на конце, которым и контролировал подачу спирта в емкость. В бочки из под кваса спирт заливали десятилитровыми вёдрами. Количество отмеряли на глаз. В пяти метрах от цистерны находилась комната руководящего состава аферистов: бухгалтер-кассир Наташа, принимавшая деньги и складывавшая их в целлофановые мешки, два Виктора и представители футбольного клуба Нива, вальяжно расположившиеся на старом потрепанном диване.
Постепенно воздух в ангаре наполнялся парАми спирта, благотворно влиявшими на расположение духа находившихся там людей. Прекратились мелкие скандальчики из-за очереди. Люди повеселели и уже сами подсказывали, как лучше и быстрей организовать процедуру розлития, с целью ускорения доставки живительной влаги в цеха завода. На ночь помещение закрывалось и опечатывалось. Внутри оставался Федул, которому привозили еду и питие. И он совсем не жаловался на свое затворничество. Он был бодр и весел.
Так продолжалось 5 дней. Как сообщил Митричу знакомый милиционер из райотдела, за это время не было совершено ни одного правонарушения в рядом расположенном посёлке Речной. В семь утра открывались ворота ангара, уже стоявшая очередь оживлялась, люди улыбались, здоровались друг с другом. Мешки наполнялись деньгами и к трем часам пополудни отвозились в банк. Уровень спирта в цистерне системно снижался. Митричу пообещали миллион купонов. Это была его зарплата за пять лет.

Казалось, все прошло замечательно. В последний день, когда по документам уже были розлиты 72000 литров, розданы в виде даров с десяток полных сорокалитровых канистр, в цистерне еще плескалось приличное количество продукта. Досталось оно железнодорожникам, пришедшим мыть цистерну. И тут, на фоне радужного настроения, обусловленного подсчитыванием полученных барышей, случился облом.
Помещение, давшее приют такой нужной народу благословенной емкости, озарилось громкой матерной бранью. В воротах стоял лысоватый мужик, со свисающим брюхом, в спортивных штанах с вытянутыми коленями и громко орал: - Вы тут все оуйели што ли??? Кто тут старший??
Вместе с ним в помещение протиснулись еще три здоровенных быка. Все направились в комнату приема денег, где начали громко шуметь. Как оказалось, проснулись блатные. Через неделю до них дошли слухи, что в Мариуполе кто-то забогател без разрешения. Как оказалось, это был сам глава местной мафии Ваня Хан. Хорошо, что денег в помещении уже не было. Два Виктора быстренько успокоили Ваню, связались с местными борцами, которые приехали и уладили конфликт. Ване отдали холодильник Донбасс, доставшийся конторе по бартеру.
Так для Митрича началась эпоха 90х...
Налоговая инспекция проснулась через полгода. Но было поздно... Концы этой аферы уехали в другую страну - в Россию.

31.

Вчера в комментах вспомнил знакомого армянина по имени Арамис. Роман Дюма читал много раз, но очень давно и так не смог вспомнить, у знаменитых мушкетеров это были имена, фамилии или что? Слава Гуглу! Может и вам будет интересно -
Итак, что Атос, Портос и Арамис — это прозвища. Как же звали мушкетёров на самом деле? Попробуем выяснить.
Эти люди — не выдумка Александра Дюма, они существовали на самом деле. Более того — романные прозвища мушкетёров как раз и образованы от их настоящих имён! Вот как их звали: Арман де Силлег д’Атос д’Отвиль, Исаак де Порто и Анри д’Арамиц.
Прототип Арамиса получил своё имя в честь аббатства Арамиц, дарованного его предкам в 14-м веке. Не потому ли он в романе мечтает стать священником?
А книжный Портос недаром сетует в романе на то, что «приходится убивать бедных гугенотов, всё преступление которых состоит в том, что они поют по-французски те самые псалмы, которые мы поём по-латыни». Ведь Исаак де Порто происходил из гугенотской семьи.Ну и наконец Атос — самый старший из мушкетёров (в романе ему около тридцати лет), самый бледный, самый загадочный… В жизни бедняга не дожил до литературного возраста. Реальный Арман де Силлег д’Атос д’Отвиль был убит на дуэли в двадцать восемь лет.
Итак, Арман (Атос), Исаак (Портос) и Анри (Арамис). Однако имя книжного Арамиса — Рене. А как звали книжного Атоса? Самый романтический из трёх мушкетёров носил самое «русское» из всех французских имён, — ну-ка, угадайте с одного раза… Оливье.
Так называет его в написанной Александром Дюма пьесе «Юность мушкетёров» жена Шарлотта (она же Анна де Бейль, она же леди Кларик, она же миледи Винтер). Оливье и Шарлотта («шарлотка», яблочный пирог) — вкусные имена!
Имя книжного Портоса Александр Дюма нигде не упоминает. А вот д’Артаньяна (в жизни Шарль де Батц) в книге должны были звать Натаниэлем. Это имя упоминается в черновиках, но потом Дюма от него отказался — вероятно, чтобы избежать переклички с уже знаменитым в то время Соколиным Глазом Фенимора Купера. Того звали, если помните, Натаниэль Бампо.
Оливье, Рене, Натаниэль и… добродушный здоровяк без имени. Непорядок!
Мы предполагаем, что Портоса — единственного из мушкетёров, у которого нет литературного имени — звали просто-напросто Александром.
Был такой случай в годы второй французской революции: Александр Дюма выступал на митинге. Происходило это на набережной. «Лжец!» — выкрикнул кто-то из слушателей, стоявших неподалёку в толпе.
Зря он не отошёл подальше… Про отца писателя — боевого кавалериста Тома-Александра Дюма — рассказывали, что он мог, зажав лошадь в шенкелях (то есть — между ногами, сидя в седле), подтянуться вместе с ней на потолочной балке…
Здоровяк Дюма схватил наглеца за штаны и, с лёгкостью оторвав от земли, поднял над рекой: «Извиняйся — или швырну в воду». Тот пробормотал извинения.«Ладно, — сказал Дюма. — Я просто хотел показать, что руки человека, написавшего за двадцать лет сорок романов, это руки рабочего».

32.

Не моё. Родственники с Башкирии в семейной группе выложили.
Не менял ни слова. Выкладываю как есть.

ПЕШКОМ НА УКРАИНУ С 450 ГОЛОВ КРУПНОГО РОГАТОГО СКОТА.

Наверное, многие слышали, что сейчас у нас, в Башкортостане, снимают фильм о том, как с Учалов гнали коров до Украины. Я не знала эту историю, но на фестивале женсоветов в Городе Учалы, нам показали инсценированный документальный рассказ об этом. В зале никто не остался равнодушным к этой истории. Мне захотелось поделиться с вами об этом.
Никто не знает, какой именно разговор состоялся между Сталиным и Хрущевым в апреле 1944 года. Но Хрущев просил помощи Украине, так как после фашистов у них ничего не осталось и народ голодает. Нужна помощь. Сталин пообещал, что помощь будет.
В середине апреля 1944 года секретарь райкома партии Учалинского района собрал всех членов комитета и объявил, что пришла разнарядка, нужно отправить 450 голов крупно - рогатого скота на Украину, а именно в Харьковскую область. Люди возмутились, с чем мы останемся?. На что был получен ответ, ничего, мы все выдержим и вынесем. Второй вопрос был еще сложнее: кто погонит это стадо, ведь все мужчины на фронте, на что был тоже получен ответ - у нас есть молодые люди, они и выполнят это задание. Этих молодых людей можно было назвать мальчиками и девочками, ведь им не было и 18 - ти лет.
Молодые люди собрались с энтузиазмом, ведь это для них, как приключение. Они еще даже не догадывались, что их ждет на такой долгой дороге. Их было то ли 13, то ли 15 человек. Собрали в запас обувь, дорога долгая, а обувь быстро сносится и они вышли в путь. В апреле еще снег, холод по ночам, им дали справку, что выполняют ответственное задание и колхозы,что попадаются на дороге, должны оказать им помощь, накормить, обогреть. Но путь долгий, очень часто ночевать приходилось под открытым небом. По утрам просыпались мокрые, зуб на зуб не попадал, волосы замерзшие, но ребята не болели. Будто организм знал, что болеть нельзя. На одном привале к ним подошли люди из военкомата, и, узнав, что по дороге одному уже исполнилось 18 лет, строго спросили, почему не на фронте. От туда сразу и забрали воевать с фашистами. Дошли до Волги. Ее надо как - то перейти. Течение сильное. И вот, кто - то на пароме, кто - то вплавь, переплыли, 150 метров. Ни одну корову не потеряли. Но эту Волгу им пришлось переплывать еще два раза. На одной переправе потеряли трех коров, они уплыли, спасти не удалось.
По дороге спрашивали, есть ли вообще, такой город - Харьков, и как до него добраться. Летом жара, осенью дожди и снег. Одежда мокрая, насекомые одолевают, которые уже давно приютились на них, одежда вся в лохмотьях. Покушать не всегда удается. В середине декабря дошли до Харьковской области. Они шли туда 8 месяцев.Там радость была несусветная, их благодарили. Ведь они не дали им погибнуть голодной смертью. Удивлялись, что по такой долгой дороге они потеряли всего три головы. Сказали, что они обязательно наградили бы их, только у них нет на это полномочий. Но дома вас, обязательно должны наградить. Молодых пастухов отмыли, накормили, одели в чистое. Они там прожили три дня. Это было самое счастливое время для них. Купили им билеты на поезд и отправили домой. Дома их некоторые перестали ждать, были слухи, что они потонули на Волге, но материнское сердце не обманешь. Они ждали. И дождались. Прошло несколько дней, их вызвали в райком. Они нарядились, веселые и радостные зашли в здание райкома партии, в ожидании награды. Секретарь райкома их поблагодарил, за то, что они выполнили это задание. Но за то, что они потеряли три головы крупно - рогатого скота, КГБ потребовало их арестовать. Мы заступились за вас с условием, что вы отработаете в колхозе бесплатно, пока не оплатите этих потерянных коров. Им сказали: сейчас вы должны проголосовать - или за то, чтоб арестовать ответственного, или за то, что коллективом отработаете цену за коров. Ребята, ничего не понимая, проголосовали за то, что бесплатно будут работать, пока не выплатят. Они бесплатно работали почти год. Все ждали, что как - то изменится, что поймут, что они не виноваты. Не дождались.
Одного из них звали Буранбаев Мухамадей Загитович. Я подошла к его дочке, к Гульгине Мухамадеевне, которая тоже участвовала на фестивале. Ей исполнилось 66 лет. Отец умер в 2011 - ом году. Ему было 84 года. Она рассказала, что этим молодым пастухам запретили рассказывать о том, как они, в тяжелейших условиях дошли до Харькова со стадом коров. И, только иногда, когда ему было очень грустно, он нам говорил об этом. Говорил и плакал. Но мы ему не верили и посмеивались над ним, что он сказки рассказывает. Не может быть, чтоб можно было пешком со стадом дойти до Украины.
Наконец, справедливость восторжествовала, про них вспомнили, про это снимают фильм. Но их никого уже нет в живых.

P.S. От Учалов до Харькова 1642 километра по прямой.
Почему нельзя было по железной дороге в вагонах перевезти - не отвечу. Не знаю реалий того времени.

33.

Человек не может в одиночку изменить мир. Но может изменить часть мира вокруг себя.

Был, например, такой Малькольм Маклауд. Правильнее, на гэльский манер, Колум Маклеод: на его родных Гебридских островах до сих пор в ходу шотландский гэльский, несмотря на все старания англичан свести его на нет. А старания были, взять хотя бы Шотландский акт 1872 года, запретивший преподавать гэльский в школах. Напрашивается параллель с другой империей, тоже запрещавшей смешные языки сельских окраин. Но, как сказал поэт, ходить бывает склизко по камешкам иным, затем о том, что близко, мы лучше умолчим. Вернемся к истории Колума Маклеода.

Островок Разей (Raasey). 23 километра вдоль, 5 поперек. Связь с внешним миром – паром на соседний остров Скай. Население, согласно переписи 1931 года, 377 человек, рыбаки и скотоводы. Большинство живет вдоль единственной дороги, ведущей от пристани парома на юг.

К северу от пристани находится деревушка Арниш, меньше сотни жителей. Еще там есть маяк (смотритель – Колум Маклеод), отделение связи (почтальон на полставки – Колум Маклеод) и школа (директор и единственная учительница – Лекси Маклеод, жена Колума). Дороги в деревню нет. Никакой. Есть 3 километра пешеходной тропы через горы (не Гималаи, но трактор не пройдет). В крайнем случае большой груз можно довезти на лодке.

Естественно, деревня вымирает. Люди бросают свои дома, которые невозможно продать, и уезжают на большую землю. Оставшиеся пишут слезные письма в город Инвернесс, в управление округа Хайленд: мы любим свой край и хотим тут жить, пожалуйста, постройте нам дорогу. Ну что вам стоит, это же всего 3 километра, не тоннель под Ла-Маншем. Из управления отвечают, как все бюрократы на свете: да-да, конечно, но только не в этом году. И не в следующем. Может быть, когда-нибудь. А пока денег нет, но вы держитесь.

И продолжалась эта переписка, как в сказках, ровно тридцать лет и три года. Первое письмо в округ было написано в 1931 году, когда двадцатилетний Колум только вернулся в родную деревню из армии. Последнее – в 1964-м. Колум Маклеод был очень терпеливым человеком.

Через 33 года его терпение наконец лопнуло. Он решил, что раз правительство не хочет строить эту чертову дорогу, он построит ее сам.

Колум не умел строить дороги. У него не было инженерного образования. Да и вообще с образованием было не айс. Он окончил только сельскую школу, такую же, как та, в которой теперь преподавала его жена: в единственной классной комнате единственный учитель (его звали Джеймс Маккиннон) учил детей от 4 до 16 лет всем школьным предметам. Неплохой, наверное, был учитель.

Колум приобрел на книжном развале за 30 пенсов 600-страничный том под названием «Строительство и эксплуатация дорог: практическое руководство для инженеров, геодезистов и прочих». 1900-го года издания, новее не нашел. Прочел его от корки до корки. И принялся строить свою дорогу. В полном соответствии с руководством 1900 года, при помощи кирки, лопаты и тачки. Всё равно других инструментов у него не было, и денег на их покупку не было тоже.

Каждый божий день, сделав что надо на маяке, сходив на пристань за почтой и задав корму коровам и овцам, Колум брал кирку, лопату и тачку и шел превращать тропу в дорогу. И так 10 лет, по метру в день. Так медленно, потому что он не тратил деньги на стройматериалы – денег не было. Тратил только собственную жизнь. Выковыривал лежавшие вдоль тропы валуны, дробил их киркой до состояния щебня и из этого щебня выкладывал дорожное полотно. Однажды наткнулся на 25-тонную скалу, которую нельзя было обойти. Выручил старый армейский друг – украл для него с военного склада немного динамита.

Односельчане продолжали уезжать. В деревне закрыли школу. Закрыли почтовое отделение. Автоматизировали маяк. Колум плевал на всё и строил дорогу. К 1974 году, когда он ее закончил, в деревне Арниш и всей северной части острова оставалось два жителя. Колум и Лекси.

Упрямый Колум поехал в Инвернесс, зашел в управление округа и сказал: вот вам дорога, принимайте. Из управления прислали инспектора, чтобы дал чудаковатому старику официальный ответ, что овечья тропа в вымершую деревню дорогой не является. Инспектор сошел с парома и не поверил своим глазам: от пристани на север вела прекрасная гравийная дорога, соответствующая всем стандартам британского дорожного строительства. Однополосная, но с устроенными в нужных местах карманами для разъезда встречных машин. С правильной толщиной дорожного полотна, с водоотводами, чтобы полотно не размыли весенние ручьи, и так далее.

Управление округа Хайленд решило, что внезапно возникшая дорога ему совершенно не помешает в отчетах. Выделило для завершения строительства 1900 фунтов стерлингов, отбойный молоток и пару рабочих. Уж не знаю, что там требовалось завершать, но с неторопливостью управления это заняло еще 8 лет. В 1982 году Колумова дорога наконец была официально принята в эксплуатацию и появилась на всех дорожных картах Великобритании.

