Анекдоты про обороны вернули |
2
Генералам вернули лампасы. Ну, вернули и вернули. Наверное, так надо, нам ли судить? Но в интернетах, разумеется, поднялся небольшой ажиотаж на тему, насколько это правильное решение и как оно способствует нашим победам. Как обычно, нашлись люди, которые уверены, что способствует: лампасы придают человеку уверенности и даже мудрости. Без них чего-то не хватает. Другие, напротив, толкуют о том, что лампасы лишь отвлекают человека и генерала от более важных дел, и лучше бы это решение отложить на потом.
Что я вам скажу? Как человек, много лет носивший форму и погоны, испытываю смешанное чувство (то самое, что в анекдоте про тёщу). Пока я служил в Советской армии, форма практически не менялась, всё было стабильно и консервативно. Не скажу, что она была удобной, но изменений практически не было. Тем более, что в авиации «повседневку» надевали редко, раз в месяц, гораздо удобнее «аэродромная» техничка, а тем более, лётная с карманами на молнии. А уж кожаная куртка!........
Впрочем, нет, кое-какие перемены случались. Когда министром обороны стал Язов, он запретил офицерам ходить по улицам в рубашках: только китель. Это была жесть: на улице +30, а то и больше, а по Москве (где свирепствует комендантский патруль) офицеры ходили в кителях, обливаясь потом, под мышками большие мокрые пятна, на голове обязательно фуражка, под которой кипят мозги (или что там есть в офицерской голове). Фамилию ЯЗОВ расшифровали так: «Я Заставлю Офицера Вспотеть». Впрочем, маршал был не глуп и быстро осознал свою ошибку. Приказ отменили, и в качестве компенсации ввели рубашки с коротким рукавом и без галстука. Это был праздник: в жару самое то, Язова сразу зауважали и забыли про его кителя.
А потом грянула перестройка и форму стали менять чаще чем министров. В авиации ввели синюю (раньше была зеленая с голубым кантом и околышем на фуражке). Потом придумали демисезонное полупальто (удобная вещь, гораздо лучше тяжеленной «николаевской» шинели, но ткань дрянная). Потом придумали и новый фасон шинели. Далее постоянно менялся вид головных уборов и особенно символика: то такие шевроны, то сякие, то введут «птички» на погонах, то отменят. То 25 мм от края погона до звёзд, то 30. Народ не успевал отслеживать эти бесконечные «совершенствования». А не отследишь – получишь взыскание за нарушение установленной формы одежды...
А потом пришел Сердюков и началось какое-то перманентное переодевание: полевая «цифра», один погон на груди, другой подмышкой(зачеркнуто) на рукаве (на американский манер). То на голову берет, то пилотку. Авиацию опять переодели в зеленое (объяснили, что так дешевле, меньше номенклатура вещевого имущества). Сердюков даже моряков собирался одеть в зеленое, но флот буквально восстал и его всё-таки смогли убедить в абсурдности этого шага: моряки готовы были увольняться. Апофеозом сердюковщины стал Парад Победы, где все были одеты в зеленую полевую «цифру» и береты: зеленые, черные и голубые (по видам ВС). Ваш покорный слуга тогда первый раз в жизни (и последний) одел голубой берет. Обидно было и лётчикам, и особенно десантуре. Для одних берет был гордостью и привилегией, других лишили знаменитой фуражки с «курицей», знакомой всем еще со сталинских времен и по многочисленным фильмам (у меня до сих пор такая хранится).
А дальше пришёл Шойгу с его «офисной» формой, футболками, свитерами, «мятыми» фуражками. Форма удобная, не спорю (впрочем, я ее уже, слава Богу, не застал). Но опять полная замена всего гардероба, разумеется в целях «дальнейшего совершенствования» нашей Несокрушимой и Легендарной.
А еще полковникам и выше вернули каракулевые папахи (то-то было радости!). Я даже не помню, при ком это произошло, кажется, при Шойгу. Страна потратилась на дорогой каракуль. Зачем? Не знаю: там наверху виднее.
