Анекдоты про дома мама
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 872

101

...90-е, середина.
В поселке городского типа, находящегося в зоне неуверенного приема вещания ТВ мы сделали и обслуживали кабельное ТВ.
Никакой регистрации, никаких налогов, никаких сертификатов.
Оборудование полностью самодельное, монтаж и наладка своими силами.
Крутой радиоинженер и я, тогда ещё техник-электромеханик.
Вдвоем на поселок обеспечили уверенный прием по кабелю до десятка каналов.
Потом Государство окрепло, и такие партизанские лавочки вымерли.
Несколько зарисовок с тех времен:
1. Стучимся в квартиру проверить сигнал. Открывает тетенька, возрастом - как мама.
Проходите, касатики. Можно вас угостить?
Мы полуголодные, соглашаемся. Все очень вкусно - домашнее.
...Тетенька живет одна, был сын, в пять лет увидел как живодеры собаку пристрелили и как она в пыли билась и умирала - диабет начался и в семнадцать лет его прикончил.
Мы постучались в дверь ровно в очередную годовщину...
2. Стучусь проверить сигнал. В прихожей - паренек на табуретке сидит. Взгляд в стену.
Я минут десять смотрел сигнал - уходил - ничего не изменилось. Жутковато.
В соседней квартире спросил - парень пришел с войны, работает. Но дома вот так. Потом спать идет.
3. Зашел в квартиру проверить сигнал. Проводили в комнату. Охуел - не то слово. Это надо видеть!
Комната 4х3 метра. Торец у окна занимает гигантский телевизор - может, метр в диагонали (середина 90-х! Тринитрон какой-то).
Напротив сидит на низеньком табурете телезритель: ростом более двух метров, широченный в плечах, голова - череп на конус сужается, шея мощная, больше головы.
Сутуло сидит, руки длинные и локтями почти пола касается. Клешни на паласе. Малюсенький журнальный столик. Там банка двухлитровая с пивом (это стакан) и разделанная рыбка.
Подбородка почти нет, глаза очень близко к переносице.
С одной стороны - штабель (поленница) копчёных лещей - ну очень много их.
С другой стороны - канистры с пивом и мешок для чешуи.
...Пока я щелкал телевизором, смотрел качество - он взял очередного леща и пальцами, как промокашку, порвал пополам.
Соседей спросил - сказали, что это водила на камазе. Милейший и добродушнейший человек. Молчаливый.
Во дворе у них гопота не шалит. Чистенько.
Прошлое искажает размеры, но уверен, что он Валуеву Николаю был бы достойный оппонент. Я Валуева не видел в такой обстановке.
Стены были оклеены только фотами Алены Апиной.
Если бы она туда приехала с концертом - от знакомства никакая охрана бы не спасла.
Результат - непредсказуем. Вдруг она мимо своего счастья пролетела?

102

БРАТ.
Его забрали в армию, когда я учился в 10-м классе. Отгремели проводы, и Тимоха поехал служить под Курск в инженерных войсках. Он писал бодрые письма. Мы ждали его дома, считая дни. Кровать опустела, и мне не хватало его шуток…
Пригревало солнышко, впереди маячили каникулы, и я шел после школы домой в приподнятом настроении.
Открыв дверь, я понял сразу - «Что-то не так». Мама на кухне жарила котлеты, ее плечи беззвучно вздрагивали, на столе лежал вскрытый конверт. Мама никогда не плакала. Предчувствие катастрофы сжало сердце: «Мааам?». Она лишь, молча, указала на конверт.
Это было письмо от Тимохи. В письме он буднично сообщал, что его из курской части командируют в Термез (город в Таджикистане на границе с Афганистаном). Там – 3 месяца в учебке, затем - в Афганистан.
В Душанбе жила мамина подруга по университету – тетя Алина. Она частенько бывала у нас в гостях. Мы созвонились с ней, и она вызвалась съездить в Термез, повидаться с Тимохой. В часть ее не пустили. Но разрешили поговорить через забор. Тимоха глотал слезы и счастливо улыбался – впервые за много дней он видел родное лицо из другой, мирной, привычной жизни. Тетя Алина совала ему через прутья решетки изюм, курагу и грецкие орехи, приговаривая: «Тима, на трех изюминках можно прожить целый день!»
Распределительный пункт в Термезе был жутким местом. Очередь призывников сортировали по специализации и городам. В туалете за умеренную сумму какие-то личности предлагали выпить полстакана мочи желтушника. Переболевший гепатитом автоматически переставал быть годен к службе. Были и те, кто пытался наносить себе увечья прямо перед кабинетом военкома. Тимоха попал в саперную роту, и первой точкой его дальнейшей службы стал Кандагар.
Впоследствии один знакомый сотрудник военкомата рассказал о негласном правиле забирать призывников из многодетных семей. Мол, если что – не единственный ребенок , у матери есть «запасные дети». Циничная логика имела некое основание…
Брат неожиданно быстро освоился, привык к постоянной жаре, обезвреживал минные поля, распознавал типы мин и способы минирования, сам закладывал мины. Он наладил отношения с местными, выучил их диалект, обменивал и покупал вещи. За годы службы он постепенно потерял всех друзей, сам оставаясь неуязвимым для мин и пуль. Он стал считать себя проклятым и начал верить в Аллаха.
Тимоха вернулся через два года. Без единой царапины, ни одного ранения, потеряв 15 кг веса, загоревший как араб, в полевой форме – он появился на пороге дома, словно призрак с того света.
Он был жив снаружи. Но мертв внутри. И мы учились жить по-новому. Никогда не подходить сзади, всегда быть в зоне видимости, и никаких резких звуков. Оказывается, щелчок выключателя похож на звук взведения курка. Это было непросто, в доме бегали младшие дети…
Тимоха продолжать воевать по ночам. Во сне он пробирался по афганским горам с ножом в руках, чтоб убрать моджахеда без стрельбы. Я стал реально бояться, этим моджахедом мог стать я.
Он напивался каждый вечер и обязательно затевал драку. Друзья оттаскивали его, но Тимоха провоцировал, нарывался и приставал ко всем – к прохожим, соседям, посетителям бара. Из добродушного увальня он превратился в злобного хищника, жаждавшего крови. Однажды он вернулся домой с чьим-то ножом в бедре. Он плакал пьяными слезами, рассказывая, как однажды избитый старик в арбе привез к воротам части три обезглавленных трупа. Это были пацаны из их взвода. Бойцы, рассвирепев, прыгнули в БТРы и сравняли с песком кишлак с мирными жителями…
Союз Ветеранов Афганистана тогда предоставлял воинам-интернационалистам определенные льготы для трудоустройства, обучения и решения квартирного вопроса. Брат использовал возможность и поступил в МГИМО. За его плечами была спецшкола с английским уклоном и свободный арабский за два года в Афгане. Он поступил на факультет арабских языков и начал исписывать тетрадки арабской вязью справа налево, с конца тетради.
Чуть позже Тимоха устроился ночным администратором в Интурист. Свободное знание языков открывало многие двери. Гостиничный бизнес имел немало теневых возможностей заработка. Чаевые, комиссионные проституток, концертно-гастрольные… Брат получил возможность жить на широкую ногу. Но он все еще пробирался к духам с калашом по каменистым пустыням Афганистана. И глубоко презирал гостиничную публику. Тимоха снял квартиру, и к нему переехала жить одна из его девушек, пытаясь вернуть его к мирной жизни.
Я готовился к сессии, когда мне позвонил Колян, лучший друг детства Тимохи:
- Городская больница, 10 этаж, хирургия, палата 1023. Тимоха выстрелил себе в голову из травмата.

Врачи не любят самоубийц. Ежедневно вытаскивая людей с того света, они не хотят понимать тех, кто добровольно решил подвести черту.
Через неделю Тимоху выписали, живого, здорового и улыбающегося. Через пару дней он позвонил маме и рассказал, что теперь его жизнь кардинально изменится. Он будет счастлив , несмотря ни на что, и она может больше за него не волноваться. В тот же вечер мой брат повесился. Чувство вины – вещь смертельная. И мама ушла вслед за братом в том же году…

Войска из Афганистана вывели всего через два месяца после возвращения брата домой. Война шла 10 лет. «Афганский синдром» - 80% семей ветеранов распалось, половина погибла от последствий алкоголя и наркотиков (больше, чем на поле боя), треть сели в тюрьмы, погибших от суицида даже не считали – это происходило примерно через год после возвращения. Страна ничего не знала о реабилитации, психотерапии, посттравматическом синдроме.
К чему я это?
Что мы будем делать, когда люди начнут возвращаться с войны…

103

К истории как мужичек уголь выносил в противогазной сумке...

Конец восьмидесятых в начале девяностых довелось поработать на заводе где комбайны производят.
Были мы там подрядчиками типа покрась, перенеси или иди нах.)
Схему обогащения я уже описывал ранее, теперь расскажу как погорел из за жадности.
Хозяйка в нашем домишке что мы снимали зимой была скуповата и любопытна до неимоверности.
Она имела свой ключ от дома и дурную привычку заходить в самый неподходящий момент когда девушки легли и просют а я вынужден ей объяснять что все в доме в порядке.
По договоренности с ней мы должны были уголь для печки оплатить сами, но как то замотались, уголек закончился а тетя Нина принципиально не хотела его покупать.
Пока было тепло топили дровами из хлама коего во дворе было много, но вот ударили морозы.
Ко мне как назло захотела прийти девушка восточной наружности которую я два месяца добивался и даже закупил шампанское и о чудо бананы!)
Друзья чтобы не мешаться пообещали рассредоточиться по подругам, чтобы интим был полным.
Осталась одна проблема что в доме было очень холодно а угля ноль.
Но я вспомнил что аккурат возле цеха серого чугуна этого угля как гуталина у Матроскина.
План созрел быстро, за тридцать литров белой краски летучка с ремонтниками мне вывезла две бочки двухсотлитровых угля.
На вопрос хорошо ли греет сей уголь и прогреет ли печку усатый мастер что с интересом наблюдал за нашей погрузкой изрек затягиваясь Беломором - Дык блять если побольше хуйнуть в печку прогреет за пол часа!
Ремонтники уголь привезли во двор, высыпали и растворились в дали.
Тетя Нина увидев уголь ушла довольной и пообещала вечером меня не беспокоить, но я на всякий случай подпер дверь палкой изнутри.)
Приведя даму я как и советовал мастер херанул в печку полное ведро, стало тепло и мы приступили к процессу.)
Печка была расположена в кухне в проходной комнате за которой был зал.
Чувствую что потею, но решил что это от усердного занятия сексом и от темперамента татарочки.
Жара становилась уже как в Сахаре, печка как то странно начала гудеть, но слезть с дамы не мог, которая хоть и мучалась от жары тоже но все просила и просила не останавливаться и продолжать.
В комнату потянуло запахом горелого металла, но процесс не останавливался и тут кто то начал колотить палкой в закрытые ставни- Вот блядь старая достала!
Это я про себя сказал.)
- Тетя Нина, занят я! Все хорошо у нас!
- Это не тетя Нина а сосед Михалыч, у тебя то все хорошо я отсюда слышу, у нас плохо!
- У тебя из трубы огонь и искры летят погорим все!
Пришлось несмотря на протесты татарочки слезть и выйти на кухню, а там....
Мама дорогая!
Печка и конфорки треснули, частично расплавились и рухнули на горящий уголь, пластмассовый чайник рядом со столом расплавился а краска на деревянном потолке вспучилась и потолок начал дымить!
Понимая что ща и правда сгорим я быстро оделся с дамой и открыл дверь.
Зашел Михалыч и увидев эту картину строго настрого запретил заливать водой печь только побрызгать на потолок и контролировать еще с часик чтобы не загорелся.
Естественно ни о каком продолжении процесса речи быть не могло, даже до бананов с шампусиком не дошло, и трахаться и контролировать одновременно невозможно, поэтому проводив даму на трамвай я еще часа два или три нервничал по поводу возможного пожара.
Утром поменяв личинку замка чтобы тетя Нина не зашла ненароком, я рванул на работу в тот самый цех серого чугуна.
Нет не морду бить старому мастеру который подъебнул меня с коксом вместо угля, а выменять новую чугунную плиту где их по счастью делали, что обошлось в стандартные двадцать литров белой краски.
Вечером новая плита с блестящими конфорками была вмазана в печь, потолок покрашен свежей белой краской и на столе стоял новый чайник.
Тетя Нина нарадоваться не могла и на радостях не заходила дня три.
Поняв что кокса в печь нужно забрасывать по чуть-чуть мы потом пережили морозы комфортно.
Дама пришла через два дня.
Она оказалась с юмором.
В самый напряженный момент она говорит - Соломон опять горелым воняет!
Я напрягся и начал принюхиваться но ничего не услышал, а она потом говорит на полном серьезе - Я поняла! Это запах горелой резины...)
И тут я понял еще одну аксиому что одновременно трахаться и смеяться невозможно, в отличии от возможности выпить десять наперстков водки.)

Всем хороших выходных!

02.02.2024 г.

104

Хочется блевать, но не время,
Время начищать сапоги….»
Песня «Берег» Бутусов

Истории мои традиционно длинные – кого напрягает много букв – пролистайте.

Моя жена частенько задается риторическим вопросом: Как я умудряюсь постоянно ВЛЯПЫВАТЬСЯ во всякие подобные истории? Да всё просто, не хвалюсь ни капли, но, наверное, обычное неравнодушие, и искренне, и образно - хочу, чтобы «сапоги» всегда блестели… И убедить себя, что пусть немного запачкались, но все равно блестят - ни разу не получалось… Цитата из песни очень в тему пришлась…, хотя кто-то там другой смысл увидит.
Честно, в этой длительной ситуации, мне было реально и постоянно тошно, до отвращения, от каждого нового человека. Гадское чувство, что каждый сам в каком-то непробиваемом коконе глупых принципов, шаблонной системы и своей надуманной, но такой непогрешимой индивидуальности. За исключением одного… Его я встретил возле магазина, где он стоял и плакал…, впрочем, давайте подробнее…

Дает старт предновогодняя неделя. Воскресенье, запланировал кучу дел, вроде все просто, но разные концы Москвы, еще и нехилый снег повалил. В итоге провел за рулем почти семь часов в пробках. Времени девятый час уже. Злой, голодный. Подъезжаю почти к дому (ближнее Подмосковье), по пути магазин с птичьим названием, увидел и вдруг предвосхитил баночку пива за ужином. Маркет только что открылся, и место для магазина так себе, хоть и на проездной дороге, но частный сектор – народу откровенно мало, особенно в воскресенье вечером.
Запарковался, иду ко входу и метров с двадцати замечаю, что на крыльце стоит ребенок двух-трех лет, но совершенно один. Сразу заподозрил подставу, чего только нынче не выдумывают. Все что угодно в данном случае, от похищения до педофилии… О времена, о нравы… Остановился – озираюсь, заглянул за угол. Вокруг вроде никого, ближайшие калитки домов далеко, машин, стоящих нет, но тем не менее чуйка на неприятности не отпускает.

Чистый синий комбинезон (мальчик?), капюшон надет, этакий колобок, стоит и тихо плачет, и видимо давно, на пухлых щечках многочисленные дорожки слез. Надо действовать быстро, и сразу на люди, чтобы никто и ничего. Подхватил на руки с вопросом: Ну и где твоя мама? И бегом в дверь, и на кассовую зону. Сам уже думаю, как втащу мамке словесно нехилых пиздячек, что одного ребенка на улице бросила, тут и собаки бездомные могут быть.
На кассе откровенно скучает крупная бабища, лет 50+, в магазине практически никого. Поставил пацана на пол и громко: Чей ребенок? А он вдруг заревел в голос. Пробежался по магазину. Одна очень возрастная пенсионерка, слепо разглядывающая полки и две девчонки лет 12-13-ти. На всякий случай, уже в душе понимая, что не то, но каждого спросил: Не ваш там ребенок?
Кассирша присела на корточки перед ребенком, пытается разговаривать, но он ревет с рыданиями и на вопросы не реагирует. И вот что прикажите делать?

Ничего умного не придумал, кроме как позвонить 112. Объяснил проблему, ждем.
Время 21-00, кассирша заявляет: Давайте на улицу, магазин закрывается. Что ж ты так? Глянул в глаза - к совести и какому-нибудь подобию вхождения в положение - взывать бесполезно. Взял ребенка на руки, он прижался, успокоился и тут же уснул. Аккуратно, чтобы не разбудить, сел в машину, завел – жду… Ситуация для меня откровенно дурацкая.

Через 15 минут приехала патрульная машина, два молодых сержанта, коротко всё объяснил.
Ну, что - поехали в РОВД (700 метров от магазина, если что).
В РОВД запаренный и задерганный дежурный: Ждите. Сел на лавочку с ребенком на руках, жду…
Повтыкал в смартфон пока окончательно аккумулятор не сел, час прошел и ничего. К дежурному опять – ждите… следователь подойдет. Положение откровенно напрягает уже.
Наконец, через 20 минут следователь подошел. Понятно никаких преступлений нет, ему сие откровенно неинтересно, чисто опросил. Дела никакого возбуждать не требуется:
- Пытаемся дозвониться до сотрудников детской комнаты или опеки, но воскресенье вечер – вы же понимаете…
Я все это прослушал спокойно, но вскипел все-таки в конце:
- Слушайте старший лейтенант, мне пофиг на ваши бюрократические процедуры, главный вопрос: ЧТО СЕЙЧАС делать с ребенком? Я вас в душе маленько понимаю, не ваши абсолютно дела и других забот - полон рот. Но мне, что делать КОНКРЕТНО в данный момент? Ребенок возможно голодный и обезвоженный, а может и мокрый, кто ответственность за него у вас на себя возьмет?
Молчишь сука…, а остальное твое словоблудие мне не очень интересно (это я уже не вслух).
- Ладно, давайте так: или вы сейчас СРОЧНО ребенка определяете в больницу, лично врачам на руки сдам, ИЛИ, раз вы в опеку не можете дозвониться, я прямо сейчас забираю его к себе домой, у меня там жена и дети, не подумайте чего. Пусть экипаж ваш меня проводит и посмотрит, где и как живу, это рядом, но, чтобы вопросов не было. Паспортные данные и телефон мой у вас есть.
Следователь легко согласился, но экипажа и через полчаса я так и не дождался. Дергать взмыленного дежурного я в очередной (снова третий) раз не стал, плюнул и просто ушел, пошел пешком, с ребенком на руках, благо меньше километра всего до дома. Машину потом от магазина заберу.

Заключительную картину пьесы Ревизор помните? Была тут еще похлеще, когда я с малышом на руках домой завалился. Жена от удивления аж рот открыла. Дочка первая нашлась, заржала: Кто-то щенков и котят, брошенных на улице, подбирает, а папа сразу детей… Ну-у, вы ж внуков не рожаете, вот и выкручиваюсь…))
Мальчишка проснулся, когда раздевали, но реветь уже не стал, и словно сонно-заторможенный позволял делать с собой все что угодно. Жена реально засуетилась и развела бурную деятельность. Уже и каша варится, и ребенка в душе дочка моет, на организованный процесс любо-дорого посмотреть. Пацан окончательно проснулся и кашу сам быстро съел, и еще творог с бананом и мандарин вдогонку. А уж как собакен наш рад оказался, словно долгожданного друга наконец-то нашел. Играл так, словно опять щенком стал, мальчишка с ним разбесился, весело носятся по гостиной, по очереди друг за другом, кричат и гавкают друг на друга.
Можно сказать, не говорит совсем, с трудом выяснил, что зовут Оскар, ну так понял из нечленораздельного и картавого «О.ка.». Переспросил два раза, вроде с именем согласился.
Время почти двенадцать, завтра рабочий день, семейный совет, что делать. Дети могут себе позволить работать удаленно, а я и жена нет. Так и решили, дочка дома, жена разнообразной еды наготовила, прямо график по часам составила, когда чего, меня же выперла спать в другую комнату. Примерила по полной на себя бабушку).

Понедельник никто и ничего. Попробовал сам позвонить в органы опеки, послушал 10 минут музыку, потом записал сообщение…- не перезвонили.
А Оскар ест, спит, мультики смотрит, с собакой бесится, дочка фотку прислала, где они с шерстяным, надуревшись до изнеможения, уснули в обнимку на ковре. Теплый пол еще вчера добавил, в доме даже жарко, пацан тусит в дочкиной футболке, и как длинная рубаха, и как ночнушка, и как белье – другой одежды сменной то нет. К горшку походу не приучен, поэтому в памперсе (пришлось тогда вечером еще в круглосуточную аптеку смотаться).
Во вторник, наконец бюрократические шестеренки чутка провернулись – позвонила некая дама, катастрофическое отсутствие дикции компенсирующая быстротой речи и проглатыванием окончаний слов. Больше догадывался, чем понимал. Зачем с такой кашей во рту вообще к телефону подпускают, прикол такой что ли? Заверив, что с ребенком все в порядке, с трудом получил расплывчатую информацию, что мне ближайшее (!) время позвонят и договорятся о встрече. Офигеть!
В среду действительно позвонила другая дама, представилась, что из дома малютки и спросила, не мог ли бы я подвезти ребенка. Адрес Подмосковье, диаметральная сторона, на дорогу на машине в будний день туда-обратно, с зарядившими мощными снегопадами, часов шесть минимум, полный рабочий день считай. А на электричках с пересадками в метро, я с ребенком как-то не готов скакать. О чем прямо и сказал. С большим недовольством в голосе, сказала, что хорошо, сами заберут, но, когда - пока неизвестно.
Знаете, что поражает? Постоянно чувство, что вроде все свою работу как бы выполняют, но словно через силу, нехотя и как одолжение тебе делают. Если посмотреть на ситуацию критично и со стороны: То - маленький ребенок много дней находится у совершенно чужих людей, в непонятно каких условиях, кормят ли там его вообще и прочее, возможный криминал даже представлять не хочется… И даже участковый не зашел и никакая типа вездесущая опека не появилась…
Нет слов…, одни слюни с брызгами и те матерные.

В четверг уже вечером (посетовали - пробки-пробки) приехали наконец, хмурый водитель на Газели фургоне и очередная дама. Я с нее расписку взял, что передается мальчик 1 шт., предположительно 2-3 года, зовут Оскар, сытый, чистый, в добром здравии и хорошем настроении.
Жена его одевает, а смотрю: глаза у самой на мокром месте. Оскар тоже вдруг закуксился, напихали ему в карманы вкусняшек… Проводили… В доме сразу тихо и как-то грустно, все разбрелись по комнатам, пес, как лег возле окна с видом на калитку, так и не отходит, лежит и периодически вздыхает протяжно.

Казалось бы, истории конец, но не в моих правилах не попытаться что-нибудь сделать и выяснить. Знаю себя не первый год), буду накручивать мысли по бесконечному кругу, спать нормально не смогу.
Написал официальное письмо главному детскому омбудсмену с подробным изложением произошедшего, пусть разбираются, может накажут кого требуется - посмотрим, что ответят. Но этого мне мало.
Есть у меня однокашник, сейчас, скажем так: ЧБВ - Человек Больших Возможностей. Общаемся редко и не прошу для себя решения каких-либо своих проблем, вроде и надобности такой категорической лет десять уже не случалось. Но тут позвонил, рассказал ему историю, попросил узнать, что сможет. Поприкалывался он в меру над мной, но обещал помочь. Сам в командировку уезжает, но поручит одному дельному человечку, отчет пришлет на почту.
С меня потом хороший вискарь, но, чтобы обязательно лично и без руля. Ну, это не заржавеет…

Думал до НГ уже и не получу ничего, ан-нет…, умеют работать оказывается, когда захотят. 30-го вечером получил на почту подробный отчет. Паспортные данные с пропиской и реальным местом проживания…, хм, скажем так – персонажей. А также, номера телефонов, названия ООО с юридическими и фактическими адресами, и учредителями. Место учебы, список недвижимости и автомобилей, ссылки на страницы в соц. сетях и много еще чего. В конце предполагаемая история, написанная «казенным» языком. Любо-дорого на такой отчет посмотреть. Молодец, безымянный «человечек», отработал на все 120%. Короче, все мы «под колпаком у папаши Мюллера»…))

Я терпеть не могу большинство сериалов, как мне постоянно кажется, что сюжеты (особенно исторические) буквально высосаны из пальца и в жизни ничего подобного не было, не бывает и быть не может априори. Но, оказывается жизнь иногда подкидывает такое, что бразильские сериалы типа «Богатые тоже плачут» с «Рабыней Изаурой» - вовсе не слезливый и глупый вымысел, а прямо-таки истина в последней инстанции.

Вот краткая история в моем вольном пересказе, но суть постарался передать верно.
Живет на свете один, скажем так, совсем небедный человек (в дальнейшем СНЧ). Имеет множество фирм, с очень запутанной схемой учредительства и долей. Например, ООО, где он учредитель со 100% долей, является 35%-м учредителем компании, которая в свою очередь 75% учредитель другой компании, где 25% принадлежат компании, где он опять 100% учредитель и т.д…. Но нигде не является гендиректором. Крутой офис почти в центре, разнообразная деятельность от консалтинга до грузоперевозок. Имеет несколько квартир в Москве и большой загородный дом в крутом поселке, где стоимость земли просто запредельная.
Дом и участок реально большие (цифры есть, но опущу) и там на постоянке в отдельном доме живет прислуга.
Есть у СНЧ жена и двое детей. Младшему сыну 19 лет (назовем Олег), учится в очень известном техническом ВУЗе на 2-м курсе.
И вот у этого сына случилась любовь с девочкой ровесницей из Узбекистана (назовем Гуля), которая работала в семье в качестве одной из домработниц.
Свечку никто не держал, подробности не известны. Но предположу, что вряд ли был элемент соблазнения с ее стороны, скорее очередная Катюша Маслова. Когда все вскрылось (на приличном сроке), отец стукнул кулаком и попытался уладить дело деньгами, но сын проявил мужской характер (может, и правда Большая любовь была?) и разругавшись с родителями, снял квартиру, куда перевез Гульнару. Стали они вместе жить. В положенный срок, в частной клинике родила она мальчика, которого Олег записал на свою фамилию и отчество. Со временем Олег с родителями помирился, но те наотрез отказались принимать внука и невестку, словно и нет их вовсе.
А у Гули тоже есть семья, в России отец и два брата работают уже почти пять лет (но гражданства нет), мать же и младшие сестры в Узбекистане, где-то под Ферганой. Всего пять детей. Но после произошедшего отец фактически отказался от дочери, сам не общался и семье запретил.
Да, еще в отчете упоминался звонок на 112 от не представившейся женщины, что потерялся мальчик Оскар, 2021 года рождения, но заявления никто не подавал.
Как всё остальное товарищи выяснили – ума не приложу.

