Анекдоты про эту всего
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 961

501

Девушка с персиками

Так и не узнал ее имени, да и, слава богу. Когда-то ближе к середине 90-х, усердно пропивая воспоминания, скрепленные подпиской, я стоял на корячках посреди пустынной улицы и не мог подняться. До остановочной лавочки было рукой подать, но это расстояние казалось мне космическим. И вдруг перед моим носом образовались две голые коленки. Какая-то молодая особа присела на корточки передо мной, обхватила руками мою лысую голову, запрокинула назад и посмотрела прямо в глаза. Потом помогла мне перебраться на лавочку, присела рядом и поставила между нами металлическую сетку, в каких некоторые бабушки по сей день яйца носят. В сетке были персики.

Молча достала райский фрукт и протянула мне. Я механически сожрал его. Девушка протянула мне второй, и он ушел туда же. Потом еще и еще…

Очнулся я на той же лавочке от голосов пассажиров, дожидавшихся первого автобуса. Мгновенно вспомнив свое чудесное видение, я улыбнулся ему про себя, и собрался уж было убраться восвояси, как вдруг заметил россыпь персиковых косточек. Зачем я только их увидел!
Теперь не найти мне покоя, я буду мучительно пытаться вспомнить то, чего не было и забыть, то что было. Откуда взялась эта девушка? Как она выглядела на самом деле, а не так, как я себе представлял? Откуда я сам здесь взялся? Говорили мы или нет? А если да, то о чем? Закралась даже тревога, не отнял ли я эти персики у ночной прохожей? Я едва не свихнулся в одну секунду от потока мыслей. Спасло лишь то, что я уже был свихнутым, и это помогло, как прививка.

Персики оказались немного волшебными. Я как-то на удивление стремительно оклемался и стал просто жить. Работал, женился, даже авто обзавелся и забыл напрочь о том ночном приключении. Но как-то однажды на темной улице я встретил ее. Совершенно не помня, как она выглядит, я ее сразу узнал. Кто в такое время может болтаться на улице в нашем захолустье с металлической сеткой полной персиками? Да никто кроме нее.
Я встал, как вкопанный и уставился на девушку, прекрасно осознавая, что могу реально перепугать ее. Но ничего другого я не додумался совершить. Пройти равнодушно мимо? Но как это возможно после всего, что я пережил и передумал? Что-то сказать я тоже был не способен. Так и стоял, как ночной гопник у нее на пути. Но, к счастью, она не испугалась. Она вообще меня, как будто, не заметила. Протрюхала со своими персиками мимо, улыбаясь чему-то про себя.

«Да она же реально ипанутая!» - первое, что пришло мне в голову, как только во мне улеглось. Потом я еще долго гонял туда-сюда свое гениальное умозаключение и, как водится, снова забыл напрочь обо всем.

Однако, зафиксировав эту даму уже в реальной жизни, а не в мире своих снов, я стал время от времени замечать ее на улице. Правда, я проскакивал мимо на машине и некогда было разглядывать. Но хватало и мгновенного попадания ее в прицел, чтобы ощущать, что здесь что-то не так.
Девушка с персиками радикально отличалась от обычных людей. Одежда, макияж, какие-то предметы в руках – те же самые персики в старорежимной сетке. А были еще какие-то чехлы, нечто среднее между тубусом и охотничьим ружьем. Завернутые в вощеную бумагу прямоугольники, но точно не картины. Однажды она вообще с табуреткой в руках двигалась по тротуару. При этом Девушка с персиками носила приклеенную улыбку Моны Лизы и никогда с ней не расставалась.
Шли годы, у меня менялись жены, машины, дела и заботы, одна лишь Девушка с персиками оставалась неизменной. Я так же продолжал замечать ее на улице не чаще чем раз в полгода, и она по-прежнему шла неизвестно откуда и неизвестно куда в какой-то очередной хламиде, с какой-то замысловатой шкатулкой в руках.

Она меня даже бесила временами. Кто она такая? Куда все время ходит, если я ее никогда и нигде не встречаю, кроме этого отрезка пути? Почему она всегда улыбается, черт знает, во что одевается и не стареет? Все мои знакомые деффки за эти годы превратились в монстров, а иные даже умерли. В таких же каркалыг успели превратиться даже те деффки, которые в садик ходили, когда мои знакомые деффки были молоды и красивы. Уже третье поколение блеадей на подходе к тиражу, а эта Мона Лиза, как порхала себе с табуреткой по улице, так и порхает.

Мне порой прилетала совсем шальная мысль, что я один ее вижу, что ее и вовсе не существует, что она проскакивает в какой-то пролом во времени. Зачем она меня только персиками этим накормила? Мне даже «Зеленая миля» Стивена Кинга вспомнилась. Я ведь тоже не меняюсь. Лысый я с восьмого класса, я не худею и не толстею, мыслю мерцающими образами и путаюсь в датах, совершенно не мотивирован – чем не зомби? Вот до каких мыслей доводят девушки с персиками на ночной дороге.
Хотелось бы придумать эффектную оконцовку к этом рассказу, но фишка в том, что рассказ не закончен. И, признаться, страшновато мне его заканчивать. Эти ведьмы на всякое способны, да и до Гоголя мне, как до Луны. Могу лишь одно обещать, как только наклюнется что-то в продолжение этого этюда, то обязательно напишу.

502

В созвездии Змееносца! Или почему я развёлся.

Супруга, после рождения дочки, заскучала!Года на три!
Дома, одна! Дети маленькие, я на работе. А душе хочется знаний о мире! И этом и "том"!)

И вот под тяжестью скуки пришли её мысли к теологическо-мистической науке!
Закупилась книгами, обложилась обоссаными детьми и подружкиными интригами!
Науку постигать начала колдовскую, мужа минуя!
Паронормальное - появляется по волшебству!
Ведь подруги, склонные блядовствУ, давно сие читают.
На сбриваемые усы - мотают!
Начала с понимания силы. Своей, а не мужа дебила.
Для начала - всё подряд читала.
Потом осенило! В мистичиском феминизме сила!
Потом посетил Фен-шуй, на мужа положен болт.
Силы теряются с мебелью! Перестановка решит, всё к фельдфебелю.
Двигает муж по паркету, то эту херню, то - вот эту.
Но нету забот у бездельницы, а мужу, как Панчо - до мельницы!
Потом посещает супругу, видение в сильную вьюгу!
Об ущемлении прав над посудой! Не моет с утра муж, паскуда!
А вечером, с работы, ему до посуды - нет заботы!
Тут и подружки усатые в ухо:
- Не "давай", пусть почувствует брюхом!
Накрыло муженька
Всего одна строка:
- Я не толстая и не ленивая, а детям ты должен уделять внимание одинаково со мной!

Детям 18 и 20 - учатся, дочке оплачиваю институт.
Алименты сам ускорил, чтоб на работе высчитывали. Но и после совершеннолетия не оставляю поддержку детей.
P.S.
А бывшая супруга года два назад - занялась собой! Похудела! Любо-дорого смотреть на неё! (Дети её очень стеснялись раньше..)

Зато теперь у меня пузо растёт! Уже 98 кг вешу!)
Балланс? Где-то убывает,а кому-то - прибавка ненужная!)
P.P.S.
Я просто снизил внутри себя нагрузку, но не ответственность!
А худеть я умею. Лета жду!

Всем хорошего настроения!

503

Как заменить лампочку на рабочем месте так, чтобы тебя не уволили?

Уже три года я живу и работаю в Германии. В декабре прошлого года в нашем кабинете перегорела одна из ламп дневного света. Но не просто перестала светить, а как это часто бывает у люминесцентных ламп со стартером, стала постоянно гаснуть и включаться снова с характерным щелчком. Мои коллеги сразу же позвонили секретарю, та вызвала электрика. Через три дня секретарь сказала, что лампу поменяют нескоро, так как их нет на складе и нужно заказывать. Меня эта ситуация категорически не устраивала. Это моргание раздражало очень сильно.

У нас на этаже есть кладовая, где стоят точно такие же лампы. Только в эту кладовку люди ходят раз в неделю. Самое простое решение – заменить лампу в кабинете на лампу из кладовки. А когда придут новые, сделать нормально.

Вообще эту лампу поменять очень легко. У меня были такие лампы и дома, и на работе. Я, будучи админом, проворачивал этот фокус с подменой ламп много раз.

Я взял барный стул и попросил коллегу-немца подвинуться – лампа висела прямо над его рабочим местом. Нильс спросил, что я задумал, и я поделился с ним своей идеей. Он радостно воскликнул: «Классно, мы будем тебе очень благодарны, а то она уже всем надоела!», а потом шепотом добавил: «… но я бы не советовал тебе этого делать!»

Я попросил объяснить. И Нильс мне разложил все по полочкам:

Рассмотрим первый вариант развития событий: завтра лампа вывалится из потолка и ударит меня по голове. Это производственная травма. Мне вызовут скорую и отправят в больницу. Оплачивать моё лечение и больничный будет страховая компания. Но не та, в которой застрахован я, а та, в которой застрахован работодатель. Дело в том, что каждый работодатель отвечает за травмы, полученные сотрудниками на рабочем месте, а также по пути на работу или по пути домой. Эти риски обычно работодатель страхует в страховой. Страховая организует проверку рабочего места и будет выяснять, как такое могло случиться, и кто виноват. Она попытается переложить свои расходы в порядке регресса на ту компанию, которая занималась установкой ламп или ту, что ремонтировала потолок, или любого другого козла отпущения. И тут выяснится, что лампу менял некий дурачок по свой инициативе, еще и без допуска на работы с электроприборами. Все расходы за лечение скинут на тебя в полном объеме. А это может легко потянуть на несколько тысяч евро. Плюс тебя уволят с плохими рекомендациями.
Вариант второй: через несколько дней ночью в здании начнется пожар. Историческое деревянное здание в центре города сгорит. Установить истинную причину пожара, скорее всего, будет невозможно. Одна из основных версий, которую будут отрабатывать – короткое замыкание электропроводки. Начнут выяснять, кто какие работы и манипуляции проводил с электрикой в последний год. Есть ли у фирм соответствующие лицензии, а у рабочих, проводивших работы, допуски и т.д. И тут выплывешь ты со своей лампой. Возможно, удастся отбиться с хорошим юристом, а может и нет. Ущерб может потянуть уже на несколько миллионов евро. Плюс тебя уволят с плохими рекомендациями.
Вариант третий: никто не пострадает и ничто не сгорит. Просто кто-то расскажет о твоей самодеятельности директору. Ты же не электрик и у тебя нет допуска, чтобы лезть внутрь электроприборов. А это грубое нарушение правил техники безопасности. Кроме того, этот запрет прямо прописан в твоем трудовом договоре. Ты свой договор вообще читал??? Даже если у тебя в России и было образование по этому профилю, но оно не было признано в Германии – это всё равно, что его не было. Да, для того, чтобы поменять лампу, необязательно быть электриком, но ты должен в любом случае пройти обучение или инструктаж по технике безопасности при работе с электроприборами и получить разрешение. Без него всё, что ты можешь на работе – это воткнуть настольную лампу в розетку и щелкнуть выключателем, но не более того. А сделано это для того, чтобы избежать ситуаций из п.1 и п.2. Такое грубое нарушение правил техники безопасности с вероятностью 99% приведет к твоему увольнению и плохим рекомендациям.
Вариант четвертый: никто и ничто не пострадает, никто ничего не узнает. Мы скажем тебе спасибо. Но ты готов рискнуть за спасибо?

Мы еще немного подискутировали на тему того, как же я без допуска могу менять лампочки в съемной квартире. Но суть отношения работодателя в Германии к самодеятельности я уловил.

После этого разговора я отправился прямиком в кладовку, чтобы как можно скорее вернуть на место ту лампу, которую я там уже предварительно разобрал. Нужно было всё сделать, пока никто не увидел и не сообщил об этом директору.

Всю следующую неделю я много думал на этот счёт и вспомнил несколько случаев из своей жизни, в которых некомпетентность могла привести или приводила к печальным последствиям:

Ситуация первая: много лет тому назад. Я работаю админом. Утром должны приехать партнеры. Для них генеральный директор подготовил презентацию. Для презентаций у нас использовался огромный плазменный телевизор стоимостью несколько тысяч долларов. Вечером при проверке выясняется, что он не включается. Все в панике. Я беру отвертку и лезу внутрь. Ожидаемо нахожу сгоревший предохранитель. Предохранитель припаян к плате, а паяльника у меня нет. Да и заменить предохранитель нечем, поэтому я обматываю его несколькими витками медного провода сверху. Телевизор заработал, шеф доволен, мне дали премию. Я хожу, гордый своей универсальностью и находчивостью. Вот дурак… Ну дурак… А могло же потом и замкнуть. Мог сгореть не только телевизор, но здание в центре Петербурга. Могли пострадать люди. Но тогда мне было это невдомёк.
Ситуация вторая: коллега по работе катался на служебной машине. Решил сэкономить денег и долить самостоятельно тормозной жидкости. Но перепутал крышки и залил тормозную жидкость в двигатель. Как итог: пришлось делать капремонт двигателя.
Ситуация третья: стало сильно проседать напряжение в офисе, компьютеры стали перезагружаться, а техника зависать. Нам посоветовали «сесть на другую фазу». Директор нашел по объявлению недорогого электрика. Вместо того, чтобы заменить одну фазу на другую, он перепутал провода и заменил ноль на фазу. В розетках стало 380 вместо 220. Как итог сгорела куча техники.

На следующий день к нам пришел электрик и вытащил стартер, чтобы лампа не моргала. А саму лампу нам заменили только дней через десять.

После этого события я не только сделал для себя соответствующие выводы. Еще я оформил семейную страховку на случай ущерба третьим лицам с лимитом ответственности в 20 миллионов евро. Так что если мой сын, играя в мяч, случайно поцарапает восемь элементов на новеньком Bugatti Veyron, теперь это не обернется крахом семейного бюджета.

P.S. На тему техники безопасности на рабочем месте немцы сняли несколько обучающих видео, которые теперь считаются классикой жанра. Кто не видел — советую (18+)

https://www.youtube.com/watch?v=juFZpA7w2GE

504

Давно это было - в 1993 году. Жил я себе в Питере, занимался понемногу наукой и ни о чем таком не думал... Пока однажды приятель мой не предложил: а не заняться ли нам бизнесом? Вышел на меня через знакомых один американец, он разработал тесты для ранней диагностики ВИЧ-инфекции и очень хочет нам, россиянам, помочь, а заодно, конечно, и подзаработать - давай поможем, а? Ну, почему бы и нет, давай...
Короче, прилетает этот самый американец. Имени уже не помню - ну, пусть будет Джон Смит. Слегка за 50, пожрарый, загорелый, энергичный - типичный калифорниец, и видно, что все у него - ОК.
Сидим мы у него в номере в гостинице, строим планы завоевания рынка, и тут он мне говорит: Слушай, Алексей, я читал, что наше американское правительство обьявило о программе помощи России по СПИДу. Давай-ка мы в это программу впишемся. Соедини-ка меня быстренько с американским консулом.
А время-то уже глубоко послеобеденное, часов 6 вечера... Я ему это сообщаю, он в ответ пожимает плечами и недоуменно говорит: "О чем ты, Алексей? Я - гражданин Америки, и хочу говорить со своим консулом, в чем пробема?" Ну, думаю, не мне обьясняться... Иду на ресепшн, нахожу толстенный телефонный справочник, приношу ему. Набирает он номер. Отвечают ему - а слышимость прекрасная - что консул сегодня уже свое отработал, и, не будете ли столь любезны, звоните завтра прямо с утра... На это мой американец принимает позу агрессии (нога согнутая в колене под острым углом на стуле) и металлическим голосом говорит: "Я - гражданин Соединенных Штатов и хочу говорить со своим консулом СЕЙЧАС!" Ок, отвечают, сейчас мы его найдем. Куда вам перезвонить?
А год был 1993, и радиотелефон я видел тогда только у Горбачева на фото... Короче, минут через 10 звонок - нашли-таки консула... Мой Джон Смит излагает ему свою проблему. Да, отвечает консул, есть такая программа, и отвечает за нее специальный человек - только он тоже уже ушел с работы, но вот вам его телефончик, прямо завтра с утра звоните...
Мой опять ему с металлом в голосе: Я - гражданин Соединенных Штатов, и хочу говорить с ним СЕЙЧАС!
Ок, отвечает консул, сейчас найдем.
Минут через 15 звонок - звонит этот специальный человек. Да, отвечает. есть такая программа, можем обсудить, хотя бы послезавтра, а то на завтра у меня весь день уже расписан.
На что мой отвечает: послезавтра я не могу. Я - гражданин Соединенных Штатов, и хочу говорить ЗАВТРА.
Ок, отвечает тот, я Вас прийму завтра, выйду пораньше на работу, удобно Вам будет в 6 утра? Мой отвечает - Ок, будем.
И вот наутро везу я его куда-то в районе Исаакия - как сейчас помню, по пустым тогда еще улицам...
Принял нас этот человек. В моем представлении - типичный цереушник, как их нам в кино показывали: молодой детина под 2 метра ростом, делово-любезный, глаза цепкие... Поговорили. К сожалению, говорит, не попадаете вы в эту программу - не одобрены ваши тесты в американской ФДА...
Так что с этой программой мы тогда пролетели. Кое-что удалось, правда, сделать, были мы не в убытке...
Так что разошлись без обид, потом были у нас с этим Джоном Смитом и лругие проекты...
Но что мне больше всего в этой истории запомнилось - это то, как гордо произносились слова: "Я - гражданин Соединенных Штатов", и как эти волшебные слова открывали все двери...
Как же мне тогда было завидно! Как бы наши чиновники отреагировали на слова "Я - гражданин России!"
Общался я после этого с нашими властями за границей в разных странах - и в Финляндии, и в Испании, и в Германии... Откровенного хамства не было - были некомпетентность и безразличие...
А слова эти - "Я - гражданин Соединенных Штатов", то, с каким чувством достоинства они произносились, и реакция на них, остались в памяти... Доживем ли?

505

Мама, после развода всю жизнь без остатка посвятившая так и не отпочковавшимся дитачкам, внезапно, на 62м году жизни обретает личную жизнь и незамысловатое женское счастье. И всерьез шлифует тапки к этому самому счастью переезжать. В доме ЧС, 32летняя дочь на кухне шушукается с 28летним сыном.
Сестра, на высоких оборотах :
Пойми. Я целыми днями или на работе или добираюсь туда-отттуда! Я возвращаюсь в половину одиннадцатого, когда я, нафик, буду эту еду готовить? А одежду гладить в офис? Прежде всего - когда я буду ее стирать?
Брат, прихлебывая кофе:
Ну так не пачкайся.

506

Умер Фидель Кастро. Входит он с чемоданчиком в райские врата, а святой Петр ему и говорит:
Присаживайтесь, сейчас посмотрим, где для вас зарезервировано место. Так... в основном списке нет... в дополнительном тоже нет... ничего не могу поделать, сейчас сезон, люди пачками помирают, в раю не протолкнуться, отправляйтесь-ка вы, любезнейший, в ад.
Делать нечего, спускается Фидель в ад. Там его встречает сам Люцифер с распростертыми объятиями:
Здравствуйте-здравствуйте, давно вас ждем! У нас тут для вас отдельный номер приготовлен со всеми удобствами. Сигары, девочки... а не желаете ли по стаканчику граппы с дороги?
Сидят они, выпивают, беседуют за жизнь, делятся опытом. Тут Фидель вдруг вспоминает, что забыл в раю свой чемодан. Люцифер вызывает двух бесенят:
Слышали? Дуйте мигом в рай и принесите чемодан уважаемого команданте! Ну-ка живо, одна нога здесь, другая там!
Бесенята пустились бегом в рай. А там у святого Петра смена закончилась, он райские врата запер и пошел отдыхать. Бесенята туда-сюда, что делать? Без чемодана возвращаться не велено. Полезли они в рай через забор...
А на охране рая стоят два архангела и наблюдают эту картину. И один другому говорит:
Ты только посмотри что делается! Всего 20 минут как Фидель в аду, а у нас уже беженцы!

507

Тогда, во Владикавказе, не иметь пистолета считалось моветоном. Не принимали в приличном обществе без ствола. Меня однажды даже на входе в мэрию спросили: "Оружие есть?" , я гордо сказал "Есть!" и мне сказали "Заходи!".

Приличные люди таскали ствол боевой. Но большинство - ПСМ переделанный из газюка местными умельцами. И малолетние дебилы охотно покупали такое. Ведь 200 баксов не сумма за престиж и компактность. И конечно, у меня такой был. И конечно меня с ним однажды приняли.

Эпизод Первый.

Случилось сие на трассе Владикавказ - Беслан по дороге в аэропорт.

Все как обычно: ГАИшники, остановка, проверка документов и понеслось:

- А чо это мы на нерастаможенной машинке? А чо это у нас за трубочка "Сенао"? А выйдите-ка! Ой а чо это у Вас такое за поясом? А ну-ка, извольте мордой в капот!

Остановили нас не обычные ГАИшники, а "Спецназ ГАИ", призванный бороться с особо оборзевшими гражданами на дорогах. А мы на тот момент именно так и выглядели - директор команды КВН на нерастаможенной BMW 750 и молодой, но талантливый автор с пистолетом. Время было такое...

И повезли нас в Северо-Западный ОВД .

Эпизод Второй

Если бы вы прогуливались тем осеним понедельником 95-го по улице Леонова, вы бы наверняка обратили на нас внимание. Спецназовцы бегали, мигалки крутились, собаки гавкали. А я скромно стоял в сторонке. Интеллигентный паренёк в очёчках, дублёнке и наручниках. Делал вид, что гуляю.

Я тогда жил прямо напротив милиции. Мимо ходили соседи:

- Здравствуй Сослан, как дела?

- Всё хорошо, тётя Фатима, вот жду кого-то...

Наконец нас завели в дежурку. Гаишники гордые, аж светятся:

- Вот! Бандюганов привезли! Оформляй! Ствол и средства связи!

Дежурный посмотрел на меня с тоской, вздохнул, и прокричал куда-то в пространство:

- Понятых сделайте мне.

Распахнулась дверь и ввели двух людей.

Первое, что бросалось в глаза, богатый синий оттенок кожи. Но поражал конечно не цвет. Запах. Знаете, такая оригинальная палитра ароматов... Так наверно пахнет крупный, мертвый скунс, который перед смертью знатно обосрался. Это и были мои понятые.

И оба, человеки с интересной судьбой: один соскочил из психушки, второй только откинулся с зоны. Они познакомились. И опьяненные запахом свободы и дешевой осетинской водкой, решили отомстить системе. И при этом обозначить свою твёрдую гражданскую позицию. Короче мои понятые обоссали клумбу с дубками. Клумба была гордостью Северо-Западного ОВД и располагалась прямо перед центральным входом.

В нее даже бычки не бросали. А эти взяли и... Днем. На глазах всего отдела... Диссиденты. Сахаров и Солженицын.

Я тихо сказал дежурному:

- Понятые явно не трезвые. Будет проблема .

Дежурный снова вздохнул .

- Ну, а где я тебе тут нормальных возьму?

Внезапно понятой № 2 (который с зоны) сообщил мне интимно:

- Братуха! Не сцы! Я на суде, если чё, в отказ пойду! Не видел я как у тя валыну доставали! Может она у мусоров заранее на столе лежала?!

Появление такого союзника сразу прибавило мне сил и уверенности. А когда другой, который беглый с психушки, начал пускать слюни и мычать всячески демонстрируя солидарность, я понял - вместе мы победим систему.

Тут дежурный отложил ручку. Посмотрел на шапку протокола. Потом на "Спецназовцев" которые волками ходили перед зарешеченным окном дежурки. И понизив голос уточнил:

- Плиев Сослан Эдуардович?

- Да.

Дежурный наклонился ко мне и еще тише поинтересовался:

- Эдуардович?

- Ну да.

Милиционер встал, закрыл дверь и совсем шепотом спросил сокровенное:

- А вот Эдуард Григорьевич, декан юрфака, Вам никак не доводится?

Я не стал его разочаровывать. Признался в нашем кровном родстве.

Дежурный начал восторженно повизгивать:

- Серьёзно???? Тебя Бог послал! Па брацки! Пробей мне у пахана своего, Римское Право! Три раза уже сдавал!

Я решил не вдаваться в наши сложные семейные отношения и объяснять, что с Эдуардом Григорьевичем мы в принципе общаемся крайне редко и дежурный, наверняка видит его чаще чем я. К черту детали! У нас тут не программа «Пусть говорят». Поэтому я развязно пообещал этому милому заочнику:

- Я тебя умоляю...Такие мелочи... О чем речь. Хочешь, всю сессию закрою. На год вперед! На два! Прямо завтра.

Дежурный, только что сдавший римское право, сразу начал рассуждать уже как дипломированный юрист:

- Значит так... ствол ты нашел… На БАМе … Там чё угодно можно найти … Вёз его сдавать… Почему не к нам? Спешил в аэропорт. Увидел патруль...хотел сдать, но не успел. Почему не сдал, скажем на Архонском перекрестке? А там ГАИшников не было! Но ты вспомнил, что на трассе они есть всегда и поехал их искать!

Вроде так…

Он так хорошо рассказывал. Я уже чувствовал, что всё идет к благодарности со стороны МВД. А то и к медали.

Дежурный снова задумался:

- Так! Теперь как-то это всё надо ГАИшникам донести. Эй! Кто старший - зайдите!

Зашел старший гаец. Дежурный сразу взял быка за рога:

- Вы кого привезли? Вы чё не видите? Нормальный человек! Не наркоман, не бандит! Прилично одет! На хрена его привезли? У него же… Вон! Пейджер есть!

Это был серьезный аргумент. Граждане с пейджерами, в те времена, попадались на улице гораздо реже, чем люди со стволами.

Гаец грустно посмотрел на дежурного и вздохнул:

- Не вариант. Мы уже доложили о задержании. Сюда комполка едет.

Но Римское Право очень сложный предмет! Поэтому дежурный, приобняв коллегу за талию, ринулся в атаку:

- Да и хрен с ним! Пацан же ствол сдавать нёс! Ну бывает…Не донёс! Да па брацки! Как твоя фамилия?

В течении семи минут, дежурный и гаишник сверили родословные и оказались близкими родственниками по материнской линии. И даже я им немного доводился. Еще через минуту у гаишника обнаружились задолженности по римскому праву, УПК и философии. Поэтому он охотно включился в процесс. Ходил туда-сюда по "дежурке", иногда больно задевая меня прикладом и накидывал версии:

- Хорошо! Допустим! Но почему он сразу к нам не вышел со стволом? Так мол и так - вот нашел!

Дежурный всплескивал руками, прижимал их к груди и аргументировано парировал:

- Вы себя в зеркало видели? Эти ваши маски-хуяски, автоматы-пулемёты! Вы пиздец страшные! Он испугался! Он студент! У него пейджер!

У них получалось просто здорово. Братья Гримм. Но приехал комполка. Целый майор. Сирота, c законченным высшим юридическим образованием.

Быстро рассказал дежурному, что будет с ним если тот будет ипать мозги правосудию и дал пинка подчиненному. Жернова репрсессивного аппарата закрутились с новой силой!

Меня оформили. Гайцы умчались. Дежурный затосковал:

- Ну что будем теперь делать? Я тебя отпустить не могу. Сам видел. Теперь уже не на моем уровне решается. Звони папе.

Какому папе? Тут и маме-то звонить неловко. На что нам друзья?

- Аллё . Марат привет! (Марат служил в… ну пусть будет в ФСБ, которая тогда называлась ФСК … сложно объяснять место работы моего друга )

- Здарова... (и как-то голос у него не бодрый)

- Ты болеешь?

- Караул как! Температура 40. Дома я лежу .

- Аааа… ну ладно ….

- Что случилось? Ты где?

- Тут… возле дома... в Северо-Западном.

- Мудак! Тебя хлопнули со стволом???!!!

И дальше мой друг рассказал мне, как надо поступать с теми кто покупает и таскает на себе левые стволы, хотя старшие товарищи им сто раз запретили это делать.

- Я приеду сейчас и тебе пиздец!

Друг! Ниразу в тебе не сомневался.

Дежурный тем временем совсем впал в меланхолию:

- Скоро подойдёт дознаватель. Будет с тебя показания снимать. И в камеру тебя надо… Но как я могу...Нет! Не надо тебе в камеру! Пошли к операм!

Эпизод Третий

В кабинете сидели четверо молодых людей которые азартно играли в нарды на фофаны.

- Пацаны! Пусть у вас парень посидит пока?

- А он кто?

- Задержанный. Ствол.

- Ааа. Ну пусть сидит.

И продолжили партию. Смеркалось. Кто-то предложил поесть пиццы. Милиционеры скинулись, гордо отказавшись от моей лепты:

- Нигани... Ты ж у нас в гостях!

И вот сидим - едим пиццу и пьём водку. Ну как без этого? А я же с задержания уставший, посему развезло меня великолепно. И вдруг распахнулась дверь и в кабинет влетел дежурный.

В левой руке у него извивался понятой №1, а в правой висел понятой №2. Дежурный всем своим видом выражал недоумение:

- Соооос! Ну чё это за хуйня твориться?! Мы ж с тобой по – человечески! А ты нас так подставляешь!

- Братан! Что случилось? Я отсюда вообще не выходил!

- Приехал твой друг чекист, запугал этих гандонов (он встряхнул руками) и они в отказ пошли! Говорят, не видели, как ствол изымали и вообще ничо не подписывали! Мне ж теперь пиздец! В смыси сначала вот им пиздец (он снова встряхнул понятыми), а потом и мне пиздец!

Я был уверен, мой друг не мог так топорно проводить операцию по моему освобождению из застенков.

- Спокойно! Давай я выйду на пару минут и разберусь.

В коридоре стоял сильно больной и сильно злой Марат.

Я еще раз прослушал рассказ, что надо со мной сделать. Реально - отрывание яиц в этом рассказе самое милое.

- Марат, не удобно перед ментами. Они нормальные пацаны. Кормят меня. Ты зачем понятых запугивал?

- Да нахрен они мне нужны?! Просто спросил, чё да как было.

Ага. "Просто спросил". И представиться наверное не забыл. А понятые, люди не молодые и видимо решили, что в этом конфликте лучше принять сторону органов Государственной Безопасности. Ну и проявили инициативу .

Возвращаюсь к операм. А там уже недалеко от насилия. Понятые стоят «руки на стену – ноги раздвинули», а вокруг носятся опера с дежурным и рассказывают, что сейчас с ними сделают!

- Всё нормально. Они не пойдут в отказ .

- Спасибо, брат!

И мы вернулись к столу.

Но снова распахнулась дверь и вошла мама. И что же она видит?

Её сын - как ей сообщили добрые люди задержанный милицией - уже сильно хороший сидит со стаканом водки в компании сотрудников уголовного розыска.

А возле стены, раком, стоят два интересно пахнущих человека. Мама, строго на всё это поглядела и произнесла:

- Что. Здесь. Происходит.

Понятой с понятиями тут же развернулся и начал жалостливо ныть:

- Гражданочка! Тут чистый произвол происходит! Мусора поганые! Безвинных людей пытают!

Понятых конечно сразу вывели в коридор, а маму быстро ввели в курс дела. Учитывая, что родительницу мою всего один раз за 10 лет вызывали в школу, я заиграл в её глазах новыми красками.

И тут, один из оперов, внимательно посмотрев на маму говорит:

- Извините, а Вы в адвокатуре не работали? Я у вас кажется практику проходил!

Ну всё! Начались воспоминания и умиления. Обо мне стали забывать. Мне даже пришлось покашлять. Милиционеры смутились и задумались:

- Отпустить мы его не сможем. Пусть у нас переночует – вон диванчик. Удобный! Мы сами на нём спим. А уж завтра как-то всё и утрясется.

Тут я подал голос:

- Пацаны, мне надо к среде быть на воле! У нас концерт. А я его веду.

На меня посмотрели как на идиота, а мама заметила:

- Ничего. Тебя на твой концерт в наручниках привезут. Как Деточкина.

Мама покинула нас, а мы продолжили отмечать мой арест! К нам присоединился и дознаватель – милая и юная девушка. Однако квасила презрев гендерные отличия. И вдруг через час все вспомнили, что показания с меня надо таки снять. Бюрократия. Но дознавательнице процесс печатанья на компе уже не давался. Умаялась.

- Сооос , а ты печать умеешь?

- Умею.

- Попечатай сам? А я диктовать буду! Ну пожаааалуйста!

В Осетии не принято оказывать сотрудникам милиции находящимся при исполнении. Тем более сотрудницам.

Наш творческий тандем родил потрясающий триллер с элементами шпионского боевика. Опера, которым мы почитали вслух протокол допроса аплодировали, а некоторые места просили повторить!

Потом была ночёвка на диванчике, которая прерывалась задержанными гражданами. Той ночью, кабинет посетили: малолетние насильники, пьяный мужик который с деревянным автоматом выставлял ларёк и был отметелен этим же автоматом, три путаны, и барыга Жанна. Короче ночь прошла спокойно.

А утром меня препроводили в камеру. Опера закончили дежурство и смущаясь сказали, что не могут оставить меня в кабинете. Жаль – я сильно привык к диванчику...

Эпилог.

К вечеру я был уже дома. Как? Учитывая экономические и нравственные реалии того периода, cкорее всего присутствовала коррупционная составляющая. Не знаю. Мама до сих пор молчит как партизан.

А в среду я пригласил всех, с кем провёл эту ночь, на концерт команды КВН «ВС».

Все пришли. И после слов благодарности спонсорам, я от своего лица поблагодарил сотрудников уголовного розыска Северо-Западного ОВД, заметив, что если бы не они, сегодняшний концерт вряд ли бы состоялся .

Милиционеры сильно смеялись.

Вот такие весёлые 36 часов я провёл в милиции осенью 1995 года. Впечатлениями запасся – на всю жизнь .

---

Сос. Плиев

508

ДИРЕКТОРСКИЕ ШТАНЫ

После института я поработал пару лет и уехал за границу. Прожив за границей несколько лет я вернулся в Россию на пару лет, но получилось на восемь. И вот одна из историй которая со мной произошла.

Я пришёл в Бюро трудоустройства (кажется так называется). Там все игнорировали меня. Я тыкался по кабинетам, к секретарю за барной стойкой у входа, но никто не хотел контактировать со мной. Я ушел домой.
На следующий день я решил что хочу пойти дворником. Пришел в Бюро трудоустройства, сказал секретарю, она тут же подключилась, распечатала мне вакансии дворника рядом с домом, с номерами телефонов, и я довольный ушёл с ценной информацией. Я позвонил в ЖЭК, и меня сразу взяли. Я стал дворником и мусорщиком в девятиэтажном доме с шестью подъездами. Вникнув в работу мусорщика, я понял что мусорные баки, которые стоят снаружи возле подъезда, видимо должны быть внутри, под трубой из которой сыпется мусор, в так называемой мусорокамере. Это комната на первом этаже куда валится мусор из мусоропровода. А я видимо должен был выкатывать мусорные баки к дороге когда проезжает мусоровоз.
На самом же деле баки всегда стояли у дороги, а внутри мусорокамеры на бетонном полу лежали пустые картонные коробки. В них падал мусор из трубы. И в час Х я руками брал картонные коробки, и каждую опорожнял в бак, стоящий на улице. Грязное дело, но мне нравилось.
Однажды я нашёл тысячу рублей, разорванную пополам, в мусорокамере пятого подъезда. Я пошел в банк и спросил кассиршу не обменяет ли она мне её. Она сказала что надо писать заявление. Тогда я купил скотч за двадцать рублей, склеил две половинки и скормил в банкомат на свой счёт. Банкомат сразу принял эту купюру.
Я решил что есть смысл в том что баки стоят на улице. Из подъезда выходили люди с пакетами мусора и сразу кидали в бак. Очень им удобно.
Потом наш ЖЭК был куплен другим ЖЭКом. Пришёл новый управляющий, собрал нас всех пообщаться. Молодой, худой. В частности он сказал, что будет стараться для нас, в том числе пойдёт в администрацию райoна и выбьет подряды на уборку снега зимой. Все начальники дворников (мастера) уволились.
Он стал задерживать зарплату. Там всего-то жалкие несколько тысяч. Он стал выплачивать двадцатого числа следующего месяца. Я уволился, проработав восемь месяцев.
Придя в Бюро трудоустройства, я обнаружил другое к себе отношение. Меня приняли как важную персону, сказали сходить к работодателю заполнить анкету в бухгалтерии. Я сходил, что-то заполнил, принёс. И понеслась... начался прекрасный период. Раз в неделю я приходил к сотруднице, которая мною занималась. Она распечатывала мне список вакансий и предлагала выбрать две на эту неделю, по которым я хочу съездить. Я ездил каждую неделю всего в два места в городе, и получал пособие. Так продолжалось четыре месяца. Однажды я выбрал зоопарк.
Сотрудница, которая встретила меня в зоопарке, сказала:
- Я не могу отказаться от вас. Мы государственное предприятие. Мы должны принять вас в любом случае.
- Но мне у вас не нравится.
- Значит напишем что вы отказались.
- Нет, я не отказался. У меня спина болит.
- А справка у вас есть от врача?
- Нет.
- Значит не считается.
Я был до этого у ортопеда в райoнной поликлинике. Он посмотрел мой снимок и сказал что ничего не обнаружено. Я сказал что спина болит. Он рыкнул что если я еще приду он отправит меня к хирургу. Я ушёл.