Сейчас служивые жалуются на чуть ли не ежемесячное изменение символики: на шевроны то добавляют какую-нибудь деталь, то убирают. Шевроны теперь на обеих рукавах, но они разные. Эмблемки то такие, то немножко другие. Что они символизируют, не знаю, лень вникать, всё равно скоро поменяют. Расстояние от шеврона до плеча тоже меняют. Каждый раз служивый должен бежать в магазин, покупать уставные «украшения», перешивать, дабы явиться на построение без нарушения формы одежды. И так волна за волной: кто-то очень неплохо зарабатывает на этой бесконечной смене символики, оттенков и аксессуаров.
Теперь вот, стало быть, лампасы. Конечно, их обладатели будут довольны: человек в лампасах выглядит куда солиднее, чем без оных, это понятно. Теперь генерала опять будет видно за версту, и попавшиеся ему на пути младшие по званию успеют подтянуться и перейти на строевой шаг. Это не может не радовать.
Как скажется возвращение лампас на успехах сами знаете где, устрашится ли наш супостат при виде двух широких тканевых полос на форменных брюках, пока не известно. Будем посмотреть.
|
3
РОКОВАЯ ОШИБКА ЖЕНЫ ПОДПОЛКОВНИКА
Постоянство - это всегдашняя мечта любви.
© Люк де Клапье Вовенарг
Эту историю мне рассказал один из знакомых офицеров, служивший в конце 80-х в управлении начальника связи Вооруженных сил СССР. В те годы с письмами, обращениями и жалобами в адрес начальника войск связи, маршала войск связи А.И. Белова, поручали разбираться одному из офицеров соответствующего отдела управления, курировавшего воинскую часть, учреждение или организацию, к которой имел отношение обратившийся с письмом.
Однажды и моему знакомому поручили выяснить обстоятельства по обращению жены подполковника, проходившего службу в 16 Центральном научно-исследовательском институте МО СССР, базировавшимся в Мытищах.
Как оказалось, началось всё чисто случайно, когда она, проснувшись раньше обычного, по привычке выглянула во двор, посмотреть, нет ли дождя. А в этот момент из подъезда в доме напротив (там тоже жили семьи офицеров и служащих 16-го ЦНИИ) как раз выходил её муж, который в это время должен был дежурить у себя в институте.
Вечером, когда подполковник вернулся домой, дама, естественно, потребовала объяснений. То ли он не стал юлить и сразу во всём сознался, то ли жена узнала подробности от соседей, но, оказалось, что супруг ей изменял.
Незадолго перед этим к ним в отдел института инженером пришла новая молодая сотрудница, вернувшаяся из Группы советских войск в Германии, где она работала там в управлении связи служащей Советской армии. В те годы в воинских частях, учреждениях и организациях Министерства Обороны СССР принимали на работу по трудовому договору гражданских лиц, не находящихся на действительной военной службе. Папа у неё был тоже полковником и в своё время служил в этом же 16 ЦНИИ.
Между подполковником и симпатичной сотрудницей вспыхнул стремительный служебный роман. Жила она одна в отдельной квартире как раз в том доме напротив, выходящим из которого и был замечен офицер своей женой рано утром. Жене он периодически говорил, что якобы заступает на сутки на дежурство по институту, а сам ночевал у сотрудницы, после работы, как ни в чём не бывало, возвращаясь домой. Как долго это происходило, и как продолжалась бы эта идиллия, если бы не нелепая случайность, трудно сказать.
Очевидно, жена офицера после скандала потребовала у мужа немедленно прекратить безобразие, бросить любовницу и покаяться, а он отказался. Тогда она и написала Начальнику связи ВС СССР письмо с просьбой призвать офицера-коммуниста к порядку, осудить его аморальное поведение и вернуть отца двух несовершеннолетних детей и любимого мужа в семью.