Вот только я не понял, Оскар Олегович гражданин РФ или нет? Вроде как должен сразу получить, но из прочитанного мною в интернете, сие отнюдь не следовало автоматом…

Дальше я вступаю на скользкую тропу предположений. Думается, Олег попал под мощный психологический прессинг от родителей насчет этих отношений. Максимально закамуфлированный заботой, но постоянный и упорный, и как известно вода и камень точит. Стал он все чаще оставаться ночевать у родителей. Тусовки опять же молодежные, куда наверняка Гулю не брал… Молодой же парень, симпатичный, обеспеченный, на крутой тачке, подружки новые явно постоянно появлялись… Короче, в один не прекрасный день они разругались, и он ушел, а может и просто перестал появляться, и выходить на связь, присылать деньги и платить за квартиру. А Гуля за это время получается уже стала полной нелегалкой, ничего не продляла и прочее.
И ведь наверняка Олег понимал, что бросает человека практически в безвыходной ситуации.
Как он теперь с этим чернушным пятном на совести живет, я никогда не пойму, да, впрочем, и понимать не пытаюсь, просто противно…
К родителям Олега Гульнара обращаться не захотела, поехала к отцу. А тот ее даже на порог дома не пустил, поругались во дворе, Гуля разревелась, бросила ребенка и убежала на станцию электрички. Папаня же просто выставил ребенка за калитку и ушел в дом. Оскар пошел вслед за мамой, которая похоже ни разу не оглянулась, и видимо заблудился и просто вышел к магазину.

Это чисто моя версия, я ее сам придумал, посмотрев трекер движения мобильника Гульнары за воскресенье. Возможно все было по-другому. Может быть. Я пытался рассуждать, разглядывая на экране фотографии всех этих людей, но другая картинка стояла, как привязанная: Одинокий маленький мальчик плача, бредет по безлюдным улицам, мимо высоких заборов, за которыми вроде есть дома, и в которых вроде есть люди, но никому на всем белом свете нет дела до него и его безутешного горя.
А лица на фото ведь симпатичные, с хорошими, счастливыми улыбками. Гуля так вообще просто красавица. Смотрю на них по очереди и недоумеваю. Ну как же так?
Понять и простить? Оставить всё, как есть? Не хочу…

Продолжение следует.

P.S. История получилась длинная, поэтому решил разбить на две части. Завтра (если опубликуют) читайте продолжение.

105

Давненько это было... лет 40 назад. Студенческие 80-е.
Собирался на новый год на родину ехать, с друзьями детства встретить, что-то не срослось. В последний момент упал на хвост кому-то из одногруппников. Встречали на квартире, никого кроме одногруппника не знаю, но как-то познакомились. И надо мной взяла шефство одна девчушка, пухленькая слегка, на любителя. Под утро народ начал укладываться на боковую, моя подружка развила бешеную деятельность, выбила место на полу, даже с матрасом и одеялом, про подушку не помню, не до этого было. Целовались, обнимались, даже оголились, но вот последнего шага никак. Продинамила, значит. Но свидание назначила. Первого встретились под вечер и повела она меня к себе в гости, шепнув на ушко что сегодня все будет замечательно. Ну я и воспарил. А родители где? У друзей, говорит, наверное, и сегодня не вернутся. Приезжаем к ним, папа в галстуке, мама в праздничном платье, стол накрыт. Я все порывался в общагу смыться, а папа подливает да подливает. Уже к полночи, когда и автобусы не ходят, предложили остаться а утром уехать. А у дочки в спальне уже и постелено ... на двоих.
Как я вырвался из дома и сам не помню. Пешком по морозцу до общаги, часа два всего.
Вплоть до пятого курса встречал новый год только с друзьями и по возможности без незнакомых девушек.
Новогодний ужжос, как вспомню, так вздрагиваю. Чуть не женили, блин.

106

ПОСЛЕ НОВОГО ГОДА

— Лен, ты куда? – удивленно спросил муж, видя, что жена собирается спать.
— В кроватку, а что? – устало ответила она.
— А посуду мыть? – возмутился Максим.
Все гости уже разошлись. Праздник был веселым и шумным. Дома осталась только его мама, но она уже тоже ушла спать. Лена же сложила остатки еды по контейнерам, сгрузила посуду в раковину и решила, что этого достаточно. Максим был с ней не согласен.
— Завтра помою! Или помой сам, если хочешь!
— Лен, у нас вообще-то моя мама гостит. Я даже боюсь представить ее лицо, если она завтра утром все это увидит!
— Ой, Максим, подумаешь! Посуда – это не главное. Важнее, что праздник удался. Так хорошо посидели. И даже танцевали! Спать уже хочется. Пожалуйста, не выноси мне мозги. Я завтра вымою посуду, у меня сегодня уже сил нет.
— Перетрудилась бедная?
— Представь себе! Пока ты где-то прохлаждался, я умудрилась убрать всю квартиру, наготовить еды на целую роту, еще и елку нарядила. Спасибо, хоть дочка помогала. Ты вообще-то обещал домой пораньше прийти и тоже что-нибудь сделать.
— Я не успел. Машина сломалась. Я же объяснил!
— Вот, и я тебе сейчас объясняю, я хочу спать! Не нравится посуда в раковине? Где мочалка и моющее ты в курсе. Дерзай! Я спать!
Лена не стала дальше спорить с мужем. Она просто пошла спать. Устала до чертиков. Хотелось побыстрее добраться до подушки и закрыть глаза.
Макс еще немного посидел в интернете, посуду мыть так и не пошел. Тоже подустал немного. Правда, спать укладывался жутко недовольный. Он и правда переживал, что завтра придется выслушивать от матери, что его жена неправильная, но возиться на кухне все равно не хотел.
Проснулись первого января все поздненько, ведь и спать легли около четырех. Татьяна Сергеевна так наплясалась вчера, что проспала дольше всех.
Первой из взрослых проснулась Лена, но вместо того, чтобы хвататься за тряпку, она заварила себе кофе и решила почитать какой-то рассказ в интернете.
Она всегда так начинала свое утро и не собиралась отказывать себе в этом удовольствии. Тем более в первый день в этом году. Максим проснулся от аромата кофе, витающего на кухне.
— Доброе утро! – сказал он, хмуро глядя на посуду в раковине. – Ты до сих пор не помыла?
— Как и ты! Доброе утро, солнце! Давай оно и дальше будет добрым. Если хочешь кофе, налей себе, я на двоих сварила. В турке на плите.
Он налил себе кофе в кружку и сел за стол. Вспомнив, что вчера так и не попробовал торт, решил отрезать себе кусочек.
— Ты будешь? – предложил он жене.
— Не, на завтрак быстрые углеводы – это зло. Да и вчера столько съела. Два дня теперь буду сухариться. А тебе приятного аппетита, мой стройный кипарис! – ехидно добавила она, намекая на небольшой животик, который выпирал из-под футболки мужа.
— Ха-ха, я потом все в спортзале оставлю!
— Ну да, ну да! Ладно, ешь, если хочется. Это твое дело!
Максим выпил свой кофе, заедая тортиком, его настроение явно улучшилось.
— А Света уже встала? - спросил он про дочку.
— Она вставала, поела свои хлопья с молоком и спать обратно легла, наверное. Я ее не видела, но слышала.
В кухню почти бесшумно вошла свекровь. Макс напрягся, предвкушая скандал, но мать его удивила.
— О боже, как я мечтала хотя бы раз в жизни увидеть такую картину! – с улыбкой сказала Татьяна Сергеевна.
— В смысле? – не понял сын.
— Если бы ты знал, как это ужасно перемывать посуду перед сном после Нового года или другого праздника. Это же сплошная мука! Как же я рада, что ты не такой, как твой отец!
— Что ты имеешь в виду? Я думал, тебя это взбесит!
— Глупости! Меня скорее в этом плане бесил твой отец. Он всегда настаивал, чтобы посуду мыли с вечера. Точнее, чтобы именно я мыла. Мы несколько раз серьезно поругались из-за этого. Мне пришлось уступить, поэтому и мыла ее перед сном, тихо ненавидя его! Я вообще часто ему уступала в бытовых вопросах…
Отец Максима умер пять лет назад от сердечного приступа. Мать уже отошла от этих событий, но сейчас она говорила странные вещи. Сын думал, что она всегда сама была инициатором чистоты в доме, но по ее словам можно было догадаться, что это не так.
— Мам, ты серьезно?
— Конечно! У твоего отца прямо бздык был на чистоте. Как же меня это бесило, но у него было так много хороших качеств, что пришлось с этим смириться. Хотя иногда так раздражало, что приходилось содержать дом чуть ли не в хирургической чистоте. Знаешь, мне иногда кажется, что он потому и умер так рано. Я о том, что предавал излишне большое значение пустым вещам. К примеру, таким, как не вымытая посуда после праздника.
— Ну, тут уже мне кажется, ты перегибаешь, мам!
Лена не вмешивалась в их разговор. Она так зачиталась, что почти не слышала его.
— Нет, сынок, я так считаю. Знаешь, мой Гена ведь правда очень часто переживал из-за того, что было малозначимо. Жалко. Я пыталась ему это объяснять, но его так воспитали. Ты же помнишь свою бабушку? Вот она была помешана на чистоте и третировала детей, чтобы они были идеальным. Возможно, он потому и стал таким. Мне так кажется! – сказала она, подумала она, а потом обратилась к невестке. – А ты, Лена, молодец! Не поддаешься на провокации!
— Что? – удивилась она, оторвал глаза от телефона, когда услышала свое имя.
— Молодец, говорю, что посуду на утро оставила! Я всегда мечтала так поступать. И ты, Максим, молодец, что не выносишь жене мозг по пустякам!
— Ага, не выносит! – лишь улыбнулась Лена, вспоминая их вчерашний разговор, но попрекать его при свекрови не хотела.
— Я вот вообще так думаю! – с улыбкой сказала Татьяна Сергеевна, заваривая себе чай. – Жена старается, все готовит на праздник, а муж разве что с уборкой помогает. И то не всегда, поэтому справедливости ради, нужно оставлять ему самое-самое!
— Что оставлять? – удивился Максим, догадываясь, что мама имеет в виду!
— Самое противное! – хмыкнула мать и кивнула в сторону раковины. – Так, Леночка, пойдем-ка мы с тобой телевизор посмотрим, а заодно фотки вчерашние поглядим. Много наснимали. А Максик уже все равно кофе допил, пусть сам посуду моет!
— О, я поддерживаю! Максим, у тебя такая чуткая и справедливая мама! Я в восторге! – с обезоруживающей улыбкой сказала Лена и встала со стула, прихватив с собой свой уже остывший кофе.
Они вместе вышли из кухни, оставив Максима одного. Он печально посмотрел на полную раковину посуды и скривился. Этого еще не хватало!
— И зачем я вообще начал этот разговор! – ругал он себя, включая воду.
Были бы они вдвоем с женой, он бы еще придумал, как отмазаться, но против матери не попрешь. Так и появилась в их еще молодой семье одна традиция, которая очень нравилась жене, но совсем не нравилась мужу.
Ну, а что? Жизнь не всегда справедлива!
Автор: Юля С

107

Я с работы домой ничего делать не беру а ту надо было сделать одну работу и я не успевал сижу дома с ноутом и ничего не получается я злюсь сделать надо обязательно А тут ещё пигалица маленькая отвлекает
- Чего ничего не выходит
-Угадала не выходит ( правда последнее время у меня выходит хорошо а вот входить стало хуже)
- Я зная почему
- Ну квакни почему
-Это потому что тебе на голову упал пыльный сундук.
- Кто тебе это наплёл
- Бабушка так говорит
- Тебе эта рассамаха и не то расскажет
- Ден расскажи какэто было
-Чего
-Ну этот случай с сундуком
Ну слушай было это когда я ещё с твоей мамой не был женат но ты уже наметилась мама пригласила меня познакомится с твоей бабушкой . Я пришел а они как раз готовились к отъезду на лето на дачу. Вот и попросил меня дедушка твой олень рогатый помочь ему с антресоли сундук снять антресоль длинная и на неё две дверки с разных сторон вот дед стал двигать с одной стороны а я должен был снять с другой он сильно двинул а я не успел поймать и этот сундук свалился на мою голову а там какое то говно пыльное хранилось ч потом неделю чихал. Ну вот с тех пор эта ведьма давно не мятая стала твоей маме нашептывать . А я правда что то не так стал вести себя зачем то на твоей маме женился ну вот как то так. И тут вдруг меня осенило и я быстро сделал эту поганую работу.
А за ужином жена мене выговаривала что не всё надо дочери знать. А я и так не всё ей рассказал если бы я ей всё рассказал она бы на 5 лет повзрослела.

108

Добавлю и я свои 5 копеек в истории об отцах.
Мой отец был сыном директора крупнейшего металлургического завода на юге России. В доме была прислуга, мама (моя бабушка) не работала, была очень набожной, строгой и четко придерживалась традиционных ритуалов. Мой отец был самым младшим из четверых детей. Синдром младшего брата, когда перед тобой достаточно тех, кто принимает решение, не обошел его стороной. Обладая яркой внешностью и незаурядными талантами, мой отец быстро привык к всеобщему обожанию и всепрощению.
В подростковом возрасте он связался с блатной компанией, где его научили пить, курить и далее по списку. Лишь счастливое стечение обстоятельств и фатальное везение помогло ему избежать тюремного заключения.
Отец занимался боксом и имел острое чувство несправедливости. Если становился свидетелем драки, то немедленно туда ввязывался. Однажды на моих глазах он выпрыгнул из окна, услышав разговор на повышенных тонах под окнами и начинающуюся потасовку. Безбашенный, взрывной, жестокий и упрямый. Густые темно-каштановые волосы, зеленые глаза, правильные черты лица, волевой подбородок, тренированное тело, безупречное сложение, упругая походка, незаурядный интеллект не давали ему шанса усомниться в себе. Отец обладал сильным голосом, тонким слухом и прекрасно пел. Вдобавок он замечательно рисовал. Всегда браковал мои рисунки, исправляя пропорции. Для меня он был богом. Который умеет и знает все.
Как лучшего студента техвуза, отца распределили в Москву, в Конструкторское Бюро гражданской авиации. Там он впоследствии и познакомился с моей мамой.
Нас тоже было четверо. Мой старший брат, я и две младших сестры. Нас муштровали как солдатиков. Домашние обязанности распределялись между детьми по графику. Эту неделю я мою посуду, брат подметает и моет полы. На следующей неделе меняемся. За невыполнение или некачественное выполнение нас били. Если мы шли гулять или в гости, называли время прибытия. За каждые 5 минут опоздания получали по удару. Забавно, но с тех пор я физически не могу опоздать. Никогда и нигде. Отец намертво вбил эту привычку в то самое место.
Время шло. Отец занял пост руководителя отдела динамической прочности. Был парткомом и вел бесконечные совещания и заседания. Диктатор и мучитель внутри него проявлялись все больше.
Его график был отточен до секунды. В 5.30 он вставал и убегал на пробежку вокруг озера и делал зарядку. Возращался злой, как черт. Сдергивал с нас одеяла и гнал на пробежку, раздавая подзатыльники и пинки. Он орал, как бешеный. У каждого из нас была кликуха - жирный, синий, кикимора, яйцо. Да, по-своему он любил нас. Я не знал, что могло быть по-другому и думал, что мой отец самый лучший и хочет добра для нас.
Ровно в 18.00 в замке поворачивался ключ. Отец пришел с работы. И мы разбегались по углам. Никогда не знаешь, за что тебя ударят. Он называл это «Попал под горячую руку». Первым делом он шел проверять вымыта ли посуда и помыты ли полы. Вопль «Кто дежурный по полу?? Пупком на диван!». И начиналась экзекуция…
Не знаю, насколько мы деформированы влиянием своих родителей. Но знаю одно. Я хотел быть другим. И одно я знал абсолютно точно : я никогда не буду бить своих детей. Боль уходит, унижение остается навсегда.
Отец пил. Как и всё, что он делал, он это делал по графику. Каждую пятницу и до понедельника. До полного отключения. Иногда срывался и начинал в четверг. На работе знали эту его слабость. И прощали. Покрывали и прощали.
Когда мама пошла в роддом за третьим ребенком, отец ушел в запой. С радости или с горя – не знаю. Мы с братом возвращались домой из школы и не могли попасть домой. Отец запирался, забывал ключ в замке и открыть дверь снаружи становилось невозможно. Он напивался и отрубался замертво, на звонки, стук в дверь уже не реагировал.
Мы были голодны. Надо было делать уроки… Мы звонили соседям. Если удавалось застать кого-нибудь дома, просили попить чая. Холодно, хоть и начало апреля, на улице снег и ветер. Если не получалось, бежали к маме в роддом. Те передачки с едой, которые ей приносили подруги, она в пакете на веревке спускала нам со второго этажа роддома. И мы радостно неслись в подъезд своего дома, чтобы там на газетке разложить чужие яства и дивно пообедать. Тогда мне это казалось веселым приключением… Однажды мы все же смогли открыть дверь. Войдя в комнату, обнаружили отца, лежащего ничком на диване. Он был пьян в дрова. Брат подергал его за штанину и вдруг начал всхлипывать. Именно тогда в 7 лет моя картина мира пошатнулась. Мой старший брат рыдал, отец – в полной отключке. Я остался один. Здравомыслящий, но абсолютно беспомощный…
Мне слегка за 20. Я и мой брат давно живем отдельно. Звонок в дверь. На пороге младшая сестра (Яйцо). Растерянная и испуганная: - «Папа умер». Мысль заработала с двойной скоростью:
- Есть коньяк. Будешь?
- Нет
- Ок. Тогда поехали.
Приехав, я еще застал врача скорой. Хмурый усталый дядька стоял над трупом и сокрушенно повторял «Что ж, вы делаете, мужики, детей сиротами оставляете…». В углу стояли две девочки подростка. Медицинское заключение – «алкогольная интоксикация».
Отца нет в живых уже более 30 лет. У меня семья. Я - авиационный инженер, руководитель, в прямом подчинении 30 человек, в косвенном более 150, много лет работал с японцами. Говорят, я слишком демократичен и позволяю много свободы своим людям. У меня один ребенок, потому что словосочетание «Многодетная семья» меня пугает до сих пор.
И я люблю своего отца.

109

В серию рассказов о наших отцах – какими они были и что мы от них унаследовали.

Мой отец работал в школе завучем. Ключевое умение на этой должности – составлять расписание уроков. Свести без компьютера базовое расписание, в котором все классы получат положенное по программе количество часов и ни один учитель не окажется одновременно в двух классах – уже нетривиальная задача. Но отец, просидев несколько дней с карандашом и ластиком над огромным листом ватмана, выдавал идеальное расписание, удовлетворявшее все запросы. Учитывал, что кто-то из учителей живет в деревне и не успевает к первому уроку, кому-то надо освободиться пораньше, чтобы покормить лежачую мать, у кого-то язва и нужен перерыв каждые три урока, чтобы перекусить, кому-то лучше не ставить первые уроки в понедельник, ибо похмелье, и так далее и так далее.

Был он человеком очень требовательным и принципиальным, не давал спуску никому от директора до последнего первоклашки. За ужином рассказывал маме, тоже учительнице:
– Прибегает сегодня мой дыр...
(Дыр – это д-р, сокращение от «директор». Из-за этого постоянно повторяющегося «мой дыр» я в детстве думал, что Мойдодыр работает в папиной школе. Извините, продолжу).

– Прибегает мой дыр, глаза на лысине: «Ты семнадцать двоек поставил на контрольной, гороно голову снимет, что делать, что делать?». Снимать штаны и бегать! Другой раз списывать не будут, а с гороно я сам поговорю.

Нам с братом тоже доставалось от его принципиальности. Помню, как я в слезах и соплях по десять раз переписывал домашку, пока не выходило ровно и без помарок. Мама пыталась говорить, что и так неплохо, но он отвечал:
– К тому, кого любишь, надо быть особенно требовательным.

После одного случая я задумался, всегда ли хороша такая принципиальность. Рассказ придется начать издалека, лет за десять до самой истории, но мы же никуда не торопимся, верно?

У родителей были близкие друзья, семья Рахлиных. Дядя Ефим – инженер-строитель, тетя Тамара – коллега отца, учительница русского и литературы. Редкие даже для того времени романтики-энтузиасты, познакомившиеся на строительстве Братской ГЭС. Очень красивая пара, которую легко было представить в фильме или на плакате «Строители коммунизма». Только плакат вышел бы небольшим: дядя Ефим был ростом где-то метр шестьдесят, а его жена – еще на полголовы ниже.

Я обожал бывать у них в гостях. Там собиралась вся городская интеллигенция, велись интереснейшие разговоры, сочиняли друг другу стихи ко дню рождения, играли в шарады, музицировали: тетя Тамара играла на пианино, кто-то из гостей – на гитаре, моя мама пела. Но главное, что влекло меня к Рахлиным – это их средняя дочь Рита, моя одноклассница, в которую я лет с пяти был тайно влюблен.

Когда мы с Ритой пошли в пятый класс, в соседнем микрорайоне построили новую школу, отец и тетя Тамара перешли туда работать. Тетя Тамара загорелась идеей перевести туда и нас: дольше идти, зато мы будем под присмотром, а главное – она возьмет в нашем классе русский и классное руководство и сделает из нас образцово-экспериментальный класс, будет преподавать не по устаревшим довоенным методикам, а по новаторским идеям Сухомлинского и Шаталова. Отец переводить меня категорически отказался: он хотел, чтобы я честно зарабатывал свои пятерки, а не пользовался льготами как сынок завуча.

Нас с Ритой оставили в старой школе. Меня это сильно расстроило, не столько из-за потери халявных пятерок или экспериментального класса, сколько потому, что из старой школы мы после уроков расходились в разные стороны, а из новой нам несколько кварталов было бы по пути, можно было бы ее провожать, нести портфель и всё такое прочее.

Экспериментально-образцовым стал класс Ритиной старшей сестры Киры. Когда она рассказывала, как у них проходят уроки литературы и какие у всего класса задушевные отношения с учительницей, у меня слюнки текли от зависти. Я таких педагогов видел только в кино.

Когда Кирин класс окончил школу, случилась та самая история. Не секрет, что кто-то кое-где у нас порой завышает ученикам оценки. Сейчас по большей части за деньги, а тогда – ради красивой отчетности, или по знакомству, или просто по доброте душевной. Отец в своей школе ничего подобного не позволял, а вот тетя Тамара решила помочь своему любимому классу.

ЕГЭ или конкурса аттестатов тогда не было, но был так называемый эксперимент: тем, кто окончил школу без троек, в вузе позволялось сдавать только два вступительных экзамена из четырех. Вот это «без троек» тетя Тамара и обеспечила. Сделать это было не просто, а очень просто: аттестат об окончании школы, включая вкладыш с оценками, заполнял классный руководитель от руки, и она просто вписала четверки вместо троек тем, кому это было нужно. Дальше аттестат, заверенный подписями завуча и директора и школьной печатью, становился официальным документом.

Не знаю, как о подлоге узнал отец. Скорее всего, проболтался кто-то из учеников или сама Тамара. Но когда узнал – воспринял это как личное оскорбление и предательство многолетней дружбы. Он ведь подписывал эти аттестаты без проверки, полностью доверяя Тамаре. Кого-то другого, может, и простил бы, ее – нет. Потребовал, чтобы она уволилась из школы и больше в педагогике не работала, если не хочет скандала и разбирательства на парткоме. Никогда больше не общался с Рахлиными, и маме запретил, и я больше никогда не был у них дома, хотя в школе по-прежнему сидел за партой позади Риты.

Мы с Ритой тем временем перешли в десятый класс. Оба шли на медаль, только я был круглый отличник, а ей плоховато давалась химия, балансировала между пятеркой и четверкой. И на итоговой четвертной контрольной забыла какую-то элементарную формулу. Повернулась и спросила у меня.

И в этот момент у меня ни с того ни с сего взыграла отцовская принципиальность, подогретая историей с аттестатами.
– Не скажу, – прошептал я. – Думай сама.

Для Риты мой отказ был полным шоком. За девять школьных лет не было случая, чтобы я кому-то не помог или не дал списать. В нашем классе даже не говорили «списать» или «скатать», а употребляли вместо этого глагол «сфилить», образованный от моего имени. И тут вдруг отказался помочь ей в самый ответственный момент. Потому что к тем, кого любишь, надо быть особенно требовательным. Вслух я эту высокопарную чушь всё же не произнес, но подумал именно это.

Сама она формулу не вспомнила, медаль накрылась. Вторым медалистом, кроме меня, стал незаметный мальчик по фамилии Русак, по удивительному совпадению сын нашей классной. До девятого класса он перебивался с четверки на тройку, а тут вдруг посыпались пятерки, хотя его вроде даже не спрашивали на уроках.

Неполученная медаль сильно сказалась на Ритиной судьбе. Она мечтала быть психологом, дважды поступала на психфак МГУ, но не прошла по конкурсу. На третий год поступила на психологический там, где это было возможно – в Ярославле. Встретив Риту еще через год, я ее еле узнал, из очаровательной стройной девушки она превратилась в колобок на ножках. Смущенно пояснила, что в Ярославле в магазинах нет ни мяса, ни рыбы, ни творога, ни овощей. Есть картошка, макароны и булочки, вот ее и разнесло, и других девчонок тоже.

Больше я с Ритой не общался. Стороной слышал, что ее взял замуж однокурсник – просто потому, что одиноких молодых специалистов распределяли в медвежьи углы, а семейные пары в более-менее крупные города, где по крайней мере было две вакансии психолога. Уехала куда-то в Архангельск или Мурманск и пропала с радаров.