На Колума обрушилась слава. Передачу о нем и его дороге показали по британскому телевидению. Ему вручили медаль «За заслуги перед Британской империей». Правда, с медалью вышел казус: управление округа не желало признавать свои ошибки, поэтому формально медаль дали не за строительство дороги, а за содержание маяка. Маяк он тоже героически поддерживал в рабочем состоянии больше сорока лет, это правда.

Другой казус состоял в том, что Колум Маклеод сам так никогда и не проехал по своей дороге. У него не было водительских прав. Как-то недосуг было получить, да и незачем. А в 1982 году ему уже исполнилось 70, поздновато учиться водить.

Он умер в своей деревне в почтенные 77 лет, успев увидеть, как односельчане, узнав о построенной дороге, возвращаются в свои покинутые дома. В деревню Арниш вернулась жизнь, он работал не зря. Уже после его смерти рок-группа Capercaillie записала песню «Колумова дорога». Роджер Хатчинсон выпустил книгу под таким же названием. Дэвид Харровер сочинил мюзикл, который идет в нескольких шотландских театрах. Компания HandMade Films (та, которая делала шоу Монти Пайтона) выкупила права на съёмку фильма о нем. Фильм, правда, пока не сняли.

Я не знаю, сколько семей вернулось в Арниш после появления дороги и сколько живет там сейчас. Не нашел цифр. Думаю, что немного. Но деревня жива. Там сдаются коттеджи для любителей уединенного отдыха. Для привлечения туристов имеется суровая, но завораживающая северная природа. Прекрасная рыбалка. Особый сорт виски, который делают только на острове Разей. Развалины замка XV века (тут второго Маклеода не нашлось, замок в плачевном состоянии). И главная достопримечательность острова – Колумова дорога.

34.

Про пижонов

Вчера на светофоре немного впереди нас остановилась велосипистка - прямо валькирия, что коня на скаку остановит, в черных шортах и майке, с чудесными каштановыми волосами ниже талии.

А потом девушка немного повернулась, явив нам модную бородку из тех, что требуют чуть ли не каждодневного ухода, и "тоннели" в ушах.

-Пижон, однако, - заметил муж, - мало того, что такие волосы мыть - целое дело и борода постоянной заботы требует, так еще и ноги брить надо...

...И тут мне вспомнился еще один пижон, оставивший в моей жизни короткий, но вполне заметный, след.
Звали его Сашка, и повстречала я его в пионерлагере, куда меня отправляли, считай, каждое лето.
Сашка выделялся среди нас, незатейливых советских подростков, как красно-желто-синий попугай в курятнике среди стандартных бройлеров.

И в первую очередь - благодаря рубашкам-"гавайкам" вырвиглазной расцветки с огромными цветами и попугаями, которые, по его словам, привез отец, служивший в торговом флоте.

Общий "лук", как говорят нынче модные блогеры, дополняли буйно-кудрявые рыжые волосы до плеч - им позавидовала бы любая девчонка, и штаны, как у Волка из мультика "Ну погоди".

К тому же Сашка еще и пел, бренча на гитаре, эмигрантско-блатные песенки вроде "Над Канадой, над Канадой, ветер медленно кружится...", "Сиреневый туман над нами пролетает...", и, наверное, по этой причине вел себя, как поп-звезда, случайно попавшая к папуасам, которые о нем слыхом не слыхивали.

Поэтому ребята над ним посмеивались и даже издевались - нашелся тут пижон!, а вожатые не оставляли попыток привести его в подобающий пионеру вид.

Но в один прекрасный день отношение к нему резко поменялось.

...Хотя, может, не пойди мы на озеро купаться, все осталось бы по-прежнему....

Но когда мы уже возвращались в лагерь - девчонки с вожатой впереди, мальчишки чуть сзади, с одной стороны тропинки колхозный коровник, с другой - огороженное пастбище, дорогу нам преградила здоровенная и очень рогатая корова.

Вид ее ничего хорошего не обещал, так что все прыснули врассыпную, а я как-то нечаянно оказалась между коровой и стеной коровника.

И наглая скотина, пользуясь тактическим преимуществом и моим страхом - а я была городское дитя, видевшее коров исключительно издали, наставила на меня рога и стала теснить к стене.

Не знаю уж, собиралась она и в самом деле поднять меня на рога или просто развлекалась - ведь жизнь деревенских коров небогата на развлечения, но помешал Сашка, выдавший ей хороший пинок ногой по филейной части.

Агрессорша повернулась к нему, что позволило мне спастись бегством, и тут Сашка удивил нас еще больше.
Похлопав ее по крупу, как заправский пастух, и сопровождая свои действия такими словами, знать которые пионерам не полагается, он погнал ее в сторону коровника, и скотина послушно потрусила, куда ее гнали.

А когда я принялась его благодарить - ведь дурная корова могла меня покалечить! он только пожал плечами:

- Подумаешь, великое дело! Да я в деревне у бабки с дедом всю дорогу коров пасу, это первое лето, когда мне культурный отдых в пионерлагере позволили!

...Где ты сейчас, Сашка, чем занимаешься? Надеюсь, что у тебя все хорошо, и ты по-прежнему такой же пижон.
Именно благодаря тебе я поняла, что нельзя судить о человеке по внешнему виду.

35.

Солдаты и награды-2
(Начало- в истории 1 год назад, 22.06.2023, в https://www.anekdot.ru/id/1401722/)

В предыдущей части я рассказал о трех наиболее необычных, на мой взгляд, случаях на ВОВ, о которых довелось узнать в конце 70-х и далее, в ходе личных встреч с участниками событий.
Сегодня решил написать еще о нескольких случаях, о каждом из которых узнал тоже на основе личных встреч с участниками событий в конце 70-х, каждый из случаев тоже по-своему необычен.
Нумерация случаев- сквозная, начиная с предыдущей истории.

СЛУЧАЙ 4. Как и в предыдущей истории, услышал о нем, когда составе группы студентов и недавних выпускников проехал на велике в конце 70-х по боевому пути 96-ой гвардейской Иловайской дивизии, изначально сформированной в Сибири, освобождавшей Донбасс, начав от Сталинграда, после пленения там группировки Паулюса. За давностью лет уже стерлось, было ли это рассказано на территории России или Украины. (Визуально тогда мало что менялось, при перемещении с Ростовской области, до которой мы доехали, на Донбасс. Разве что надпись на дорожных указателях на степной дороге, если вчитаться, оказывалась "Колгосп..." вместо "Колхоз...", причем форма и цвет указателей были везде совершенно идентичные. Да и ушами улавливалась мало чем отличающаяся речь здесь и там, но с появлением некоторых новых словечек и как бы с большей напевностью в голосах. Например, дошкольная и младшешкольная деревенская детвора, с интересом разглядывая для них ранее невиданную конструкцию с блоком звездочек на заднем колесе велосипедов, обсуждала: "...Цепка слета, цепка перелета...". Это вместо русского "Цепь соскакивает, цепь перескакивает", в котором, по сравнению с украинским, ощущался как бы официоз, канцеляризм.)

В одном из колхозов (или колгоспов), где была предварительно согласована ночевка (типично на матах в пустующем летом школьном спортзале или в вагончиках на полевом стане) мы по приезду встретились с председателем в его кабинете. Он сказал, что в их колхозе ветеранов той 96-ой дивизии, по боевому пути которой мы едем, нет. Но он организует нам встречу с участником обороны Сталинграда, а именно известного на всю страну дома Павлова. Завтра утром этот участник обороны придет для этого сюда в кабинет, приходите и вы.
Это был крепкий мужчина, так выглядели обычно телохранители, появившиеся позднее в 90-х. Никаких наградных знаков на нем не было,- он был в белой нейлоновой рубашке с закатанными по локоть рукавами и серых тщательно отутюженных брюках, которые почти что облегали накачанные ноги. Нетипичный для колхозника облик усиливала красивая грива на голове- зачесанные назад еще густые волосы, и, похоже, модельная стрижка. В колхозе! Похоже, он следил за своей внешностью и производил впечатление на женщин. Никаких следов пристрастия к зеленому змию на лице у него не было.
Начал он свои воспоминания "с места в карьер", огорошив меня тем, что никаким выдающимся этот дом в тех боях не был, там было много таких же домов, где так же воевали. Всего им хватало, сказал он,- и оружия, и боеприпасов, и воды, и еды. Про связь и медобслуживание он ничего не сказал, но, по-видимому, они тоже были ими обеспечены. Иначе, полагаю, он упомянул бы об испытываемых трудностях. Они отстреливались. В одну из ночей к ним пробрался корреспондент с газеты. Поговорили с ним, он убыл. Потом уже, когда этот корреспондент уже как бы и подзабылся, к ним пришла газета с публикацией этого корреспондента о них, где корреспондент назвал этот дом "домом Павлова". Бойцы, прочитав статью, шутливо стали подначивать Павлова, что у него, оказывается, недвижимость в Сталинграде есть, целый дом!
Так с легкой руки корреспондента появилось историческое понятие "дом Павлова". И закончил свой рассказ ветеран вновь подчеркиванием, что они в этом доме не были уникальными, так воевали тогда и в других домах, просто к ним выпал случай пробраться в ту ночь корреспонденту.
Этого ветерана я до сих пор временами вспоминаю как пример скромного и порядочного человека. Который воевал не за славу.

СЛУЧАЙ 5. Эта встреча произошла уже точно в "колгоспе", где нам тоже предстояла ночевка. Встретивший нас председатель тоже сказал, что у них ветеранов 96-ой дивизии нет, но сегодня вечером он нам организует встречу с бывшим узником концлагеря "Бухенвальд". У них возле центральной усадьбы есть красивый ставОк (слово "пруд" на Украине я не припоминаю в речи), там сегодня вечером мы можем посидеть с пивком и послушать бывшего узника. Поздно вечером, когда уже изрядно стемнело, приехала бортовая, похоже только освободилась после полевых работ (шла уборочная). С десятилитровой заготовленной бутылью пива, с председателем и подошедшим бывшим узником Бухенвальда мы приехали к ставку, живописность которого уже трудно было разглядеть из-за сгустившейся темноты. Первым делом принялись разливать пиво в одноразовые стаканчики, пока совсем не стемнело. И тут я заметил, что на лице председателя колгоспа отразилось явное волнение. -Хлопцы, так что же вы хотели от этого человека?!- громко воскликнул он. Стало неловко, мы начали говорить, что конечно же, послушать его воспоминания. Разлив пива прекратился, все повернулись к бывшему узнику.
Бывший узник выглядел невысоким грузным деревенским мужичком с большим пузом, весом навскидку 90-95 кг. Ничего не рассказав о себе до концлагеря, он сразу начал свой рассказ со времени пребывания в концлагере.
В бараке концлагеря всегда царили идеальные чистота и порядок. И все были здоровыми. Кто заболевал, почти незамедлительно "вылетал в трубу" (крематория). Среди узников лагеря выделялся один, бывший советский моряк, мощный и крепкий. При пленении его он оказал яростное сопротивление, раскидал полвзвода гитлеровцев. И его решили держать в лагере как возможного "племенного жеребца" на будущее. Он был единственный узник во всем лагере, который носил не лагерную одежду, а морскую тельняжку и что-то поверх нее тоже из морской формы. Звали его, как я запомнил рассказчка, Фима.
В один из разов в лагерь прибыл транспорт с людьми, среди конвоиров был полицай. Руководство лагеря определило его в барак вместе с заключенными (Может, это был транспорт с оставляемой территории?). Через некоторое время в барак пришел Фима, сходу двинул полицаю в физиономию, сказав "Сейчас ты у меня вылетишь в трубу!". И ушел. Вскоре пришли несколько человек и потащили этого полицая к крематорию.

Самое большое количество смертей, которое довелось видеть этому узнику в Бухенвальде, было в день освобождения лагеря американцами. Американцы стали раздавать еду. Через некоторое время повсюду стали валяться трупы умерших от заворота кишок.
На другие сутки американцы спохватились, и стали раздавать только черный кофе без сахара, а также сухие галеты, и только.
Выживших узников взвешивали. В рассказчике было на тот момент веса то ли 36 то ли 37 кг. Глядя на рассказчика, очень трудно было себе это представить. Наверное, главной наградой для него было возвращение домой живым.
В завершение рассказчик пожелал нам успехов в учебе и работе. Рассказывал он уже в почти кромешной тьме, может оттого и рассказ его хорошо запомнился. Пиво так и осталось невыпитым, держать водителя с уборочной, пока мы на берегу ставка попьем пивка, было бы явно неуместным.

Действия американцев со щедрой раздачей еды длительно голодающим до сих пор не выходят у меня из головы. Чудовищное невежество или чудовищный эксперимент?

36.

Племянник Вовка вернулся с прогулки в восхищении –

- Дядя Гриша, представляешь, а мы сегодня с тётей Олей с рынка шли, а там цыганки к какой- то женщине пристали, денег отобрать. А тётя Оля только подошла и посмотрела строго, а они и разбежались. Она волшебница, да?

Григорий Иванович лениво сидел в тенёчке с пивом, на крыльце веранды, а Вовка, как всегда, приставал с расспросами. Родители его частенько отправляли к родственникам на побывку, на дачу. Дядя с племянником дружили – Вовке очень нравились сказочные сюжеты, которые дядя Гриша ему рассказывал.

(Ольга Петровна- супруга Григория Ивановича)

- Ну, не знаю. Со стороны, может в чём- то и волшебница – хотя, по моему, громко звучит. Ну, иногда будущее разглядеть может. Если очень захочет чего-нибудь, всегда по её выйдет. Проверено. А уж если разозлится, или, упаси Господь, возненавидит кого – тогда только прячься – все беды на голову посыплются означенному персонажу.

- Дядь Гриш, дядь Гриш, а расскажи, а?

- Вот пристал. Ну было несколько случаев – ну, вот например, как мы этот дом покупали.

- Появилось у нас в семье немного свободных денег – подумали, попробовали ещё одну квартиру в городе приобрести – но не получилось, всё маленько не хватало. Ну, давай за городом посмотрим – там дешевле – пусть будет дом, дача, а не квартира.

Объездили несколько вариантов, что по рекламе нашли – не нравится. То место скверное, то дома – тяжёлый кошмар, бывший курятник, сарай на болоте с дешёвыми понтами продавцов.

- А с этим так получилось- договорились мы с агентшей по недвижимости, подъехали на место – а она и говорит –

- Извините, но у меня этот объект уже сегодня смотрели, и договорённость на аванс имеется. Так, что ехать вроде и смысла нет…

- Ну раз уж мы сюда добрались, может всё- таки посмотрим?- это тётя Оля говорит.

И мы поехали. А дальше – гм. Я такой свою жену нечасто видел. Если не сказать – вообще никогда. Тут ещё один момент- она до пятнадцати лет жила с родителями в своём доме, а этот оказался очень на него похож.

- Надобно отдать должное, и место, и дом действительно хороши – да ты же сам видишь- вот он? Но когда мы его в первый раз увидели, она просто расплакалась – так захотелось владеть этим всем. А оно вроде, как уже продано – и не нам достанется.

- Слушай, говорит она, попробуй хоть взятку предложить агентше, добавим ей – может переиграет?

Ну, попробовал, конечно. Разумеется, не срослось. Сказал только -

- Ну, если что- нибудь не так пойдёт, не получится, прошу помнить – что на этот дом у вас есть гарантированные покупатели – пусть хоть и во вторую очередь.

Домой возвращались без радости. По плану просмотров у нас на следующую неделю было назначено ещё три объекта, но жена даже со мной не поехала – так переживала.

Прошёл месяц. Ничего мы так и не выбрали – и вдруг звонит та агентша – Жанна её звали-

- Простите, что напоминаю, а вы ещё помните тот дом в Сиверском? Это Жанна, вы тогда говорили, что готовы внести аванс, если покупатель откажется…

- Жена, кричу, ура! По твоему вышло! Помнишь тот дом под Гатчиной, что тебе так понравился? Нам опять его предлагают!