В Бюро трудоустройства "моя" сотрудница сказала что первый мой отказ от работы ничего не значит, но после второго я перестану получать пособие. Вакансии мне выдавать конечно же продолжат.
И тут она говорит:
- Так как у вас есть высшее образование и опыт работы по специальности, то я буду предлагать вам вакансии по специальности. А так как у вас в трудовой записано "дворник", то я обязана вам предлагать также вакансии без профессии.
- Ладно.
- Вот посмотрите у нас есть вакансия 1С программиста в крупной фирме нашего региона. Хотите? Смотрите, они платят большие деньги.
- Ну я не очень хочу.
- А вы просто попробуйте.
- Ладно.
Я приехал на встречу в отдел кадров. Там было шесть сотрудников - пять девушек и один молодой человек - все худые и все двадцать с хвостиком. Меня направили к молодому человеку. Он спросил:
- Вы хотите работать или приехали "для галочки"?
- Я не знаю.
- Смотрите, я могу поставить вам отказ, но у нас хорошие условия, большая зарплата, подвозка до работы. Просто протестируйтесь у наших специалистов и мы скажем подходите вы или нет.
- Ладно.
Я приехал на встречу в отдел разработки. Меня тестировали девушка и молодой человек. Я ответил на вопросы, и выполнил тестовое задание. Молодой человек подошёл к директору, который сидел в том же помещении вместе со всеми и сказал:
- Человек знает УПП.
Директор спросил:
- А почему вы работали дворником?
- Хотел научится ухаживать за огородом.
И меня взяли.
Когда я вернулся в Бюро трудоустройства, "та самая" сотрудница сказала:
- А не могли бы они оформить вас как помощника программиста? У меня есть прекрасные условия на этот случай.
- Нет, что вы. Я же специалист!

Проработав пол года в поддержке бухгалтерии, я получил две благодарности. От главного бухгалтера одного завода и от экономического отдела другого.
Я поехал на рынок покупать новые брюки.
Мне попались утеплённые брюки, строгий стиль, но материал.. я подумал про себя что материал этих брюк директорский, и мне будет неудобно в них щеголять на виду у моего любимого директора. Но так как мне было лень еще что-то искать, я их взял, двое брюк.
Главный бухгалтер попросила меня навестить их завод. Я приехал с помощником. Экскурсия по заводу, осмотр техники, грандиозные планы автоматизации, и вот меня ведут показать директрисе этого завода. Секретарша директрисы, увидев меня, назвала меня по имени отчеству моего директора. Мы ей объяснили, что это не так и я совсем не он. Познакомился с директрисой, мило пообщались, и уехали.
А на следующий день помощник при всех программистах и при директоре нашем сообщил что меня приняли за нашего директора на том заводе.
Моя начальница-программистка сказала:
- Так вот куда ты метишь.
Я сказал:
- Я так не могу.
Я уволился и так как уже несколько лет собирался - уехал жить за границу, как раз на билет заработал.

509

Жили-были в доме люди. Участковый и бог Арома.

Когда-то давно я снимал квартиру в Серебрянке, одном из районов Минска.

Дом был шестнадцатиэтажный, построенный по чешскому проекту. То есть лестничный пролёт с черного входа, с парадного же нормальных жильцов встречал лифт, а парочку неизвестных «героев» - эксклюзивный туалет с подъёмником. Поэтому заходил я на вдохе, благо до четвертого этажа можно выдержать.

Общался, в основном, с соседями по площадке справа и слева. Первые – Виктор и Светлана с двумя сыновьями пяти и двенадцати лет. Вторые – пенсионеры с изредка прихрамывающим на алкоголь главой семейства, Иваном.

В принципе, жилось спокойно, если не считать нескольких ярких событий. Итак. Как-то рано утром выхожу из дома.
- Здравствуйте, - отдал честь участковый, - а мы вас заждались.

Мы – это лейтенант милиции, незнакомая бабушка и… Прими, Господи, душу раба своего. Скрючился на крыльце, синенький, ножки босые, на лице улыбка. Скорее всего, перебрал, и то ли сердечко не выдержало, то ли еще что перестало функционировать.
- А коллеги по распитию не заморачивались: кто не пьет, тот не лежит. И вынесли на улицу, - рассказывал участковый, - скоро его заберут, а мы пройдём в квартиру, где всё произошло, будете понятым.
- Не буду. Во-первых, очень боюсь покойников, а во-вторых, я выхухоль.
- Что? – дернулся лейтенант.
- Не что, а кто. Стриженый ёжик с хвостиком, любит саморезы и Бузову.

Не знаю, что подумал офицер, но меня отпустили. Вы скажете, а как же гражданский долг? С долгами рассчитался, это раз. Два – простите за цинизм, но одним «ценителем» плодово-ягодного больше, одним меньше, какая разница. Силой их не поят. И три – я на самом деле боюсь мертвецов. Было дело, пересекались. А вдруг потом усопший решит зайти в гости по старой памяти, или прислать кого?

И ведь прислал!
Спустя месяц мы с Виктором одновременно вернулись с работы. Поздоровавшись, традиционно вдохнули, зашли в лифт, а когда вышли на своём этаже…
- Не понял, - удивился сосед, - что за запах.
- Кто-то объелся просроченного йогурта и помер, завернувшись в портянку, - вытирая слезившиеся глаза, глубокомысленно заметил я.

- Молчите, несчастные, - донеслось из темного угла, - с этого дня ваша лестничная клетка будет храмом бога Арома. Это говорю я, верховный жрец.
- Вали отсюда, Человек-Шмон, - вот только бомжа здесь не хватало.
- Да как вы посмели, презренные, оскорблять верного слугу пахучего владыки, – вонючее тряпье грозно зашевелилось, - трепещите, ибо за эту дерзость здесь появится священный знак Арома. Вот сейчас, ага, через пару минут.

Глядя на кряхтящего бомжа, принимавшего недвусмысленную позу сломанной скамейки, мы переглянулись.
- Андрюха, он тут что, ср*ть надумал? - начал было Виктор.
- Полундра, - заорал я, - надо срочно…

А что срочно? Перчаток нет, длинных палок тоже, вилы есть, но в деревне, а до нее сто семьдесят кэмэ. Трогать руками или ногами – увольте. Никогда не угадаешь, что на тебя перепрыгнет.

И тут нас осенило. Из квартир мгновенно был извлечен весь запас дезодорантов, мужской туалетной воды, освежителей и духов Светланы, и через минуту огромное газовое облаков укрыло не успевшего поставить метку наглого жреца. Пользуясь этой защитой, как экраном, мы щедро сыпали в угол хлорку и стиральный порошок. А выскочивший на шум Иван выплеснул двухлитровую ёмкость с отбеливателем, два стакана уксуса и три столовых ложки лимонной кислоты.

Вероятно, бомж очень негативно относился к любым запахам, кроме освящённых Аромой. Поэтому ежесекундно чихая, матерясь и отплёвываясь, пахучий жрец вонючего божества позорно бежал. Если осенью 2006-го вы встречали благоухавшего бытовой химией и дорогой парфюмерией немытика – наш клиент.

Недавно проезжал мимо – дом после капремонта гордо сияет свежей краской. Интересно, внутри тоже все по-другому?
Автор -Андрей Авдей

510

Во времена нашей молодости был такой анекдот: военный парад на Красной площади: десантники, танки, пушки, ракеты Сатана и в конце вальяжно шествуют мужички с дипломатами и в дубленках. Кто это? спрашивают иностранцы. Это наши экономисты, у них самая большая разрушительная сила в СССР...Тогда же у физиков была такая присказка: когда кто-то начинал нести какую-нибудь бредятину, ему говорили: ты тут плешку то не включай. Кто не в курсе, то Плешкой называли наш основной экономический вуз имени Плеханова, несший в массы истины политэкономии сицилизьма. Сейчас в физтехе услышал новую вариацию на эту тему: ты как будто в ВШЭ отучился....Кто опять не в курсе: ВШЭ это те, кто несёт нам реформы всего в стиле той своеобразной экономики, культивируемой там под погонялом либеральная. Ха. Насколько эта экономика анекдотична и разрушительна привожу самый свежий ее пример. Как известно, пенсионеры живут на средства, которые платят им работающие из своего фонда зарплаты. Ну или их работодатели. Число продолжающих работать пенсионеров где-то достигает 70%. То есть они платят пенсии и социалку фактически из своих зарплат, облегчая тем самым нагрузку на ПФР. Появляются дополнительные средства на повышение пенсий. Кому? Надо бы всем, ан нет. Хении от экономики решили что индексировать надо лишь тем, кто не работает, а лучше вообще не платить работающим старикам. Кто не работает тот ест. Наши пенсионеры они конечно старики, но не идиоты. Раз так вы с нами, сказали они, то и мы также с вами. И дружно перестали официально работать. Официально. Трудиться трудятся за наличку, иначе не выжить, но налоги, социалку и пенсию вон тому дяде - платить перестали. А закон-то принят, надо индексировать, а денег на это уже нет. Судорожно растет НДС, цены, инфляция...Тот самый закон убийства сицилизьма - когда перестают платить людям за труд даже в малом - организьм распадается. Сдается мне, что старый анекдот он так и остался актуальным в нашей жизни, а шуточки физиков весьма страшноваты. Или вы думаете это все специально делается?

511

Свадебная история №6
Было это в конце 90-х годов. У нас в Севастополе было сильно развито байкерское движение. Толпы мотоциклистов ночью стадом гоняли по городу и мешали жителям спать.
Сама история.
Снимаю свадьбу, всё идёт чинно, без проблем: ЗАГС, катание, прогулка, распитие спиртного и ресторан далее. Ближе к середине банкета внезапно исчезает невеста. Ведущая преподносит это как традиционное похищение. Просит воришек выйти в центр и предложить условие выкупа. Тишина! Никто не выходит. Жених со свидетелем начинают нервничать, родители тоже... Мобильные телефоны были ещё не у всех и позвонить невесте не на что и некуда.
В зале паника - где молодая?. Примерно через час появляется новобрачная. Ничего не говорит, молча садится за стол, как ни в чём не бывало, и пьёт шампанское. В зале стоит гробовая тишина. Музыка тоже не играет. Жених берёт невесту за руку и предлагает ей выйти на улицу для разговора по душам.
После этого разговора, молодожёны вернулись на место (невеста сильно заплаканная - зарёванная, с потёками туши на ресницах) и свадьба продолжилась. Всё пошло-поехало, как будто ничего не произошло. Я, ближе к концу свадьбы, вышел покурить и случайно стал свидетелем разговора жениха и отца невесты, которые тоже курили на улице и меня не заметили. Суть разговора была в следующем:
Два парня влюбились в одну девчонку и она, бедняжка, не знала кому отдать своё предпочтение и морочила ребятам голову. Жених и тот парень неоднократно выясняли между собой свои отношения. Этот, который ТОТ, был рокером и гонял на по ночам на своём байке по городу, беря себе в спутницы эту девушку. Жених был из хорошей воспитанной семьи и не мог предложит девчонке экстрима. Вот эта бедняжка и мучилась: и развлечения сумасшедшего хочет и надёжного преданного парня заиметь. Вот так и металась до последнего.
А суть произошедшего была в том, что ближе к середине банкета на своём мотоцикле тайно подъехал этот байкер, попросил кого-то из гостей передать невесте записку, после прочтения которой на улицу и вышла новобрачная. Парень предложил ей в качестве свадебного подарка последний раз прокатить её на своём байке. Ну не смогла она отказаться от такого подарка и целый час они гасали по городу, как сумасшедшие. После всего этого он привёз её обратно и пожелал счастливой семейной жизни.

512

Только что минуло 23-е февраля. В этот день моему дедушке исполнилось бы 97 лет. Я думал в память о нём 23-его и забросить эту историю, которую он мне рассказал чуть более года назад, но к сожалению не успел. Посему делюсь сейчас. Напишу от первого лица, как он рассказывал. Будет длинно, извините.

Возвращение "Домой"

Эпиграф - "Шар земной мы вращаем локтями, от себя, от себя." (В.С. Высоцкий)

"К концу января 1944-го я уже был почти здоров. Лопатка и плечо правда ещё ныли, тем более, что осколки так все и не достали. Но рана затянулась, хоть и зашили её абы как, ты же сам видел. (Пояснение - в госпитале деду рану зашили очень плохо. Между лопаткой и плечом образовалась впадина размером с детский кулак). В больничке до смерти надоело, и так уже три месяца провалялся.

Начали документы на выписку готовить. Оказалось что пишет их врач, симпатичная такая девушка, Лида. Так получилось, что пока я в госпитале был, мы познакомились. Кстати землячка, тоже родом из Белорусии. Нет, никакого романа и близко не было, просто подружились, разговаривали о том, о сём.

Начала документы писать и спрашивает меня:
- Ранение у тебя тяжёлое было. Давай я напишу, что к прохождению дальнейшей службы ты не годен. Комиссуют тебя.
- Да ты что? - говорю. - Все воюют, а я в тылу отсиживаться буду. Пиши, "годен без ограничений".
- Миша, - уговаривает меня, а сама чуть не плачет, - ну зачем тебе на фронт переться? Тебе что, больше всех надо? Ты же уже 2.5 года воюешь, мало тебе что ли? Или наград ищешь? Так у тебя орден уже имеется. Сам знаешь, пошлют к чёрту в пекло, пропадёшь ни за грош. Давай хотя бы напишу, что "ограниченно годен", в армии останешься, но на фронт не попадёшь.
- Нет, - твердил я, - пиши "годен". Я на фронт хочу.
Препирались мы с ней долго. В конце концов она и написала как я просил.
- Вот упрямый баран, - в сердцах сказала. - Ты уж не забывай, черкни весточку мне хоть иногда, что да как.
Кстати, мы с ней действительно переписывались, даже после войны. Она даже ко мне на Дальний Восток приехать собиралась в 1946-м. Ну, а когда на бабушке женился, я писать перестал...

Я теперь думаю нередко, чего я упорствовал? Ведь не мальчик уже, знал, что ни хрена на войне хорошего нет. И убить могут ни за понюх табаку. Наверное, воспитывали нас тогда по другому. Как там в песне поётся "Жила бы страна родная, и нету других забот." Вся жизнь, может быть, пошла бы по-другому.

На формировании подфартило. Я вообще везучий - что есть, то есть. Там майор какой-то сидел, на меня посмотрел, на документы. Говорит:
- Вы, товарищ лейтенант, на фронте давно, с 41-го?
- Так точно, - отвечаю.
- И сейчас прямо из госпиталя?
- Так точно, - повторяю.
- Значит так. Вижу, что вы на фронт хотите, но он от вас никуда не денется. Сейчас остро нужны офицеры для маршевых рот. Пополнение большое, а опытного младшего комсостава мало. Примите маршевую роту.
Куда деваться? Принял.

Для чего маршевые роты нужны, спрашиваешь? Видишь ли, солдат после учебки или госпиталя не сразу на фронт посылали. Обычно собирали в таких подразделениях, чтобы хоть какое слаживание произошло. Формировали роты и давали пару месяцев, чтобы солдаты друг к другу притёрлись, да и командиры к солдатам пригляделись.

Состав разный, конечно. Попадались и опытные бойцы, обычно после госпиталей. Их командирами отделений ставили. Но у меня таких было мало, в основном совсем мальчишки, прямо из учебки. Мелюзга, лет им по 17, реже 18, все 26-го года рождения. У них ещё молоко на губах не обсохло, а их на фронт. Думалось - обеднела земля мужиком, совсем молодняк в армию берут.

Я им, наверное, стариком казался, ведь мне уже целых 22 года было. Да и я сам себя так чувствовал, ведь с июня 41-го на войне. А опыт - это не шутка. Вижу, что задору цыплячьего в пополнении много, но понимаю - это не солдаты. Разве за 3 месяца учебки солдата можно сделать? Да ни в жизнь. Их, по-хорошему, ещё бы с полгодика учить надо, да кто же столько времени даст? Войне люди нужны. Осознаю, что с такой подготовкой на первом же задании половина этих мальцов поляжет. Надо хоть как-то их поднатаскать.

Гонял я их нещадно, и днём и ночью. Вижу, что им тяжело, но по мне - только так и надо, ведь лишь мёртвые не потеют. Бег и стрельба это хорошо, но ещё важнее сапёру - правильно ползать, ведь часто задания ночью. От своих, по нейтралке, и до колючки. С каждого отделения - проход 10 метров. Умри, но сделай. Туда и обратно ползком, думаешь легко?

Но главное для сапёра - это минное дело. Тут я им продыху не давал, ведь хитростей десятки, если не сотни. Это же не только мину поставить и снять. Её ещё и обнаружить надо, а немцы-хитрецы своё дело туго знали. А как проволоку правильно резать? Как проход обозначить? Как снаряжение упаковать, чтобы оно ночью, пока по нейтралке ползёшь, не загремело? Тут каждая мелочь жизнь спасти может. И погубить тоже.

Мне сейчас 95. Часто думаю, сколько из них до Победы дотянуло. Может, до сих пор ещё и жив кто из тех мальчишек, что я учил. Они же меня на пяток лет моложе. Как мыслишь?

Впрочем, особо покомандовать мне ими и не пришлось, всего пару месяцев. Прибыл с пополнением на 2-й Белорусский фронт в самом конце марта 1944-го. Тут в штаб меня вызывают и приказывают роту сдать. Ладно, а делать-то что? Вот тут и огорошили меня по настоящему.

Оказывается, немцы назад откатились, но минных полей оставили за собой множество. Надо очистить, ведь земля стонет, ухода просит. А... не поймёшь ты всё равно, ты же в деревне не жил, не знаешь, что такое поле и луг. Плюс много маленьких мостов разрушено, надо восстановить. Дают мне 4 сержанта, отделение солдат, и ... целый взвод девок. Лет им от семнадцати до двадцати. Комсомолки, доброволки. Я аж ахнул:
- Товарищ подполковник, а что мне с ними делать? Они хоть мины живьём видели? Топор или пилу в руках держат умеют?
- Они через училище прошли. Остальному на месте обучите. Предупреждаем сразу, бдить зорко - за потери будете отвечать по всей строгости.

Вот это поворот. Тут самая страда и настала. И откуда этих соплюх понабрали? Тут с пацанами-желторотиками проблем не оберёшься, а это девчонки-малолетки. Не забрели бы куда, не обидел бы их кто.

В первую очередь, на минные поля строго-настрого запретил им заходить. Все мины я, сержанты и солдаты снимали. Им лишь обезвреженные мины относить дозволил. А когда мосты строили, поручил им доски, брёвна, да инструменты таскать. Приказал - в воду ни ногой. В апреле же вода ледяная, простудят там себе что.

Ох и намучился я с ними! Они же, дуры, инициативные, всё лезут куда не надо, за ними глаз да глаз. Всё им хиханьки да хаханьки. Не понимают, курицы, что коли мина рванёт, ахнуть не успеют, как их кишки на деревьях окажутся. Думал, совсем с ума сойду, хорошо, что сержанты толковые попались, помогали. Мужики, всем лет за 30, у самих дети чуть помладше есть. Надо признать, старались девчонки, хотя с большинства от них проку как свинью стричь - визгу много, шерсти мало.

Но тут-то и случай один произошёл. Девки-девками, а службу нести надо. С них толку на копейку, значить всем остальным работать много надо. Так вот, был один солдат у меня. Имя не припомню сейчас даже, мы ему кличку "Бык" дали, ибо росту он был огромного и силы немерянной. Но лентяй и волынщик, каких сроду не видал. Всё стонал да жаловался. Гоняли его, конечно, и я, и сержанты, но не так чтобы уж намного больше других. Уж коли так его природа силой наградила, грех не использовать.

Так что стервец учинил. Надыбал взрыватель, к пальцу привязал. Когда мостик восстанавливали, чем-то тюкнул. Бахнуло, два пальца оторвало, кровь хлещет. Девки с испуга орут, он тоже. Не знаю, на что он рассчитывал - ведь и дураку ясно, что самострел. А за это по головке не погладят. Такая злоба взяла - вот сукин сын, девки стараются, из жил лезут, а на нём пахать можно, и вот что учудил.

Перевязали его, конечно. Из особого отдела приехали, опросили. Рапорт приказали написать. Впрочем, особисты и без меня своё дело знали, сразу самострел увидели. Быка увезли. Не знаю, что с ним стало, думаю, шлёпнули его, в то время с такими строго было.

Для морального духа подразделения такие случаи - это очень плохо. Девки мои скисли, да и мужики хмурые стали. Дрянное дело. У самого на душе кошки скребут, вроде бы всё правильно, а не по себе. Главное, гнетёт что я в тылу баклуши бью, пока остальные воюют. Умом, конечно, понимаю, что дело нужное делаю, а всё равно муторно.

Но я, как я и говорил, везучий. Прошла неделька, потеплело, май настал. Разминируем поле одно, а через дорогу ещё поле, его другие солдаты разминируют. С ними лейтенант. Разговорились:
- С какой части? - спрашиваю.
- Первая ШИСБр. - отвечает.
- Так и я там служил до ранения. Надо же где довелось свидеться. А где штаб ваш? - обрадовался я.
- Тут недалеко, километров 10. - рассказал, как добраться.

С делом закончили, и я туда ранним вечером направился. Деревенька полусожжённая, спросил у бойцов, где командование. Захожу в хату - и нате-здрасте, Ицик Ингерман, замначштаба батальона. Не скажу, что мы дружили, он вообще меня намного старше, да штабных мы не сильно жаловали, но тут обнял как родного. Тут на шум и комбат вышел, и другие офицеры.
- Ты какими судьбами? - расспрашивают.
- Да вот после ранения. В госпитале отлежался. В маршевой роте был, сейчас разминированием занимаюсь.
- Так давай к нам. Сам знаешь, как взводные нужны.
- Да я бы с радостью. А как это устроить?
- За это не беспокойся. Сам поеду за тебя просить. - говорит комбат.
- В какую роту попаду?
- Да в твою же, третью.
- Вот здорово. К Юре Оккерту (Юрий Васильевич Оккерт - имя подлинное).
Тут мужики нахмурились.
- Нет его больше. В том бою, тебя ночью ранило, а утром он погиб.

Расстроился я жутко. Такой хороший ротный, каких поискать. Кстати, как и я, из под Ленинграда призывался. Я потом как-то пытался семью его разыскать, да не вышло. Не судьба, видно.

- А Вася и Коля как (Василий Александрович Зайцев и Николай Григорьевич Куприянюк - имена подлинные).
- Что им сделается? Как заговоренные. Коля после ранения вернулся, а Ваську пули боятся.
Тут комбат ухмыльнулся:
- Кстати, сюрприз для тебя имеется. Орден на тебя пришёл, уже полгода дожидается. Сейчас в штаб бригады ординарец сбегает, принесёт.

Вот это сюрприз так сюрприз. Оказывается, когда меня на той проклятой высоте 199.0 ранило, и меня в госпиталь увезли, комбат про меня не забыл. К Ордену Отечественной Войны II степени представил.

Ординарец вернулся скоро. Ну, как положено, орден в стакан водки положили. Выпил, разомлел. Так тепло стало на душе.

Рано утречком поехал с комбатом к своему командованию. Они меня отпускать не хотели, подполковник сначала кричал и грозился. Потом уговаривал, даже медаль выправить обещал. Но я намертво стоял, хочу к своим, и всё тут. Плюс мой комбат рядом, а он и мёртвого уговорить может. Отпустили наконец.

С девочками и солдатами попрощался и в свою бригаду уехал. Как раз на 9-ое мая попал.

Своя бригада (1-я ШИСБр), свой 3-й батальон, своя 3-ая рота. Даже взвод свой, тоже 3-й. Ротный другой, правда, но друзья-взводные те же. А Вася и Коля - мужики надёжные, я вместе с ними с 42-го. Они в тяжёлый час не подведут.

Душа пела, я снова на фронте. Снова со своими. Вместе большое дело делаем, будем Белоруссию освобождать. А до милой Гомельщины почти рукой подать.

Вернулся в свою часть. Можно смело сказать - ДОМОЙ вернулся."

513

Со слов друга.

Мы часто ходили в поход "естественно-научной" компанией: физики, математики, химики, биологи ... . Но однажды с нами увязались два социолога. В те советские времена расцвета застоя я вообще про таких не знал. Одного звали Леонид Гордон. Фамилию второго я не помню (скорее всего, я ее и не знал), а звали его Том. Понятия не имею, откуда у него было такое имя. В то время Том работал токарем на заводе. Незадолго до этого он провел исследование и послал доклад в ЦК КПСС об алкоголизме в СССР. Цифры в докладе были страшные. Так как это было до перестройки, то его уволили и запретили работать по специальности. Так Том и стал токарем. В походе эти два социолога обсуждали свой следующий доклад и гадали, уволят ли после этого Гордона, и что он умеет делать руками, и куда дальше пошлют Тома.

Далее рассказ Тома.

По заказу ЦК он должен был произвести какое-то исследование и выбрал для этого некий район. Выбрал он его потому, что этот район был очень средним. Там продолжительность жизни была средняя, доходы были средние, надои и урожаи... все было средним. Это было очень удобно - не надо было исследовать кучу районов и усреднять, а можно было обойтись одним этим средним районом.

Он начал организовывать себе командировку, и у него не получалось. В гостинице мест не было, местная администрация была занята и просила приехать попозже. Такого у него никогда раньше не было - он работал по заказу ЦК. Он позвонил кому-то в ЦК и пожаловался. Там ему грозно сказали - как так? Они что, ЦК не хотят помогать? И что сейчас все устроят. Но через полчаса позвонили и сказали, что сейчас туда ехать не надо, лучше попозже, и вообще, пусть он выберет другой район.

Он очень удивился и начал расспрашивать знакомых про этот район. Никто ничего не знал, что само по себе удивительно. Но тайное рано или поздно становится явным. Нашлись знакомые знакомых, которые знали, в чем дело.

Оказалось, что там никто не живет - это секретный полигон, где испытывали какое-то новое оружие. Никаких надоев и урожаев там не было и в помине. Военные, чтобы скрыть этот полигон от иностранных разведок, работающих с официальными документами, просто приписали этому месту средние показатели, причем даже никакого разброса в данные не внесли. Иногда в газетах писали, что труженики этого района встали на трудовую вахту ... Что само по себе - ничего особенного, было бы удивительно, если бы они никогда на эту вахту не становились. В общем, в прессе поддерживалась видимость какого-то среднего, серого места, которое никому не интересно. Именно эта среднесть и серость и позволили Тому раскрыть этот секрет.

В общем, когда прячешь что-то, не пытайся делать это слишком хорошо - одно это уже подозрительно.

PS. Я недавно, работая с данными по Средней Азии, наткнулся на похожее явление. Тут же вспомнил Тома и его рассказ. Расспрашивать не стал, просто пометил данные как ненадежные и "забыл" про них - ни мне, ни моим среднеазиатским коллегам лишние проблемы не нужны.

514

Дядю Мишу забыли на крыше.

Если бы дядя Миша был голубем, он не огорчился бы, просто слетел бы вниз, но дядя Миша был разнорабочим, открывающиеся перспективы не вызывали у него радостного трепета в маховых перьях. За сорок семь лет дядя Миша так и не освоил базовые навыки горизонтального полета. Не стоит судить его строго, всякий раз, когда дядя Миша оказывался на крыше, в руках у него была лопата, а сам он был привязан к трубе. Нельзя ожидать, что человек в таких обстоятельствах сумеет самостоятельно освоить полет. Едва ли он этого хотя бы захочет. Дядя Миша никогда не считал себя птицей высокого полета, рисковать ему не хотелось.

Дело было так. Родной ЖЭК отправил дядю Мишу сбрасывать снег с крыши дома номер пять. В помощь ему дали разгильдяя Кольку, чтобы тот набирался ума от дяди Миши. Колька работал всего две недели, в средние века его должность называлась «подмастерье». В те времена главное требование к соискателю заключалось в ударопрочном черепе, через него происходила передача знаний от мастера к ученику.

Дядю Мишу назначили Колькиным ментором, уже через неделю ему стало казаться, что образовательная система за последние пятьсот лет основательно сдала позиции. Запрет на физические наказания, как выяснилось, сильно снижает ценность передаваемого опыта в глазах подрастающего поколения.

Пустить Кольку на крышу дядя Миша категорически отказался.

— Вот уж нет, студент, — объяснил он Кольке. — Упадешь, ударишься башкой, сломаешь себе что-нибудь. А потом твоя мамка придет, будет меня спрашивать: «Ты, дядя Миша, зачем моего оленя на крышу погнал?» Что я ей скажу?

Одним словом, Колька был оставлен внизу, у подъезда, дядя Миша наказал ему предупреждать проходящих жильцов, чтобы остерегались падающего снега.

— Или лопаты, — добавил Колька.

Сам дядя Миша поднялся на шестой этаж, отпер люк, выбрался через слуховое окошко на скат крыши, с помощью страховочного троса связал свою судьбу с трубой вентиляции. Колька заметил его, принялся подбадривать снизу незатейливым юмором.

— Дядьмиш! — кричал Колька. — Дядьмиш, осторожнее там! А то упадешь, ударишься башкой!

Дядя Миша отвечал ему с крыши коротко и содержательно, обильно употребляя в речи букву «ять». Колька внизу задорно ржал и уворачивался от падающих сугробов.

Пока они таким образом резвились, на площадку третьего этажа вышла баба Нюра, единственный приличный человек во всем подъезде. В подъезде восемнадцать квартир, все населены наркоманами и проститутками, в квартире справа алкаши, в квартире слева — антихристы. Баба Нюра неоднократно писала на них заявления в милицию, и оптом, и в розницу, но все безрезультатно, в милиции работает одна мафия. Последний оплот порядка остался в квартире бабы Нюры, самый настоящий Сталинград в кольце фашистов. Баба Нюра покидала его только чтобы сходить за хлебом, да еще к соседке бабе Кате. Баба Катя, конечно, та еще старая коза, но хотя бы не наркоманка и не проститутка. По крайней мере, последние полвека.

Баба Нюра поднялась к ней на шестой этаж, и сразу заметила открытый люк на крышу. Не надо быть Ниро Вульфом, чтобы понять, что туда пробрались наркоманы и проститутки. Никакой Шерлок Холмс, никакая мисс Марпл не вникали в ситуацию так быстро, как баба Нюра. И ни один комиссар Мегрэ в жизни своей не пресекал деятельность уголовных элементов так решительно и быстро. Она вскарабкалась по лестнице, захлопнула люк и водворила на место замок. Наркоманы оказались изолированы от общества, как им и полагается.

Восстановив справедливость в отдельно взятом подъезде, баба Нюра постучалась к бабе Кате. Она собиралась попросить соли в долг, это должно было занять часа полтора-два, не больше.

— У тебя в люк-то наркоманы лезут! — сообщила она бабе Кате. — Ты что не следишь?

Они прошли в кухню и там принялись обмывать кости соседям.

Тем временем на крыше кончился снег.

Говоря по совести, снега на крыше еще оставалось прилично, но дядя Миша утомился. До конца рабочего дня оставалось еще часа три, однако человеческая жизнь слишком коротка и слишком ценна, чтобы проводить ее на крышах чужих домов. Даже у разнорабочего есть свой собственный дом, где его ждет личная жизнь и дела по хозяйству. У дяди Миши, например, в холодильнике была припрятана бутылка перцовки, и он чувствовал, что не может дольше находиться с нею в разлуке.

— Все, шабаш! Дуй домой! — приказал Кольке дядя Миша. — Если кто спросит — мы работали до шести.

Колька не заставил себя долго упрашивать, он был человеком покладистым. К тому же, его дома ждала подружка и шесть банок пива, он беспокоился, как бы в его отсутствие они не познакомились друг с другом слишком близко. Колька дождался, пока дядя Миша скроется в слуховом окошке, и удалился.

А дядя Миша, просочившись на чердак дома номер пять, обнаружил, что люк заперт.

— Ух ты! — удивился дядя Миша.

Он подергал люк, пнул его ногой. Люк не поддавался.

— Ишь ты! — сказал дядя Миша.

Несчастный аббат Фариа, заключенный в подземелья замка Иф, выкопал подземный ход голыми руками. У дяди Миши была при себе лопата, вне всяких сомнений, его положение было гораздо более выгодным. Он воткнул лопату в щель люка, налег, крякнул, выругался и сломал лопату.

— Ах ты!.. — сказал дядя Миша.

В принципе, ничего непоправимого в ситуации не было. В наш век высоких технологий достаточно просто позвонить по сотовому телефону, чтобы вызвать себе подмогу, где бы вас ни заперли: в замке Иф или на чердаке дома номер пять. Проблема заключалась в том, что сотового телефона у дяди Миши отродясь не водилось.

Оставался последний выход. Дядя Миша высунулся из слухового окна наружу.

— Колька! — крикнул он. — Колька, собачий сын! Ты там?..

Собачий сын Колька ему не ответил, в этот момент он уже находился на полпути к дому, предвкушая свидание с девушкой и алкогольными напитками. Тогда дядя Миша выбрался на крышу, снова привязал себя к трубе вентиляции и осторожно подобрался поближе к краю крыши, чтобы лучше видеть окрестности. Оттуда, нависая над грешной землей, словно орел на утесе, дядя Миша принялся кричать.

— Люди! — кричал дядя Миша. — Э-эй! Помогите, люди! Э-э-й!

Никто его не слышал. Рабочий день был в самом разгаре, проститутки и наркоманы, проживавшие в доме номер пять, все еще находились на своих рабочих местах. Во дворе было пусто.

— Эй, ну хоть кто-нибудь! — вопил дядя Миша. — Собакины дети!

Через пять минут он перешел почти исключительно на слова с буквой «ять», а еще через десять охрип.

— Твою хрр! — сказал дядя Миша, хватаясь рукой за горло.

И потерял равновесие.

Тем временем на кухне шестого этажа, в квартире бабы Кати, баба Нюра размешивала варенье в кружке с чаем. Старухи только что закончили обсуждать соседей и как раз собирались взяться за героев телесериалов.

Именно эту минуту дядя Миша выбрал для того, чтобы упасть с крыши. Страховочный трос остановил его падение на уровне шестого этажа, а бессердечная сука инерция увлекла его, хрипло матерящегося, задом вперед, прямо в окно кухни. Если вы думаете, что застекленное окно может представлять серьезное препятствие для задницы сорокасемилетнего разнорабочего, падающего с крыши, я вынужден вас огорчить. Это не так.

Дядя Миша выдавил стекло прямо на кухонный стол, и тут же снова исчез за окном. От неожиданности баба Катя издала нечеловеческий вопль, а баба Нюра выплеснула в окно чашку чая.

В жизни разнорабочих случаются и более приятные дни, например, дни зарплаты, или вечер пятницы. Этот день был не такой. Дядя Миша висел, раскачиваясь на страховочном тросе, словно маятник, то появляясь в поле зрения старух, то снова исчезая, и непрерывно сипя бранные слова. Осколки стекла не нанесли его корме никакого урона, но туда попал полный заряд горячего чая с малиной, отправленный меткой рукой бабы Нюры.

— Батюшки! Да ведь воры лезут! — вдруг догадалась баба Катя.

В углу у нее имелся веник, баба Катя схватила его, высунула руку за окно и принялась лупить дядю Мишу.

— Вот тебе, паразит! — приговаривала она. — Не лазай в чужие квартиры! Вот тебе!

Дядя Миша отплевывался и хрипел. Будь он голубем, он мог бы просто улететь прочь, но увы, разнорабочий, привязанный к трубе, никогда не сможет улететь далеко. Дядя Миша впервые в своей жизни сожалел об этом.

С крыши дядю Мишу сняли только через час.

Неделю спустя, когда он смог снова выйти на работу, родной ЖЭК отправил его сбрасывать снег с крыши дома номер двенадцать. Дядя Миша хлопнул Кольку по плечу и вручил ему новую лопату.

— Вперед, — сказал он Кольке. — Я в тебя верю.

