Результатов: 225

51

"Не будь я такой дурой, ни за что не вышла бы за тебя замуж!"- не раз смеясь говорила мне жена.
Так уж повелось, в моём роду все были красавчики. Прадед- высокий молодой инженер- приехал из северной столицы в рабочий посёлок и сразу выбрал себе в жены самую красивую девушку- ну как откажешь такому! А дальше пошло само собой. Вот и мои дети в толпе не затеряются. К дочери ещё в школе липли красавцы, но я со своей работой многое упустил.. Так получилось, но приобрела она с ними большой негативный опыт. Я это понял слишком поздно. Какой смысл играть в хорошего папашу, бегать бить морды обидчикам, если я не заметил, когда со стен в мусорку перекочевали многочисленные фотки? Доча стала не по возрасту умной, циничной, расчётливой, не стесняясь пускала в ход актёрский талант, чтобы добиться своих целей. Парни-симпатяги вдруг исчезли из её жизни, а появился невзрачный парень с квартирой возле её университета (какое совпадение!). Я пожимал плечами- как учить нормам морали хрупкую красавицу? Посчитал, что достаточно своей любви и личного примера. Её новый парень был вовсе не тюфяк, всегда на позитиве, но во всём беспрекословно слушал дочу, баловал невероятно, хотя бюджетом и планированием будущего занималась она. Парня отправила учиться в два университета, подрабатывать в международной компании. Сама дочка ещё учась в университете устроилась на работу и пошла по головам коллег так, что я стал изучать родословную- в кого, блин, она такая стерва?
Так время шло и, к моему удивлению, пришло к свадьбе молодых и моему знакомству с родителями жениха. Тут-то многое и прояснилось. Сватья- женщина очень умная, занимает высокий и, что здесь важнее, требовательный к профессиональным качествам пост в обладминистрации, не раз была замужем, пока не подобрала себе подходящего мужа. Учитывая дотошность читателей, уточню- конечно, она официально в разводе, чтобы не было формальных причин для ограничения карьерного роста из-за возможных коррупционных связей с мужем, который хоть и гораздо меньше, но тоже шишка. Оказалось, что она из-за внимания к своей особе различных органов не может помочь сыну строить карьеру, поэтому с удовольствием оказывала "консультационные" услуги моей дочери и даже активно финансировала её идеи по его "развитию". Тандем, похоже, был (и есть) очень эффективный. Парнишку уже называют начальником люди, с зарплатой многократно выше средней по стране. Можно ли сказать, что в обеих семьях матриархат? Вовсе нет. Но общаясь со сватьей, я, закоренелый домостроевец, ощущаю себя школьником- что можно противопоставить железным аргументам, безупречной логике, продуманности всех ходов? Лишь сижу и киваю головой. К своему ужасу, ловлю себя на мысли о том, что если она попросит помочь молодым с покупкой квартиры в центре Питера в связи с их переездом, то я соглашусь, хотя это не мой уровень, даже при условии бомжевания.
Вот теперь можно закончить нарезать факты, картина понятна. Это было всё для того, чтобы обратиться к авторам многочисленных "анекдотов" с жалобами на тупых женщин. А вы уверены, что умные женщины захотят быть рядом с нытиками-неудачниками? И если так произойдёт, вам это точно нужно? Будте осторожнее (или умнее?), пользуйтесь тем, что есть.)