Но всё было не так просто. Владельцем дома была женщина, я не запомнил, как зовут – получила она его в наследство от родни.

У неё там неподалёку был ещё один дом – где она и жила. И не то муж, не то сожитель- вместе. Продать недвижимость уговорил её именно он – хоть и не имел никаких прав владения.

А дальше так- мужик этот был жаден до неприличия, туповат, надменен и косноязычен. Как уж он уговорил свою, гм, сожительницу на эту акцию- мне неизвестно. Но вроде предполагалось, что полученных средств, при правильном вложении, им хватит на приличную добавку к пенсии – для безбедного дожития.

Тут вот что надобно отметить – передача прав собственности на недвижимость – это сразу. Подписал бумагу у нотариуса, и владей. А вот собственность на землю – на участок, обязательно проверяется кадастровой службой – и это занимает время.

- Дядь Гриш, а что такое кладастовая служба?

- Вовка, я и сам точно не знаю – ну есть такая государственная структура, которая следит, чтобы землёй просто так не торговали – и мошенники в том числе. Так вот, право собственности на землю можно получить только через месяц после совершения сделки. Поэтому первый покупатель совершенно резонно заявил – за дом я готов заплатить прямо сейчас, а за участок- после получения подтверждения.

- Ну а этот, жадина- сожитель- ни в какую – или все деньги сразу, или продажи не будет.

Покупатель естественно отказался. Посидели мы с супругой, подумали- рискованно, конечно, но уж больно ей этот дом понравился. Гляжу- глаза блестят, настроение- лучше некуда-

- Ладно, говорю, ныряем. Пошутил ещё – ну, вероятность потерять всё невысока, но ты ведь колданёшь? Чтобы всё, как хотим срослось?

Получил полотенцем по физиономии. Это значит – у жены действительно было хорошее настроение.

…………………………………………………………………………………………………………………………

Я никогда не видел, чтобы у мужика так тряслись руки и прыгали глаза, как у этого жадины, когда мы пересчитывали деньги у нотариуса. Потел, дышал тяжело, нервничал. А ведь и деньги- то были не его. Скверный тип попался – вот тётечка эта, настоящая владелица – та себя достойно вела, скромно и спокойно. Что у них там общего было, чтобы жить вместе? Ну, да не наше дело.

Документы оформили, деньги положили в банковскую ячейку, ключ пока у нас – до завтра, когда нотариус оформит право собственности.

- Теперь попрошу вас оплатить сбор за оформление и всё- Жанна говорит. Обычно покупатель и продавец при сделке делят эту сумму пополам – с вас по пять тысяч пятьсот рублей.

- Какой ещё сбор? Нам никто ничего не говорил! – это жадина.

- Ну, а как вы себе представляете, нотариус что, за бесплатно работает?

- Ничего платить не будем! Предупреждать надо! Или давайте ключ от ячейки, или сделка расторгается!

Жанна смотрит на нас, чуть не плачет – ну надо же о такого жлоба поскользнуться – мы с женой переглянулись –

- Хорошо, говорю, мы всё заплатим.

- А Оленька в это время на них посмотрела – на тётечку эту с сожалением и симпатией во взоре, а жадину таким взглядом смерила, что у него опять руки затряслись и глаза запрыгали– это она умеет. Это не взгляд – это выстрел, бортовой залп крупным калибром. Да ты видел, сам же говорил, как цыганки перепугались.

Через месяц мы получили документы на право собственности этого участка. Думаешь, просто повезло? А я считаю, что твоя тётя Оля к этому точно свою руку приложила. Собственно, тому и косвенное подтверждение есть.

- Прошло лет десять. За это время мы превратили симпатичную сельскую избушку в приличный загородный коттедж со всеми коммуникациями. Соседний дом от нашего давно стоял на продаже – а тут гляжу – вроде покупатели появились – и с ними та самая Жанна, что когда- то нам наш дом оформляла – она стало быть, так и работает риэлтером по Гатчине и области.

Подошёл, поздоровался –

- Помните ещё нас?

Та разулыбалась вовсю –

- Конечно помню! Как же! Нечасто встретишь таких покупателей, как вы. В основном с жадинами приходится иметь дело, никто никому не верит, большинство подвохов ищут, думают, что их обмануть пытаются. Кстати, а вы помните тех, ваших продавцов? Лидия и Глеб?

Ага, вот как их звали – я- то и не помнил вообще.

- Глеб тогда настоял вложить деньги в какие- то акции, сам выбирал- чтобы доход побольше, поначалу им платили аккуратно, потом с пробуксовкой, потом вообще перестали. А после две тысячи восьмого, та фирма вовсе обанкротилась – и все деньги пропали. Я почему знаю – Лидия рассказывала. Они тогда сильно повздорили, и она этого дурака- сожителя своего просто выгнала – достал. Я ей три месяца назад в собственность наследство оформляла – здесь же в Сиверском – вот как бывает- ещё один дом достался.

- Вот так, Вовка. Ты с тётей Олей не шути – она так колдануть может- мало не покажется… И безо всяких волшебных палочек. Если человек хороший – для него всё по доброму будет. Ну, а если плохой – сам видел сегодня, как от её взгляда цыганки разбегаются…

Вовка, задумчиво-

- Я теперь наверное, тёти Оли тоже бояться буду…

- Чудак человек, ты ведь наш, мы одна семья, тебе не бояться, а гордиться такой роднёй надо. Она же тебя любит. Чай не чужие.

И Григорий Иванович пошёл в дом, к холодильнику – потому, что пиво закончилось.

37.

Драма в трех действиях, но не очень длинная.

Действие первое происходило лет эдак 25 назад.

Моя жена по специальности фармацевт. И как-то в преддверии 7 ноября она сказала, что одна из ее сотрудниц пригласила нас семьей к ним для празднования. Строго говоря, это было конечно немного странновато, так как в этой немногочисленной компании были знакомы лишь только они. На мой недоуменный взгляд супруга сказала, что Светлана - очень даже покладистая женщина - с ее же собственных слов.

Ну ладно, прибыли мы с супругой в нужный час в нужное место, познакомились при этом те, кто до этого не были знакомы, и празднество незамедлительно началось по вполне стандартному сценарию. Кстати узнал, что мужа Светланы звали Вадим. Мне тогда показалось, что эта семейная пара эдак на 5, а может даже и на 10, старше нас. Может показалось, а может и нет. Спрашивать было вроде бы как-то невежливо, да и какая, собственно говоря, разница?

Ну все чин-чинарем, как говорится в народе, понемногу все за столом повышают градус алкоголя в крови. Дамочки там между собой болтают о своем родном - о фармацевтике. А у нас с Вадимом такой общей темы отнюдь не было, но я тем не менее иногда встраивал в речь женщин шуточные свои комментарии, которые проходили вроде бы на ура. Ну и Вадим пытался вести себя, помнится, аналогично. Так что все протекало по более чем нормальному сценарию при учете того, что это - встреча совершенно незнакомых людей.

Однако через некоторое время у меня понемногу начали опухать ухи, и я отпросился у хозяйки дома на перекур. Меня направили на балкон, куда со мной с энтузиазмом пристроился и Вадим. И там я узнал от него, что у них с женой имеется общий сын. Честно говоря, до сих пор не знаю, где был этот ребенок во время этой нашей встречи? Но со слов Вадима совсем недавно каким-то образом выяснилось, что на самом деле отцом этого ребенка является его родной брат. Ну и он мудро рассудил тогда во время перекура: на самом деле отцом, наверное, является тот, кто воспитал и взрастил ребенка, а не тот, кто его зачал.

Прежде чем завершить действие первое этой драмы и забегая вперед сообщу, что через год или два после этого Вадим умер по какой-то причине, которую мы с женой уже даже не вспомним, так как впоследствии таких семейных контактов уже не было.

Действие второе произошло летом 2005.

У меня есть брат - Колька. Строго говоря, братья мы с ним лишь по отцу, а матери - разные. Думается, тут все должно быть понятно. Поэтому нас в нашей необъятной стране разделяли всегда порядка 3000 км, из-за чего мы видимся с ним, мягко говоря, далеко не каждый год. Тем не менее в этом далеком теперь уже 2005 году я ухитрился все-таки приехать к брату буквально на несколько дней. И угораздило же меня в тот раз как раз на выходные дни, когда у Кольки на работе были поминки в память одного погибшего сотрудника. В середине дня он все-таки заскочил зачем-то домой в уже изрядном подпитии, но вскоре слинял назад надо полагать для продолжения банкета. А все это время со мной маялась, пытаясь меня хоть как-то развлечь, его жена Танька. Кстати, у них тогда было два сына школьного возраста, но совсем не помню уже, куда их пристроили тогда в этот день? Так что с Танькой, получается, мы в тот день были в квартире лишь вдвоем.

После визита и последующего скорого ухода Кольки Танька начала открыто роптать о том, что брат (т.е. я) приехал в кои-то веки, а ее муженек снова отправился бухать. Честно говоря, я полностью тогда разделял это ее мнение, но не хотел вносить разлад в семью. Поэтому убеждал ее, что брат это дескать переживет.

Но, едва лишь стемнело, помнится, Танька подошла ко мне и весьма недвусмысленно положила свои руки мне на плечи и прижалась головой к груди. Признаться, я тогда впал в состояние полного ахуя. Нет, поймите только меня правильно, если бы Колька не был бы мне братом, то я бы естественно не устоял бы перед такими женскими. Но после этого чувствовал бы себя всю свою последующую жизнь полным подонком. И я тогда не нашел ничего лучшего, как приобнять ее поглаживая по плечам и предложил тоже бухнуть как бы в отместку, ради чего я готов сгонять в ближайший магазин. Мне дескать - водка, а тебе - по выбору. Только мол скажи, где в вашем городе поблизости можно отовариться всем этим. На том и закончилось действо второе этой драмы.

Действие третье проходило уже в первых числах января 2011 г.

Мой отец со своей супругой (т.е. моей мачехой) жили довольно-таки далеко, из-за чего в 2005 их не было среди персонажей второго действия. Но в этот год они все-таки приехали к Кольке, чтобы встретить вместе новый год. Ну, а Колька затянул тогда заодно и меня на это мероприятие. Ну и в первых числах этого года моя мачеха скорее всего по неосведомленности проболталась за общим столом, что Колька на самом деле – приемный сын, а своих родных детей у них нет скорее всего по причине бесплодия матери.

Колюня, если вдруг прочитаешь это и узнаешь себя, то знай, что я тебя по-прежнему люблю как брата и ради тебя на все готов. Хотя, я тебе это и так уже сказал в тот же час, когда мы курили с тобой после этого конфуза.

38.

"ALARM" - 2300 слов (это много).

Просто так 105.
Антисемит (наверное драма).

1. Меня не пугают ночные звонки. Все мои друзья и приятели знают, что я та ещё сова, поэтому довольно часто набирают знакомый номер уже далеко за полночь.

Шёл уже третий час нового дня, когда я в очередной раз поднял трубку. Однако, увидев кто мне звонит, был несколько обескуражен: "Опаньки. Не может быть. Два года сучёнка не слышал. Наверняка эта хитрожопая бестия задумала очередную афёру и хочет меня втянуть по старой памяти. Хотя ему пора бы понять, что я уже давно поумнел и точно не поведусь. Ну да ладно, послушаем что там за очередная гениальная идея: "Здравствуйте Олег ......."".

В 90е мы занимались зерновыми спекуляциями, что отнимало много времени и сил. Но поскольку мы были молоды и очень хотели заработать, то поначалу это не было проблемой. Однако время шло, бизнес развивался и однажды мы стали просто не успевать. Что ожидаемо вызвало дрязги в коллективе и нелёгкое решение - делиться доходами с наёмным персоналом.

Тогда у нас в конторе и появился новый человек. Человека звали Олегом. Он был постарше нас лет на 10 (за 40), имел крючковатый длинный нос, лысый череп, склочный характер и неиссякаемый оптимизм.
Кроме всего прочего, Олег не любил ментов и был сторонником теории жидомасонского заговора. Последовательно обвиняя силовые ведомства и иудейское племя во всех проблемах страны и своих лично.
Что было по меньшей мере странно, поскольку он был 100% евреем и по паспорту и по лицу. А в тюрьме не сидел и судим не был.

А ещё Олег генерировал идеи и вот это было уже настоящей проблемой. Поскольку он их не только генерировал, но и воплощал в жизнь при каждом удобном случае.
Так, будучи однажды послан в далёкий казахстанский совхоз за выручкой, он пропал на неделю. Когда нервы уже были на пределе и мы собирались подавать в розыск. Потерявшийся появился, как не в чём не бывало и лучезарно улыбаясь, вошёл в офис. На наши вопросы: "Где был? Почему так долго и где деньги?". Сообщил, что радея за общее дело, решил приумножить прибыль. Благо подвернулась удачная идея. После этих загадочных слов, он продемонстрировал нам ПТС на полугодовалый Крузак.
Следом прозвучало "выгодное" всем предложение: "Давайте я машину себе оставлю, а контора мне год может не платить зарплату".
Что мне оставалось? Только пожать плечами и согласиться: "Конечно оставляй тачку себе. Только деньги в кассу верни. Пожалуйста".
Бить недоумка не стали. Дали неделю на переконвертацию японского железа в отечественную бумагу с водянными знаками.

Что было дальше, ушлый читатель должен был уже догадаться. Ну а для остальных сообщаю: ничего оригинального и прорывного не случилось. Наш деятельный друг, руководимый своим врождённым "финансовым чутьём", время от времени пытался приумножить наши капиталы. Стабильно вкладываясь деньгами фирмы, в популярные в те времена финансовые пирамиды. Где потерпев очередное фиаско, сваливал всю вину за свои потери на мировую закулису. Ожидаемо получал от нас очередной нагоняй и угрозу расстаться с ним навсегда. После деятельно и искренне каялся и обещал - больше никогда.

Почему мы это терпели и не выперли его вон? Всё было просто. Несмотря на все его фокусы и приколы, он был вполне честным и надёжным человеком. Всегда возмещал наносимые им потери. Будучи в целом полезен несоизмеримо больше, чем успевал нанести вреда. Так всё это и тянулось из года в год, пока однажды он не пропал надолго.

Вестей о Олеге не было уже почти месяц. Мы сделали, для того что бы его найти, уже всё что было в наших силах. Было тревожно. Неизвестность пугала и перспективы не радовали. О том, что он свалил с деньгами, речи не было от слова - совсем. Сумма с ним была конечно приличная, но ему в своё время доверялись и гораздо большие деньги. Оставалось только ждать и надеяться.

Однажды мне позвонили менты и сообщили, что очень хотят познакомиться. На закономерный вопрос: "А нафига?". Ответили: "А вы приезжайте. Обещаем, не пожалеете. Иначе вызовем повесткой".
На следующий день я уже стучал в дверь следователя небольшого городка в Зауралье. Ожидая услышать от него всё что угодно. И тем не менее не угадав ничего, из того что мог предположить. Кроме того, что органы вышли на меня только по номеру телефона из записной книжки моего работника. По которому они названивали две недели. Справедливо рассудив, что повесткой меня можно не найти никогда.

Явно обрадовавшись моему визиту. следак поведал мне следующую историю:
Месяц назад у них был рейд по проверке всего, под нелепым названием типа "Смерч 96" или "Воронка 69", не суть важно.
Помимо прочих алкашей и расхитителей народного добра. Они задержали автомобиль, в багажнике которого обнаружили примерно годовой бюджет местного отдела милиции. Очень этому обрадовались, пребывая в уверенности что поймали крупную рыбу.
Оставалось сущая мелочь - "расколоть" водителя и выйти на след преступной группировки. Однако случилась незадача, задержанный не кололся. Напротив вёл себя дерзко и качал права. Зачитывая "палачам" по памяти - Всеобщую декларацию прав человека и постулаты из Женевской конвенции.
Потом мент "по секрету" рассказал, что они пытались его бить для ускорения следствия. Из чего не вышло ровным счётом ничего. Т.к. выглядело это по крайней мере странно.
Когда два дюжих опера стали месить нашего парня, то он не затыкаясь орал о произволе и обротнях в погонах. Однако спустя пять минут попросил их притормозить, а когда они остановились, решив что достигли своих целей. То подследственный заявил им следующее: "Дяденьки милиционеры. Вы мне с правой стороны весь ливер отбили. Поменяйте пожалуйста позицию и попинайте меня по другой бочине".
Опера охренели от такого неуважения к законным представителям власти и лупить его дальше им расхотелось. Ничего больше не оставалось, как только поржать вместе с "жертвой ментовского беспредела" и вернуть "преступника" в камеру.