515

Фермер с сыном впервые появились в городской гостинице. Ходят, ахают. Но больше всего их внимание привлекли блестящие металлические двери с кнопкой.
— Папа, что это?
— Не знаю, сынок!
Тут подруливает дряхлая бабуля на инвалидной коляске. Жмет эту кнопку, двери открываются, бабуля въезжает туда, двери закрываются. Отец и сын стоят, открыв рот. Тут двери открываются, и оттуда выходит крутая телка в мини-юбке. Папа:
— Ну-ка, сынок! Живо за мамкой…

516

Предания старины глубокой, или крах регионального Мориарти

Начало 2000-х было для меня и моего окружения временем взлета. Это был конец универа, первые мерседесы, корочки, мигалки и самое главное - доступ в пирогу. Главным в жизни казалось успеть как можно больше и быстрее от него откусить. Кто-то правда выбрал для себя бюджетный сосок, который в те годы раздавал молоко не столь щедро, за то сейчас поит своих избранников потоками свежайшего кэша:)
Мне в те годы больше хотелось даже не денег, а власти. Причем даже не самой власти- ибо для такого мелкого пацана жажда какой - то серьезной власти выглядела крайне комично, - мне хотелось понять КАК ОНО У НИХ ТАМ. Осознать, как все это вертится, работает и движется. Ценным было не окэшить сделку, а узнать "за расклад" в той или иной отрасли, понять как то или это функционирует и куда идет.

Один из старших партнеров, только недавно отправленный на покой при поддержке высшего руководства страны, возымел интересы в соседней области. Интересы были не то, что бы серьезные - но касались крупного местного предприятия, оное партнер хотел получить " в свою орбиту". Организация, которую мы представляли, имела не то что бы исключительный административный ресурс - скорее, мы на тот момент имели некую неписаную неприкосновенность вкупе с непониманием представителей власти разного пошиба что вообще мы забыли в области бизнеса ( хотя если почитать более чем двухтысячелетнюю историю большую часть времени мы именно им и занимались, причем в отличии от других наделенных административной властью собственников зачастую весьма успешно).

Региональный заводик, несмотря на все наши потуги, оказывал весьма эффективное сопротивление, при этом зачастую крайне нелогичное. Была видна чья-то очень влиятельная, но при этом обладавшая очень специфическим ходом мыслей рука. Разведка на местности дала немного, но после запуска в бой "воробьиного десанта" (OST "Красный Воробей") мохнозадово и рукастого Мориарти все таки удалось вычислить. Нелогичность действий сразу была понятна - мужик был ментом. Причем не начальником, а всего лишь первым замом. Поэтому сразу виден не был. Дальнейшее изучение вопроса показало, что живучесть кадра является по истине уникальной для просторов нашей Родины - он пересидел 3 начальников, большую часть подчиненных, 2 глав регионального главка и помимо нашего завода имел интересы в куче других организаций, включая столичные фирмы. При любых попытках контакта человек превращался в камео - то есть в самого себя. Фраза "Мужики, ну вы что, с дубу рухнули- я занимаюсь расследованием уголовки - при чем тут завод?! У вас что там убили кого? Нет? Тогда какие ко мне вопросы? " имела в своем корне железную логику и поспорить с ней было мало реально. Дело приобретало совсем уж интересный окрас. Второй из старших партнеров, ноне эмигрировавший с концами в вечное тепло без выдачи в РФ, подключил "кормовых" конторщиков. На региональном уровне выяснилось, что по мужику у конторы была установка вроде "без исключительной надобности ( читай "беспредела") не трогать, материал собирать".
Материала было не много. В формате "Видел свою жену болтающей с соседом. Сказала, что поздравлял с праздником и спрашивал как дела. Задача: Проверить если ли между ними что то. Итоги расследования: жена ни разу не была поймана с соседом, ведет себя естественно, но иногда как то странно улыбается. Сосед поведения не поменял. Вывод: наличие связи не доказано". Получалось, что с одной стороны, мы имеем человека, с могуществом которого может поспорить разве что пара человек в стране, а с другой - перед нами просто редкий случай талантливого и оборотистого мента средней руки, что конечно само по себе редкость, но не эксклюзив. Раскрываемость кстати у этого товарища была на высоте, и причем раскрываемость честная - как выяснилось помогали нанятые агенты, которым щедро платили.
Завод был заведен на весьма вычурный оффшор, пробить реального собственника по которому было крайне проблематично даже с нашими тогдашними возможностями. Руководство же плясало под чужую дудку, а попытка выяснить кто на ней играет все равно приводила к сказке про белого бычка.
На итоговом совещании было решено пойти напролом, то есть начать жесткий административный внутриведомственный накат, который поможет вскрыть какие -то руки и щупальца, или покажет места где их нет.
Волшебным образом наш герой в день начала "операции" отбыл на повышение квалификации в столицу, и постоянно был на внутриведомственных занятиях, то есть недоступен. При этом было совершенно очевидно, что операцией по отражению нашей атаки кто-то весьма искусно руководит. "Щупальца" этой живности оказались не столько глубокими, сколько опять же предельно нелогично расставленными - в итоге понять расклад, а именно в этом была задача, нам так и не удалось.
Вокруг завода началось предельно неестественное бурление, более того - через неделю выяснилось, что он частично или полностью поменял собственников - на знаменитом в узких кругах завтраке у нашего первого лица, попасть на который было почти так же сложно, как попить чаю в Грановитой палате, главному намекнули что было бы неплохо "приструнить коней", причем сделали это крупные предприниматели, для которых уровень этого завода ну вот вообще не солиден.
Операция была свернута, вопрос замят и стал сильно неуместным даже в кулуарах.
Прошло 5 лет. На дворе было лето 2008, фондовый рынок бил рекорды, стоимость минета в туалете VOGUE- кафе выросла до 500 евро, а я ездил по городу на W221 с тремя аннами на номере и имел в кармане корочку правительства города с весьма приличной должностью.
В тот день я сидел в парке нашей ведомственной гостиницы, облокотившись на спинку моей любимой лавочки и скрытый от глаз народа раскидистыми ветвями столетней ивы. В небольшом пруду тихо журчала вода. В этом момент ко мне подсел один из старших партнеров - что случалось крайне редко, в основном со мной общалась рыба помельче.
"Нравится?" - спросил он, указывая на небольшой фонтан в задней части прудика.
"Это Иваныч, что ли сделал?"- уточнил я, имея в виду производство нашего партнера, изготавливавшего из металла все что только можно.
"Нет, это из Н-ска. Помнишь завод с которым у нас была история? Теперь он наш" - с улыбкой сказал "старший".
-Красиво сделали! Явно старались:) А как и когда он стал нашим?
- Уже 3 года назад. Просто это была закрытая информация, я лично вопросом занимался. А вот как... это целая история.
"Поделитесь?"- с надеждой спросил я.
-Ну, всем конечно не поделюсь, но кое-что расскажу. Ибо очень поучительное дело. Мент наш оказался реальным Мориарти. Имел крайне исполнительного помощника в столице, из бывших номенклатурщиков и с серьезными мозгами. Общались по спецсвязи, давали денежку куда нужно - в общем, даже на областном уровне сделать с ним ничего нельзя было. Когда мы 5 лет назад пытались зайти - они Сергееичу ( известный олигарх) продали половину завода и ещё активы в городе, а у него эта область как кость в горле - там же с Никитичем ( другой известный олигарх) конфликт был, ну помнишь. Причем наш Мориарти сделал красивую игру - я вам завод, вы мне полную конфиденциальность как раньше + 100 процентов влияния на одного важного генерала в главке. А это наш человек. Прямой наезд на нашу поляну.
Главный когда узнал - сказал, что бы этого хренова мента убрать любым способом, ну в рамках нашей парадигмы любви к ближнему своему и обетов организации, понимаешь.
"-И что в итоге, где сейчас великий профессор теневых войн?"-нетерпеливо спросил я.
-Да продал все и свалил из страны. С концами.
"- Как же так? Столько лет строил, играл такую партию и тут вдруг так вот все продать и уехать?!?"- я искренне не мог понять мотивации этого человека и поэтому был весьма импульсивен.
"Тревел, ты ещё очень молод. И судьба, брат мой, не била тебя с особой изощренной жестокостью. Поверь мне, если бы я был на его месте, я бы поступил точно так же"- саркистически улыбаясь и глядя на идеальную поверхность своих "Берлути" проговорил партнер.
"-Но что же именно подвигло его на такой поступок?!"- не унимался я.
"Когда шеф дал приказ решить вопрос любым способом, я пошел к Сереже ( наш, "внутреннего пользования" ювелир тех лет), выгреб у него из сейфа драгоценных камней на приличный рублевский домик и поехал в Архангельское на ведомственную дачу к NN. Ты наверное слышал, что играет он по - дичи. Остановиться не может. Плюс камни любит.
В общем, вопрос по нашему Мориарти был решен, а бюджет его решения был мизерным - разве что на подарок NN пара камней ушла. Что бы не грустил.
А Мориарти, когда сначала получил полное служебное несоответствие с приостановкой контракта, а затем по своим каналам узнав, что его, как КРЕПОСТНОГО, лайку или актрису Фроську ПРОИГРАЛИ В КАРТЫ - запил, а потом все подчистую продал и уехал. Помощника кстати за компанию прихватил.
"Знаешь что главное в этой истории и почему я тебе это рассказал?"- продолжая качать ногой в "Berluti" и закуривая сигару спросил "старший".
"Красивая схема, конечно!" - сходу выпалил я.
-Не совсем. Понял, почему я не поехал "за стену", а поехал на дачу играть, с риском попасть на большие бабки без результата?
-Если честно, так глубоко не думал ещё
- А зря. Тупить с твоим положением вредно. Так вот - "за забором" могут попи..ть и забыть, или по просту говоря кинуть в формате "расклад поменялся". А "для вора карточный долг - это святое".
-Я прошу прощения, но ведь NN вообще никаким боком к криминалу...
-Вор не тот, у кого звезды на плечах, вор тот, кто ВОРУЕТ. А где именно у тебя звезды - личное дело каждого.
Запомни эту мысль. И иди. Хочу подумать о вечном- устал от суеты...

P.S. Пару месяцев назад из страны на ПМЖ уехал последний герой этой истории. Тихо и мирно. Кого-то сняли со скандалом, кого- то посадили, а кто то банально умер. В "орбите" не осталось уже никого. А заводик- что ему сделается - пыхтит по маленьку... да и мало ли таких заводиков на могучих просторах нашей Родины?

517

И от любви не спрятаться, не скрыться (простите за многобуквие)

Эта история случилась несколько лет назад, когда во время покупки обратного билета от Варшавы до Минска, я был предупрежден миловидной девушкой в кассе:
- Имейте в виду, купе смешанное. Может ехать и женщины.

Ха! Напугали неженатого! Тем более что возвращаться буду 14 февраля, в день Святого Валентина. Может, Купидон и подсуетится в честь праздника, а? Однако человек предполагает, а Бог располагает. Точнее, по Его указанию судьба меня так щелкнула по носу, что… Но обо всем по порядку.

Три дня пребывания в Варшаве пролетели незаметно. По окончании командировки я тепло попрощался с коллегами и, насвистывая, вошел в купе поезда «Берлин – Москва». Теперь можно расслабиться, а если соседкой окажется симпатичная девушка или девушки, то и скоротать время за приятной беседой. Почему нет?

Но, повторюсь, судьба решила щелкнуть меня по носу:
- Добрый день, молодой человек.
Купе мгновенно заблагоухало ароматом очень дорогих духов. Как вы уже догадались, вошла она. Нет, не так. ОНА!!!!!!!!!!!!

Последний раз я испытывал такие эмоции, когда впервые увидел выезжавшую из автопарка «мотолыгу»: гусеничный бронетранспортер, тюнингованный под самые невероятные запросы химической, биологической и радиационной защиты. Правда, мою соседку он бы не остановил в принципе.

Судите сами. Тетка была в опасном ягодковом возрасте, по габаритам – двойной Иван Поддубный, нет, скорее МегаПоддубный, по одежде и аксессуарам – то ли директор фирмы, то ли уборщица в «Газпроме»: сплошные луи витоны и армани с ивлоранами. Мало того, исходивший винный аромат говорил о том, что отъезд был заранее отмечен.
- Мы всего по одной бутылочке винца, с давней партнершей по бизнесу, Агнешкой, - словно прочитав мои мысли, дама старательно покраснела, - надеюсь, вы не будете ругаться.

Да мне вообще однох… (монопенисуально), что винца, что квасца. Но ответил я иначе:
- Нет.
- Отлично, - и грузно бухнувшись на сиденье, попутчица Божьей милостью (или немилостью?) стала внимательно разглядывать соседа по купе.

Честно говоря, вначале показалось, что она смотрела на меня, как на еду. Блин, поспать не удастся, иначе до Минска доедут только обглоданные кости и командировочное удостоверение.
- Будем знакомы? - подмигнув, икнула тётка, - Ирина Олеговна.
- Андрей, - озадаченно ответил я.
- Далеко едете? – дама пододвинулась чуть ближе.
- В Минск.
- Командировка?
- Да.
- А вы симпатичный.
- Б… (последний вопль убитой мухи), ой, простите, что?

Что-что. Спиртное и опасный возраст привели к тому, что дама имела виды уже далеко не гастрономические, недвусмысленно пододвигаясь ближе и ближе:
- Обратите внимание, Андрей, купе четырехместное, а нас едет только двое. Может, это знак?

Если я выживу, то обязательно найду Купидона, нужно перекинуться парой слов. Блин! Здесь даже сопротивление бесполезно: завалит и не пикнешь. Пора тикать, а как?
- Вам плохо?
- Нет, - вжавшись в стенку, вякнул я, - просто устал.
- Понимаю, - Ирина Олеговна, зачем-то поправив впечатляющий бюст, вздохнула.

Хоте нет, правильнее будет так – Ирин Олегович вздохнул, а вагон покачнулся.
- Простите, - шепнул я, - мне можно переодеться?
- Конечно, - МегаПоддубный улыбнулся и отодвинул могучие телеса на полметра в сторону.
- Без вас, - ошалев от собственной храбрости, добавил я.
- Какие мы стеснительные, - фыркнул Олегович и, грузно поднявшись, вышел.

Слава, воистину слава армейской закалке! За первую секунду была закрыта дверь, за вторую - на входе поставлена сумка. Это, чтобы МегаПоддубный, если вломится, обязательно споткнулся, подарив хоть и мизерный, но шанс на спасение.

За третью секунду я переоделся и облегченно выдохнул: пронесло. А уже через мгновение раздался нетерпеливый стук.
- Успел, - перекрестился я, открывая дверь.

На лице МегаПоддубного было написано и разочарование, и удивление. Как? А у меня был выбор? Или быстро, или… об этом лучше и не думать.
Но тетка решила не останавливаться, предприняв очередную попытку:
- Мое верхнее место, а на свободном располагаться неудобно, вдруг попутчик появится.
- Пожалуйста, занимайте, не поверите, но с детства люблю наверху спать. И прикольно, и безопасно, - радостно согласился я и вспорхнул на полку.

Фух, теперь не достанет.
-… ничего такой, пожелай мне удачи, спасибо, подруга.
Рано радовался. И до границы еще долгих четыре часа.
- Андрей, а вы знаете, какой сегодня день?

Все, п…ц (апокалипсис на жаргоне гинеколога), сейчас начнется.
- Пятница, - тут мои извилины покрылись холодным потом.
- День влюбленных, - рассмеялся Ирин Олегович, - совсем вы замотались, бедный.

Где этот е… (мальчик, сделанный девочкой) Купидон! Я ему сейчас вырву крылья и засуну их в колчан. Снайпер х… (собственность мужской гордости), ты куда стрелял?
- Может, отметим это дело? – вагон скрипнул, а МегаПоддубный решительно поднялся, игриво потряхивая бутылкой.

Говорят, перед смертью человек замечает мельчайшие детали: и трещину на стене, и пятно на двери, и темно-зеленое стекло бутылки, и декольтище… Аааа!
- Что с вами?
- Ничего, извините, очень хочется покурить, - отбарабанил я и, обувшись на лету, выпорхнул из купе.

В тамбуре, после второй сигареты, мне удалось немного успокоиться и оценить время, после которого смогу вернуться. Тетке переодеться минут пятнадцать минимум. Откуда знаю? Друг в десанте служил, рассказывал об укладке парашюта. Потом она должна уснуть. Хм, а если прибухнёт в гордом одиночестве? Ладно, через полчаса загляну, в крайнем случае буду громко кричать и звать на помощь.

Против ожидания, в купе было тихо. Ирин Олегович сосредоточенно посапывал, выпуская звонкие всхрапы, от которых в соседнем купе что-то звякало. Краем глаза отметив, что соседка завернулась в одеяло так, что стала напоминать гигантскую куколку, я левитировал на полку. Все, можно расслабиться и немного подремать, тем более что устал, а еще…

- Вам не дует? – донеслось снизу.
Теперь дует, блин! Чувствуя, как в организме крестятся бифидобактерии, я осторожно ответил:
- Нет.
- А мне холодно.

Не поверите, в тот момент я очень искренне молился в душе:
- Господи, понимаю: чего хочет женщина, того хочешь Ты. Но Ты ни слова не сказал об экстремальных утехах, да еще и против воли одной из сторон. Может, обойдёмся без экспериментов, а? Разреши, пожалуйста, доехать до Минска без поврежденной психики. Мне реально страшно и…
- …холодно, - обиженно повторил МегаПоддубный.
- Укройтесь вторым одеялом.

Наверное, Ирин Олегович заметил, что тон собеседника изменился, поэтому обиженно замолчал, изредка вздыхая. Медленно и размеренно вздыхая под ритмичное постукивание колес.

Когда я был маленький, бабуля держала большое хозяйство: корова, овцы, куры и свиньи. Помню крохотных поросят, игравших в салки вокруг огромной мамаши, лениво хрюкавшей в луже.

Стоп, кто хрюкает? Вырвавшись из состояния полудремы, я прислушался и… Это были вздохи, громкие, чувственные и с многообещающей концовкой. Ой-ё, пора тикать, сто пудов сейчас уточнит…
- А почему не спите?
- Потому что вы не даете, блин!
- Да хоть сейчас готова!

Вагон закачался, а это значило, что впереди перспективное худшее - измученный телесным зудом Ирин Олегович стал раскукливаться. А, мля, пора бежать!

Побив мыслимые и немыслимые рекорды обувания и скорости, за несколько мгновений я эвакуировался из купе, спокойно выдохнув уже в тамбуре:
- Лучше здесь покемарю. Холодно, зато безопасно.
- Э, ти што горюешь?

Всё-таки даже в самых тяжелых ситуациях возможны приятные сюрпризы. Вот и этот акцент сразу заставил улыбнуться, потому что его я узнаю из тысяч других.

Небольшое отступление. С армянами нашу семью связывает какая-то незримая нить. Старший брат деда воевал в составе 89-й армянской стрелковой дивизии, отец после жуткого землетрясения 88-го года участвовал в восстановлении Кировакана, двоюродный брат бок о бок с лучшим другом из Лори прошел Афган. Во время армейской службы и сам делил последнюю сигарету с Арменом, призванным откуда-то из-под Еревана. Армяне были частыми гостями в нашем доме. И вот даже в поезде…

- Карен.
- Андрей, - я с удовольствием пожал протянутую руку.
- Идем к нам.

Оказалось, новый знакомый ехал в соседнем купе. Помните, у них еще что-то дребезжало, когда Поддубный всхрапывал? В общем, пока я в страхе пытался избежать любви необъятной соседки, там вовсю бухала самая настоящая дружба народов.

Итак, Карен - армянин, Макс - русский из Москвы, Тадеуш – поляк из Кракова и Эрих – немец откуда-то из-под Гамбурга. Компания сошлась уже в вагоне и успела неслабо разогреться. Меня приняли, как родного, а после третьей рюмки (по правде сказать, пластикового стаканчика) я понял, что власть и народ принципиально отличаются. Политики что-то там выясняют, санкционируют, высылают, пишут ноты, а простые люди дружат и находят взаимопонимание.

Например, Макс и Тадеуш увлеченно делились заливистой руганью, изредка переходя на языки друг друга, а Карен обучал нас с Эрихом армянским фразам. Как видите, никаких межнациональных и других противоречий не было. Мы смеялись, шутили, рассказывали анекдоты.

Не поверите, даже немец, изрядно поддав, решился на тост:
- Друзья…
И тут вагон сильно тряхнуло.
- Что это? – удивился поляк.
- Цо стало? – поддержал знакомого Макс.
- Партизанен? – насторожился Эрих.
Кстати, а у него отличная генетическая память.

- Не волнуйтесь, - прогнав мурашек со спины, лениво протянул я, - это моя лягушонка в коробчонке изволила повернуться на другой бок.
- Подробности давай, - загорелся Карен.
- Да пожалуйста.

После двух минут рассказа поляк, русский, и немец заметно протрезвели, а вот армянский друг, наоборот, решительно бросив:
- Пашол знакомица, - выскочил из купе.
Через секунду мы услышали осторожный стук и радостное:
- Даааааааааааааа?
- Ну, за Карена, - поднял я стаканчик.
- Ну…
- Мнэ тожэ налэй.

Опередив рвавшиеся с языков вопросы, армянин нервно облизнул побелевшие губы и четко ответил:
- Нэт, - а потом хлопнул коньяка.

Подозреваю, Карен застал окончание процесса выкукливания. Наверное, это было страшное зрелище. А если она сейчас в купе заглянет? Переглянувшись, мы поняли, что хоть и велик состав, а отступать некуда, впереди…

- Граница через сорок минут, просыпаемся, - никогда не думал, что проводник сможет парой слов вывести из состояния тревожного ступора.

Кстати, МегаПоддубному пора бы уже и подняться. И, словно отвечая на безмолвный вопрос, вагон несколько раз вздрогнул.
- Мужики, сейчас появится, - прошептал я.

Дверь моего купе страдальчески вздохнула, выпустив на свет Божий гигантскую бабочку: Ирин Олегович продефилировал в сторону ватерклозета, сверкая умопомрачительным шелковым халатом

От увиденного мы синхронно перекрестились вначале справа налево, по православному, а потом – слева направо, по католически. И лишний раз подтвердили, что между нами нет никаких противоречий. Даже религиозных. Тем более перед лицом смертельной опасности.

- Андрэй, - шепнул Карен, - это шанс.
Точно! Спасибо, друг! И пока МегаПоддубный принимал водные процедуры, я успел переодеться, упаковать вещи и выскочить в проход, старательно делая вид, что прогуливаюсь.

- Ой, а почему вы в костюме?
Рядом замер тот самый халат с драконами, черепахами и, кажется, Купидончиком. Нет, я все равно поймаю эту сволочь и пристрелю из его же лука!
- Знаете, друг позвонил, ждет меня в Бресте, поэтому в Минск уеду на машине.
- Жаль, - всхлипнул Ирин Олегович.
- Да святится Имя Твое, - облегченно пропели бифидобактерии.

Как вы уже догадались, после пограничных и таможенных досмотров я церемонно (икая внутри) пожелал МегаПоддубному счастливой дороги и скрылся в соседнем купе. Две бутылки, купленные в Варшаве, скрасили дорогу до Минска, а виды столичного вокзала возродили надежду на то, что самое страшное позади. С мужиками попрощался очень тепло, надеюсь, мы еще встретимся.

Уже выйдя на перрон, я вдруг почувствовал сверлящий затылок взгляд. Да, это Олегович горестно посмотрел в мою сторону и очень тяжело вздохнул, а вагон уже традиционно покачнулся.

Эпилог.

Спустя год почти намечавшаяся свадьба расстроилась после знакомства с родителями избранницы. Почему? Потому что, когда я увидел будущую тещу, то решил, что это Ирин Олегович собственной персоной. А память тут же подсунула картинку - побелевшие губы Карена, говорящие четко и ясно:
- Нэт.

Автор: Андрей Авдей

518

- Здравствуйте, сэр, чем могу вам помочь?
Саня поежился: сэр из него был так себе. Невзрачная куртка, шапка-треух, джинсы и видавшие виды ботинки - и не скажешь, что перед вами ведущий программист крупной американской фирмы с окладом с шестью цифрами. Маленький, тощенкий, замухрышка весь какой-то.
Не любили Саню продавцы шикарных автосалонов типа того, куда он зашел. Не видели в нем настоящего клиента. Разговаривали любезно: политика компании - но всем своим видом показывали: или бери уже что-нибудь, или проваливай.
А Сане хотелось другого: того, о чем он так много читал про вожделенную Америку, еще будучи в России. Чтоб его, клиента, носили на руках. Ну или по крайней мере добивались, чтоб он оставил деньги здесь, а не в другом месте.
Не, этот франкофон (акцент Саня научился определять уже давно) носить точно не будет. Да и не в Америке мы - а в Канаде.
- Я... хотел бы приобрести у вас автомобиль
- Пожалуйста, пройдемте к к моему столу, мы с вами по компьютеру подберем то, что вам подойдет. И всего через 6 месяцев, если, конечно, не будет никаких задержек - машина будет вам доставлена. Да, кстати, имейте ввиду: мы берем депозит тысячу долларов, который не возвращается, если вы передумаете покупать у нас.
Холеный менеджер автодилера улыбался, как казалось Сане, издевательски.
- Но у вас же перед зданием полная парковка автомобилей - я там приглядел себе один. На него еще и скидка...
- О, ну что вы: все эти машины уже распределены между другими клиентами. Ну так что, будем заказывать?
Саня ничего не ответил, повернулся и вышел за дверь, чувствуя на себе презрительный взгляд не только продавалы но и пары его коллег, и даже секретаря на ресепшене.
- Ладно, пацаны, придется все-таки воспользоваться вашей помощью.
Из припаркованного рядом с салоном трака вывалились двое. Они едва могли идти, настолько необъятны были в обхвате. Нижнюю часть лица каждого скрывала густая черная борода, а верхнюю - темные очки с зеркальными стеклами.
Эти двое, следуя за Саней, вошли в салон. Продавец еще не ушел, о чем-то воркуя с секретарем.
- Ну, пошли заказывать.
Менеджер обернулся на голос - и замер в некотором замешательстве. Вид двух огромных бородатых спутников Сани ему почему-то не понравился.
- Ээээ... конечно, пройдемте. А кто это с вами?
- Мои друзья - произнес Саня коротко. - Они мне помогут, если вдруг что-то будет непонятно... кому-то из нас.
- Ну... что вы желаете?
Саня вынул из кармана бумажку с распечаткой из интернета: все данные об авто, включая цену и инвентарный номер.
- Я же... я же вам сказал, - забормотал менеджер - это все уже забронированно....
Санины спутники, все так же молча, придвинулись чуть ближе к столу, уставившись на менеджера своими зеркальными черными стекляшками.
- Впрочем... я могу еще раз проверить... - Он защелкал по клавишам.
- Вы знаете, вам повезло! Как раз на эту модель бронь сегодня была снята!
- Я так и подумал, - спокойно ответил Саня.
- Но вам нужно будет заплатить сверх этой цены еще плату за предпродажную подготовку, оформление документов и сервисный сбор. Плюс налог.
Два амбала аккуратно взяли себе от соседних столов каждый по стулу, с грохотом поставили их рядом с рабочим местом продавца, и уселись.
- Эммм... наверное... автосалон может взять оплату этих сборов на себя? - полувопросительно пролепетал он, уже откровенно труся.
- Я был бы очень за это признателен вашей компании - бесстрастно ответил Саня.
- Вот и хорошо! Тогда я подготовлю все документы и позвоню вам на неделе.... Эммм... я хотел сказать: документы будут готовы в течение 15 минут, вы можете подождать вот здесь! Не хотите ли кофе?
- Три. Без сахара и молока. - Саня смотрел менеджеру прямо в глаза. Тот, подпрыгнув, побежал куда-то вглубь офиса.
...
Спустя какой-то час Саня уже держал в руках ключи от новенького внедорожника. Продавец долго тряс ему руку, все еще опасливо глядя на Саниных спутников.
- Ну вот это другое дело - сказал Саня, когда все трое уселись ненадолго в трак, на котором приехали. К этому моменту темные очки уже были сняты, бороды отклеены, из-под верхней одежды доставались вата и поролон - и очень скоро "амбалы" превратились в таких же, как Саня, щуплых ботанов.
- Аккуратней с реквизитом, пацаны, нам на следующей неделе нужно еще будет к Лехиному ипотечному брокеру нанести визит - Саня кивнул на одного из своих товарищей. - Что-то он динамит с ответом.
- Ага, и трак этот тоже снова позаимствуем на работе - ответил Леха. - Все равно он по выходным простаивает. А с ним как-то солиднее получается.
- Смешные они все-таки - вступил в разговор третий, которого звали Денис. - Чего они нас так боятся? Телевизора про русскую мафию пересмотрели что ли.

519

Как мы отдыхали у Жеки на даче или я знаю, дача будет, я знаю саду цвесть..
Посвящается всем советским дачестроителям, их многострадальным детям и друзьям, по наивности заехавшим отдохнуть в гости на дачу.

Дело было летом, делать было нефиг (не совсем в рифму, но по смыслу). Пытаясь скрасить однообразные летние новокузнецкие будни, я позвонил Юрику. От него узнал, что наши друзья –товарищи Жека с Серегой, бросив нас изнывать от жары и безделья в городе, укатили к Жеке на дачу в Карлык (в наше время это было равносильно сегодняшней поездке на зарубежные моря), где, конечно же, предаются неге и наслаждаются всеми прелестями отдыха на природе – рыбачат, купаются, тусят с дачниками- дачницами, лежат под кустами-деревьями, откуда в рот –на голову падают всякие ягодно-яблочные дары природы - в общем кайфуют по полной.
Решив, что им тяжело одним справляться с наплывом такого количества отдыхательных прелестей, мы решили помочь друзьям и на ближайшей электричке рванули в край неги и безмятежности (так мы, не имеющие собственных дач, наивно думали).
Приехав часов в 11-12 дня на дачу мы, заблаговременно врубив кассетный магнитофон (была тогда какая несколько более громоздкая замена айтьюнсам и разным плейерам, носилась на плече, чтобы послушать вне дома требовала фиговой тучи здоровенных батареек, которые не заряжались и которых хватало всего на несколько часов счастья), чтобы подчеркнуть всю торжественность и радостность нашего прибытия, ввалились в дом и нашли там наших отпускников дрыхнувшими без задних (да и скорее всего и без передних) конечностей. Сильно удивившись такому вопиющему факту, мы, добавив до полной громкость, несколько пробудили из небытия Жеку (Серега, не просыпаясь, посылал нас вместе с музыкой непечатными выражениями в темные и малоприятные места). Жека более мягкими выражениями выразил свое недовольство нашим приездом в такую рань, мотивировав его тем что они до ЧАСУ НОЧИ!!! БЕТОНИРОВАЛИ!!! ГРЯДКИ !!!
- Хватит врать, в 9 вечера темнеет!
- А батя нам переноску (лампочку на проводе) из дома спустил…
- А нахрена их вообще бетонировать?
- Не знаю, батя сказал чтобы не осыпались…
Это был шок, как если бы мы, приехав в долгожданный отпуск в Турцию, узнали, что друзья отдыхающие целыми днями окучивают-полют-поливают всякие картошки-огурцы- помидоры. В это было невозможно поверить, ведь дача, как мы, не имеющие дач думали, создана для отдыха и наслаждения.
Вот мы на свою не-голову и не поверили, тем более что главный вдохновитель и организатор трудовых подвигов Жекин батя – Владимир батькович-куда то на несколько дней отъехал.
Здраво рассудив, что наши товарищи скорее всего сильно преувеличили свои трудовые подвиги и нам, как друзьям-приезжим они точно не грозят, мы решили остаться в краю отдыха и развлечений.
Мы тогда были наивны и еще не знали (и сами пока им не стали) этот класс фанатичных строителей дач-домов-бань и прочих построек, не слышали предостерегающе-правдивую песню Ивасей «Как мы строили навес у Евгения Ивановича».
Но в целом этот день и прошел как мы и мечтали – плавали, загорали, играли в карты, в общем отдыхали по полной.
Но на следующий день Жекин батя все-таки приехал, и с утра послеследующего дня карма настигла нас.
Реальность собственника-вечнодостраивающего-подделывающего и переделывающего, открывшаяся нам после его приезда оказалась суровее труда шахтеров и крепостного права.
Дача стояла на крутом косогоре (наша на тот момент уже люто любимая партия и правительство выделяла для дач обычных людей все самое лучшее – участки в оврагах, вдоль железных дорог и под ЛЭП (при этом достигалось сразу несколько целей – и люди заняты-при деле, плюс бралась расписка что на участке над которым проходит ЛЭП, нельзя выращивать деревья выше 3 метров – т.е. по сути нахаляву люди следят за тем, чтобы место под ЛЭП не зарастало и его регулярно расчищать-вырубать не надо. Правда, вроде как вредно и нельзя проживать людям в пределах 50 - 100 метров от железнодорожных путей и ЛЭП, но для советского крепкого народа милостиво делалось исключение).
Уклон градусов в 45 очень способствовал здоровью ног и сердечно сосудистой системы при передвижению на узком, убегающем в туманную даль оврага участке, настоящий рай для скалолазов и альпинистов.
Жекин батя не был покорителем вершин разной сложности, он был дачным энтузиастом-огородником, у которого было много энергии, здоровья и бетона. Поэтому огород к нашему приезду выглядел как набор фортификационных сооружений, где всякая малина-клубника была надежно посажена в бетонные камеры-грядки во избежание побега на волю (последние из них – под малину, Жека с Серегой до часу ночи и делали).
Нам показалось, что больше уже бетонировать нечего, но Жекин отец, видимо рассудив, что нечего четырем здоровым лбам без дела прохлаждаться, когда до победы коммунизма еще далеко, нашел применение нашим зря растрачиваемым при бесполезном отдыхе силам.
Нам было сказано, что Родина-дача в опасности, один из склонов осыпается, а над ним проходит дорога, а если завтра война, если завтра в поход – как танки и прочая большегрузно-самосвальная техника пройдет?
Поэтому нужно этот обвал расчистить, склон выровнять для последующего развлечения-бетонирования, землю-глину куда-то там утащить.
Нам конечно показалось немного странным, что склон перед выравниванием-расчисткой никак и ничем не предполагалось укреплять, да и землю в целом наверное можно было никуда не таскать, а тут же разровнять, но кто мы такие чтобы указывать опытному строителю-дачнику?
Воспитанные на книгах про тимуровцев и прочих пионерах-героях, мы с утра спустились в яму-забой для свершения трудового подвига, спасения Родины-дачи и посрамления стахановцев.
Выползающее из-за деревьев ленивое утреннее солнце застало нас копающими отсюда-и-до-ночи. Диспозиция поначалу была следующая: трое копают-загружают тачку-тележку (ну как тележку - телегу или даже тележищу), пока четвертый ее отвозит.
Ну как отвозит – сначала кряхтя и взывая к всем известной богине-покровительнице всех таскающих-катающих тяжелые вещи – ТАКОЙТОМАТЕРИ, выталкивал по мосткам из ямы груженую с горкой тачку (а с горкой – потому что пока тачку везут, трое отдыхают, и чем дольше друг-сизиф мумукается с ней, тем дольше отдыхают плюс еще десяток другой лопат сверху просто по-приколу), потом несется под горку как Пятачек за Винни-пухом за этой телегой, пытаясь ее удержать-не опрокинуть, потом возвращается после этого квеста к радостно гогочущим –подбадривающим друзьям, мысленно и вслух обещая отомстить им, когда придет его черед загружать тачку.
И когда это случается – накладывает сверху еще пяток лопат на все увеличивающуюся горку, а чтобы вошло- немного притрамбовывает. Так как каждый по очереди побывал тачководителем, то спираль мести не останавливалась до тех пор, пока на одном из рейдов груженая по самое «нихрена себе как это тащить, вы чё обалдели?», т.е. на полметра выше и без того не малых бортов, тачка не решает, что с нее достаточно и «откидывает» колесо.
Сначала мы этому обрадовались – по принципу «нет тачки-нет проблем» (некуда грузить – ура свободе!). Но мы недооценили нашего героя-дачестроителя, он доступно объяснил, что подвиг наш бессмертен, наш пот и кровь не пропадут даром,не время оплакивать павшую тачку, мы за нее еще отомстим. После пламенной речи он на личном примере показал нам, слабакам, что русские неистовые дачники не сдаются и впрягся в то что осталось от тачки – это по результату больше всего напоминало плуг. Оставляя две борозды сантиметров по 10 глубиной, треща (тачкой) и кряхтя (собой) он (вместе с тачкой) медленно удалялся в наше «светлое» будущее…
Чтобы окончательно вселить в нас веру в победу коммунизма на отдельной дачи ну и для повышения производительности ( т.к. в тачке без колес много-быстро мы –слабаки –недачники не в состоянии были волочь) он в дополнение к ней выдал нам видавшие виды носилки, в качестве бонуса к которым прилагались намертво присохшие к ним пару ведер бетона.
Нифига уже не ласковое солнце подползало к зениту, обжигая дочерна наши изможденные спины и превращая нас из изнеженных городских отдыхающих в героев книги «Хижина дяди Тома». Серега, самый смуглый и худой, в красных семейных трусах, порванных ручкой от носилок до состояния набедренной повязки, был ходячей иллюстрацией из вышеупомянутой книги. Взглянув на нас, мало какой белый не захотел бы пойти воевать с Южанами, чтобы отменить рабство.
Мимо шли к озеру другие дачники, зовущие –«Володь, пойдем купаться!»
Иш, чего удумали, не дождетесь – «Мы еще мало поработали!» кричал им в ответ местный Себастьян Перейро.*
Наконец, видимо почуяв угрозу восстания, нас отпустили «минут на 20 искупаться». Мы, конечно не планировали быть очень пунктуальными, справедливо рассудив, что так как часов у нас нет, то 20 минут – понятие на час-другой растяжимое. Но опытного «торговца черным золотом»** так просто не проведешь, и ровно через двадцать минут наш друг-дачник Жека, по совместительству сын и будущий наследник бетонно-огородной империи, был под разными предлогами-уговорами-убеждениями «выловлен» из озера и вернут на трудовой фронт, за ним, печально напевая «друг в беде не бросит, лишнего не спросит….» уныло поплелись и мы.
Когда пришло время готовить обед, то в этот раз, в отличие от обычного расклада, когда готовка приравнивалась к казни четвертованием, желающих было хоть отбавляй, пришлось даже кинуть жребий, кто будет поваром-кашеваром. Фортуна в этот раз была благосклонна к Юрику – никогда, ни до, ни после я не видел такого счастья в глазах пацана, которому досталось чистить ведро картошки. Он весело смеялся и радовался, как будто выиграл в лотерею «Волгу», из форточки обзывал нас неграми и требовал глубже копать, дальше таскать и ровнее бороздить.
Что мы и продолжали делать, негромко ругаясь (ибо неприлично было в нашей стране победившего социализма роптать на созидательное счастье трудовых подвигов) сложносочиненными предложениями, которые с ростом числа выкопанных-перетащенных тачек-носилок приобретали все большую глубину и этажность, злорадно дожидаясь, когда наш шеф-повар, этот «халиф на час», закончит свою «белую» работу и опять будет низвергнут из своего кухонного рая на нашу потом, слюной и матами политую глиноземлю, которая широка, глубока и где так вольно какой-то человек дышит.
Часы и минуты ползли, как парализованные обкуренные черепахи под палящим солнцем, носилки сменялись лопатами, лопаты тачкой, мы уверенным речитативом подбадривали себя советским рэпом:
«Нам солнца не надо-нам партия светит,
Нам хлеба не нужно-работу давай!»
В общем Маяковский рулил– дети и внуки кузбасстроевцев продолжали реализовывать его программу-стихотворение «Хреновый рассказ о Кузнецкстрое» (в оригинале- «Рассказ Хренова о Кузнецкстрое», но мой вариант названия, как мне кажется, точнее передает суть стиха) – ну там, где рабочие то под телегою, то в грязи, то впотьмах лежат, сидят, сливовыми губами подмокший хлеб едят и регулярно медитируют на «через четыре года здесь будет город-сад» (т.к. про то как они работают в этом стихотворении нет ни строчки, то напрашивался вывод - получить город и/или сад в нужные сроки планировалось суровой аскезой и непоколебимой верой – ну он же не прораб, он поэт- он так видел процесс строительства).
Опять же непонятно как у него в голове совместились закудахтавшие взрывы, взроевший недра шахтами стоугольный гигант с мартенами в сотню солнц, воспламеняющие Сибирь, с основной целью-мечтой, которая будет достигнута в результате этой экологической катастрофы -городом садом, притом что завод строился в центре города ? Где логика, где причинно- следственная связь?
Ну да зубоскальте-глумитесь неблагодарные потомки – художника обидеть всякий может)).
Но в общем наш настрой-состояние стихотворение передавало достаточно точно (день простоять да ночь продержаться), только в нашем варианте стиха свинцовоночие и промоглость корчею были поменяны на палящесолнцечье и оводокусачею, а мечты о городе-саде – на грёзы о дачном отдыхе.
Но все рано или поздно заканчивается и неожиданно мы поняли, что разглядеть наше светлое будущее и дорогу к нему с носилками-тачкой в сгустившихся сумерках не представляется возможным. На Карлык умиротворяющей нирваной опустилась тихая летняя ночь – избавительница и заступница от трудоголиков-экстремалов.