Тетя Тамара, уйдя из школы, смогла устроиться только гардеробщицей. Дядя Ефим, поняв, что на зарплаты гардеробщицы и инженера семью не прокормить (у них была еще младшая дочь Маруся), завербовался куда-то на севера и больше с этих северов не вернулся, встретил там женщину. Тетя Тамара быстро стала опускаться. Не знаю, пила ли она или только ела, но ужасно располнела, получила инсульт, лет десять пролежала парализованной и умерла, не дожив до шестидесяти. Маруся после школы не стала никуда поступать, потому что надо было ухаживать за лежачей матерью.

Можно сказать, что тетя Тамара сама виновата в том, что случилось с ее семьей. А с другой стороны, все могло быть гораздо лучше, если бы не принципиальность моего отца. И уж точно никому не было бы хуже, подскажи я Рите ту злополучную формулу. Может быть, с медалью она поступила бы в МГУ. Может быть, если бы мы учились в одном городе, то в какой-то момент стали бы встречаться. Хотя это уже вряд ли.

110

Про дерьмо, но не для срачей

Каждое лето маминого двухмесячного учительского отпуска мы проводили на Украине - в её родном селе Александровка Мироновского района Киевской области. Мои первые отчетливые детские воспоминания - примерно с пяти лет.

В тот приезд в Александровку пообнимались с бабушкой, мама переодела меня с дороги в шортики и маечку, и сказала: "Вон на улице соседские дети гуляют - иди познакомься с ними. А я буду чемоданы разбирать и кушать готовить. Да босиком иди - здесь все дети босиком гуляют!"

Вышел за калитку. На меня настороженно уставились девочка моих лет и мальчик помладше. Одеты они были в длинные рубашки, не доходящие до колен. И босиком, как мама и говорила.

Я вежливо сказал: "Здравствуйте! Меня зовут Витя Гладков. А вас как?"

Девочка округлила глаза, испуганно вскрикнула: "Русский!", схватила брата за руку и они побежали к своей калитке. Когда они бежали, было видно, что кроме рубашек на них ничего не надето.

Я пожал плечами, и вернулся в наш двор, где было много интересного и познавательного.

Ближе к вечеру снова увидел этих детей на улице. Вышел к ним, готовый не удивиться, если опять убегут. Но девочка приветливо сказала: "Будешь с нами гулять?" Для меня "гулять" означало быть вне дома - на дворе или на улице. На украинском же "гулять" означает "играть". Ей я ответил: "Да я уже гуляю". Он продолжила: "Дывысь (смотри), як мы гуляем!" И сказала брату: "Твоя череда!" Брат прошел несколько шагов по тропинке, задрал рубашёнку, присел и, как бы помягче выразиться, - "отложил личинку". Девочка пояснила: "Оце так мы гуляем. Оце - вин, оце там - я, оце дале теж вин..."

На мягкой пыли тропинки через каждые несколько шагов были отложены следы жизнедеятельности их молодых растущих организмов. Я вежливо отказался от участия в этой занимательной игре.

Больше ничего про эту девочку и её брата не помню, хотя наверняка потом по-соседски вместе бегали, играли, заходили во двор друг к другу... Но в памяти отложился только этот первый день.

Помню, как были там ещё в гостях у других родственников. (В продолжение заявленной темы.) Взрослые сидели-общались, обменивались новостями, а я пошел бродить по двору. На меня напала коза, привязанная длинной веревкой к столбику. Я откуда-то знал, что надо схватить её за рога, и повалить. Она не ожидала такой атаки, и действительно повалилась. Держать её на лопатках у меня не хватало сил, и, поскольку она сейчас должна была признать своё поражение, я её выпустил. К сожалению, дуэльного кодекса она не признавала, и снова накинулась на меня. Я вбежал на поднимающийся горкой вход в погреб. Забраться за мной она не могла - веревка не пускала. А я осмотрелся вокруг, и прикинул, что вполне могу спрыгнуть вот с этого места на вон тот островок густой невысокой травы. Там её называли "спорыш". Правда, между погребицей и спорышом лежала свежая коровья лепешка, но я был уверен, что смогу через неё перепрыгнуть. Действительно - смог! Точненько ногами в спорыш приземлился. Но не удержал равновесия, подался назад, и плюхнулся в пахучий коровий блин своей городской задницей, облаченной в надетые в гости новенькие шортики.

Заливаясь слезами, пошел к взрослым. Знал, что я умный ребенок, и всё, что сейчас предвижу, так и случится.

Действительно, - взрослые увидели мои слезы, наперебой по-русски и по-украински принялись расспрашивать из-за чего плачу, заранее выражали сочувствие... Я вместо ответа повернулся к ним спиной... Они, как я и ожидал, разразились дружным хохотом, а я заплакал ещё горше...

***

Хватит пока... Это повествование не об отсталости отдельно взятого села или отдельно взятой республики Советского Союза.

Просто - я динозавр. Это наше прошлое, которое я помню. 55 лет назад и в любой Российской глубинке точно так же дороги могли быть "улучшены" неровно набросанным булыжником, а детишки летом бегать босиком по пыльным тропинкам в длинных рубашёнках без всего. Однажды рассказывал маленькому сыну что-то из своего детства... Ну, вроде, что телевизоров цветных тогда ещё не было, и уж конечно, не было телевизионных пультов. Он тогда спросил: "Па! А ты динозавров видел?".

111

ЕБУЧИЕ ДЕРЕВЬЯ.

Мне позвонил Леха. Он только что купил б/ушную японку, и хотел навести в ней марафет:
-Можно у тебя во дворе экстрактор подключить?
-Давай, я дома.
Я открыл ворота во двор, и вернулся в дом.
Что такое экстрактор я уже знал. Месяц назад Леха со своей женой таким чистили наш диван. Как новый стал, нужно отметить.

Химчистка с выездом к клиенту, шире клинингом, это то, чем Леха теперь занимается, когда отдыхает на берегу после очередной рыбацкой путины. А когда по ночам Леха отдыхает от дневной химчистки, он таксует, и вторая машина стала нужна как раз для этого.
Леха отдыхал бы еще больше, если бы швейное оборудование, и воплощение мечты о создании своего предприятия, на которые он потратил, заработанное в нескольких путинах, стали, хотя бы, уносить убыль от содержания двоих малолетних детей, потому что прибыль от производства в России, как наконец до него дошло - редкая быль.

Когда я спустился во двор, Леха задумчиво колупал ногтем капот своего автомобиля:
-Ебучее дерево!- сказал он куда-то в пустоту, и повернулся ко мне: -Под домом накапало-хуй ототрешь!
-Не, Лех, это не ебучее! Я тебе сейчас расскажу про такое.
Леха, рассеянно наводил на меня резкость.
- Помнишь Серегу, он ко мне в офис частенько заглядывал? Длинный такой, всегда в камуфляже?
-Да знаю я Рыча!
-Откуда? Уже интересуюсь я, зная, что сам Леха не из местных.
-Да была история. –Леха, вспоминая детали, достал сигарету: - Я тогда я прапором служил…

Когда и где Леха служил прапором, я уже знал. Он отработал у меня агентом несколько лет, и нам довелось, пообщаться.
«Тогда» он служил прапором отпущения на артиллеристском полигоне.
Благодаря Лехиным усилиям и смекалке, учебные фашисты должны были научиться активно двигаться, вращаться и прятаться к очередным стрельбам, а что спрятаться не успело, было обязано его же стараниями воскреснуть к следующему разу.
Несколько лет в полигонном одиночестве он реанимировал и анимировал артиллеристские мишени, и кроме стабильного напряжения электрической сети, заставляющего время от времени Леху, вибрирующего пятидесятью Герцами, вертикально выпрыгивать из сырых окопов, особо радоваться было нечему.

Полигон располагался в километрах двадцати от города и Лехиного гарнизона. Как Леха добирался до полигона и обратно командиров не волновало. Вроде и недалеко, но если смотреть пешком, то сначала шесть километров из тайги, по разбитой шоссейке, которая выходила на региональную трассу М60, затем по ней по асфальту но в сопку пару километров до поворота в город и остаток в 12 км уже налегке до его указателя. Там до дома, еще с километра три набегало, но там хотя бы уже были люди, поэтому остаток Леха уже не считал, и это летом. Летом не считал, а зимой не плакал.

-…иду с полигона, пару километров до трассы осталось, слышу сзади что-то гремит. Смотрю – «воровайка» медленно догоняет. (так у нас называют кузовные, в основном японские грузовики с грузовыми стрелами, а тех, кто на них промышляет, называют лесниками. Чаще всего молодые и не очень, мужские особи, промышляющие всем, что хорошо растет, или плохо лежит). Останавливаются:
-В город? – Леха кивнул и устроился третьим в кабине.
-А ты чё один, всех убили? – Потихоньку от своей шутки ржанул водитель. Леха в ответ скривил улыбку, мол с юморком знаком, и чтобы не показаться невежливым, поинтересовался в ответ:
-А чё у вас в кузове так гремит, не снаряды?
-А, кстати, глянь! – отозвался длинный в камуфляже: - Нашли в лесу, еле откопали. Их искать не будут?
Леха устало повернулся к заднему окошку, там по металлическому кузову грузовика катались и подпрыгивали несколько неразорвавшихся реактивных снарядов: -Стой, блядь! Я лучше пешком!
Водила, оценив ужас в Лехиных глазах, мгновенно остановился: -А мы их ещё пилить хотели…

-А чо могли взорваться? – перебил я Леху.

Леха, выныривая из воспоминаний, вытаращил на меня глаза, что могло означать от «ты долбоёб?!», до «а я ебу?!». Я уточнять не стал.

Они очень аккуратно выгрузили снаряды в заросший кювет и поехали дальше.
Эта история еще раз настигла их через несколько лет, когда в местной газете кто-то из её участников наткнулся на публикацию про обнаруженный по дороге к полигону террористический схрон. Они еще раз встретились, и единогласно решили, засунуть свои языки еще глубже.

-Ну так про дерево. - Вспомнил я: – Серый вчера ко мне заезжал на той воровайке, рассказал. Помнишь ураган был на днях? Приехал, говорит, домой на пикапе: -Стою во дворе, аж страшно выходить. Ветрище, ливень! Хотел пересидеть с телефоном, пока стихнет, но по нужде приспичило – невмоготу. Выпрыгнул из-за руля, бегу, слышу сзади «Хуяк!». У меня там за участком дубы растут, в комеле толщиной с пол метра, и высотой как корабельные сосны, поворачиваюсь, а этот ебучий дуб с вывернутыми корнями прямо на машине вдоль крыши лежит, и кабина до руля смята

Я колупнул грязно-зеленое пятнышко на Лехином капоте: -А ты говоришь – ебучее.

Я бы и не записал эту историю, если бы не случившийся на следующий день шторм.
Хорошо, что свою березу наконец завалил, думал я, иногда поглядывая из своего окна на очередное светопреставление, и прикидывал что стало бы с крышей, если бы дерево рухнуло на дом.
Эта огромная, в два обхвата, сибирская береза, начиналась на уровне середины окон второго этажа моего дома, с крутого склона раскидывала ветви высоко над его коньком, и сводила на нет эстетическое удовольствие от её созерцания, огромными ветвями падавшими в сильные ветра на молодые яблони, двадцатью мешками осенней листвы и весенних сережек, наглухо закупоривающими водосточные трубы и желоба.
Из раздумий меня вывел телефонный звонок:
-Ебучие деревья! – Из телефона проорал мне в ухо Леха, запыхавшимся голосом.
-Че опять?
-Да пиздец! Видел, что на улице творится?!
-Да смотрю, боюсь выходить.
-А я подзаработать в ливень решил. Отвез клиента на ту сторону, назад с моста выезжаю, мне по капоту дерево как вхерачило, еще бы с пол метра и по голове. Штук на пятьдесят, блядь...! - видимо споткнулся Леха, и отключился.

Ну ладно, пора закругляться, как говорит моя мама. И еще она говорит – будет как будет!
Радуйтесь жизни, пока!

Я этот рассказик еще летом начал, и хотя он скорее о случайностях или предопределённостях коими на двух человек, оказавшимися, кстати, моими знакомыми, и не подорвавшимися десять лет назад на снарядах, спустя 15 лет почти одновременно упало по дереву, закончу последними.

Месяц назад наш городишко засветился в центральных СМИ последствиями ледяного дождя. Жуткое было зрелище, когда в полном безветрии вдруг раздавался сухой треск, и огромные ветви а то и целые деревья с ледяным звоном разбивались, о замерзшую землю. Две наших пятнадцати метровых сосны выдержали, свесив вдоль стволов по паре отломившихся ветвей. Зато с соседской с одной стороны теперь свешиваются над головой несколько шестиметровых лап, и от других соседей две сломанных черемухи в нашем саду. Жду теперь теплых деньков и настроения.

Как подумаю, сколько пилить…
Ебучие деревья!

112

Событие вчерашнего вечера.

Прокомментировала историю об унитазе и чистящем средстве, типа и я чистюля и любитель сверкающих коней. Ну как повелось - куча минусов, видимо от не очень чистоплотных сотоварищей сайта ;).

У меня действительно тик. Всё должно сверкать и блестеть, банные полотенца висеть ровными складочками; тарелка к тарелочке; дровишка к дровишке; о стёкла окон бьются глупые птицы, не видя преграду. К тому же я ужасный перфекционист. Короче жить со мной под одной крышей домочадцам непросто и если дети попросту игнорируют мамины заскоки, то муж приспособился иначе: по первому нытью покупает очередную плиту в кухню, пятую стиральную машину, так как в предыдущих белое бельё после стирки на пол-тона отличается от мною же придуманного идеального белого цвета, стопятидесятую сковороду или новый пылесос.

Когда-то мне надоело таскать пылесос с одного этажа на другой и я выпросила второй. Чуть позже выяснилось, что удобней безпроводной. Так появился первый Dyson. У кого нет - всем советую, правда, как известно, цена довольно кусючая. Угомонилась я ненадолго, в чём собственно муж мой даже не сомневался! На каждом этаже повесил в итоге по Dyson(у). Поднимаешься на этаж, а тут оппа - Дайсик синенький, спустился, пожалуйста - розовенький, ещё ниже... лепота. Дети, правда, почему-то эти яркие цвета не замечают и доказывают мне, что полы идеально чистые, а крошки только что я сама нанесла.

Нашего лабрадора кстати мы выселили из дома во двор по той же причине. Мусор таскал, пылесосить не хотел! В глазах детей на тот момент я из матери превратилась в злую мачеху, пришлось поклясться псу, что буду и дальше следить за чистотой в будке, еженедельно стирать подстил и пылесосить его ковёр, что я к слову и делала всё это время Дайсоном со среднего этажа.

Через три недели Рождество, где европейский Дед Мороз приносит подарки. К своему Деду Морозу у меня контакт прямой: Хочу ещё один Dyson!
НАФИГА??! - спросил обречённо он, собираясь в недельную командировку.
НАДО! - ответила я.

Эльф прикатил вчера на олене, позвонил в дверь и вручил коробку с новеньким пылесосом - Дайсон серенький. Три недели ждать это долго и я сразу поздравила себя с праздником, торжественно повесила Серого в зале вместо синенького... а вот Синий переехал в сарай во дворе. Когда дочь пошла за напитками (они у нас там живут) и обнаружила Синего, то тогда и заметила Серого в зале. На её немой вопрос я гордо ответила: Теперь у меня есть ОТДЕЛЬНЫЙ пылесос для Басечки (кличка пса Бакс)!

Со словами "Не дай бог, кто из моих друзей этот дебилизм узнает!" дочь поставила бутылки на стол и с хохотом понеслась к брату, чтобы наверное рассказать, какая у них всё таки чистоплотная мама)))!

Ланка

PS: Убедительная просьба не тыкать мне БОГАТСТВОМ (проходили уже). Про лёгкую шибанутось всегда пожалуйста).

113

Одна бабушка приехала в швейцарские Альпы и сразу по прибытии умерла, чем сделала отдых всей семьи незабываемым.

— Тёща не может без выкрутасов, — заметил папа этой семьи. — Зачем её вообще позвали?

Мама напомнила, что опасно было оставлять бабушку одну, дома, где что угодно могло случиться. А тут она в безопасности.

Сели читать страховку. Ни один симптом не подошёл. Патологоанатом же, гримёр, погребальный костюм, гроб и пересылка тела почтой не считались видом лечения.

Было решено везти бабушку домой в багажнике на крыше, где свежо и просторно. Мчались без остановок. Лишь возле Варшавы прервались на кофе и туалет. И за эти жалкие сорок минут кто-то угнал машину. Вместе с лыжами и багажом, если вы понимаете смысл моих аллегорий.

Мама и дочь снова принялись рыдать. Напрасно папа уговаривал представить себе лица угонщиков, вскрывающих багажник в предвкушении добычи. Невозможно рассмешить женщин, твёрдо решивших дуться по пустякам.

Полицейский офицер спросил, что было в машине. Ответили уклончиво — кое-какие родовые реликвии.

Папа обещал во всём разобраться. У него дома обширные связи. Но вся магия, вся коррупция бессильны в вопросах бабушки. Её нельзя хоронить без тела, в виде одного только паспорта. И купить китайскую подделку с перебитыми номерами негде. Судя по видеокамерам в морге, папа не первый пришёл туда с таким вопросом.

Чучело лисицы, медведя или французского крестьянина XV века причём есть в любом театре, недорого. Но стоит лишь шепнуть слова «муляж старухи» — из воздуха сплетается уголовный прокурор. Подделка бабушек карается строже, чем любые другие с ними же манипуляции.

Тогда папа предложил нанять живую актрису. За четверть пенсии она могла бы раз в сезон играть спектакль в поликлинике. Пенсию семья продолжала получать чисто из страха разоблачения. Всё это известная японская технология увеличения средней продолжительности жизни. Так вот желающих не нашлось. Пожилые актрисы отлично знают себе цену на рынке органов. Они зовут полицию сразу после слов «послушайте, женщина». А кандидаток из Филиппин зарубила мама. Хоть папа и обещал, что в жизни они вовсе не выглядят на 25.

Эта реальная история превратится в сериал, как только на роль пиковой дамы наймут меня. Ворох тряпок и парик — вот и всё что нужно. Ни один мой бизнес-план не сулил ещё такого ровного, стабильного дохода.

Слава Сэ

114

ВОСПОМИНАНИЯ

Возил я недавно тещу к её подруге Зинаиде, на день рождения. И не просто на день рождения, а на юбилей, в тот день её мужу исполнялось сто лет. Муж, конечно, умер давно, но все же юбилей.
Гостей было пять человек и все вдовы. Ну, кроме меня.
Хозяйка дома со всеми на «ты», но между собой старушки общались исключительно на «вы» и только по имени отчеству. Интеллигенция. Хотя видно было, что знают они друг друга лет пятьдесят, но встречаются раз в пятилетку и только у Зинаиды в гостях. Я был милым и услужливым, открывал шампанское, кроил тупым ножом жареную утку с яблоками и бегал на кухню за тряпкой, когда кто-то снова переворачивал вино.
Старушки попели хором старинные советские песни и начали вспоминать свои детские годы.
Тамара Павловна сказала:
- А, знаете, я вообще-то родилась в лагере на Колыме. В тридцать восьмом году. Так, вот.
Услышав это, рядом сидевшая Елена Александровна, до невозможности выпучила глаза и вскрикнула:
- Как!? Как, Тамара Павловна, вы тоже родились в лагере на Колыме!? Да ведь и я родилась в лагере под Магаданом и тоже в тридцать восьмом!
Они бросились друг к другу в объятия и так долго стояли. Это было настолько трогательно, что нельзя было не прослезиться.
Тамара Павловна вытерла салфеткой глаза и продолжила:
- Отца я, разумеется, никогда не видела, а Мама умерла в лагере, когда мне было полтора года, но все равно детская, цепкая память, что-то ухватила. Лица ее, я, конечно, не помню, но хорошо запомнила темную одежду, совсем короткую прическу и голос. Уже только при Хрущеве я разыскала наших дальних родственников и увидела у них Маму на фотографии.
Елена Александровна тоже вытерла салфеткой глаза и сказала:
- А я довольно хорошо помню нашу жизнь в лагере. Помню, как Отец своими руками смастерил для меня деревянную лошадку. Боже как я на ней качалась, даже ее сосновый запах до сих пор помню. Когда во время войны нас из Магадана перевели в Москву, Мама уговорила Папу и мы лошадку взяли с собой…
- Постойте, какой Отец? Какую лошадку? Какая Москва? А-а-а-а-а, вот оно что…
Тамара Павловна долгим взглядом посмотрела на Елену Александровну, как будто подбирала слова, но так ничего больше и не сказала.
Они вообще в тот вечер больше не разговаривали, даже когда сидели рядом в моей машине и ехали по домам…

115

ВСЁ, ЧТО СЛЫШАЛ...

Ой, какой хорошенький…

Встань в угол!
Сиди прямо!
Пока не съешь, из-за стола не выйдешь!
Через нехочу!
Не реви!
Дрянь неблагодарная!
Перехочется!
По кочану!
Ты как с матерью разговариваешь?
Я лучше знаю!

А голову ты дома не забыл?
Посмотри, на кого ты похож!
Чтоб завтра родители были у меня!
Выйди вон из класса!
Встал и пересел!
Зайди, как положено!
Я тебе русским языком говорю!
Я с кем разговариваю?
Я лучше знаю!

Общежитие это вам не бордель!
Что-то я не помню вас на своих лекциях!
Вы в списках на отчисление!
Выйдите из аудитории!
Берите билет.
Давайте зачётку!
Неуд!
Я лучше знаю!

Равняйсь! Смирно!
Копать отсюда и до обеда.
Два наряда!
Рота, отбой!
Рота, подъём!
Песню за-пе-вай!
Я лучше знаю!

Я беременна.
Я не буду жить с твоей матерью.
Давай ипотеку возьмём.
Моя мама с нами поживёт.
Не лезь в женские дела!
Я лучше знаю!

Пап, дай денег!
Пап, дай денег!
Пап, дай денег!
Познакомьтесь, это Лена.
Я лучше знаю!

Я лишаю вас премии!
Потому что я начальник!
Вы уволены!
Я лучше знаю!
Эта льгота вам не положена.
Пятнадцать тысяч пенсии это, по-вашему, мало?
Я лучше знаю!

Димедрольчик попейте.
Я лучше знаю!
Я соболезную…
Сегодня мы прощаемся…

Здравствуй, сын Мой…
Не реви!
По кочану.
Я лучше знаю.

Илья Криштул

116

Памяти девяностых - зарисовки из ушедшей эпохи.

Был у меня хороший знакомый – как оказалось впоследствии, один из серьёзных Московских криминальных авторитетов. Он не выпячивался, в общении был вполне адекватен, но как я сейчас понимаю, без его участия несколько моих (ну и наших, совместных) коммерческих мероприятий просто не срослись бы.

Погоняла в привычном уголовном смысле у него не было, зато была экзотическая фамилия – Саньоль – его все по ней и знали. Он сейчас уже давно эмигрировал, больше двадцати лет (Миша, если ты это читаешь, большой привет тебе с Охты, надеюсь ты мне простишь публикацию этих эпизодов, да, Светлана с детьми живёт в Брюсселе, у неё всё хорошо).

Далее с его слов.

Ножик мне, блин, как-то подарили, бабочку - это у которой рукоятка из двух половинок - надо перекинуть половинку круговым движением, чтоб освободить лезвие. Не какую-нибудь Китайскую дешёвку, что руками согнуть можно, Испания, настоящая Толедская сталь с гравировкой. Красота. Такому в музее место.

В тот день мама кореша продала дачу, а я к нему подъехал по делам - у них дома ещё один приятель наш – вместе в клубе борьбой занимались. Поставил машину у подъезда, поднялся. Быстренько решили вопрос, а мама его в банк засобиралась –

- тётя Мила, давайте подвезу – сумма немаленькая, спокойней будет-

- ой, да что ты, Миша, тут же рядом!

- пойдёмте, пойдёмте, говорю - мне не трудно.

Спускаемся вчетвером – бл…дь, какая-то сука у меня ниппели на колёсах выкрутила - может на его место встал? Найду потом, кто на этом месте паркуется, ответит, пидор.

Но ехать в банк пришлось на трамвае. Мы в переднюю дверь садимся, а мужики - в заднюю. Едем. Гляжу - глазам не верю – к тёте Милиной сумке пристраивается ворёныш с бритвой, сумку вскрывает так быстренько, бумажник хвать - и сразу второму отдаёт.

Ну, такого спускать нельзя. Я его левой за шиворот, а правой, лезвие освободив, аккуратно так ему в задницу снизу вверх – неглубоко, сантиметра на два. Тот затанцевал. Фыркает, дышит тяжело.

- давай на выход, говорю, а то до конца загоню – сдохнешь от перитонита, да второму скажи – пусть тоже выметается, если сбежит с деньгами, отвечать ты будешь.

Тут надо сделать отступление – Миша мужик не крупный, невысокий такой, сухощавый – а вот приятели его – я обоих видел – побольше ста килограмм каждый.

Ворёныш с подельником выходят, смотрят с кем имеют дело, и начинают помаленьку наглеть.

- слышь, кореш, ты чо тут беспредельничаешь, бля?

Тётя Мила смотрит на расхристанную сумку и отсутствие бумажника, глаза у неё открываются от возмущения. Потом она смотрит на руку мою, а кровь у этого говнюка из задницы так кап-кап, несильно – начинает бледнеть, и плюхается на скамейку на остановке. Второй стоит рядом, и пытается понять – что дальше будет.

В этот момент подтягивается подкрепление в лице двоих моих приятелей. Теперь бледнеть начинают наши противники.

- Мишаня, что тут у вас происходит?

- попытка ограбления. Так, деньги быстро вернул, и на колени – извиняться будете.

Тёти Милин сын, Коля по кличке Шкворень, берёт второго за ухо, и вежливо произносит –

- ну давай, исполняй, целее будешь.