Я, зная не понаслышке о идиосинкразии нашего Олега к сионистам и милиции, вежливо помалкивал и не перебивал. А когда следак закончил, то участливо спросил: "Что делать то будем? Устав предприятия, договора и приходные ордера на деньги я привёз с собой. Будьте так любезны ознакомиться".
Капитан бегло просмотрел документы, на минуту задумался и вдруг предложил провести очную ставку. Дабы убедиться, что мы с задержанным знаем друг друга. А он отдаёт его и деньги в надёжные руки.

Привели Олега и девочку дознавателя. Девочку я проигнорировал, а Олега обнял, сказав что всё в порядке и я очень рад его видеть. Пока девочка дознаватель готовилась к проведению очной ставки, мы успели с ним коротко переговорить и обменяться новостями.
Потом случилось необъяснимое. На самый первый вопрос: "Знаком ли вам сидящий перед вами человек?". Олег, уверено посмотрев в глаза милиционерше, заявил: "Не знаю и вижу его в первый раз!".
В кабинете повисла нехорошая тишина и стало тревожно. Охуевшая девочка - милиционер, заикаясь переспросила: "Этттто кккак так может быть? Вы же только что обнимались и делились новостями?". На что Олег ответил что обознался.
На этом очная ставка и закончилась. Олега увели, а мент сразу посуровел и стал смотреть на меня нехорошим взглядом. Я же, пребывая в полном недоумении, уже начал подумывать что зря сюда приехал. Всерьёз опасаясь, что сейчас меня тоже затрюмят.
Мент молчал, видимо не зная что ему делать и как выйти из этой тупиковой ситуации. Пришлось мне взять инициативу в свои руки. Начав издалека и рассказав о неивестных ему и его сослуживцам, особенностях мировозрения нашего Олега.

Когда я закончил своё повествование, то служивый надолго завис. Видимо не желая признаваться себе, что не понял и половины, того о чём я ему поведал. А когда его отпустило, то был краток и точен как присяга: "Слушай брат. Купи нам в отдел компьютер и забирай своего неформала куда тебе угодно. Видеть его уже не могу. И тебя кстати тоже. Договорились?".

Спустя 6 часов и 400 км. (до областного центра и обратно), я получил благодарственное письмо от райотдела милиции города N, мятежного сидельца и машину со штрафной стоянки. Деньги вернули тоже. Все.
Ещё через час я кормил оголодавшего узника шашлыком. Терпеливо ожидая, когда тот нажрётся "домашнего" и поделится наконец: "Что это было?".
Как оказалось ничего нового - жидомассоны и выполняющая их приказы корумпированная власть. Только воля и личное мужество Олега уберегли нас от беды.
Чувак на полном серьёзе считал, что меня тоже взяли в полон. А он отрицая знакомство со мной, оказал нам обоим неоценимую услугу. Поэтому меня отпустили за недоказанность, а его - рассудив что такого бойца не сломить.
По той же "уважительной" причине, он отказывался весь прошедший месяц сообщать ментам - откуда деньги в его машине и чьи они. Полагая что если он нас сольёт, то заберут всех. Ну что тут сказать? Парень по его мнению - заслуженно причислил себя к героям и пассионариям, справедливо заметив что меня там не было.
Я спорить не стал. Это было бессмысленно. Но выводы для себя сделал. Убедившись на собственной шкуре, что люди которые его мне рекомендовали. Не обманули, утверждая что мужик он своеобразный, но верный и преданный. Что в моём понимании, было поважней любых тараканов в его плешивой башке.

Олег работал на меня ещё несколько лет, пока не нашёл себя в собственном проекте и не свалил в свободное плавание. Общения, тем не менее, мы не прерывали и я периодически просил его о услугах. В коих он никогда мне не отказывал, судя по всему сохранив тёплые воспоминания о старых добрых временах.

Менялось время, а вместе с ним менялись и мы. На многое стали смотреть проще. На многое просто забили, как на несущественное. Но только не Олег. С годами его вера в жидомасонский заговор только окрепла, обзавелась стройной теорией и "неопровержимыми" доказательствами.
Риторика, по волнующей воображение Олега теме, стала более жёсткой и непримиримой. От него доставалось на орехи всем. Начиная от хасидов и прочих ортодоксов, заканчивая эмигрантами всех трёх волн. Думаю, что его можно было смело называть, самым главным гонителем всех 12и колен Израилевых. Куда там до него убогим древним египтянам.
К слову, когда в конце 90х уехали на ПМЖ в Израиль его родители, то он не разговаривал с ними лет пять. Упрекая родных в предательстве идеи и попирании корней.

2. Прошло ещё 20 лет. Мы встречались и созванивались всё реже, пока наконец он не пропал с моей орбиты окончательно. Поэтому можете себе представить моё удивление неожиданному позднему звонку: "Здравствуйте Олег .......".
Вот только ответил мне не Олег, а незнакомый женский голос с неизвестным мне акцентом: "Здравствуйте Владимир. Я звоню по поручению вашего друга. На сегодня ему была назначена операция, результаты и исход кторой были под большим вопросом.
Поэтому ваш друг, подписывая своё согласие на её проведение, кроме всего прочего указал несколько номеров телефонов. По которым следовало позвонить если всё пойдёт не так. Все прочие, которые были в списке, мне были уже известны и раньше, кроме вашего. Он указал его впервые и мы были несколько удивлены, тем что это был номер из России. Непременным условием было позвонить именно с телефона вашего друга, поскольку он предполагал, что если звонок будет с иного номера, то вы можете не взять трубку.
Примите наши соболезнования. Если у вас есть вопросы, то я готова на них ответить".
Мы проговорили почти полчаса и за это время выяснилось многое. Позвонившая мне девушка, оказалась ассистентом известного израильского онколога. В числе прочего она рассказала мне, что впервые увидела моего друга два года назад. Когда он попал в их клинику в почти безнадёжном состоянии. Что его почти насильно вывезли из России на лечение родители, т.к. на родине от него врачи уже отказались и прогнозировали срок дожития не более месяца. Долго уговаривали её шефа сделать ему операцию. Что в итоге всё получилось и началась ремиссия. Что спустя год пришлось сделать ещё одну. А сегодня состоялась третья, которая к сожалению закончилаь печально.

Я разговаривал с Майей и не мог перестать думать о том, что наша жизнь непредсказуема и очень иронична. Вот скажи кто в своё время Олегу, что государство, которое он ненавидел и смешивал с дерьмом почти всю свою сознательную жизнь. Почти бесплатно спасёт ему жизнь и подарит ещё целых два года. Интересно, насколько за это время поменялась его риторика и отношение к "избранному" народу. Как всё это поместилось в его голове и ужилось с мировозрением?

А ещё я подумал, что неправильно поступаю, частенько игнорируя дни рождения и прочие мероприятия своих друзей и близких. Нечасто являясь на праздники лично, а чаще всего просто отписываясь по WhatsApp. Что никто не вечен и следующей встречи может просто уже не случиться.

Что никогда не знаешь точно, кто и как к тебе относится на самом деле. Ведь как оказалось. Вполне возможно, что ты считаешь человека близким себе по духу и абсолютно уверен что он разделяет твоё мнение. Хотя на деле всё может быть совсем не так и человеку может быть просто на тебя наплевать.
Поэтому, я пока не могу понять. Что заставило моего товарища попросить сообщить мне, что с ним случилась беда. Значит он считал меня близким для себя человеком?
А я? Никогда так не считал? Да не считал. Просто очередной приятель - один из многих. Хорошо что он об этом уже никогда не узнает. А мне очередной урок: попытайся относиться к окружающим тебя так, как ты хочешь что бы относились к тебе. Постарайся быть человеком. Пусть это иногда так непросто.

А потом, как всегда когда уже поздно. Вспомнил, что иногда нам с Олегом, очень даже интересно было вместе проводить время.
Что однажды его принесло ко мне в четыре утра и он переполошив весь дом вынудил нас встречать с ним рассвет. Выставив на мой огромный балкон кухонный стол и неизвестно откуда взявшийся самовар. Неожиданно, но мне "той ещё сове" мероприятие понравилось.
А ещё как то раз, он припёр 7 ящиков Киндзмараули и мы два дня пели "грузинские" песни и ели шашлык, пока всё не выпили.
А ещё ...... сколько было этих: "А ещё"? Как оказалось ничего и не забыто. Хороший оказывается был товарищ и собутыльник. Да только чего уж теперь.
Остаётся только ему пожелать более - менее удобно устроиться на том свете. Не уверен, был ли чувак религиозен и верил в какого либо из примерно 2870 богов? Да это и не важно. С его характером и парадоксальным мышлением, этого парня в "рай" точно не пустят. А из ада, если он существует, выпрут максимум через неделю. С формулировкой: "Подъебывал чертей".
Значит не всё ещё потеряно. Так как я, являюсь по факту не меньшей сволочью, чем был при жизни Олежек. То шанс, что мы ещё увидимся, довольно велик.

P.S. Я вырос в СССР. Для меня нации и народы, ничем друг от друга не отличаются. Мне они не нравятся все одинаково. По этой простой причине. Текст написан не для того, что бы сравнивать один народ с другим. Это просто на память о друге и ничего более.
Ещё прошу прощения за некоторую сумбурность повествования. События произошли сегодня ночью и текст редактированию не подвергался. Написано сиё, только с целью отдать дань и снять груз с души. Сделать для человека то, что не успел сделать вовремя.
Владимир.
16.05.2024.

39.

Однажды...
Я увидел мем. Прямо здесь, не отходя от компьютера. Он был подписан не последней буквой алфавита, но где-то рядом. И он меня удивил. От него явно сквозило женоненавистничеством. А еще он навеял воспоминания. О моем сексуальном опыте и его приобретении. И там тоже присутствовала женщина, проще говоря блядь. И ее звали Ирина. Был еще конкурент, практически рыцарский турнир за обладание ее сердцем и тем что ниже пояса. В общем было все, что только возможно. Ну обо всем по порядку.
Откуда она взялась хоть убей не помню. Как и зачем она появилась в нашей компании мне неведомо. Но была, точно была. Мой конкурент настойчиво приглашал ее в баню. Но его время еще не пришло, ведь до девяностых было еще далеко, а в наши годы тащить в баню было не принято. Я пошел более романтичным путем и звал на чердак. Крышу своего дома. Там на лето была моя берлога. Отдельная и комфортабельная. А где взять отдельную комнату пацану в четырнадцать-пятнадцать лет. Я что-то мел ей про звезды которые было видно сквозь щели в дранке, про чистый воздух и трели соловья. И я выигрывал эту конкурентную борьбу. Ведь еще раз подчеркну она была блядью, а совсем не тем, что я узнал из мема и не лишена романтики. Плюс помог конкурент начавший на меня «катить волну». И рыцарский турнир состоялся. Я его выиграл и Иришка отдала руку мне. Оно и правильно, дамы всегда выбирают лучшего партнера что есть на тот момент.
Иришка оказалась чудо созданием и прекрасной швеей-мотористкой, строчила так, что хоть снизу хоть сверху стежок был ровный и беспрерывный. И когда ко мне периодически возвращалось сознание я переживал только об одном. Не рухнет ли на мою семью штукатурка с потолка. Думал ли я тогда, что за завтрак и обед надо впополам? Да нет конечно, просто я не хотел ее потерять даже на минуту и поэтому когда забурчало в животах, а глаза совсем запали я спустился в дом и добыл котлету с гарниром. Без ее участия. Начни на тот момент я рассуждать, а не в корыстных ли целях она претендует на обед я бы или ее лишился или отвечал бы перед семьей за рухнувшую крышу из-за погрызенных стропил. А оно мне надо?

Так вот. Вернемся к мемам. Даже если бы мне какая-то девушка нанесла немыслимую обиду, я бы занимался сексом с другими девушками. А не с Федей или Джоном, которые были бы со мной солидарны в вопросах корыстных побуждений женского пола. Совет только один - ищите блядей, а не проституток. И добивайтесь женщину мощью мышц и ума, а не толщиной кошелька. Не надо провоцировать, чтобы потом не жаловаться.

40.

Было дело у нас, еще в докарантиновский период. Работала у нас в бухгалтерии одна девочка, лет, ну, 21-23, не больше. Девочку звали не Ксения, но для вас она будет Ксенией. Закончила какой-то экономический университет и сразу начала работать у нас. Очень быстро поняв её бесполезность, я к ней не обращалась с вопросами. Через пару месяцев должность секретарши зама освободилось и её из бухгалтерии перевели туда. Помню, как главбух был счастлив и просил эйчар менеджера (главную кадровичку или «Анаконду» по-нашему) её не возвращать.

А зам даже пару недель не сумел с ней работать, и Ксения перешла в отдел для бездарных папиных деточек и любовниц руководства, то есть в отдел кадров. Какого же было моё удивление, когда Анаконда начала всем жаловаться, что Ксения не справляется, а уволить её не может, потому что она дочь друга гендира. Как можно не справляться с такой тупой шаблонной работой, удивилась я тогда. А когда Ксению перевели в ресепшен, всё мне стало ясно. В обязанности ресепшена у нас входило не только встречать гостей и отвечать на звонки, но и снимать копии и сканировать документы по просьбе других сотрудников. Вот одной из этих других сотрудников была я, иной раз еле поднимала огромную кипу документов, которых нужно было ксернуть либо отсканировать. Можно тут сказать – и что же тут сложного? Поставила пачку документов в аппарат, нажала на кнопочку и всё, аппарат сам снимает копию либо сканирует. Но блин, Ксении удавалось и тут облажаться, то забудет про часть документов, то не нажмёт на двухсторонний скан. Жалобам на неё не было предела. Анаконда не знала, что делать, а самой Ксении хоть бы хны.

Вообще она была довольно интересным персонажем, странно было видеть такую в офисе. Меланхоличная девица с детским лицом, всё время как будто парила в облаках, была не из мира сего. Через 5 секунд общения связь с ней прерывалась, хоть и смотрела на собеседника и кивала, но я по глазам видела, что её тут нет. Наверное, из-за этого у неё не было друзей. Обычно я именно тот экстраверт, который вытаскивает интроверта из его панциря и насильно сдруживается с ним, но в то время помнится у меня было несколько громких и скандальных уголовных дел, из-за которых мне вообще не до неё было. Будь у меня больше времени, может и успела бы узнать и подружиться с ней, но кто знал.

В конце декабря у нас был корпоратив. В какой-то момент корпоратива ведущий объявил конкурс талантов. Кто-то спел, кто-то сделал сальто, веселились, короче. И ведущий спросил, а кто может сыграть на каком-либо инструменте? Наступила тишина, я вообще чуть не спряталась в страхе, что кто-нибудь да вспомнит про моё музыкальное образование. И тут потихонечку с другой стороны зала начали в такт аплодировать и кричать «Ксе-ни-я, Ксе-ни-я». Через 5 секунд уже весь зал хоть в недоумении, но требовал Ксению. Ксению чуть ли не насильно вытащили на сцену, она села за огромную белую рояль, которую я до сих пор воспринимала как муляж и начала играть.

Когда укорачивала эту историю, рука никак не поднялась удалить следующий абзац. Уж простите за историю внутри истории.