В сердце осторожной литаврой запела радость – Ура! Свобода-Равенство-Братство!
Эль пебло унидо хамас сэра венсидо!
Но вдруг кромешная темнота, а вместе с ней и радость были беспощадно разорваны неугасимым светом энтузиазма и лампой на переноске, которую неуемный Жекин батя спускал нам из окна.
«Работайте негры, солнце еще высоко!
А это не солнце а луна? Все равно работайте!» - раздался язвительный Юркин голос, но мы почему-то не засмеялись, видать чувство юмора стало сдавать на нервной почве.
Это был апофеоз, который поэтичные Иваси облекли в иронично-романтические слова:
«Я знаю - дача будет, я знаю – саду цвесть,
Готовы наши люди не спать, ни пить ни есть.
Таскать кирпич под мышкой, век мучаться в долгах,
Чтоб свить гнездо детишкам у черта на рогах.»
Детишка –Жека, для кого это все в теории вилось, почему то не понимал своего счастья или не видел так далеко своего светлого будущего, поэтому вместе с нами был несколько расстроен бесплатным-безлимитным продлением коммунистического субботника (а может и чуял какой нибудь интупопией, что фиг он насладиться гнездом, т.к. дача после окончательной достройки-перестройки умудриться сгореть, видимо чтобы было чем и ему заниматься с его сыном – продолжать гнездоваться- строиться, ибо ничто в этом мире не вечно, кроме процесса строительства дачи).
Во сколько мы в итоге закончили радоваться труду – скрыла милосердная завеса времени, дальше помню себя уже поздней ночью, бегущим с горы в траве-по-пояс, счастливый и опьяненный свободой.
Следующий день прошел как под копирку – «и вновь продолжается бой, и сердцу тревожно в груди», копать-таскать-пахать, мы не сдавалась, за нами в каких то 3-4 тысячах километрах была Москва, и к обеду послеследующего дня осыпающийся ранее склон радовал глаз перпендикулярной красотой и казалось, что свобода, а с ним и долгожданный дачный отдых уже где-то рядом, за семью тачками и десятью носилками.
Но толи карма потомков кузнецкстоевцев не подразумевала отдыха в этой жизни, толи мы плохо медитировали на цветущий через четыреста сорок четыре года сад-огород, в общем к нам опять прилетела птица «обломинго».
Находясь на заслуженном послеобеденном отдыхе, мы уже основательно строили планы на то, как мы сегодня и завтра зажжем, ведь осталось то дел всего на час-полтара.
Наша неспешная беседа была прервана диким смехом за окном. Через несколько секунд его источник – Серега ввалился к нам. Сквозь приступы истеричного смеха-сквозь-слезы мы кое-как разобрали, что наш не подпёртый склон (который мы третий день ровняли для последующего бетонирования) – обвалился «сначала немного, тачек на 5-10, а потом тачек на 50».
Это означало, что все надо начинать сначала – работы добавилось на пару дней стахановского труда, а при такой организации – «что думать, прыгать надо» (зачем подпирать-укреплять, копать надо) – до конца лета.
С таким же успехом можно носить воду в решете, красить траву, круглое носить, квадратное катать и заниматься много какой полезно-армейско деятельностью для повышения нашей приобщённости к физическому труду и поддержания ИБД (имитации бурной деятельности).
К тому времени наша маленькая спаянная бригада уже думала и действовала как единый организм – без слов, на одной телепатии. Жека мгновенно куда-то испарился, мы достали карты и сели играть в дурака.
Через несколько минут ворвался наш вдохновитель на подвиги – Владимир Перейрович с новыми зовущими на подвиг лозунгами, но Жеку не застал. Лишившись вместе с Жекой основного своего рычага воздействия на нас – дружеской солидарности, он загрустил и отправился на его поиски, иногда забегая к нам проверить – а вдруг он где то в доме (под табуреткой-диваном-столом) прячется? Но Жека в этот день проявил чудеса конспирации и до ночи так и не попался в принудительно-добровольные трудовые сети.
Мы же чувствовали себя настоящими забастовщиками, вместо стучания касками делая вид, что совсем не понимаем, чего от нас хотят и какой-такой копать-таскать на даче, мы же в гости отдыхать приехали.
Так в праздности и неге прошел остаток этого дня и у нас забрезжила надежда на то что жизнь начинает налаживаться и мы наконец достигнем отдыхательной нирваны.
Но тогда на просторах нашей необъятной социалистической Родины свято соблюдался лозунг «Кто не работает-тот не ест!». Поэтому планово-беззаботное утро встретило нас первыми лучами солнца и вкрадчиво-заботливым голосом Владимира батьковича «Ребята, вставайте, через 40 минут электричка отходит, следующая только в обед, а то у нас хлеб заканчивается» (тогда магазинов рядом с дачами не строили, за продуктами, в т.ч. за хлебом надо было идти черти знает куда). Предлагать сходить за хлебом мы не стали, прочитав в его глазах неумолимый приговор- лозунг энтузиастов-дачестроителей- «кто не пашет на даче до зари, тому не дадим праздно жить на ней и есть сухари!».
Так произошло наше изгнание из рая, хотя никаких запретных плодов мы попробовать так и не успели – некогда было, а так хотелось.
С тех пор наши редкие поездки к Жеке на дачу заранее предварялись строгой проверкой на время нашего приезда планов передвижения – местонахождения на это же время Жекиного бати, ибо наши пути не в коем случае не должны были пересечься как минимум в радиусе нескольких километров от дачи, т.к. он продолжал с неиссякаемой энергией-энтузиазмом-фанатизмом строить-бетонировать-переделывать, пугая нас до холодного пота и ночных кошмаров перспективой вновь оказаться в рядах добровольно-принудительных помощников реализации этого бесконечного процесса.
И вот, собравшись как-то в один из летних погожих дней, мы услышали от Юрика рассказ о том, как он на днях заходил к Жеке домой, минут двадцать стучал, ждал когда наконец откроют, а не уходил потому, что в комнате раздавались какие то непонятные звуки- явно кто-то был дома. Наконец ему открыл стоящий на четвереньках Жекин батя и сказал что Жеки дома нет.
Жека внес ясность в эту футуристическую картину, объяснив, что его батя сорвал-надорвал спину на даче, когда очередные тачки-бетоны-глины таскал-копал, поэтому так долго и не открывал – мог передвигаться только на четвереньках и очень медленно.
Нехорошо, конечно, радоваться чужому горю, но мы увидели в этом прекрасную возможность беззаботно-безбетонного отдыха, пока Владимир батькович будет отлеживаться дома и стали активно спрашивать у Жеки, чего мы тут сидим и время теряем, когда в Карлыке райские кущи облетают-опадают.
На что он философски-спокойно пояснил, что медицинскую справку по временной нетрудоспособности на пару недель его бате для работы конечно выдали, но как только он смог вставать, то на первой же электричке ломанулся на дачу – раз есть такая клевая возможность столько всего на ней успеть сделать, пока можно на работу не ходить; и мы конечно можем поехать на дачу, но он пожалуй пас, ибо жизнь она одна и желательно ее прожить, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прокопанные-пробетонированные в юности годы.
Ну а морали сей истории -
1)«гвозди бы делать из этих людей, крепче бы не было в мире гвоздей!» (это про Жекиного батю)
и
2)«труд сделал из обезьяны усталую обезьяну» (ну а это про нас).

520

Мне было девять, мы с семьей жили тогда в бабушкином доме. Лето, мама с папой на работе, баба Маруся куда-то ушла, сестра Ленка вообще за 300 км.- гостит у другой бабушки Ули. Почему каждое лето Лена поводила у бабы Ули, а я оставался с бабой Марусей мне не рассказывали, кстати, нужно будет спросить у родителей.
Приезжает Санька, мой двоюродный брат, он был на два года старше меня. Ну как, приезжает. Приехал мотовелик, а Санька его привел, потому что закончился бензин. Санька был из не полной семьи, если можно назвать неполной семью еще с двумя братьями, сестрой и матерью, но вот их отец где-то канул. У нас же с Ленкой отец был и есть до сих пор, и в те времена они совместно с ремнем тщательно контролировали наше с Леной взросление. К слову сказать, когда нас с Леной однажды раскурили сигаретами Нева все те-же двоюродные братья, а отец это вычислил и пролечил, мне хватило впечатлений до двадцати лет, а Лена уже на пенсии и не курит до сих пор. Я это еще к тому, что мотовелик, никем не пролеченный Санька, где-то стырил. Меня же природа появления этого средства передвижения у Саньки совсем не интересовала, а перспектива весело покататься, как раз наоборот.

Бензин у отца хранился в паре канистр, и овальном лодочном баке стоящих под домом со стороны сада. Канистры мы открыть не смогли, и отливали бензин в бутылку из бака. Было очень неудобно и нахлюпали мимо бутылки целую лужу.
Воровством я это не считал – мы же одна семья, но и лишний раз посвящать отца в детали мне не хотелось.
Я еще не говорил, что в свои девять лет я был уже смышленым мальчиком? А еще и очень инициативным? Говорю. Саньке говорю, давай мы эту лужу подожжем, разлитый под самым домом бензин быстренько сгорит и ладушки - отец ничего не узнает.
Санька легко согласился, я и поджег. Мои ресницы с бровями была самая малая потеря, которая только могла произойти в этот день.
На метнувшийся из под дома столб пламени и черного дымы, моментально сбежалась вся округа. Санька глубоко залег в густой смородине, поэтому когда затушили лужу, пилюлей, как самый умный, отхватывал только я. Сначала по очереди от всех соседей, потом от бабушки и к вечеру немного от отца. Он, как было не странно, всего лишь подолбил меня пальцем по башке, и очень убедительно заявил что: -Думать надо!
Потом я уже думал лучше, когда капсюли и порох из отцовского рундука с ним делил, я же говорил, что смышленый!
А поговорку про еще одно свое качество, я узнал гораздо позже, уже будучи моряком:
Инициатива на флоте - хуже пожара!

521

Новогодние чудеса...

После армии организм требовал физической нагрузки и я решил что пока работы нет, можно бегать по лесу. Лес небольшой, воздух чистый, куча отдыхающих, собаководов и тд на полянках в хорошую погоду, всё замечательно. Итак начал я бегать. Днем. Бегал, бегал, ногами руками махал и тд все было хорошо. Пока не произошло следующее. Пробежавшись пару кругов, шел уже пешком из леса, днем около 14 00. До города было еще метров 300-400 через овраг, дамбу через него.
И вот тут меня ждала встреча. Где-то 15 человек молодежи, разных возрастов от 12 лет до 20 на краю леса и начала оврага в город, что они там делали не знаю, наверное искали приключений. Ну началось слово за слово, "эй парень время не подскажешь", - сказал мелкий главарь, а сам спрятал руку с часами за спину, я это заметил и сообщил ему, что нужно ему посмотреть на часы. На что получил ответ, "а что впадлу время сказать", я ничего не сказал и продолжал движение. Тут меня начали окружать, главарь продолжил, "мы еще не закончили", так как опыта у меня в этих делах не занимать, стало понятно, дело пахнет жаренным и нужно выключать главаря. Разворачиваюсь, иду к главарю, и что есть силы бью в морду. Разворачиваюсь и иду, толпа еще не поняла что делать, главарь в отключке. Отхожу на метров 10 от них спокойным шагом, главарь очнулся и кричит "мочите его". Кто то хватает камни, палки и все что можно под ногами и понеслось, кинули камнем и попали по касательной мне в голову, но я иду не оборачиваюсь. Краем глаза вижу бегут, толпой с палками. Уже рядом и я побежал, бегу за мной толпа бежит. По 1-2 я бы всех их уделал, а толпой уделать невозможно. Бежим значит, 300-400 метров до города, я впереди, толпа сзади. Уже город приближается. Замечаю где что лежит, там палка, там дерево, что собака грызла, но не догрызла, хорошая такая дубина. (Дело было летом). За мной увязались 2-3 спортсмена, остальная толпа вытянулась в цепочку, кто-то уже идет пешком в конце, главарь что-то кричит спортсменам, типа не бегите за ним. Смотрю задыхаются спортсмены, пришло время действовать, к этому времени остался всего один спортсмен. Двое так же растянулись в цепь. Замедляюсь немного, разворачиваюсь и делаю ускорение, спортсмен "у меня", он попытался развернуться и дать стрекача, но подсечка его задней ноги лишь его приземлила на землю и удар в голову с ноги успокоил, дальше добивать не стал, так как он уже был в отключке, двое что были ближе всех" спортсменов" что-то попытались попрыгать, но один так же упал от удара в челюсть, второй начал убегать, я начал ускоряться, поднял дубинку с земли и понеслось, все цепочка вытянутая ко мне в начале не поняла что происходит, а когда дошло до них, начали разворачиваться и бежать обратно в лес, получая тумаки дубинкой, так как бегали они не очень хорошо, побил я там изрядно народа, а с дамбы два пути, в заболоченный участок справа или слева или в лес, до леса они добежать не могли и стали спрыгивать в "болото" понимая что там их спасение, "главарь" аж с разбега прыгнул в это болото и начал улепетывать в камыши, там было не глубоко по колено грязи, я не стал их преследовать. Двое что лежали поднялись и прихрамывая ковыляли в город, единственное 3му "спортсмену" не досталось, он прыгнул в камыши и там растворился, не стал я туда прыгать, остальные разбежались кто куда. Когда шел в город злой, но довольный из камышей доносилось "мы тебя всё равно поймаем и отх.ярим".
Вот когда просто хорошая "дыхалка" может стать и оружием, кроме этого от бега повышается уровень тестостерона в организме, у мужчин, убирается живот, единственное замечание, нежелательно бегать по асфальту, в слабоамортизирующей обуви, чтобы не нанести вред, хрящам, суставам, позвоночнику и не дышать выхлопами авто, от этого больше вреда чем пользы.
Можно сказать это было одно маленькое чудо, второе чудо, стояло дерево, крепкое, полдерева сломалось, половина стояла, когда бегал я отрабатывал удары на нем, сломать его было точно невозможно, оно крепко там стояло и окружность его была сантиметров 40-50, оно амортизировало удары и ему было хоть бы хны, но в один день от удара ноги оно повалилось, я был сам в шоке, а еще человек наблюдавший в метрах 50-и эту картину из-за дерева (видно там спрятался) выскочил и дал стрекача, наверное думая что тут новый Брюс Ли все деревья щас начнет валить. Смысл этой истории, если долго чего-то добиваться, то рано или поздно добьешься. Не взирая даже на то, что это кажется невозможным.
Еще чудо, я экипированный в термобелье, костюм бегу в ноябре вдоль леса, мороз минус 5-7, выпал мелкий снежок, хорошо, тепло бежать. Вдруг из-за поворота леса выскакивает паренек лет десяти, кудрявый, с непокрытой головой, в шортах на голые коленки, веселый с улыбкой до ушей, с светлыми развивающимися кудрями в минус то 5, бежит, как бегают дети, типа спортсмен он тоже. Довольный. Я думаю щас родители покажутся из за поворота, хотел бя я на них посмотреть заставляют ребенка без экипировки бегать, без шапки, без трико в одних шортах в мороз. Но родителей не было, как и того ребенка, когда я на бегу обернулся еще раз на него посмотреть. Похож был на ангелочка. На глюк это не было похоже. Так я и не понял что или кто это было или был, может ангелочек? )))) Загадка до сих пор.
Еще случай, бегу я значит по знакомым дорожкам в лесу, знаю каждую тропинку куда она ведет, возвращаюсь. И ни с того, ни с сего, на развилке дорог не могу узнать дорогу назад. Лес то небольшой и побежал как мне тогда показалось по правильной дороге, но она привела в частный сектор, в другом направлении, хотя в этом лесу заблудиться как я думал невозможно. Ну думаю дело нечистое. Перекрестился, развернулся и побежал обратно, и вдруг около одно дерева хрустнула ветка и я увидел ногу, которую кто-то за это дерево убрал, но ветка его выдала. Не стал я туда заглядывать кто там прячется, за этим деревом, побежал обратно и благополучно вышел к дому.
Такие вот чудеса иногда случаются в жизни, в НГ хочется верить в чудеса, в праздник . Всех с наступившим НГ!!!
(с) СБ

522

Пытка или noblesse oblige.

Бесполезных знаний не бывает — всегда найдётся такая ситуация, при которой они пригодятся.
А когда приходится заниматься чёрт-те чем — возможность использовать забытые знания увеличивается многократно...
Позвольте мне продемонстрировать вышесказанное полузабытым эпизодом из моей жизни.
Итак, начало 90ых, первый этап эмиграции — экзамены на профессию.
И если у врачей всё более-менее понятно: три экзамена на врача, один экзамен — трёхдневный марафон — на лицензию и вперёд, в рабство интернатуры, то у дантистов путь к лицензии другой.
Штат Калифорния позволяет им сдавать теоретические экзамены, затем практические и, после успешной их сдачи, выдаёт лицензию дантиста, право на работу по специальности.
На первый взгляд — дантистам проще, их путь легче и короче.
Но это далеко не так: теоретические экзамены вполне возможно сдать.
А вот практические... совсем другое дело, дорогое и сложное.
Кандидат должен привести своих пациентов, принести свои инструменты и материалы, ассистента — словом, всё.
Дорогое это удовольствие, надо сказать, особенно для малоимущих эмигрантов.
Кстати, самое дорогое во всём этом — пациенты.
Их надо найти, обследовать и подготовить, оплатить им дорогу, ночлег, питание, компенсацию — словом, неслабо попасть на деньги.
Отвлекусь: и всё это без гарантии успеха, менее 50% сдавали этот экзамен с первого раза, экзамен проводился редко, два раза в год, плата за него — что-то в районе тысячи, в тех деньгах...
Так что не удивительно, что мой друг детства, Веня, попросил меня помочь. Зубом. Моим. Здоровым зубом, без единой пломбы и коронки — под золотую коронку, задание экзамена. И я согласился, не раздумывая: понятие дружбы и эмигрантская солидарность диктовали поступить именно так, а не иначе.
Скучная дорога из Лос-Анджелеса до Сан-Франциско в старом американском драндулете, остановились у знакомых, спал я в проходной комнате на раскладушке — словом, роскошь та ещё.
Утром — на экзамен. Веня нервничает, ясное дело, но с ассистенткой ему повезло, знающая и умелая.
Оборудование, материалы — но больше всего ему повезло с пациентом: я сам из семьи стоматологов, никогда их не боялся, спокойный опытный пациент, успокаивающий врача — всё заладилось с самого начала.
Веня, стоматолог в третьем поколении, очень умело поставил мне обезболивание, я подрёмывал, процедура была долгая, несколько часов, каждый этап проверяется экзаменаторами, мы продвигаемся к заключительному этапу, коронку одели и зацементировали, сверкая золотом, иду на последнюю проверку.
И вот тут что-то пошло не так...
Обезболивание закончилось, то ли экзамен продлился дольше и Веня не рассчитал, то ли он должен был её обновить — кто знает.
Эта финальная проверка была также самой фундаментальной.
И тщательной.
Посмотрев рентген и осмотрев коронку снаружи — экзаменатор принялся проверять степень заглубления коронки в десну. Десну, проснувшуюся от обезболивания и богатую нервными окончаниями.
Первое же прикосновение острого зонда было исключительно болезненно, я непроизвольно напрягся.
Это не прошло незамеченным, экзаменатор остановился и недовольно спросил:
— Вам больно? Пациентам положено ничего не чувствовать, вам что, анестезию не сделали?!?
— Сделали, мне не больно, простите, просто не ожидал, пожалуйста, продолжайте.
Друг, а для дружбы чего не сделаешь, потерплю.
Мнда...
Терпеть пришлось долго, целую вечность, минут 5-7, инквизитор в белом халате методично и беспощадно тыкал острым зондом, прощупывая края коронки.
Миллиметр за миллиметром, по всей периферии коронки, десятки раз в меня втыкали эту острую иглу.
Это была пытка.
Которую я был обязан вытерпеть. Более того — не показать виду, что мне больно.
И вот именно тогда мне пригодились мои бесполезные книжные знания.
Революционер Камо сумел обмануть психиатров в подобной ситуации — но его почти выдали расширенные зрачки.
Я плотно прикрыл глаза и представил себя спартанским юношей, которому лисёнок отъел кусок печени.
Самураем, во время харакири.
Глубокое медленное дыхание, расслабить мышцы, считать до ста и обратно, произнёс про себя молитву «Слушай, Израиль!», мысленно обложил экзаменатора самыми грязными ругательствами на всех известных мне языках, сжал ручки кресла под простыней...
Выдержал.
Пытка прекратилась именно тогда, когда я начал подумывать надеть стоматологическое кресло моему палачу на голову.
Тогда же понял — у меня есть пределы и я побывал около них.
Веня что-то заподозрил:
— Слушай, да ты весь мокрый! Что случилось?!?
— Да ничего, Вень, там очень жарко было...
Вечером Веня проставил ресторан, ели, пили, плясали.
Экзамен он сдал.
Точнее, мы.
Тихо, про себя горжусь, уже лет 25...
Вы первые, кому я рассказал.
(Michael Ashnin)

523

В конце 90-х на выезде из города ограбили коммерсанта. Все местные эту новость обсуждали, даже дети. Говорили, что он вёз крупную сумму денег, но какие-то ребята на джипе прижали его к обочине и, угрожая оружием, всё забрали. Многих интересовал вопрос, сколько было наличности.
– Пока все говорят, что миллион рублей.
– В смысле, пока миллион?
– Не пока миллион, а говорят пока. Через неделю будут говорить два миллиона, ещё через неделю – десять, а потом уж и не рублей, а долларов. И грабители не просто с оружием были, а из автомата расстреляли. И не на джипе, а на танке его подрезали. Но пока так – всего миллион рублей.
Через некоторое время кто-то уточнил, не ранили ли хозяина денег при ограблении.
– Пока не ранили, но через месяц…

524

Навеяно эпиграфом к чужой истории:
"Гениальные клоуны знают: подлинное шутовство таится в зрителях" (Станислав Ежи Лец)

Всего один раз в жизни мне удалось побыть "гениальным клоуном".
Дело было на первой картошке (перед первым курсом института). Для нас, ох..евших от с/х работ, решили устроить вечер художественной самодеятельности, где я должен был с выражением прочитать некий смешной стих. Я выбрал отрывок от поэмы "Трудодни и ночи", она была ...дцать лет назад "широко популярна в узких кругах" (внизу привожу ее по памяти, т.к. в Инете не нашел ее следов).
На первом ряду зала сидели два "комиссара", как это тогда называлось - старшекурсники, надзирающие за нами, "салагами" на с/х работах. Один из них был некто Лелик, кажется, третьекурсник, сверкавший золотым зубом во рту, и изрядно накативший перед "культурным мероприятием".
Я не успел произнести две строчки текста:

Рассветало за дорогой дальней.
Свет зари давно уже потух...

- как Лелик скорчился от хохота и бился в судорогах на первом ряду секунд пять.
Зал начал ржать уже над Леликом.
Лелик смеялся чему-то 5 секунд, зал угорал над ним еще секунд 10. Я был вынужден держать паузу 15 секунд со сравнительно "каменным" лицом, потом продолжил:

Первый раз торжественно, печально
Прокричал за кузницей... петух.

Слово "петух" вывело из себя Лелика еще на пару минут, плюс еще три минуты - "афтершок" зала.
Я, полностью охреневший от такого "приема публики", продолжаю:

Вижу я - вдали идут коровы,
Кланяются дому моему.
Я кричу им: Милые, здорово!
А они мне отвечают...

Голос Лелика, заходящегося в хохоте в который раз:
"Мууууууу!"

Короче говоря, к моему удивлению, Лелик полностью "сделал" это мое выступление.
Народ рыдал от смеха, падал со стульев и бился головами об стены... Без Лелика я бы этого не добился никогда.
Ко мне потом подходил мой одногруппник, профессиональный КВН-щик, который тоже выступал там (гораздо лучше меня), но Леликово сознание к тому моменту уже начало отключаться, и он еле приоткрывал глазки свои, так что не было ни "шоков", ни "афтершоков", публика тихо восстанавливала силы после множественных взрывов хохота. Так вот, одногруппник, не сумевший насладиться и десятой долей того "успеха", который выпал на "наше с Леликом" выступление, на полном серьезе спросил меня: "А ты с Леликом что, заранее договорился, что ли?!"
Тут настала моя очередь громко заржать...

PS Текст "поэмы" (читается "умирающим", "поэтическим" голосом, a la Борис Пастернак)
Вступление: "Я тут недавно побывал в деревне... Случайно... Не на той станции сошел... По итогам данной поездки мною была написана поэма из сельской жизни "Трудодни и ночи". Отрывок от нее я вам сейчас прочитаю"

Рассветает за дорогой дальней.
Свет зари давно уже потух.
Первый раз - торжественно, печально -
Прокричал за кузницей петух.

Вижу я - идут вдали коровы,
Кланяются дому моему.
Я кричу им: "Милые, здорово!"
А они мне отвечают: "Муууу!"

Вижу я - одна из них бросает
Грустный взгляд на всеь окрестный мир.
Видно, молоко у ней скисает.
То есть - превращается в кефир.

Эту бы корову подоить бы,
Под каким-нибудь широким вязом...
"Поэтом можешь ты не быть,
Но гражданином - быть обязан!"

Но меня дела зовут другие.
Я спешу ко птичьему двору:
"Здравствуйте, хохлатки дорогие!
Я же вам товарищ - по перу!

У меня душа пернатой птицы!
И, хотя я хвастать не берусь,
Но не зря в колхозе говорится
Про меня, что я - хороший гусь!"

Что-то я уже устал немножко,
Повар наш обед уже несет...
Где она моя, большая ложка?
У меня под ложечкой сосет...

(если вдруг кто помнит более точный вариант, поправляйте, пожалуйста)

525

Сумасбродная юность

«Восьмидесятитысячный Воскресенск подарил миру немало прекрасных хоккеистов», - этой фразой начиналась статья в каком-то спортивном журнале о моём земляке – Игоре Ларионове.
Хоккей был очень популярен в нашем городе. Имелась сильная школа, но все это как-то прошло мимо меня. В хоккейной секции не занимался, играл только во дворе. Страстным болельщиком не был, на матчи не ходил.
После каждого матча нашего "Химика" со «Спартаком» ребята обсуждали «этих спартаковских фанатов», и как «наши пацаны здорово им навешали» до или после матча.
Я иной раз интересовался – за что навешали-то?
Мне отвечали:
- Да, ты чо?! Они же специально драться приезжают! Ещё такие наглые – все в своих фанатских шапках и шарфиках!
Однажды я решил принять участие в этом противостоянии. Испытать себя, что ли. Вот будут наши, вот – враги. Все ясно и понятно – кто хороший, кто плохой.
«Химик» должен был провести со «Спартаком» домашний матч.
Пришел к Лёхе – своему закадычному другу – и предложил:
- Пойдем на хоккей сегодня. Мамина подруга билетершей работает во дворце – она нас бесплатно пропустит. После матча, может, со спартаковцами подеремся…
Лёха поинтересовался:
- Я похож на больного? На хоккей пойду. Тем более бесплатно. А драться-то зачем?

Я удовлетворился этим ответом. Думаю: «Главное - туда придем. А там, когда мясня начнется, будет драться, никуда не денется».

Я впервые тогда попал на матч со «Спартаком». Его болельщики занимали целый сектор. Я видел, что это очень для них удобно и безопасно, но был в недоумении – как и кто это организовывает?
Милиционеры в форме и в штатском стояли на лестницах и в проходах между этим сектором и соседними. (79-й или 80-й год. У милиции ни дубинок, ни газовых баллончиков. Даже оружие на патрулирование не всем выдавали.)

Спартаковцы шумно и организованно «болели».
«Химик» проигрывал.
По рядам распространялись слухи, что «вот сейчас в туалете наши «надавали» спартаковцам, и что «после матча надо будет им устроить».

За десять минут до конца встречи, при счете 1:4, спартаковцы встали и направились к выходам.
Милиционеры сопровождали их.
На остальных трибунах поднимались разрозненные группы воскресенских парней и тоже выходили.
Я вскочил:
- Лёха, пойдем! Сейчас начнется! Пошли скорее! Опоздаем!
Лешка покрутил пальцем у виска и отвернулся.
Я побежал в вестибюль. Пусто.
Спустился в туалет.
Там стояли пятеро ребят моего возраста.
Один из них показался мне знакомым. Вроде когда-то в пионерлагере в одном отряде были. Он тоже узнал меня:
- Здорово! Мы идем спартаковцев бить. Ты с нами?
- Конечно! Я искал кого-нибудь, чтобы не одному идти.
Другой, патлатый – из под меховой шапки на плечи сосульками спускались давно немытые волосы – покручивая в руках клюшку, а тогда некоторые мальчишки, отправляясь смотреть хоккей, зачем-то брали с собой клюшки, подозрительно глядя на меня, спросил моего знакомого:
- А он сам-то не спартаковец?
Тот горячо возразил:
- Ты что?! Я его давно знаю!
- Ну, пошли тогда! Сейчас менты их из Дворца Спорта выведут, и отстанут. Вот тут наши и начнут.
Мы вышли из дворца и вскоре догнали и опередили спартаковцев.
Они шли колонной человек в триста по узкой улице Победы в направлении станции.
Впереди и позади колонны ехали милицейские уазики.
По обоим тротуарам эту колонну сопровождали группы воскресенцев.
При милиции никто не осмеливался на какие-то активные действия.
Мы стояли на перекрестке Победы и Советской, колонна людей в красно-белых шапках и шарфах текла мимо нас.
Вот они уже почти все прошли.
А один парень сделал пару шагов в мою сторону, протянул руку и крикнул что-то про «Химик». То ли он кулаком вертел, то ли фигу показывал – темно было, не разобрать.
Я быстро огляделся – позади меня стояла наша группа, за ними высился сплошной трехметровый деревянный забор, ментовской уазик куда-то делся, спартаковцы удалялись.
Сделав шаг навстречу этому спартаковцу, ударил его в грудину кулаком.
Сразу по лицу не мог как-то. Не с чего, вроде. И несильный-то удар получился. Но парень потерял равновесие и сделал несколько шагов назад.
И тут возле нас, скрипнув тормозами, останавливается милицейская машина.
Чудеса прямо!
Не было же её видно!
Я испугался. Полностью прочувствовал, что означает выражение - ноги стали ватные.
Острое желание – отступить назад, и смешаться с остальными.
Оглянулся – никого нет!
Направо и налево далеко тянется высокий забор, и нет никого. Куда делись?!
Хлопнули дверцы УАЗа, менты сноровисто запихнули в него спартаковца, и уехали.
Сзади раздался голос патлатого:
- Здорово ты его! Я же говорил – наши менты своих брать не будут. Пошли на станцию.
Я обернулся. Все снова были здесь, на тротуаре, возле меня. Мистика!
Дошли до станции.
Спартаковцы заполнили платформу.
Наши группы слонялись вокруг по путям.
Мы смешались с такой одной.
Один парень с жаром говорил:
- Вон на том перекрестке один наш только что спартаковцу навешал! Наш этот здоровый такой, – парень поднял руки и развел их в стороны, показывая ширину плеч неизвестного героя, - Он сейчас ребят собирает. Скоро должен привести. Вы не расходитесь!
Мой знакомец по пионерлагерю выступил вперёд и сказал, хлопнув меня по плечу:
- Так вот же он! С нами! На перекрестке возле цветочного рыночка? Вот он! Мы всё видели! Мы с ним были!
Он придвинулся ко мне поближе, греясь в лучах моей славы. Все, кто с ожиданием, кто с сомнением, смотрели на меня.
Я хмуро произнес:
- Ну, да, это я сейчас бегаю по городу и народ собираю.
Стоим в растерянности. И, главное – время уходит! Сейчас электричка подойдет, уедут эти пришельцы безнаказанными, а мы подвигов своих не совершим, и хвастаться нам завтра в школах и ПТУ будет нечем.
Кто-то предложил:
- Давай на платформу поднимемся, они нарвутся, мы начнем, и все наши подключатся.
Идем по платформе.
Спартаковцы есть помладше нас, есть одногодки, попадаются и мужики за тридцать. Эти, как правило, без атрибутики.
Улавливаю разрозненные фразы из их разговоров. Обсуждают хоккей, школьные и институтские дела, работу.
Мы втискиваемся в их группы, иной раз расталкиваем их плечами.
Расступаются.
Агрессии никто из них не проявляет.
И это не выглядит трусостью.
Игнорируют просто.
Вот, когда вы обходите кучку дерьма, ведь это вовсе не значит, что вы его боитесь.
Стоим на платформе. Рядом спартаковцы группой. И чуть в стороне, не с нами и не с ними, мужчина лет тридцати пяти в куртке «Аляска». Один стоит.
Подошла электричка.
Спартаковцы заходят в неё.
Я понимаю, что всё кончено, эпической битвы уже не будет, и в этот момент наш патлатый со всего размаха лупит последнего входящего в электричку парня крюком клюшки между лопаток.
Я же говорил вам, что патлатый с клюшкой был?
Вообще-то от поперечных ударов наш позвоночник защищен продольными мышцами спины и лопатками. Но этот удар был нанесен изгибом крюка точно в позвоночник.
У парня подкосились ноги. Он упал бы, но товарищи втащили его за руки в тамбур. Они заорали в наш адрес оскорбления и угрозы, но вдруг замолчали.
Тот мужчина в «Аляске», что стоял на платформе один, схватил патлатого за волосы, и крутил вокруг себя, приговаривая:
- Ты, что же, ублюдок, делаешь! Ты, что творишь, мерзавец!
Клюшка у нашего героя вылетела из рук, и со стуком заскользила по асфальту платформы.
Он жалобно-испуганно орал:
- Простите, дяденька! Я не буду, дяденька!
Мы опешили.
Никто не пришел своему соратнику на помощь. Тут все дело в поведении этого мужчины. Это выглядело так, что он делает то, что вправе делать. И как будто никто не вправе ему мешать.
Он отшвырнул от себя скулящего патлатого и шагнул в тамбур. Двери шипя, закрылись, электричка уехала.
Патлатый поднял клюшку, утер слезы, и мы пошли в город.
Кто-то сказал:
- Я этого мужика знаю. Это мент с Виноградово.
Его словами объяснялось наше бездействие – против мента же не попрешь!
Еще кто-то добавил:
- Сейчас Виноградовские и Белозерские, они же смотрели хоккей по телевизору, сядут в электричку, и наведут шороху.
Фальшивость этого утверждения была всем понятна, но мне было уже безразлично. Слишком подлым был этот удар клюшкой.