52

Vovanavsegda. 1950 слов. Потом не нойте.
Про спасение на водах 27.
О отваге на пожаре (оптимистическая трагедия).
Краткое содержание:
1995 год. Я построил дом. Ура. Вот сейчас заживём.
1995-2001. Живём. Хорошо живём.
22 июля 2001 года. Уебала молния. Пожар сдул 2 этажа. Пиз.... Ну да ладно, все живы, а это главное. Домов ещё можно много понастроить. Было бы желание.
1. День незаладился ещё с утра. Погода постоянно менялась. То светило яркое солнце, то набегали тучи и поднимался ветер. Дети просились на речку, а мы всё откладывали по причине нежелания попасть под дождь. Наконец собрались и конечно прогадали. Едва расположились на берегу, как пришла гроза и начался сильный ливень. Мы быстро собрались и побежали домой.
Когда подошли к родовому гнезду, то обнаружили около него с десяток встревоженных соседей. Они сообщили, что несколько минут назад в наш дом ударила молния. Точнее не в сам дом, а в столб от которого жильё запитано электричеством. Зрелище конечно впечатляло. Столб был почти полностью обуглен и дымился.
Я поспешил войти в родные стены. Когда открыл дверь, то оказалось, что ничего не видно. Всё жилище было наполнено едким дымом. Крикнул соседям, что пожар и побежал за вёдрами. Через минуту в компании нескольких мужиков мы уже бродили по дому ища источник пламени, а его не было. Спустя 5 минут одному из нас стало плохо и мы вывели его наружу. Потом потерял сознание другой, потом зашатался третий. Стало ясно, что надо уходить. Я пытался продолжить, но похоже тоже вырубился, потому-что пришёл в себя уже на улице (жена вывела).
Потом ещё с неделю, все кто был со мной тогда в доме, отхаркивали что-то чёрное и вязкое. Евроремонт он такой. Зело вонюче и ядовито.
2. Пожарная часть находилась от нас всего в паре километров, но уже прошло минут 20, а их всё не было. Прошло ещё 20 минут и они наконец появились ...... без воды.
Когда соседские бабы на них набросились с упрёками, они прониклись и рванули заправляться. Перед отъездом сообщили, что вторая машина не придёт, по причине севшего аккумулятора.
"Вот трактор пронёсся, давя поросят ...". Это примчался сосед Саша, человек очень деятельный и неравнодушный. Когда его не пустили в дымящийся дом, всё спасти и потушить. То он, узнав о профнепригодности и низкой мотивации пожарной дружины. Витеивато выругался и исчез.
Прошло ещё 20 минут. Послышались звуки сирены и подъехала пожарная машина. На её подножке стоял гордый собой Александр Васильевич. Оказалось, что он не терял время зря. Нашёл или снял где-то рабочий аккумулятор. Притащил его в пожарку. Завёл там новых друзей и стоявший на приколе красно-белый ЗИЛ. Тушение пожара началось ..... спустя всего час.
Когда работники лома и брандспойта выбили окно на втором этаже и попытались просунуть туда свой шланг, то случилось "непредвиденное". Огонь получил пищу в виде свежего воздуха и из окна ударило мощное пламя.
Спустя примерно 10 минут кончилась вода, а огонь и не думал сдаваться. Вторая приехавшая с заправки машина положение тоже не исправила. Вскоре со звоном вылетели стёкла на другой половине дома и он занялся уже всерьёз. Это было даже красиво. Страшно и красиво.
Поняв, что конец этого фильма я уже когда-то видел и пересматривать его уже неинтересно. Я тяжело вздохнул и пошёл решать проблему. Становиться на скользкий и полный лишений путь бомжа...... Нет, это точно не наш выбор.
3. Первый звонок был конечно Лёхе, моему названному кровному брату. Разговор был коротким: "Лешка у меня дом горит. Все живы и здоровы, но понадобятся деньги. Пришли 20 и лучше не затягивай...... Есть только 10?.... А нужно 20. Реши как-нибудь. Пока брат".
Потом позвонил родне и ещё нескольким друзьям. Братьев казахов беспокоить не стал, по причине незнания на память их телефонных номеров. Они впоследствии пеняли мне на это и очень обижались. Напирая на то, что казахские деньги ничуть не хуже, а дружба будет даже покрепче многих.
Потом я вышел на улицу. Ничего не изменилось. Произошедшее не оказалось дурным сном. Дом весело догорал и задорно потрескивал. Через минуту он сложился, подняв сноп искр до неба и вызвав всеобщий восторг. Бегали и кричали люди, все были заняты и озабочены. Мне одному было уже всё пофиг. Я делегировал решение проблемы в надёжные руки и не сомневался в её успешном разрешении.
4. Утро следующего дня началось с похмелья и понедельника. Предстояло сделать много дел. Получить временные документы взамен пропавших в адском пламени. Взять у пожарных справку о том, что дом сгорел. Найти временное жильё и ещё многое другое, о чём и подумать не мог накануне. Хорошо ещё, что уже вчера, жена решила вопросы по размещению нашего скотного двора. Раздав лошадей, собак и прочую живность по соседям и друзьям.
На бюрократию ушёл весь день. Надо сказать, что в инстанциях прониклись бедой и отнеслись с пониманием. Нас везде пускали без очереди и к мелочам не придирались. "Порадовали" только "пожарники", попросив назвать ущерб незначительным. Мотивируя это тем, что мы своим Фаер-шоу снижаем им показатели и они могут лишиться премии. Пошли ребятам навстречу, нам всё равно терять было уже нечего, а у огнеборцев семьи и кредиты. Я потихоньку начал осваиваться в новой для себя роли погорельца. В общем неплохо, все относятся с сочуствием и эмпатией. Один только жирный минус-ты бездомный.
Вечер провели в раскопках на пепелище. Я искал останки оружия, для сдачи в разрешительную. Жена сейф с украшениями. Повезло обоим. Маленькая, но радость.
Когда вернулись "домой", то были приятно удивлены и растроганы. Соседи приютившие "сирот" сообщили о десятках визитёров. Люди несли нам всё, что по их мнению может понадобиться. Постельное бельё, посуду, деньги, еду, одежду и ...... Поверьте на слово, это дорогого стоит. Начинаешь отчётливо понимать, что у нас очень хороший и добрый народ. Способный понять чужую боль и попытаться помочь.
5. Вторник начался с позитива и "маленьких" радостей. Прибыл гонец из Сибири. Братец Лёха не подкачал и прислал 30.000 (не рублей). Плечо друга оказалось надёжным, впрочем как и всегда.
После обеда порадовало государство. Оно не стало жлобиться и отвалило нам 40 кубов строевого леса. Неважно, что его надо было ещё спилить и вывезти. У нас автоматически решился вопрос с материалами на постройку новой конюшни и бани.
К вечеру приехал брат ещё одного моего друга и тоже Лёхи. Передал привет и сожаления, что тот не может ссудить деньгами (он неделю назад перебрался в Москву и потратился на приобретение квартиры). Но готов и рад помочь, чем сумеет. После этих слов родственик моего старого закадыки вручил мне доверенность на гараж и находящийся в нём трёхгодовалый Опель. Я "сдержано" поблагодарил.
Было уже совсем темно, когда в гости пожаловали две бабульки далеко за 70. Они принесли в платочке 2 т.р. и отказывались уходить, пока мы не возьмём деньги. Мотивируя это тем, что мы всегда к ним хорошо относились и брали за покрытие их коз нашим козлом, полцены.
Когда бабушки ушли я подсчитал активы. С учётом бабулькиных накоплений хватало почти на всё. Можно было начинать возводить новый очаг.
Беспокоило молчание родственников. Ну да ладно, подождём. Забегая вперёд скажу, что от родни помощи так и не поступило. Они отморозились общими заявлениями, типа: "Ты же у нас самый умный. Как нибудь выкрутишься. И, денег нет, но вы держитесь".
"Жаль, подмога не пришла
Подкрепленья не прислали
Что ж, обычные дела.
Нас с тобою наебали".
6. Дальше была стройка с её неразберихой и непредвиденными расходами. В разгар строительства пришла весть о терракте в Америке. Посмотрев вечером по телевизору на пожарище в Нью-Йорке, я смирился с гордыней и успокоил свой мятежный дух. На фоне трагедии в центре всемирной торговли я решил, что ещё легко отделался.
Но всё рано или поздно кончается. К середине октября коробка была построена. Оставались сущие мелочи. Вставить окна и двери, построить лестницы, завести тепло, газ, воду и электричество. А деньги заканчивались и я уже собирался звонить в Казахстан. Но тут в дело вступили друзья небогатые деньгами, но богатые душой и знаниями.
Приехал из города детства Серёга и за две недели сделал проводку во всём доме и свежевыстроенной конюшне. Денег не взял и очень обиделся, когда я стал настаивать.
Почти следом явился Серёга №2 оттуда же. Спросил коротко, сколько денег тратим на отопление и пропал. Через неделю пригнал мащину с б/у трубами, радиаторами и арматурой. Неделю варил и стучал кувалдой. После его визита в доме появилось тепло. Денег взял только за электроды, сказав что за остальное сочтёмся когда-нибудь.
В промежутке между Серёгами, кто-то привёз фуру матов из стекловаты. С лихвой хватило и на крышу и на пол. Кто это был не знаю до сих пор: "Имя твое неизвестно, подвиг твой бессмертен".
7. Не обошлось конечно и без невосполнимых потерь. Имущество дело наживное. Память вернуть нельзя. В пожаре сгинул весь семейный архив: фотографии, негативы, письма. Это ушло навсегда и купить не получится.
Случились потери не только в "технике", но и в живой силе. Погибла задохнувшись в дыму кошка патриарх. Она была "на посту" и не бросила порученного ей на воспитание щенка: https://www.anekdot.ru/id/1364038/
Я перестал ездить на семейные "пикники" не желая простить им равнодушие и скупость. До сих пор, на все их просьбы о ....... посылаю на......
Самым большим гандоном оказался дядя по материнской линии. Этот проныра нарисовался на стройке через неделю после начала. Походил вокруг с умным видом, оценивая масштабы разрушений и предложил свои услуги. Я с радостью согласился и он стал помогать нанятой бригаде, присоединившись к отцу жены, который тоже приехал помочь. Когда всё закончилось он подошёл ко мне и подал бумажку с списком своих трудовых побед. После попросил заплатить не меньше, чем всем остальным. Я молча рассчитался.
Любимого дядюшку на новоселье не пригласили. По причине стойкого желания тестя набить "бессребренику" морду. Спустя годы он очень сильно удивлялся и бывал возмущён, когда на все его просьбы я отвечал стабильным: Нет.
Было и мародёрство. В первую ночь после пожара кто-то добрый и неравнодушный залез на участок и собрал всё, что смог унести. Другой милый человек спёр оставленных в огороде кроликов. Но был настолько туп, что через неделю похвастался своей добычей. Его мгновенно сдали и мы выбрали удобное для него время визита. Во время которого просто отпиздили.
8. В городе циркулировали разнообразные слухи о нашем Фаер-шоу. От самых нелепых: "Да они шашлыки на лоджии жарили. Вот и занялось". До мистических: "Это их бог наказал. Сатанисты они. Точно знаю. Молнии в дома просто так не попадают".
Нелепые развеялись сами собой. С религиозной версией получилось позабавней. Спустя две недели после нас, молния попала в местную церковь и та тоже сгорела. Фанаты неминуемой божьей кары вынуждены были заткнуться и начать собирать пожертвования на восстановление храма.
Были ещё разговоры о самоподжоге. Но они тоже быстро закончились. Дом был не застрахован.
На самом деле всё было банально и скучно. Молния вдарила в столб, от которого был запитан дом. Разнесла на молекулы электросчётчик и пакетники. После ушла в внутридомовую электросеть. Та воспламенилась и дом затлел сразу во многих местах. Время тушить было упущено и случилось то, что случилось. Это, если что, официальная версия и экспертное заключение. Разумеется в упрощённом виде.
9. Ну вот и написал ещё одну историю. Думал, что о пожаре. Оказалось, что о настоящей дружбе и неравнодушных к чужой беде людям. О уродах, которых считал друзьями. О родных по крови, но как выяснилось совсем тебе чужих. О подлости желающих нажиться на чужой беде. О зависти и жадности.
Господа если вдруг вы услышите, что кто-то высказывает "умную" мысль, что: "Один переезд равен двум пожарам". Не поленитесь и дайте умнику по голове лопатой. С ним ничего не случится, по причине того, что он дурак.
Пожар это беда. Пожар с погибшими это горе. Понять это может только тот, кого это коснулось в той или иной мере. Это надо пережить. Пусть это с вами и вашими близкими никогда не случится.
10. Новый 2002 год мы встречали в уже вполне жилом доме. Денег не было от слова совсем. Последние ушли на мандарины и бутылку шампанского. Недавно оштукатуренные стены были украшены новогодними лозунгами намалёванными свёклой. Горели свечи. И пусть из мебели были лишь диван и телевизор, а ёлка была украшена только стетоскопами и капельницами. Нам было пофиг. Мы были счастливы. Мы вернулись домой.
Вова и Люда.
07.09.2023.