Есть одна песня, слова которой написала одна известная поэтесса за несколько недель до своей смерти. Она лежала в больнице и не понимала, почему её горячо любимый муж, который тоже поэт, не навещает её. В этом стихотворении все цветы, которые цвели прямо у окна палаты поэтессы ждали и звали Его, грустили от того, что любимый человек романтической героини всё никак не приходил. От поэтессы скрывали, что её муж уже умер в другой больнице. Один из друзей семьи, довольно известный композитор, сочинил песню на эти стихи, а другой друг, который до сих пор очень известный певец, спел эту песню прямо в палате для поэтессы. Дослушав песню, поэтесса тихо спросила:

- Он умер?

Если до этого здоровье у поэтессы шли на поправку, то после этой истории она уже не встала и через пару недель умерла в той же больнице. Песню записали, и она до сих пор любима.

Эту историю я слышала по телеку от тех же друзей поэтессы. Песня и так для меня была и красивой и немного грустной, после этой инфы вообще сложно стало слушать без слёз. А тут Ксения взяла и сыграла эту песню так, что у меня лично слёзы текли несмотря на тяжелый макияж. Если можно было передавать эмоции через игру на рояли, то она это сделала на все 100. Когда она закончила играть, все её бурно аплодировали на ногах. А я побежала в дамскую комнату поправить макияж и не видела продолжения.

После нового года Ксения сначала взяла отпуск, а потом вовсе уволилась. Анаконда с важным видом всем рассказывала, как она сама после того, как «раскрыла» такой талант у девочки, объяснила ей, что ей надо заниматься музыкой. Ведь это именно её отец, какой-то большой чиновник, не разрешал ей заниматься музыкой несмотря на её желание, а настаивал, что учиться нужно на кого-то серьёзного, чтобы потом можно было занимать хорошую должность и норм зарабатывать. Типа после увещеваний Анаконды, Ксения пошла и втихаря подала документы в какое-то музыкальное учебное заведение где-то заграницей и поступила. Те, кто хорошо знаком с Анакондой знали, что добрые дела она может совершить либо на публику, и то редко, либо если за этим стоит какой-то хитроумный план. По-любасу, думаю, для Ксении судьба сложилась наилучшим образом, ну не рождена она для офисной работы, как бы родитель не желал для нее счастья, счастье для неё заключалось именно в музыке.

41.

Однажды...
Будучи еще подростком я пошел на рыбалку. Когда идет на нерест корюшка зубатка это практически массовое мероприятие местных аборигенов. Ведь при ее ловле не надо быть каким-то специалистом или иметь чудо-снасть. Корюшка прет валом и только успевай опускать сачок сделанный из проволочного обруча и картофельной сетки-мешка которые приспособлены к длинному шесту. Идет косяками и когда он рядом только успевай черпать. Пятнадцать-двадцать минут и рюкзак полон.
В тот день было много народу, но корюшка пошла ближе к ночи. Так что черпали в темноте, благо не ошибешься. Начерпались все, но идти домой решили уже с утра. Как в нашу компанию попал Вовка я уже и не помню, да и суть ли важно. Правда он лично весьма заметная и погоняло «Малыш» совсем не подходило к его двухметровому росту и крепкому телосложению. Про таких говорят что если он руками закрутит гайку открутить без ключа уже не возможно. В остальном же он был человек спокойный, можно сказать что даже флегматичный, лет на семь старше меня, соответственно и не друг и не брат. Но с него-то вся история и началась. Кто-то сказал, мол, а ты чего Вовка рюкзак к костру поставил, сварится рыба ведь.
- Да-да, надо поставить поближе к реке — и Вовка подхватив рюкзак двинулся от костра.
И уже через секунды я услышал плеск воды и какой-то выдох с возгласом. В мозгах все сработало на автомате, подскочив с места и схватив валяющийся сачок я кинулся к берегу, который был довольно обрывист, а до воды было метра полтора. Река по весне полноводна и как раз в этом месте был приличный водоворот. Я увидел его в водном отсвете и сунул сачок. Он за него судорожно ухватился. Потом набежал народ, светил фонариками, помогали тащить. И через минуту Вовка был на берегу скинув в воде болотные сапоги и без рюкзака который он невзначай в темноте поставил за обрыв берега. И который утянул за собой и хозяина.
Где-то через часик Вовка отжав и высушив у огня одежду и послушав разговоры очевидцев он подсел ко мне.
- Слышь братан ты ведь походу мне жизнь спас! - сказал он негромко.
- Да ладно, с кем не бывает, - буркнул я.
- Я ведь плавать совсем не умею, хана бы мне была. Это точно. Так что я твой должник!
Перекинувшись еще двойкой-тройкой фраз я постарался свести разговор на нет. Подумав — тоже мне подвиг нашел.
А где-то месяца через полтора история получила продолжение. Так уж получилось, что мы подростками ходили на танцы. А так как поселок был незримо поделен на четыре участка, то без драк не обходилось. А чем еще заниматься? Но в этот день мне не повезло. Уж не знаю по какому стечению обстоятельств я приперся в клуб один, но и там наших «низовских» не было. А вот «верховские» как на посту. Я огляделся и понял, что словлю. Да и свалить уже было поздновато, засекли. Ко мне подвалило человек шесть, поневоле пришла мысль — придется хорошо словить! Но странное дело, подвалить то они подвалили, но почему-то стояли молча. Я поначалу даже не понял ничего. Но тут откуда-то сзади и сверху загремел голос:
- Слышь босота, вы не на братана моего такой толпой накинуться решили!
Я даже поневоле немного присел от неожиданности и только потом обернулся. Это был Вовка, не зря все же его звали «Малышом», на голову а то и на полторы возвышаясь над нами он настроен был довольно агрессивно. Оппоненты что-то пробурчали, я даже не понял что, но рассосались как-то незаметно.
- Слышь братан, ты если что не так, скажи. Я обычно вон там стою — кивнув куда-то в зал произнес он.
- Да ладно, мы как нибудь сами разберемся, тем более ты даже не наш, а «совхозный». Наши скоро подвалят.
И они действительно вскоре подвалили. Но только натанцевались от души, драки в тот день не было от слова вообще. И у меня даже где-то в глубине души мелькнула мысль, что неплохо иметь такого брата. Но история еще имела продолжение. Было оно в том же году, но ближе к осени. Уже шла на нерест кета и горбуша, но вместе с рыбой с сопок к рекам спустились и медведи. Вообще конечно при таком количестве рыбы они сытые, но лишний раз встречаться нежелательно. А я с другом с одним из них и столкнулся на котловане. Быстренько ретировались и решили поискать другое место или отложить на следующий раз. Пока шли к мотоциклу встретили еще группу мужиков, среди них был и Вовка.
- Здорово братишка! Ты откуда? - весело произнес он.
- Да на котлован ходили, но там медведь.
- И что? Ну пойдем с нами у меня ружье так что не обидит..
- Не, мы решили в другое место. Река большая, да и медведя жалко он же не знает что ты мой братишка.

42.

Посвящается минувшему двадцать третьему февраля, и грядущему восьмому марта.

Конец восьмидесятых. Ленинград. Я бездельничаю на кафедре, числюсь младшим научным сотрудником – помню, что как инженеру и аспиранту, мне присвоили не самую низкую категорию, но всё равно после проектного отдела на оборонном предприятии, зарплата уменьшилась почти втрое.
Как- то немного скучно становилось. Я тогда только купил свою первую машину, и с грустью понял, что денег она требует немало.

Повезло – по знакомству меня взяли совместителем – штатным фотографом в клуб завода Арсенал.
Работа- не бей лежачего – директор клуба заранее выдавал мне список мероприятий, нужно было зайти ненадолго, отснять официальную часть и не забыть вовремя представить конверт с отпечатками.

К слову – это было довольно интересно – за пару лет, по приглашениям там побывали многие известные артисты, и всех их я снимал.

В клубе мне выдали четыре камеры (два широкоплёночных Киева, и два Зенита) и несколько сменных объективов к ним – так, что качество можно было обеспечить довольно высокое. Фотографией я начал заниматься ещё лет в тринадцать, в пионерском лагере, и опытом обладал уже солидным. А фотоувеличитель у меня вообще по тем временам был сказочный – Krokus GFA, даже с цветофильтрами.

В основном это был лёгкий и необременительный приработок – за месяц может пять- шесть раз потрудишься, а платили вполне достойно. Но случались и неприятности.

На одном из празднований Дня Победы в клубе выступал – не буду называть фамилию, это и сейчас ещё очень известный певец, народный артист – в зале собрались ветераны, заводская администрация и просто приглашённые.

Концерт идёт своим чередом, кто- то под банкет уже прилично нагрузился-

Из за стола поднимается совершенно пьяный ветеран – судя по орденской колодочке. Глаза в разные стороны, рубашка вылезла из штанов, воротник сбился, в руке вилка с куском колбасы. Качается.

(Историческая справка – мне потом рассказали- это был простой слесарь на заводе, но в войну он служил юнгой на Северном флоте. Получилось так, что юнгами на севере служили и довольно известные люди – писатель Валентин Пикуль, и оперный певец Борис Штоколов. Всего их там за всю войну было не так уж много, и после войны они разумеется встречались – и знали друг друга).

На весь зал-

- Коля! Ё…..б твою мать! Ты нам спой нашу, ну ты же бл..дь помнишь, как ты нам пел! Вальку Пикуля, бля, Борьку Шттт…околова! Давай, х…ли, я те подпою!

Позорище невообразимый. Человек, портрет на афишах которого являлись украшением любого театра, стоит на сцене, и не знает, как отреагировать. Администрация тоже опешила.

Я положил камеру на стол, приобнял хулигана, развернул его –

- Споёт, споёт, успокойся. Давай- ка пропустим с тобой по сто грамм за Победу, приведёшь себя в порядок, а я твой портрет сделаю? Отвечаю – на доску почёта не гарантирую, но в заводской малотиражке опубликуем.

Скандал удалось погасить, мы с ним выпили, я сделал несколько кадров. А потом его вежливо удалили – слишком распоясался. Редактор заводской газеты – мой приятель (он и рассказал про буяна)-

- Что? Этого выпердыша в газету? Да пошёл он на х..й! Он уже и так всех зае…л! Лодырь, алкоголик, его и не уволили- то до сих пор, только потому что бывший юнга. Этому гондону до пенсии по вредности чуть осталось – проводят на хрен, и забудут, как страшный сон.

Портреты ему всё же передали по моей просьбе. Ветеран глядишь, какой ни есть, но заслуженный.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

А бывали позитивные истории, которые потом с теплом вспоминаются.

Каждый фотограф знает, что никакой квалификации и опыта не достаточно, чтобы сделать ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ХОРОШИЙ кадр – нужно, чтобы звёзды на небе правильно сошлись, и тебя целиком, с ног до головы как из ушата УДАЧЕЙ окатило. Это был именно такой кадр.

Я тогда снимал какой- то вроде танцевальный конкурс. Латиноамериканские танцы. Среди группы выступающих ярко выделялась одна из барышень - Ася её звали, я выяснил.

Во первых, безусловная красавица. Нет, не так – КРАСАВИЦА. Латинские танцы вообще очень экспрессивны, но что она выделывала на сцене – это словами не описать. Молния в юбке. Спортсменка, комсомолка, ну вы знаете…

А во вторых – латиноамериканские карнавальные костюмы всегда шьются довольно открытыми – но то, что на Аське было надето – можно было выкроить из двух носовых платков.

Разумеется, все остальные участницы скромно держались в тени перед таким почти стриптизом. Она же это чувствовала, и похоже просто тащилась. Во всяком случае более радостной физиономии в зале не было.

Я сделал несколько кадров, привстал на колено, чтобы поймать ракурс немного снизу, тут у Аськи подворачивается каблук, и именно в этот момент я нажал на спуск. Успел ещё поймать падающую красавицу – удержал.

Гм. Держать в объятиях это чудо у всех на глазах– всего долю секунды, но искорка проскочила, проскочила. Барышня по доброму улыбнулась, сказала-

- Вот спасибо, чуть не грохнулась

И продолжила выступление.

...............................................................................

Я проявил плёнки, отпечатал фотографии, разложил сушиться и пошёл спать.

А утром не мог насмотреться на это фото. Все помнят один из хрестоматийных кадров Великой Отечественной- «Политрук, поднимающий бойцов в атаку?»

Это был почти такой же ракурс, но вместо героизма там просто хлестало эротикой- причём ни капли неприличия – взмахнувши рукой, как бы взлетая, с широко раскрытыми глазами Аська в первый момент потери равновесия была просто прекрасна. Что называется, повезло поймать момент.

Кадр этот я зажал – не отдал в клуб. Звоню Кольке- редактору газеты-

- Слыш, говорю, ты про этот танцевальный конкурс писать будешь?

- Наверно, один хрен полосу заполнить нечем

- У меня фото есть, для иллюстрации, привезти?

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

- Бля, супер! Как ты это снял? Это на Пулитцера* тянет!

- Повезло.

Для порядка там же в статье было помещено групповое фото всех участниц – в конце концов статья была о конкурсе, а не об одной из его участниц.

Подарить понравившейся барышне красивую фотку на память – это каждый может. А вот подарить ей хоть и заводскую, но газету с её фото – тут надо вероломно использовать своё служебное положение. Но эффект- согласитесь, сильнее в разы. Разумеется, я воспользовался положением.

В группе девчонок, что занимались танцами в клубе, это произвело впечатление бомбы – я же уволок у Кольки из тиража газет тридцать – чтобы всем хватило.

А Ася, в джинсах и блузке, без макияжа показалась мне ещё привлекательнее.

Выхожу из клуба, завожу свою ласточку (ничего особенного, жигули- пятёрка), а Аська тут как тут.

- Подвезти? Тебе куда?

- На Х…пина, в студгородок.

- Ну садись, почти по пути.

Она была родом с Урала, приехала поступать в институт, жила в общежитии. Неглупая весёлая девчонка. Студентка, спортсменка, комсомолка – ну вы помните…

- А лет тебе сколько?

- Почти девятнадцать, а тебе?

- Почти тридцать.

- Фотографом работаешь?

- Подрабатываю. Аспирант я.

- Ой, а что это? Печеньки? Можно я съем?

- Конечно можно. Ты что, голодная?

- Угу. Стипендия только через два дня, в общаге жрать нечего, а сегодня ещё и пообедать не успела – у нас в столовке по талонам.

- Так. Не хочется выглядеть слишком навязчивым, но можно заехать ко мне – поужинать.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Да, уважаемый читатель. Хотел бы я посмотреть, какой мужик на моём месте этого не сказал. Продолжать не буду, но жил я тогда в однокомнатной квартире один, у меня был коньяк, на ужин она слопала полторы порции, и поспать нам в ту ночь почти не удалось.

Лёничка – она меня называла.
……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

За завтраком спрашивает –

- А что, почти тридцать лет и не женат?

- Сложно ответить. Был женат, дочка есть, разведён, штамп о браке в паспорте стоит, но со второй женой мы вместе не живём – так получилось.

Терпеть не могу обманывать женщин.

- Ты номер телефона запиши, мало ли ещё раз поужинать захочется?

Подвёз её до института, кстати, я тоже Политех заканчивал, и только попрощавшись, сообразил, что интерес она ко мне уже потеряла. Из перспективного жениха я превратился для неё в скучающего ловеласа. Хоть и не самого худшего, надеюсь.

Так оно и вышло. Больше мы не встречались. Однако, история имела продолжение.

Минуло почти два года, я закончил аспирантуру, сдал минимум, можно было обрабатывать накопленный материал по диссертации, и готовиться к защите. Звонит телефон.

- Простите, а можно Леонида М-ва?

- Я слушаю.

- Это Ася, помнишь ещё?

- Вау! Сколько лет! Конечно помню, не сочтите за комплимент, сударыня, но такое не забывается. Не часто в нашей жизни…

- Слушай, помнишь ты меня тогда фотографировал? А у тебя не осталось случайно того фото, только получше качеством?

- Конечно осталось. Портрет твой на стене у меня висит, скрашивает холодные зимние вечера одинокого холостяка…Шучу. Но фото осталось.