И ещё я думал: "Хорошо, что там оказался тот мужик в «Аляске»! Он показал этим наглым москвичам, что в Воскресенске есть не только тупые быдловатые гопники, но и смелые, благородные люди".

526

Без соли

По утрам у меня обычно нет аппетита.
Вот и в тот раз (19 августа 2008) зашел в ресторанчик при гостинице и заказал яичницу с ветчиной просто потому что надо. Потом расплатился за номер, и узнал у администратора, - как проще проехать к их владикавказской мэрии.
Покрутился по городу - нашел.
В городской администрации спросил – кто занимается беженцами, и куда мне посоветуют отвезти гуманитарку, находящуюся у меня в машине?
Какой-то дяденька расспросил меня – что и откуда я везу, и кто меня прислал.
Узнав, что никто меня не присылал, а я просто сам купил игрушек, и из Московской области везу их беженцам из Цхинвала, он поцокал языком, и предложил отвезти это в Алагирскую школу-интернат, где размещены, дескать, беженцы с детьми.
Не нашел я школу эту интернат. Где-то мимо проскочил. Алагирские гаишники сказали, что, дескать, дуй в эту сторону, там есть санаторий, в котором тоже беженцы из Цхинвала есть. Еду – паренёк голосует. Сел он в машину, сказал, что когда грузины напали, его отец отправил с матерью и младшими детьми сюда от войны. А теперь уже все возвращаются. Ну, я и повез его в Цхинвал. Ещё он рассказал, что видел, как его земляки какого-то грузина вешали. Кричали, что шпион. А уж был ли тот бедняга шпион на самом деле – про то Бог весть.
Приехали мы с ним на пропускной пункт на границе Северной и Южной Осетий перед самым уже Рокским тоннелем. Машин и микроавтобусов куча. Беженцы возвращаются. Всех записывают в журнал. У многих нет документов – им выписывают что-то временное. Здесь мой пассажир нашел знакомых и пересел в их машину.
В очереди этой несколько часов провел. Там девочка маленькая одна плакала. Порылся в коробках и тюках – вынул ей красивый детский мячик. Передо мной стоял микроавтобус НТВ. Они там немножко с камерами поснимали.
Уже под вечер подошла моя очередь.
Люди в камуфляже спросили «куда-зачем», как должное приняли мой ответ, посмотрели на короба и тюки с игрушками, и махнули – «проезжай».
Пустился догонять Этот НТВешный автобус. Так за ним и ехал.
Дорожные указатели то ли на осетинском, то ли на грузинском – непонятно ничего.
Едем по селу какому-то – все дома и справа, и слева разрушены, и сожжены. Я ещё удивился, что на дороге только воронки небольшие кое-где, а обломков никаких.
На следующий день рассказали мне, что война застала в Цхинвале несколько бригад грузинских шабашников. И их задержали осетины. Закрыли где-то. Собственно, это было и в их интересах, потому что после грузинского нападения народ мог этих работяг просто растерзать. Так мне сказали. А когда Российские войска грузин отогнали, то этих самых интернированных грузин заставили расчищать дороги от камней и обломков. А, кстати, про то село напрочь разрушенное (просто сплошь и полностью – ни одного целого дома), один дед там сказал, что это грузинское село было. И, то ли русская артиллерия это село разнесла по осетинской наводке, (но жителей там не было уже) то ли осетины его разрушили и сожгли после грузинского нападения. Такие нюансы они неохотно рассказывали. Да ещё и собеседник тот плохо по-русски говорил. Старенький дедушка такой. Но это я узнал на следующий день. А тогда въехал в Цхинвал я за бусиком НТВ. По сторонам не смотрел поначалу – боялся отстать. А они заехали на какую-то охраняемую территорию, куда их пропустил солдат, подняв шлагбаум. Я и соваться туда не стал.
Крутнулся на площади перед этим шлагбаумом, поехал, пока не стемнело, город смотреть.
Разрушен он был, как мне показалось, процентов на двадцать. Целых стекол вообще не видно было. Сфотографировал разбитые школу №5, и несколько домов.
Сгоревшую библиотеку фотать не стал - она выглядела очень эффектно, и я был уверен, что её снимки будут сотнями опубликованы.
А во дворе школы №6 – почти неповрежденной - заметил мужчину. Остановил машину, подошел к нему, и спросил совета – куда и кому мне лучше сдать свой груз.
Он приветливо очень со мной пообщался, сказал, что его зовут Мираб, он завхоз этой вот шестой школы, и завтра утром охотно проводит меня в гороно, где я всё и сдам.
Уже смеркалось. Еще прокатился по неосвещенному городу, посмотрел, как людям раздают хлеб возле пекарни, вернулся к этой же школе, и устроился на ночлег.
Я на Форде-Гэлакси приехал. Удобная машина. Задние сиденья перед отъездом снял и оставил в гараже, чтобы больше вместить товара. Теперь весь груз сдвинул в одну сторону и ещё на передние сиденья переложил. Достаточно места получилось, чтобы лечь, вытянувшись во весь рост. Погрыз завалявшиеся в бардачке сушки, запил водичкой, и лег.
Через дорогу – на стадионе, - ровными рядами стояли палатки российской части МЧС. Слышал ночью один далекий орудийный выстрел и гулкий полет снаряда.

Утром встретился с Мирабом. С его разрешения загнал машину во двор школы, где умылся до пояса, и соскоблил станком свою щетину.
Поехали в гороно.
Там встретились с заведующим, и ещё человека четыре сотрудников было. Все мужики.
Женщины, как я понимаю, там, в основном, рожают и воспитывают детей. Мужики – работают.
Ну, они тоже были ко мне очень приветливы. Игрушки сказали отвезти в детский сад – Мираб, мол, покажет дорогу – а спортинвентарь тому же Мирабу в школу.
Заведующая детсадом была женщина – русская. А завхоз – осетин.
Мираб потом уже в школе забрал мячи, скакалки, теннисные и бадминтонные ракетки, не помню, - что там ещё у меня было, - и спросил:
- А ты, может, кушать хочешь?
Я ответил, что хоть и ел вчера на завтрак яичницу, но сейчас уже немножко сильно проголодался.
Он схватился за голову, потащил меня к моей машине, и мы поехали к нему домой.
Спрашивает:
- Куриный суп будешь?
- Ой, - отвечаю, - это как раз то, что я сейчас больше всего хочу!
Он поставил передо мной бутыль с вином, и кинулся разогревать суп.
Я не любитель и не знаток вин.
Из вежливости выпил полстакана, отговорившись, что мне за рулем нельзя и этого, и начал метать в себя вкуснейшее очень густое варево, которое он назвал супом. Мы бы назвали это - тушеная курица с картошкой и овощами.
Он спохватился:
- Слушай! Может тебе соли надо? А то мы в семье всё без соли едим.
Я ответил, что это, оказывается, так вкусно, что теперь я и дома буду тоже всё готовить без соли.
Налил он мне пятилитровку вина домашнего в качестве гостинца, и отправился я восвояси.

Про «готовить без соли» потом, конечно, забыл.

527

Полсобаки

Однажды моему приятелю подарили щенка. До этого у него собак никогда не было. Куры, утки, свиньи, кошки были, и даже корова была, а собаки не было. И вот появилась.
Особенно радовались дети.
Щенок был милый и забавный. Абсолютно белый и пушистый. Поэтому его так и назвали - Белка.
Те, кто подарил щенка говорили, что это помесь лайки и пуделя. Скорей всего так и было. А может нет, я не уверен.

Все щенки, как дети, похожи один на другого. Потом они вырастают и приобретают индивидуальные черты. Иногда приятные, иногда не очень.
Когда щенок Белка вырос, он тоже приобрёл одну интересную особенность.
Честно говоря, я таких собак в жизни никогда не встречал, ни до ни после.
Как бы вам понятнее объяснить, в чем заключалась эта необычность.
Представьте себе собаку средних размеров. Теперь визуально поделите её ровно пополам по линии груди. И представьте, что одна её половина, там где голова, гладкая как у лайки, а другая, со стороны хвоста - лохматая и кучерявая, как у пуделя. Ну или у болонки. Причем без всяких переходов. Резко, - раз, и всё. При этом одна половина белая-белая, как снег, а другая желтоватая, как будто тот-же снег, только на него пописали.

У каждого, кто видел эту собаку впервые (и у меня в том числе), возникала одна и та же реакция.
Человек начинал незаметно оглядываться, в поисках ещё одной такой же собаки, только с обратными пропорциями. Настолько сильна была иллюзия, что это две половинки разных собак, состыкованные каким-то невероятным способом, и где-то тут непременно должна бегать ещё одна такая же, составленная из других половинок.

В результате со временем официальная кличка "Белка" у собаки осталась, но в доме иначе как Полсобаки её никто не называл. А на Белку она даже не откликалась.

Один мой знакомый, который занимается чем-то там типа веб-дизайна, впервые увидев этого пса долго и задумчиво на него смотрел, а потом спрашивает у хозяина:
- Вы его в фотошопе что-ли делали?!

P.S. Забодали спрашивать про фотографию, развивайте воображение, тут вам не эрмитаж.

Ракетчик

528

Многие спорят. Чем лучше всего отстирать попавшее на одежду машинное масло. Напрасно.

Лучше всего отстирывает масло четыреххлористый углерод. Его даже в химчистках применяли. Потом перестали из-за ядовитости.

Как-то страна строила объект по производству важнейшего чертечего. Начальник главка, замминистра, начальник отдела ЦК, курирующий отрасль, втроем не вылезали с объекта. Министр каждый месяц несколько дней уделял. С министром обошлось. А эту троицу совершенно немного обрызгали маслом.

То есть как обрызгали. Фонтан из трубы-сотки (подали масло в разобранный трубопровод) хлынул с высоты в двадцать метров, отразился от оборудования и «этажерки» крупными брызгами и мелкими струйками. И всех стоящих по ярусам людей, а так же руководящую троицу, смотрящую вверх, уделал. Вдрызг. Сбежать было нельзя – кто-то закрыл единственную в здании бронедверь, её тоже отлаживали.

Лысины заблестели. Засияли даже. Волосы забриолинились и липко завились по всему телу. "Масляна бородушка" когда-то сказанное в сказке про петуха вполне подходило начальнику отдела ЦК. Он, сидя на объекте, отрастил себе вполне приличную бороденку.

В веретёнке было всё - всё здание, все люди. И три больших, три офигенно больших руководителя. До такой степени в масле - хоть трусы выжимай.

Нам-то, простым инженерам, спецовки выдавали. А они в костюмах. А если вы думаете, что начальник главка и заместитель министра в СССР возили с собой в командировку много костюмов... Вы ошибаетесь. Рубашек много. Три. Иди две. Галстуков - два. Тренировочные с майкой, чтоб в гостинице ходить. Шлепанцы. Шлепанцам, впрочем, бывшие спортсмены предпочитали бутсы без шипов. В них можно было ходить в поездной туалет, не боясь промочить ноги.

И вот этот единственный в командировке костюм с галстуком, рубашкой, трусами и майкой. Насквозь пропитан маслом.

- Где эта сволочь? - спросила руководящая троица, одновременно закончив длинные и разнообразные матерные тирады, и имея в виду человека нажавшего на далекую кнопку.

- Да-да. А подать сюда Ляпкина-Тяпкина – процитировал начальник отдела ЦК бессмертную комедию Гоголя «Ревизор». Начальник отдела был в принципе неплохим и даже образованным человеком. Хотя и промасленным.

Ляпкиным-Тяпкиным был Сашка. Это он случайно отжал отверткой не тот пневмо-золотник из системы пневмо-автоматики. Он не перепутал, нет. Перепутал человек писавший номера на золотниках. Хотя от этого всем было не легче.

Не дожидаясь, когда его подадут Сашка вышел сам. На поклоны. То есть пришел из помещения, стилобата, где стоят золотники, в здание с оборудованием. И поклонился. Сверху ему матерно аплодировали неизвестные науке ученые и инженеры.

Внизу на него смотрели руководители. Смотрели, надо сказать, с укоризной. И шевелили губами. Произнося простые, неласковые русские слова.

- Спокойно товарищи, - сказал Сашка простирая руку на манер говорящего с броневика Ильича, а простирал он правую руку - в левой у него было ведро, - не забывайте, что у нас есть четыреххлористый, его применяют в химчистках.

Сашка подошел к трубопроводу четыреххлористого углерода, зачем-то постучал по нему пальцем, приложил даже ухо, и. И удовлетворенный услышанным, жестом фокусника наполнил ведро четыреххлористым, открыв клапан.

Продолжая представление, Сашка содрал с ближайшего инженера пропитанную маслом спецовку и опустил ее в ведро. Потом достал. Еще раз опустил и снова достал. Выжал. Встряхнул.

И протянул куртку хозяину. Немного мятую. Но без единого следа масла.

- Вот таким образом, - обратился Сашка сразу к троим руководителям, - мы очистим вашу одежду без всяких проблем и совершенно бесплатно. Начинаем с брюк, товарищи. В порядке очереди.

Первым снял штаны начальник главка. И протянул Сашке. Сашка взял.

- Подожди, - Остановил его замминистра, - партия у нас всегда впереди. Извольте сначала очистить Штаны Иван Иваныча.

С этими словами замминистра забрал у Сашки брюки начальника главка и протянул партийные штаны начальника отдела ЦК партии. Сашка взял и сразу окунул их в ведро с четыреххлористым не дожидаясь новых решений руководства.

- Иваныч, - задумчиво спросил начальник главка, - а у тебя на брюках молния железная или пластмассовая?

- Пластмассовая, - ответил начальник отдела, - это югославский костюм. По спецзаказу привезли.

- Югославский? – улыбнулся замминистра, - по спецзаказу? С пластмассовой молнией, - добавил он и откровенно заржал.

Его поддержал начальник главка и все остальные слышавшие разговор.

А Сашка, надеявшийся отстирать начальственную одежду и избежать получения тумаков (чисто словесных разумеется), достал из ведра партийные брюки. Естественно без молнии. Разве ж можно назвать две липких полоски полурастворенного пластика молнией? Таким даже в туалете не вжикнешь ведь. Впрочем, две пуговицы с ширинки и две с задних карманов растворились вовсе.

Чуть погодя, у всех на глазах, из Сашкиных рук начали утекать сами брюки. Кусками. Они неуловимо расползались и падали на пол.

- Пиджак, пиджак не забудь почистить, - зашелся смехом замминистра.

Начальнику отдела ЦК принесли новую и чистую спецовку. Из уважения и на всякий случай сразу шестьдесят четвертого размера. Ему даже помогли подвернуть рукава и брюки. Отчего он стал совсем смешным. Больше всех ржали замминистра и начальник главка. Хотя, надо отдать должное, смеялся и сам пострадавший. Несмотря на то, что советские костюмы оставшихся отстирались легко и без потерь в пуговицах. Советский пластик четыреххлористый почему-то не брал, а молнии там были металлическими.

Переодели и всех остальных. На следующий день. Совершенно напрасно потому что они прекрасно знали, как использовать этот растворитель. Не в первый ведь раз.

Директор завода устроил начальнику отдела отличный костюм коричневого, правда, цвета вместо серого с искоркой югославского. Но до конца командировки ему вполне хватило.

529

Я, наверное, один из немногих, кого в свое время выгнали из публичного дома. История эта, хоть и некрасивая, до сих пор кажется мне забавной. Мы с приятелем Арсеном пошли в ресторан, чтобы отметить одну удачную сделку. Хотя нет, соврал, мы пошли просто так чтобы напиться. Я продолжал развивать бизнес. Он же был бандитом средней руки, членом одной мелкой группировки, крышующей рынок в Калитниках. Мы дружили давно. Мне с ним было весело, ему со мной интересно. За подкладкой пиджака Арсен носил молоток. В драке страшное оружие. А если обыщет милиция, скажет, что идет что-нибудь чинить. Ели мы, в основном, соленья. Пили водку. Запивали пивом. И когда настал вечер, сделались настолько пьяными, что всякие глубокие темы отпали сами собой, и мы стали говорить « о бабах». Арсен поведал, что недавно был в « Рае» у проституток, и « вот это был вечер, лучше давно время не проводил». - А я никогда у проституток не был, - сказал я. Никогда. И опечалился. « Вот умру, - подумал я, - а так никогда у проституток и не побываю. А так хочется с ними поговорить. Как написано у этого как его» Я как раз тогда прочел книгу одного малоизвестного европейского автора, фамилию его сейчас не вспомню, да это и не важно, важно то, что на меня произвела большое впечатление его дружба с уличными девками. - Так поехали в « Рай», - взвился похотливым соколом Арсен. - Что, прямо сейчас? удивился я. - Конечно! Тут у него зазвонила трубка на столе. Он нажал отбой, вынул аккумулятор и сунул выключенный телефон в барсетку. Размером его телефон был с половину этой самой барсетки. Я свой таскал в кармане джинсовки, эта дура вечно мне мешала. Под джинсовкой у меня был пистолет в кобуре. О чем я, к счастью, благополучно забыл, когда охрана, немного помяв, вышвыривала меня вон из публичного дома. Одержимые навязчивой идеей, как это часто случается с алкоголиками, мы быстро расплатились и почти бегом кинулись на улицу. Арсен поднял руку, и тут же из темноты вынырнул жигуль с частником. Мы уселись на заднее сиденье. Арсен сказал адрес и мы поехали к проституткам. По дороге он, пребывая в приподнятом настроении, подогретый водкой и пивом, весело разглагольствовал, как отлично мы проведем время. Водитель угрюмо помалкивал, на что мы не обратили никакого внимания. Впрочем, когда я с кем-нибудь из своих друзей садился в такси, водители обычно всегда старались ничего не говорить, даже если в салоне царила гробовая тишина. Как большинство борделей, « Рай» находился в здании гостиницы. Организовано все было удобно с максимальным удобством. Войдя в центральный подъезд, посетители миновали небольшой коридор - и оказывались у стойки администраторов. Здесь пути их расходились. Постояльцам гостиницы, служившей прикрытием доходного бизнеса, следовало идти направо. Богатым развратникам отпирали дверцу слева. - Я плачу, сделал широкий жест Арсен. Я не возражал. Сразу за дверью налево (для тех, кто собирался сходить налево) открывался зал. Здесь стояло два обитых кожей красных диванчика и стол русского бильярда. Через зал можно было пройти в две крохотных спальни, оборудованных широкими кроватями и зеркальными потолками, и в помещение, где был небольшой бассейн метра три на четыре с металлической лестницей посередине. - Так, - Арсен потер ладошки, поставил барсетку на бильярдный стол, - давайте нам водочки, бутылочку, четыре кружки пива И И все, - сказал он. - Что-нибудь закусить? грузный парень весом под сто тридцать кило в черном костюме мало походил на официанта. - Не надо, - сказал Арсен. Сейчас мы слегка промочим горло, и девочек веди. Когда громила ушел, он обернулся ко мне: - Ну, как тебе? Я пожал плечами. - Пока не знаю. Гнездо разврата я оглядывал с осуждением. Спьяну во мне проснулся натуральный моралист. Мне уже казалось, что только совершенно убогие люди посещают проституток. И конечно, сами бляди бракованный человеческий материал, требующий серьезной психологической помощи. Да, я собирался помочь этим несчастным встать на путь исправления. Да так увлекся этой идеей, что через некоторое время одна из них кричала, пребывая в абсолютной ярости: « Ты меня ебать пришел или мораль читать?!!» Но пока еще до этого не дошло. Мы собирались « промочить горло» - и выбрать из предложенных девочек двух, чтобы предаться с ними Арсен жестокому разврату, я жестокому морализму. « Бутылочка водочки» растворилась поразительно быстро. Видимо, горло у нас сильно пересохло, пока мы ехали от ресторана в такси. Пиво тоже ухнуло в желудок одно за другим. Причем, я выжрал все четыре кружки Арсен не возражал, он уже был в кондиции. Пенное пойло стремительно всосалось в пищеварительный тракт, следом за сорокоградусной, - и сделало меня пьяным чудовищем. Хотя девочки еще не пришли, я разделся догола, побросал одежду на бильярдный стол под бурные возражения Арсена (он собирался загнать в лузу шар) и упал в бассейн. Вода в нем оказалась теплой и совсем меня не отрезвила. Я выбрался и принялся разгуливать по центральному залу в чем мать родила, выражая неудовольствие тем фактом, что девочки медлят. Арсен тоже был так пьян, что, казалось, не замечает, что его приятель - абсолютно голый. Наконец, явился наш крепыш в сопровождении примерно десяти разнообразных « красавиц». Я стоял, нимало не смущаясь, облокотясь на бильярдный стол. - Ой! сказала одна из них, глядя на меня. - Что « ой»?! спросил я гневно. - Да смешно просто. Она захихикала. Другие девочки сохраняли мрачность черт лица, в том числе, и их строгий провожатый. Мне показалось, он вообще лишен юмора. - Я вот эту хочу! сказал я и ткнул пальцем в хохотушку. Здоровяк обернулся к девушке, чуть качнул головой. - А мне вот эта нравится, - Арсен выбрал блондинку с длинным крючковатым носом. - Ты уверен? спросил я. Сам я всегда обожал аккуратные маленькие носики, и меня его выбор сильно удивил Уже очень скоро, буквально через полчаса, я узнал, что жена Арсена очень и очень похожа на эту длинноносую проститутку - Так, мы уже все выпили, - сказал он. Значит так. Еще бутылку водки. Два пива - Четыре, - поправил я. - Ну, хорошо, четыре И И все. - А шампанского для нас? - отозвалась девушка, которую выбрал я. - И шампанского, - не стал спорить Арсен. - Два, - уточнил я. То есть две, две бутылочки. После того, как я вырвал из рук у девушек уже откупоренное шампанское, налил его в пивную кружку и залпом выпил, состояние мое серьезно усугубилось. Я стал очень настойчиво расспрашивать шлюх, откуда они родом, и как сюда попали. В конце концов, та, которую выбрал я, взяла меня за руку и повлекла в одну из комнат. Там она села на двуспальную кровать и поманила меня пальчиком. Я стоял, прислонившись к стене в ней я нашел точку опоры. Она была мне крайне необходима. Сильное опьянение у меня всегда идет волнами я то почти трезвею, то готов упасть. - Так откуда ты? повторил я. - Я же тебе уже говорила. Из-под Ногинска. Иди сюда - Она извлекла из сумочки презерватив и помахала им. Сам наденешь или тебе помочь? - Не надо мне - воздев к потолку указательный перст, я изрек внушительно: - Не понимаю! Как! Можно! Было! Дойти до такого падения! - Ты о чем? спросила она с неудовольствием. Должно быть, такие разговоры ей надоели. - Вот скажи, - продолжал я нравоучительно. Неужели тебе нравится сосать все эти грязные члены? Неужели ты не против, чтобы чужие мужики пихали их в тебя? Пихали и пихали. Пихали и пихали. День за днем. Раз за разом. Всякую заразу. Ведь это если подумать если подумать - Пьяному сознанию очень не хватало слов: - Нравственная Дыра. Нашелся я. И добавил уже совсем грубо: - Ты нравственная дыра. Ты хоть это понимаешь, Дыра?.. - Понимаю, я все понимаю, - проговорила она, ловко распечатала презерватив и опустилась передо мной на колени. То, что она проделала в следующее мгновение, поразило меня до крайней степени. Раньше я такого не видел. Резинку она сунула себе в рот и склонилась к моему вялому органу. Я наблюдал за ней, завороженный доселе невиданным аттракционом А уже через минуту с сильно эрегированным пенисом, на котором красовалось « Изделие номер один», выбежал из комнаты в залу, где Арсен с упоением трахал деваху, разложив на одном из красных диванчиков. - Арсен! вскричал я. Ты только подумай! Она умеет надевать гондон РТОМ! - Твою мать! моя приятель дернулся всем телом и остановился. Блядь, Степа, ну ты чего делаешь, вообще?!.. - Извини-извини, - сказал я, сорвал с члена презерватив и вернулся к проститутке Только для того, чтобы в течение получаса довести ее до белого каления. Она раскричалась и вопила противным тонким голосом: « Ты меня ебать пришел, или мораль читать?!». Потом схватила вещи, которые успела снять, выбежала в зал с бильярдом, где снова помешала Арсену. « Вашу мать! - заорал он в свою очередь. Да что ж такое?! Дадут мне в этом бардаке когда-нибудь нормально потрахаться?!» Не дали. Вскоре три недовольных человека сидели на красных диванчиках, а я, глотнув еще немного горючего, расхаживал перед ними голый и читал нравоучения. - Как же так можно?! говорил я. Пребывая в вертепе, ощущать себя вполне нормально? Это же чудовищный аморализм, это полная духовная деградация. Меня так несло, что я даже протрезвел на время. И проститутки, и мой приятель Арсен, казалось, были абсолютно дезориентированы. Они не понимали, что, собственно происходит. Привычный порядок вещей был основательно нарушен. Взять вот этот шар, - вещал я, прохаживаясь вдоль бильярда. В нем души больше, чем в проститутке. Отдавая свое тело, милая девочка, ты отдаешь, на самом деле, свою внутреннюю сущность, душу. А ведь она принадлежит богу - Ну, хватит! выкрикнула та, что так ловко надевала ртом резинки. На груди у нее, между прочим, висел крестик. Ты меня заколебал. Если ничего больше не будет, то я пошла. Она вскочила с дивана. - Останься, - попросил Арсен, взяв ее за руку. Я хочу с двумя Если, конечно, никто не помешает. И тут произошло непредвиденное. Ничто не предвещало беду. Но она нагрянула. Раздался громкий стук в дверь. Причем, стучали настолько решительно, что я подумал притон накрыли менты. Метнулся к окну первый этаж, но на окнах решетки. В тот момент у меня даже мысли не возникло, что меня, собственно, забирать не за что главное побыстрее смыться, думал я. Я забегал по помещениям, простукивая стены в поисках потайной двери, но ее, разумеется, не было. Арсен и девицы сидели притихшие. Возможно, им было любопытно, чем все закончится. В конце концов, мне надоело искать то, чего не бывает, и, поскольку стук не прекращался, я пошел к двери и распахнул ее. Голый. Одеться я так и не удосужился. На пороге стояла какая-то блондинистая девица с длинным носом. Она оглядела меня с ног до головы, поморщилась, затем оттолкнула и прошла в зал. Здесь она остановилась прямо напротив Арсена. Как сейчас помню эту картину. Он сидит в самом центре дивана, обняв проституток за голые плечи. Вид у него такой ошарашенный, словно он увидел белого медведя с улыбкой Джоконды. - Вот значит как! сказала блондинка. Отлично! Прошла мимо меня и хлопнула дверью. - Что это было? спросил я удивленно. - Моя моя жена, - проговорил Арсен, затем налил рюмку водки, выпил, за ней вторую, и третью. Ты! он обернулся ко мне, вдруг став очень злым. Это ты позвонил моей жене. Больше некому. Никто не знал, что я здесь. - Окстись, - сказал я. Я твою жену знать-не знаю. - Зато ты знаешь мой телефон, - Арсен вскочил с дивана. Позвонил мне домой, и сказал, где я. Так? - Да ты совсем рехнулся, - я аккуратно переместился к бильярдному столу, на нем лежал пиджак моего приятеля. К подкладке, я отлично это помнил, была пришита петличка, а на ней висел молоток. В минуты гнева Арсен был опаснее бешеного слона. Поэтому я на всякий случай перекрыл ему путь к оружию. Слушай, брат, - сказал я, - клянусь тебе, я тут ни при чем. Я понятия не имею, как она узнала, что мы здесь. - Ну, конечно, - Арсен недобро засмеялся. Больше некому! И кинулся ко мне, выставив перед собой руки, будто собирался меня задушить. Я только успел схватить со стола бильярдный шар и ударил его прямо в лоб. Наверное, из-за яростного разбега он и рухнул так живописно - заехав своими ногами по моим, а голову, запрокинув назад. Упал, и сразу сел, закрыв ладонью лоб. Сквозь пальцы заструилась кровь. Ее было много. Он даже не стонал. Просто сидел и молчал, как громом пораженный. Девушки закричали: « Прекратите! О господи!». Одна подбежала к Арсену, другая к двери, чтобы вызвать охрану. - Стоять! - я побежал за ней, схватил за плечо. Но она уже молотила в дверь кулачками. Потом стала отбиваться от меня: - Отпусти меня, придурок! Щелкнул замок, и в зал практически вбежал здоровяк в костюме. Я по инерции продолжал удерживать проститутку. - Отпусти девушку! рявкнул он. И я немедленно ее выпустил из рук. И запрыгал перед охранником, размахивая кулаками: - Ну, давай, давай Вперед, боец. Посмотрим, чего ты стоишь. Хотя - Я вернулся к столику с напитками, налил себе водки, выпил и обернулся: - Таких, как ты, на меня нужно четверо Накаркал. Здоровяк ушел и привел с собой еще троих. Все вместе они некоторое время бегали за мной вокруг бильярдного стола. При этом я здорово веселился, хохотал и швырял в них шары. Затем они меня поймали. Пару раз приложили о стену. И влепили кулаком поддых. И понесли дебошира к выходу. На улицу меня вышвырнули абсолютно голого. За мной полетела одежда. Я принялся собирать ее по мокрой мостовой, одеваться, ругаясь на чем свет стоит. Оделся, и понял, что мне чего-то не хватает. Мобильный лежал в кармане, паспорт тоже. А вот пистолета с кобурой не было. Дверь в гостиницу-притон предусмотрительно заперли, и я принялся колотить в нее, крича: « Ствол верните, суки!» Прошло минут пятнадцать, я не успокаивался - тогда на первом этаже приоткрылось окно, и в него выбросили мой пистолет с кобурой. - Так-то, - сказал я. Подумал, а не шмальнуть ли пару раз в дверь, чтобы знали наших, но решил, что, пожалуй, не стоит. - Арсен! заорал я, вспомнив о раненом в голову друге. Арсе-ен! Он не откликался, и я пришел к выводу, что либо обиделся, либо трахает, как и планировал, сразу двух проституток и не хочет, чтобы его беспокоили Зря я оставил приятеля в « вертепе разврата». Ссадина на лбу была совсем небольшой в общем, ранение незначительное для такого типа, как Арсен. Поэтому ему заклеили рану пластырем, и принялись, как у них это называется, « доить клиента». Его поили три дня. За это время Арсена свозили в банк и с деньгами увезли далеко из Москвы в Ногинскую область, где проживала эта мерзкая шлюха. Там он чувствовал себя некоторое время королем, водил девочек по ресторанам, ювелирным магазинам, покупал им одежду, обувь и духи. Ночевали они в лучшем номере местной гостиницы. А когда на третий день у Арсена закончились бабки, и он с грустью сказал, что в банке тоже ничего нет, его попросту выгнали на улицу. Из какого- то местного телефона-автомата он позвонил мне, сказал, что у него нет денег даже на электричку, и его могут высадить, но, чтобы я обязательно встретил его на вокзале, чтобы мы вместе выпили пива. - Очень пива хочется, друг, - сказал Арсен доверительно и как-то по-детски Пока мы цедили пиво в привокзальной тошниловке, он, по большей части, говорил о жене, о том, как он ее любит, но что теперь им точно придется развестись. - Представляешь, - сказал Арсен, - тот таксист, который нас подвозил, это же ее родной дядя оказался. И главное, я его отлично знаю. Понятия не имею, как я не узнал его в темноте. Помнишь, он еще подвез нас прямо до двери « Рая». А оттуда, оказывается, поехал сразу к моей жене. И все ей рассказал. Извини, брат, что я на тебя подумал. - Ничего страшного, - ответил я, рассматривая синий лоб приятеля. Я не в обиде. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь Забегая вперед, сразу успокою тех, кто переживает за семейную жизнь Арсена с женой он не развелся. С ночными бабочками со временем завязал. Дядя больше не вхож в их дом. Мой приятель некоторое время грозился разбить предателю голову, но потом поостыл. Я убедил его, что это неконструктивное решение. Почему- то не только Арсен, но и его жена посчитали, что это именно дядя виноват в их семейных проблемах. Загадка причудливой человеческой психики. В новые времена мой приятель Арсен очень неплохо устроился. По иронии судьбы он живет сейчас в той самой области, где когда-то стал дойной коровой для пары проституток. Работает водителем и по совместительству охранником у местного главы района. И вместо молотка носит теперь в кармане бильярдный шар. Шучу. Понятия не имею, что именно он теперь носит для самозащиты и нападения. Скорее всего, что-нибудь смешное например, газовый баллончик. Я не видел Арсена лет десять. Но он иногда звонит, рассказывает, как у него дела. И каждый раз предлагает встретиться как- нибудь, когда будет в Москве посидеть в ресторанчике, выпить водки, как в старые времена. Я всегда отвечаю: « Ну да, как-нибудь». Хотя отлично знаю, что вряд ли пойду в ресторанчик слишком много работы, я уже не гожусь для праздных посиделок. Жалко времени, оно бежит все быстрее и быстрее.

530

Перед сном рассказываю внуку истории из семейной практики. Вот одна из них.