А тот сдуру пытается вырваться. Напрасно. Очень напрасно. Коля прямым правой отправляет его в нокаут. Ухо выпустить не успел – поторопился. И вот такая картина вырисовывается – ворёныш, что сумку порезал, продолжает капать кровью из жопы, нанизанный на настоящую Толедскую сталь, подельник его стёк на асфальт мокрой соплёй, Коля вертит в руке оторванное ухо, не зная, куда его выбросить, тётя Мила теряет сознание.

Деньги забрали, конечно. Этот, что у меня на ноже, взмолился -

- ну мужики, ну пустите, ну ошиблись, бывает!

- так, ты фамилию Саньоль слышал?

- чё, а ты чё знаешь его что ли?

- это я и есть. Вот тебе адрес, завтра занесёшь туда тонну баксов. Попробуешь сдристнуть, будет плохо.

- ………………………………………………….

Это уже не просто обычное побледнение от страха, а истерика от осознания глубины залёта и перспектив ситуации.
Деньги принёс. Хромал и извинялся. Тёте Миле купили новую сумочку.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Я своей фамилией всегда гордился – корни у нас Итальянские. И темперамент оттуда же, вероятно.

А тут такой анекдот – отец звонит, слушай говорит, такая история сегодня – еду я с дачи на своём жигуле. Движение плотное, сам знаешь, как на Щелчке (Щёлковское шоссе) боками трутся.

И тут пристраивается сзади БМВ, фарами мигает – западло ему за четвёркой ехать, обгоняет меня, но подрезав, габариты потерял, ободрал себе заднее правое крыло, а мне переднее левое. Во(му)дила, блин, с Нижнего Тагила. Таким права давать - только создавать аварийные ситуации.

БМВ остановился, из машины выскакивают трое быков - хари бритые, ящиком, у двоих биты бейсбольные в руках. Неприятно.

- Ну что, дед, попал, бля? Как отвечать будешь? Если твоё ведро продать, нам тут и на ремонт не хватит.

Отобрали документы, я сижу в машине, двое продолжают бычить, а третий, что документы в руках вертит, примолчал так тревожно, и спрашивает –

- отец, фамилия у тебя редкая, а Миша Саньоль тебе часом не родственник?

- сын мой, отвечаю.

Молчание тяжёлое. Сопят, думают. Пятнами покрываются.

- батя, ты, это, не бери в голову, извини, погорячились. Возьми вот двести баксов на ремонт, больше нет с собой, а Мише поклон передай от Солнцевских – скажи, что знаем и уважаем.

Вот такие весёлые истории из прошлого. И это не что-то из ряда вон неординарное, а самые скромные события – я ведь не о себе пишу, Миша и много другого рассказывал – но не буду же я его подставлять своей пустой болтовнёй? Всё давно прошло, но память осталась.

Не люблю ту эпоху. Закончилась, и хрен с ней.

117

Серия; То, что я помню.

Помню, как однажды, это было очень давно, мы со страшим братом Олегом Алёшиным очень хорошо себя вели и нам мама дала немного денег. Тогда у нас с братом уже был свой собственный портативный кассетный магнитофон Легенда М 404. В нем было две скорости, возможность записи на встроенный микрофон, громкий динамик. Но была одна проблема у нас не было интересных записей, взять их нам было негде. Вот тогда, те деньги, которые нам дала мама мы с братом решили потратить на запись новой музыки. Новая чистая кассета у нас уже была - МК-90. Мы поехали с Олегом на улицу Горького, там была главная городская студия звукозаписи. Мы долго выбирали, что нам хотелось бы записать на нашу кассету, долго рылись в каталогах, долго приценивались и в итоге заказали два альбома групп Pink Floyd и Space. Это была музыка, которая нравилась и мне и моему старшему брату. Мы заплатили деньги дяде. который отвечал там за все. Он взял нашу кассету, вложил туда бумажку, взял наши деньги и дал нам квитанцию. Он сказал , чтобы мы приходили через неделю, ваша запись будет готова. Неделя пролетела быстро. Вот она наша кассета с записями двух величайших групп современности. Дома мы вставили кассету в наш новенький магнитофон и стали слушать эту музыку. Это был настоящий кайф! К тому же иногда мама давала нам деньги на батарейки для нашего мафона и тогда можно было брать его с собой на улицу. Правда, батарейки быстро кончались и стоили недешево, но все равно было классно. Мы еще часто ездили в эту студию на улицу Горького за новыми записями.

118

Два бидона молока

Расскажу пока не забыл такую жалостливую историю. В детстве я был очень хорошим мальчиком. Нас было короче трое мальчиков в семье обычная семья все как у всех. Естественно никто не хочет выносить мусор или ходить в магазин или мыть посуду. Все трое обычные мальчики, все кроме меня. Я очень любил помогать маме. Хоть зачастую делал это очень плохо. Мать так и говорила, Максимка вот один сыночек мне помогает, молодец какой, правда моет он посуду очень низкого качества, но ведь моет и каждый день.

Это была правда я делал все очень хуево, прямо скажем, но мой плюс был в том что я делал ну помогал регулярно маме. И поэтому я был лучший из худших. Запомнился мне один случай с такой моей помощью.

Однажды мама попросила меня сходить за молоком, молоко в те времена продавали так у нас в Военном городке, тогда были два вида молока в магазинах: в бутылках или в треугольных пакетах. Эти пакеты очень часто текли и ты просто мог пол-литра молока не донести до дома. Но чаще всего молока в бутылках не было, а в треугольных пакетах было вчерашнее, тогда надо было брать разливное и оно было самым распространенным и самым дешевым, но и самым натуральным без консервантов. Его разливали, как пиво в барах. Стояла женщина с половником и разливала из огромных бидонов в небольшие частные бидоны молоко.
Бидоны у каждого были свои. Их следовало приносить в магазин из дома. Бидоны были разные на один два или даже три литра. Они могли чуть сужаться к верху, могли быть просто, как ну как вытянутая кастрюлька форма, вертикальные цилиндры не сужающиеся в горлышку. Надеюсь вы понимаете, какие бидоны я имею ввиду. Корочу нас был бидон на три литра, как сейчас помню желтого цвета. Мать мне его дает и говорит, вот типа деньги Максимка сбегай за молочком помоги мамочке сыночька моя.

Хватаю деньги и бидон с крышкой и бегу на улицу. Магазин в соседнем доме, на первом этаже продуктовый, а на втором промтоварный, а мы сами жили на 5 этаже в доме без лифта. Пришел в магазин отстоял очередь к разливальщице молока, налили 3 литра, потом очередь в кассу отстоял, оплатил, взял сдачу, положил в карман и понес молоко домой.
Бидон этот он с крышкой. Сам бидон ты несешь за ручку проволочную с деревянной ручкой приделанной довольно вихляво, а крышка она просто лежит сверху она не крепится и она не вакуумно закрывается, как в термосе, она просто лежит сверху на честном слове.

Мне наверное 10 лет или сколько-то и я тащу домой молоко в бидоне на проволочной ручке. Идти на пятый этаж. Я меняю руки чтобы одна отдыхала пока другая тащит.
Вот он четвертый этаж один пролет вот остался второй пролет возьму его с разбегу! Влетаю! На последней ступеньке спотыкаюсь и... Подаю вместе с бидоном он опрокидывается и в мгновение оказывается на полу на площадке возле нашей квартиры... Ё-маё.

Продолжение будет без сантиментов. Можете представить как мама меня встретила, молоко ей было очень срочно нужно, входит помощник её прекрасный сынонька Максик весь в слезах и весь в молоке с пустым бидоном... Это был такой вой на весь дом... Вы просто не знаете мою мать, вам просто повезло!

Вконец наревевшись с высохшими слезами с трясущимися руками я опять бегу в магазин моля о том, чтобы молоко не закончилось к моему приходу и я успел его купить по новой. Но у меня определенно пошла белая полоса. Успел. Купил. Бегу домой.

Эта история безусловно получила бы хештег в соцсетях "самая неожиданная концовка".
На последнем пролёте проклятая босоножка опять зацепилась за последнюю ступеньку на пятом этаже мальчик лет десяти смачно рухнул в огромную лужу белого советского коровьего молока жирностью 2,5 процента.
- Максим!!! - услышал я с кухни разъяренный голос матери в потемневших моих глазах мелькнул неподдельный ужас...

А у вас были подобные случаи? Расскажите, ради истории.

119

ТОП-10 самых нереальных фраз от жены:

1. «да, конечно, иди потуси с друзьями!»
2. «на корпоративе можешь подольше задержаться»
3. «хочешь полежать на диване? хорошо, не буду отвлекать»
4. «лучше купи себе что-нибудь, а на айфон я сама накоплю!»
5. «хорошо, милый, мама может и не приезжать»
6. «не хочешь сейчас разговаривать? без проблем, как сможешь»
7. «давай на выходных никуда не поедем, а просто отдохнём дома»
8. «классная же фотка у Ленки — чего ты ей лайк не ставишь?»
9. «твоя машина — это твоя машина»
10. (самое нереальное) «да, иногда я бываю не права»

©Полищук

120

Памяти пережитому. Семейные хроники. Это довольно личные воспоминания.

Надо бы было опубликовать это восьмого сентября – именно тогда началась Ленинградская блокада. Основные тезисы и текст я примерно тогда и написал – но нормально отредактировать удалось только сейчас. Не судите строго. Это мне всё мать рассказывала. Такое забывать нельзя.

В сорок первом году ей было пятнадцать лет – кстати –полная ровесница Зины Портновой – кто помнит, Героя Советского Союза. 20 февраля 1926 года- их день рождения.

Нормальное такое детство, Ленинградская девочка из приличной обеспеченной семьи, дома семейные музыкальные концерты устраивали – две гитары, мандолина и домбра - закончилось в сорок первом.

Отец (дед мой) и старшие братья ушли на фронт, остались они вчетвером – мать, бабушка, старшая сестра, и самый младший брат –мой дядька, Владимир Павлович.

Когда продукты стали отпускать по карточкам, оказалось, что на всю компанию еды очень не хватает. Бабушка моя никогда не работала, как сейчас говорят, была домашней хозяйкой, и полагалось им на всю компанию – как иждивенцам, вначале по триста, потом по двести, а зимой уже вообще по сто пятьдесят граммов хлеба в день.

Нет, вначале ещё всё выглядело это временными трудностями- были карточки и на мясо и на колбасу- даже на спиртное (вспоминаем девяностые). Просто их не всегда удавалось отоварить – продукты исчезали.

Однажды мать, увидев в витрине магазина здоровенную колбасину, и очередь на улицу, прибежала домой – «На …..ском колбасу отоваривают!», схватила карточки, и бегом обратно – чтобы успеть, пока не всё разобрали. Колбаса оказалась пыльным муляжем, с довоенной поры завалявшимся за стеклом. А в магазине раздавали пивные дрожжи.

Самое худшее время – зима 1941- 42, тогда действительно было скверно. В городе не осталось бродячих кошек и собак, голуби в основном тоже были отловлены и съедены.

У Л. Пантелеева (Республика ШКИД) в «Блокадных рассказах» есть совершенно режущий по сердцу эпизод, как в одной из Ленинградских семей, мраморный дог, роскошная аристократическая собака, которого хозяева старались кормить, отрывая от себя, просто отказался есть, лёг, отвернулся к стене, и через несколько дней умер – потому, что видел, что хозяева тоже умирают от голода. Вот такая преданность собачья.

Однажды мать, на Литейном, потеряла сознание – голодный обморок. Устала, присела на тротуаре, и отключилась. Пришла в себя, когда услышала – «Куда ты её тащишь, эта вроде ещё дышит.» Это было время, когда в городе работали службы по, гм, даже язык не поворачивается сказать- уборке. Многие падали и умирали прямо на улицах – надо было убирать. Хоронили в общих могилах.

Когда в их дом попал снаряд- немцы обстреливали город с Пулковских высот тяжёлой артиллерией, вырубилось электричество, отопление и водоснабжение- жить стало практически невозможно, они перебрались в пригород, севернее, к Финской границе – там обстрелов не было. Финны, хоть и участвовали в блокаде города, но реально просто вышли на границу 1918 года – по реке Сестре, и остановились. Там была не война, а вроде как противостояние.

Сняли полдома – две комнаты и кухоньку, вроде как устроились. Самое страшное, что мать рассказывала о блокаде – это когда она через стену слышала, как хозяева дома договаривались между собой зарубить жильцов. Потому, что у них ещё был бочонок солонины и капуста. Повезло- материн брат (мой дядя Коля) и муж старшей сестры- моей тётки вместе пришли навестить родню.
Этих ублюдков- хозяев отметелили так, что они слово «мама» произнести не могли. Ну, пришлось переехать конечно, нельзя в таком месте жить.

Дед был тяжело ранен в январе 1942- го. Ночь пролежал на снегу- вытащили только утром, поволокли в медсанбат – но было уже поздно – в госпитале на Суворовском он и умер. Как тётке (материна старшая сестра, тётя Катя) сумели это передать? Она там закатила жуткий скандал, добилась, чтобы её пропустили в морг, и полночи перекладывала ………………………. усопших, разыскивая отца. Чтобы похоронить как полагается, а не в общей могиле. Нашла. Похоронили достойно.

Ещё о матери. В сорок втором, им, комсомольцам выдали винтовки и поставили нести службу – охрану всяческих околостратегических объектов. Склады, мосты, даже перекрёстки важных дорог. Вроде, как всякие диверсанты активизировались – да и вообще, для порядка спокойнее. И не зря – несколько реальных стычек со стрельбой действительно произошло. В семье никогда не рассказывалось о той перестрелке, в которой матери довелось принять участие. Была тяжело ранена- прострелена голова, всю оставшуюся жизнь прожила без левого глаза. От инвалидности отказалась.

В самом конце восьмидесятых, когда в стране начался бардак, мать насушила коробку сухарей – из под телевизора. На мои иронические замечания она сурово отвечала –«Вы не сидели голодом». Это серьёзно звучало. ОЧЕНЬ СЕРЬЁЗНО. Повезло – так и не пришлось есть содержимое этой коробки - несколько лет спустя, когда мы уже стали жить в приличном достатке, я эту коробку вытащил на помойку, когда матери не было дома. Тайком. Человек, переживший блокаду, выбрасывать продукты в принципе не в состоянии.

И последнее. Незадолго до смерти (2014), мать позвала меня – «Лёня, я должна это кому- то рассказать».
- Зимой сорок первого, когда есть было почти нечего, мама (моя бабушка) как- то сварила баланду из капустных и свекольных очисток. А для навара и запаха положила в кастрюлю кусок сыромятной кожи – нашёлся в шкафу. А я эту кожу, когда она разварилась, из кастрюли вытащила, и тайком съела. И никому не сказала. Мама тогда промолчала, не стала искать виноватого, но так на меня посмотрела – до сих пор забыть не могу.

- Мать, говорю, забудь. Веско так говорю, убедительно. Этот грех я тебе отпускаю. Пусть у тебя совесть будет спокойна. Время такое было.

Вроде успокоил. А у самого скребёт по душе чуть ли не до крика.

Вот потому я это всё и написал, и опубликовать пытаюсь – что скребёт и не отпускает, и невозможно, чтобы такое забылось – пусть хоть кто- нибудь запомнит, и передаст своим детям – а своим детям и внукам я точно передам.

Пока мы помним, мы живы.

121

О ценности семейной жизни.
Напился на днях в Кладовке. Сто лет не пил. Это все Олег Галай – принес сто бутылок водки да какие-то сэндвичи с колбасой. «Не пью, не пью...» Еле-еле в итоге до дома дошел.
Нет, ну с Галаем-то я вообще не пил ни разу в жизни. Наверно, я единственный человек в Нижнем, который ни разу с ним не пил. Это меня немного оправдывает. Тем более, повод был, второй день празднования дня рождения Сперанского! А Саша?! Ну как за Сашу не выпить! Да еще и с Олегом Галаем!
Да еще я узнал от него, что Ира Б., давным-давно живущая в Испании, сообщила по секрету его жене, что ее 20-летняя дочка Аня – от меня… Я прекрасно помню наш брак, длился он ровно три дня. Съехались, привез ей сетку картошки, потом что-то праздновали, напились сильно и под утро разошлись. Я знаю как минимум троих чуваков, которым Ира Белая «открыла» их отцовство, но подруге-то ей врать для чего?! К тому же я, безусловно, не лакомый кусочек для этой знойной с большими финансовыми запросами женщины. Значит, скорее всего, так оно и есть; ну что ж, здравствуй, моя маленькая 20-летняя толстушка. Папины гены одержали верх: мама-то и в сороковник худа как щепка.
Как обычно почувствовав себя очень хорошо после нескольких бутылок водки, я встал и сказал, что иду в рок-бар. На самом деле ни в какой рок-бар я никогда не иду, я иду домой. Деньги есть, но сейчас не тот момент, чтобы портить его рок-баром… Я иду домой и с пьяных глаз начинаю звонить в разные места, где женщины торгуют своими прелестями. Ну, то есть это раньше было так. Лет 15-20 назад. Сейчас-то я примерный семьянин, но жена задержалась на неделю в Ростовской области, чтобы отпраздновать 88-й день рождения любимой бабушки, а тут такое… В трудных ситуациях я испытываю непреодолимую потребность прижаться к женской груди, хоть и маленькой. Наверно, даже лучше, что маленькой, большие груди не для трудных минут.
За 15 лет, конечно, многое изменилось, и расценки в первую очередь. Тысяча в час – таких расценок, конечно, давно нет. 2000 в час – минимум, но к девушкам еще надо ехать или платить им за такси, а потом отправлять обратно. Выходит уже три тысячи за час, ну да ладно, три так три!
У меня десятка два номеров. Ищу с маленькой, как у жены, грудью, звоню, спрашиваю – есть ли с совсем маленькой грудью, я с другими не могу. «Прямо с совсем маленькой?» – переспрашивают. – «Ну как, – говорю, – чтобы была не больше первого размера, ну и не меньше нулевого». В некоторых местах говорят, что да, есть такие, но они уже «идут» даже не по 2 в час, а по три, даже по три с половиной! Три тысячи в час плюс такси – это уже 4 тысячи в час!!! Ладно, хрен с ним, четыре так четыре! Диктую свой номер телефона – минут через 10 звонок: оказывается, нужной мне девушки сейчас нет на месте!!! Но как только освободится, она со мной свяжется. Не хочу ждать, ищу дальше. Все, уснул.
В 8 вскакиваю. Уф… Хорошо, что так и не нашел! Звонок. Невероятно сексуальный и бодрый женский голос.
– Я на Бурнаковке, приезжай прямо сейчас. Метро Бурнаковская… Улица Народная, дом пять. Хорошо? Я жду!
Бросил трубку. Какой сексуальный голос, да еще и грудь маленькая… Ехать всего 20 минут, рядом с метро. Но нет, я не такой! Я уже 10 лет лет не такой!
Сексуальные фантазии замельтешили перед глазами. Голос, маленькая грудь, 20 минут времени…
Нет, я не такой!
Да и три тысячи в час… Лучше акварели на них купить. Мда, если посчитать, то жена в месяц одного секса тыщ на 50-60 приносит! Одного, Карл, секса! Какая экономия бюджета! Своя, домашняя, маленькая грудь! В своей квартире! В любое время суток! И если подсчитать все прижимания к груди чуть больше нулевого размера в трудную минуту – это же, получается, семейная жизнь вообще бесценна!!!
Галай собака! Он во всем виноват!

122

Берег Ледовитого океана, поздний сентябрь. Холодно, промозгло, на тундру уже лег снег. Низкие тучи тянутся на восток, погода серая, волна шурх-шурх в галечный берег… Ветер. Сильный.
Наша маленькая научная экспедиция закончила свои полевые работы, но как выбраться на базу мы не знаем: на вертолет денег не было изначально, расчет был на проходящие суда, а вот их то как раз и нет… До конца навигации еще минимум месяц, но в конце 90-х суда и так ходили не часто по Севморпути, а тут еще и ветер, предштормье… Ждем уже две недели, продукты заканчиваются, старая изба на берегу, в которой мы ютимся, продувается насквозь.
Связь с внешним миром у нас по рации (наш позывной – Факел), выходят База (гидрографы, через которых мы работали, до нее более 400 км), Волнолом (около 300 км от нас, полярка гидрографии) и Кигилях (полярка на Острове, до нее 60 км через пролив, но она принадлежит системе Гидромета). Два раза в сутки База рассказывает нам про суда, которые проходят мимо нас, и почему они не могут нас забрать, Волнолом и Кигилях решают свои вопросы с Базой и при плохой слышимости транслируют нас с ней друг другу. Наши надежды на возвращение домой тают день ото дня, в то время как снежный покров становится все толще. Питание для рации тоже постепенно садится. Очередная вечерняя связь…
И ВДРУГ:
- Факел, говорит БАЗА! Завтра мимо вас будет проходить гидрограф «Днестр», если сможет – заберет.
- База, это Волнолом. Днестр генератор нам доставит? Зима на носу!
- Днестр, говорит База! Заберете геологов, зайдите к Волнолому, отдайте им ваш дизель-генератор!
- База, говорит Днестр! Вы охренели?! Как я им отдам свой дизель-генератор?! А мне чем судно запитывать?! Да я его и из машинного не вытащу, он же у нас встроенный!
- Говорит База. Днестр, да не ваш собственный генератор, а переносной дизельный генератор, на 10 киловатт!
- База, это Днестр. Ну так бы и говорили, а то капитана чуть кондратий не хватил!
Пауза…
- Факел, это Днестр. Как у вас волнение?
- Штормит слегка, волна полметра пока.
- Людей и груза много?
- Три человека, полтонны образцов и вездеход.
- ВЕЗДЕХОД? Факел, вы охренели?! Мы гидрограф, у нас на корме есть пара квадратных метров и все, куда мы вас грузить будем?! База, Днестр не может взять геологов!
- База Факелу, домой хотите?
- Говорит Факел, домой хотим, но с вездеходом!
- База Факелу, решайте сами – домой без вездехода или зимовка с вездеходом!
- Факел Базе, хотим домой без вездехода, но с образцами!
- Добро! Днестр, слышали? Забирайте геологов!
- Факел, говорит Днестр. Сможем – заберем.
Кристальная тишина в эфире.
И ВДРУГ!
Тонкий девчачий голос в этой звенящей тишине:
- Днестр, заберите меня отсюда, пожалуйста!
Долгая пауза.
- Говорит Днестр. Девочка, ты кто?! Откуда отсюда тебя забрать? Где папа и мама?!
- Я на Кигилях к папе на каникулы приехала в начале лета, он на станции работает, а теперь вернуться не могу.
- Говорит Днестр. А папа где?
- Он на сроке сейчас (прим. – метеоданные снимает на площадке), но ему сказали, что судов больше не будет. А я не хочу зимовать!
- База, говорит Днестр! Мы после геологов зайдем на Кигилях, заберем девочку?
- База Днестру, нет, идете на Волнолом, скидываете там дизель-генератор и идете в Базу, девочку пусть Гидромет вывозит.
- Днестр Кигиляху, слышали?
Тишина в эфире. Все замерли и представляют себе страдающую маленькую девочку, которую ждет дома мама.
Тонкий звенящий голос девочки:
- Блядь, опять в школу только в декабре попаду! Да чтоб я еще хоть раз сюда на каникулы приехала! Третий раз в девятый класс!
С коротким щелчком Кигилях отрубил рацию.
Тишина в эфире.
- База, говорит Факел. Может, если Днестр нас не сможет забрать, пусть он на Кигилях зайдет?
- Факел, если он вас забрать не сможет, то и на Кигилях он зайти не сможет. И вообще, если хотите домой – идите вещи собирайте, а кто куда пойдет мы без вас решим. Говорит База, конец связи!
Молча мы собирались в тот вечер, паковались и таскали ящики и мешки на берег. Утром, несмотря на усилившееся волнение, несколькими рейсами шлюпки нас действительно забрал маленький гидрограф «Днестр». Часть образов (хорошо хоть, что небольшая) утонула при погрузке, настроение было не очень. Спустя несколько часов мы проходили траверз Кигиляха. Над морем висел рваный туман, берега почти не было видно, пристать из-за волны Днестр не смог. Мне представлялась на берегу фигурка девочки, которая смотрит на проходящее мимо судно и мечтает попасть в школу…
Попала ли она в школу? Наверняка. Может, все же судном позже забрали, может уже в декабре по льду на вездеходе вывезли… Но все же как это здорово, когда можно ходить в школу!

123

Проходила я недавно около детской площадки и услышала разговор двух мам, сидящих на лавочке. Их дочки в это время ковырялись в песочнице.
- Вот муж мой всё мальчика хотел, а я так считаю - ну какая разница?
И вспомнилось мне далёкое лето на рубеже веков, когда эту самую "разницу" я ощутила в полной мере на своей собственной шкурке...
Деревья тогда были большими, наши дети - маленькими, а мы сами - молодыми и красивыми. Муж мой и мама его активно уговаривали меня провести лето с двухлетним сыном у свекрови на даче:
- Поезжай, поживи там! Ребенку нужен свежий воздух! Свои овощи и ягоды! Фермерские продукты! Это же здоровье ребенка!
Я вяло сопротивлялась, меня терзали смутные сомнения. Муж и свекровь работали, жить там одной с ребенком мне не хотелось
Меня прижали к стенке последним аргументом:
- А скучно тебе там не будет. У соседки такой же ребенок, как и у тебя, будете в гости ходить. А мы будем на выходных приезжать.
Я сдалась и, собрав вещи и сыночка, отбыла на дачу.