Несмотря на то, что офицер был на хорошем счету - дисциплинированный, способный и перспективный научный сотрудник, даже уже, кажется, кандидат наук, руководство обязано было принять традиционные меры.
Естественно, на партийном собрании отдела подполковника за поведение, не совместимое с высоким званием коммуниста, заклеймили позором и объявили ему выговор. По служебной линии посчитали, что офицер с такими низкими моральными качествами не может заниматься наукой в столичном регионе нашей Родины, и было принято решение направить его для дальнейшего прохождения службы в Уральск. Там в те годы находился 29-й научно-исследовательский испытательный полигон связи, или в/ч 74863.
Жена подполковника была потрясена! Ведь своим обращением она лишь хотела, чтобы мужа, немного пожурив и призвав к порядку, вернули в семью. А о том, что теперь она вместе с детьми будет жить в глубокой провинции, где-то на границе с Азией, ей и в страшном сне не могло присниться.
В конечном итоге, к новому месту службы мужа она ехать категорически отказалась.
А вот молодая сотрудница наоборот стала летать самолётами Аэрофлота к возлюбленному на выходные.
Как сложилась судьба героев этой истории в конечном итоге, можно лишь догадываться.
Усилиями великого реформатора и борца за демократию Б.Н.Ельцина Уральск, бывшая столица Уральского Казачьего войска, в 1991 года оказался в составе другой страны. Полигон связи перестал существовать. Как сложилась судьба его офицеров и их семей в современных условиях, история умалчивает. Вполне возможно, подполковник вернулся в Мытищи, но к своей возлюбленной, и живёт с ней до сих пор, теперь уже давно на пенсии.
Александр Жданов 2
|
|
4
В данном случае, пятна – это не следы неаккуратности, а городские элементы на плане Санкт Петербурга.
Первое пятно – площадь Восстания.
Московский вокзал – ворота Петербурга. Через него за год проходит в город более15 млн. пассажиров (через аэропорт «Пулково» -- ок .10 млн). Восхитившись шикарным бюстом Петра (установлен в 1993 году в центральном зале вокзала, ск. А.С. Чаркин, В.В. Оленев) и умилившись скульптурной группой «Туристы» (уст. В 2022 году, ск. А. Акобян), взволнованный турист выходит с вокзала на площадь Восстания, предвкушая встречу с ещё более значимыми произведениями искусства. Петербург же! Воронихин, Росси, Растрелли, Захаров, Монферан, … так и лезут в голову славные имена.
Выходит турист в город и видит картинку: на фоне заурядного пятиэтажного здания возвышается современный обелиск. Хорошая картинка, но такую картинку можно увидеть практически в любом областном городе, то есть для Петербурга данная картинка не является значимой или характерной. Могут заметить, мол в Москве, на площади трёх вокзалов вообще нет никаких скульптурных элементов и ничего, переносят как-то. Что сказать по этому поводу? Ну, во-первых, москвичи – это не ленинградцы. У них свой взгляд на шарм города. Во-вторых, они столько понаставили различных памятников (причем очень тяжёлых), что Комсомольская площадь может и пренебречь разными там монументами, мол , пусть сперва с Лубянкой разберутся. В-третьих, здания вокзалов настолько шедевральны, что они сами по себе являются великолепным украшением площади.
Короче, напрашивается решение: вид площади Восстания обязательно нужно менять. А как? В какую сторону? Коренной ленинградец и большой патриот своего города Алексей Барсуков считал, что обелиск, возвышающийся на привокзальной площади, следует перенести в другое, более подходящее для него пятно города, а на освободившееся место вернуть стоявший здесь раньше оригинальный памятник императору Александру Третьему, работы Паоло Трубецкого. Статуя царя была установлена на Знаменской площади и торжественно открыта в 1909 году. Творение Трубецкого, который стремился выразить в данной скульптуре «мощь русского народа» (монумент действительно больше напоминал былинного богатыря, чем просвещённого венценосца), было встречено и Николаем Вторым, и знатью, и часть. художественной общественностью не очень приветливо. В критике скульптуры опускались даже до хамства. Так поэт А. Ростиславлев выпендрился эпиграммой:
Третья дикая игрушка
Для российского холопа:
Был царь-колокол, царь-пушка,
А теперь ещё царь-жопа.