53

Про спасение на водах 26.
О "глухих телефончиках" (Производственная мелодрама).
1. 1972 год. Мне 6 лет. Для пионерлагеря я был ещё маловат. А для устройства армагеддона уже вполне состоявшимся. Семья знала о моих выдающихся способностях творить хаос из ничего и вынуждена была смириться с неизбежным.
На семейном совете было принято нелёгкое решение отправить меня на лето "на деревню к дедушке". К моей бездетной тётке по отцовской линии. Женщине строгих правил и противнице полумер. Про её суровый нрав и жизненную позицию ходили легенды. Во всяком случае мой бесшабашный папа. При одном упоминании её имени становился тих и задумчив. А это говорило о многом.
Решение спровадить меня в "концлагерь" было конечно непростым и вынужденным. Принятым разумеется, только ради моего блага. Ну и ещё, так по мелочи: ради сохранения целостности жилья и имущества семьи. И ни в коем случае, в плане карательных мер.
Малолетнему раздолбаю нужна была "твёрдая рука" и неусыпный надзор. Выбор места моего заключения был очевидным. Да если честно говорить, то и безальтернативным. Остальные родственники, наслышанные о моих приколах, выходках и чёрном юморе. Отказались от интересного общества наотрез.
2. Посёлок Лосиный Свердловской области встретил неприветливым серым небом, унылым дождём и широкой улыбкой будущего надзирателя. Меня немедленно прижали к необъятной груди и попытались задушить. Ну и правильно. Чего время терять. Вопросы надо решать кардинально и не откладывая на потом. Однако обошлось.Тётка видимо ещё не понимала с кем она связалась и что ей предстоит. Недодушила. А зря.
Как это ни странно, но мы поладили. После продолжительной борьбы, взаимных уступок и компромисов. В итоге мы пришли к консенсусу и подружились. Тётя Лиза меня полюбила, баловала сгущёнкой и не доставала по пустякам. Я был ей за это благодарен и в виде ответной любезности помогал окучивать картошку. Бдительности однако она не теряла и всегда была настороже. Старой закалки был человечище. И тот ещё "тёртый калач".
Хотя если быть до конца искренним. Контроль не был совсем тотальным. Меня отпускали и на речку и на рыбалку. Я мог целый день болтаться где хотел. Было только одно непременное условие. Ночевать я должен всегда только дома.
Однажды это правило было мною цинично нарушено. Тётке выпало работать в ночь и я воспользовавшись моментом, свалил с пацанами за раками. Соседи нарушителя режима предсказуемо сдали и с этого момента, ночевать в одиночестве уже не дозволялось. Теперь, когда у родного человека случалось "ночное", меня стали забирать с собой на работу.
3. Тётка была поселковой телефонисткой. К работе относилась ответственно и считала себя сельской интеллигенцией. Выражалось это в том, что идя на службу, она меняла телогрейку на пальто и красила губы. Что для нашей деревни считалось почти вызовом сложившемуся миропорядку.
Скрашивая тёте Лизе производственные будни. Я мало-помалу стал понимать принципы устройства и работы сельских "АТС". К середине лета выучил назубок последовательность действий телефонистки при переадресации звонка. Освоил професиональный жаргон и манеру общения с абонентами (надо говорить быстро и неразборчиво. Если дважды не переспросят, значит тебе пришла пора повышать квалификацию). Мог починить заевшее реле (надо ёбнуть посильнее). Ну и много другого всякого. Что конечно очень могло пригодиться на предстоящем мне нелёгком жизненном пути.
4. И вот однажды случилось...... Тётка опоздала на службу. Она возвращалась из города и по дороге сломался автобус. Опоздание было чудовищным. Аж целых пять минут.
До телефоного узла мы бежали. Тётка показала отличную резвость и неплохое время. А что поделаешь? Чрезвычайные обстоятельства-вынужденные меры. Мне до сей поры, таких скоростей развивать ещё не приходилось и я прилично отстал.
Через пару часов Лизавета немного пришла в себя и забеспокоилась. Дома остались некормленные свиньи и курицы.
Частные интересы победили коллективные. Наказав мне строго: "Вовка. Сиди тихо. Если позвонят, то возьми трубку и скажи что поломка на линии. Я через час вернусь." Потом попросила запереть за ней дверь и побежала закрывать гештальты.
"Сиди тихо... Сейчас..... Зря что ли потратил столько времени на изучение матчасти? Не дождётесь".
Решительно надел наушники и переместился на неостывший ещё тёткин стул. Первый звонок раздался уже через минуту. Я произнёс обычное телефонисткое заклинание и выдернув из гнезда самый красивый штекер. Воткнул недрогнувшей рукой в первое попавшееся мне на глаза гнездо. Услышал в наушниках завязавшийся разговор и самодовольно улыбнулся: "Професьон де фуа. Дык.".
Весь следующий час я работал на износ. Соединял одинокие сердца и воскрешал надежды. Нёс в мир добро и свет. Совершенно не отдупляя, что каждое гнездо, куда я уверенной рукой втыкал штекера. Принадлежит определённому абоненту.
Как ни странно. Всё обошлось. Жалоб и нареканий не поступило. И когда вернулась тётка всё было мирно и спокойно.
Могу объяснить это только тем, что в Лосинке проживало не больше 3000 человек и все друг-друга знали. Народ видимо подумал: "Ну выпили девчонки немного или сломалось там чего. А я с кумом сто лет не общался. Если бы не ошиблись с номером, то и неизвестно когда бы ещё поговорили".
5. "Всё тайное, рано или поздно становится явным ...".
Спустя неделю мы с тёткой стояли в очереди за хлебом. Обычная деревенская очередь с разговорами о урожае и сплетнями обо всём на свете.
В очередной раз хлопнула входная дверь. В магазин зашли две дряхлые старушки лет в 45-50 (когда тебе 6 все старше 40 динозавры). Увидев мою тётушку они расцвели улыбками: "Лиза. Золото ты наше. Спасибо тебе. Мы с ...... два года не разговаривали. А были до ссоры лучшими подругами. Какая ты молодец, что нас помирила. Я сижу грущу и вдруг звонок. Думаю, кто это так поздно? А это ..... . Как ты хорошо всё придумала. Если бы не ......".
Тётя Лиза была не дура и сразу всё поняла. За самоуправство и неоправданное доверие я был первый раз в жизни наказан. Получив от близкого человека бесценный жизненный урок и по жопе...... Справедливо.
Спустя столетия, т.е. минут через десять. После вдумчивого анализа и глубочайших размышлений о несовершенстве вселенной. Я списал убыток, как необходимые расходы на приобретение опыта. Этим и утешился.
Владимир.
27.08.2023.

54

Ностальгия по социализму – тем, кто помнит.
«Мужчины- это случайно выжившие мальчики»…

Из детских воспоминаний. У материной старшей сестры, моей тётки, был дом в пригороде Ленинграда. Посёлок Дибуны (Дибун на старославянском – болото. Там действительно недалеко от заболоченного восточного берега озера Сестрорецкий разлив), на электричке полчаса от Финляндского вокзала. Мы там всегда были желанными гостями – и с удовольствием к тётке ездили – она нас любила. Своих детей у неё не было, она была намного старше матери, и по возрасту годилась нам в бабушки- когда происходили описываемые события, тётка была уже на пенсии.

Зима 1969 – 70. Мне уже целых семь лет. Школьные зимние каникулы. Я пристал к матери – «Хочу к тёте Кате». Вот прямо сейчас хочу – а что дома делать? Но каникулы-то у меня, а родители на работе – и отвезти меня в Дибуны решительно не имеют возможности.

Очевидно я слишком сильно приставал, потому что мать согласилась довезти меня до вокзала и посадить на электричку. Дальше- самостоятельно. Всем, кто сочтёт этот поступок безответственным – от платформы до тёткиного дома было метров пятьдесят, я ездил туда десятки раз, и даже с закрытыми глазами бы не заблудился.