История про то, как мопеды на верблюдов меняли

Предупреждаю, что имена действующих лиц, место действия и суть событий соответствуют реальным событиям и лишь некоторые детали – то бишь суммы, даты и конкретные диалоги – возможно слегка изменены по давности лет: все-таки мне тогда было лет десять и кое-что я мог позабыть или исказить (но не умышленно и не сильно)

Итак, было это то ли в конце пятидесятых, то ли в начале шестидесятых прошлого века, но точно было. В Одессу на гастроли приехал Шведский цирк! То есть внешне это выглядело как если бы он взял и приехал, но для посвященных (а теперь и для тебя, сынок) ясно, что не сам приехал, а его привезли, причем конкретно сделал это твой дед Гарри Гурман. Дед в то время был администратором цирка.
В каждом деле по старинной русско-советской традиции директором всегда выступает представительный мужик русской или титульной национальности (на Украине, соответственно, украинец), а его заместителем (если дело не совсем дохлое) - еврей. Директором цирка был тогда Павел Петрович Ткаченко, человек безграмотный, но партийный и без еврейских корней. Цирк процветал, а значит в тени директора реально управлял делами еврей – твой дед. Надо сказать, что у Пал-Петровича среди немногих достоинств было то, что ни одного шага без согласования с дедом он не делал, не вмешивался в суть происходящего в цирке и тем очень помогал бизнессу.
Кроме того чтобы заседать в торжественных собраниях, в обязанности Пал-Петровича входило ездить в Москву для выбора программы. Делалось это так: дедушка намечал, кого надо взять, готовил хабар и инструктировал П-П о том, с кем и как говорить в главке. П-П ехал в Москву, шел в главк, который ведал распределением номеров и артистов по всей сети цирков. Там он заглядывал в выданную ему записку, где было сказано к кому подойти, что подарить, и что попросить. Главк – он большой, породистых начальников и там хватало, но кроме них в разных закутках сидели свои евреи-заместители, которые и распределяли кому ехать в солнечный Магадан, а кому в прохладную Ялту, кому радовать его величество Рабочий Класс в зауральской глуши, а кому вкалывать на столичных подмостках. Процесс взаимный, встречный – нас выбирают, мы выбираем. Артисты имели свои интересы куда ехать на гастроли, а менеджеры местных цирков свои – то ли получить программу, на которую никто не придет, то ли программу, на которую придет весь город, но в кассе все равно пусто будет, потому что двенадцать слонов могут съесть больше, чем пара голубей, то ли взять компактную программу (весь багаж – чемодан), которая пройдет «на-ура». Выбор не простой, многое учесть надо было, но уж если возьмешь правильную программу, то и касса полна будет, и трудов-расходов не так уж и много, и нужные люди умолять будут о контрамарке, т.е. твой вес в городе будет ощутим.
Объясняя весь этот процесс мы немного отвлеклись, хотя знание скрытых механизмов событий абсолютно необходимо для понимания истории, которую ты хотел услышать.
Итак, идет П-П по главку, раздает чиновникам, намеченным дедом, подарочки, приготовленные твоим дедом, и слышит в кулуарах, что вроде бы летом в Союз на гастроли должна приехать труппа из Швеции, а что делать с ней и с чем это едят – никто не знает – чуть ли не первый случай гастролей иностранного цирка в СССР. Ну, натурально, столкнувшись с нестандартной ситуацией П-П-чу нужно подумать – то есть посоветоваться с своим евреем, то бишь твоим дедушкой. Звонит он ему в Одессу и всякими экивоками (а в прямую нельзя – подслушивают, события касаются иностранцев, то бишь почти наверняка шпионов и идеологических диверсантов) рассказывает: мол есть такой интересный вариант, но…
Дед сразу усек, что, конечно, с иностранной труппой (не один-два гастролера – это уже бывало) в цирк пожалуют толпы «искусствоведов в штатском», проверочки еще те будут, начальство будет рассматривать работу через микроскоп, да и размещение гостей нервов возьмет немало, опять же ответственность… Кроме того, программа приедет дорогая и большая, в цирк не поместится – будет ли толк? С иной малой программой больше наживешь почти без хлопот. С другой стороны, - впервые иностранный цирк в городе, да что в городе, считай на всей Украине -такого еще не было.
Опять же проверяющие - тоже люди, у них есть жены, дети – великие дела можно сделать когда такие важные люди просят у тебя контрамарочку, да и интересно в конце концов профессионалу такое мероприятие менеджировать. Это нам с тобой даже при наличии мозгов требуется время, чтобы все взвесить, просчитать, а папа мой все просек в мгновение ока и выдал ответ: брать, и брать на все лето, чтобы перевозок было поменьше и другим городам не досталось – со всей Украины приедут ради такого события, курортный город к тому же. В тот же день П-П дал что надо кому надо и отечественные артисты, которые уже видели себя на Одесском пляже, поехали по другим адресам (заметь, опять же, не обиженные, а с пониманием, потому что для них были переданы заверения деда в уважении и любви, а также другие взаимовыгодные планы), а шведская труппа была твердо обещана Одессе на три с половиной месяца.
Павел сделал свое дело, Павел может отдыхать. За остальное взялся дед. Он сдал на лето помещение цирка (количество мест в цирке действительно не окупило бы расходы даже при полной загрузке) киностудии, которая как раз снимала «Гранатовый браслет» Куприна (другая история), а для шведской программы снял стадион «Спартак» (переброска матчей футбольного чемпионата на другие поля, коммуникации, монтаж-демонтаж-разрешения и прочая, прочая).
Ты можешь, конечно, меня упрекнуть, что уже вторая страница, а обещанными верблюдами и не пахнет, но что я могу сделать, если такова правда жизни. Верблюды возникнут в этой истоии в самом конце, как по волшебству, потому что и в самом деле идея о верблюдах возникла по волшебству комбинаторного ума твоего деда в конце этой истории когда гастроли успешно завершились. Мне, конечно, еще многое хотелось бы рассказать – столько разных историй нахлынуло в памяти в связи с твоим вопросом. Например, о том, как дед накануне приезда шведов сломал ногу, но и не подумал лечь в госпиталь, а так, с поломанной ногой, в гипсе, гонял по стадиону, наматывая километры хлопот на больную ногу, перенесшую ранение на фронте. О том, как была арендованна рота «дзержинцев» с тем условием, чтоб никаких незапланированных «визитеров в штатском» в цирке не было. О том, как бабушка кормила артистов варениками, и как после этого гимнастка не могла застегнуть лифчик. Но опустим все это, раз оно никому не интересно. Вот только на минуточку еще задержусь, потому что нельзя перейти к верблюдам, не представив тебе директора шведского цирка Тролле Родина.
Вообще-то, цирк только назывался шведским. Из шведов в нем был антрепренер-хозяин и едва ли два номера, а все остальные артисты были со всего света – шотландец – дрессировщик обезьян, испанец – канатоходец, клоуны - французы, жокеи – немцы, акробаты – болгары и т.д. Я даже думаю, что и сам Тролле Родин (судя по фамилии) не вполне был шведом, а то откуда бы у него возникла такая сумасбродная идея отправиться на гастроли за железный занавес, в советскую Россию. То, что он не вполне понимал, что делает, отправлясь на эти гастроли, явственно следует из того, чем закончилось его бизнесс-путешествие в коммунистическую страну дураков.
По контракту, рассчет с труппой должен был происходить в конце гастролей и в советских РУБЛЯХ. Чтоб ты правильно понимал суть происходящего я должен еще на минутку отвлечься и объяснить тебе что такое рубль. Рубль – это как бы деньги, но не совсем. Это еще и немножко национальное достоинство советской страны, и средство диверсионных мероприятий против этой страны и т.д. Рубль можно зарабатывать как доллар или франк, но тратить и копить его как полноценную валюту нельзя.
Во-первых, его нельзя вывозить из страны, даже если ты его честно, открыто заработал у того же государства. Во-вторых, его нельзя класть в иностранный банк и переводить в другую валюту. В-третьих, за пределами СССР его потратить нельзя – не принимают, хотя пропаганда уверяет, что зарубежные разведки страстно скупают эти рубли для своих шпионов. Ну, вот, представь себе, что жарким днем в конце южного лета полсотни иностранных артистов, получавших высокие ставки, получают гонорар за три с лишним месяца. Представил? Ре можешь ты этого представить! А теперь представь себе что это гора чемоданов с деньгами выше твоего роста. Внушительно? И самое смешное, что везти эти свои заработанные деньги домой (за границу) категорически нельзя! Здорово? Государство вроде как честно расплатилось, но забрать деньги нельзя. Что делать? До отъезда неделя…
Кинулись артисты скупать мало мальски подходящие вещи, чтобы хоть что-то в обмен за свой труд вывезти из этой загадочной страны. Например, им понравились мопеды. Купили они по мопеду на каждого и радуются – ан нет, рано радуетесь. Вывозить мопеды тоже нельзя! Их, оказывается, слямзили с зарубежного патента и поэтому вывозить категорически нельзя. Они как бы есть, и их как бы нет в природе. А если на все рубли купить матрешек, сувениры, платки и прочее дозволенное к вывозу, то понадобится гигантский пароход, чтобы это барахло погрузить. Хоть оставайся жить в стране Советов, пока не проешь эти странные деньги.
Тролле Родин не глупый человек, только оказался в необычных условиях. За время гастролей он присмотрелся к людям, с которыми работал в этой необычной стране. Конечно, он сообразил, что решать проблемы надо с дедом. Он уже не раз намекал и впрямую предлагал деду уехать с ним, работать на него. Может ты бы Геша сейчас был шведом, если бы дед принял эти предложения. Так вот, приходит Тролле Родин к деду и просит совета. И дед помог.
Он предожил обменять мопеды и деньги (т.е. так называемые деньги – рубли) на верблюдов! Тролле Родину идея понравилась страшно. Дело в том, что в этой полуазиатской стране верблюды почти ничего не стоили, а в Европе – диковинка. Можно сделать шикарный номер с верблюдами да и продать их разным чудакам как диковинных «пэт»! В Одессе и в ее окрестностях было с десяток зоопарков. Верблюды в них размножаются не хуже коров, двугорбых кораблей пустыни хватает – аж кормить нечем. С радостью были проданы все зоопарковские верблюды, да еще из Астрахани успели прислать с десяток. Целое стадо! Хоть грузи на них цирковой инвентарь и караваном дуй в свою Швецию.
Самое смешное, что у государство в связи с отсутствием прецедентов не нашлось в таможенном уложении хорошего запрета на вывоз верблюдов, а главный местный таможенник, со всей семьей не раз побывавший на представлениях по дедушкиным контрамаркам, спешить с исправлениями не стал. Государство такого не ожидало, а на дополнения нужно время.
Я не считал, но думаю, что Тролле Родин хорошо отблагодарил деда этими загадочными рублями, которые надо не только уметь заработать, но и уметь ими пользоваться, потому что дед потом всегда вспоминал мопедно-верблюдную сделку с теплой улыбкой. Возможно, и зоопарки отстегнули кое-что за возможность избавиться от двугорбых. Кстати, мой брат, слушая эту историю много лет спустя взял и предложил разбогатеть здесь в Америке подобным же способом, но чтобы было еще выгодней он предложил переправлять верблюдов своим ходом – представь как хорошо смотрелся бы косяк верблюдов где-нибудь посреди Атлантики в окружении нескольких яхт.

531

Как-то раз, в Москве проходил слет, чего-то типа заслуженных преподов, среди огромного их количества оказалось всего три мужика. Ну они естественно решили это дело отметить в номере и давай отмечать.
Тут в люстре перегорает стоваттная лампа. Они зовут ответстенного лампы бабушка, этот бабушк меняет им лампочку, а перегоревшую оставляет на столике. Ну, преподы уже изрядно наотмечались, сидят, балдют, тут один, смотря на эту лампочку, просвещает остальных, что, если стоватную лампочку засунуть в рот, то обратно ее уже не вытащить. Завязывается спор.
Один из оппонентов препод физики, говорит: "Как так?! Я кандидат наук, со всей ответственностью заявляю, что если можно засунуть, то можно и вытащить!", и сует себе лампочку в рот, высовывает, а она не высовывается. Они ее тянули тянули, по разному пробовали, не выходит. Приезжают в больницу. Говорят мужик с лампочкой во рту. Че делать?". Медсестра думает: "Во прикольщики!", начинает их посылать. Когда ей показывают потерпевшего она в истерике бежит за хирургом. Тот приходит, смотрит и бет ребрами ладоней по месту в котором нижняя челюсть соединяется с черепом. У физика рот открывается еще шире, лампочка высовывается, а мужик так и остается с открытым ртом. Хирург обьясняет, что это нормально, просто мышцы были изрядно напряженны, а теперь наоборот, сильно расслабленны и сокращаться пока не будут, но часа через три можно уже будет пробовать говорить. Ну ладно, заслуженные преподы благодарят врача и направляются назад в гостиницу на такси. Физик спереди, остальные сзади ну один из недоверчивых все еще не доверяет. "Не могу, говорит, понять как так и все тут!". Ну на говорит ему зачинщик сам попробуй тот пробует не вытаскивается лампочка. Едут назад. Ловят медсестру. Успокаивают медсестру, посылают ее за хирургом. Та в шоке бежит за хирургом. Хирург долго смеется, но лампочку вытаскивает. Ловят частника. Едут в гостинницу. Водила спрашивает: "Че, мол, дибилов везешь?". Способный говорить отвечает: "Какие дибилы это кандидаты наук и все такое, просто они лампочку в рот сунули, а вытащить не смогли".
Водила не верит, его убеждают, он не убеждается, ему дают лампочку, он ее сует в рот, она не вытаскивается. Разворачиваются, едут в травмопункт. Ловят медсестру. Успокаивают ее и посылают за хирургом. Приходит хирург, долго матерится, проводит процедуру излечения и разбивает лампочку о стол, говорит: "чтоб не повторялось". Ладно, садятся снова в машину. Благодарный водила с открытым ртом везет их в гостинницу. Машину останавливает гаишник. Давай докапываться, в чем дело три имбицила и один алкаш в одной машине. Водила ему жестами пытается объяснить, у него не получается. Единственный нормальных, но изрядно подвыпимший обясняет таки гаишнику в чем дело. Тот молча идет в свою будку. Там гаснет свет. Гаишник возвращается, открывает заднюю дверь и жестами просит подвинуться. Садится, изо рта торчит цоколь лампочки. Едут в травмопункт. Ловят медсестру. С трудом доводят ее до самотранспортабельного

532

СЛУЖЕБНОЕ НЕСООТВЕТСТВИЕ

(c) Владимир Ермолаев
Слово о полку Бурановом.

В задрипанном, зашморганном кабинете полигонной военной прокуратуры Космодрома Байконур сидит молодой лейтенант с петлицами "Щит". Юрист. Казах. Но не тот, привычный, обычный казах а другой... Явно Алма-атинский, из высшего, культурно-цивилизованного жуза... Чистенький, опрятный, говорящий по-русски без всякого акцента, как на родном... Русский язык похоже и был для него родным...
- Товарищ капитан... Я вызвал вас для того, чтобы довести до вас следующее. Вы находитесь под следствием по обвинению в самовольном оставлении части на срок более 3-х суток. Как известно - это статья в кодексе о воинских преступлениях... Итак, начнем, пожалуй... Ваша фамилия, имя, отчество?
Капитан медленно откинулся на спинку стула... Забарабанил пальцами по столу... Выдержка - основное качество разведчика... "Это провал, - подумал Штирлиц. - Надо же, как глупо... И наши ничего не узнают.."
- Вы хотите посадить меня в тюрьму?
- Гм... Вот у меня ваше "дело", вот законодательство...
Капитан понял, что эта толстенная папка на столе - и есть его "Дело"... А вот и книжечка - "Уголовный кодекс Казахской ССР"... СТОП !
- Дружище... а давай так! Ежели ты сейчас прямо тут сведешь в одно предложение следующие юридические категории и нормы, а именно...
Капитан разволновался, придвинулся к лейтенанту и стал загибать пальцы...
- А именно: Я - гражданин Украины по рождению и по месту призыва в армию - РАЗ, давал присягу Советскому Правительству и народу, которых уже НЕТ - это ДВА, прохожу службу в Российской Армии без присяги - и никто не спрашивал моего желания или нежелания служить в Российской Армии - это ТРИ, на территории Казахстана, где статус российской армии толком не определен, и без моего согласия служить в Казахстане - ЧЕТЫРЕ, и нарушаю уголовный кодекс КАЗАХСКОЙ ССР - это ПЯТЬ, которой тоже вроде как и нету... Вот сведи все это в одно обвинительное предложение без пауз, пробелов и запятых - и я отвечу на все твои вопросы и сяду в тюрьму! А? Ну как?
Лейтенант задумался. Лейтенант попался думающий. Долго думал...
- Знаете, а вы правы... Что-то мне самому все это не очень нравится...
- Дружище, давай начистоту - тебе приказали?
- Да...
- Кто, если не секрет?
- Графинин...
- А... вот как...
- Но мы - военная прокуратура Казахстана, а потому полигону не очень подчиняемся, там какие-то мутные взаимоотношения, и мне, вообще говоря, не приказали, а типа ПОПРОСИЛИ... Юрисдикция-то Казахстана...
- Ну и че бум делать?
Лейтенант придвинул к себе "дело". Прочитанное, видимо, неоднократно и внимательно. Снова сосредоточился...
- Но ведь вы же - грубейший нарушитель воинской дисциплины, дезертир, и за ВЕСЬ период своей службы числились самым недостойным офицером, имели одни только взыскания... Вот тут ваши нецензурные рапорта... Вот тут в деле ваша служебная карточка... Вас все равно надо привлекать к ответственности...
- Чего? Недостойный? Одни взыскания за всю службу?
Капитан имел кое-какое книжное представление о 37-м годе и методике составления тогдашних "дел", но самому сейчас здесь оказаться в НКВДшной трясине - ой... не... НЕ ПРАВИЛЬНО все это! Тоскливо...
- Ну вот пожалуйста, посмотрите сами - одни взыскания...
Служебная карточка была копией. Все записи в служебную карточку с момента призыва в армию имеют подпись дожностного лица и печать части, Той части, где на тот момент военнослужащий проходил службу... А на этой копии все записи о взысканиях-поощрениях, начиная от службы рядовым в спецназе внутренних войск (дивизия Дзержинского), Можайка, 6-е управление полигона, 32-я площадка - имели печать "в\ч 33797", то есть печать 32-й площадки ! Вот оно что... Поощрений за всю службу - НИ ОДНОГО ! Во как...
- Дружище... А где тут благодарность от командующего космическими войсками за запуск "Энергии-Бурана" ? Грамота и прочее...
- А вы пускали "Буран" ?
- Было дело....
- И у вас грамота от командующего космическими войсками?
- Ну...
Лейтенант вытаращил глаза... Стал переводить взгляд то на капитана, то на "дело" с "одними взысканиями"...
- Товарищ капитан! А вы могли бы показать мне эту грамоту?
- Запросто... Надо домой сходить... Вон мой дом видно, три минуты ходу... Отпустишь?
- Конечно!
Через пять минут лейтенант разглядывал красивую грамоту с красивыми подписями и фамилиями... " За выполнение особо важного правительственного задания государственной важности и проявленные при этом мужество, выдержку и инициативу..."
- Та-а-ак ...
Лейтенант раздраженно захлопнул "дело", швырнул "Кодекс", и разглядывая картинки "космической" грамоты, произнес:
- Я вообще говоря с самого начала не очень... Много в вашем "деле" странностей... Ну а теперь я все понял... Ну теперь я... А мне - пофигу... Я им не подчиняюсь. Я им щас...
- Ты о чем, лейтенант?
- Товарищ капитан! Довожу до вашего сведения... Официально... Я выношу "частное определение" в адрес инициаторов вашего "дела", прямо сейчас начинаю служебное расследование военной прокуратуры в отношении командира вашей части, начальника штаба и командования полигона за предоставление в военную прокуратуру заведомо ложной информации, фальсификацию документов и ... и... Извините , капитан, я тут всего два месяца, еще не очень понимаю, что тут происходит... А расскажите про "Буран", что-нибудь...

Через неделю после этих событий командир части 32-й площадки полковник Королев (однофамилец, но не самый достойный...) первым здоровался. уступал дорогу, напряженно улыбался одному из задрипанных капитанов своего "сбродного полка". Капитан покачивал головой... Прокурорский лейтенант оказался человеком слова, человеком чести...

Через некоторое время этот капитан был уволен из Вооруженных Сил. По служебному несоответствию. То есть с сохранением воинского звания... Это было как поощрение...
СЛУЖЕБНОЕ НЕСООТВЕТСТВИЕ ЗАРАБАТЫВАЛОСЬ ОБРАЗЦОВЫМ ИСПОЛНЕНИЕМ СВОЕГО ВОИНСКОГО ДОЛГА...

Вот так вот, ребята...

533

Смотрел сегодня ролик про самооборону, смеялся до слез. https://www.youtube.com/watch?v=H5wrCRkUqrQ и заодно вспомнил историю рассказанную мне одним воином-срочником. Так как я ее слышал из первых уст расскажу от своего лица.
К тому времени как меня поощрили краткосрочным отпуском, некоторые азы рукопашного боя я уже изучил. Но больше всего мне запомнились слова инструктора — толпы бояться не надо, толпу бить легко! На наши удивленные выкрикивания — как, почему? Он добавил — в толпе промазать тяжело, куда не ткни, в кого нибудь да попадешь! На нас его слова произвели впечатление, возможно он эту толпу и бил, но кое что он оказывается не договорил. Хотя и правильно, ведь он нас готовил стать бойцами, а не жертвами.
В общем домой я не поехал, скоро все равно дембель и рванул в ближайший городок, где и снял в общаге комнатушку за рубль в сутки, а вечером метнулся в местный ресторан. И после второго стакана, увидел ее, свою мечту. Жаркую, пылкую, грациозную! В душе моей вскипела страсть. Страсть эта рвалась наружу всеми частями тела, некоторыми особо. Я хотел ей с нею поделиться, но она была не сговорчива. Хотя я сделал несколько попыток и при медленном танце и при быстром, а потом даже закинул ей в декольте какую-то съедобную хрень, в надежде, что она разрешит мне вытащить ее оттуда губами. Страсть кипела, а дело не шло и я решил ее взять измором.
- Я вас провожу, мадмуазель! - галантно произнес я, ближе к закрытию.
- Не стоит, у нас ребята не любят когда девушек с их двора провожают чужие! - урезонила она меня.
- Да ладно не ссы! - вскипел я всей страстью и тем, что влил в себя из графина. Хотя сказать то я хотел — не переживайте, мадмуазель, все будет хорошо! - но она меня и так поняла и согласилась.
Я шел смело, в надежде на то, что про ребят она все же пошутила зажав для меня чаю. Нихрена, она видимо шутить вообще не умела, потому что уже на подходе я увидел пятерых, не очень доброжелательных типков.
- Давай беги! - оттолкнула она меня в сторону, - может они тебя еще не заметили! - я хотел ей верить, но было уже поздно. Надо было принимать бой и я начал с разминки. Не стал отходить от регламента установленного инструктором, а он нас перед каждой тренировкой гонял как ишаков по спортзалу. Поэтому я перешел сначала на рысь, а потом и в галоп. Ребята тоже разминались, это было понятно по топоту ног сзади. Когда передо мной возникла двухметровая бетонная стена я перемахнул ее не заметив. Помню, что взбежал по ней легко, наверху сделал стойку на руках, а вот приземление с той стороны сорвалось и я рухнул плашмя. Это меня и подвело. Потому что за забором тоже стояли какие-то ребята и я упал почти им под ноги.
- Кто это? - опешил один из них, - что он тут делает?
- Хрен его знает! - поддержал его второй, - но раз бежал значит в чем то виноват! - и пнул меня ногой в голову. Блин, походу остальным это тоже понравилось - в футбол что ли в свое время не наигрались! А было их человек восемь. В смысле — толпа. И вот эту ситуацию инструктор нам видимо и не договорил, потому что они тоже не мазали, хотя я был один. Но куда они сука не ткнут, все равно попадали. Хорошо хоть я в кабаке принял почти литр, это действовало как наркоз и обезболивающие. А еще помогло то, что они все же били, а я лежал, поэтому устали они первыми. Запыхались, повернулись и ушли. Я полежал еще немного, потому что меня душила обида. Обида на самого себя, я не понимал, на кой хрен я столько бежал, чтобы огрести здесь. Тем более там у дома и ребят на трое было меньше и может попадали бы они не так точно. В общем обида меня терзала весь оставшийся отпуск, пока я лежа в общаге втирал бодягу, йод и еще какую-то хрень. До конца все равно все не прошло и когда я вернулся в часть и на плацу меня встретил замполит, он присмотрелся и произнес:
- Нихрена себе, воин, тебе дома рады были!!!

534

Рассказ от того же товарища, что и в истории: https://www.anekdot.ru/id/981763/.

"Даже чёрными красками надо рисовать свет."
Андрей Кивинов, при участии Сергей Лукьяненко, из книги "Ночь накануне".

Вообще, я не очень то приветствую, так называемый "фекальный юмор", но тут, уж извините, такой случай, что из песни слов не выкинешь никак. Да и история совсем и по-существу без акцента на этом. Может кого и покоробит, возможно излишне натуралистическая сцена, но, надеюсь, что люди здесь все взрослые, вполне отдающие себе отчет про прозу жизни и про то, что даже самые красивые девочки не какают фиалками...

Далее со слов товарища.

История опять стародавняя, в те еще времена, когда телефон, фотоаппарат и видеокамера были тремя разными предметами и с размерами, не позволяющими положить их в карман. Я еще по-прежнему кручу баранку в вневедомственной охране в далеком сибирском городе.

Часть 1-я (черная... и вонючая)

Предыстория.

Одна девушка, назовем ее Марина, студентка 5-го курса известного в городе ВУЗа, ехала ранним утром в машине со своим типа женихом.
Ну, как женихом? Это больше понты для подружек. Все эти женихи покувыркаться в койке горазды, а замуж никто не зовет, хоть и самая красивая на курсе, без ложной скромности. И с головой нормально всё, на красный диплом иду. Другие девки из группы уже все замужем, некоторые родить успели, а мне всё одна козлятина попадается. А время поджимает, скоро прощай общага и временная городская прописка, возвращаться в родную деревню, навоз месить, что ли?

С такими грустными мыслями сидела она на переднем сиденье новенькой Серегиной машины, который любезно согласился подвезти ее в институт. И ведь сука такая - ни слова о любви, еще и живот крутит. Ели и пили вечером и полночи, что-то экзотическое, вот теперь так хреново... Что же я такая дура невезучая...

И чем дальше, тем сильнее. Похоже не доеду до института. Ой, мамочка! Аж глаза на лоб лезут.
- Сережа! Останови, мне очень надо... - сдавлено еле сказала.
- Здесь нельзя, видишь знак... Сразу нарисуются. Подожди немного... - какой ждать, сейчас взорвусь... Ой-ой-ой... На первом же светофоре, вся в холодном поту, выскочила Маринка из машины, и последними неимоверными усилиями воли сжимая сфинктер, прошла-пробежала несколько десятков метров до дорожки в лесок, а там углядев огромную ель, целенаправленно устремилась к ней.

Ну, кто не понимает: Сходить по-большому в сибирском лесу зимой это целая проблема, снежный покров иногда больше 2-х метров и снег рассыпчатый на морозе - не утопчешь. Недаром над сибирскими охотниками прикалываются, что они без лыж даже дома в туалет сходить уже не могут. А Маринку, не понаслышке знающую тайгу, отец учил, что под разлапистой елью снега обычно мало и эту проблему можно запросто решить. Подойти к дереву и задом (аккуратно, чтобы с лап снег не стряхнуть) задвинуться поближе ко стволу и там уже разоблачаться и приседать. Иголками может и уколешь филейные места, но это много лучше, чем оными в холодный снег.

Шагнув с дорожки к ели, и сразу провалившись в снег до середины бедра, Маринка так и сделала, как в тайге. Согнувшись в полуприсяди - дунула от души, с бульканьем, хлюпами и прочими соответствующими звуками. И только собралась облегченно выдохнуть, уже спокойно продолжив процесс, как что-то ее потрогало за самое сокровенное. Причем конкретно так потрогало, вдумчиво. Подпрыгнув и отскочив в сторону, она увидела синюю руку, со скрюченными пальцами, торчащую из под огромной еловой лапы и самое страшное - рука шевелилась и тянулась к ней. От ее безумного вопля в соседнем лесу взлетела и закружилась с карканьем стая ворон, где-то тоскливо завыли собаки...

Начало моей истории.

Самое неприятное, если что-то случается под конец дежурства, когда уже предвкушаешь, как придешь домой и после душа вытянешься сладко под одеялом, а смена все тянется и тянется по какой-то, независящей от тебя причине.

В принципе, ничего особенного не произошло - примерно в семь утра сработала сигнализация на сберкассе, что иногда бывает по нескольку раз за ночь. Через пару минут подъехали, осмотрели - все нормально, никаких следов проникновения или попытки такового, но вот незадача - обратно на охрану (на пульт) вставать контора не желает. Такое тоже, редко, но бывает и есть процедура для таких случаев, мы со старшим едем за "хоз.органом" (ответственным работником предприятия, который закрывал или у которого ключи), оставляя на объекте своего сотрудника из экипажа, для охраны. По пути подбираем дежурного ОВО с райотдела и уже они вместе с хоз.органом изнутри перезапускают сигнализацию. Страхует нас в это время соседний экипаж.
Сперва подобрали дежурного, потом хоз.органа (пожилую, толстую тетку, которую в Уазик подсаживать пришлось). Едем на объект. Время около восьми утра, но только светать начинает, зима еще как-никак, а машин уже много и снег с ночи валит хлопьями, и жила тетка почти на другом конце города. Похоже, опять вовремя не сменишься.

Когда проезжали небольшой лесной массив, как бы разделяющий один район города от другого, и тронувшись от светофора, не успев толком разогнаться, старший вдруг резко:
- Тормози! - вроде чужой район и мы тут вообще по другому делу, но ментовские рефлексы и чуйка у Мишки всегда на высоте были. Не рассуждая, тормознул резко и прижался к обочине, позади стоявшей какой-то машины. Дорога широкая, многополосная, хорошо освещенная, машин в обе стороны много, я и не понял, что произошло. Только, когда Мишка открыл дверь и выскочил, даже не дождавшись полной остановки, услышал громкий женский крик. И столько в этом крике, безостановочном вопле было беспредельного ужаса, непритворного отчаяния и смертной тоски, что я аж вздрогнул и покрылся мурашками...
Дернул ручник и тоже выскочил.

По широкой, припорошенной свежим снежком дорожке, из леса ковыляя, пытается бежать молодая девушка в короткой, чуть ниже талии меховой курточке, с гримасой дикого ужаса на лице, в приспущенных почти до колен брючках, отсвечивая всеми прелестями, при этом вопя и жидко гадя на белье, спущенные брюки, сапоги на высоком каблуке, стреляя периодическими взрывами, и оставляя на белом снегу недвусмысленный след. За ней метрах в двадцати-тридцати двигается странными, скособоченными прыжками высокий мужик с каким-то неестественно коричневым лицом. Индус что ли? - мелькнула у меня несвоевременная мысль. Девчонка, увидев выскочившего ей навстречу Мишку, с разбега прыгнула ему на шею (образно) и зарыдала, прекратив, наконец, орать до звона в ушах. Мишка то, вообще-то выскочил маньяка задерживать и вовсе не ожидал такого поворота, поэтому застыл в недоумении, разведя руки в стороны (в одной автомат). Я их обогнув, рванул к мужику:
- Стой! - в голове прокручивались варианты, как я его сейчас завалю. Мужик остановился, в нескольких метрах от него остановился и я, ничего не понимая. У мужика, вязанная шапочка, лицо и передняя часть пуховика были уделаны жидким дерьмом с соответствующим резким запахом. Мужик вдруг упал на колени и начал остервенело оттираться снегом, попутно рыгая с жуткими и громкими спазмами. Вот бля..., чем же вы тут занимались...

Представьте картинку. На тротуаре дороги с интенсивным движением (хорошо хоть прохожих в этом месте почти не бывает), один мент с автоматом в руке обнимается с девкой со спущенными штанами, другой застыл, как статуя, в полном ахуе, а перед ним мужик на коленях поклоны бьет, руками обсыпая себя снегом. Случись это в наше время - камер на телефонах и регистраторов - стали бы мы с Мишкой невЪебенными звездами ютуба и эти ролики побили бы все мыслимые рекорды по просмотрам.

Я стоял, абсолютно не понимая, что же делать, только переводил взгляд, то на рыгающего мужика, то на красивую попку с отчетливыми границами загара и следами от резинки узких плавок, очень стараясь не опускать взгляд ниже середины бедер, навзрыд рыдающей девушки. Мишка застыл с мучительной гримасой на лице, только свободной рукой похлопывал по плечу, по-прежнему обнимающей его девчонки, приговаривая:
- Ну-ну... ну-ну...
Наконец с заднего сидения выполз дежурный старлей:
- Чего вы тут гражданочка? Отпустите сотрудника и немедленно оденьтесь... - девчонка отстранилась, скосила взгляд вниз и снова горько зарыдала. Ага, оденьтесь, а как? Как на себя ЭТО натягивать?

Мягко тронулась, но очень быстро уехала, стоявшая впереди машина, а я даже совсем непрофессионально на номера не посмотрел. Девушка, проводила ее взглядом, резко перестала рыдать, только протяжно всхлипнула и сказала неожиданно громко и зло:
- Вот козел ебанный! Уехал, сука... Даже из машины не вышел, гондон...
- А это кто? - задал я вопрос, чувствуя себя очень неловко, разговаривая с полуголой девушкой на дороге. Глаза так и норовили скоситься на темнеющий лобок, только мысль, о том что ниже - немного останавливала.
- Типа парень мой... Бывший теперь... - скривилась и на этот раз почти беззвучно, но очень жалостливо заплакала.
- Да, уж! Действительно, мудак редкостный... - я поднял глаза и увидел вытаращенные глаза тетки в машине, которая с непередаваемым ужасающим восторгом пялилась в окно, смешно расплющив нос и приоткрыв рот.
- Не бзди тетка! У нас каждый день такое... - подумал я про себя, повеселел и наконец начал действовать. Достал из под сидения какой-то древний, грязный и замасленный китель, который подкладывался, когда лазили под машину при ремонте. Стряхнул несколько раз и повязал рукавами на талии девушки, и все-таки не выдержал, бросил взгляд на лобок, девка то, очень стройная и красивая, несмотря на потекшую раскраску. Получилась вполне себе юбка с запАхом и запахом соответственно. Накинул еще ей на плечи свой бушлат. А запах уже не так шибал, то ли выветрился, то ли принюхались уже.

Мишка тем временем ругался по рации с нашей дежуркой (Дежурная часть РОВД), чтобы та ругалась с дежуркой этого района, чтобы та сюда прислала машину и похоже не очень успешно. Старлей подзуживал:
- Скажи им Миша, что мы сейчас просто уедем, нам на объект надо и смена уже закончилась...
- На ты, бля, сам скажи... - Мишка в сердцах кинул гарнитуру и выскочил из машины.

Подошел мужик. Шапку и пуховик уже снял, свернул в рулон изнанкой наружу, лицо и руки оттер-отмыл (красные стали, конечно, как советский стяг). Вполне себе молодой и симпатичный, лицо правда немного запитое, перегарчик жестко шибает и трясет его не по-детски:
- Спаси-и-ибо вам девушка! Честн-н-ное слово, замерз бы нахрен. Спасли, ей богу, хоть и таким экзотическим способом... - а улыбка у него хорошая. Но! Херассе постановочка! Тут дежурный не вовремя влез:
- Ну, рассказывайте, что у вас здесь за дерьмо...нтин такой... - и очень довольный своей глупой и неуместной шуткой, расплылся в улыбке. Очень мне захотелось, как в одной известной песне: "И оба глаза лейтенанту одним ударом погасить..."

Рассказ от мужика. Бухали мы на какой-то хате, крепко бухали, но решил я утром все равно уйти. Денег ни копейки, все пропили, до дому пять остановок, решил пешком дойду, но видимо переоценил свои силы. Смутно помню, падал постоянно, а как под елкой оказался уже выпало совершенно. Замерз бы точно. Сейчас не очень холодно, минус пять где-то всего, а к вечеру до минус двадцати пяти обещают, я прогноз видел. А я, когда напьюсь сильно, сплю беспробудно часов восемь, хрен поднимешь.
Очнулся - кто я, где я, что я... - совсем не понимаю, а по лицу что-то горячее течет, приятно... Я руку поднял, чтобы понять, что же там такое, но не разобрал - щупаю - что-то теплое, мягкое, нежное, как бархат... Но тут вонь, как нашатырь в мозгах взорвалась, прочистила, так сказать. До конца все равно не очнулся, соскочил, глаза разлепил, смотрю девушка бежит, кричит, аж в ушах звенит. Думаю, случилось чего, помочь надо бы... А тело словно и не мое уже..., а тут вы... Так, что вытащила меня девонька почитай с того света...

Тут опять влез дежурный:
- Заявление писать будете? Нет? Всё, мы поехали...
- Подожди ты, а с ними, что делать? - что-то этот старлей меня дико уже раздражал.
- Не наше дело! Сами разберутся...
- Блядь! Мы не люди, что ли? Куда они в таком виде и без денег (сумка Маринки осталась в той машине). И замерзли, вон, как трясутся...
- Я сказал поехали! Приказываю!
- Иди ты нахуй, товарищ старший лейтенант. И можешь на меня рапорт писать... - Мишка не вмешивался (они с Женькой мне еще за "балюстраду" не проставились), только отвернувшись от старлея, показал у живота большой палец. Я подошел к стоящим неподалеку Маринке с Сашкой. Сашка присел на корточки и снегом оттирал Маринке сапоги, что-то негромко говоря. А та стояла, закусив уже посиневшую нижнюю губу, с глазами полными слез и мелко дрожала.
- Куда вас довезти? В клетке (кандей, собачатник - отделение в задней части УАЗа для задержанных) поедете? Грязно там.
- Да хоть на полу! Вези ко мне, тут четыре остановки всего. А Маринке в общагу в таком виде точно нельзя, там глаз столько... Заклюют потом.
- И это... Спасибо брат! Век помнить буду!

Запашок в машине чувствовался сильно, тетка уткнулась в носовой платок, да пофиг, потерпим, не маленькие... Довез я их до самого подъезда, что уж там старушки-одуванчики на лавочке подумали...

А по городу поползли чудовищные слухи про банду ментов-маньяков, которые под дулом автомата, прямо на дорогах насилуют молодых девушек, а если те с юношей, то парней намаз заставляют делать в это время...