Чудаки, конечно. Не смогли оценить необычность творчества Трубецкого. В наши-то дни памятник Александру Третьему считается скульптурным шедевром. Монументу не повезло. В 1937 году он был демонтирован и отправлен в ссылку на задворки Русского музея, а в 1953 году его переместили во дворик перед входом в Мраморный дворец. Понятно, что стоять во дворике императору не гоже. В пореформенное время витали мысли о переносе статуи на площадь Восстания. Но вскоре затихли. Видать денег для такой масштабной работы у демократов не было. А в 2020 министр культуры Мединский предложил установить памятник либо на Конюшенной, либо на Троицкой площади, однако Законодательное собрание Петербурга отклонило это предложение. Наверное тоже денег не было. Однако Барсуков был твёрдо уверен, что император вернётся на своё зконное место.
Поскольку монумент несколько мелковат для такого пространств как площадь Восстания, то следует принять дополнительные меры по увеличению высоты постамента. Создать подиум, по углам которого установить, например, бронзовых гвардейцев с ружьями, взятыми «на караул». Красиво озеленить пространство возле монумента. Возможны и другие варианты увеличения объёмности памятника.
Второе пятно – Марсово поле
Ну хорошо, вернули Александра Третьего на его историческое место, а куда девать обелиск? На этот вопрос у Барсукова был готов точный ответ: «На Марсово поле. Вот куда». Вообще-то, правильный ответ. Обелиск несёт в себе геройское содержание , поэтому ему очень резонно быть на военной территории города, тем более, что ранее там уже располагался Румянцевский обелиск, установленный в честь побед над турками. В 1868 году обелиск был перенесён на Васильевский остров и установлен на плацу перед зданием 1-го кадетского корпуса, в котором воспитывался будущий генерал-фельдмаршал П.А. Румянцев-Задунайский.
Обелиск, стоящий перед Московским вокзалов не простой, а очень даже почётный. Это памятник «Городу-герою Ленинграду». Его воздвигли в 1985 году в честь присвоения Ленинграду Указом Президиума Верховного совета СССР от 1965 года звания «Город-герой» и награждения его медалью «Золотая звезда» . Монумент представляет собой вертикальный гранитный монолит общей высотой 36 метров, увенчанный «Золотой Звездой Героя». В нижней части обелиска установлены овальные горельефы, на которых изображены основные моменты обороны Ленинграда: «Блокада», «Тыл — фронту», «Атака», «Победа». Звание «Город-герой» город получил в Приказе Верховного Главнокомандующего от 1 мая 1945 года.
Следует отметить, что с термином «Город-герой» власти заметно накарулесили. После учреждения в 1942 году медалей за оборону Ленинграда, Сталинграда, Севастополя и Одессы все эти города с подачи «Правды» стали в прессе называться городами-героями. Впервые на государственном уровне жтот термин бул использован в 1945 году, когда маршал И.В. Сталин издал приказ Верховного Главнокомандующего № 20, предписывающий произвести праздничный салют в Москве, в столицах союзных республик «…а также в Городах-героях Ленинграде, Сталинграде, Севастополе и Одессе».
|
|
5
Ностальгия по Социализму – кто помнит. Правда это были уже его последние капли.
Две осени подряд, в начале девяностых, мне довелось командовать студенческими отрядами в колхозе - на картошке. Была такая традиция в СССР. Формально мы работали вдвоём, и главным был доцент с кафедры физики, но он недавно женился, а посмотрев, как я управляюсь с этой компанией, с лёгким сердцем уехал домой, и появлялся в колхозе не чаще чем на пару дней в неделю.