Итак, дача, чудесное июльское утро
Хлопает дверь нашего "спального" домика. По дорожке к летней кухне бежит человек в памперсе. Лицо и руки человека покрывают пятна изумительного зеленого оттенка. В кулачке человек сжимает заветный пустой флакончик бриллиантового зеленого. За ним, путаясь в шлепанцах и застегивая на ходу шорты, бегу я....
....Сын проснулся сегодня рано, огляделся, увидел на подоконнике новый объект - флакончик из-под зеленки. Бабушка, видимо, вчера оставила, подумала что он закончился. Ребенок дотянулся из кроватки до подоконника. Остатков зеленки хватило, чтобы создать замечательную икебану на обоях и занавесках, а также нанести боевую раскраску на себя. Увидев, что мама на соседней кровати открыла глаза, ребенок ловко, как Маугли, вскарабкался и перемахнул через бортик кроватки, открыл засов и исчез за дверью.
Сон испарился мгновенно, бегу за своим сокровищем. Кошка, мирно спавшая на лавочке, подпрыгнула в воздухе и дематериализовалась. Догоняю, отбираю трофей, сын возмущенно орёт. Тащу к умывальнику, пытаюсь отмыть зелень, да куда там.... Сама только перемазалась.
Надо варить кашу, иду на кухню, ставлю на плиту молоко. Снаружи раздаются вопли и грохот. Выскакиваю - сын лежит на земле и палкой (и где он их только берет?!) пытается выгнать кошку из-под крыльца. Объясняю:
- Киса живая (пока еще, ага!), зачем же ты ее палкой?
- А чего она?!?! - возмущается детище.
С кухни слышится шипение - молоко убежало...
Краем глаза вижу, как на соседнем участке подружка Ирка выводит из дома за ручку свою дочку Ксюшу - очаровательную двухлетнюю куколку в голубом платьице и беленьких сандаликах. Ирка сажает Ксюшу в песочницу, а сама вальяжно устраивается неподалеку в шезлонге с журнальчиком и чашкой кофе.
Ну конечно! У нас ведь тоже есть песочница! Сажаю мою прелесть в песочницу, выдаю совки и ведерки. Сама иду спасать наш завтрак. Минут десять проходят в тишине и покое, около песочницы за кустами мелькают светлые кудряшки сыночка. Я успеваю сварить кашу и даже откусить бутерброд с сыром. Иду за сыном. Оказывается, без дела он не сидел... В корыте за кустами у меня было замочено для стирки постельное бельё. Сын набирал в ведерко песок и щедро высыпАл его в корыто, ведерок пять точно успел принести.
Тащу деятеля на кухню, сажаю за стол, даю кашу и ложку и включаю мультики по видику.
Отмыть пододеяльник от песка в небольшом корыте - занятие увлекательное, но крайне не простое. Через некоторое время, отчаявшись, всё бросаю и иду проверить своего едока. Каша размазана по столу, видик выключен, из кассетоприемника торчит мой бутерброд. Ребенка нет. Ищу по дому. бегаю по участку. Ребенка НЕТ. Бегу к калитке. Она, разумеется, закрыта, но ночью под ней дождь размыл лужицу жидкой грязи. Вот по этой грязи детище и проскользнуло на волю, судя по следам. Выбегаю на дорогу. Вдалеке мелькает желтая маечка. Хорошо, хоть машин в посёлке практически нет. Надо догонять.. Шлепанцы мешают, поскальзываюсь и падаю коленками в грязь. Скидываю тапки и бегу босиком. Мечтаю, чтобы что-то задержало моего беглеца.
О, Боги, спасибо! Какая-то девушка вывела на прогулку свою собаку чау-чау. Подбегая к сыну, наблюдаю, как он тычет в морду собаке грязный пучок травы, приговаривая:
- Кушай, собачка, кушай!
(О, да, Билл, песок - неважная замена овсу)
Бедный чау-чау с ужасом смотрит на непонятное зеленое, покрытое подсыхающей грязью существо, жмется к ногам хозяйки и скулит. Хозяйка в не меньшем ужасе тоже пытается что-то пищать.
Хватаю ребенка, идём обратно, по дороге мысленно ругаюсь на мужа, который не приварил к низу калитки решётку, как я просила. "Да ты что, там и мышь не полезет!" Ну да, мышь, может, и не пролезла. Дома отмываю деточку, переодеваю, запихиваю в него остатки каши.
А не сходить ли нам в гости?
Увидев соседа, опытная уже Ксюша мгновенно выскакивает из песочницы и отбегает на безопасное расстояние.
Ирка, возлежа на шезлонге, томно поднимает черные очки и окидывает меня взглядом.
Вид у меня тот еще. Лицо красное, взмыленное, волосы дыбом, мокрая майка прилипла к телу, коленки исцарапаны, руки в зеленке, на ноге синяк...
- Спортом занимаешься? - делает вывод Ирка - Какая ж ты молодец! А мне вот всё некогда...
Я отрешённо опускаюсь на лавочку. С волос стекают капельки пота и падают в песок.
Маленькая Ксюша огорченно наблюдает, как сосед, расправившись поочередно с ее куличиками, старается попой сесть на песочный замок...
Начинается новый день.

124

Раз уж тема медицины нашла такой живой отклик, вот вам статья, которую я писал 17 декабря 2020 для журнала «Максим». Уже не помню, была ли она опубликована или переделана, но драфт сохранился в закрытой заметке дневника, и сегодня я его публикую.

КРАСНЫЙ КРЕСТ

Сегодня аптека в России и на Западе обозначается зеленым крестом, словно намекая, что здесь можно купить шампуни и травяные сиропы для самолечения, а настоящие лекарства вколет врач. Но сто лет назад крест на всех аптеках был красный. И около ста лет назад международная гуманитарная организация «Красный Крест» устроила патентную войну с аптеками мира, запретив использовать ее символ на вывеске. Кстати, полное название организации — «Красный Крест и Красный Полумесяц». Поэтому неясно, почему претензии возникли именно к аптекам, а не к флагам Алжира и Туниса, например. Так или иначе, аптеки мира сменили крест на зеленый. Но СССР не признавал международных патентных законов, и кресты оставались красными до самой Перестройки.
А чем отличалось содержимое аптек? На вид почти ничем — те же таблетки, пилюли и градусники, что и сегодня. Но тот, кто вырос в СССР помнит, что лечение в то время было сильно иным.
Конечно никто вслух не говорил ребенку, что больной должен страдать. Но болеющих детей с детства учили быть мужественными — как пионеры-герои.
Сейчас дети и взрослые болеют ОРВИ, но в СССР самым популярным заболеванием детей почему-то была ангина...

АНГИНА

Ангину рисовали в книжках, об ангине слагали детские рассказы и стихи.
Ангина считалась болезнью преимущественно зимней. Основная проблема была в том, что с ангиной приходилось сидеть дома. Сидеть дома дети СССР терпеть не могли, потому что делать в квартире было абсолютно нечего: смартфонов не было, телевизор показывал мультики раз в день перед сном, железный конструктор и коллекция марок давно надоели. Зато во дворе — друзья, смех, веселье, санки. Коньки, пристегнутые к валенкам. Катание с ледяных с горок, сидя на куске картона... Когда вы последний раз видели санки у взрослого 12-летнего парня или девчонки? В СССР санки были у всех. Прогулять школу, чтобы кататься с горки, пока светло, — это было нормально. Но вот сидеть дома с ангиной...
Профилактикой ангины считался колючий свитер и варежки, которые связала бабушка из настоящей шерсти. Варежки привязывали на длинную резинку и пропускали через оба рукава пальто, чтобы не потерять. Ведь потерял варежки — ангина. Самым важным предметом одежды считался шарф. Шарф носили все. Если кто-то появлялся на улице без шарфа, значит, он его только что потерял. Разумеется, шарф обязан быть колючим и стирать шею до красноты. Ведь иначе — ангина. А ангина — это уже совсем другие пытки по сравнению с шарфом.
Последний этап лечения бесконечных ангин был самый страшный — вырезание гланд прямо из горла. Удаляли гланды без наркоза. Зубы, кстати, тоже сверлили без наркоза. Все дети боялись удаления гланд. Хотя существовал миф, что после операции дают мороженое, сколько влезет, — чтобы заморозить кровоточащее горло. Для человека, часто болеющего ангиной, а значит, полностью лишенного мороженого, это звучало заманчиво. Считалось, что после удаления гланд ангина прекращается. И лишь позже медицинская наука начала подозревать, что гланды в организме нужны не просто так...
Так или иначе, ангину следовало лечить. Первейшим лекарством от ангины считались молоко, мёд и чай. С малиновым вареньем. Которое заготавливали сами или присылали родственники — в магазинах малиновое варенье было не купить. На случай болезни оно хранилось в каждой семье. Просто так, без болезни, есть это лекарство запрещалось. Но сладости помогали слабо, это тоже знали все. Поэтому в ход шла серьезная медицина.

ГОРЧИЧНИКИ

С виду горчичники выглядели безобидно: желтые бумажные квадраты, пропитанные порошком горчицы. Они немного напоминали лист промокашки, который вкладывался во все школьные тетрадки. Немного были похожи на фотобумагу из распотрошенного конверта просроченной фотобумаги. И еще немного напоминали переводные картинки — их тоже надо было размачивать в воде. Переводные картинки были любимым развлечением детей в эпоху, когда наклеек и стикеров не было.
Ты лежал на животе, а мама размачивала горчичники в тарелке с теплой водой, а затем клала тебе на спину и накрывала теплым одеялом. И наступали пятнадцать минут пытки: едкие горчичники начинали тебя жечь. В зависимости от чувствительности детской кожи и психики можно было сжимать зубы или плакать, кусать подушку или просить почитать сказку, но терпеть ты был обязан. Считалось, что горчичники лечат, потому что «прогревают». Особенно прогревала мысль, что если даже тебе так жжет, то представить страшно, что сейчас чувствуют твои микробы...
Однако, микробы переносили горчичники с той же стойкостью — никакого влияния на кашель они не оказывали. Но помимо горчичников были и другие средства.

БАНКИ

Это реально были банки — как от варенья, только с круглым дном и маленькие — что-то среднее между мячиками для тенниса и настольного тенниса. Но теннисный мячик еще пойди выменяй на солдатиков, а банки лежали в шкафу в каждой семье.
Банки требовали серьезных фокусов с огнем, поэтому ставил их папа. Сначала банки выкладывались на тряпочку на тумбочке — ты снова лежал на животе с голой спиной, а банки зловеще поблескивали. При помощи взятого на заводе спирта и ваты, намотанной на проволоку, делался небольшой ручной факел. Банки по очереди подносили к языку пламени, а затем ставили тебе на спину. От папы тут требовалось виртуозное мастерство: следовало достаточно прогреть банку, чтобы она, остывая на спине, создала вакуум. Но не настолько нагреть, чтобы она прожгла круг на коже.
Попав на спину, банка начинала всасывать спину внутрь — кожа под банкой краснела и поднималась холмиком — как подушечка для иголок. Банок ставили штук шесть, десять, пятнадцать — сколько позволит спина. Банки больно впивались, и ты лежал двадцать минут, превратившись в стеклянного ежика. Шевелиться запрещалось: от шевеления какая-нибудь особенно крайняя банка могла с чмоканьем отвалиться. Кашлять запрещалось тоже. Можно было требовать почитать сказку. Или поставить на проигрывателе грампластинку со сказкой — как раз двадцать минут одна сторона.
Грампластинку для тебя, разумеется, выбирали сегодня тематическую: «Доктор Айболит». Там Айболит лечил обезьян так: «Он поставил обезьянам градусники — это им немного помогло! Он дал всем обезьянам вкусное лекарство, по две ложки варенья и по два куска сахару...» примерно так. Шутку безошибочно считывал любой ребенок: все знали, что вкусных и безболезненных лекарств не бывает, ведь свойство лекарств — мучить тело, изгоняя болезнь. Ты уже большой и понимаешь: это сказка, автор так шутит.
И хоть пластинка была переслушана сто раз, к концу сосредоточиться не получалось — так болела спина. Наконец наступал долгожданный момент: снятие банок. Банку наклоняли и надавливали пальцем на кожу рядом — с обиженным чмоканьем банка отпускала жертву. Когда все банки оказывались сняты, наступали минуты блаженства.
Считалось, что банки тоже как-то прогревают спину и легкие, улучшают кровообращение, отпугивают микробов страданиями, а самые далекие от медицины уверяли, что банки болезнь «высасывают».
О том, что ребенку недавно ставили банки, свидетельствовали красные круглые синяки на спине, которые держались неделю-две. Синяки болели, и по крайней мере, это избавляло спину от еще одного испытания — перцового пластыря.

ПЕРЦОВЫЙ ПЛАСТЫРЬ

Перцовый пластырь выглядел здоровенным листом лейкопластыря, только его клейкий слой был пропитан вытяжкой жгучего красного перца. Цель была всё та же: наказать кожу за болезнь, заставить ее краснеть, зудеть и пухнуть, что, якобы, излечивает.
В отличие от банок и горчичников, пластырь был очень долгой пыткой. Его надевали на вечер, на ночь, а иногда и на несколько дней — отправляли с ним в школу под рубашкой. Перцовый пластырь резали на куски и наклеивали на фюзеляж ребенка — обычно на спину или на грудь, повыше к горлу.
Пластырь жег и мучил день и ночь, но страшнее всего было его снимать. Ведь он уносил с собой все детские волоски и частички кожи, какие только мог, и отрывать его было очень больно. Не существовало способа его снять без боли: и по кусочку тянуть больно, и рывком страшно, и в воде он не размокал. Всё как у Геракла в конце жизни.

ПАРАФИН

Идея прогревания была главной в медицине тех лет. Считалось, что болезнь появляется исключительно от холода (отсюда слова простудился, простыл). А уходит, соответственно, наоборот — от прогревания.
Ещё одной прогревающей пыткой было заливание спины ребенка расплавленным парафином. Под ним надо было лежать и ждать, пока эта адская масса остынет и перестанет жечь.
Наравне с этими средствами существовали менее болезненные, но очень нудные прогревания.

ЯЙЦА НА НОС

Самым простым лекарством считалось держать на переносице одно или два горячих крутых яйца. Считалось, что нос прогревается и избавляется от насморка. Сперва яйца нос обжигали, но потом становились все холоднее. Держать их на переносице приходилось самостоятельно — держи, не отвлекайся. Вот скукотища! Для часто болеющих детей вместо яиц шили специальный маленький мешочек, набитый песком. Его нагревали и прикладывали к носу. Форма была более удобной, но из него сыпалась мелкая песочная пыль, и он пах теплыми тряпками. Если конечно твой нос различал запахи.

СИНЯЯ ЛАМПА

К мистическим лечебным приборам относилась синяя лампа. Это была самая обычная лампа накаливания, только крашеная синей краской. Весь аппарат специально продавался для лечебного прогревания и напоминал фен или дуршлаг. Лампу следовало включить в розетку, держать за рукоятку и светить в лицо, в нос, в больное ухо или горло, для чего следовало широко раскрывать рот, чтобы синие лучи попали в самую ангину.
Лампа не имела ничего общего с ультрафиолетом, который все-таки убивает микробы и вирусы. Это была просто синяя лампа, использовали ее только в СССР, и какая от нее была польза, никто не знает до сих пор.
Похожие приборы, только большие, имелись в детсадах, пионерлагерях, иногда в школах — ими прогревали сразу нескольких человек.

СОЛНЫШКО

Впрочем, ультрафиолет тоже использовался. Для этого был аппарат физиотерапии «СОЛНЫШКО». Он был рассчитал сразу на четырех детей и напоминал большой железный самовар, из которого торчали в разные стороны четыре железные трубы — как лучи солнца на детском рисунка. Прибор был рассчитан на четырех человек, которые рассаживались вокруг самовара и каждый вставлял свою трубу в нос или в рот — кому как велит медсестра. Песочные часы отмеряли десять минут, а прибор издавал ни на что не похожий запах — пахло горячей жестянкой как от фотоувеличителя, а к этому примешивался кислый запах озона.

КОМПРЕССЫ

Ну и отдельной популярностью пользовались компрессы — обычно «водочные». Компресс — это было сложное сооружение из ваты, марли, шерстяных платков, вощеной бумаги или кальки. Компрессы ставили на ночь — на горло или на больное ухо. Для уха в бумаге прорезалось отверстие. Водка, которой смачивали внутреннюю вату и тряпку, противно пахла, а все сооружение вокруг головы очень мешало спать. Смысл компресса был все тот же — считалось, что он как-то «прогревает» кожу.

ШПРИЦ

Последним и самым страшным лекарственным средством был шприц. Это на случай совсем уж высокой температуры. Высокой температуры почему-то в те годы вполне разумно тоже боялись, хотя по логике она должна бы вписываться в идею прогревания. Также шприц использовали, если доктор прописал колоть антибиотики «на домУ». Свой семейный шприц был в каждом доме в тумбочке. Шприц — ценный прибор из стекла и металла — хранился в специальной железной коробке, рядом лежала его игла. Перед инъекцией шприц кипятили на кухне прямо в этой железной коробке, потом остужали. Все это время ты понимал: судьба неотвратима. Укол мог поставить папа, если умел. А если нет, в любом доме обязательно была соседка тетя Галя, медсестра. По просьбе мамы она спускалась с верхних этажей помочь с уколом и могла даже одолжить свой шприц, чья игла за последний десяток лет побывала во всех задницах подъезда.

НАРОДНАЯ МЕДИЦИНА

Зато народная медицина тех лет ничем не отличалась от современной: бабушка из деревни все так же присылали сбор трав, соседка советовала полоскать горло соком свеклы, коллеги мамы по работе советовали ребенку попарить ноги в горячей воде, нарисовать на груди сетку йодом, насыпать горчичный порошок в носки (более легкий, но тоже противный вариант горчичника),засунуть в ноздрю дольку чеснока или носить на голое тело шерстяные безрукавки и носки — короче, как следует прогреть. Потому что раз простыл, надо прогреть. Впрочем, иногда всё то же самое советовали врачи поликлиники — народная медицина была по-настоящему народной. Но интереснее была народная медицинская техника...

НАРОДНАЯ МЕДТЕХНИКА

Существовало множество якобы лечебных технологий, которые передавались из рук в руки. Обычно это были загадочные изделия с лечебным эффектом, их изготавливали тайком умельцы из позаимствованных на своем заводе деталей, и продавали желающим вместе с бумажными листами инструкций — отпечатанными на пишущей машинке слепой копией или размноженными на светокопировальных аппаратах какого-нибудь НИИ. Покупали эти технологии все, независимо от образования. Причем, научно-техническая интеллигенция охотнее всех.

МАГНИТНЫЙ БРАСЛЕТ

Моему деду — талантливому инженеру, знавшему пять языков и обладавшему десятками авторских патентов — ничего не мешало верить в целебную силу магнитного браслета. В резиновую трубку из аптеки — не будем даже думать, для чего она предназначалась изначально — набивались осколки магнитных колец от старых приборов и получался браслет на запястье. Дед был уверен, что браслет нормализует давление и улучшает свойства крови, целебно намагничивая всё железо, что содержит ее гемоглобин.

ЖИВАЯ И МЕРТВАЯ ВОДА

Отец — инженер-проектировщик заводов — раздобыл за целых десять рублей аппарат «живой и мертвой воды». В то время этот модный прибор был у многих: две опасные стальные пластины, которые включались в розетку через мощный диод. Прибор опускался в банку с водой, где немедленно начиналось бурление: вода разлагалась на водород и кислород, один всплывал у плюсового электрода, другой у минусового. Часть газов растворялась в окружающей воде, и в этом был смысл. Прилагавшийся брезентовый мешочек помогал отделять одну воду от другой. Обе воды были одинаково кисловатыми, но одна именовалась «мертвой», другая «живой». Названия были условными: согласно описанию, оба варианта воды были невероятно полезны, годились в пищу или для растираний. В сумме они лечили все болезни, просто каждая свою — списки болезней прилагались.
Но всё это были пустяки по сравнению с «Кремлевской таблеткой»...

КРЕМЛЕВСКАЯ ТАБЛЕТКА

Официальное ее название было «АЭС ЖКТ». Автономный электростимулятор желудочно-кишечного тракта. Чудо медицины было разработано в Томске в 1980-х годах — миниатюрный электронный прибор. Таблетку полагалось глотать. Имея внутри миниатюрную батарейку и парочку транзисторов, таблетка генерировала на своей поверхности слабые токи, которыми щекотала кишечник по ходу своего увлекательного, но не слишком долгого путешествия. Считалось, что таблетка оказывает лечебный эффект на организм. Она была крайне редкой и дорогостоящей, поэтому применялась среди элиты и высшего партийного руководства СССР — потому и была названа Кремлевской. По понятным причинам таблетка считалась одноразовой. Но из организма члена ЦК КПСС электронная таблетка выходила совершенно не поврежденной. А выкидывать исправную электронику было в СССР не принято. Поэтому часто таблетка отмывалась и попадала в руки чуть более простых, но тоже стремящихся к медицине людей. Таблетка лечила повторно близких родственников, потом дальних, потом друзей, коллег, соседей и всех страждущих, пока не садилась батарейка.

Прошла эпоха красных аптек. Исчезли прогревания, исчезла шерсть, горчица и перец, не найти в продаже банок. На смену ангине пришли грипп, ОРЗ, ОРВИ, и Его Величество Ковид. Не сильно изменилась народная медицина. Никуда не исчезли шарлатанские приборы для магических прогреваний — светом, током и магнитными полями. Просто в них стало больше электроники и разноцветных лампочек, и покупают их в основном пенсионеры.
Но зато никто больше не считает, что дети должны страдать и терпеть: нигде не вырезают без наркоза гланды, никого не наряжают в шерсть, не пытают красным перцем и не сыплют в носки горчицу. А детские лекарства превратились в сладкие сиропы и вкусные конфеты для горла — всё, как обещал когда-то Доктор Айболит с пластинки, отработав, видимо, технологию на своих обезьянах.

Леонид Каганов

125

Все началось 1 сентября. Наверно поэтому моя первая учительница так отложилась в моей памяти, что и по истечению многих лет занимает в голове светоч знаний.
-Мама, ты мне-то цветов оставь, а то раздашь как всегда.
-Тебе? - она была конечно удивлена и смотрела на меня очень внимательно. Цветов у нас всегда было много и никакие-то там голландские розы, а великолепные гладиолусы, обалденные георгины, да и много еще чего. Но главное, что все они были выращены мамиными руками. Поэтому весь палисадник у дома благоухал, но в основном до 1 сентября. Уже тридцать первого августа, цветы срезались, формировались букеты и раздавались по друзьям, знакомым и тех кто просто шел в школу. И это был не бизнес, просто от души, наверно поэтому цветы становились еще красивей.
-А, что? - в ответ удивился я, - имею право.
-Так ты же школу закончил в прошлом году. Или забыл?
-Нет не забыл, просто учительнице хочу подарить, - сказал я и пошел гладить белую рубашку.
Не стоит наверное говорить, что мой букет был самым красивым. Как в принципе и тогда, когда я ходил в школу еще как ученик.

И моя первая учительница была тоже великолепна. Тонкий стан, красивая прическа и даже немного строгий костюм был ей к лицу.
Когда я пришел в школу, она уже знакомилась со своими первоклашками и немного зарделась когда к их цветам я присовокупил и свой букет. Дернулась ко мне в порыве так нужного в тот момент поцелуя, но сдержалась, соблюдая школьную этику.

Я познакомился с ней месяц назад. На танцах в поселковом клубе. Чем уж она мне приглянулась сказать сейчас трудно, но то, что я об этом не пожалел, однозначно. Я еще не знал, кто она, но танец, медленный танец, заставил сердце замирать в те минуты, когда она прижималась к моему телу. Потом были еще танцы, в том числе и быстрые, но я уже не мог от нее оторваться.
-Тебя как зовут, красавица! - концу третьего или пятого танца, спросил я.
-Инна, - потупив глаза, произнесла она и я улыбнулся.
Ведь Инна так хорошо сочеталось с фразой: «иннахрен отсюда», - ИииНА..., - произнес я немного задумчиво стараясь как-то по другому переформулировать эту фразу, но она опередила.
-Я согласна! - произнесла она.
-Что согласна? - не понял я.
-А ты разве не предложил мне уйти с этих танцев и пойти к тебе? - немножко обиженно, ответила она.

Инна оказалась в постели еще лучше чем в танце. Намного лучше. Когда я отдышался через час, а может быть и позже, решил все же продолжить знакомство:
-Кто ты? Откуда? - произнес наконец-то я.
-Учительница младших классов. После училища сюда распределили. Уже неделю здесь.
-Учительница? Вот кого-кого, а учительниц у меня в таком деле еще не было. Но ты молодец! Да что там молодец — золотцо!
-Так я же пед закончила, там еще не такому научишься. Видишь, теперь сама учу. Ты мой первый ученик!
-Да и ты моя первая учительница! Давай уж не будем терять время и продолжим урок.

126

Моя мама очень интеллигентная женщина: одежда с иголочки, манеры, светская улыбка. Недавно приходил электрик из ЖЭКа, сказал, что не будет чинить проводку, потому что вовремя дверь не открыли и свалил. Позже снова заявился, сказал, что мы виновны в отключении света у всего дома. Я удивлялась терпению моей мамы, которая разговаривала с ним. Финальный диалог:
- Какие же есть способы решения нашей проблемы?
- Я не знаю, я не обязан этим заниматься! - и разворачивается.
И тут моя мама размахивается ногой с туфлей на огромном каблуке, впивает ее в задницу электрика и как заорет: "А ТОГДА ХУЛИ ТЫ ЕЩЕ НЕ СЪЕБАЛСЯ ОТСЮДА?!"

127

Было это год назад. Пришла я в компанию и заметила там молодого человека. Волосы удлиненные, не брит, стоит молчит, стеснительный и по виду сразу можно сказать что в компании ему не очень комфортно. Я всегда была заводилой и активной, решила его напоить, получилось. Под алкоголем выяснилось что человек интереснейший. Выпили еще, переспали. Так и началось наше общение. Несколько месяцев приходил только ко мне, на мои просьбы сводить к нему только отрицательно качал головой. Но в один день я просто позвонила ему и сказала: "Открывай! " (адрес он мне все—таки называл). После долгих отговоров я, настоявши на своем ворвалась в квартиру. То что я там увидела подвергло меня в шок (как женщину). Везде грязно, на полу валяется мусор, сантехника из белой почти стала черной (и эта только малая часть, все было гораздо хуже, словами не описать). Выяснилось, что после того как у него умерла мама он стал диким затворником, из дома выходил настолько редко что забыл как выглядит двор, ни с кем не общался, самое вкусное что ел за 3 года это "доширак", не работал, а только сидел дома и смотрел в монитор компьютера. Я не отступилась, взяла инициативу в свои руки. Больше недели отмывала квартиру, сводила его в парикмахерскую, купила дорогие духи и хорошую одежду, работала одна на двух работах и обеспечивала двоих, учила заново жизни и общению с людьми. Сейчас я безумно счастлива, дома всегда уют и вкусная еда и я вижу перед собой красивого и успешного молодого человека с хорошей работой и он безгранично меня любит, а я его. Всегда говорит как он благодарен мне и что теперь с ужасом думает что было бы если бы тогда он не пошел на эту гулянку и иногда называет меня в шутку "мамой". Вот так мы и обрели друг друга, я любящего до потери пульса мужа, а он заботливую жену и мать. : )

128

Воспитывали правильной хорошей девочкой. И было мне безумно досадно, что все мне умилялись и хвалили, потому как считала, что в душе я бунтарка.
После очередного родительского "умница, дочка" ушла из дома угрюмая и от досады разломала ногами соседский забор. Пришла под вечер, а мама говорит: "Дед Коля приходил, спасибо говорил, что помогла с забором - как раз сносить собирался, да руки не доходили. Умница!"
Я часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо...