- А нельзя его у тебя выпросить? Тут, понимаешь…

- Конечно можно. Скажи, куда привезти-

- ЛДМ на профессора Попова знаешь? Там конкурс красоты идёт, подъезжай, буду признательна.

- Прямо сейчас?

- А можешь? Тогда прямо сейчас. Я тебе пропуск закажу. Спросишь Гнедовскую – это теперь моя фамилия.

К слову, кадр этот я действительно хранил – скажу по секрету, однажды даже занял с ним первое место на районном фотоконкурсе. Я взял фотографию, негатив – я все свои негативы хранил, и поехал. Надо же, Аська уже в конкурсах красоты участвует – впрочем, с её данными неудивительно. Действительность оказалась намного круче.
Во Дворце Молодёжи было не протолкаться – охранник проверил документы-

- Кого вам, Гнедовскую? Администрация конкурса в двести втором офисе.

У двести второго офиса документы проверили ещё раз.

- Ася Александровна, к Вам!

Аська в строгом элегантном костюме с надписью на бейджике «администратор», рядом вальяжный мужик. В строгом соответствии с правилами этикета – младшего представляют старшему первым –

- Игорь, это тот самый чудо мастер, который делал фото, его зовут Леонид. Леонид, познакомьтесь, это Игорь, мой супруг.

- Очень приятно.

Я вытаскиваю из портфеля фотографию – тридцать на двадцать сантиметров, фотобумага «Берёзка», с полиэтиленовой пропиткой – попрочнее обычной, не выцветает, и глянцевать не надо.

- Блин. Асенька, это супер. Это не просто супер, это высший класс! Я это на обложку Vogue пристрою! Боюсь спросить, а негатива у вас, случайно не осталось?

- Конечно, вот он.

- Так, это уже серьёзно. Миша, юриста нашего позови! Это где-нибудь раньше публиковалось?

- Заводская газета, два года назад, тираж двести экземпляров

- Несерьёзно. А за границей?

- Нет, конечно

- Вот что, сколько вы хотите за право публикации?

- Ничего не хочу

- Вы не понимаете, это может стоить довольно дорого

- Видите ли, я не профессиональный фотограф, мне просто приятно, что я могу сделать небольшой подарок вашей очаровательной супруге, если вы позволите.

И я до сих пор помню полный достоинства (но с лёгким оттенком блудливости) Аськин взгляд, которым она меня одарила, произнося слова благодарности.

Домой я ехал с бутылкой хорошего коньяка- Игорь меня просто так не отпустил, и улыбался – как неожиданно удалось сделать доброе дело. Не мог же я вот так, запросто продать за деньги память о том замечательном приключении?

Всех представительниц прекрасного пола – с наступающим праздником!

*
Пулитцеровская - престижная премия, вроде Нобелевки для журналистов.

43.

СЛУЧАЙНАЯ ВСТРЕЧА

Женщина была очень старой — ей было, по всей видимости, около 90. Я же был молод — мне было всего 17. Наша случайная встреча произошла на песчаном левом берегу Днепра, как раз напротив чудной холмистой панорамы правобережного Киева.

Был солнечный летний день 1952 года. Я играл с друзьями в футбол прямо на пляжном песке. Мы хохотали и орали что есть мочи.

Старая женщина, одетая в цветастый, до пят, сарафан, лежала, скрываясь от солнца, неподалеку, под матерчатым навесом, читая книгу. Было весьма вероятно, что наш старый потрёпанный мяч рано или поздно врежется в этот лёгкий навес, покоившийся на тонких деревянных столбиках. Но мы были беззаботными юнцами, и нас это совсем не беспокоило. И в конце концов, мяч действительно врезался в хрупкое убежище старой женщины! Мяч ударил по навесу с такой силой, что всё шаткое сооружение тут же рухнуло, почти похоронив под собой несчастную старушку.

Я был в ужасе. Я подбежал к ней, быстро убрал столбики и оттащил в сторону навес.

— Бабушка, — сказал я, помогая ей подняться на ноги, — простите.

— Я вам не бабушка, молодой человек, — сказала она со спокойным достоинством в голосе, отряхивая песок со своего сарафана.
— Пожалуйста, не называйте меня бабушкой. Для взаимного общения, юноша, существуют имена. Меня зовут Анна Николаевна Воронцова.

Хорошо помню, что я был поражён высокопарным стилем её речи. Никто из моих знакомых и близких никогда не сказал бы так: «Для взаимного общения, юноша, существуют имена...«Эта старушка явно была странной женщиной. И к тому же она имела очень громкое имя — Воронцова! Я был начитанным парнем, и я, конечно, знал, что это имя принадлежало знаменитой династии дореволюционных российских аристократов. Я никогда не слыхал о простых людях с такой изысканной фамилией.

— Простите, Анна Николаевна.
Она улыбнулась.
— Мне кажется, вы хороший юноша, — сказала она. — Как вас зовут?
— Алексей. Алёша.
— Отличное имя, — похвалила она. — У Анны Карениной был любимый человек, которого звали, как и вас, Алексей.
— Анна Николаевна подняла книгу, лежавшую в песке; это была «Анна Каренина». — Их любовь была трагической — и результатом была её смерть. Вы читали Льва Толстого?

— Конечно, — сказал я и добавил с гордостью: — Я прочёл всю русскую классику — от Пушкина до Чехова.

Она кивнула.

— Давным-давно, ещё до революции, я была знакома со многими русскими аристократами, которых Толстой сделал героями своих романов.

… Современному читателю, я думаю, трудно понять те смешанные чувства, которые я испытал, услышав эти слова. Ведь я был истинным комсомольцем, твёрдо знающим, что русские аристократы были заклятыми врагами трудового народа, презренными белогвардейцами, предателями России. А тут эта женщина, эта хрупкая симпатичная старушка, улыбаясь, бесстрашно сообщает мне, незнакомому парню, что она была знакома с этими отщепенцами! И, наверное, даже дружила с ними, угнетателями простого народа!..

Моим первым побуждением было прервать это странное — и даже, возможно, опасное! -— неожиданное знакомство и вернуться к моим футбольным друзьям, но непреодолимое любопытство, которому я никогда не мог сопротивляться, взяло верх, и я нерешительно спросил её, понизив голос:

— Анна Николаевна, Воронцовы, мне кажется, были князьями, верно?
Она засмеялась.
— Нет, Алёша. Мой отец, Николай Александрович, был графом.

— … Лёшка! — кричали мои товарищи. — Что ты там делаешь? Ты будешь играть или нет?

— Нет! — заорал я в ответ. Я был занят восстановлением разрушенного убежища моей новой знакомой — и не просто знакомой, а русской графини!-— и мне было не до моих футбольных друзей.

— Оставьте его в покое, — объявил один из моих дружков. — Он нашёл себе подружку. И они расхохотались.

Женщина тоже засмеялась.

— Я немного стара, чтобы быть чьей-либо подружкой, — сказала она, и я заметил лёгкий иностранный акцент в её произношении. — У вас есть подружка, Алёша? Вы влюблены в неё?

Я смутился.
— Нет, — сказал я. — Мне ведь только 17. И я никогда ещё не был влюблён, по правде говоря.

— Молодец! — промолвила Анна Николаевна. — Вы ещё слишком юны, чтобы понять, что такое настоящая любовь. Она может быть опасной, странной и непредсказуемой.
Когда я была в вашем возрасте, я почти влюбилась в мужчину, который был старше меня на 48 лет. Это была самая страшная встреча во всей моей жизни. Слава Богу, она длилась всего лишь 3 часа.

Я почувствовал, что эта разговорчивая старая женщина вот-вот расскажет мне какую-то удивительную и трагическую историю.

Мы уже сидели под восстановленным навесом и ели яблоки.

— Анна Николаевна, вы знаете, я заметил у вас какой-то иностранный акцент. Это французский?

Она улыбнулась.
— Да, конечно. Французский для меня такой же родной, как и русский…
Тот человек, в которого я почти влюбилась, тоже заметил мой акцент. Но мой акцент тогда был иным, и иным был мой ответ. И последствия этого ответа были ужасными! — Она помолчала несколько секунд, а затем добавила:
— Это случилось в 1877 году, в Париже. Мне было 17; ему было 65…

* * *
Вот что рассказала мне Анна Николаевна Воронцова в тот тихий летний день на песчаном берегу Днепра:

— … Он был очень красив — пожалуй, самый красивый изо всех мужчин, которых я встречала до и после него — высокий, подтянутый, широкоплечий, с копной не тронутых сединой волос. Я не знала его возраста, но он был очень моложавым и казался мне мужчиной средних лет. И с первых же минут нашего знакомства мне стало ясно, что это был умнейший, образованный и обаятельный человек.

В Париже был канун Рождества. Мой отец, граф Николай Александрович Воронцов, был в то время послом России во Франции; и было неудивительно, что его пригласили, вместе с семьёй, на празднование Рождества в здании французского Министерства Иностранных Дел.

Вы помните, Алёша, как Лев Толстой описал в «Войне и Мире» первое появление Наташи Ростовой на московском балу, когда ей было шестнадцать, — её страхи, её волнение, её предчувствия?.. Вот точно так же чувствовала себя я, ступив на паркетный пол министерства, расположенного на великолепной набережной Кэ д’Орсе.

Он пригласил меня на танец, а затем на другой, а потом на третий… Мы танцевали, раговаривали, смеялись, шутили — и с каждой минутой я ощущала, что я впервые встретила мужчину, который возбудил во мне неясное, но восхитительное предчувствие любви!

Разумеется, мы говорили по-французски. Я уже знала, что его зовут Жорж, и что он является сенатором во французском парламенте. Мы отдыхали в креслах после бешеного кружения в вальсе, когда он задал мне тот самый вопрос, который вы, Алёша, задали мне.

— Анна, — сказал он, — у вас какой-то странный акцент. Вы немка?
Я рассмеялась.
— Голландка? Шведка? — спрашивал он.
— Не угадали.
— Гречанка, полька, испанка?
— Нет, — сказала я. — Я русская.

Он резко повернулся и взглянул на меня со странным выражением широко раскрытых глаз -— растерянным и в то же время ошеломлённым.
— Русская… — еле слышно пробормотал он.
— Кстати, — сказала я, — я не знаю вашей фамилии, Жорж. Кто вы, таинственный незнакомец?

Он помолчал, явно собираясь с мыслями, а затем промолвил, понизив голос:
— Я не могу назвать вам мою фамилию, Анна.
— Почему?
— Не могу.
— Но почему? — настаивала я.
Он опять замолчал.
— Не допытывайтесь, Анна, — тихо произнёс он.

Мы спорили несколько минут. Я настаивала. Он отказывался.

— Анна, — сказал он, — не просите. Если я назову вам мою фамилию, то вы немедленно встанете, покините этот зал, и я не увижу вас больше никогда.
— Нет! Нет! — почти закричала я.
— Да, — сказал он с грустной улыбкой, взяв меня за руку. — Поверьте мне.
— Клянусь! — воскликнула я. — Что бы ни случилось, я навсегда останусь вашим другом!
— Не клянитесь, Анна. Возьмите назад свою клятву, умоляю вас.

С этими словами он полуотвернулся от меня и еле слышно произнёс:
— Меня зовут Жорж Дантес. Сорок лет тому назад я убил на дуэли Пушкина…

Он повернулся ко мне. Лицо его изменилось. Это был внезапно постаревший человек; у него обозначились тёмные круги под глазами; лоб перерезали морщины страдания; глаза были полны слёз…

Я смотрела на него в неверии и ужасе. Неужели этот человек, сидевший рядом со мной, был убийцей гения русской литературы!? Я вдруг почувствовала острую боль в сердце. Разве это мыслимо?! Разве это возможно!? Этот человек, в чьих объятьях я кружилась в беззаботном вальсе всего лишь двадцать минут тому назад, этот обаятельный мужчина безжалостно прервал жизнь легендарного Александра Пушкина, чьё имя известно каждому русскому человеку — молодому и старому, бедному и богатому, простому крестьянину и знатному аристократу…

Я вырвала свою ладонь из его руки и порывисто встала. Не произнеся ни слова, я повернулась и выбежала из зала, пронеслась вниз по лестнице, пересекла набережную и прислонилась к дереву. Мои глаза были залиты слезами.

Я явственно чувствовала его правую руку, лежавшую на моей талии, когда мы кружились с ним в стремительном вальсе…Ту самую руку, что держала пистолет, направленный на Пушкина!
Ту самую руку, что послала пулю, убившую великого поэта!

Сквозь пелену слёз я видела смертельно раненного Пушкина, с трудом приподнявшегося на локте и пытавшегося выстрелить в противника… И рухнувшего в отчаянии в снег после неудачного выстрела… И похороненного через несколько дней, не успев написать и половины того, на что он был способен…
Я безудержно рыдала.

… Несколько дней спустя я получила от Дантеса письмо. Хотели бы вы увидеть это письмо, Алёша? Приходите в понедельник, в полдень, ко мне на чашку чая, и я покажу вам это письмо. И сотни редких книг, и десятки прекрасных картин.

* * *
Через три дня я постучался в дверь её квартиры. Мне открыл мужчина лет шестидесяти.
— Вы Алёша? — спросил он.
— Да.
— Анна Николаевна находится в больнице с тяжёлой формой воспаления лёгких. Я её сын. Она просила передать вам это письмо. И он протянул мне конверт. Я пошёл в соседний парк, откуда открывалась изумительная панорама Днепра. Прямо передо мной, на противоположной стороне, раскинулся песчаный берег, где три дня тому назад я услышал невероятную историю, случившуюся с семнадцатилетней девушкой в далёком Париже семьдесят пять лет тому назад. Я открыл конверт и вынул два
листа. Один был желтоватый, почти истлевший от старости листок, заполненный непонятными строками на французском языке. Другой, на русском, был исписан колеблющимся старческим почерком. Это был перевод французского текста. Я прочёл:

Париж
30 декабря 1877-го года

Дорогая Анна!

Я не прошу прощения, ибо никакое прощение, пусть даже самое искреннее, не сможет стереть то страшное преступление, которое я совершил сорок лет тому назад, когда моей жертве, великому Александру Пушкину, было тридцать семь, а мне было двадцать пять. Сорок лет — 14600 дней и ночей! — я живу с этим невыносимым грузом. Нельзя пересчитать ночей, когда он являлся — живой или мёртвый — в моих снах.

За тридцать семь лет своей жизни он создал огромный мир стихов, поэм, сказок и драм. Великие композиторы написали оперы по его произведениям. Проживи он ещё тридцать семь лет, он бы удвоил этот великолепный мир, — но он не сделал этого, потому что я убил его самого и вместе с ним уничтожил его будущее творчество.

Мне шестьдесят пять лет, и я полностью здоров. Я убеждён, Анна, что сам Бог даровал мне долгую жизнь, чтобы я постоянно — изо дня в день — мучился страшным сознанием того, что я хладнокровный убийца гения.

Прощайте, Анна!

Жорж Дантес.

P.S. Я знаю, что для блага человечества было бы лучше, если б погиб я, а не он. Но разве возможно, стоя под дулом дуэльного пистолета и готовясь к смерти, думать о благе человечества?

Ж. Д.

Ниже его подписи стояла приписка, сделанная тем же колеблющимся старческим почерком:

Сенатор и кавалер Ордена Почётного Легиона Жорж Дантес умер в 1895-м году, мирно, в своём доме, окружённый детьми и внуками. Ему было 83 года.

* * *

Графиня Анна Николаевна Воронцова скончалась в июле 1952-го года, через 10 дней после нашей встречи. Ей было 92 года.

Автор: Александр Левковский

Красивая история, которую нам поведал Александр Левковский ...
В предисловии к этому рассказу он пишет , что в 2012 году , в поезде Киев-Москва его попутчиком оказался пожилой мужчина, который и рассказал писателю об удивительном случае, произошедшем в его детстве...

"Я пересказываю её почти дословно по моим записям, лишь опустив второстепенные детали и придав литературную форму его излишне эмоциональным высказываниям. Правдива или нет, эта история несёт, я думаю, определённый этический заряд – и, значит, может быть интересна читателям».

44.