В отряде по списку было сто восемьдесят человек, но реально где-то сто - сто двадцать. Компания самая пёстрая – от вчерашних школьников, до отслуживших дембелей, поступивших в институт по армейским льготам. Таких мы назначали бригадирами.
Здоровенное поле, трапецией, на несколько десятков гектар, длина борозды - от километра до километра восемьсот - это требовало каждый день вносить коррективы в длины участков для каждой бригады, следить за количеством работающих – чтобы количество приехавших соответствовало количеству уехавших – от нашего барака до поля было километров десять – пешком не больно-то дойдёшь, возили на грузовиках - колхоз выделил. Половина студентов несовершеннолетние, и я за них несу персональную ответственность.
Дня три процесс устаканивался, потом все втянулись, освоили технологию уборки, и дело пошло.
Трактор тащит картофелекопалку, вскрывая по две борозды сразу, сборщики укладывают картофелины в ящики, от поля до хранилища курсируют транспортники – те же трактора, только с прицепами - закинуть ящик картошки через высокие борта – не всем под силу, те кто послабее, от погрузки были освобождены.
Подъём в пять, по пути на поле останавливаемся у местной столовой на завтрак, днём нас возят туда же пообедать, заканчивали примерно часов в восемь вечера – зависело не от нас, а от логистики – картошку на поле оставлять нельзя – и требуется точно просчитывать по времени, заказывать ли ещё один рейс на доставку, и имеет ли смысл проходить ещё одну борозду механизаторам – организовывать всё это тоже входило в мои обязанности - работа в сельском хозяйстве далеко не так проста, как кажется со стороны.
Ужин, лагерь, душ, совет бригадиров – потом можно отдохнуть. Но реально получалось так, что раньше двенадцати мне до постели добраться не удавалось – всегда находились проблемы, за всем не уследишь.
Отопление
Барак двухэтажный, брус - вагонка, отопление от небольшой угольной котельной. Система была завоздушена и собрана настолько криво - даже не руками из задницы, а похоже, самой задницей - и на втором этаже было реально холодно. А если днём дождик – все приезжают насквозь мокрые, и посушиться негде. Это уже проблема.
Я облазил эту дурную систему, договорился с кочегарами – им было всё равно, поставил в верхних точках на радиаторах краны, и вывел на улицу продувочные шланги.
Если приоткрыть краники чуть-чуть, за окнами начинает капать горячая вода – не сильнее, чем конденсат с кондиционера. Но это - уже циркуляция, и радиаторы стали горячими. Когда это усовершенствование увидел главный инженер колхоза, он распорядился ничего не менять и не трогать – «Вы первый, говорит, кому удалось в этом бараке добиться, чтобы было тепло».
Отношения с местными.
Мы-то приехали на пару месяцев, и знали, что это не навсегда, а вот механизаторы-трактористы работали так постоянно – от темна до темна, без выходных.
Конец зимы – снегозадержание, потом - вспашка, сев, всякие прополки, несколько сенокосов, уборка – мы уехали в конце октября, а мужики пахали до снега. Дальше по плану ремонт и профилактика техники, и реально отдохнуть им удавалось пару недель в году на границе январь-февраль.
Когда я полюбопытствовал, сколько им за это платили, стало просто неудобно. Я аспирантом на кафедре получал в два раза больше – а ведь у них у каждого ещё своё хозяйство, тоже требует внимания и немаленького. Спать когда? Семьёй заниматься?
- А куда тут на х..й денешься? Привыкли, ху…ли. Семья, бл.., дети, родители старые – я один кормилец. Сам понимаю, что это пиз…ц, но жить-то надо? Вот так и живём, сука…
Говорить без мата мужики не умели – с этим приходилось мириться. И на правила и порядки им было похер – на такую работу желающих нет, уволить их было невозможно – что бы ни накосячили.
- А..ныч, слушай, бля, ты как хочешь, а завтра на меня не ругайся. День рожденья у меня, нажрусь в сопли. Честно, бля, заранее предупреждаю, на х..й.