Мать вручила мне бидончик с какой-то едой, мы оделись и поехали. Ближайшая электричка оказалась Сестрорецкой, и меня сбило с толку примечание на табло – «через Дибуны». Обычно в этом месте табло указывались станции, где поезд не останавливался. Мать посадила меня в вагон, попросила какую-то тётку присмотреть за мной и поехала домой.

На Сестрорецк поезда ходили двумя направлениями – прямо, по берегу залива, и с разворотом в Белоострове – через Дибуны. Это я сейчас знаю, а тогда мне эта надпись не давала покою- а что, если поезд в Дибунах не остановится? Ладно, думаю, выйду на остановку раньше, там от платформы до платформы чуть больше километра – хожено пешком многократно. Дойду, не потеряюсь – тем более, что дорога вдоль железнодорожного полотна – заблудиться невозможно.

И поехал. Женщина, что обещала за мной присмотреть вышла, пробубнив что-то что вот, сейчас будет П…во, потом Л…во, бу бу бу, а потом твоя остановка. Названия в вагонах объявляли, но так тихо, что за шумом движущегося поезда было совершенно ничего не разобрать.

И я, со всей дури выскочил не на одну, а на две остановки раньше. Слез с платформы, дорога идёт, как я помню, и как ей положено - вдоль полотна, поэтому, ничуть не волнуясь, я и побрёл вперёд.

Первые сомнения начали появляться, когда дорога превратилась в тропинку. По идее, уже должна быть видна платформа Дибуны, но вместо этого, тропинка круто ушла направо - в лес. Мне бы просто вернуться и дождаться следующей электрички, тем более, что ходили они часто – интервал минут двадцать. Но вместо этого я бодро попёр пешком вдоль рельсов – прямо по целине вперёд. Дурак.

Пошёл вдоль по правому рельсу – не сообразив, что поезда будут догонять меня сзади. Когда прошёл первый поезд - я еле успел отскочить, провалившись в снег почти по пояс. Это было довольно страшно – двинуться не можешь – снег слишком глубокий, а в метре от тебя грохочут колёса. Выше меня ростом.

Так и пошло – идёшь вплотную к рельсу, по шпалам – не проваливаешься. Сделал шаг в сторону – провалился в снег. Очевидно, я впал в какой-то ступор, потому что сообразил перейти на противоположную сторону железной дороги – чтобы поезда двигались мне в лицо, и их можно было увидеть издалека, только где-то после второй или третьей электрички, от которой приходилось отскакивать в снег.

Зимой темнеет рано, примерно через минут сорок - час этого путешествия стало смеркаться – иду один, в лесу, темнеет и холодно. Когда вижу приближающийся поезд, отступаю как можно дальше – пропускаю его и продолжаю это топтание. И каждый раз становится тошно смотреть на пролетающие с грохотом колёса, которые выше головы – ощущаешь себя беспомощным. В голове пусто, не то, чтобы очень страшно одному, я просто не представлял всех возможных перспектив из того, что там вообще могло со мной произойти.

Если посмотреть по карте, от станции, где я вышел, до тёткиного дома всего около шести километров. Сколько часов я шёл – точно не помню. Как полностью стемнело, на дороге включили освещение- вроде стало полегче, но лес превратился в сплошную чёрную стену - это ещё более жутко, чем когда можно в сумерках разглядеть каждое дерево.

Этот монотонный процесс передвигания ног выключает сознание полностью – я вполне понимаю, и могу представить, что чувствовали полярники в пеших экспедициях к полюсу. В голове осталась одна мысль – дойти. В общем, когда я добрёл до той станции, где собирался выйти – за километр от тёткиного дома, то не останавливаясь пошёл дальше пешком.

Дошёл. И бидончик с котлетами не потерял. Вроде бы было уже часов одиннадцать. Сказать, что тётка охренела от времени такого визита – не сказать вообще ничего. Я честно рассказал ей, как получилось, что я так поздно, попросил только матери ничего не рассказывать. Тётка накормила меня ужином, напоила чаем и уложила спать.

Вторая серия.

Если читатели уже решили, что на этом мои приключения закончились, то это не совсем так.

Утро, солнце, день прекрасный. Позавтракали, я выпросил у тётки финки – финские сани, и поехал кататься. Напутствием было – «По дороге дальше речки не уезжай!»

Кто не представляет себе, что такое финские сани – это деревянный стульчик с рукоятками на спинке, установленный на длинные стальные полозья. На одном полозе стоишь, держась за ручки, свободной ногой отталкиваешься. На стул можно посадить седока, или ехать одному- как в моём случае. Поворачивать с длинными полозьями, не имея опыта довольно сложно, но я это уже давно освоил – не в первый раз так катался.

Возле речки была небольшая горка, где можно было разогнаться побыстрей. На льду сидело несколько любителей зимней рыбалки – они смотрели, как я несколько раз скатился с горки, каждый раз разгоняясь быстрей и быстрей. Пока не зацепился полозом за какой-то корень – его не было видно под снегом.

Сани завалились на бок, а я полетел кувырком вниз – прямо в полынью. Глубина в той речке – чуть больше чем по колено, но мне хватило выкупаться. Мужики побросали удочки и бросились меня спасать. Собственно, я сам уже почти вылез, но всё равно- помогли. Спасибо им.

Стою, капаю. Мужики взахёб говорят что-то, теребят, стряхивают с меня воду, суетятся. Главное – цел, под лёд не утянуло (а течение там есть, и не слабенькое), а что весь мокрый – так надо просто поскорей в тепло.

- Ты откуда, далеко идти? Сам дойдёшь?

- Дойду конечно, тут почти рядом – Железнодорожная улица.

Кому из них пришло в голову эта идея? Они помогли мне вытащить сани на дорогу, заставили выпить полстакана водки и отправился я домой- тётку радовать.

Пока ехал обратно, вода подмёрзла, и одежда превратилась в панцырь. Санки поставил возле дома, а сам еле-еле сумел подняться по ступенькам на крыльцо – штаны-то не гнулись. Тётка помогла мне раздеться, переодела в сухое. Я уселся возле печки, но даже рассказать ничего не успел – от тепла и водки меня развезло так, что проснулся я только вечером.

Матери тётка ничего не рассказала – слава Богу, все эти приключения закончились благополучно.

Это было нашим секретом много лет – и сейчас, когда я прихожу на кладбище проведать родню, всегда вспоминаю ту историю.

55

В лихорадке утренних сборов послышался жалобный крик жены:
- Леша! Куда ты дел мои носки?! Я уже всё перерыла!

Духовно мы с женой как инь и янь, или соседние выдвижные ящики комода, где хранятся наши носки. Снаружи примерно одинаково, а вот принцип организации внутри весьма различен. Возможно, он отражает даже строение мозга.

В ящике у жены нечеловеческий, воистину немецкий порядок, как на параде - светлые к светлым, темные к темным, и все цвета радуги отдельно, но всего понемногу. Одного взгляда в ящик ей было достаточно, чтобы обнаружить пропажу именно той пары носок, которые она спланировала к наряду на сегодня.

Причина пропажи могла быть только одна - случайное попадание в мой ящик. А там некоторая казацкая вольница - небрежным взмахом вбрасываю, как поленья в жерло топки, кипы выстиранных носков после сушки, наскоро разбираю их на пары. Заметив износ носкопарка в целом, изредка подбрасываю туда партии свежекупленных, всегда одинаковых с полдюжины пар, в здравом рассуждении, что на них рано или поздно появятся дырки. Вот пусть и спариваются с себе подобными дальше, а не отправляются в урну целый с дырявым. Если целый носок остается одинок после прополки дырявых, ему я присваиваю статус носка-вдовца и отправляю в ящик искать себе пару самостоятельно.

Всё это как-то работало многие годы, но вот сегодня система дала сбой - случайно прихватил накануне пару носков жены при разборе после сушки, и вот поди их найди теперь в этом разливанном носочном море моего ящика.