130

Эта история произошла в старом и очень приличном доме. Пожилой дедушка, которому нужно было рано ложиться спать, решил спуститься на этаж ниже и урезонить соседей, которые слегка расшумелись. И как был, в пижаме и тапочках, пошёл исполнять своё намерение.

В квартире этажом ниже большая группа студентов физфака распивала кофе. С тортиками. Потому что это был очень приличный дом. В котором жил очень приличный студент. У которого были дома очень приличная мама и безумно приличная бабушка. Поэтому студенты пили кофе. С молоком. Активно подливая и подливая в кофе молоко из нескольких молочников. Ну а что и откуда подливалось в молочники кроме молока, пусть останется скрытым покровом тайны.

Итак, пожилой дедушка спустился на этаж ниже и позвонил в дверь. В тесноте советской квартиры хозяину было крайне трудно пробраться к выходу, поэтому открывать пошёл ближайший к двери студент, столкнувшийся сразу с несколькими сложными задачами: во-первых, ему нужно было встать, во-вторых, дойти, в-третьих, открыть, а в-четвёртых, ещё и не шататься и вообще выглядеть в глазах выглянувшей мамы приличным молодым человеком. Решение этих многочисленных задач загрузило все доступные вычислительные мощности, поэтому, открыв дверь и сопоставив едва успевшего открыть рот дедушку с фотографией, на которую студент почти ежедневно любовался, молодой человек обвиняюще ткнул в соседа пальцем и громко провозгласил ровно то, что подумал:

- А я тебя знаю! Ты тот козёл, который написал учебник Савельева!

P.S. Всё закончилось благополучно. Настолько благополучно, что где-то через час сын уважаемого академика, спустившийся искать пропавшего родителя, с большим трудом вырвал его из окружения восторженных студенток, причём возвращаемый домой пожилой профессор больше всего рвался прихватить с собой хотя бы один молочник.

131

У знакомого отец – сердечник. Три инфаркта, пять или шесть шунтирований (я думал, больше одного вообще не бывает), других операций и вызовов скорой не счесть. То, что он до сих пор жив – безусловно чудо американской медицины. И не только американской, часть операций делали в Германии. Ну и вторая часть чуда на счету жены, которая о нем заботится.

Врачи говорят: любой стресс для вас равен смерти. Не нервничать, не напрягаться, больше килограмма не поднимать, питаться овсяной кашкой. Папа, однако, живет как привык, достает родных мелкими придирками, на рекомендации врачей плюет. Ему выдали тревожную кнопку на веревочке – нажимать, если плохо себя почувствует, кнопка тогда сама звонит 911. Папа ее забросил в дальний ящик и ни разу не надел, как ни уговаривали.

Доктор прописал неспешные прогулки на свежем воздухе. Но папа гулять не любит, он любит хоккей, Трампа и сало с чесноком. Чтобы хоть как-то гулял, купили собачку. Специально нашли меньше килограмма. Порода йоркширский терьер мини, зубная щетка с ножками.
– Надо же, – сказал папа, – такой маленький, а борода как у Фиделя.

Так и назвали волкодава Фиделем, потом сократили до Феди. Теперь папа с Федей лучшие друзья, вместе гуляют, вместе болеют за Blackhawks, папа ему жалуется на Байдена и происки домашних, пытается накормить салом.

Приятель с мамой пошли на концерт, папу оставили дома одного. Не в первый раз, они же работают. Как всегда, сказали: без нас не хулигань, сиди смотри телевизор, только не хоккей и боже упаси не новости, а смешных котиков на ютубе, если что, сразу звони. С телефона сняли все блокировки, чтобы звонить одним нажатием.

Только уселись в зале и переключили телефоны на беззвучный режим, приятель видит звонок от папы. Чертыхается, извиняется, выбегает из зала, алло, алло – в трубке ни слова, какие-то хрипы, стоны и завывания. Перезванивает – папа телефон не берет. Выбегает мама, у нее то же самое – звонок от папы, в телефоне хрип и вой, сам трубку не поднимает. Потом опять звонок сыну и так по кругу. Явно что-то нехорошее происходит, но что именно – непонятно.

Мама мечется по фойе в панике. Приятель звонит брату, тот живет недалеко от родителей и, к счастью, дома. Брат сломя голову несется к отцу через парк, пугая гуляющих пенсионеров: так быстрее, чем на машине по улицам. Из прихожей слышит хрип и вой, вбегает в комнату…

Папа жив-здоров. Папа пылесосит. Таскает по ковру тяжеленный моющий пылесос. Тянет на себя – труба давит на экран телефона в кармане штанов, телефон звонит кому попало. Тянет еще раз – отбой. Никаких звонков за ревом пылесоса, конечно, не слышит.

Вечером мама ему выговаривает:
– Что это тебе приспичило пылесосить? Всю жизнь не заставить было помочь по хозяйству, с чего вдруг такое рвение?
– Тут Феденьку стошнило. Я решил убрать, чтобы вы, сволочи, на него не ругались.

132

Нина (полностью Нинель, что в свою очередь значит «Ленин» наоборот) выросла в одном московском доме с моей будущей женой, потом окончила пединститут и уехала по распределению в какой-то, не помню, Багровск или Бодровск учить детей русскому и литературе.

Преподавала она прекрасно, со всем энтузиазмом молодости. Ученики ее обожали, девочки пытались подражать в манерах и одежде, мальчики глазели и витали мыслями где-то далеко от школьной программы. За глаза прозвали ее Миледи, не только за красоту и отдаленное сходство с актрисой Тереховой, но и за то коварство, с которым она порой назначала контрольные.

А вот с личной жизнью как-то не задалось. На филфаке на сто красоток приходилось два очкарика, в Багровске мужики тоже под ногами не валялись. То есть как раз валялись после каждой получки, при горбачевском сухом законе даже больше, чем до него, но такие кандидатуры Нина не рассматривала. Конечно, к ней клеились. Городок небольшой, любую полузнакомую рожу встретишь пять раз на неделе то тут, то там. И каждый раз приходилось терпеливо объяснять, что на танцы она не пойдет, и к себе в съемную комнату не пригласит, и прямо сейчас отметить с клевыми пацанами день мелиоратора никак не может.

Наконец один из донжуанов решил, что столичная штучка много из себя строит, и полез под платье прямо на улице. В Багровске это считалось в порядке вещей, никто бы на Нинины крики не отозвался, но, к счастью, поблизости тусовались трое ребят из ее девятого «А». Донжуану вломили люлей и постановили впредь провожать Нинель Сергеевну до самого дома, по крайней мере в те дни, когда она вела факультатив или вторую смену и уходила из школы затемно.

Ох, сколько всего было переговорено во время этих провожаний! Про книги, про жизнь, про политику, и самые заветные мечты, и самые стыдные семейные тайны, и о том, какой должна быть настоящая женщина – конечно, такой как вы, Нинель Сергеевна!, и каким должен быть настоящий мужчина – главное, честным и благородным.

Своих защитников она звала мушкетерами, вполне логично, учитывая ее собственное прозвище. Крупного и плотного Сережу назначила Портосом, бойкого и разговорчивого Игорька – Арамисом, а роль Атоса досталась Павлу. Именно так, он с детства отзывался только на полное имя, никаких Паш или боже упаси Павликов.

Девятый «А» перешел в выпускной десятый, тогда еще была десятилетка. Незадолго до выпуска каждый из троицы подгадал остаться с Ниной наедине и признался ей в любви: мол, девчонки-ровесницы – дуры, с ними даже погворить не о чем, а вы самая прекрасная женщина на свете. Потерпите каких-нибудь пять лет, я кончу институт, вернусь в Багровск взрослым человеком и на вас женюсь. Подумаешь, восемь лет разницы, никто даже и не заметит, а кто станет вякать, тому не поздоровится.

Каждому Нина ответила, что польщена, что любит его как человека, но не надо спешить с клятвами, детская влюбленность в учительницу – вещь известная и быстро проходит. С каждого взяла обещание писать ей письма и пообещала писать в ответ. Каждого по-матерински поцеловала на прощание. Или, может быть, не совсем по-матерински, все-таки ей было только 25.

Где-то через год Игорь-Арамис написал: не обижайтесь, Нинель Сергеевна, но свое обещание на вас жениться я отзываю. Вы были правы, это ребячество. Помните, мы говорили о том, какой должна быть настоящая женщина? Тут есть одна девушка в параллельной группе, она как раз такая. Как честный человек, я должен на ней жениться прямо сейчас, а как благородный – все же подожду, пока мы получим дипломы.

Портос-Сережа то же самое выразил короче: помните Наташку из десятого «Б»? Ей не нравится, что вы мне пишете. Ревнует. Дура, конечно, но у нас всё серьезно, я не хочу ее огорчать.

Павел-Атос замахнулся на самый крутой вуз, МАИ. Не поступил и загремел в армию, не куда-нибудь, а в Афган. Это был самый конец афганской авантюры, но на его долю хватило. Через полгода вдруг написал:
– Нинель Сергеевна, у меня к вам странная просьба. Можете прислать свою фотокарточку? У всех парней остались девушки на гражданке, они про них рассказывают, хвалятся, а у меня же нет никого. Я рассказал про вас, но так, как будто вы не учительница, а учились со мной в одном классе. А они не верят.

Нинель решила поддержать бойца, прислала фото, на котором ей 18 лет, написала на обороте: «Павлу от Нины». И письма стала подписывать не именем-отчеством, а «Нина», потом «Целую, Нина», а потом и «Крепко целую». Павел страшно обрадовался, перешел в ответных письмах на ты, тоже стал писать, что целует, и даже конкретизировать, куда именно и сколько раз. Нина писала как бы от имени девчонки-одноклассницы, но с умом и опытом взрослой женщины. Игра затянула обоих, незаметно пошли уже признания в любви, слюнявые нежности и даже то, что сейчас назвали бы виртуальным сексом. Ничего удивительного, что когда Павел зашел к ней после дембеля, всё то, что они навоображали в письмах, само собой случилось наяву.

Я их видел однажды, когда они приезжали в Москву к Нининым родителям. Ей тогда было 30, ему 22. Смотрелись ровесниками, несмотря даже на то, что Нина была беременна. Павел отпустил для солидности бороду, работал на заводе мастером и учился заочно. Потом он приехал один на сессию, мы случайно столкнулись во дворе, взяли по пиву. Я не удержался и спросил:
– Что, неужели совсем никаких проблем от того, что ты женат на своей учительнице?
– Да нет, проблемы такие же, как у всех. Хотя… она же и сейчас преподает. Пока не было живота, обязательно какой-нибудь оболтус заловит в коридоре и начинает: «Нинель Сергеевна, вы мой идеал женщины, 15 лет разницы – ерунда, подождите, я вырасту и отобью вас у мужа». И злиться на него невозможно, сам таким был.

Ну и, как водится, эпилог. Что делать, жизнь идет к концу, невольно оглядываешься: а что сейчас с теми, кого знал 20, 30, 40 лет назад? Сейчас-то я в Москву не ездок, но пять лет назад – приезжал, было дело, останавливался в том самом доме, где когда-то жили Нинины родители и мы с женой, а теперь – наши родственники. Нина окликнула меня дворе. Я ее не сразу узнал, она выглядела лет на 20 меня моложе.

– Как там Бодровск? – спросил я. – Стоит?
– Багровск. Не знаю, мы давно живем в Москве, в родительской квартире. Папа умер, мама болеет, нужен постоянный уход.

У нее зазвонил телефон.
– Милый, сейчас иду, – отозвалась она. – Встретила знакомого, разговариваем. Антоша, ну что ты такой нетерпеливый? Сказала же – сейчас.

Так-так, подумал я с разочарованием. Антоша. Атос Павел, стало быть, в прошлом. Не пережил-таки, что жена старше на восемь лет, нашел себе молодую. Небось еще сказал на прощание: «Ты учила меня быть честным и благородным – так вот, честно говорю, что ухожу, и благородно оставляю тебе квартиру». Хотя квартира Нининых родителей, какое там благородство.

Нина положила трубку и повернулась ко мне, прервав мои размышления.
– Муж? – кивнул я на телефон.
– Нет, внук. Моего мужа зовут Павел, ты разве забыл?

133

Находясь в Хитроу получил работу. Надо было везти женщину далеко далеко от Лондона в сторону Корнвала где-то около Бристоля. Я не помню о чём мы разговаривали и разговаривали ли мы вообще, но эту поездку я всегда вспоминаю с теплотой и нежностью. Перед тем как подъехать к её дому мы долго поднимались на высокий холм с которого открывался прекрасный вид на ночной город на дне долины. И вот поездка закончена, мы подъехали к её дому, я помогаю занести чемоданы внутрь…. и тут… забытый, тёплый, ностальгический, раздирающий душу, неповторимый запах, запах деревянного дома отапливаемого дровами. Запах который перенёс меня назад в прошлое, более чем на 20 лет назад, перенёс за тысячи километров отсюда в Россию, в Балахнинский район Нижегородской области, где в деревне Постниково я проводил летние каникулы у моих бабушки и дедушки, откуда родом моя мама. Вроде просто запах, но я не чувствовал его с тех пор как покинул деревню. И воспоминания обрушились на меня лавиной.

Это был деревянный дом построенный моим дедом - столяром-модельщиком высшего разряда с русской печкой внутри, в которой бабушка готовила вкуснейшие блюда - пироги (мои любимые были с рисом, яйцом и луком); пшённая каша и топлёное молоко с вкуснейшими пенками. Почти всё было сделано в доме руками дедушки, особенно мне нравился комод в котором хранилась стеклянная посуда и вазочка с конфетами. Дедушка всё мог сделать из дерева и когда я чуть не выпал из окна многоэтажки, где мы жили с родителями, приехав в гости он смастерил удобные красивые форточки чтобы проветривать квартиру. До сих пор в одной из комнат родители не решаются заменить окно с дедушкиной форточкой на стеклопакет. У них был огород где я помогал собирать колорадских жуков и перекладывал дрова чтобы они просохли и не застаивались. Я помогал с заготовкой сена и упирался вилами чтобы помогать деду, который тянул тележку доверху нагруженную высушенным сеном, которое заготавливали для коровы Жданки. Кошки Машка и Дашка, а также собака Шарик, после смерти которого кто-то умудрился и выкрал корову со двора, не представляю каким это шоком было для них. В доме были книги и я с удовольствием читал, когда мои родители приезжали один из любимых видов отдыха моего папы было чтение книг, помню его читающим “Момент истины в августе 44 го” может тогда и зародилась во мне любовь к чтению и я просто счастлив что моя дочь тоже неравнодушна к этому увлекательному времяпрепровождению. Помню на полках были юношеские книги “Приключения Кроша” и “Каникулы Кроша”, были юмористические брошюры под издательством “Крокодил” и “День открытых сердец” Владимира Полякова (одного из авторов “Карнавальной ночи”). Такой же сборник добрых юмористических рассказов я приобрёл в свою библиотеку в память о том времени и книга, изданная более 60-ти лет назад, стоит у меня на полке и напоминает о том беззаботном времени, когда деревья были большими, а бабушки и дедушки живы… Как то бабушка принесла из магазина какую то рыбину и у неё был полный живот чёрной икры тогда я её впервые и попробовал. Бабушка и дедушка держали корову, бабушка как то продав молоко, привезла мне на дне трёхлитровой банки розовое мороженое в вафельном стаканчике - незабываемый вкус. Как получил ремня за то, что с друзьями устроили пиршество зелёными яблоками с солью, не поняла бабушка юного гурмана. Была и баня, которую я сейчас так люблю, а тогда по глупости отказывался от того, чтобы дедушка меня попарил душистым веником. В доме на стенах висели портреты бабушки и дедушки в молодости, в углу кухни за занавеской стояли иконы староверов а на полках хранились древние церковные книги, передаваемые из поколения в поколение.

И конечно же важная составляющая лета это летние друзья - Артём из Иваново, Лёха из Санкт Петербурга и Игорь из той же деревни. Игорёёёк как звала его бабушка Полина с интересным нижегородским выговором. Чего у нас только не было и костры на свалке - где мы узнали, что покрышка от автомобиля производит ненормальное количество дыма и сигнализирует всем далеко вокруг об этом процессе, что краска на автомобиле горит очень долго и её очень сложно потушить. Моя первая попытка курить (она же и последняя) - мой кашель меня выдал бабушке, но она сделала вид что поверила в мои сказки. Как мы купались в притоке Волги и главное соревновательное развлечение было “глушить силитёра”. Когда рыба от недостатка еды ест всякую гадость со дна, то у неё , пардонте, в брюхе заводится червяк, который ест её изнутри, от этой боли рыба всплывает и носится по поверхности, тут мы её догоняем вплавь глушим, извлекаем червя и трофей доставался местному котофею. Данный приток Волги был перекрыт дамбой, на которой находилась дорога в садово-огородное товарищество Щукобор или как то так. Однажды мы прошли в товарищество, за ним был остров, доплыли до него и поднялись на остров. Оттуда мне открылась та самая река ВОЛГА!!!! Величественная, красивая, необъятная и завораживающая своей силой, я смотрел на что то великое невиданное ранее и был поражён до мозга костей, до кончиков пальцев чувством радости и вечности красоты. С другой стороны дамбы была баржа, мы как то залезли на неё по якорной цепи и бесились там , носились но в трюм не спускались. Когда пришло время с неё уходить я понял, что слезть так же как залезть я не смогу - мне было неудобно и страшно. Я боялся упасть и в какой то момент я выдохнул, и просто спрыгнул с неё, я был первым, я переборол свой страх я победил себя. Помимо всего безусловно, грибы и рыбалка - важнейшие из развлечений. За грибами мы ходили в ближайший лес, там была поросшая мхом красивая берёзовая роща и просто море подберёзовиков. Белые росли на опушке в дубах-колдунах, там же рядом, в высокой траве встречались и подосиновики. Рядом была огороженная колючей проволокой воинская часть, куда мы тоже пробирались за грибными трофеями. Прямо грибы и точка! Мне как то рассказывали в детстве мой папа и дядя набрели на полянку полную грибов, и водили меня взад и вперёд пока я радостно не закричал НАСЁЁЛЛ!!!! Ну и конечно рыбалка. Ловили на берегу того притока Волги там в основном были окуни, ловили из пожарного водохранилища - где были гольяны и караси, на болотце в картофельном поле только караси. Гольянов я скармливал кошке, карасей запускал в металлическую кадку, где прогревалась вода для полива теплицы и жили там караси до самой зимы покуда ввиду опустошения ёмкости оказывались в цепких зубах кошек. Как непредсказуемы бывает жизнь и как мы ничего не можем предугадать… Ловлю я как то на пожарном водохранилище, подходит Лёха, он без удочки, дай говорит половить, я со словами бери, всё равно одних гольянов таскаю, он закидывает удочку и в туже минуту вытаскивает огромного карася, я был просто в шоке от непредсказуемости рыбацкой удачи. Другой не совсем литературный случай произошел на болоте в картофельном поле, кто то из рыбаков вёл себя непростительно громко и после нескольких замечаний, человек разразился трехэтажной тирадой о том какой он нехороший человек, о том что он желает ему всяческих невзгод и в том числе “чтобы у него Х.. на лбу вырос”, такого моя юношеская психика не ожидала и отпечатала этот “фразеологизм” в моей памяти навсегда. Не обходилось и без мальчишеских драк, играли в футбол, играть в дурака именно там я и научился, порой мы сидели словно обезьяны на высоченной черёмухе и возвращались домой с черными от ягод языками. Рядом с деревней всегда было засеяно огромное поле, мне запомнилось кукурузное, кукурузу ту перерабатывали на корм и перед тем как поле скосят, мы набирали самые спелые початки и бабушка их варила в солёной воде на летней кухне, как же это было вкусно….
Поход в магазин в соседние Могильцы как визит в другой мир, там был продовольственный и промтоварный, не знаю что это было, но просто нравилось разглядывать полки, наверное оттого что вокруг были только деревенские избы и магазин считался чем то необычным. Впервые увиденная женская грудь, когда Аня с соседней улицы поправляла купальник после речки тоже одно из ярчайших воспоминаний.

Это было полностью отличное лето от того что могло быть в бетонных джунглях. Это были девяностые в телевизоре пела реклама вентиляторных заводов и Просто Мария строила свою судьбу. А я наслаждался летом у бабушки и дедушки, они были уже на пенсии, но каждый день трудились на своём хозяйстве и я шабутной внук гдето рядом… У моих детей навряд ли будет возможность поехать в деревню к бабушкам и дедушкам, наши родители уже городские жители, но когда нибудь я обязательно покажу им те места, куда меня отправляли на лето.
Годы прошли и вот стою я в домике где-то около Корнвала, вдыхаю запах деревяного дома протопленного дровами и возвращаюсь туда, в моё детство, спасибо за него.

134

Вдогонку недавнему роману о шкафе.
"Полосатовъ".
В молодости я как-то подобрал на обыкновенной советской помойке у моего дома разобранный старинный стол. Ну как на помойке? До помойки дотащили только ящики, детали столешницы аккуратно лежали на газоне на полпути к помойке, а тумбы с ножками были прислонены к стене моего дома. Похоже, предыдущий владелец значительно уступал столу в комплекции, и переноска не задалась. Это была обыкновенная советская помойка у моего дома. Обрывки сукна были сразу двух цветов, первоначального красного и последующего зеленого, ящики залиты чернилами и не закрывались, массивные восьмигранные ножки были погрызены жучком, но в моих глазах он был прекрасен. Поскольку я ожидал квартиру, предполагалось, что он будет стоять у меня в кабинете. Я запасся шеллаком и спиртом для реставрации и починил кованые замки на ящиках. На одном из замков нашлась надпись изготовителя - "Полосатовъ", и стол обрел свою фамилию, как кот Матроскин. Недоеденная жучком токарная деталь в основании одной из ножек напоминала губку, которую я зашпаклевал эпоксидкой и залакировал. Я придумал, как разместить в столе секретный ящик, потому что рассеянный изготовитель почему-то забыл встроить эту важнейшую (для меня) фичу. Через год застройщик сдал, наконец, квартиру. Беглый замер показал, что даже в самой большой комнате стол будет выглядеть ... слоновато. Я был не прочь протискиваться мимо бочком, но жене идея не понравилась. Не беда, решил я, планируется покупка загородного дома, там я его и размещу, а пока он похранится по частям, в гараже и в стенном шкафу у мамы. Мама терпела такое счастье лет 15, жена не возражала. С загородным домом как-то не задалось, в гараже от сырости шпон пошел волнами. Скрепя сердце, со столом пришлось расстаться. Святотатство свершилось, и он вернулся на родную помойку в полном составе. Надеюсь, ему повезло со следующим хозяином, потому что на помойке он не залежался. Большой пакет с чешуйками шеллака иногда напоминает мне об этом прекрасном предмете мебели...

136

Исход,21:24: Глаз за глаз, зуб за зуб…
Исход,21:28: Если вол забодает мужчину или женщину до смерти, то вола побить камнями… а хозяин вола не виноват.
Исход,21:29: Но если вол бодлив был и вчера и третьего дня, и хозяин его, быв извещен о сем, не стерег его, а он убил мужчину или женщину, то вола побить камнями, и хозяина его предать смерти.
Жуть кровожадные какие. Прям пираты.

В моем солнечном СНТ на нашей улочке случился конфликт между соседями. Меня он настиг, потому что вследствие плохо леченого синдрома спасателя я лезу куда не надо, а возможно, мне было просто скучно. Во всяком случае, я заинтересовалась всерьез.
Формально, конфликт называется «фонарь». На десяток домиков на всю нашу улочку работает только один фонарь – возле большой дороги. Тем, кто живет на перекрестке – светло и весело. В середине улочки есть еще один, тот самый, про который я сейчас расскажу. Ну и в конце тупика еще, но он не работает. И всем пофиг. Нам, чтобы заезжать к себе, достаточно света собственных фар; кто-то не хочет, чтобы фонари светили им в окна; кто-то приезжает только по большим праздникам и поэтому им вообще все пофиг. Ну да всем, да не всем.

Не пофиг Нине Ивановне. Нине Ивановне 81 год, однако Нина Ивановна – еще автоледи, ну и еще Нина Ивановна – дура. Наша первая встреча с Ниной Ивановной состоялась, когда у нее сел аккумулятор, и она пришла к нам знакомиться, чтобы мы починили ей машину. Муж повозился, все сделал, состоялся обмен телефонами, и в следующий раз мы понадобились, чтобы почистить ей канализацию. Тут нам удалось уклониться от исполнения дружеских обязанностей. Потом, когда она на машине чуть не сбила меня на велосипеде, и я пришла домой слегка обиженная, мне пришлось удерживать мужа, чтобы он не пошел бить ей морду, попутно объясняя ПДД. Ну и апофеозом знакомства был поток оскорблений, который однажды обрушился на меня от нее в вотсапе, да так, что пришлось ее заблокировать. Я спросила у ее дочки, что там с Ниной Ивановной (альцгеймер еще никто не отменял, и внезапная агрессивность может означать, что человек может выйти из дома и не вернуться), оказалось – сплетни. Нина Ивановна была разблокирована, ей было объяснено, что сплетням верить нехорошо, а так – все прекрасно в нашем лучшем из миров, и что если она будет хулиганить снова, ее снова придется заблокировать, -- и Нина Ивановна утешилась и даже перешла на «вы».