Часть 2-я (светлая)

Много лет прошло, я уже давно в ментовке не работаю, историю эту и помнить забыл, и в Москву перебрался, как знаете. Как-то на выставке в ЕКСПО (профессиональное оборудование) подошел ко мне мужик, подтянутый и прямо пышущий здоровьем, посмотрел пристально в глаза, улыбнулся и говорит:
- Привет тезка! Вот так встреча! - а я его совсем не узнаю, хотя..., что-то в улыбке неуловимо знакомое мелькает.
- Не узнаешь? А я тебя сразу признал, я тебя и тот день навсегда запомнил, до мельчайших подробностей. Помнишь того обосранного алкаша? И как ты старлея тогда послал...
- !!!... Да, ладно-о-о... Не может быть... Действительно, встреча...
- Если время есть, пойдем кофе угощу, расскажу, что дальше было.

Далее с его слов.

Спивался я тогда реально, летел, как говорится, под откос жизни, и с нарастающей скоростью. Работал в одной шараге электриком, а коллективчик подобрался - каждый день с утра бухали, до синих соплей. Все пропивал до копейки, и зарплату, и калымы. С мамой жил в двухкомнатной хрущевке и с ее пенсии тянул, она еще уборщицей подрабатывала по вечерам. Сколько горя я ей тогда принес...

Помнишь, уговорил я тогда Маринку к себе поехать. Сказал, что мама дома, пусть не опасается, и что в общагу ей нельзя в таком виде. Да и сама все понимала. Мама нас тогда в коридоре увидела:
- Ой, сынок... - и ушла, заплакав, в свою комнату. Думала, всё, край - бомжиху привел. Дал я Марине, как сейчас помню, таблетку левомицетина и в ванну отвел, чтобы помылась, постиралась. А сам умылся на кухне с хозяйственным мылом, чай крепкий заварил, хлеб черный порезал кубиками и в духовку засунул, чтоб до сухарей зажарить.

Вышла она из ванны, развесили все на батареях, она и шапку мою постирала, и пуховик замыла. Сели чай пить. Сидим, сухарики грызем - разговариваем. И пошла у нас вдруг такая откровенность, я ей про жизнь свою никчемную, бесперспективную и запойную, она про то, как с мужиками ей не везет. Час сидим, другой. Вот так души и вывернули на изнаночку, до мельчайшего закоулочка. А мне так хорошо, спокойно, даже выпить не хочется. И она такая красивая, хоть и простоволосая, не накрашенная, в мамином стареньком халате, а прекрасней не бывает, аж до дрожи в позвонках.
Мама раз заглянула - чай пьем, другой - чай пьем. Видать успокоилась, зашла спросила, что может покормить нас? Разглядела Маринку, поговорила немного с ней и отвела меня в другую комнату:
- Какая девушка хорошая! Саша! Это твой лучший шанс жизнь нормальную начать... Хватит меня в могилу сводить - да я и сам всё понимаю, вышел на балкон покурить и сказал себе:
- Баста! Больше не пью! - что у меня совсем силы воли не осталось? Ведь спортом когда-то занимался.

Так и просидели до вечера с чаем и разговорами. Все уже высохло давно, а я никак решиться не могу. Наконец, бухнулся на колени:
- Спасла меня сегодня, не бросай дальше, дай мне шанс. Я пить брошу, вернее уже бросил, хочешь курить тоже брошу? - схватил пачку со стола и выкинул в форточку.
- Если согласишься со мною встречаться, то больше ни капли и никогда! И на мужиков твоих бывших мне пофиг... - затуманились у нее глаза слезами, вздохнула тяжело:
- Давай Саша так: Три дня, если держишься, то приходи, если нет, то выгоню сразу, пойму мгновенно. Хороший ты человек, но слабый и врать не умеешь совершенно. Если сможешь, вообще отказаться от выпивки, то может и получится у нас с тобой, если нет, то бог тебе судья, не трави мне душу... - тут у меня слезы полились, она тоже заплакала, встала на колени и обняла меня. Так и простояли неизвестно сколько времени, оба на коленях, обнявшись и ревя, как дети...

Проводил я Маринку до общежития, не было ничего, даже намека на поцелуй. На следующий день (начал с зарядки) уволился из шараги, послав всех а-ля друзей-алкашей по известному адресу. Я вам всем покажу "слабый"!
С полгода назад ходила мама к лучшему другу покойного отца, просила, чтобы взял меня на работу. У того автосервис небольшой. А я датый пришел и сказал мне тогда дядя Иван:
- Хотел я тебя на курсы автоэлектриков отправить. Голова у тебя светлая и руки золотые, но дурак ты, раз пьяный ко мне пришел. Даже в память покойного Николаича - не возьму. Пошел вон. Мать бы хоть пожалел...

Пошел я снова к дяде Ивану. Подобрал по пути кусок трубы металлической. Зашел к нему в кабинетик, он посмотрел на меня с опаской, но с интересом. Сунул ему трубу в руки:
- Дядя Ваня, я пить бросил твердо и окончательно. Возьми меня на работу. И если хоть раз от меня запашок перегара учуешь, можешь пиздить меня этой трубой сколько захочешь, слова не скажу... - дядя Иван пожевал губами, и после паузы:
- Что за ум взялся, это хорошо, только взял я уже электрика, хороший мужик, грамотный... - настроение у меня упало, но сжал зубы - не получится здесь - другое найду, но выкарабкаюсь.
- Но есть у меня идея, хочу шиномонтажку небольшую пристроить. Пойдешь? Деньгами не обижу. И строить сам будешь.
- Пойду!
- Тогда я трубу эту в рамочку в кабинете повешу.

Подначивал меня в те дни чертенок в душе: Ну выпей, хотя бы бутылочку пива, никто же не узнает. Командовал я себе тогда: Упор лежа принять! И отжимался до изнеможения, как бы себя наказывая за крамольные мысли.

Стали с Маринкой встречаться и через полгода свадьбу сыграли. Три дочки-лапушки у нас уже, но мы не останавливаемся... Ха-ха.
Через полтора года открыл свой шиномонтаж. Сейчас уже несколько и автомойки. Вот теперь планирую магазин по шинам-дискам открывать. Но не пью вообще, ни грамма - тут у нас с женой уговор жесткий, трубу я у дяди Вани выпросил и ей подарил. А Марину мама любит больше, чем меня, просто души не чает, готова на руках носить, вместе с внучками, расцвела старушка, только и слышу: Какая у нас Мариночка умница-разумница, хозяюшка и рукодельница. И сам люблю безумно, до дрожи в коленях и каждый день поражаюсь - за что мне такое счастье? Теща с тестем, тоже замечательными оказались, старенькие уже правда. Я им квартиру в пригороде купил, перевез из деревни. Всё у меня отлично - видишь, как получилось.
И с того самого дня, переломившего и развернувшего мою жизнь, понял я одну главную вещь: Люди то вокруг - в большинстве своем хорошие и помогать готовы, только самому мудаком не надо быть.

А мораль такова: Иногда кого-то надо обосрать, чтобы спасти. И фигурально, и подчас буквально.

P.S.
Вот это товарищ выдал сегодня историю! Но есть одно "но". Отвел я его в сторонку:
- Здорово! А когда ты показывал, как она бежала со спущенными штанами и издавал соответствующие звуки, я вообще чуть не задохнулся. В тебе умер великий актер! А во 2-ой части девчонки наши аж прослезились... Только вот... Понимаешь... Читал я уже нечто подобное, давно правда, у писателя... Как его там? Ну, этот, по книгам которого "Улицы разбитых фонарей" снимались.
- Ха! Ты, что всерьез думаешь, что Кивинов все байки милицейского фольклора сам придумал? Ты когда читал?
- Да, точно. Андрей Кивинов. Я его лет двадцать назад, если не больше, читал.
- Слушай, но многие талантливые писатели "в народ ходили" и сюжеты оттуда черпали. И Шукшин..., и Шолохов..., и Куприн... Да много кто. И первоисточник почти всегда неизвестен. К тому же у Кивинова в книге 2-ой части точно не было.
- Ты хочешь сказать, что первоисточник это ты?
- Ну почему именно я? Там много народа было, целых шесть человек, плюс пересказывалось это многократно, и мною, и наверняка ими. И те кому рассказали, в свою очередь, могли дальше пересказывать... Ты мне не веришь, что ли? Что это со мною было? Я тебя когда-нибудь обманывал?
- Верю! Пошли за стол...

Ладно, придется верить - друг все-таки!

535

Меняем реки, страны, города.
Иные двери, новые года.
Но никуда нам от себя не деться,
а если деться - то только в никуда.

Почитал я тут обсуждения к моему предыдущему рассказу, о том кто как уехал на чужбину, и что из этого получилось, и захотелось поделиться историей одного человека.

С Лёшей я познакомился в середине 2000-х на тусовках одного некогда популярного интернет-форума. Помимо того, что он потрясающе пел на гитаре, был нескончаемым источником историй и анекдотов (до сих пор вспоминаю его шутку о том, что трансплантологи называют мотоциклистов "полуфабрикатами", за то что те после ДТП являются нескончаемым источником органов для пересадки), и восхитительно готовил шашлык - он еще и был врачом. И не просто врачом, а врачом от Бога. Анестезиолог-реаниматолог, за почти 10 лет работы в Москве не создавший своего кладбища - это, знаете ли, дорогого стоит (думаю, частый автор этого форума Michael Ashin подтвердит, для реаниматолога это редкость). Не могу сказать, сколько человек вообще он вытянул с того света, но точно знаю, что из нашей тусовки как минимум трое были обязаны Лёше тем, что продолжали ходить на своих двоих, а не на костылях или в коляске.

При этом про свою жизнь до Москвы ни он, ни его жена как-то особо не рассказывали. Все знали, что они приехали откуда-то с юга, но не более того. Ну да в тусовке, где больше половины были такими "понаехавшими", это особого интереса не вызывало. Пока однажды жена его случайно, в процессе обсуждения последних новостей с окраин бывшего СССР, не поделилась их историей. Теперь, спустя почти 15 лет, делюсь с вами.

Лёша был доктором от Бога задолго до того, как приехал в Москву. Лет 20 после окончания института работал в родной республике (в 91м году ставшей гордой независимой страной, где всевозможные правители начали строить свой коммунизм с местным колоритом), еще в советские времена стал профессором. Не знаю, было ли у него кладбище дома, но если и было - то очень маленькое. Во всяком случае, спустя много лет мне случайно довелось пообщаться с людьми, которые знали Лёшу еще в его домосковской жизни, и высказывались о нем исключительно восторженно.

Но жизнь в южных республиках имеет свою специфику. Не обязательно быть плохим, чтобы нажить себе врагов, иногда достаточно быть очень хорошим, чтобы нажить себе врагов. Что там конкретно случилось - никто и не узнает уже толком; может, вылечил кого-то не того, а скорее всего - просто приглянулось кому-то наверху место зав. отделением, которое к его несчастью занимал хороший доктор.

Так или иначе, но однажды ночью у него дома раздался телефонный звонок, и один из некогда поставленных им на ноги офицеров местных спецслужб сказал: "Извини, но на тебя заказ. Утром за тобой придут. Больше сделать для тебя ничего не могу. Удачи".

Вот и всё. Срочно разбудил жену и детей, схватили какие-то самые необходимые вещи, документы, деньги - в машину, и быстрее из страны. Добрались до Москвы, кое-как разместились у друзей, а вот как жить дальше - большой вопрос. Кто помнит середину 90-х - даже в Москве врачи были нафиг никому не нужны. Лёшу спасло то, что один из его бывших учеников работал зав. отделения в одной из московских больниц. Правдами и неправдами смог устроить его на должность санитара (ну не было на тот момент других ставок). Думаю, в то время в эту больницу можно было бы экскурсии водить: это был единственный санитар со званием доктора медицинских наук на всю Москву. Про зарплату санитара и то, как на нее прокормить семью из 4 человек, я скромно умолчу.

Я много читал тут историй про то, как народ приезжал в Штаты или Германию с советским дипломом или даже научной степенью, и первые пару лет мыл полы или подметал улицы. Потом, как правило, следовало "признание заслуг и стремительный успех" (обычно, лет через 5-10). Не хочу ни в коем случае занижать их заслуги, но почему-то мне кажется, что человек, сумевший выжить на зарплату санитара в середине 90-х в России, не имея при этом в Москве своего жилья, зато имея на шее безработную (на тот момент) жену и двух детей, не сдавшийся и не опустивший руки - для меня такой человек в 100 раз круче всевозможных тренеров по мотивации, ломанувшихся собирать стадионы в Москве последние несколько лет.

У Лёши, как вы понимаете, потом стало все хорошо. Сначала врач, потом зав. отделением. Уже на момент нашего знакомства преподавал в мед. институте, был приглашаем на всевозможные конференции и т.п. О сложном этапе своей жизни вспоминать по-прежнему не любил. Только морщился слегка, когда кто-то из присутствующих жаловался на трудности на работе, сокращения зарплаты или причитания из серии "меня хотят уволить, не знаю как жить дальше" (обычно с таким лицом инструктор спецназа по выживанию слушает рассказ старшеклассника о том, как тот заблудился в лесу и испугался).

Ну а я? С тех пор пару раз попадал в ситуации, в которых бы до этого опустил бы руки, разрыдался и ушел в монастырь. Теперь же, вспоминая Лёшу, я просто усмехался про себя, вставал и двигался дальше. Спасибо тебе, Доктор. Сам не зная того, пару раз ты спас мне жизнь. Дай Бог тебе здоровья, и пусть у тебя никогда не будет своего кладбища.

536

Я на днях писал о том, как мои студенты трагическим образом калечатся перед экзаменами. Ну да, с сарказмом написал, наболело потому что. И в комментариях получил пост о том, что во всем мире все студенты одинаковые.

К счастью, не все, точнее, не все вот такие, и хочу рассказать историю прямо противополжную.

Давно дело было, в 2006. Училась у меня студентка, вьетнамочка. Маленькая, хрупкая. Больная лейкемией. На лекции ко мне она приходила с передвижной капельницей, и иглой в вене. Никогда ни на что не жаловалась, бывала частой гостьей у меня в кабинете, очень она хотела разобраться в органической химии. На нее смотреть было больно, она потела, ее кожа оливкового цвета за полминуты могла стать бледно-зеленой. Но при этом она всегда улыбалась. Она решала мои задачи в таком состоянии, когда любой из нас, меня включая, давно лежал бы в обмороке. Попросила об отсрочке один лишь раз - ей операцию в тот день делали, костный мозг пересаживали, наверно. Сдала экзамен на следующий день, на твердую четверку. И с этой твердой четверкой и закончила семестр. А четверку у меня получить ой как не просто - их в классе получает максимум процентов 15-20 со всего потока.

Не знаю, что с ней сейчас, контактов я не поддерживал. А память о ней осталась, она мне хитросплетенную косичку по окончании семестра подарила, может знаете такие? - ну, там если за один спрятанный кончик дернуть, то вся косичка в ленточку распустится. Я не дернул, она ж от всей души мне эту вьетнамскую косичку подарила. И мне хочется верить, что до сих пор ее хрупкую, но такую твердую душеньку эта косичка бережет.

537

Системный сантехник и его астролябия

Однажды мы сделали косметический ремонт в ванной комнате, положили новую плитку и уже предвкушали тихую радость от предстоящих водных процедур в новеньком, сияющем белизной нового фаянса санитарном помещении. Осталось только установить новый кран-смеситель, в связи с чем понадобился сантехник. Друзья посоветовали одного специалиста, который однажды консультировал их при планировании капитального ремонта их новой квартиры.

И вот пришёл этот специалист – дядечка средних лет, борода с проседью, чемоданчик, мечтательный взгляд… Приводим его на объект – вот, мол, поле для приложения ваших профессиональных усилий. Дядечка окинул быстрым взглядом ванную комнату и сказал:

– Ну-с, первым делом, возьмём анализ воды. – И, пустив струйку воды из старого крана, принялся стучать по клавишам принесённого с собой и развёрнутого тут же ноутбука, подозрительно поглядывая на льющуюся воду.

Так продолжалось довольно долго. Спустя некоторое время в ответ на наш осторожный вопрос о результатах анализа, он изрёк:

– Ну что ж, паршивая у вас водичка-то. Да и система в доме, видать, прогнила. Менять надо. И источник воды, и трубопровод. Вот посмотрите – вода течёт бессистемно, аэрация явно нарушена, цвет не определяется, а куча косвенных признаков говорят и о других серьёзных проблемах. По большому счёту, ремонт вам нужно делать заново – у вас и кафель криво положен – видите вот тут и тут грубо нарушены пропорции золотого сечения, да и перепланировка всего санузла не помешала бы. А то не оптимально всё как-то спроектировано. Да-с… Если честно – и дом-то ваш весь стоит на подозрительном грунте – надо б тут даже не капремонт делать, а всё здание переносить. По-хорошему, нужно провести серьёзные изыскательские работы и определить новое оптимальное местоположение, инфраструктуру проанализировать – вам же полноценной жизнью жить надо, а не только этой вот сомнительной водичкой из крана пользоваться… Сами понимаете – правильный грунт и адекватная инфраструктура – это краеугольные камни любого жизненно-важного проекта. А ещё…

У нас захватило дух от сияющих перспектив нового ремонта, перестройки дома и предстоящего переезда вкупе с замаячившими на горизонте изыскательскими и проектно-проектировочными работами. Однако на всякий случай мы спросили, а нельзя ли пока просто новый кран установить, ну хотя бы как временное решение всего комплекса проблем.

Дяденька обиженно скривился.

– Воля ваша, кран-то поставить не проблема. Но вам же жить нужно. И желательно в здоровой обстановке, и с гарантиями стабильности системы жизнеобеспечения. Детей растить надо, на чёрный день что-то откладывать, от рисков страховаться. А как вы собираетесь всё это делать при таких кривых исходных параметрах?! Нет, новый кран тут не поможет. Вы посмотрите, что с климатом происходит – он явно меняется, при этом пока что непредсказуемо. Просто задумайтесь на минуточку, какие у вас тут в этом городе перспективы? Я бы вам настоятельно рекомендовал расширить параметры вашего поиска и поизучать другие климатические зоны. Наверное, даже стоит и с врачами сперва посоветоваться на предмет рекомендуемого географического ареала. В конце-то концов, нашим континентом планета не ограничивается. Вот у меня одноклассник сейчас в Новой Зеландии….

Мы начали немного нервничать – климат нас пока что вполне устраивал, а вот старый кран в новой ванной – нет.

– Да, конечно, - говорим – Новая Зеландия – это здОрово, слов нет. Но вот нам бы кран поставить…

– Эх, ну что вы всё кран, да кран! – Дядечка тяжело вздохнул. – Кран вам каждый дурак за полчаса поставит. Я же вам системную проблему излагаю, фундаментальную. А вы кран-кран…

У нас затеплилась надежда на положительный практический исход системного подхода и мы радостно закивали:

– Да-да, говорим, кран. И за полчаса. И вот прямо сейчас. Вот это было бы здорово.

Но дядечка развёл руками:

– Увы, - говорит, – прямо сейчас и за полчаса не получится. У меня ж расписание – пора на другие вызовы.

Мы ахнули:
– Как же так?! Мы так надеялись сегодня завершить всю эпопею с ремонтом ванной комнаты…

– Ну вот так, - философски заметил дядечка. – Серьёзные проблемы с кондачка не решаются. Системный подход ещё никто не отменял.

– Ох, ну может вы завтра прям утречком заглянете, да поставите этот чёртов кран, пока мы в Новую Зеландию не уехали… – жалобно промямлили мы.

– Не, - говорит, - завтра никак не получится. Завтра утром как раз закончится процесс инсталляции моей новой виртуальной астролябии – мой базовый компьютер уже третьи сутки эту систему переваривает. Вот тогда уж милости просим – и планетку вам подходящую подберём, и галактику. А там уж и до крана дело дойдёт. Так что всё по порядку.

Гордо подняв голову, дядечка ушёл.

Новый кран-смеситель сиротливо лежал на полу ванной комнаты, даже не распакованный.

538

- Усыпить? - спросил я.
- Ну да, - ответила хозяйка, - он мне не нужен.
Щенок тянул меня за халат острыми зубками. В его блестящих озорных глазах не было и тени тревоги. Его не пугали странные запахи смотрового кабинета, незнакомый человек в белом халате и родная хозяйка, которая решила от него избавиться самым радикальным способом.
- Но у него нет никаких проблем ни со здоровьем, ни с агрессивностью, - пытался я переубедить женщину.
- Ну и что? Он мне не нужен!
На самом деле проблема у щенка была. И большая. Он оказался беспородным и некрасивым. В полгода все щенки выглядят немного нескладными, потому что теряют милые детские формы, но ещё не дорастают до взрослых параметров. Этот пёсик был куплен на рынке как грифон - курносая маленькая собачка с жёсткой шерстью и игривым нравом. Все эти признаки породы у щенка были, но ростом он уже давно перерос самого крупного гриффона и неумолимо приближался к миттельшнауцеру. Крупная нижняя челюсть с перекусом придавала пёсику сходство с боксёром, а огромные уши - одно стоячее, другое висячее - вообще походили на овчарочьи. Жёсткая шерсть торчала под самыми неожиданными углами. Думаю, если бы его выставили на конкурсе "самая уродливая собака", он бы вошёл в пятёрку лидеров.
- Я хотела маленькую собачку, - продолжала ныть обиженная женщина, - а мне подсунули этого уродца.
- Породистых собак на рынке не покупают, - мрачно озвучил я прописную истину.
- Ну да! А знаете, сколько они стоят в питомнике?
- Знаю, - злобно сказал я.
И задумался. Из данной ситуации было три выхода. Чрезвычайно привлекал первый: вылить на тётку флакончик с бриллиантовой зеленью, чтоб она неделю отмывалась. Смущает последствия в виде вызова полиции и неприятностей для клиники. Второй был не столь радикальным: всего лишь сообщить хозяйке самым холодным тоном, что здоровых животных мы не усыпляем. Последствия тоже были малоприятные. Женщина наверняка отыщет другую клинику или просто выставит собаку на улицу. А на дворе морозный январь... Третий выход был самый хлопотный. Я тяжело вздохнул и набрал номер приюта для животных.
- Привет, Свет. Хозяина для щенка найдёшь? Кобель, шесть месяцев, похож на помесь бульдога с терьером, страшный, как я после ночной смены, но добрый. Фото вышлю. К себе взять не сможешь? Что, опять полна коробочка? Ладно, пока побудет у меня. Только ты уж побыстрее, ладно? Хозяин клиники это не приветствует.
Закончив разговор, я поднял глаза на владелицу. Она смотрела на меня удивлённым взглядом. "Просто так собаку не отдаст, - понял я. - Придётся искать подход".
- Значит так, - в моём голосе было больше холода, чем за заледеневшим окном, - усыпить я его не могу, но поскольку сейчас праздники цена будет двойной. За вывоз трупа и кремацию тоже придётся доплатить. И за хранение трупа в холодильнике тоже. Труповозка приедет только в понедельник. Сами понимаете: новогодние каникулы.
- Как так? Это что за безобразие? - рот у горе-хозяйки противно искривился.
- Согласен: безобразие, - ответил я. - Но не я здесь цены устанавливаю. Поэтому, чтобы сохранить Ваши деньги, предлагаю написать отказ от собаки. Я передам её в приют, где щенку найдут нового хозяина.
- Нового хозяина? - у женщины глаза на лоб полезли. - Да кому он нужен, такой страшненький?
- А может, - тут на её лицо мелькнула мелкая подозрительность, - это редкая порода? И Вы его задорого продадите?
Я мысленно хлопнул себя по руке, потянувшейся к банке с бриллиантовой зеленью. В голове определилась мысль: "Спокойно... спокойно... нельзя лить на посетителей зелёнку, выкидывать их в окно и даже нецензурно выражаться. Я профессионал! Я профессионал!".
- Можете продать его на рынке, - сказал я. - У него прививки есть?
- Какие прививки? - у женщины уже голова шла кругом.
Она никак не могла понять, что я решил спасти щенка исключительно из гуманных соображений, и искала подвох.
- Ещё и за прививки платить? А без прививок я его продать не смогу что ли?
- Попробуйте, - равнодушно сказал я. - Штраф заплатите, если что.
- Нет уж! - тётка сняла ошейник, сунула его в сумку, а пса подтолкнула ко мне.

- Забирайте это чудо. Он и так мне всю мебель изгрыз. Что надо подписать?
Я сделал фото щенка и послал Свете. Она обещала тут же выложить на сайт. Пёсика я покормил и поместил в клетку в стационаре. Посетителей больше не было, я уселся поудобнее, чтоб видеть входную дверь, и запел. Есть у меня такая привычка - исправлять плохое настроение песней. Два-три романса, исполненные моим тягучим баритоном, и жизнь снова становится терпимой. Главное - наблюдать за дверью, чтоб не напугать клиентов.
- У - у - утро тума - а - нное, у - у - тро седо - о - ое, - затянул я.
- Вау - у - у! - донеслось из клетки.
- Чудо, ты умеешь петь? - удивился я. - Ох, вот и имя тебе родил. Чудо! Ну... давай дуэтом!
Мы с пёсиком исполнили "Утро", потом спели "Чёрный ворон", а на "Выйду в поле с конём" так отлично спелись, что я не заметил открывшуюся дверь. Поэтому, когда раздались аплодисменты, я подпрыгнул от испуга.
- Браво - браво! - задыхаясь от смеха, сказал сухонький пожилой мужчина, незаметно проникший в помещение. Это был мой друг, клиент и лечащий врач Александр Иванович, для своих просто Шурик.
- Шурик, ты меня напугал!
- Это ты меня напугал! Иду мимо, слышу - воют! Подумал, что ты окончательно заработался. Вот, зашёл узнать, не нужна ли профессиональная помощь.
- Нужна! Ещё как нужна! Можешь зверя приютить на недельку-другую? У нас в приюте опять мест нет.
- Ох, это я зря предложил... Ты же знаешь: я после смерти Мухтара никаких собак не завожу...
Мухтара мы с Шуриком похоронили в прошлом году. Пёс забрал в могилу половину сердца хозяина. Но щенка надо было куда-то пристраивать и я добавил в голос просительных нот.
- Но это же временно! Пока место не освободится. Представь, что это пациент, которого тебе впихнули, пока койка в терапии не появится.
- Ты про койки вообще молчи! Хоть здесь про работу не напоминай, Айболит фигов. А что это за порода? Какой-то он страшненький...
- Это редкая порода! Единственный экземпляр. Название ещё не придумал, так что сам фантазируй. Его усыпить привели.
- А ты опять оставил?
- Опять.
- Добрый ты человек, Айболит!
- Не особо. Я чуть эту тётку зелёнкой не облил.
- Ну не кислотой же. Ладно, давай своего собакена. На день-два, не больше. Как зовут хоть это чудо?
- Так и зовут - Чудо. Но можешь придумать что-то своё.
- Зачем? Хорошее имя. И соответствует. Поводок есть?
- Сейчас что-нибудь соорудим. Хозяйка всё с собой забрала.
- Вот зараза! Ну ладно, одевай зверя, пока я добрый. Что вы там с ним пели?
- "Выйду ночью в поле с конём"!
- Я тоже попробую. Но учти: максимум на неделю! Как только что-то освободится - звони!
Когда через несколько дней освободилось место, я позвонил Шурику.
- Знаешь, а ну его к чёрту, твой приют, - ответил друг. - Я теперь этого пса ни за какие деньги не продам. Мы по вечерам концерты устраиваем! Жена скоро со смеху помрёт, а ведь, как Мухтар умер, почти не улыбалась. Пёс хоть и страшненький, но такой юморной! Тапки приносит, танцует, каждое слово понимает! Правда, сгрыз все табуретки, да и фиг с ними. Внуки теперь чуть ли не каждый день приходят, а раньше раз в месяц навещали! Спасибо тебе, друг!
Я положил телефон и посмотрел в окно. На улице падал снег, тускло светились новогодние гирлянды на раме. Чудеса случаются тогда, когда их меньше всего ждёшь... Спасённый щенок, снова смеющийся Шурик и я - ветеринар - случайный посредник между этими двумя судьбами. Как удачно всё сложилось! Зазвонил городской телефон. Трубку взяла моя ассистентка Мила.
- Ветклиника, здравствуйте. Да, сегодня работаем. Конечно, привозите. Нет, по телефону ничего сказать не могу, посмотрим на месте.
Я оторвался от наблюдения за падающими снежинками и посмотрел на Милу.
- ДТП. Собака. Скорее всего, перелом.
- Готовь операционную, Милочка. Сегодня хороший день. Давай постараемся его не испортить...

539

Навеяно историей 976647 "Про нашу медицину" от sarpa (основные, 21.10.2018)

Лет десять назад я работала в небольшой частной фирме, которая обслуживала в том числе и сельские бухгалтерии бюджетных учреждений (школ, больниц, администраций и т.п.). Удивили условия, в которых там работали люди - тесные помещения, удобства на улице, допотопные компы... Но больше всего поразил один случай - в одной из районных больниц при перемещениях по бухгалтерии мы постоянно оббивали ноги об угол здоровенного деревянного ящика. В очередной раз ударившись и выругавшись, я возопила:"Да кто ж и зачем поставил сюда эту огроменную дуру и какого лешего её нельзя куда-нибудь на склад отправить?!!!" Оказалось, нельзя - потому что это ТОМОГРАФ, полученный в рамках государственной программы помощи сельским клиникам. СЕЛЬСКИМ КЛИНИКАМ, в которых действительно не хватает денег на бинты, простейшие лекарства, бензин для машин скорой помощи. Да, блин, даже услуги нашей фирмы с задержкой оплачивали, хоть мы и недорого брали. А томограф, который был бы полезен в какой-то крупной больнице, пылился в крохотной бухгалтерии, потому что его просто некуда было ставить, некому было на нем работать (обучение работе тоже денег стоило, а их не выделили). При этом "наверх" скорее всего ушёл рапорт на тему "в этом году в рамках помощи сельским поликлиникам было выделено ... рублей из бюджета, было куплено современное оборудование на сумму ... рублей" - "а в остальном, прекрасная маркиза, все хорошо, все хо-ро-шо!!!"

540

Каждый поступок имеет свое продолжение, порождая цепь событий уже не зависящих от нас....
События в Керчи показали что невозможно предугадать какие метаморфозы происходят с человеком? Кем он может стать?
Хочу рассказать одну историю в которой я принимал непосредственное участие, и как мое решение повлияло на судьбы других людей.
В 1990 году я работал в спортивной школе, куда как то заглянул бывший выпускник из этой школы по имени Сережа Ослов (фамилия изменена но похожа). Он был мастером спорта по по спортивной гимнастике, ему было двадцать лет, и пришел он со своей восемнадцатилетней девушкой.
Когда он попросил попрыгать по акробатической дорожке мы ему запретили, так как из за этого нас могли выгнать из зала и прекратить аренду.
После окончания тренировки мы вышли на улицу, где рисуясь перед девушкой, он неожиданно сказал что здесь то ему никто не запретит сделать рондат, и сальто назад.
Мы ничего не успели сказать как он разбежался и начал делать упражнение.
Скорее всего его подвел глазомер, и он не рассчитав расстояние и свои силы, не смог при выполнении сальто назад выпрыгнуть высоко и приземлился головой точно в угол бордюра.
После падения он мгновенно сложился как тряпичная кукла.
Подбежав к нему я увидел трещину в черепе и вдавленные кости через которую был виден мозг. Я быстро снял майку и закрыл ему голову.
На принятие решения были секунды! Понимая что пока дозвонимся до скорой, пока они приедут он отдаст концы, мы решили действовать сами.
Наша школа находилась всего в двухстах метрах от подстанции скорой помощи при хирургическом отделении больницы, в строительстве которого я принимал участие.
Буквально за месяц до этого там побывал при очень веселых обстоятельствах, но это отдельная история которую я опубликую позднее.
Мы взяли гимнастический мат, аккуратно переложили его и понесли на подстанцию, хотя кто то из друзей настаивал на том, что лучше дождаться скорой помощи.
Ну что сделано, то сделано.
Практически через двадцать минут он уже был на операционном столе в нейрохирургии где ему спасли жизнь.
К немалому удивлению врачей, уже через три месяца он восстановился после трепанации и перелома шейных позвонков!
После этого он пришел со своей девушкой поблагодарить меня за то что я его спас. Из за операций и лежания в палате он сильно располнел, ему вставили болты в шею, пластину в череп, а на голове был виден огромный шрам.
Больше он у нас в зале не появлялся.
Прошло шесть лет, я уже забыл и эту историю и Сережу.
Однажды в октябре 1996 года, ночью мне позвонила жена брата и попросила срочно подъехать в БСМП.
На вопрос что случилось я только смог разобрать что на ее мужа кто то напал, когда он таксовал и он сильно пострадал.
Приехав в больницу я увидел забинтованного брата с порезами на руках и груди, где он рассказал что с ним произошло.
Возвращаясь в десять вечера после тренировки он остановился и подобрал голосующих парня и девушку.
Они совершенно не вызвали у него подозрений, даже когда попросили отвезти их к роще в не совсем благополучном районе города. О согласился, тем более это было по пути.
Парень сел впереди а девушка на заднее сидение.
Попросив остановить не доезжая квартала до остановки, парень который сидел рядом, неожиданно вытянул из под куртки кухонный нож и с остервенением начал молча наносить удары куда попало. Его подруга обхватила его сзади за шею и начала душить. Брата спас пуховик и подготовка. Сумев перехватить руку и ударив затылком девушку, которой он сломал нос, он попытался вырвать нож. Это у него не вышло, но он смог повернуть его лезвием к нападающему на который он сам и напоролся горлом по самую рукоятку, после чего выскочил из машины вместе со своей девушкой, которая пришла в себя и они бросились бежать в рощу.
Надо сказать что роща находилась примерно в полукилометре от БСМП, куда брат истекая кровью доехал и пришел к врачам. После обработки ран он был водворен в палату и стал ждать прихода дознавателей, так как обо всех случаях при криминальных травмах врачи обязаны сообщать в милицию.
Буквально через минут двадцать, в приемный покой БСМП вошел нападавший с ножом в горле, который объяснил что напоролся сам случайно.
Медсестра в регистратуре упала в обморок, но подоспевшие врачи его сразу положили на носилки и повезли в операционную, где позже извлекли нож.
Невероятно но факт! Нож с длинной лезвия 25 сантиметров, вошел между трахеей и позвоночником так, что не повредил ни позвоночник, ни саму трахею, ни сонную артерию!
По иронии судьбы их поместили в соседнюю палату, но они этого не знали!) А так как это был один район, то дознавателя попросили в дежурке заодно зафиксировать оба случая.
Я был уже в палате брата, когда зашел дознаватель.
Описав все как было, в том числе и приметы нападавшего, мы увидели что лицо дознавателя приобрело какое то охуевше-загадочное выражение.)
Попросив с загадочной улыбкой меня никуда пока не уходить, он вышел и зашел в соседнюю палату где с забинтованной шеей сидел этот мудак, который продолжал рассказывать сказку про белого бычка, как он случайно упал на нож.
Пригласив меня и еще двух человек в качестве понятых, он попросил брата опознать этого нападавшего.
Брат его сразу опознал.
Каково было мое удивление, когда в тощем существе с забинтованной шеей и шрамом на всю голову, я узнал Сережу Ослова!
Я назвал дознавателю его имя и фамилию, чем удивил всех окружающих, а больше всего брата.
Он меня тоже узнал, но в этом не признался и старался в глаза не смотреть.
Потом было следствие, где к брату не было предъявлено никаких обвинений, так как это была самооборона, тем более на ноже не было его отпечатков, и этого идиота уже через неделю перевели в КПЗ, в связи с выздоровлением.
Потом я узнал его историю от следователя.
После операции на черепе, он женился на девочке, а из за постоянных головных болей подсел на героин и посадил свою её, а так как у него была инвалидность, а денег в семье не было, то они стали нападать на таксистов, грабили их чтобы купить дозу, а некоторых просто калечили из за ста рублей.
По совокупности доказанных преступлений получили реальные сроки оба, что то около пяти и семи лет.
По слухам, в последствии кажется они оба скончались от передоза уже на свободе в средине нулевых.
У брата ко мне был только один вопрос - Нахуя я его спас?
Я до сих пор сам не могу ответить на этот вопрос, правильно ли я тогда поступил?
В то же время мне не дает покоя мысль, что кто то его все равно охранял, раз ему так везет? Потому что выжить как и в первый так и во второй раз, у него шансов было не больше чем один из тысячи.