Ярость овладела мною. Вышвырнул на диван всё это море и представил, что отправляюсь в недельную командировку. Сходу сообразил, сколько и каких понадобится, выхватил их из груды только парные в хорошем состоянии, и вернул обратно в ящик. Остальные раскидал на три кучи - легкие, зимние и вдовцы, которые тут же нашли друг друга. Получились две внушительные груды. Вспомнил, как покупал каучуковую спальную подушку в Тае - с виду большая, но продавец выжал воздух, обернул в пластик, туго замотал, и получился крошечный комочек. Это воспоминание меня вдохновило. Чем мои носки хуже?

Погрузил обе кучи в отдельные пластиковые пакеты, крепко сел на них, выжал воздух к отверстию начисто, потом завязал. Получились два тонких твердых блина размером с сиденье унитаза, каждый носок при этом отчетливо виден сквозь пленку.

Блины легко уместились в отделении шкафа в первую попавшуюся на глаза щель, освободилась уйма места. Что называется, хозяйкам на заметку! Были раньше кружки «Умелые ручки», а вот такие практичные решения я уж не знаю как назвать.

Вид у меня, прыгающего в одних трусах на диване на грудах собственных носков, был таков, что жена в лице переменилась, зайдя в спальню. Но я размахивал трофеем - ее носками!

Вся упаковочная операция заняла минут пять. В осадке остался мой почти пустой ящик и две пары носок жены, включая искомую и ту, которую она считала давно утраченной. Как легко сделать любимую женщину счастливой, когда вовремя приходишь к ней на помощь!

56

Однaжды, пpофессор нa одной из лекций пpедставил нaм новенькyю. В этoт момент я пoчувствовала легкoе пpикосновение к свoему плечу. Оглянувшиcь, я увидeла маленькyю сухонькyю старушкy, yлыбающуюся мне так откpыто, что невольно улыбка озарила и мое лицо.

— Привет, красавица, меня зовут Роуз, и мне 87 лет, — сказала она. — Могу я присесть рядом?
Я заулыбалась и подвинулась, чтобы уступить ей место.
— Конечно, присаживайтесь. Могу я узнать, что привело вас в университет в столь невинном возрасте? — мне вдруг захотелось шутить.
— Я здесь, чтобы встретить богатого мужа и нарожать ему кучу детей, — подмигнув мне, улыбнулась старушка.
— А если серьезно? — Роуз нравилась мне все больше и больше.
— А если серьезно... Я всегда хотела получить высшее образование, и вот я здесь, — ответила Роуз.

После лекций мы отправились в студенческую столовую и вместе пообедали. С этого дня мы на протяжении трех месяцев обедали вместе. Роуз стала душой компании почти всех студенческих тусовок. Все студенты охотно общались с ней, ни разу не высказав своей неприязни.

В конце семестра мы пригласили ее произнести речь на выпускном вечере. Когда она шла к трибуне, листочки с речью выпали из ее рук. Смутившись, Роуз пыталась подобрать их, но собрала далеко не все.

— Прошу прощения, я стала такой рассеянной. Ради мужа я бросила пить пиво, поэтому от виски я пьянею значительно быстрее, — пошутила она. — Я уже не соберу свои шпаргалки, поэтому позвольте просто сказать мне, что я думаю.

Пока затихал смех, она прокашлялась и начала свою речь:
— Мы перестаем играть, потому что мы взрослеем. Мы взрослеем, потому что перестаем играть. Есть всего четыре секрета молодости, счастья и успеха. Вы должны улыбаться и каждый день находить что-то смешное в жизни. Вам необходима мечта. Когда вы перестаете мечтать — вы умираете. Вокруг нас столько людей, которые уже мертвы, но они даже не догадываются об этом! Есть огромная разница между старением и взрослением. Если вам 19 лет и вы целый год валяетесь на диване и ничего не делаете — вам станет 20. Если я проваляюсь на диване целый год и ничего не буду делать — мне исполнится 88. Нет ничего сложного в том, чтобы стать старше. Нам не нужен талант или дар, для того чтобы постареть. Дар в том, чтобы открыть новые возможности для себя в переменах. Не жалейте ни о чем! Старые люди обычно не сожалеют о сделанном, они скорбят о том, чего они не успели сделать. А боятся смерти только те, в ком слишком много сожаления.

Закончив свою речь фразой «С уважением, Роуз», старушка вернулась на свое место. Мы все молчали, переваривая услышанное.

Через год Роуз получила высшее образование, о котором она так долго мечтала. А еще через неделю она тихо умерла во сне. Более двух тысяч студентов пришли на ее похороны в память о том, что эта маленькая светлая женщина на своем примере показала, что никогда не поздно стать тем, кем вы хотите быть.

Нет ничего сложного в том, чтобы стать старше.

Cтаpение неизбежно. Взpосление выбоpочно.

57

10 душевных стадий эмигрантки 1. Ты уехала. Первые дни, всё, как в сказке! Люди все улыбчивые. Персонал учтивый. Всё для людей! Умиляет любая мелочь: домик для уличных кошек; монеты в блюдце за какую-нибудь продаваемую мелочь в уличной лавке самообслуживания; прикольно раскашенные автобусы... Да, всё!!! 2. Некоторые бытовые неурядицы, возникающие из-за недостаточного знания языка и быта, но они никак не умаляют эйфории от того, что ты теперь не в России, а в цивилизованный стране. 3. Надо как можно скорее освоить язык страны пребывания, а то вечно, как дура глухонемая! И отрешиться, осудить, проклясть всё, что связывается тут с Россией: коммунизм, Сталин, ГУЛАГ, бесчинства Путина и тиранию с деспотией! Ты не такая, ты подлинная европейка, истинная демократка и коренная цивилизованная личность. 4. Сильно устала от того, что язык страны пребывания невозможно знать, как родной. Поэтому постоянно всплывают разные нюансы, в которых выглядишь не с лучшей стороны. Устала оправдываться за то, что русская, за то, в чём обвиняют Россию и от постоянных смол-токов про мороз-снег-Москва-водка-Путин. Чтобы отвлечься и поговорить несколько глубже, чем приходится с местными, зарегалась в разных "говорилках" соцсетей. 5. Местная общественная жизнь не трогает. А хочется быть активным участником процессов! Поэтому бьёшься в Интернете за ценности западной демократии с ватниками, советскими олдами и прочими "русскими шовинистами". 6. Ощущение недопонимания просмотренного фильма, прочитанной книги, поста в Интернете на местном языке начинает досаждать не на шутку. А ещё вода не того вкуса. Раньше она казалась вкуснее, а теперь немного раздражает. И хлеб. Он вкусный, конечно, но не такой, как на самом деле надо. Вообще, многих продуктов нет в гастрономах и это расстраивает. 7. В душе навечно появилось ощущение, что ты тут чужая и будешь всегда чужой, даже для своих детей, которые здесь подросли, освоились и чувствуют себя, как рыба в воде. А ты Ихтиандр, который разучился дышать воздухом, пока сидел в ржавой бочке эмиграции. 8. Оказывается радушие у людей здесь фальшивое. Пытаешься победить одиночество, мыкаясь по разным сообществам: религиозным; спортивным; музыкальным везде, где не обязателен родной местный язык. 9. Осознание, что если бы столько сил, потраченных на выживание в эмиграции, приложила дома, в России, то горы УСПЕХА бы на Родине свернула! 10. Может и зря эмигрировала, но теперь уже поздно. Иногда прикидываешь, на каких бы условиях согласилась реэмигрировать. Конечно, по женской сущности, найдётся каждая первая с опровержением: "А у меня не так!!!" См. п. 5.