Ну, про фонарь. Нину Ивановну как-то на шашлыки и в баню пригласил ее сосед напротив (тот самый общий фонарь), дядя Саша. Из самых лучших побуждений: они с женой хотели поближе познакомиться с соседями, и накрыли поляну, и сорвали спелые виноградные гроздья, и настроили сердца на любовь. Но это ж Нина Ивановна, поэтому в какой-то момент она доходчиво объяснила хозяевам, что они плебеи, и что номер их шестнадцатый, ну, не знаю, что там было на самом деле, но факт: дядя Саша закусился. А дядя Саша очень предприимчив. Некоторое время дядя Саша развлекался ввинчиванием шурупов ей в шины, засовыванием иголок в её замки, и прочей ерундой. Но необходимого облегчения эти мелочи не приносили, и тогда дядя Саша пошел ва-банк: он отключил так нужный ей фонарь наружного освещения улицы от общей сети и запитал его на себя. И соседей предупредил, чтобы к кнопке включения фонаря не лезли, а то он сделает из столба электрическую табуретку. Убить не убьет, но.

Тут взвыла дочка Нины Ивановны. Что такое ее мама, она конечно понимает. Но взять общественное имущество, переключить на себя, да еще нехилую угрозу выдать – это уже полный бардак и уголовка. Дочка обратилась к руководству СНТ (в которое дядя Саша, по случайному стечению обстоятельств, тоже входит). Руководство ее жалобу многократно проигнорировало. Потому что руководство СНТ понимает, что как только оно выдаст постановление на возврат фонаря в общую систему наружного освещения, фонарь перегорит. Ну или столб упадёт. Ну, мало ли, что может придумать изобретательный ум оскорбленного пенсионера. Тем более, что все соседи, единодушно, где-то в глубине души на его стороне.

Ну, кто виноват и что делать? Как буддистка, буддейка, буддюлька – ну, не всё еще в этом мире придумано – я на первую часть вопроса отвечу так: никто не виноват. И Нина Ивановна – ТАКАЯ, и дядя Саша – ТАКОЙ, и каждый из них по-своему прекрасен. На вторую часть вопроса правоверный буддист вам бы ответил – ничего. Созерцай. Лучший способ служить Богу – отшельничество. Но проблема в том, что мне нужно в день выговаривать сто тысяч слов, а если ты отшельница, то – кому это все рассказывать? Мой жизненный принцип: каждому Чикаге – по Соне! И мне нужны чьи-то уши! К тому же, говорят, лапша у меня вкусная.

В общем, думаю, что делать. Начну с дяди Саши. Все-таки, как ни крути, он нарушает писаный закон, а пока закон писан и не переписан, надо его соблюдать. А если хочешь закон переписать – то это пожалуйста, но – через -- как же это называется? — Парли... парлалиньтюль... парлиме... порш... не порш... не пор... парла... парла... блин, так и не удалось выучить французский. Ну ладно, может, если мне удастся вытащить из дяди Сашиной души занозу обиды, проблема с фонарём сама собою рассосется. А может, нет. Кто знает. На все воля Божия. Но я попытаюсь. Пожелайте мне удачи.

137

Когда я был маленьким, родители иногда брали меня с собой на работу. Мама работала в газете «Юный Ленинец», это был наш молдавский вариант «Пионерской Правды». На меня там никто не обращал внимания. Мне давали лист бумаги и карандаши. Рисуй, сколько влезет! А вокруг носились сотрудники. Мне надо сдавать материал срочно! Завтра в номер!
Взрослые в редакции не обращали на меня никакого внимания. Например, к маме в кабинет приходила молодая сотрудница Анжела, пожаловаться на своего мужа. Анжела рассказывала очень интересные вещи, совсем меня не стесняясь. Она работает, а муж нет. Он пишет киносценарий. И из-за Анжелы у него нет вдохновения. Вчера, после очередного разногласия с Анжелой, ее муж в одних трусах выбежал на заснеженный балкон, и лег на бетон.
- Я простужусь и умру, - сказал он. – И ты будешь виновата!
Логика Анжелиного мужа была мне не до конца понятна. Ведь он же сам выбежал на балкон. Она его не заставляла! Так почему же она будет виновата?
У мамы на работе я узнал много нового о людях. Расширил свой кругозор. Ведь у нас дома папа никогда не выбегал в одних трусах на балкон. А оказывается, люди так делают.
Редакция газеты «Юный Ленинец» находилась на 4-м этаже Дома Печати. У нас в Кишиневе все редакции всех газет были в этом здании. Все журналисты республики в одном доме. Очень удобно крутить романы! В Москве все редакции в разных зданиях, и там с этим делом немного сложнее.
Но неважно, я понял суть жизни взрослых. Их жизнь состоит из двух составляющих. Они крутятся, работают, сдают материал в номер. Это первая составляющая, второстепенная. Для отвода глаз. Но главное – они с утра до вечера изменяют супругам, и трахаются со всеми на работе. И говорят между собой в основном об этом. Это – суть жизни.
Иногда, гораздо реже, я приходил с папой на его работу. Папа работал в редакции журнала «Кодры». Орган Союза Писателей МССР. Писатели очень сильно отличались от журналистов. Здесь никто не работал. Ведь если ты заведуешь в «Кодрах» отделом поэзии, то ты за один день можешь раскидать поступившие стихи на номера журнала на два года вперед. Поэтому писатели никуда не носились, а сидели в кабинетах, и точили лясы. Единственное, что они делали, они работали с приходившими в редакцию авторами. Скажем, когда заходил поэт Савостин, то зав. отделом литературной критики Миша Хазин играл с ним в шахматы. Партий 10 подряд. Партия – рубчик. Савостин всегда выигрывал, возможно поэтому он приходил часто, в качестве дополнительного заработка.
Ха! Миша Хазин как-то рассказал смешную историю. Он ехал в Москву на поезде, и с ним в купе (СВ вагон) был какой-то старичок. Сыграли в шахматы. Миша легко выиграл. Сыграли еще раз, а потом еще. Миша опять выиграл.
- Вы великолепно играете! – воскликнул старичок. – Вы гроссмейстер?
- Нет, перворазрядник, - ответил Миша.
- Надо же! – воскликнул старичок. – Я на работе играю, и у всех всегда выигрываю!
- А кем вы работаете? – спросил Миша.
- Я президент молдавской Академии Наук, - представился старичок.
Мне эта история показалась необычайно поучительной. Старичок был начальником, и играл с подчиненными. А они ему специально проигрывали. Ха!
У папы на работе я проникся большим уважением к Советской Армии. Часто в редакцию заходили авторы, генералы 14-й армии, расквартированной в Тирасполе и Бендерах. Оказывается, у генералов в мирное время куча свободного времени, и они массово пишут стихи. И приносят их в редакцию. Где их стихи с уважением читают, и объясняют, что надо еще немного поработать над формой. Генералы ничуть этим объяснениям не огорчались, а открывали портфель и доставали бутылку коньяка и сухой венгерский сервелат.
Беседа переходила с литературных проблем на общемировые, и я был поражен свободомыслием советских генералов. Они ничего не боялись и говорили все, что думают. В том числе и об этом старом пердуне, генеральном секретаре ЦК КПСС. У нас в школе такого себе не позволяли никогда. Мне очень нравились военные.
Если у мамы на работе журналисты меня не замечали, то у папы на работе писатели проявляли ко мне неподдельный интерес.
- А что ты сейчас читаешь? – спрашивали они.
Я читал исключительно научную фантастику и начинал им пересказывать сюжет очередной книги. Как звездолеты буравят космическое пространство в поисках братьев по разуму.
И вот тут я заметил разницу между русскими писателями и писателями молдавскими.
Русские писатели очень интересовались местом нашей земной цивилизации в межгалактическом сообществе. Так сказать, идеологическими вопросами.
Молдавские же писатели были более приземленными.
- А что они там едят, в своих звездолетах? – интересовались они.
Я объяснял, что у астронавтов есть разработанные в советских научно-исследовательских институтах тюбики с едой, и паста в этих тюбиках не уступает по вкусовым качествам земной еде.
Молдавские писатели кивали с покровительственной улыбкой. Но я чувствовал у них какое-то неверие в советские научно-исследовательские институты. Я понимал, что они не верят, что какие-то тюбики могут заменить шашлык из баранины, с салатиком из свежих помидор и мамалыгой. И стаканчиком молодого молдавского винца.
Я понял, что если русские писатели с радостью могли бы стать героями-астронавтами, то молдавские писатели никуда бы не полетели.
Моя дальнейшая жизнь укрепила меня в моих тогдашних детских незрелых выводах.
Есть народы, такие как русский или американский, для которых есть вещи поважнее еды. Так сказать, потенциальные астронавты. Он хату покинул, пошел воевать, чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать. А есть и другие народы, такие как итальянцы и испанцы. Этим звездолеты до одного места.
На одной конференции в Севилье (совместная конференция американского и испанского математических обществ) мы пошли всей толпой ужинать. Половина толпы в ресторане была из Испании, а вторая из Америки. И тут выяснилось, что абсолютно все испанцы знают, как делается майонез. Знают рецепт. И ни один американец этого не знает.
- Хулио, - спросил я одного своего соавтора. – Откуда ты знаешь?
- Я в детстве видел, как мама на кухне делает майонез, - ответил Хулио. – И запомнил рецепт.
- Надо же, - удивился Джордж из Огайо. – Моя мама тоже что-то готовила на кухне, но я никогда не наблюдал за ней.
Из всего этого мы можем сделать вывод о том, как достичь прочного вечного мира. Есть народы, которые нападению на другие страны предпочитают вкусно покушать и выпить стаканчик винца. Вообще, страны, где люди пьют вино, редко нападают на других. Кстати, хорошее вино надо закусить чем-то вкусным, понимаете? Поэтому в этих странах и любят вкусно покушать.
А есть и другие народы, где пьют, к примеру, водку. Ну или бурбон. А водку уже неважно чем закусывать, можно даже рукав понюхать. Водка заглушает вкусовые пупырышки на языке. И эти народы не увлекаются рецептами, и дома они едят всякую херню. Вот именно такие народы и любят нападать на другие страны.
Отсюда – план действий. Считайте это моим бизнес-планом. Надо эти водкопьющие страны перевести на хорошее марочное вино. Субсидировать там цены, чтобы чем лучше вино, тем оно было бы дешевле. И надо их обучить рецептам всяких майонезов. Научить вкусно готовить дома. И тогда наступит вечный мир на Земле.

Ольшевский Вадим

138

Самый центр Москвы, коммунальная квартира с видом на Кремль. Хозяйки - две интеллигентные столичные преподши. Для тренировки дома разговаривают на французском и по испански, а ругают власти из ТВ только по-английски. Тут по некоей известной причине к одной из преподш переезжает жить ее мама из далекой почти сельской провинции. Маме 8-й десяток. Деменция где-то в кустах. Из-за нее у дамы начинают отключаться текущие тормоза и включаться давно забытые привычки. Мама начинает наезжать на соседку с претензиями, что та тырит ее туалетную бумагу, лазает в ее кастрюли и куда-то прячет старушкин керогаз... Заканчивается все тем, что соседка продает свои две комнаты в центре с видом на Кремль семейке подмосковных многодетных алкашей, а сама исчезает в дальних средиземноморских краях. Оставшаяся преподша с мамашей очень скоро вынужденно ставят в свои комнаты железные двери и по стенке пытаются пробраться в свой красивый туалет с окном. С видом на госдуму. Недолго музыка играла. Наконец-то был найден вариант разьезда - и наша парочка наконец-то переехала в отдельную квартиру. В Бирюлево. С видом на промзону. Куда делись их соседи - совершенно не интересно. Такая вот столичная жизнь. Такая вот вечная музыка....

139

Я в школе была "ботаном". Такая типичная отличница с косичкой, на первой парте, примерное поведение и т. п. Как-то раз маму вызвали к директору. Мне не сказали зачем. Сижу дома, жду, переживаю. Приходит мама. Оказывается, ей вручили грамоту и какой-то сувенир, что вырастила такую дочку, хвалили меня.
Села она на диванчик дома, смотрит на меня:
- Дочь, слушай, а тебя в школе не бьют?
- Нет.
- Странно, а у нас таких били....

140

Ностальгия по социализму – кто помнит.

Сага о любви, верности и настоящей мужской дружбе.

Позволю себе представить на суд общественности несколько событий, характеризующих в том числе и семейные ценности. Оно, хоть и личное в какой-то мере, но по прошествии стольких лет острота сгладилась, можно поделиться – тем более, что достаточно показательно.

После того, как мне не удалось поступить в военное училище, на горизонте опять замаячила перспектива отправиться тратить время в рядах Советской армии. Пришлось вернуться на своё место работы по распределению, я же числился «молодым специалистом», и обязан был отработать там три года.

Работа сменная, три дня в день, выходной, три дня в вечер, выходной, три дня в ночь – выходной. Привыкнуть к такому биоритму невозможно, но привыкаешь спать урывками, или не спать, когда хочется. Зато живёшь в несколько ином измерении, чем большинство окружающих.

Не участвуешь в общем графике движения человеческой массы – с работы, на работу, выходные… Вот из за этого графика мне и довелось познакомиться со своей первой женой. События развивались стремительно, и вскоре она уже прогуливала школу (десятиклассница была) у меня дома - по утрам.

В армию в тот осенний призыв меня отчего-то не взяли, я продолжал работать в котельной, и встречаться со своей, гм, избранницей. Обаятельная девочка из хорошей семьи, отец - кандидат наук, мать – дочь лауреата Сталинской премии, несколько лет прожили в Германии, она там и в школу пошла.

Тут имело бы смысл порассуждать о пользе и вреде ранних браков, но у меня были и другие проблемы – неизбежный весенний призыв, и острое желание получить высшее образование, не теряя времени на службу.

В Ленинграде было несколько оборонных предприятий, работа на которых давала бронь от призыва – но чтобы устроиться туда, надо было вначале уволиться со своего, и потерять статус «молодого специалиста» - это вроде ржавой цепи, которой приковывали гребцов на галерах.

Мы с друзьями разработали следующую полукриминальную схему - я получил повестку, уволился с работы – ура, полдела сделано, потом приятель прислонил меня затылком к чугунным радиаторам, сказал – бью сюда, дотронувшись пальцами до скулы под левым глазом.

Размахнулся, и рассадил мне обе губы – промазал сантиметров на пять.

Верхнюю при том порвал надвое – у меня там зуб маленько вперёд выдавался. Но так ещё и лучше – с конкретно раскровавленной мордой я производил лучшее впечатление жертвы, чем с начинающим наливаться синяком.

Скорая отвезла симулянта в больницу, не знаю, как сейчас, а тогда не было способа точно диагностировать сотрясение мозга – а это (внимание!) полгода отсрочки от армии.

Дальше – на постоянную работу меня не имел права взять никто, но на временную – можно. Устроился на временную, а она, если продолжается больше четырёх месяцев автоматически (по КЗоТ-у) превращается в постоянную.

Таким образом, появился некий оперативный резерв времени, чтобы решить три проблемы – институт, работа с бронью, и законный брак – необходимость в котором назрела к началу лета уже до полной неизбежности - на горизонте замаячила перспектива естественного увеличения будущей ячейки общества. Избранницу по утрам тошнило, а потом она бежала сдавать выпускные экзамены - прощание со школой называется. Попрощалась.

Проблемы решились к сентябрю. Я поступил в Ленинградский Политех - хоть и на вечерний, но всё же это один из лучших технических ВУЗов города, в военкомат было направлено предписание «…вот этот не подлежит, ибо относится к особо ценным, а посему не трогать…», ну и в завершение приключений, мы с сияющей, слегка уже округлившейся невестой, по очереди вслух произнесли известную формулу, позволяющую включить марш Мендельсона.

Который и провёл для меня границу между бестолковым и крайне размеренным образом жизни. Подъём в полседьмого, в восемь уже на работе, вечером - институт, до дома добирался в половину одиннадцатого, и надо было ещё выкроить время позаниматься.

Скоро выяснилось, что сбегать с работы пораньше, чтобы хоть пообедать вместе с женой - занятие бессмысленное и вредное. Жили мы у тестей – в комнате, в просторной трёхкомнатной кооперативной квартире, готовить жена не умела совершенно, и приезжать, чтобы пытаться съесть то, что ставилось на стол – надо было иметь силу воли - иногда супом у нас назывались непосоленные макароны, залитые горячей водой чуть не из под крана, с плавающей там луковицей. Я просто стал обедать в столовой. И это значило, что дома меня почти никогда не бывало.

В ноябре умер Брежнев, а в январе родилась наша дочь – Ленка, и мы стали счастливыми родителями. Теперь, приходя из института, я встречал здоровенный таз с подгузниками. Памперсов тогда не было, а подгузники надо было стирать и кипятить – чтобы высохли к утру и можно было пользоваться ими ещё сутки. Время живого общения с супругой ещё больше уменьшилось, времени на сон уже почти совсем не оставалось – я привык урывать час-полтора днём, в обеденный перерыв – иначе бы не вытянул этого режима.

Прошла весна, лето, начался мой второй курс, вроде бы все постепенно привыкали к этому образу жизни. Осенью отслужил и вернулся из армии мой друг – Игорёха. Разумеется я познакомил его с семьёй. Оказалось, что его часть стояла недалеко от того города в ГДР, где несколько лет прожила моя жена – им нашлось о чём поговорить.

А дальше всё пошло кувырком. Нет, КУВЫРКОМ, БЛ…ДЬ.

Не знаю, что там без меня происходило, но примерно, когда Ленке исполнился год – в конце января, мне, блин, было объявлено, что они вот, нашли друг друга, жить друг без друга не могут, в общем, «мужик, ты неловок, дай-ка я попробую»…

Официальный развод был оформлен где-то в марте. Мне понравилась реплика тёщи – «Ну, тебя же нет дома круглые сутки, Игорь из себя такой видный, а Инга не каменная…»

Тут пропущены все личные добрые слова, которыми я тогда описывал сложившуюся ситуацию. Я не запил, не бросил институт, но по опыту – никому не пожелаю так получить мордой об асфальт. Хотелось бы жизненный опыт зарабатывать менее болезненно.

Прошло несколько лет, я закончил институт, потом из разных источников стали доходить слухи, что моя бывшая жена пошла в совершенный разнос, постоянно пьяная, ни одного мужика не пропускает, с Игорёхой у неё конфликты до драк, родители выделили ему какую-то недвижимость, она заставила продать – чтоб было на что веселиться. Что Игорёха несколько раз всё бросал и уходил жить на дачу – ему и дачу недостроенную в садоводстве выделили, потом они мирились, но скоро всё начиналось сначала.

Ленке шёл уже вроде девятый год, когда они окончательно разошлись, и встречаться стали лишь урывками, ненадолго, для решения хозяйственных вопросов. Ну, и совместного употребления горячительных напитков – что неизменно заканчивалось скандалами.

Но тут они подарили ей младшую сестрёнку, и вроде, на время скандалы успокоились.
Как показало дальнейшее – действительно только на время. Скоро за меньшой ухаживала только Ленка – она человек ответственный, и сестрёнку любила. Не моё дело, это не моя жизнь, приведу только пару примеров, во что превратилась моя первая жена.

- Ты не можешь в этот раз побольше денег подкинуть, у Лены к школе ничего не куплено, а там такой список, что головой тронешься.
ОК, подкидываю.
Через неделю:
- Ты не можешь денег подкинуть, Лене к школе надо очень много купить…
- Ты что, забыла? Я же неделю назад давал?
- А мы уже всё проели. (читай - я уже всё пропила)

Ленке тринадцать, уже девушка, я не врач, не разбираюсь, но очень болезненные месячные – а это передаётся по наследству – и мама её, оказывается, тоже от этого страдала.
- Ты не можешь отвести Ленку к врачу, она одна боится.
Врач осмотрел, потом вызвал меня из коридора, спросил, кто я такой вообще? (вообще-то я её отец, просто мы с её мамой давно развелись)
- Ну, ничего особенно страшного, это лечится (напоминаю, на улице девяносто шестой год) но курс лекарств достаточно дорог, вы готовы заплатить ….000000…. не буду говорить, сколько, но тогда многие рады были бы, получая в месяц такую зарплату.

Заплатил.

- Лечись, говорю, будешь замуж выходить, это делать лучше здоровой.

Через два дня Ленка звонит, ревёт в голос –
- Что случилось?
- У меня мама все лекарства забрала, сама ест.
…………сука, бл……… у родной дочери……………………………………………

Заплатил ещё раз.

Таких эпизодов накопилось достаточно много - нет смысла повторять все.

Закончилось это вполне закономерно – от перепоев она несколько раз впадала в кому, Скорая отвозила в больницу, где откачивали, но предупреждали, что пить ей нельзя совершенно, она продолжала – и однажды откачать не удалось.
В свой день рождения – сорок пять лет, я помогал выносить гроб с тем, на чём когда-то недолго, но был женат.

Поводим итоги –

- Ленка замужем, со здоровьем нормально, у неё двое детей, моих внуков – старшему в этом году будет шестнадцать.

- Игорёха так и живёт в сарае в садоводстве, полубомж, подрабатывает чем придётся, пьёт.

- У меня нормальная семья, дети выросли, вполне успешные, даже по нынешним масштабам, ещё двое внуков.

А теперь обещанная сага –

О ЛЮБВИ

Не следует руководствоваться только одними чувствами, когда создаёшь семью - со временем любовь проходит, непостоянная она штука. И что прощается юной красавице, никогда не простится взрослой женщине, жене и матери.

О ВЕРНОСТИ

Мы с первой женой до конца остались себе верны – ей не удалось изменить моего отношения к жизни, а сама она так и ушла в небытие, оставшись верной своим пристрастиям.

О НАСТОЯЩЕЙ МУЖСКОЙ ДРУЖБЕ

Оборачиваясь назад, говорю совершенно искренно – у меня никогда не было большего друга, чем Игорёха. Если бы он тогда не принял всё на себя, это дерьмо досталось бы мне не эпизодами, а по полной программе. Кстати, мы потом несколько раз встречались, когда Ленка знакомила своих «отцов» с будущим мужем – вполне нормально пообщались, выпили. Надобно отдать должное мужику – ни на что не жалуется.

Разумеется, все имена изменены.

141

ЭПОХА ПЛЁНОЧНОЙ ФОТОГРАФИИ

Невыдуманная история из жизни начинающего фотографа.

В далёких 50х - 60х, точнее не могу сказать в каком году, отец увлёкся фотографией. Основная работа его не была связана с фотографией и находилась в нескольких часах ходьбы от дома. Поэтому фотоматериалы, проявитель, фиксаж, фотобумагу приходилось покупать лишь в субботу. И то некоторые из них были рабочими.
Фотографов, у которых имелись фотоаппараты тогда на наш небольшой посёлок было всего лишь двое. И один из них - мой отец.
Однажды его попросили снять свадьбу. Подошёл ответственно, готовился заранее и почти всё закупил. Осталось лишь дело в фотобумаге, которую он попросил купить свою маму (мою бабушку).
Свадьбу снимал на три фотоаппарата: "Зенит", "Зоркий" и широкоплёночник "Москву".
После проявления плёнок, радовался кадрам - со всех камер большинство получились с хорошей контрастностью, то есть экспозиция была в норме.
Когда же закрылся на кухне и начал пытаться печатать снимки, сразу никак не мог понять, поскольку снимки начали чернеть сразу же в проявителе вне зависимости от экспозиции под увеличителем. Стал открывать другую пачку фотобумаги, и тут сообразил, что пачка оказалась вскрытой! Перепроверил все пачки, картина была сходной. На всякий случай вытащил по листочку из каждой и просто отпускал их в проявитель. Реакция, как Вы, наверняка догадались, была одинаковой - все чернели даже совсем без экспонирования.
Вышел из кухни с вопросом:
-Мама, ты где фотобумагу покупала?
-В универмаге, сынок. Сделала всё, как ты написал в записке, и глянцевой накупила, и матовой, и тиснёной, на все 25 рублей! Бумагу дома проверила - вся чистая, хорошая без пятен...
-Пришлось событие по печати свадебных фотографий отложить ещё на несколько дней.

142

Вдогонку сегодняшней истории от Камерера про волшебный порошок....

