51
ГИБЕЛЬ ИМПЕРИИ
«Совершенство достигается только к моменту краха».
(С. Паркинсон)
Меня спросил восьмилетний сын:
- Папа, а зачем наше государство издевается над людьми?
- В смысле?
- Ну, почему оно заставляет всех работать, чтобы не умереть с голоду? Почему бы не напечатать денег для всех, столько, сколько нужно? Бумаги что ли жалко?
И тут я вспомнил, что давным-давно, в его возрасте, в середине 70-х, когда еще «Горбачевым» был не Михал Сергеич, а актер Игорь Горбачев, мне уже тогда, не нужно было задавать отцу такие глупые вопросы.
Я уже тогда на своей шкуре испытал, что такое: инфляция, гиперинфляция, золотой запас, денежная эмиссия, безработица, дефолт и наконец - полный финансовый коллапс…
Конечно, тогда я не знал этих мудреных слов, да и почти любой взрослый человек в те времена на вопрос: «Что такое инфляция?» помялся бы и ответил: «Это когда в Америке разгоняют мирную демонстрацию негров, протестующих против американской военщины…»
Но уже тогда, в 1975-м, не смотря на возраст, я был одним из лучших экономистов нашей страны и когда через много лет, в конце 80-х рушилась советская экономика, мне было печально, но в отличие от всех, абсолютно не удивительно. Я заранее знал - чем и как закончится дело…
Вы наверняка спросите: «А почему – это ты был одним из лучших экономистов страны?»
Отвечу: «Потому, что самым лучшим - был мой десятилетний брат Макс…»
А дело было так:
Как-то мы с братом решили, не больше, не меньше - создать свое собственное государство.
Дошло дело до денег. Долго думали какое имя дать нашей денежной единице, и назвали ее Клопф. Уж не вспомню почему, но факт - есть факт.
Макс, будучи уже тогда отличным художником, извел целую толстую тетрадь и нарисовал все деньги.
Естественно, что я опасался с его стороны подлого фальшивомонетничества, или выражаясь по государственному – денежной эмиссии.
Но и эту проблему мы преодолели – Макс вырезал из ластика красивую и очень сложную печать госбанка. Проштамповали все купюры и лезвием разрезали печать напополам. Повторить оттиск не представлялось возможным даже Максу (хоть и были попытки)
И вот, если у кого-то рвалась или истиралась банкнота, то из личных тайников торжественно доставались половинки печати, брат рисовал новую купюру, ставился объединенный штамп госбанка, а старая денежка торжественно сжигалась.
Всего в нашем государстве было 200 клопфов, по 100 у каждого гражданина.
Изначально договорились о стоимости: 1 клопф = 50 копеек.
И понеслось:
Мама велела брату помыть пол, он с барского плеча засылал мне 1 клопф и с чистой совестью бежал играть в футбол, а я корячился с тряпкой.
Посылали меня в магазин за молоком (а это по тем временам запуск на полдня) я платил 2 клопфа и братец уже плелся с бидоном…
Бывало, что за клопфы мы даже покупали свободно конвертируемую валюту (не пугайтесь – рубли)
И вот в одно довольно не прекрасное время брат, как заправский финансовый воротила, сумел подмять под себя очень увесистую пачку. Существует пословица: «Всех денег не заработаешь», так вот - эта пословица не про Макса. Хитростью и коварством, он обложил меня, как маленького елочного зайчика и заработал почти все деньги нашего государства.
У меня оставались только три несчастных клопфа. Я - нищий! Я - банкрот, который не может откупиться от ударов судьбы в виде мытья посуды или походов с тяжелыми сумками к бабушке…
Помню, я ночей не спал, все думал – как бы так напрячься и заработать у этого куркуля.
Целый месяц, наверное, я клянчил у Макса любую работу, а он только посмеивался и за сущие гроши засылал меня, во все концы света, и я летал взъерошенным бумажным самолетиком.
Стиснув зубы я все-таки добился паритета, у меня скопились целых 100 клопфов.
Решил не останавливаться на достигнутом и загнать брата в абсолютную нищету, чтобы он тоже почувствовал на себе…
Еще месяц неимоверных усилий и у меня в закромах собралось целое состояние - 199 клопфов. Уже можно было спокойно лежать на печи и без страха смотреть в глаза старости.
В одно прекрасное «черное утро» меня разбудила мама и послала в магазин за хлебом. Я небрежно сунул 1 клопф спящему бедному родственнику, но он неожиданно отбросил деньги на пол, отвернулся к стенке и сонно ответил:
- Это будет стоить 120 клопфов, не меньше.
- Какие 120?! Вчера магазин стоил один клопф! Ты что?!
- (Макс почти засыпая) Ну вот вчера и приходи, а сегодня - 120…
Так в дефолт погибли все мои накопления на счастливую жизнь и безбедную старость.
До сих пор, где-то на антресолях, у меня пылится толстая, истрепанная пачка перемотанная бечевкой и обильно политая тяжким трудовым потом.
Умом-то я понимаю, что того государства давно нет и никогда уже не будет, но выбросить рука не поднимается, все-таки деньги и не малые…
|