58

Про спасение на водах 20.
8,5 (мимоза).
1. У моей жены есть отвратительная привычка тащить в дом любую беспризорную животинку. Вот как встретит кого-нибудь, кто по её мнению, нуждается в её опеке, так и тащит. По этой причине я всегда настаиваю, что-бы она ездила по делам на машине. Когда пойдёт пешком, "пиши пропало". Если на её пути встречаются помойки, она не возвращается без трофея. Один раз было, заставила себя пройти мимо чужой беды. Потом пришлось идти с ней спасать кого-то в 3 часа ночи. Не могла уснуть по причине мук совести.
К счастью, летом брошенные пёсели и кошаки, как правило самодостаточны и от помощи отказываются. Уподобляться Шарику из "Простоквашино" (который хотел сфотографировать зайку), у любимой получается не очень. Другое дело зимой. Редкий поход по магазинам или иным делам, обходится без очередного "подарка".
Проблем обычно не бывает. Большие размеры дома и усадьбы позволяют никому не чувствовать себя в тесноте. Почти все подкидыши ведут себя прилично. Тусуют обычно на сеновале или в конюшне. В дом заходят нечасто и по очереди. Больше двух за один раз не видел.
Минувшая зима выдалась суровой и в её подмоге нуждались многие. К весне скопилось больше 20и подобранных кошек, что для нас было многовато. Благо, опыт накоплен и всё идёт по отработанному сценарию. Потеряшки лечатся и стерилизуются. После на Авито вывешивается объявление. И если повезёт, то для котейки находится хозяин. К лету, как правило, все питомцы находят новый дом.
2. Этой кошке не повезло особенно. Перед Новым Годом ударили крепкие морозы. Было далеко за 30° и сильный ветер. Мы закупались на праздник и мотались по магазинам. Остановились у очередного. Жена ушла в "рейс", я остался ждать в машине. Рядом со входом заметил кошку. Она спокойно сидела и выглядела сытой и ухоженной. Помню ещё подумал: "Наверное живёт при магазине в качестве мышеловки. Вышла подышать свежим воздухом и проветриться".
Любимая вернулась и мы уехали.
Как это бывает в предпраздничной суматохе, что-то забыли купить. Спустя 3 часа мы снова оказались у магазина, где я видел кошку. Очень удивился, когда она оказалась на том же месте и в той же позе.
Когда жена вернулась в машину, сказал: "Смотри родная, какая термоустойчивая скотина. Уже 3 часа сидит на таком морозе и ей пофиг". Родная вышла на улицу и пошла знакомиться. Дальше было довольно неожиданно. Когда она погладила кошку, то та упала на бок. Помню подумал, что сдуру принял за кошку обычную игрушку. Оказалось котейка просто замёрзла до состояния: "Я больше не разгибаюсь". Животинка не реагировала ни на что, было ясно, что ей ....... . Ну не в помойку выбрасывать? Забрали домой. Стетоскоп помог определить, что сердце ещё бьётся. Оставили на ночь в прохладном месте. Всё одно не жилец. Утром разожжём костёр, отогреем землю и похороним.
На следующий день кошка была жива и даже разогнулась. Занесли домой в тепло. Через пару дней она пришла в себя и поела. Разумеется её "полярная экспедиция" не прошла бесследно. Отвалились отмороженные уши, пришлось отрезать омертвевший хвост и два пальца.
Если верить легенде, что у кошки 9 жизней. Наше новое приобретение потеряло минимум 8, почти все 9. Поэтому назвали её просто и без затей: 8,5. Было очевидно, что с такими потерями во внешности, её не пристроить. Посему зачислили в постоянный штат и поставили на довольствие.
Со временем стала понятна причина, по которой несчастная оказалась в таком переплёте. Кошка оказалась очень интеллигентной и сдержанной. Еду не клянчила. Никому не навязывалась. Никто не слышал от неё даже тихого мява. Это её и сгубило. Люди просто проходили мимо. Не догадываясь, что котейка нуждается в помощи и защите.
Жалел только об одном. Надо было попросить у админинстрации магазина разрешения посмотреть записи с камер. Попытаться найти ту ......, которая бросила друга на произвол судьбы. Сделать скриншот и попытаться найти через соцсети. Страна должна знать своих "героев".
3. Не так давно жена показала очередной смешной "видос" с котятами. Как водится поржали. Я заметил, что у нас котят не водилось уже лет 10. Кошек полно, но они все серьёзные и вдумчивые. У них полно своих дел и радовать нас своими проделками нет времени. Родная ответила, что это не проблема: "Тебе сколько и когда?". Ответил, что обойдусь и переживу. Пусть котятки других радуют.
4. Будучи типичной "совой" ложусь очень поздно. Неделю назад, уже на рассвете пошёл спать. В доме стояла глубокая тишина. Вдруг я очень ясно услышал чей-то писк. Потом ещё и ещё. Начал искать место откуда он раздавался. Обнаружил источник в гостевой комнате. Звук шёл из дивана. Я приподнял сиденье и обнаружил там чужую кошку. Киса была трёхцветной и это внушало оптимизм. Как известно такие приносят удачу.
Кошка рожала и один котёнок уже появился на свет. Как она туда попала было неясно. Дом охраняется сворой собак. Своих кошек они знают и не трогают. Чужим хода нет. Прорваться через стаю надо было суметь. Это вызывало уважение. Помощь молодой матери не требовалась и я оставил её в покое.
Утром жена с загадочным видом сообщила: "Пойдём, что покажу. У меня там такое есть. Никогда не догадаешься".
Ага... Никогда не догадаюсь. И спросил я близкого своего человека: "Сколько у нас новых кошек?". И ответила супруга: "Одна большая и шесть маленьких".
Всё справедливо. Не хватало в твоей жизни котят? Будь добр получи и распишись. Желания иногда материализуются, хочешь ты этого, или пока не готов.
Было уже начало июня. Поголовье кошаков всё увеличивалось, а новых хозяев для них пока не появлялось. Надо было что-то делать.
5. Вчера вернулись с речки. У дома стояла чужая машина. Из неё вышел и поздоровался пожилой киргиз (понял по традиционному головному убору). Дед сообщил следующее. 10 лет назад его племяник покупал у нас щенка и в виде бонуса получил кошку. Оба зверя оказались очень смышлёнными и радуют своих хозяев по сей день. Старик недавно достроил дом и желает иметь подобный комплект.
Одна из моих сук должна была скоро родить и мы ударили по рукам. Кошку ему было предложено выбрать сразу. Дед прошёл в конюшню и "покыс-кыскал". На его зов прибежало трое. Аксакал завис в муках выбора. Спустя минуту он поинтересовался: "А можно я всех троих заберу? Дом большой. Места всем хватит". Вот пропёрло, подумал я и ответил: " Разумеется можно. Мы с уважением относимся к вашим сединам". Родная ушла за переносками, а мы закурили.
Тут к нам подошла 8,5. Пока ждали жену, я рассказал о судьбе этой кошки. Дед проникся и загрустил. Когда я говорил ему о том, что пришлось отрезать несчастной два пальца, дед чуть не заплакал. Потом достал из кармана левую руку и показал. У него тоже был недокомплект. Два пальца отсутствовали. В молодости отморозил, попав в буран на охоте. Дальше понятно, киргиз уехал домой с четырьмя переносками. Более того, пообещал поговорить с соседями и пристроить ещё с десяток наших питомцев. Сегодня позвонил и сообщил, что к выходным приедет с соседями, выбирать кому кто по душе.
А я понял простую вещь. Хочешь найти хорошего хозяина для потерявшегося или брошенного, расскажи его историю. Иногда легенда важней внешности. 8,5 должна была остаться у нас навсегда. Найти ей друга и хозяина в принципе казалось невозможно. Но..... Видимо у каждой приличной кошки где-то есть свой хозяин. И моя задача найти его. Тогда из двух несчастных поодиночке, появятся двое счастливых вместе....
Владимир.
07.06.2023.