Приехали мы летом тринадцатого года в Крым на машине в августе месяце, уговорил товарищ поехать так как мы уже к тому времени дважды там побывали а он был в командировке.
Соблазнил нас тем что бензин его, а так же ящик рома виски и водки.
Уезжали с проблемами так как его жена была против и очень злая. Туда доехали без происшествий и относительно недорого, ну гривен пятьсот таможне и гайцам.
Как только включили украинские симки тут же нарисовались наши подруги что очень нас обрадовало.
А что, не надо устраивать гонки чтобы кого то снять, тем более были приведены еще две подружки так что мы были в шоколаде.
Хозяин катера Кэп обрадовался что три дня он загружен, ведь мы не жлобились никогда.
Друзья начали возлияния сразу после таможни, и в Сева я привез уже три тела, которые сразу решили выйти в море на катере освежиться.
Мидии, арбуз и море всех привели в чувство, а к ужину подтянулись и дамы.
Напитки лились рекой, вечером в клубе, потом трах до утра, а днем опять катер и море.
Выезд запланировали на утро понедельника.
Я всю дорогу спрашивал у товарища что это за бутылка 0,7 с какой то темной жидкостью и какими то кореньями.
- Мама Хуана! Охуенная вещь!
В воскресенье перед выходом в море товарищ налил нам и девушкам по пятьдесят грамм, сказал что больше для эффекта не надо.
Перед этим была выпита бутылка водки, бутылка рома, дамы выпили две бутылки вина.
В море начало немного штырить. Хотелось танцевать, дамы сняли верхнюю часть купальника, парнишка помощник Кэпа пошел срочно перевязывать якорь.)
Веселье нарастало, так как была выпита еще бутылка водки под мидий и рапанов.
Дамы сняли оставшуюся часть купальников и занырнули в море.
Мы тоже разделись голяком и стали нырять.
Народ снимал на телефоны нашу гульку а нам почему то было весело.
Кэп с трудом заставил дам одеться перед входом в Балаклавскую бухту.
Накрыли ужин, решили никуда не идти а остаться в гостинице так как было очень весело.
Не помню кто предложил догнаться Мамой Хуаной еще.
Выпили остальное.
Потом смутно помню.
Пришел в себя в номере трахая даму раком.
Потом сфокусировал взгляд и вижу то жопа у меня в руках а голова далек и спина вытянута метра на три.
Эффект как буд-то смотришь в бинокль наоборот.
Попытался взять даму за волосы и увидел как рука удлиняется метра на три.
И тут я подсел на измену!
Страшно, а прекратить трахать не могу, как робот туды сюды.)
Стук в дверь, заходит дама товарища и просит зайти к ним.
Когда стал вытягивать моя дама сжалась до нормальных размеров.
Я спрашиваю у подруги видела она что то ни будь необычное, но она как то странно на меня посмотрела.
Зайдя в соседнюю комнату я не увидел товарища а только перевернутую постель и разбросанные презики по всей комнате.
- А где он?
Она молча показала на шторы.
Отдернув шторы я увидел что он смотрит непрерывно в одну точку в окно. Я потргал за плечо он повернулся приложил палец к губам и сказа - Тссс! Смотри кто там?
Я никого не увидел.
- Они хотят залезть в окно а я не даю, я же штук двадцать положил.
Повернувшись я увидел как дамы уже оделись и быстро сваливают.
Я пошел спать, но как только закрыл глаза тело стало парить, а сверху на меня как в мультиках стали меняясь смотреть какие то ужасные рожи. Хотелось забиться под кровать.
Короче спать я не мог и одевшись зашел в комнату товарища.
Он так же стоял перед окном но уже не махал руками а просто смотрел.
Как в ускоренном кино, начало светать, взгляд товарища стал более осмысленным он не мог вспомнить почему он стоит голый и смотрит в окно.
Утром у всех был полный ахтунг!
Мы прыгали со скалы целый час вроде бы отпустило.
После обеда выезжать, консилиум решил что за рулем я.
Всю дорогу у меня была измена.
На выезде из Симферополя перед ГАИ я обогнал через сплошную машину и через километр был остановлен патрульной машиной,
Начинаю искать документы на машину и права их нет!
Бля! Забыл в гостиннице?
Мент посмотрел и сразу сказа - Тыща гривень и езжайте!
Пять тысяч перекочевало ему в карман.
Но этот мудак позвонил на Чонгар где мне еще пришлось отстегнуть пятеру.
На посту Геническа нас уже ждали!)
Ба! Теплая встреча! Нас встретил начальник ГАИ Серега Тюлень мой товарищ!
- Соломон это ты тут Золотой антилопой работаешь? Нам с Чонгара передали!
Вот ссуки!
Отдали тыщу и бутыль вискаря, ну что бы не обижать товарища.
Он клятвенно пообещал не звонить в Мелитополь так как бабосы были на исходе (слово сдержал), а еще проходить таможню.
На таможне погранцы посмотрели что мы въезжали с документами, и взяв пятерку пропустили!
Товарищ вышел разбираться с женой по телефону пока я решал вопросы, и так как был ветер зашел за угол.
Мы забрали все документы и поехали на нашу таможню. Подав документы в окошко я заметил что контролер как то странно смотрит на нас и говорит - А где четвертый?
- В машине!
четыре последних тысячи в паспорте убедили его в том что он видит четвертого и что у меня есть права и доки на машину.
Как в фильме ДМБ - Видишь суслика?
- Нет!
А он есть!
- Ну ладно!
Выехав на пустую трассу за таможню я открыл окошко. Ветерок обдувал лицо.
Проехали километров десять...
Из нирваны вывел голос товарища - А где Макс?
- Он таможню прошел?
В ответ тишина!
И тут я смутно начинаю догадываться что Макс то с телефоном на украинской таможне и без документов!
Бля а почему же он не звонит?
Как потом оказалось выговорил все бабосы стоя на таможне по роумингу.
Метнулись назад.
Наши не пропускают, договорились что пройду пешком с пол километра. Звякнули туда, пообещали вывести к шлагбауму.)
Иду на украинскую таможню и вижу матерящегося Макса, который шел в сопровождении автоматчика.
Всю оставшуюся дорогу я слушал какие у него друзья пидоразы!
- Я чуть не обоссался когда увидел что вас нет и вы минут пять назад уехали.
- Телефон умер, денег нег, жопа! А я в сланцах майке и шортах, а вокруг тыщи комаров!)
Благодаря ночному ветерку я пришел в себя уже дома. Когда вылазил из машины, увидел что техпаспорт, права на машину и еще две тыщи лежат именно там куда я их положил, а именно в кармане шорт.
Вот такие чудеса.
Потом в одной компании я рассказал про эффект Мамы Хуаны.
Выяснилось что товарищ не сам настаивал корешки а за год до этого приобрел это пойло в Доминикане у местных.
Могло быть два варианта или туда местные что то добавили или то как сказал знающий человек если она настаивалась год, то ее пить нельзя.
Но ощущение когда трахаешь даму с трех метровой спиной и малюсенькой головой и когда твои руки удлиняются на три метра я запомнил на всю жизнь!
Так что никакой экзотики.)
Да, как потом мне сказала дама, секс длился часа два по времени, а то и три, а из этих цепких заячьих лап она не могла, потому что побоялась, да и ей тоже понравилось.)

24.04.2023 г.

143

Это было весной 1988 г. Был какой-то праздник — то ли Пасха, то ли майские. В деревне мы вместе с родственниками немного попраздновали, папа выпил. Ну, а вечером надо ехать домой. Я — за руль. Ездил я тогда уже вполне уверенно. Правда, “прав” у меня еще не было, но я стоял на очереди на обучение в автошколе ДОСААФ.
Время уже было за далеко за одиннадцать. Почти темно. Папа сидел впереди, мама сзади. Едем со светом. Подъезжаем. Я включил левый поворот, занял левый ряд, чтобы повернуть на дорогу в кооператив, где у нас гараж. И вдруг на этом повороте из темноты показывается милиционер и протягивает жезл. Меня и маму затрясло. А папа почему-то заулыбался. Я говорю:
- Что мне делать ?
А он говорит:
- Скажи, что ты обучаешься в автошколе.
Я поворачиваю, останавливаюсь и выхожу. Милиционер представился, сейчас я, конечно, не помню фамилии. Молоденький такой, светленький, голосок тоненький. Попросил документы. Я, наверное, побелел, может быть позеленел. “Поджилки” трясутся, руки тоже. Отвечаю:
- Ой, вы знаете, я забыл их дома.
- А где вы живете?
Я протягиваю руку:
- Вон там, в поселке.
- А откуда едете?
- Из деревни, ставить машину в гараж.
Он на мгновение задумался и говорит:
- Ну ладно, езжайте и больше никогда не забывайте их дома!
Я сел в машину, сердце колотится, даже не помню, как нажимал на педали трясущимися ногами и переключал передачи трясущимися руками. Но на душе-то облегчение — все обошлось, даже штрафа не взяли.
Часто мы с улыбкой вспоминаем об этом милиционере, называя его “лопухом”. Очень редко, наверное, такие добрые попадаются...

145

Все началось с того, что в моем смартфоне осталось 6% заряда. Я пошла искать зарядное устройство, а в голове вертелась шутка: «Твой дом там, где лежит зарядка от твоего телефона». Я подключила зарядное, но… ничего не произошло. Вместо ожидаемой молнии на батарее, я увидела, что еще один процент заряда отминусовался. Не понимая, что вообще происходит, я вытаскивала штекер, вертела его, пытаясь вставить другой стороной, распрямляла провод, в надежде, что он просто заломился. Но, нет, ничего не происходило. Приходилось признать, что зарядка вышла из строя.

В мыслях поселилась первая тревога – что делать? Мало того, что до меня никто не сможет дозвониться, если что. И я точно так же не смогу позвонить никому из своих близких. Стационарного телефона нет, он даже не планировался при сдаче нового дома, поэтому через пару минут я останусь вообще без связи. Кроме того, я намеревалась выходить, но теперь какой в этом смысл? Все равно я ничего не смогу купить, для удобства я привыкла расплачиваться телефоном. У меня в сумке давно нет никаких кредитных карт, равно как и кошелька нет за ненадобностью. Если проверить карманы, может, гривен сто наберется наличкой - все мои деньги в телефоне, который еле дышит. Ну ладно, допустим, наличку можно снять и без карты, но для этого, опять же, нужен телефон… Если выйду, домой никак не попаду. В смартфоне электронные ключи – на вход в ЖК, вход в подъезд, вход на этаж… Блин! Буду стоять по ту сторону ограды в надежде, что случайный сосед меня впустит на территорию. Даже консьержке не позвонить – ее номер в смартфоне. Да и позвонить неоткуда. Похоже, я становлюсь заложницей…

Смартфон показывал, что он жив на 4% - последние капли жизни вытекают особенно быстро. А я судорожно думала, чьи номера телефонов мне надо выписать, пока еще можно успеть. Я знаю, что к моему телефону не подходит зарядное ни кого из семьи. Если собственную зарядку не удастся реанимировать, то что? Можно ли легко купить новую? И как быстро это можно сделать? А если придется заказывать и ждать несколько дней? Эта перспектива выглядела довольно зловеще… И шутка по поводу зарядки уже совсем не казалась смешной. Если так случится, я попаду в полный вакуум.

Когда же так успело произойти, что мой смартфон взял надо мной верх? Так всегда бывает, когда ты поддаешься, не думая, на чрезмерный комфорт. Сегодня одна уступка… завтра вторая… потом еще… и еще… И тебя берут в плен. И ты становишься беспомощной.

Я очень хорошо помню, как когда-то я знала на память десятки номеров телефонов. Теперь я с трудом назову максимум два. Зачем? Если есть телефонная книга и автоматический дозвон? Зачем переживать, что там и как в детском саду, если можно вывести на телефон веб камеру, где можно увидеть своего ребенка в любой момент? Зачем запоминать дорогу, если в смартфоне есть гугл карты и навигатор? Зачем учить язык, если в смартфоне есть переводчик? А покупка билетов! Я отлично помню времена, когда, чтобы купить билеты на поезд, нужно было провести на вокзале много часов в километровой очереди. Помню, как я умоляла кассиршу дать обе нижних полки, потому что будут ехать пожилые мама с папой. Теперь покупка билетов в любой конец света –это пара ненапряжных минут, когда ты выбираешь все, вплоть до того, у окна ты хочешь сидеть или нет. Точно так же обстоят дела с билетами на всевозможные мероприятия, концерты, кино, театры. Но при этом, без своего смартфона ты не попадешь никуда.

По номеру нашего телефона, не спрашивая и паспорта, нам выдают посылки на почте. Да что там, ребенка из игровой комнаты выдают, не спрашивая больше ничего. Номер телефона выходит на первый план, становясь более значимый, чем его обладатель. К нему привязан банкинг и все средства, в нем мы часто храним сканы документов и электронные ключи. На почту, в которую с телефона есть открытый доступ, приходят письма с важнейшей информацией, часто личной, результаты медицинских анализов и исследований. Наш смартфон… примерно то, что хранится у Кощея на конце иглы…

Я смотрела на последние, уплывающие в бесконечность проценты, и думала, а что было бы, если бы, не дай Боже, смартфон потерялся?.. Ведь в нем все… В телефонной книге сотни контактов, которые не восстановить. В соцсетях десятки тысяч читателей – результат работы нескольких лет, которых, если что вдруг, я никогда не найду. В вайбере – продюсеры, редактора, стоматологи, педиатры, электрики, парикмахеры, портнихи, маникюрши… Кажется все так просто – нажал кнопку, и сразу разговор. Но, если не будет смартфона, я не знаю на память ни единого контакта. Господи, как такое возможно?!!

А фотографии! Бесценные моменты путешествий, праздников, улыбок друзей… Детской бесни, кошачьих потягушек и удачно украшенных салатиков… Распустившегося цветка на бабушкиной розе, необычных красок заката за окном и того, что «ой, ой, смотри, как прикольно!»… Вся моя жизнь в этом смартфоне…

Но когда я допустила, что мой телефон стал моей тенью, вытесняющей меня саму? Ведь он знает обо мне все!!! На какой минуте я приостановила прослушивание электронной книги, какую серию сериала и в каком месте я сейчас смотрю. Знает мой размер обуви и размер одежды, точно знает, какая кофточка мне понравится и какое колечко. Знает, какую я предпочитаю расцветку постельного белья, какие сладости не дадут пройти мимо. Знает, какие подарки и кому я выбираю на праздники. Знает, в каком городе находится посылка, которую я сейчас жду. Знает, что мне, блин, именно сейчас нужна сковородка с толстым дном, и что именно сегодня мне нужно подсунуть именно этот набор по рукоделию.

Каждый день мой смартфон напоминает мне, кого надо поздравить с Днем рождения, что вообще важного надо сделать, чего не забыть. Он даже знает, в какое время я играю в свою бессменную игру, и, если вдруг я уже засыпаю, сигналит мне: «В чем дело? Нет времени, чтоб расслабиться?» А любой интернет-магазин, в который я якобы захожу впервые, радостно приветствует меня, обращаясь по имени.

Последние 2% моей связи с окружающим миром… Совсем скоро потухнет экран, и я останусь сама по себе. Кислорода хватит на пару минут, и с глубины я вынуждена плыть на поверхность, чтобы сделать спасительный новый глоток воздуха.

Но вдруг раздался какой-то щелчок, почему-то пикнул кондиционер наверху… И на экране смартфона появилась молния. Понятно… просто не было света, а я даже не заметила. Но зато за пару минут вдруг передумала всю жизнь…

Связь с миром становилась прочнее с каждым новым процентом, тревога отпускала. Сейчас наполнятся баллоны, и можно привычно нырять на глубину. Но теперь я знаю, что эту опасную зависимость необходимо держать на контроле. Чтобы никогда не допустить с утратой смартфона обнуление всей своей жизни…

Татьяна Лонская

146

Месяца четыре или гораздо большее время, возле второго подъезда нашего дома, каждый вечер происходит кормление бездомных котов и кошек.
Не совсем бездомных, скорее общедомовых, тех которые ночуют в подвале дома.
Сам процесс кормления стал обыденным со временем, а не экстравагантным когда случился в первый раз, а ночлежка же великодушно была организована очень давно нашей дворничихой.
Она с трепетом отнеслась к подброшенным ранним утром в первый раз котятам, которые и стали первыми постояльцами приюта. Дальше она их подняла на ноги и раздала в хорошие руки, а сарафанное радио тут же подтвердило отличную репутацию заведения.
Сейчас там контингент в прямом смысле разношерстный, от милых котят в коробке до упитанного пожилого кота на солнышке.
Теперь ещё и регулярное питание, которое организовали мама с дочкой из соседнего дома.
Не могу подобрать ни один эпитет, который мог бы точно охарактеризовать их поведение и мое к ним отношение, после того что увидел вчера.
Напомню, процесс происходит по вечерам, и в рабочие дни, как правило, я приезжаю поздно, вижу либо финал кормления, мама с дочкой уже с полосатыми сумками готовы уйти или след их уже простыл.
В выходные дни с этим событием не пересекался, был в разных фазах с происходящим и если видел что-то, не так внимательно наблюдал.
Так вот вчера, приехал раньше обычного, запарковался напротив, вижу все отчетливо и в деталях. Дюжина котов и кошек расселись вокруг кормильцев, каждый на своем персональном листе картона, индивидуальной миской, все помечено маркером. Как в шикарном ресторане происходит смена блюд, вместо первого, подается второе и компот, все спокойно ждут своей очереди, чинно и благородно.
Нет это не сухой корм для жирных котов, это приготовленная в домашних условиях сбалансированная пища, подозреваю что в соответствии именно с учетом пристрастия каждого персонажа с картонки будь то «мурка» или «васька», где думаю присутствует и диетический вариант.
Почему уверен, просто час спустя примерно, встретил этих мадам в ближайшем супермаркете, и могу теперь с уверенностью сказать, что диплом о высшем образовании есть у обеих, а разница в возрасте примерно двадцать лет.
Они закупались явно не на один день свежей рыбой, посетили овощной и мясной отдел, где краем уха слышу разговор:

- Ну и что нашему Марселю купим?

- Ну не с общей же кухней наравне?

Речь явно идет не про мужа или зятя, а про собаку вообще невозможно подумать.

- Хорошо сегодня курочкой гриль его побалуем...

147

Всегда внучка под усиленным контролем, дедушки или бабушки, особенно если ее родители ушли на дело.
Возраст в два с небольшим года в отсутствие родителей, позволяет творить чудеса, но сегодня случилась маленькая неприятность, поцарапала ручку о бабушкин кактус когда добиралась до бабочки на окне.
Хорошо что дедушка близко связан с медициной, подул на ранку, поцеловал и предложил собираться на прогулку. Радости не было предела, успели погонять соседского кота, покататься на горке и встретить родителей.
Но неприятности посерьёзнее начались уже дома, ручка которая утром пострадала, плотно прижата к груди, а словарного запаса не хватает выразить суть проблемы. Молодая мама просит пошевелить хотя бы пальчиками, против всех правил воспитания протягивает смартфон:
- Доча, вот на, поиграй.
Но мелкая другой рукой листает страницы, а подозрительная рука без движения.
Дедушка, как мы помним, довольно близок к медицине, прокручивает мысль, кого собрать на консилиум, как побыстрее сделать рентген. Все решается в два телефонных звонка, подозрения все же с деда не сняты.
- Внучка, собирайся, поехали прокатимся.
Снова одевается кофта с длинным рукавом и... тут же возврашется способность шевелить рукой.
Нет царапки перед глазами, нет проблемы, вот такие переживания у нас...

148

Рассказала знакомая, далее с ее слов.

Затеяла я как-то с утра уборку, включила пылесос. Добравшись до компьютерного стола мужа обнаружила, что что-то под ним рассыпано, залезла под стол и углубилась, так сказать, в дело с головой, вычищаю, значит.
В это время звонит телефон. Как потом оказалось, коллега мужа не нашел его на объекте, не смог дозвониться до него и решил позвонить мне, вдруг муж еще дома.
До трубки первым добирается мелкий отпрыск.
- Алё.
- Э... Наташа?
- Нет, мама не может ответить, она у папы под столём писесосит.
- (Пауза). Хм. (Пауза). Тогда понятно, почему ваш папа до работы никак не доедет.
Прошел почти год, а мужу до сих пор, если опоздает, этот случай припоминают.

149

Объяснительные в раввинате на подтверждение еврейства. По субботам мы даже на оленях не ездили. Бабушка была очень религиозная женщина и всегда учила нас детей не употреблять в пищу не кошерное с кошерным. Мои родители очень набожные люди. Отец по субботам не разжигает огня, а прикуривает от свечи, которую мама зажигает по пятницам. Мама вообще не курит. Признаться честно, я там был членом партии, но на все советские праздники посещал синагогу. Господь пригласил Моисея на гору Синай, чтобы передать Тору в интимной обстановке. Из всех четырёх братьев моей мамы, только один не был евреем. Наш брак зарегистрирован в хупе, в присутствии понятых. Когда у нас родился внук, мы окрестили его еврейским именем. Первый срок мне дали за троцкизм, а второй за сионизм. Так что я всегда оставался религиозным евреем. У моего отца вторая жена была еврейкой. Я родился от второй жены. Это могут подтвердить мой отец и его первая и третья жёны, которые меня не рожали. Когда я вырос, мама сказала мне, что мы евреи. Сам я до этого не додумался. Так как мы с Украины, то семья очень страдала, а другие ели сало. Часто на ужин, бабушка жарила фаршированную рыбу. В Судный День в нашей семье не давали кушать. Но объясняли за что. Я и в Ташкенте всегда ходил с покрытой головой и в головном уборе. Да, конечно я на своей свадьбе разбил несколько стаканов. Первым евреем считается Авраам - потому, что его выгнали из дома. У нас два комплекта посуды; один для рыбных блюд, другой для мясных. Моя бабушка Евдокия Никифоровна Колышкина, проживавшая в с 1904 года в Одессе, зарабатывала на жизнь, стирая бельё в еврейской семье. Впоследствии она имела любовь и интимную связь с главой семьи Иосифом Давидовичем Розенбергом. От этой связи родилась моя мать, Антонина Иосифовна Розенберг, которая с семнадцати лет также зарабатывала, стирая бельё в еврейской семье в Одессе. В 19 лет в результате романтической связи моей матери с главой семьи Яковом Моисеевичем Шульцом, родилась я, Екатерина Яковлевна Шульц. В настоящее время я нахожусь в Израиле по гостевой визе, и работаю помощницей по дому (стираю белье) в еврейской семье в городе Афула. Скажите, сколько нужно еще перестирать белья, чтобы подтвердить свое еврейство.

150

Каждый раз, 8 марта, листая фотоальбом с пожелтевшими старыми фотографиями, я вспоминаю главных женщин моего детства. Давно это было ,в прошлом веке, в 70-х годах в СССР, когда я пешком под стол ходил и осваивал учебную программу детского сада. Мама, на фотографии она стоит в железнодорожной форме дежурной по станции и похожа на ту девушку Нину из фильма «Кавказcкая пленyица и другие приключения Шурика. Спортсменка, комсомолка… Все время, когда я был не в детсаде, я проводил время у неё на жд вокзале небольшой станции под названием Беспечная. День, а потом ночь, неделя за неделей, весна, лето, осень, зима, год за годом .В силу детского любопытства я изучал все предметы в её служебном кабинете. Вот стоит зеленый шкаф, который светится разными огоньками, с какими-то рычагами и кнопками, и который регулирует движение по станции. Рядом большой черный жд телефон, по которому ведутся служебные переговоры. Над ними большие часы. Рядом стол с квадратным жд фонарем. С одной стороны фонарь светит большой лампой, с обратной маленькой? со сменяемыми светофильтрами: красным, зеленым и желтым. Чехол с двумя флажками, белым и красным, черный гудок, похожий на пионерский горн, керосиновая лампа. Стены кабинета ,обвешанные жд плакатами по технике безопасности, типа, не пролезай под стоящим поездом или поставь тормозной башмак под отцепленный вагон. Сам жд вокзал представлял деревянное строение, с одной стороны был кабинет начальника и актовым залом , в котором проводились служебные совещания, с другой стороны зал ожидания со скамейками и окошком кассы, в котором продавались и компосcировались жд билеты, похожие на небольшие коричневые бумажные плотные талончики. Позади станции был большой сарай, в котором умещалась куча жд путевых знаков и тормозных башмаков. Когда мне становилось скучно в кабинете, я выходил на перрон, и садился на скамейку ,смотря на проходящие поезда. Запах жд путей, тепловозов и вагонов, я помню. Ночью на проходящие поезда светил большой прожектор рядом со скамейкой в свете которого летали всякие бабочки. Иногда мама звонила по рации машинистам и просила меня покатать. Машинисты были добрые и соглашались. Когда на маневровом тепловозе был перерыв, машинисты доставали свои термоса с чаем и бутербродами и меня угощали. Еще я запомнил тетю Галю…. Женщина в теле, с неизменной папиросой «Беломорканал» в зубах, она дежурила на жд посту. Иногда я к ней заходил. Сам жд пост был небольшим домиком с печкой. Рядом был стрелочный переход. Стрелка представляла собой конструкцию с керосиновым фонарем наверху и ручку с гирей с боку. Чтобы перевести стрелку, ручку надо было поднять и повернуть в бок. Стрелка переводилась вручную по звонку дежурной по станции. Тётя Галя была веселой женщиной. Один раз она дала мне папиросу и сказала мне, что я могу покурить, как и она. После того, как я закашлился от папиросы, она сказала, что ,наверное ,мне папиросы пока курить рано. Тетя Тоня…. была маминой подругой и жила в доме рядом с вокзалом. Иногда я оставался ночевать у тети Тони. У тети Тони в комнате были большие комнатные часы с кукушкой. С часов свисали цепочки и гирьки, которые нужно было подтянуть, чтобы они работали. Ночевка у тети Тони превращалась в пытку. Каждый час часы в спальне били в колокол, отсчитывая время. Один час ночи -один удар и одно ку-ку. Четыре часа, четыре удара в колокол и четыре ку-ку. Бабушка Женя. ….К ней мы приезжали в деревню в отпуск. Её куры,гуси,свиньи и корова были моими лучшими друзьями. Каждое утро я заходил в курятник и реквизировал яйца на завтрак, которые снесли куры. Правда, петух был против, и мне приходилось его как-то избегать. Свежее молоко от утреннего надоя, сваренная картошка и свежий хлеб были моим лучшим угощением. Правда раз бабушка сплоховала. Было какое-то дружеское застолье по какому-то празднику. Я сидел за столом рядом с бабушкой, развесив уши и слушая разговоры взрослых. А стаканы были одинаковые. У меня в стакане была вода, у бабушки водка. Бабушка под тост выпила мой стакан с водой, а я не заметил и махнул стакан с водкой. Отчего мне стало плохо и потянуло блевать. За столом повисла тишина, меня схватили в охапку и потащили в ванну, промывать желудок. Я бабушку простил, она же не специально это сделала. Вот фотография с моим отцом… в офицерской рубашке и с погонами на ступеньках дома моей бабушки в деревне. Он похож на былинного сказочного героя из советской сказки, красивый, молодой. Отцу в жизни не повезло. Он был командиром стартового расчета межконтинентальной баллистической ракеты с ядерной боеголовкой. На учениях, при приведении ракеты в боевую готовность, при заправке её жидким топливом (гептилом) произошла авария и утечка гептила. А гептил, это сильно токсическое вещество. Отец не растерялся, выгнал весь расчет солдат с места аварии и сам устранил её. Правда при этом надышался ядовитых паров, и потом в госпитале сердце у него не выдержало. Мама погоревала несколько лет, но потом отошла, жизнь продолжается, встретила моего отчима. Отчим рассказывал, приезжаем новоиспеченными лейтенантами, после военного училища, к месту службы на станцию Беспечная, выходим из вагона, и я вижу, стоит на перроне девушка Нина, из того фильма, дежурная по станции, и сердце моё ёкнуло, и я понял что это стоит моя судьба.

12345678910 → дальше →

Партнеры

Реклама