Ода бесполезности споров

Одним из самых больших разочарований, постигшим меня на пороге зрелости, явилось осознание факта – что даже абсолютная правота не является залогом победы в споре. Это знание изменило мой мир так же, как теорема Гёделя о неполноте изменила формальную логику. Я осознал, что вокруг меня существуют люди, которых невозможно переубедить, вне зависимости от убедительности аргументации и шаткости их позиции.

Традиционно начну издалека. Меня всегда интересовал вопрос: Почему ученые, раз такие умные, не вступают в дискуссии с обывателями, одержимыми разными лженаучными глупостями – ведь показать им истину не сложно: наука выработала множество инструментов, способных убедительно доказать любой спорный вопрос: от наличия законов Менделя на примере садовых мушек, до отмены «Новой Хронологии» через дендрохронологический анализ.

Сейчас я знаю ответ – переубедить сторонников лженаучных теорий невозможно. Но вовсе не потому, что они серьёзно заблуждаются. А в точности до наоборот – их невозможно переубедить, потому что они не заблуждаются вообще.

Январское утро 1870 года, выдалось, по мнению английского биолога-эволюциониста Альфреда Рассела Уоллеса, просто замечательным. Он прочитал в научном журнале Scientific Opinion объявление, податель которого предлагал спор на 500 фунтов стерлингов тому, кто возьмётся наглядно доказать шарообразность Земли и «продемонстрирует способом, понятным каждому разумному человеку, выпуклую железную дорогу, реку, канал или озеро». Спор предлагал некий Джон Хэмден, автор книги, доказывавшей, что Земля на самом деле – плоский диск. По мнению Альфреда Уоллеса, это были самые настоящие «легкие деньги» - опровергнуть его доказательство шарообразности Земли было невозможно ни с теоретической, ни с практической точки зрения.

Приняв вызов, Уоллес выбрал прямолинейный отрезок канала длиной шесть миль, в начале и в конце которого стояли два моста. Чугунный парапет моста Уэлни от воды отделяли 13 футов (4 метра), а высота старого Бедфордского моста была немного больше. К этому мосту Уоллес прикрепил кусок белой ткани, пометив на нем черной краской уровень парапета моста Уэлни, на котором Уоллес установил строго горизонтально 50-кратный телескоп с нитями визира в окуляре. На полпути между мостами Уоллес установил столб с парой дисков: черным на высоте черной линии и парапета и красным, ровно на четыре фута (122 сантиметра) ниже.

Таким образом, высота над водой телескопа, чёрного кружка и чёрной полосы была совершенно одинаковой. «Если Земля, — рассуждал Уоллес, — плоская, то вода в канале тоже плоская. А значит чёрная полоса и чёрный кружок должны совпасть в окуляре телескопа. Ну, а если поверхность воды выпуклая, в смысле, повторяет выпуклость Земли, то чёрный кружок должен оказаться выше полосы, а в визире будет виден красный кружок».

Так, кстати и оказалось. Но это не стало победой в споре. Просто потому, что Хэмпден не стал смотреть в телескоп, заявив, что сама мысль об искривленной поверхности воды оскорбительна для здравого смысла. Вместо себя, он попросил посмотреть в телескоп своего секретаря. Который, ничтоже сумняшеся, уверил собравшуюся публику что обе метки находятся на одном уровне. Если некоторое расхождение и наблюдается, то это связано с аберрациями линз телескопа. И что с этим прикажете делать?

С формальной стороны в споре победил Уоллес. И он даже сумел получить причитающуюся ему сумму – перед спором ставки были вручены независимому арбитру, редактору журнала «The Field» Джону Уолшу. Посмотрев в телескоп, Уолш увидел красный кружек и попытался переубедить Хэмпдена. Естественно безуспешно – чтоб не терять лицо и деньги, Хэмпден ушел в глухое отрицание. После долгих бесплодных переговоров, Уолш опубликовал отчет в своем журнале и вручил 500 фунтов Уоллесу.

Вот только это оказалось не концом, а началом истории, с многолетними судебными тяжбами, скандалами, преследованием, оскорбительными письмами и прочими пакостями… Разгневанный Хэмпден начал судебный процесс. Будучи неспособным оспорить результаты эксперимента, он начал придираться к формальностям. Он вспомнил о пункте в условиях пари, где говорилось, что деньги победителю должны быть выплачены немедленно.

Формально этот пункт не был исполнен. Арбитр Уолш долго пытался избежать ссоры с Хэмпденом и попробовал образумить его, прежде чем передавать Уоллесу деньги. Основываясь на этой зацепке, Уолша вынудили забрать всю сумму у Уоллеса и вернуть Хэмпдену.

Почувствовав себя победителем, Хэмпден начал во всеуслышание оскорблять Уоллеса и даже отправил его жене письмо с угрозами. Этого Уоллес терпеть не стал. Он вызвал Хэмпдена в мировой суд. Хэмпден, к тому моменту окончательно лишившийся рассудка, раскаиваться не собирался и пакостил Уоллесу еще 15 лет, трижды за это время оказываясь в тюрьме. Таким образом Уоллес все же получил назад свои честно выигранные 500 фунтов, но не мог не признать, что эта эпопея стоила ему куда больших трат на судебные разбирательства, чем те деньги, которые он в конце концов получил.

Читая эту историю, я долго не мог понять, почему Хэмпден не посмотрел в телескоп. Это казалось абсурдным и нелогичным: ведь теории, которой он придерживался, был брошен серьёзный вызов. А он не потрудился даже ознакомиться с ним. Только спустя много лет, поучаствовав в тысяче бесплодных споров, я пришел к пониманию случившегося. Хэмпден не стал смотреть в телескоп, так как знал, что увидит доказательство шарообразности Земли.

На самом деле Хэмпден не верил в плоскую Землю. Он просто говорил, что верит. А это очень большая разница. Подобные теории заговора не встраиваются в картину мира и никак не влияют на поступки – люди придерживаются их для обретения новой общности. Эта позиция просто помогает найти друзей. Получить чувство принадлежности к большой группе, сторонники которой будут выступать на твоей стороне.

Жить в современном мире непросто – всё норовят обидеть. Государство закручивает гайки, налоги растут, а уровень жизни падает. Общение на форумах и соцсетях так же не приносит облегчения. Для того, чтоб тебя читали, тебя замечали – вот представьте себе – нужно быть интересным. Нужно писать интересные заметки, быть остроумным и эрудированным собеседником с богатой фантазией и широким кругозором. В любом обществе таких единицы. А признания хочется всем.

Школьники в подобных случаях поджигают кнопки лифта. Хулиган был никем и звали его никак, а теперь его проклинает целый подъезд и бригада ремонтников. Взрослому человеку подобная фронда не с руки. Вместо этого он идет на форум и пишет, что верует в плоский мир. И всё! Он сразу становится частью чего-то большего. Огромной сети единомышленников, живущих по всему шарику: которые разделяют взгляды и выступают на его стороне. Просто потому, что несут такую же пургу.

Переспорить их невозможно – они сами прекрасно знают, что они не правы. Это легко заметить по позиции в спорах – вместо стремления к установлению фактов, они всячески уклоняются от анализа и проверки. Со стороны это может показаться забавным – наблюдать за уловками и тотальным отрицанием реальности интересно. Ровно до тех пор, пока не понимаешь, что подобные споры являются не попыткой разобраться в явлении, а банальным социальным взаимодействием. Истина здесь никогда не родится – не для этого спор ведут.

Понимаете? Мотивация здесь вывернута наизнанку – эти люди не собираются в группы, потому что верят в одинаковые теории. Эти люди заявляют, что верят в одинаковые теории, для того чтоб собираться в группы. Объединяющая группу идея может быть сколь угодной тупой и нелепой – её все равно будут ценить. Главное, что требуется – это способность поделить мир на согласных с этой идеей нас и всех остальных их.

Что делать? Изменить подход к дискуссиям и к чтению новостной ленты. Нужно меньше обращать внимание, на то, что люди говорят, сосредоточившись на том, что люди делают. Поступками люди гораздо лучше выражают свою позицию, чем словами. Это может показаться банальностью, но людям очень тяжело перестроить мышление. Но если у вас получится, то вне всякого сомнения, вы будете вознаграждены – увидев совершенно другую картину мира.

Что же касается дискуссий, то единственная возможность победить – не участвовать совсем. Не надо давать верящим в разную дичь людям, чего они так жаждут: социального взаимодействия через споры и возможности почувствовать превосходство через унижение участников спора: «Да, я несу чушь, и ничего вы мне не сделаете, бе-бе-бе».

Сейчас я говорю банальности – но только потому, что никто мне не объяснил этого много лет назад, когда я влезал во все споры, считая себя паладином истины. Нет, я и сейчас люблю поучаствовать в хорошей дискуссии с умными людьми – но только тогда, когда уверен, что оппоненты действительно заблуждаются, а не используют теории для троллинга. Осознанного и не очень.

Надеюсь, эта статья поможет вам перестать ввязываться в споры, в которых невозможно победить. И сосредоточиться на чем-то более полезном.

Asta @Zangasta

45.

Стюардесса или ночной резерв в Новый год

В последний день уходящего года, когда воздух особенно насыщен запахом ёлок и всего нераспроданного, а под звуки путешествия Сандуны-Ленинград из телевизора и барабанную дробь ножей на разделочных досках иногда вклинивался перезвон бокалов, из дверей обычной московской многоэтажки, элегантно выпорхнула королева.
Красный шарфик нежно обхватывал шею и аккуратно обмякнув лежал на тёмном шерстяном форменном пальто. Заскрипели снежинки под чёрными вычищенными до отражения фонарей уставными сапогами и заскрипели колёса верного и единственного спутника на сегодняшний день – чёрного как ночь небольшого чемоданчика.
Королеву звали Наташа Лапкина, и в этот вечерний час дорога её, согласно отделу планирования службы бортпроводников лежала к зданию аэропорта.
- Молодым везде у нас дорога, к этой фразе можно было бы добавить: - Особенно на короткие разворотные рейсы и ночной резерв. Сегодня был как раз второй случай, и приговор предполагал даже за что такая честь выпала, а именно: - за отсутствие семьи и непотребную молодость.
Праздничный Новогодний Ночной Резерв – состоял в отметке у врача и дежурного диспетчера, а после брифинга заселение в гостиницу для участия в особой Новогодней лотерее. Главным призом которой было не улететь за пределы воображаемой карты мира.
К 31 декабря каждого года, «девятый вал» опоздавших и взявших больничные листы был идеально высоким и стабильным. Все, кто не сумел улететь в командировку к тёплым морям, чтобы встретить Новый год под пальмой, брали больничные и отпуска, опаздывали на рейс и всячески отлынивали, а запланированные рейсы от таких хитрожопов и был призван спасать резерв.
Можно было улететь разворотным рейсом в Санкт-Петербург, что было почти счастьем, а можно было за 40 минут до окончания «лотереи» загреметь утренним Магаданом на неделю и смотреть на уходящие за горизонт снега в свете уличного фонаря из окна тамошней гостиницы.
Конечно, были и всякие южные варианты с недельным ничегонеделанием на морском песочке, но на такие рейсы являлись все без исключения даже с тотальной диареей на фоне острого коллапса.
Такая вот идеальная несправедливость.
Всю дорогу к аэропорту, по Наташе, стаей голодных насекомых, ползали восхищённые взгляды разновозрастного противоположного пола, отягощённых и ещё не совсем новогодними подарками и семейными узами.
О! Поверьте, там было на что посмотреть! Молодость в форме лётного экипажа – безупречна, как едва ощутимый запах полевого разнотравья после летнего дождя.
Но Наташины интересы, да и вся настоящая жизнь, были заключены в небольшом прямоугольнике размером с ладонь, которые имеют без исключения все прогрессивные и молодые люди.
Смартфон – хранилище личной жизни и финансов, домашняя библиотека и счета за квартиру, музыкальная шкатулка и альбом с фотографиями, друзья и знакомые со всеми днями рождениями, будущее счастье и просто вся жизнь была в этом наладоннике. Надо ли говорить, что будущее счастье она искала даже в тот момент, когда поезд метрополитена мчал её к зданию аэровокзала, а окружавшим её мужчинам грозил вывих шеи.
Не так давно, зарегистрировавшись на одном из сайтов знакомств, с таинственным названием foxbox, она максимально кратко и осторожно ввела свои данные, загрузила фотографию на которой были видны в пол лица глаза цвета весеннего неба и копна рыжих волос и принялась ждать. Странно конечно, что девушка, которую по работе окружает такое количество мужчин, так банально и неинтересно ищет знакомства, но в самолёте, все люди (и мужчины, и женщины, включая детей) волшебным образом превращались в пассажиров и все различия между ними стирались. Если на рейсе к тебе обратились, значит что-то случилось или кому-то что-то нужно.
На сайте знакомств – абсолютное большинство составляли женатые мужчины самых разных возрастов, под чужими фотографиями. И чтобы они не говорили о проблемах с жёнами и грядущем и неминуемом разводе – все хотели только одного. Лучше на первом свидании, не тратясь на кафе и в идеале на заднем сиденье кредитного авто. Мужчина, чтобы затащить женщину в постель, готов на любую подлость и переплюнуть его в этом, может лишь женщина решившая выйти замуж.
Один такой написал ей в чате: - Заеду за тобой к 7 вечера, нижнее бельё можешь не надевать, мне так больше симпатично.
Любопытство – главный враг девушек, конечно Наташа пошла. А он был дьявольски пунктуален и приехал за ней на ободранном микроавтобусе, в грузовом отсеке которого стоял диван.
Мимо!
Следующий сыпал как из пулемёта переделанными стихами из школьной программы, а когда закончились патроны - прислал фотографию отсканированной письки с приглашением посетить почасовую гостиницу, сетуя, что цена на номер стала просто конской.
Опять в молоко!
Третий назначил свидание в ресторане и приехал на дорогой машине изрядно помятым, в пыльных остроносых туфлях и запахом вчерашнего праздника изо рта.
Жаловался на болячки и бизнес, объяснял, что хочет чтобы его любили за душу, а не за деньги. Рассказывал анекдоты про тёщ, пердел и хрюкал от собственного смеха тут же.
Чуда опять не произошло!
Правда он долго потом писал, что солнца не видно из-за туч, но если подождать, то снова будет светло.
Наташе так хотелось друга мужчину, которому можно будет позвонить в любое время или прижаться и шепнуть: - Мне плохо!
А он бы ответил, почти по-японски даже не шевельнув бровью: - Ну рассказывай, моя цунами!
Правда среди жаждущих знакомств был один незатейливый персонаж, который не хвастался заработками и независимостью, а ведь если нет ценностей, то женщина в мужчине ценит ум. И он не подвёл в и даже написал ей странный персонализированный стих:
Ты необычной красоты,
В пол роста ноги, в пол лица глаза,
Ты мне явилась в поисках мечты,
Махнув ресницей в пол размаха самолётного крыла.