59

Про спасение на водах 17.
О уверенности и самоуверенности.
"Из чего же, из чего же, из чего же
Сделаны наши мальчишки?
Из пружинок и картинок,
Из стекляшек и промокашек
Сделаны наши мальчишки! "
1. А ещё мальчишки сделаны из дружбы, взаимовыручки, доброты, честности, благородства и великодушия. Куда эти качества уходят со временем? Это вопрос тёмный, непонятный и плохо изученый. Самая распостранённая версия ответа на него: "Не мы такие, жизнь такая". В своё время К.Маркс предположил: "Бытие определяет сознание". Обратного пока не доказано. Может он и прав. Поди знай.
В детстве % моральных уродов стремится к нулю. У взрослых иначе. Он стабильно растёт. Понятие "Старый мудак" стало нарицательным. Видимо их достаточно много, что настораживает и пугает. Вдруг это заразно?
Юрка "выгодно" отличался от остальных пацанов нашего двора. Отличался "нестандартной комплектацией". Он был создан не из "стекляшек и промокашек". Этот "гордый потомок", слияния города и деревни, был слеплен из козявок и сумрака. Редкое по сути чмо. Его ненавидели и презирали, но побаивались. Дрался он подло, носил нож и имел привычку мстить исподтишка. Компанию водил мутную. Ходили неясные слухи о грабежах припозднившихся прохожих и воровстве из вагонов на ж/д.
Однако общественность его терпела и время от времени брала на поруки. Надо отдать ему должное, дома он гадил по минимуму. Соседи по подъезду конечно страдали. Парень был в затянувшемся пубертате и от скрипа его мастурбаций многие не высыпались. Но в этом не было его вины. Как известно, в "хрущёвках" всегда было плохо с звукоизоляцией.
2. Была середина ноября 1974го года. Чуть более месяца назад закончилось хоккейная баталия между СССР и Канадой (Суперсерия СССР — Канада 1974 года). Пацаны всей страны мечтали попасть в сборную. Наш двор не стал исключением. Для воплощения мечты в быль, городскими пацанами был опустошён магазин "Спорттовары". Очередь за клюшками, тогда была обычным делом. Народ экономил деньги на школьных обедах. Прижимистые разбивали копилки. Везучим купили родители.
Парни из нашего двора пошли проторенной дорожкой и учредили хоккейную лигу. Вновь созданный институт получился многочисленным. Первый набор составил более 50и человек. Хватало на 5 команд. И мы решили провести свой чемпионат. Надо было делиться на фракции.
Изначально распределили народ по весу. Не очень получилось. Потом по росту. Вышло ещё хуже. Был вариант сделать, как в школьном журнале, по первой букве фамилии. Об этом даже вспомнить стыдно. "Первый - Второй" отдавал бюрократизмом и казёнщиной.
Вариант разделиться по возрасту отпал сам собой. Если бы пошли этой кривой дорожкой, то ничего хорошего не могло получиться. У нас во дворе появился бы свой местечковый "ЦСКА". По причине того, что старшие всегда будут выигрывать у младших. Чемпионский титул стал бы профанацией.
В итоге решили бросить жребий. Разумеется результаты многим не понравились. Споры перерастали в драки. Закадыки по сто раз переругались и перемирились. Были случаи, когда пацаны переходили из "клуба" в "клуб" по пять раз на дню. Через неделю страсти улеглись и пришла пора "большого хоккея".
"Кузница чемпионов" была построена и укомплектована добровольцами. Инвентарь приобретён. Спортивная дисциплина и режим присутствовали. Самый одиозный неофит даже курить бросил. Дело было за малым: "Где и когда".
В районе было несколько кортов. Туда мы и направились. Оказалось всё очень непросто. Местные пацаны сами играли в хоккей. С утра до ночи. Нам место и время уступать не собирались. Понятия "Ночная лига" ещё не было, да и родители наверняка бы возражали. Самые "горячие" головы предложили самозахват. Их разумеется "остудили" и они обиделись. "Самый одиозный", в знак протеста, вышел из состава нашей лиги и снова начал курить.
Надо было что - то делать и мы решили построить корт сами. Неделю собирали деревяшки, перелопатив весь город. Воровать мы тогда стеснялись и не умели. Поэтому пиломатериалов хватило только на ворота и табло.
"Самый одиозный" снова вступил в лигу и поклялся больше никогда не курить. После пошёл в "Дворец пионеров", с просьбой о помощи в строительстве социально - значимого объекта. Там его похвалили, дали почётную грамоту и включили в план. План был на следующую пятилетку. Переговорщик впал в уныние, стрельнул у прохожего сигарету, а после в первый раз в жизни напился.
3. Вариантов больше не было. Пришлось обойтись теми материалами, что были доступны. А доступен был только снег. Пацаны собрали всё, что выпало на тот момент в городе. Лишив коммунальные службы работы и смысла существования.
Ещё накануне тракторист Петрович получил нагоняй от начальства за плохо расчищенные дороги. Поклялся, что в понедельник наведёт порядок. Утром он выехал на своей "Беларуське" с твёрдым намерением победить стихию. Но обнаружил, что город выскоблен дочиста. Вспомнить, когда, как и зачем он это сделал, не смог. Это так поразило ранимую душу пролетария, что он немедленно ушёл в запой. Начальство, тем не менее, посчитало его героем и трудоголиком. Назвало результаты уборки трудовым подвигом и выписало прогрессивку.
Из трофейного снега, мы сделали для будущего корта бортики. Получилось невысоко, но мы решили, что на первое время достаточно. Теперь шайбы пущеные низом должны были перестать дематериализоваться. Раньше они частенько исчезали в никуда. По этой банальной причине лига несла финансовые потери. Известный факт, что финансирование детского хокея традиционно было недостаточным. Каждая бесследно пропавшая шайба "делала дыру" в скудном бюджете. В иной игровой день начинало попахивать дефолтом.
По этой веской причине: броски и передачи верхом были временно вне закона. Минимум до сильных снегопадов, когда будет возможность "подрастить" борта нашего корта.
Приёмы типа: "впечатать соперника в борт" тоже были запрещены. В нашей реальности опоненты не впечатывались, а вылетали к зрителям. Это грозило потерей спортивной формы и пустой скамейкой запасных.
К выходным корт был готов. Оставалось только залить лёд.
Хмурое воскресное утро будущие чемпионы встречали почти во всеоружии. Почти заключалось в отсутствии шланга. Его банально спёрли. Вот вечером он был. Вот утром его нет.
Надежды советской школы хоккея не впали в уныние. Несколько лентяев попыталось роптать. Им пообещали пожизненное стояние на воротах и они заткнулись. Все хотели быть форвардами. Народ пошёл домой за вёдрами и тазиками.
Потом было нудно, долго, скучно и уныло. Руки растянулись до коленок. Спина ныла. Ноги были в синяках от вёдер. Все были мокрые и местами заледеневшие. Подъезды превратились в полосу препятствий. Из них валил пар и вытекала, пролитая рукожопами вода.
Всё рано или поздно заканчивается. К 10и часам вечера миссия была выполнена. Все настолько устали, что на радость сил не осталось. Просто разошлись по домам.
Мы и догадаться не могли, что у комунальщиков тоже выдался непростой день. Побочным явлением нашего трудового подвига было то, что в водопроводе упало давление. ЖКУ накрыло звонками трудящихся, желающих принять ванну и выпить чаю. Одни "работники метлы и лопаты" решили, что произошёл разрыв "самой большой" трубы. Другие были уверены, что это массонский заговор. Самые "умные" подумали, что это семитские проделки. Истина, как всегда была где - то рядом.
3. С утра пораньше я побежал проверить, что у нас получилось. Около нашей ледовой арены уже стояло несколько моих друзей. Они угрюмо молчали. Что - то было не так. Оказалось, что наше сооружение построено на "народной тропе". Милые родители и добрые соседи пошли утром на работу. Обходить наш корт никто и не подумал. В результате ИТР и пролетарии протоптали, в едва схватившимся льду, приличных размеров колею. Играть на такой площадке было невозможно. Старт чемпионата переносился. Самое малое на неделю. Самый одиозный ожидаемо впал в депресию. Сообщил обществу, что это божья кара. Потому он бросает нас и принял решение податься в монастырь. Про бросить курить почему - то ничего не сообщил. Забыл наверное.
В ближайшее воскресенье мы заново залили наш многострадальный корт. В этот раз мы учли свои ошибки и собрали заградотряд. На всю ночь выставили посты и каждые два часа их меняли. В шесть утра во дворе собралась вся наша компания. Пришлось нашим родным и соседям идти в обход. 50 злых пацанов не переорать. Проще было сделать крюк.
Мы на всякий случай "забили" на первые два урока. Но всё было спокойно и мы отправились в школу.
Четвёртым уроком у нас была "физра", а я забыл форму дома. Пришлось на переменке бежать домой. Это было даже кстати. Наш школьный "Самоделкин" доработал мою клюшку (загнул крюк и обклеил его стекловолокном) и принёс её в школу. Надо было отнести инвентарь в родное гнездо, пока не стырили.
Когда я подошёл к дому, то увидел на нашем свежезалитом корте Юрку. Этот ..... играл, на нашем политом потом и кровью льду, в футбол. Разумеется площадке снова наступил кирдык. Было страшно, но предъявить было необходимо. Если пацаны рано или поздно узнают, что я всё видел и ничего не сделал. Тогда мне во дворе лучше не появляться.
Я глубоко вздохнул, сделал "морду кирпичом" и начал разговор. Сильно "борзеть" было чревато. Мне было 9. Оппоненту 16. Шансов в драке у меня не было.
Но тут я заметил, что в 30и метрах, сидит с компанией старший брат моего друга.
Он на днях дембельнулся и они третий день отмечали. Периодически выходя на улицу покурить. Это меняло расклад сил. Если будет совсем туго, то позову на помощь. Прибежит на подмогу. Куда он денется. Иначе его родня сожрёт.
Разговор получился коротким. От меня требовалось промолчать о том, что я видел. Пусть то, кто испортил лёд останется между нами. Я ответил отрицательно и был избит по полной программе. Однако умудрился поставить недругу синяк и укусить за палец. Это его сильно разозлило и он совершил фатальную для себя ошибку. Этот гад взял и сломал надвое мою новую "фильдеперсовую" клюшку. Как говорится: "Горбатого добела не отмоешь".
Я очень сильно обиделся. У меня "пала планка". "И мальчики кровавые в глазах". Впервые в жизни включился режим берсерка. Было пофиг на боль и жизнь. Надо было любой ценой порвать врага. Я схватил останки клюшки и попёр в атаку. Противник опешил и ненадолго завис. Это промедление кончилось для него плохо. Клюшка въехала ему в переносицу. Что - то неприятно хрустнуло и полилось очень много крови.
Дальше начались чудеса. Юрка натурально зарыдал и бросился бежать. Крича на ходу, что теперь мне ........ .Завтра он вернётся с корешами и мы ответим за всё. Обещал разломать наш корт и отметелить всех и не по разу.
"Он не зассал
Он просто с клячи ёбнулся
А пока вставал
Бой уже закончился
Ёб вашу мать
На жаргоне ленинском
Крикнул гадам вспять
Мы бля с вами встретимся" (Х.З.).
Преследовать супостата я не стал. Победа была трудной, но заслуженной.
Оставалось ещё одно незаконченое дело. Надо было разобраться с дембелями.Это что за дела? На твоих глазах метелят друга твоего младшего брата. А ты бухаешь с друзьями и в "ус не дуешь". Тут ребёнка почти убили. Где защита и опора?
Кряхтя и попёрдывая я направился к сидевшей на лавочке компании. Когда подошёл поближе, то был очень удивлён. Это были не дембеля. Просто какие - то тётки вышли выхлопать половики. "Сцепились языками" и ничего вокруг не замечали. Вот тут я и "обоссался". Одно дело встревать в разборки, наверняка зная, что тебе помогут. Совсем другое биться рассчитывая только на себя.
Надо было слушать родителей. Всё таки минус 4,5. Очки были давно выписаны и куплены. А я стеснялся их носить. В 9 лет кличка "Очкарик" считалась обидной. Сейчас это кажется глупым.
После драки пришлось отлёживаться пару дней. "Фонари" сошли через неделю. Пара выбитых зубов не в счёт. "Молочные" не жалко. Вырастут новые. Дома сказал что упал. Такие горки скользкие стали делать. Они разумеется поверили.
Оценив мой героизм и стойкость, пацаны придумали кличку. С того дня все звали меня: "Бэшан", что было производным от слова бешеный.
Корт мы довели до ума. Играли всю зиму, не обращая внимания на морозы и ветра. Разумеется в большой хоккей никто не попал. Да и пофиг. В этом деле важно совсем другое. Мы научились дружбе и чувству локтя. Впервые сделали что - то важное своими руками. Когда было трудно не сдались и довели дело до конца. На своей шкуре оценили значения слов: честность и взаимовыручка. Убедились, что добро побеждает зло. Это были первые шаги из мальчиков в мужчины.
"Великая русская литература зиждется на страдании. Страдает либо герой, либо автор, либо читатель. Если все вместе - шедевр.".
Сдаётся мне, что в этом повествовании страдали все. Читатель из - за длинного текста. Герои от тяжких трудов и забот. Автор от побоев и творческих мук.
Владимир.
17.05.2023.