541

Удивительная Химия
Почему-то этот предмет не пришелся мне по душе изначально, с первых уроков в седьмом классе. Ну разве 10 копеек из белых превратить в золотую монетку, погружая нас в алхимическое средневековье.
Наша учительница, Нина Ноевна, была человеком старой закалки. Прекрасно знала свою науку, но уроки были скучные, даже нудные. Получая свою вымученную четверку в четверти, я жаловалась маме, что не могу, сложно.
Два года родители меня пугали другой химией, органической. Что ты будешь делать в девятом классе, ведь эта химия намного сложнее?! Я с ужасом ждала своего краха и позора в этой науке...
Наступил сентябрь 1981 года, Нина Ноевна ушла на пенсию.
Пришла новенькая учительница, молодая, высокая, полноватая, чем-то напоминающая Наталью Андрейченко в ранней молодости (когда она имела пышные формы).
И мы поняли, что такое преподаватель, влюбленный в свою работу.
Удивительно, но для всего класса органическая химия оказалась потрясающей, удивительной и легко воспринимаемой. Даже троечники легко тянули на заслуженную четверку. Мы восторженно влюбились в предмет, не понимая, как она могла не нравиться раньше?! Мы, что, вообще были?
Из класса только самые ленивые не захотели стать химиками. Самые амбициозные - вообще запланировали сделать великие открытия, получить Нобелевку. Кто-то просто стать преподавателем, естественно, химии. Из 38 одноклассников около 30 точно порывались в эту науку.
Но в грандиозные планы нашего класса вмешалась другая химия - любовная. Наша учительница вышла замуж и летом ушла в декрет, бросив нас на перепутье. Это был удар по мечтам. Не могла ли она попозже, через годик, влюбиться, сколько великих химиков не состоялось!
И уже в 10 классе нам преподавал этот предмет... Я даже не помню кто.
Мы дружно пожимали плечами - что мы в этой химии интересного находили? Мы что, вообще были?!
Только двое на факультет химия-биология.
Вот так в девятом классе я прочувствовала, до какой степени обучение детей связано с личными качествами преподавателя.

542

К нам в офис приходила женщина и обновляла программу для бухгалтеров. Она была достаточно коммуникабельной и порой задерживалась у нас чтоб поболтать. Ее "фишка" - экономия во всем. Но за этой экономией стояла благая цель - семья любила путешествовать. Она могла долго рассказывать о том, в какие страны они ездили и где ей удалось купить вещи по символической цене. - Вот эту юбку я купила в Испании на барахолке всего за 3 доллара! Попутно шли рассказы о экономии в быту: - Ну и что, что у нас седУшка на унитазе деревянная, зато экологически чисто! Или, например, давала супер рецепт приготовления котлет: - А мы когда котлеты делаем, на килограмм мяса добавляем килограмм хлеба. Ну и все в таком духе. Когда она уходила, мы долго сидели молча "переваривая" услышанное. Каждый новый визит этой женщины будоражил наш маленький коллектив. Зарплаты у нас были небольшие и мы много чего не могли себе позволить, но даже при таком раскладе все сходились во мнении, что это явный "перегиб". Однажды она так разоткровенничалась, что рассказала грустную историю о своей семье. Ее старшая дочь далеко не красавица, стала встречаться с молодым человеком. Пара объявила родителям о своем намерении пожениться. НО! Пожениться они намеревались в летом. Родители были не против, просто просили перенести свадьбу на осень, т.к. можно было сэкономить на овощах. Осенью уже будет все свое с огорода!!! На том и порешили. На ту беду жениха осенью от института отправили на картошку. Там он встретил какую-то девицу, переспал с ней и она благополучно "залетела". Жених явился с повинной головой: - Я люблю тебя, но как порядочный человек должен жениться на другой. После этой истории мы выпали в осадок. Долго эта тема не давала нам покоя. Иногда лучше не экономить, наверное........

543

Экстрасенсы когда напиваются, звонят своим будущим)))
Эта фраза не имеет прямого отношения к истории, написал просто чтобы поднять настроение.
====================================================
Как-то работал в маленькой телестудии, нас было-то всего восемь человек включая водителя. Работали только над одним единственным проектом, который выходил в эфир один раз в неделю. В каждый выпуск мы приглашали гостя - известного человека - спортсмена-чемпиона, депутата, который реально помогает людям (невероятно, но факт), звезду шоубизнеса и т.д. Однажды пригласили известного экстрасенса, она заняла какое-то место в битве экстрасенсов (не помню какое) и её знает весь Казахстан.

Проводили её в студию, усадили в кресло, прицепили микрофон, оператор настраивает камеры и свет, режиссер командует, я занимаюсь своим делом, водитель тихонечко сидит в уголке аппаратной, чтобы не мешать нам с режиссером. Ведущий в студии, рядом с гостьей, беседуют о том, о сём, обсуждают некоторые моменты предстоящей записи. И тут гостья спрашивает "А какой сегодня день недели, что-то я замоталась совсем?". Ей конечно подсказали день и никто не придал этому значения... Кроме водителя...

Водитель - дядька почтенного возраста, вполне приличный и уважаемый нами человек выдает: ОтТеРаз! "ЭкстрасЕнс матьИЁитить! Как же ты видишь прошлое и предсказываешь будущее если сегодняшний день угадать не можешь?"

В студии этого никто не слышал, но мы с режиссером всю запись провели с приподнятым настроением. Я и сейчас хихикаю, вспоминая эту презрительно-шуточную интонацию, жаль не могу передать её текстом.

544

Муж работает на производстве, коллектив преимущественно мужской, девушек всего несколько (на административных должностях), поэтому мужским вниманием они не обделены.
На днях пришел с работы и рассказывает: сегодня все утро мужики обсуждали, что случилось с Олей. Пришла на работу и что-то с ней не то, не узнать прям. Ну, спрашивать же не прилично в лицо, что она с собой сделала, но интерес гложет. Выяснилось все, когда работники подошли к мастеру с маркером и предложили отнести этот маркер Оле. Они, наконец, поняли, что Оля, жгучая брюнетка с такими же жгучими черными бровями, просто забыла их сегодня нарисовать, а своих у нее нет от слова "совсем"!
Через какое-то время Оля эту оплошность исправила, брови вновь заняли свое место, но, как сказал муж, увиденного теперь еще долго не развидишь...

545

Как я чуть ни попал по-крупному или Наркотик изнасилования

Однажды, когда я ещё жил в Израиле, познакомился я в Интернетах с девушкой. Девушка была очень милой, весёлой и очень красивой (судя по фотке). Забегая вперёд скажу, что при встрече оказалось, что фотке лет 15. И сделана она ещё до того, как у девушки появились двое мааааленьких деток: 11 и 8 лет. Едрить твою, надо сматывать удочки. А мы уже сидели в отличном ирландском пабе в Герцлии. Молодая была уже немолода или как там у классика... Просто выйти в туалет и исчезнуть - не то: она сама из Бат Йама - в километрах 40 от Герцлии, на дворе - за двенадцать ночи, а транспорт в Израиле и днём не фонтан. Вот сижу я, потягиваю пиво (отменное, надо сказать ирландское пиво - это я вам говорю, как человек, который НЕ любит пиво), вяло отвечаю на её попытки со мной наладить диалог и думу тяжкую думаю - что делать и как свалить.

И тут моя визави сообщает, что хочет сходить в туалет. У меня возникла слабая надежда - а вдруг она хочет по-тихому исчезнуть? Но реальность оказалась таковой, что вспоминая об этом событии сейчас, по прошествии лет 12-ти мне становится не по себе. Назовём эту мадам для простоты Олей (настоящее имя забыл).

Итак, Оля идёт в туалет, где делает свои дела и через 2-3 минуты выходит. У входа к ней подходит парень и начинает флиртовать. Она отвечает ему флиртом, но с милой улыбкой сообщает, что она тут с мужем (это я, типа, блин). Парня это, очевидно, заводит ещё больше и между ними начинается игра флирта, которая заканчивается... нет, не тем о чём вы подумали - а предложением всего-лишь опрокинуть рюмку текилы и мирно разойтись - он, типа, джентельмен и раз уж выказал даме внимание - то, хоть она и занята, то просто угостит её текилой и тихо отвалит. Они выпили вместе текилу и он таки отвалил, а она вернулась ко мне.

И тут начался цирк с акробатами. А я чуть ни стал в этом цирке клоуном.

Минут через 5 она сообщает, что ей хреново и она хочет домой (Ура!). Мы расплатились, вышли, сели в машину и тут ей стало ещё хуже и она стала реально отключаться. Вроде как "мерцает": отключается, потом приходит в себя, потом опять отключается. И странно как-то, я такого не видел ни до ни после... Пока я думал куда её везти: к ней домой или в больницу, она склонившись лицом к своим коленям в моей машине выдаёт: "Мне так хреново, что ТЫ мне дал выпить? Вези меня в полицию"

Бл*дь, мне пи*да, приплыли тапочки к обрыву. Выкинуть её из машины и свалить - не вариант: в социальной сети есть переписка и меня вычислить как два пальца об асфальт. А вдруг умрёт? Да и жаль её как-то, двое детей... Я пока не знал, что произошло возле туалета и не понимал, какого хрена вообще происходит. На моё возражение, что она сама заказывала у официанта, а после её возвращения с туалета она больше ничего не пила, так-что я не мог ей ничего подсыпать, она скосила на меня глаз и сообщила: "Вези меня в полицию или я сама сейчас позвоню".

Решил ехать в полицию, по крайней мере я не убегал, мож что-то и докажу. Но шанс - нулевой. Если эта соска скажет в полиции, что я ей что-то подсыпал - то вся законодательная и исполнительная власть будет на её стороне и меня никто даже слушать не станет. Но и бежать - не вариант, разве что до канадской границы, но Израиль с Канадой не граничит. Это сейчас мне так весело, а тогда я думал, что мне конкретно пи*дец. Мозг услужливо подкинул инфу, что к "подсыпальщикам" в тюряге отношение как к насильникам, а к насильникам отношение во всех тюрьмах мира мягко говоря "не очень". Бежать не вариант, из Израиля свалить быстро не получится - через пару часов мой фейс вместе с именем и фамилией будет у каждого таможенника на экране. Без вины виноватый. Последняя надежда - отвертеться как-то в полиции.

Едем в полицию. Дежурный направляет нас к девушке-дознавателю. Девушка задаёт пару вопросов и после того как слышит ключевые слова: "познакомились", "Интернет", "выпивка", "подсыпали", "хреново", окинув меня холодным "полицейским" взглядом (секунду назад улыбалась) отправляет меня в коридор сидеть в пределах видимости дежурного. Мне остаётся только ждать. А ждать пришлось очень долго - больше двух часов. О чём они там говорили больше двух часов - для меня загадка. Скорее всего инспектор давала Оле прийти в себя. Я же в это время реально думал, как будут сообщать мой маме, что я в тюряге. И как мои все друзья узнают, кто я на "самом деле". Неужели официант её что-то подсыпал? Теперь не докажешь....

И тут распахивается дверь, из комнаты выходит девушка-инспектор и, строго глядя на меня, задаёт мне вопрос: "Ты в настройках принтеров разбираешься?". От неожиданности я не понял вопроса и переспросил: "Что?". "Да, у нас тут принтер забарахлил, ты же сказал-что ты программист. Может посмотришь?" - и одарила меня белоснежной улыбкой на красивом смуглом лице.

Я ещё никогда с такой радостью не копался в настройках принтера - ни до ни после этих событий. Оказалось, что Оля постепенно пришла в себя и вспомнила всю картину произошедшего, как оно было на самом деле - и, соответственно, я больше не был подозреваемым. Пронесло... Тебя бы так пронесло, мудро заметил бы Штирлиц, но меня таки пронесло (в переносном смысле, не надо хаха).

Когда мы с Олей вышли из полицейского участка - уже светало. Я сказал, что не смогу её проводить - очень устал, поеду сразу домой и дал ей денег на такси. Быть в её обществе еще пол часа я не хотел - ну её нафиг, мне хватило.

С тех пор я дал себе зарок: никогда и ни при каких обстоятельствах не знакомиться с девушками по Интернету.

Через 2 года я женился на молодой красавице и умнице (второе - временами), с которой мы уже вместе 10 лет и у нас двое детей.

А познакомились мы по Интернету. Но в пабе не были НИ РАЗУ. Ну нафиг, от греха подальше

546

Слава Сэ

ЗИМА НА ПОРОГЕ.

Утешая женщину, хвалите её ни за что. Она красива и элегантна сама по себе, без документов и фактов.
Шаг второй - следует обматерить мужчину, который обещал счастье и наврал.
Третий шаг, белое вино, понятно.
Четвёртый – дать денег, отправить к морю.

Женщина всегда хочет к морю. Невзначай она жалуется на ненастье. Покашливает выразительно. Зябко кутается. Измеряет температуру, свою и на улице. Оба градусника показывает молча, но со значением. Если же говорит прямо "я замёрзла, отвези меня в Канны", значит вы чурбан бесчувственный.
Жара на даче женщине не подходит. Хороший климат начинается не ближе чем за тысячу километров от дома. Лишь где-то в Таиланде, ко всему прилипая, за минуту до теплового удара, женщина говорит заветное "как же здесь хорошо!"

Я не люблю обобщений, поэтому возьмём конкретную мадам Попову. Её муж, месье Попов, в рамках улучшения отношений отправил жену на курорт. Через месяц получил письмо:
"Вынуждена задержаться. Пришли ещё денег."
И всё. Никаких "целую в бусю". Ни "твой хомячок", хотя бы. Холодная точка в конце. Похожая на дырочку от пули.
Попов заподозрил неладное. Но на юг не поехал. Скакать куда-то, хлестать по щекам незнакомых цыган не позволила северная гордость.

Теперь о том, как утешать Попова.
Мужчины любят факты. Хвалить надо в конкретных цифрах. Слова "всего двенадцать литров на сотню!" лучше, чем "какие красивые у тебя глаза". Это странно, но свойства автомобиля/ружья/велосипеда мужчина приписывает себе. А за рост, лысину, талию и аппетит отвечает жена.
"Сам-то я не толстый, просто она меня раскормила", - объясняет мужчина историю сплющенного мопеда.
Ещё раз, качества железяк – заслуга мужчины. А толстожопие и косоглазие суть проделки жены. Так что хвалите его фрезерный станок.
Второй шаг, напитки. Тут понятно, на сухую о любви не поговоришь.
Третий шаг – следует похвалить женщину, которая сделала человека несчастным, как и обещала в ЗАГСе. Нужно сказать – "твоя грымза потрясающая женщина, всё-таки!".
Объясню: быть брошенным потрясающей женщиной почётно. Называя же беглянку глупой курицей вы намыливаете другу петлю. Запомнили? Бабу – хвалим!
Четвёртый шаг: никуда не едем, пьём на месте.
Составив себе этот психологический конспект, я отправился утешать Попова. Дело было прошлой зимой, в холода. Попов живёт в Кокорякино, в доме с привидениями. Некая бабка померла, теперь перекладывает с места на место инструменты Попова. Всё приходится искать, особенно носки. На дальнейший рассказ бабка не влияет, хоть и участвует.
Попов признал вину. Он не смог объяснить жене красоту холодного климата. Прорубь после бани, мороженое в январе. А голоногие проститутки на морозе! А выносить мусор в трусах сквозь снежный буран? Где ещё такое возможно?
Сам Попов всегда готов отморозить руку, выкашлять лёгкое или схлопотать ангину, хотя бы. Он рад вернуться домой, звеня остекленевшими ушами. Настоящий патриот.
Я возразил: женщинам, особенно красивым, французская жара нравится, а наше не нравится вообще всё. Этот гендерный диморфизм надо принять и смириться.
Расхвалив таким образом жену Попова, я перешёл к возвеличиванию устройств, входящих в личность самого Попова. Расскажи, говорю, про свою замечательную печь! Можно ли с ней пережить оледенение?
Попов описал устройство печи. Кратко, без индийских танцев, но с ожогами и прищемлением пальца. У печи три дверцы и пять заслонок. 36 режимов работы плюс форсаж. Работает на картофельных очистках. Попов показал, как запускается этот звездолёт.
Он побежал по этажам, регулировал заслонки по таблице, напустил дыму. Дышать в форточку не разрешил. Спросил, не сошёл ли я с ума, выпускать тепло на улицу. Пришлось лечь на пол, что само по себе согревает. Он снова бегал, двигал какие-то рычаги. Когда воздух в доме закончился совсем, Попов сам выскочил в окно. Я вывалился следом. Мы оказались в яблоневом саду. Ночь, мороз. Привидение бабки опустилось рядом. Судя по синей коже, призракам тоже нужен воздух.
Печи других кокорякинских домов не столь технологичны. Они пускают дым в трубу. В безветрие деревня пахнет паровозом. Попов сказал, воздух-то, воздух какой у нас замечательный! Он по запаху определил, кто из соседей топит дровами, кто углём, а кто газетами, и что в этих газетах написано. Жизнь на природе развивает в человеке множество ненужных навыков.
В эту ночь дым отечества был так себе. Как, впрочем, и климат отечества. Вдруг, за забором, из-под куста поднялся человек. Постоял немного и ушёл.
- Это Серёга. - сказал Попов. – У него канализация замёрзла. Он всё теперь делает в саду, закаляется. В нашей деревне никому великое оледенение не страшно. Вон там (указал на Зюйд-Вест) в сугробе спит Володька. Устаёт на работе. От него тоже жена ушла, к армянину. Моя хотя бы с французом сбежала. Климат им не тот. Нормальный климат, я считаю. Тульская область третий год подряд возглавляет список жарких стран. Со второго по пятое июня, особенно. В эти дни, если закрыть глаза и нос, и как-то слепней отогнать, Кокорякино не отличишь от Сен-Поль-де-Ванса.
Я повторил все стадии утешения. Похвалил жену, потом печь. Ещё сказал, с точки зрения женщин Заполярья - мы знойные южане. Если в брачную газету "Гормон Якутии" написать про дом в под Тулой, цунами из невест выбьет сиськами ворота.
Мы стали фантазировать о том, какие мы клёвые с точки зрения женщин Якутии. У нас слишком богатое воображение. Оно заменяет нам реальность. Мы боремся с погодой, чтобы не бороться за любовь. Нет бы поехать, настучать в дупло соперникам. Мадам Попова обрадовалась бы такому вниманию. Ждёт ведь, надеется что муж приедет, сверкнёт глазом, обматерит. Вернёт домой, подарит новую фуфайку. Окурит дымом картофельных очисток. Да мало ли у нас ещё способов любовь выразить.

547

В продолжение про девочку и космонавтов.
Свидетелями этому событию были летчик-космонавт, дважды герой Советского Союза, Волынов Борис Валентинович бывший космонавтом-дублером на завтрашний полет. И герой Советского Союза, заслуженный летчик испытатель, доктор технических наук, полковник ВВС, Первый "инструктор методист по пилотированию космического корабля" Гагаринской шестерки Галлай Марк Лазаревич. Именно Марк Лазаревич и рассказал с юмором об этой истории в своей книге "С человеком на борту".
И действительно, девочке в вечер перед завтрашним намеченным космическим стартом рядом с отдыхающими космонавтами находиться рядом ну никак не полагалось.
В вечер перед стартом по понятным причинам с космонавтами рядом был очень узко ограниченный круг лиц. Это всего несколько врачей из сотен космодромных эскулапов, Королев, Галлай, ребята из первой шестерки, начальник центра подготовки космонавтов Е.А.Карпов ну может еще три пять человек про которых Марк Лазаревич в своей книге не писал. Космонавтам в конце концов, перед столь серьезным мероприятием нужен был отдых и покой.
Так что факт того, как Галлай сам выразился в свой книге "девочка просочилась" действительно удивительный.
Ну конечно не настолько уж удивительный что сейчас тут уже начали язвить некоторые, что приехала из Москвы за водкой, а попала к космонавтам. Нет семьи строителй космодрома и ракет там уже в тот год жили. Там строился уже город. Но именно в том месте и в то время, девочки этой быть не должно было.
Кстати на этот самый вопрос "Ты как сюда просочилась?" Сама девочка дипломатично промолчала, а сразу попросила автограв. И ответ на него мы теперь уже никогда не узнаем...
И еще хотел бы добавить вывод на эту историю сделанный также с юмором самим Галлаем. Автограв просящий, должен обладать даром предвидения. Представляете какую бы имел например сегодня этот автограф Быковского ценность?

548

В бытность мою курсантом одного из училищ противовоздушной обороны, был у нас командиром соседнего взвода старший лейтенант…, ну назовём его Дмитрий Сараев. Личностью он был весьма неординарною. Спортсмен, мастер спорта по офицерскому многоборью и … всё. Мыслил он прямо и решительно, безо всяких там заумных отклонений, если не сказать больше.
И вот, за эту прямоту и недалёкость прозвали его курсанты Волобуевым. Не знаю почему, но скорее всего по фамилии из анекдота, где главный герой вместо того, чтобы сказать: « Волобуев – вот Вам меч», говорит: «Волобуев – вот Вам *уй», потому что иногда его называли – Волобуй – держи *уй. В силу своих природных качеств он частенько становился героем мелких историй, передаваемых курсантами изустно друг другу. Некоторые из них я и постараюсь вам рассказать.
Первый курс, взвод занимается кроссовой подготовкой – бегает на большие дистанции средним темпом. И всё бы ничего, но дистанция подразумевает плавный спуск по откосу, а затем около 300 м крутой подъём, такой что идущий шагом легко обгоняет бегущего. Но идти шагом нельзя – не будет прироста достижений. И вот после очередного подъёма курсанты просят Волобуева отдохнуть, т. е. пройти немного шагом , что бы отдышаться. На что тот отвечает: «Товарищи курсанты, товарищи курсанты, я вас не понимаю. Вы просто не умеете расслабляться, вот я расслабился и когда бегу я отдыхаю, да, да именно – отдыхаю.» «Когда я бегу – я отдыхаю» – эта фраза надолго стала крылатой и заодно стала визитной карточкой Волобуя.
Тот же первый курс, подготовка к сдаче первого экзамена по научному коммунизму (были и такие предметы). На консультацию приглашён полковник – старший преподаватель по данной кафедры. Разговор идёт о тактике и стратегии поведения на экзамене. Преподаватель говорит о том, что не надо теряться и даже если не уверен в полноте ответа, то надо обязательно донести до экзаменаторов хотя бы часть знаний. Тут слово берёт Сараев. «Товарищ полковник, разрешите я подоходчивей объясню.» – просит он.
– Товарищи курсанты, товарищи курсанты, я что хочу сказать, вот тут товарищ полковник правильно сказал, что главное не молчать. Знаешь не знаешь, хоть что-то говори. Говори, говори, хоть в тему, хоть не в тему, преподаватели они уже старенькие, они тебя не слышат, они всё оценивают по количеству сказанного. Главное не молчать. Правильно я говорю, товарищ полковник?
Тихий ахрен…
Второй курс, резко упало качество несения караульной службы. По этому поводу было собрано комсомольское собрание, гостями на нём присутствуют партийцы – офицеры батареи. Комбат выступает с обличительной речью, мол курсанты на всё забили, всё делают спустя рукава и т.д., и т.п. Слово берёт один из курсантов и говорит, что не курсанты а офицеры подзабили на службу, что давненько никто из взводных не был на подготовке караулов и всё идёт от этого. У комбата глаза наливаются кровью, ждёт момента, чтобы камня на камне не оставить от этих инсинуаций. Тут руку тянет Волобуй.
– Разрешите слово.
Комбат доволен ну уж Дима то им задаст.
– Товарищи курсанты, товарищи курсанты. Да ведь это же бред сивой кобылы, товарищи курсанты. У меня всё.
Жуткий хохот. Думали, что комбат порвёт его не сходя с места. Но видимо он это сделал чуть попозже.

549

Старая это уже история, и дед у меня умер в 2010, земля ему пухом, а поделиться как я ее записал за год до его смерти, в 2009, хочется.

6 февраля 2009 года моему деду исполнилось 94. Он по-прежнему жил в Казани, почти не ходил, и очень плохо видел. Говорил я с ним по телефону не часто - он не мог сам держать трубку, все-таки и его достала эта чертова болезнь Паркинсона. Когда я очень скучал, то просил маму подержать телефонную трубку у его уха. Тогда мы с ним и перебрасывались несколькими фразами. А говорить с ним было не сложно - ум у деда оставался по-прежнему ясный, и его чувство юмора никуда не пропало.

Он родился в 1915 году, в Одессе, а детство провел на Голой Пристани - в доме своего отца, Петра Тимофеевича Сидорова, главного управляющего массандровских винных подвалов Его Императорского Величества.

Дед же мой много что за свою жизнь повидал. И убитую красноармейцами маму - в ту злосчастную ночь 1927-го, когда по их душу пришли, а Петр Тимофеевич, мой прадед, отстрелялся, и ушел с гувернанткой и подростком-дедом по к счастью замерзшему Днепру. Моя прабабка, дедова мама, Мария Кремли-Сидорова, увы, тот налет не пережила. Потом у деда с прадедом был Ташкент, тиф (дед два раза болел) потом много еще чего, и, наконец, Казань.

Прадед был мастером своего дела, виноделом высшего класса, так что меня не удивляет, что его не посадили, не расстреляли, а назначили директором казанского винодельного завода. Трясли НКВД-шники их, правда, регулярно, но всегда без толку. Прадед мой не с той службы на новый пост пришел, чтобы воровать начать.

А дед закончил рабфак, и, работая слесарем, поступил в КАИ, уже имея корочки мастера 7-го разряда. Талантливый он был, механик от бога, хотя и придирчивый. Бабушка его потом часто миллиметром называла, хотя на мой взгляд - микроном было бы правильнее. Отучился в КАИ он как-раз к началу войны.

30 июня 1941 он женился на моей бабушке, Евгении Яковлевне Майоровой, тогда студентке казанского финансового-экономического (мы этот институт в Казани "кофейником" называем), и сразу со свадьбы ушел делать сначала Катюши, а потом самолеты-штурмовики на казанский авиационный. Два раза сбегал с завода, хотел на фронт попасть - возвращали. Слесарь 7-го разряда - это не шутка.

В 1943 родилась моя мама, а в 45 война закончилась. Дед поступил в аспирантуру, защитился, и в конечном счете стал доцентом на кафедре аэродинамики в своей альма-матер. Эту самую аэродинамику студенты долго потом еще сидородинамикой называли. Были у студентов на то причины.

И вот в Казани, уже в зрелом возрасте, далеко за тридцать, подцепил мой дед страстишку. Да нет, не то, что вы подумали. Курить он бросил еще в 25 лет, когда почувствовал, что втягивается, к вину относился всю жизнь как к деликатесу, хотя все марочные вина безошибочно распознавал с первого глотка. Я ему, уже будучи аспирантом в Праге, как-то из Венгрии, из какого-то погребка, его родной массандровский мускат билый червонного каменю привез. Опознал дед вино, даже не попробовав, по запаху. Хотя на то, что в России тогда под этим названием продавалось, он ругался по-черному. Да и еще бы. Виноград под этот мускат ведь дедов дед, Матвей, в Крыму приживать начал, и моему ли деду было не знать, как тот мускат пахнуть должен? Что и как у деда с женщинами было - мне не ведомо, не спрашивайте, так что, о страстишке я пишу совершенно о другой.

Мой дед подсел на грибы. Точнее, на тихую грибную охоту. И так подсел, что до самого конца, пока ходить мог, от страсти своей не отказывался.

У деда к грибам своеобразное отношение всегда было: для него достойных пород существовало всего четыре - белые, грузди, подгруздки, и рыжики. Только в начале июня он возил нас всех на подберезовики - до белых нужно было подождать, а грибы собирать ему хотелось всегда, и длинная зима его раззадоривала так, что мало не покажется.

Всем своим грибным местам дед давал названия: Змеиная горка (там он с гадюкой за боровик спорил), первая, вторая, третья Грива (представления не имею, почему так он эти места назвал, это все подберезовиковые раздолья были), львиный холм (отдельная история, не поверите, но там к моей бабушке львенок выскочил, и лизаться с ней стал. Это его работники казанского зоопарка на природу вывезли, а он, поросенок, отвязался). И общепринятое название - Кордон. (Был у нас недалеко от дачи какой-то кордон в какое-то время, так название и закрепилось).

Меня дед к собиранию грибов приучил в возрасте, когда я не то что говорить, я и ходить толком-то не умел. А режим у нас был строгий. Перед "грибалкой" вставать нужно было так, чтобы успеть на первое место еще до восхода солнца. Почему так? Точно не скажу, но дед на своем твердо всегда стоял. А потом отмахиваешь километров 20-30 с ним, по всем местам, и тащишь на себе корзинку с тем, что собрал, сам тащишь. Думаете, тяжело? Да ни фига! Да я бы драться сразу полез, предложи мне кто эту корзинку за меня понести. Мое! Я нашел! Не трогай!

Вот, как-то мы на эту змеиную горку и поехали, перед рассветом. Место это в сосновом бору - красиво там очень, ну, да мне, пятилетнему карапузу на крастоту тогда наплевать было. Я грибы искать приехал. Дед убежал сразу по своим местам, а бабуля-Женя со мной осталась, конечно. Вот мы с ней и пошли, вперевалочку. Она мне сказки рассказывала, и мимоходом упражнениями по математике напрягала, а я башкой во все стороны крутил. Вот крутил-крутил, и остолбенел вдруг. Потому что увидел огромный, роскошный боровик. Воооот тааакой!!!! И застыл на месте. Бабушка боровика сначала не заметила, почувствовала, что я остановился, и меня за руку дерг - а я все стою, рот раззявя. Она тоже посмотрела. Там сложно не заметить было, это был гриб-грибов, и совсем не старый, кстати, не боровик - а мечта грибников. Подошли. Бабуля присела, а я скакать начал, вопя: "Гриб нашел, гриб нашел!" Даже и не вспомню, когда у меня еще такое счастье было...

С дедом встретились часа через два. Что-то он собрал, конечно. Но когда он увидел моего боровика-чемпиона, только руками взмахнул. Я был такой гордый!)))

По возвращению все белые мы обычно сушили над плитой на зиму, разрезав их на дольки. Но, видимо я так смотрел на своего красавца-боровика, что дед сделал для него исключение. Мы его засушили целиком. А потом я отнес этот сушеный гриб в свой детский сад, и нам всем, всей малышне из моей группы, наша детсадовская повариха сварила из него суп.

Я грибов в самом разном виде много покушал, но вкус того супа помню до сих пор.

Да, самое главное. В последний раз когда я с дедом разговаривал, он меня спросил: "Помнишь тот твой боровик на Змеиной горке?" Я сразу понял, о чем он. "Да", - говорю, - "А что?" Дед с ответом задержался, рука у него сильно тряслась. Дерьмовая это болезнь Паркинсона, все-таки. Но потом он собрался, и вдруг спросил: "Ты если приедешь, свози меня туда, а? Вдруг там еще один такой боровик вырос?"

550

Давненько я не писал на этом сайте. Всё как-то руки не доходили. А тут прочитал в повторных «лучших историях» довольно забавный рассказ Андрея Смолина от 13.09.2004 г. о блондинке Лене, «оминетившей» его друга Колю практически на глазах у собственного мужа (рекомендую прочитать!), и мне вспомнилась история из собственной переводческой практики приблизительно на эту же тему.

Где-то в конце 70-ых годов пришлось мне работать с группой тогда ещё советских специалистов из 5-6 человек и целую неделю ездить с ними по территории ГДР от одного объекта к другому. И вот вечером в пятницу встала очень серьёзная проблема поужинать. Проблема – потому что в те благословенные времена цены на пиво, шнапс и пищу в ГДР-овских «гастштеттах» (по-нашему – ресторанчики или трактирчики) были очень даже демократичные (что может подтвердить любой военнослужащий / вольнонаёмный, служивший / работавший тогда в ГСВГ). Практически в любом городе / посёлке / самой последней деревне были подобные заведения, где кормили – поили очень хорошо и совсем недорого. Но именно по этой причине попасть в них, особенно в пятницу-субботу, да ещё группой из 7-8 человек (считая переводчика и нашего шофера) было исключительно трудно.
После нескольких неудачных попыток по пути к месту нашей постоянной дислокации мы очутились в небольшом посёлке, в одном из таких крупных «гастштеттов». Его хозяин сразу же сказал мне, что свободных мест абсолютно нет и не предвидится, но я доходчиво объяснил ему насчёт группы советских специалистов, которые уже с утра ничего не ели (так получилось!), напомнил о Германо-Советской Дружбе и т.д. и т.п. Он засмеялся и организовал свободный стол «im Saal». Пояснение – при многих крупных «гастштеттах» ГДР, даже в деревнях, были так называемые «залы» – большие помещения, иногда даже со сценой, где при случае могла собираться вся деревня, и проводились крупные мероприятия.

В тот же день в «зале» проводилась грандиозная пьянка коллектива какой-то ГДР-овской фабрики, человек 80 – 100, даже с музыкой и танцами. Однако примерно 9/10 из «коллектива» были женщины, так что как раз с танцами у них имелись определённые трудности.
На нашу группу (все мужики, все при костюмах и галстуках – что у ГДР-овцев тогда было абсолютно не принято) сразу же обратили повышенное внимание. Мы сели, заказали поесть – попить, и были на удивление быстро и качественно обслужены. И тут же начались приставания уже довольно «накачавшихся» немок к «моим» специалистам с приглашениями на танцы. Да ради Бога – дело житейское!
Через какое-то время я обратил внимание на одного из специалистов – назовём его Володей (мужик высокий, представительный и симпатичный), который перед этим выходил из зала и теперь возвращался обратно совершенно бледный, на подкашивающихся ногах и буквально «по стеночке». «Набраться» до такого состояния за такой короткий промежуток времени он просто физически не мог, поэтому моя первая мысль – инфаркт или что-то в этом роде. Я усадил его на стул и стал допытываться, что случилось. Может быть, вызвать врача? Минут через 5 – 10, влив в него пару «шнапсов» и пив, я понял, что произошло. Его крайне сумбурный рассказ в очень сокращенной форме: после совместного танца одна их немок вывела его из «зала» во двор (дело было уже поздним вечером), без лишних разговоров быстренько расстегнула ему ширинку, опустилась перед ним на колени и ....! Вот именно с выяснением этого «и ...» и было больше всего трудностей.

Здесь я настоятельно обращаюсь к молодежи, которой не довелось жить сознательной жизнью в те, советские времена: прежде чем писать «шибко умные» комментарии (как к моей истории от 18.10.2016 г.), спросите у людей старшего поколения: что означало «выехать за границу» – даже в «братскую ГДР» – в те годы, когда множество комсомольских, профсоюзных, партийных и прочих комитетов перед выездом «в зарубежье» внушали советским гражданам, как нужно вести себя за границей. Помните? «Туристо совьетико - облико морале!». Или можно хотя бы послушать прекрасную песню В. Высоцкого «Перед выездом в загранку». Тогда (я цитирую) «Секса в СССР не было!», и обычный советский человек, за исключением, может быть, московских или ленинградских студентов, даже слова такого не знал – «минет». И тут вдруг ТАКОЕ!!!

Так вот, обратно к Володе, который жил и работал где-то «на периферии», был уже много лет женат и имел двоих детей: он, конечно же, слышал, что есть что-то очень-очень постыдное, связанное со словами «сосать ...» и «лизать ...», но даже и представить себе не мог, что это могут быть совершенно нормальные действия между мужчиной и женщиной в рамках нормальной половой жизни. Я подразумеваю здесь, конечно же, только обычную, с моей точки зрения, ситуацию. Есть и варианты. Он был уверен, что все эти явления имеются исключительно «на зонах» или же на самых нижних этажах проституции. Больше всего его потрясло то обстоятельство, что «... она ЭТО даже не выплюнула!».
Придя через 10 – 15 минут в себя, он всё на полном серьёзе порывался идти искать телефон и срочно звонить в советское посольство в Берлине, то есть «пойти с повинной». Когда же я попытался объяснить ему, что у советских бойцов дипломатического фронта, сейчас, поздним вечером пятницы, конечно же, нет других забот, как выслушивать, кто кому и где сделал минет, он спросил меня, что бы сделал я, будучи на его месте. В ответ я попросил его показать мне ту немку, из-за которой разгорелся весь «сыр-бор». Он показал мне очень-очень даже симпатичную и фигуристую немочку лет примерно 30 – 35. Так как он спросил меня о моём ЛИЧНОМ мнении, я с чистой совестью ответил ему, что я, будучи на его месте и попав на такую энтузиастку ЭТОГО ДЕЛА – а судя по его состоянию при возвращении в «зал» (см. выше!) исполнение было исключительно качественным, вывел бы её ещё разок и попробовал расколоть на повтор.

Чем дело кончилось, я не знаю. Из приличия я не стал задавать ему на следующий день никаких вопросов, а он, стараясь не встречаться со мной взглядом, тем более не возвращался к этой теме. От меня, конечно же, никто из его группы ничего не узнал. Кто знает...?

<< ← 678910111213141516 → дальше →

Партнеры

Реклама