Назавтра один из тракторов держался ровно, а не пахал поперёк и зигзагами, только потому, что борозды были глубокими. Тракторист был не просто невменяем – как он из кабины не вываливался - чудо. Он таранил телеграфные столбы, пару раз вспахал канаву и кусты на окраине поля, перепутал очерёдность борозд, но слава богу, не покалечил никого из студентов.
Рембо.
Этот парень служил во внутренних войсках в каком-то спецподразделении, что занималось конфликтами на зонах. С виду ничего особенного, но взгляд такой - побоишься «который час» спросить. Ни с кем близко не сходился, больше молчал. Капли его откровенности мне довелось добиться после того, как я устроил небольшую показуху – лёжа на спине, взявши двухпудовую гирю (правда двумя руками) на вытянутые руки, перекрестился ею несколько раз.
Руки при этом прямые, и вытягиваются максимально. Из за головы - к коленям, потом по сторонам по очереди. В точности повторить это смогли только двое самых здоровых парней – культуристов из Краснокамска. А вот разбить бутылку голым кулаком не смог никто.
Ну, занимался я спортом, даже норматив на мастера сдал – только звания не получил, я это для себя делал, не за звания и медали. А у студентов таким спектаклем лишнюю каплю авторитета себе заработал.
Вот он и рассказал мне немного о своей службе – что делал, как воевал, как дослужился до старшины, но потом пристрелил кого-то не того, и лишили его и звания и наград, и отправили дослуживать на женскую зону. Хуже женских зон - только сопровождать женские конвои.
А там, будучи старшим караула, он спас солдата-первогодка. У этого пацана зэчки отобрали автомат, привязали к столбу и изнасиловали. Группой, цинично и безжалостно. Как это делается я здесь писать не буду – это всё-таки развлекательный сайт, нечего сюда такую грязь тащить. Андрюха пристрелил троих, а двоих, сильно поломанных, доставил в комендатуру. Вернули звание и наградили. А пацана того отправили в госпиталь и потом комиссовали.
- Андрей, говорю, Вам бы в силовые структуры идти, что Вы к нам-то поступили?
- Леонид А…вич, я с Колымы, детдомовский, мне возвращаться некуда, а тут большой город, да и общага. Осмотрюсь, там и решать буду.
Я не успел застать этот скандал, знаю только от свидетелей. Группа наших романтиков попёрлась в посёлок на танцы - как будто не знали, что там обычно происходит.
Ну и естественно, без драки не обошлось. Андрей скомандовал своим – «Никому не соваться!», и в одиночку, голыми руками переломал восемь человек - местных гопников.
Отвёл, что называется, душу. Остальные разбежались.
Я потом ему характеристику писал, для следователя прокуратуры. Эти восемь терпил, если бы были без железа и ножей, запросто могли парня посадить надолго за превышение мер необходимой обороны – потому что там были не просто ОЧЕНЬ тяжёлые телесные повреждения, а до инвалидности в нескольких случаях.
До суда, насколько мне известно не дошло, ибо у потерпевших была слишком громкая репутация. Больше я Андрея не видел, и учиться он не стал. А вот вышедшая статья в местной газетке так и называлась – «Рембо».
Королева красоты с бездонными глазами.
Это действительно была победительница конкурса красоты – причём республиканского масштаба. Родом откуда-то из Коми, семнадцать лет. Я понятия не имею, какого чёрта её занесло в наш институт. Девка фантастически яркая, фигура, походка, манера держаться – всё не просто на уровне, а на самом высшем.
Я её вначале на переборку направил – считалось, что там работа полегче, в основном для девчонок, вчерашних школьниц. Там ей однако стало скучно, и барышня попросилась в поле.
- Леонид А…вич, а правда у меня глаза бездонные?
Кокетничает, коза.
- Правда, Алина, правда. Господь Вас не обидел внешними данными.