В начале общения представился Олегом, и довольно часто выпадал из переписки. Появлялся так же внезапно, став Наташи милым электронным жителем смартфона, со своими странностями, но чуткими и приятными сообщениями, поздравлениями и посвящениями зелёного цвета. По крайней мере, ему можно было пожаловаться на несправедливость жизни и доверить маленький секретик о невовремя отлетевшей набойке с каблука туфли.
От других стюардесс, она слышала про женскую трагедию, когда по молодости ориентируешься на карьеру, а не замужество! А спустя время внезапно оказывается, что для карьеры ты слишком тупая, а для борща слишком само развитая.
Конец фильма!
В таких грустных и совершенно не новогодних мыслях, Наталья подошла к зданию аэропорта.
Терминал блистал и переливался огнями, на фоне чёрного неба в шлейфе сигналов автомобилей и рёва двигателей самолётов. Это был портал в другой сказочный мир, готовый перенести любого желающего в другую реальность, в зависимости от типа воздушного судна и купленного билета.
Перед лифтом на четвёртый этаж, Наталью совершенно внезапно поприветствовал молчаливый и вечно попадающий в нестандартные ситуации и оттого немного замкнувшийся в себе и разворотных рейсах бывший однокурсник по первоначальной подготовке бортпроводников Алексей. Он так же был молод, не имел семьи и так же вышел в ночной резерв. Это сближало.
А вдобавок он казался несколько странным с маленьким прибабахом в виде поцелуя рук барышням при встрече, как в старых фильмах. Но в этом он был настолько последователен, что это умиляло.
- Завтрак в Сочи, обед в Минеральных Водах, а ужин в ночном резерве? – попытался пошутить коллега.
- И тебе разворотный Питер под утро! – парировала Наташа.
Пройдя врача, отметившись у диспетчера и отсидев у инструктора на брифинге, две не родственные, но вычеркнутые их всеобщего праздника на эту ночь души, через полчаса после встречи и колких приветствий получали ключи на рецепшене аэропортовской гостиницы.
На фоне всеобщего праздника, ужин был скомкан и задумчив. Хотелось побыстрее в номер, нырнуть под одеяло и пожаловаться на трагическую несправедливость милому и чуткому другу из смартфона. Он всегда её понимал и находил утешительные слова.
- Надо будет с ним обязательно встретиться в Новом году! – про себя подумала Наташа, заходя на сайт знакомств лёжа животом на кровати.
Милый друг был в сети, и даже успел прислать днём приветственную эмодзи в виде дед мороза и ёлочки.
Наташа ответила тем же и прибавила сердечко, что означало неравнодушность к проявленным знакам внимания и празднику в целом.
Дальше завязалась переписка, которая в эту ночь могла увлечь только тех, кого развернули на входе не пустив внутрь, разрешив в виде исключения постоять у окна, за которым шёл праздник. Тематика переписки была настолько разнообразна, что описать её каким-либо известным образом – не представляется возможным. Их мысли взлетали вверх, атакуя стратосферу и так же стремительно падали вниз, отражались от морского дна и рикошетили по поросшим зеленью скалистым горам, пинпонговым мячиком скача по лесам ныряли в озёра и величественно плыли по реке. Так что, будучи культурными людьми, мы не будем вдаваться в конкретику чужой переписки, лишь можем немного позавидовать разнообразности тематики бесед, завёрнутые в бриллианты словесных оборотов.
Неожиданно для себя самой Наташа впервые, сама, первой, предложила встретиться в будущем году, числа второго или третьего января. На том конце диалог прервался, но спустя секунду появилось эмодзи в виде руки с одобрительно поднятым вверх пальцем.
Приглашение одобрили!
На часах было два ночи, пять часов общения пролетели как одна минута.
Самые главные страхи пребывающего в резерве, это увидеть входящий звонок от диспетчера. Он может быть через час после ужина, может застать посреди ночи, но самый опасный и коварный – бывает под утро, он не оставляет никаких надежд и по закону подлости случается именно за сорок минут до часа освобождения.
По всеми признанному, но не описанному академиками закону, произошло и в этот раз. Уставший и тихий голос из диспетчерской был величественно грустен, как никогда:
- Лапкина? Через час в службе бортпроводников, недельный Магадан, на рейсе один больничный, один…гхм… опоздавший. Жду! – и положила трубку.
Свидание, поход в гости, да вообще всё откладывалось как минимум на неделю.
Неспеша собравшись, Наташа присела на краешек кровати, разблокировала экран и зашла в недавний чат. На удивление, ник до сих пор горел зелёным.
— Вот не спится же человеку- подумала она и написала:
- Второго – третьего встретиться не смогу, у меня вылет из резерва на неделю в Магадан – к слову Наташа не рассказывала, кем и где она работает, ровно, как и не спрашивала этого у собеседника. Видимо считала этот вопрос нетактичным.
Прилепила в конце предложения грустный смайлик со слезинкой, и отправила сообщение.
Опустив ручку на двери номера вниз, Наташа заметила, что дверь номера через коридор напротив так же открылась и в проёме появился собрат по несчастью и ночному резерву. Алексей что-то дописывал одной рукой в своём смартфоне одновременно вытягивая из недр номера такой же как у Натальи чемодан на колёсиках.
В кармане пальто, залихватски свистнул телефон, это означало, что в чате Наташе кто-то прислал новое сообщение.
- И я в Магадан на неделю – сообщал Олег.
Надо ли говорить, что виртуальный Олег оказался Алексеем, а недельная командировка из ночного резерва, стала началом чего-то большего, чем просто командировка?!
Волшебство начинается тогда, когда Ваши мысли и желания, одним потоком направлены в сторону желаемых изменений! Особенно в Новый год. Уж и не знаю почему.

С праздником Вас!

46.

Жила-была 9-летняя девочка, которую звали Фпесду. Её имя всегда вызывало удивление и смех у всех, кто встречался с ней. Друзья шутили, что её родители, вероятно, решили выбрать самое оригинальное имя на свете. Однажды Фпесду решила пойти в школу. Когда она представилась своему учителью, он посмотрел на неё с недоумением и сказал: "Фпесду? Это же словно кодовое имя для секретного агента!" Фпесду всегда старалась сохранять свою уникальность. В школе у неё были свои стили одежды, которые она называла "фпесду-стилем". Она приходила на уроки в разноцветных носках, одевала шляпу с перьями и носила огромные солнечные очки. Её друзья любили придумывать разные загадки и головоломки, чтобы проверить, насколько остра её умственная способность. Один раз они спросили: "Фпесду, сколько букв в алфавите?" И она сразу же ответила: "В каком алфавите?" Фпесду была настоящим искусствоведом. Она утверждала, что понимает искусство лучше всех, и всегда высказывала свои оригинальные мнения о произведениях искусства. Однажды, глядя на абстрактное полотно, она сказала: "Это точно напоминает мою космическую поездку на планету Фпесду!" Фпесду была также известна своим чувством юмора. Она создавала смешные комиксы и рассказы, которые всегда вызывали смех у её друзей. Её любимый анекдот был такой: "Почему Фпесду не может играть в шахматы? Потому что она всегда ставит мата!" Таким образом, Фпесду была яркой и необычной личностью, которая всегда приносила радость и удивление в жизнь всех, кто её окружал. Её необычное имя только добавляло остроты и интереса к её приключениям.

47.

Раньше всё-таки человеку попасть в космос было проще.
По крайней мере в "Космос". В кафе, гостиницу или хотя бы в пионерлагерь. И мне когда-то случилось побывать.
Лагерь принадлежал профсоюзу госторговли или что-то такое.
Хотя, кроме того, что там 2 раза за смену давали бананы, он мало отличался от других лагерей, которые я видел.
Сосны, речка, бассейн, день Нептуна, песни хором под баян и вечерняя дискотека под итальянцев и Бони-М.
Счастливое время! Одна ложка дёгтя была, звали её Коля Жёсткий. Пионер - альфасамец был в банде с Жирным и ещё парой шестёрок.
Сейчас это называют булли, но у меня это слово больше ассоциируется с дрожжами в выгребной яме.
Подходящее русский эквивалент на ум как-то не приходит. Хулиган, задира или забияка звучат как-то искусственно, я в детстве их не использовал, мне кажется.
Оставим подробности. Смена кончилась. 1-го сентября в школу. А мне - в новую (мы тогда переехали в другой район)
Стресс офигенный!
И вот, заводит меня завучиха в мой новый 5-й Б, а там, прямо у входа, на 2й парте - Коля Жёсткий.
Всё во мне упало - не будет мне жизни в новой школе!
Стою уныло озираюсь, место только одно свободное в предпоследнем ряду рядом с каким-то верзилой. Садись со мной, говорит. Я - Андрюха второгодник и ржёт. Нормальный пацан оказался. Потом ещё выяснилось, что в этом классе учится двое парней из моего прежнего района. После уроков пошли играть в футбол. На следующий день в кино, на "Пираты ХХго века" (а потом ещё 2 раза) Жизнь закрутилась
А что же Коля Жёсткий? В школе он был в самом низу иерархии. Не разу не подал виду, что знает меня. Любопытно, что его школьное погоняло было Жопкин.

48.

СОЛОМОНОВЫ БЫЛИНЫ

История третья.

Если бы в одна тысяча девятьсот пятьдесят третьем году мне бы кто-то сказал, что я увижу двадцать первый век, я бы расхохотался тому поцу во всю его физиономию. Тогда ведь как? День прожил – и радуешься. Потом, конечно, это сосущее чувство тебя отпустило. Но не насовсем. А сейчас… Сначала перестройка, перекройка и шитьё крестиком… Ну да, все кинулись делать деньги, когда им это разрешили. Я сам тоже ударился во все тяжкие с этими кооперативами – кушать организму ещё никто не отменял. И заметьте – все хотят кушать хорошо, а не плохо. Плохое питание до добра не доводит – в организме всё взаимосвязано с внешней средой… «Крутые девяностые», вы говорите? Ну, да, ну, да, я их прошёл будьте-нате – Чикаго отдыхает! Их «ревущие двадцатые» против наших девяностых – курорт. Нет, я, конечно, мог бы избежать всех этих сложностей и уехать перед девяностыми на северный израильский берег - нас оттуда так звали, так звали, что некоторые особо одарённые ломанулись туда на несмазанных лыжах. И что они сейчас? Их не слышно и не видно. Меня тоже слышно не особо, но мне здесь хотя бы больше интересней, чем там. У нас имеются просторы, а там только одна скученность и мононациональность… Так об чем это я? Об зарабатывании денег, чтоб их всем было достаточно и чтоб их никто не отменял. Все хотят денег, а некоторые их ещё и имеют. Но некоторых деньги имеют сами – причем даже физиологически. Пример? Извольте конспектировать…
Знавал я одну мамашу с ребёнком в тот их период, когда эта мамаша была уже целым полковником милиции, а её деточка, хоть и фарцевал, но благополучно закончил очень приличный институт. Вы бы видели ту мамашу в полковничьей папахе и при парадной милицейской форме! Я догадываюсь об её муже, но промолчу, это слишком интимно. Так вот, речь про её деточку – вы думаете, он стал себе инженером? Нет. Он пошел в народное хозяйство? Опять не угадали. Он стал бизнесменом-коммерсантом-предпринимателем (звучит как «в перёд принимателем») из-за этой самой перекройки и начал делать свой гешефт на недвижимом имуществе – купи-продай, займи-отдай. И надо-таки честно сказать – гешефт он себе сделал в виде импортного «Мерседеса», дома с лужайкой и всякого другого такого же ценного. И захотелось ему жену, семью, деточек и прочих глупостей. При его статусе ему можно было даже не свистеть, а только шевельнуть бровью – и вокруг него тотчас бы построилась шеренга тех девушек, которых показывают в телевизоре на всяких разных конкурсах. Нет, ну, он выбрал себе… не сразу, но выбрал… чуть себя постарше и с уже готовым дитём, чтоб не заморачиваться на воспроизведениях себя дальше. Его выбор был достойным – учительница младших классов со стажем и, понятное дело, разведёнка. Фрейд отдыхает – он просто-таки жаждал в лице учителки поиметь свою мамашу, я так думаю. Хотя буду рад, если ошибаюсь – вдруг он возомнил себя своим же родным папашей, кто его знает. Впрочем, это всё лирика, а проза жизни берет своё – надо дальше вести хозяйство и зарабатывать дензнаки. А крутые девяностые, надо сказать, влияли на неокрепшую женскую психику весьма отвратно. Не знаю, что у него там случилось – налоговая наехала или братва накатила, или ещё что, но он переписал «мерседес», дом и большую часть ценного на эту свою учителку. И этим подписал себя на весёлую жизнь – у училки от такого потреблятства отключило мозги напрочь, и она решила его заказать натуральному киллеру. Но того работница народного образования не учла, что мамаша-полковник, она же свекровь, от своих милицейских способностей на пенсии не избавилась, а наоборот, укрепила их тем же платным консультированием. Бывших милиционэров не бывает, это вы, деточки, знаете наизусть. И читала мамаша-полковник в этой дамочке всё, как в открытой книге, и телефон прослушивала, потому как весьма не одобряла весь этот альянс своего деточки-предпринимателя. А как эта мамаша консультировала! Это же надо снимать документально, чтобы для потомства было видно, с какой отдачей трудились люди старой закалки. «Сушите три тонны сухарей, - говорила она клиенту, – ибо вас скоро запихнут в те самые сорок бочек арестантов… Если вы не чтите кодекс, то вам уже ничто не поможет… кроме как меня». И она помогала… она так помогала, что благодарные клиенты писали с неё иконы и вешали в красные углы своих недвижимостей. Так вот… Мамаша мигом заподозрила неладное и мгновенно сообразила диспозицию – не пускать это дело на самотёк. Связи у неё – ого-го! И всегда рады помочь коллеге развеяться на пенсии, а тут вдобавок светит полное раскрытие дела на корню, и статья такая заманчивая – «заказное убийство». Это ж сразу весь отдел может провертеть себе новые дырки на погонах под обеспеченный звездопад. Путем нехитрой комбинации вывели аккуратно эту училку на подставного опера, который корчил из себя завзятого матёрого киллера, записали их беседы со всех сторон на аппаратуру и в момент передачи денег нежно взяли эту заказчицу. Деточка-предприниматель сначала долго не мог поверить, но ему показали все записи и все показания – и от таких политинформаций у него случился натуральный культурный шок. Но парень крепкий, оклемался. Училке дали срок. Училкино дитя забрали училкины родственники. Вобщем, раздали каждому по способностям. А что вы хотите? Тщательнее надо подходить к выбору супруга. Или не подходить вовсе. А если у тебя свербит сильно в одном месте, так сейчас же голимый капитализм – любой каприз за ваши деньги вам упакуют и доставят на дом, только плати. Честно-то говоря, и при социализме была платная любовь, но более завуалировано, что ли. Хочешь, чтобы тебя поставили в очередь на квартиру, ложись под председателя комиссии. Хочешь путёвку за границу – ложись под комсомол в виде турбюро «Спутник». А секретарши… Я вас спрашиваю, куда подевались они? Те, которые отдавались просто-таки беззаветно, потому что любили отдаваться… Так что деточка-предприниматель ещё легко отделался – живой, при деньгах, относительно здоровый и на свободе. А то ведь, если бы не его мамаша, с которой у него были, видимо, какие-то трения, лежал бы он сейчас во глубине гранитных руд. Хотя, может быть, мамаша сама ту училку на блудняк с киллером и спровоцировала, чтобы грамотно от неё избавиться, кто ж это может знать?.. Кто, кто… Ну, я, например…

49.

Не знаю, откуда это пошло, но армяне любят давать своим детям необычные имена. Сплошь и рядом можно встретить Гамлетов, Офелий, Лаэртов и других шекспировских персонажей. Помнится, в одном из интервью Гарик Мартиросян вспоминал, что видел в Армении телепередачу, где в студии, помимо ведущего, было двое гостей. Обоих звали Фердинанд. «Во всей России, — удивлялся Мартиросян, — не найдётся ни одного Фердинанда, а тут сразу два в одной передаче!».
Да что там Фердинанд — я был знаком с человеком, которого звали Чапаев.
Но то, что рассказал мне шурин, просто феерично. Встретил он как-то одного своего знакомого, который является работником патрульно-постовой службы Одинцовского УМВД. Тот говорит: «Виталий, странные у вас, армян, иногда встречаются имена!» И далее пэпээсник рассказал забавный случай. Во время патрулирования он и его напарник увидели на просёлочной дороге двух мужчин, которые, жестикулируя, что-то громко обсуждали. Патрульные решили на всякий случай их проверить. Остановились. Напарник вышел из машины и попросил у мужчин документы. Те предъявили. Он открыл армянские паспорта и стал их изучать. Потом вдруг развернулся и, корчась от беззвучного смеха, пошёл обратно к машине. Сев в неё, дал волю эмоциям. Отсмеявшись, передал документы нашему пэпээснику и сказал:
— Взгляни, кому мы помешали дискутировать!
Тот взял паспорта и стал читать. Одного из мужчин звали Пушкин, другого — Некрасов.

дальше еще 77 новостей →

Партнеры

Реклама