- А утонуть в них правда можно?
- Можно, можно. За Вами вон пол отряда ухаживать готовы.
- А Вы?
- Я не готов, не положено. Да и не утону я в Ваших глазах, не из таких выплывать доводилось…
Когда она появилась на поле, случилось чудо - две самые отстающие бригады начали работать лучше всех – я не сразу сообразил, пока не увидел, как она этих лодырей гоняла. Мат стоял громовой
– Ё…б твою мать, сука тараканья, где, бл…дь, ящики? Бегом, бл…я!
Я даже вмешиваться не стал – только мысленно поаплодировал – барышня нашла своё призвание.
Из отряда Алина уехала раньше почти на месяц – у неё был подписан контракт на рекламную фотосессию где-то на Балканах, а оттуда уже не вернулась.
Сухой закон.
Ещё на первом собрании я объявил, что если кого застукаю со спиртным, учится ему в институте или нет - будут решать в деканате. Для первокурсника - вчерашнего абитуриента, угроза веская. Очень ВЕСКАЯ. И действительно, если кто и выпивал, то делалось это с соблюдением самой жёсткой конспирации.
Каждый бригадир имел право в день отпустить одного человека на выходной. И вот возвращается из такой увольнительной один из студентов - не в лагерь, а сразу на поле – гляжу, прячет что-то под куст.
Подхожу - две бутылки водки. Приехали, блин. Стоит, смотрит виновато.
- Николай, я же всех предупреждал?
- Леонид А…вич, ну вот так вот, не удалось незаметно, залёт стало быть.
Парень после армии, совершеннолетний, работает - один из лучших.
- Вот что, говорю, я никому сообщать не буду, но добро это конфискую. Отдам после завершения всех мероприятий.
Ещё из ярких впечатлений –
Очередь в столовой, к раздаче, расталкивая и игнорируя окружающих, пробивается старуха в ватнике с каменным лицом и ледяным взглядом.
- Мадам, что ж Вы так бесцеремонно-то без очереди?
- На х..й пошёл. Мне бл..дь, везде без очереди можно, у меня сто двадцать лет трудового стажа.
- Сколько лет?
- А ху..ли ты думал, бля? Год за три война, год за три тюрьма – мне и в трудовую так записали, суки, когда реабилитацию оформляла.
Продавщица на раздаче -
- Пропустите, пропустите, это Васильевна, у нас её все знают…
Работа закончилась, отряд уехал в город, в лагере остались только несколько человек - прибраться, перетаскать матрасы и законсервировать барак к зиме. Утром придёт машина и поедем в город. Видели бы вы эти благодарные физиономии, когда вечером я вернул им конфискованную водку.
- Леонид А…вич, спасибо! А может и вы с нами?
- Нет, Николай, не положено. Субординация называется. Рано или поздно между нами на стол ляжет Ваша зачётка, и что ж Вы мне вместо ответа по билету будете напоминать, как распивали вместе? Спасибо за приглашение, но не положено.
Вот такие были колхозные будни. А последнее – в девяносто первом году мы уезжали крестьянствовать из Ленинграда, а вернулись оттуда уже в Петербург…
|
|
6
lioppa_begemoth
Как-то в школе, в младших классах ещё, сказали: "Такого-то числа принесите ватно-марлевую повязку или респиратор, у нас будет урок гражданской обороны". Я решил выпендриться и спросил у деда, есть ли у них на заводе лишние респираторы. Дед, естественно, приволок мне новенький, в упаковке, девайс. Перед уроком я подошёл к учительнице, показал добычу и спросил: "Такой подойдёт?" Она проворчала, мол, "да-да, подойдёт", взяла пакет у меня из рук и кинула в ящик своего стола. А на уроке, как выяснилось, нужно было просто сидеть, слушать лекцию о сигнале "Внимание всем!" и скучать. И даже те, кто принёс марлевые повязки, недоумевали, нахрена.
Кстати, респиратор мне так и не вернули.
|
|