60

В школе я презирал своих родителей. Они были старые, бедные, и больные. Мать -приволакивала ногу, а отец - практически слепой. Они тоже стеснялись, и не ходили ни на собрания, ни на выпускной. На котором я один сидел в школьной форме, потому что другой приличной одежды не было. И с завистью смотрел на принаряженных друзей и упомрачительных девчонок. И на их молодых и успешных мам и пап.
В доме всегда были сухари. Потому что хлеб не выбрасывался. В воскресенье варился борщ в выварке, который ели всю неделю. То, что чай нужно заваривать каждый раз, я узнал, только навсегда уехав после школы из дому. А так на кухне стоял заварной чайник с отбитым носиком, в который подливался кипяток, и всем хватало этой жижи на пару дней.
Да, я знал, что они - жертвы войны. Но про войну тогда так часто и бравурно показывали, что это стало просто фоном. Как и партия-наш-рулевой.
И только много лет позднее до меня дошло, что случилось. Как в 43м, в безвестном наступлении, абсолютно здоровый парень попал под пулеметную очередь, выбившую глаз, навсегда повредившую мозг и легкие.
И как в 42м молодая и красивая сельская девушка перебила ломом сама себе колено, чтобы не угнали в Германию.
Дошло.
Но было поздно признаться им в этом.
Они уже умерли.

62

Дядя Лёня

Родился-то он Алексеем Алексеевичем, а мы, точнее я, с подачи старших родственников иначе как Лёней его не называли. Добрейший человек. Немногословный и безусловно покорливый жене. Уважаемый всей моей роднёй. Но с усмешкой. Дело в том, что он здорово закладывал за воротник. Поэтому все истории из его жизни это приключения. Одна из родственниц, живущая, волею судеб, в Египте, интересовалась историей клана. Для передачи потомкам. И я подумал – отчего ж не вспомнить хорошего человека! Истории о его приключениях я слышал с малого детства своего.

1. Возвращался он с работы. (В дальнейшем и всегда читатель должен подразумевать, что с работы он трезвый не ходил). И увидел в арке двух мужиков грабящих девушку. Что делает нормальный мужик в таких случаях? Правильно! Отворачивается и продолжает свой путь усталого. А дядя Лёня заступился и отбил у них несчастную. Обидевшись, они хотели и его ограбить. Получку забрать. Но дядя Лёня взял этих двух и отвёл под руки, они не хотели, в ментовку. Шатаясь втроем. За что его поблагодарили в газете «Вечерний Новосибирск».

2. Улицу Станиславского ремонтировали. Заменяли трубы. Выкопали ров глубиной в пять метров и шириной в пять тоже. Длиной от площади Станиславского до Степной даже. А дяде Лёне после работы нужно зайти было в кафе «Холодок». Он и зашёл. И добавил «для сугрева». Охлаждённой в холодке. А отчего бы и нет? Уже же ж почти дома. Дом-то на другой стороне улицы, напротив «Холодка», и там ждёт его с нетерпением моя тётя Ася. И его законная жена. Перед явкой пред её очи нужно принять для смелости. Видно принял в этот раз прилично и потерял память. То есть забыл про канаву. И пошёл напрямки. Пролез сквозь пролом в дощатом заборе и загремел прямо вниз. Хорошо, что уже несколько дней шёл дождь со снегом и грунт был мягкий и даже жидкий. Не ушибся он. Правда, пришлось плыть местами. Он оказался и тут жентильменом – вывел на поверхность какую-то женщину блуждающую в темноте по этому рву. И вот так, комом грязи, явился жене.

У тёти Аси было припасено для таких случаев…. Внучек Андрюшка когда-то подарил бабушке с дедушкой самодельновыстроганную шпагу с гардой из консервной банки. Вот, только услышав грохот гаражных замков на входной двери, тётя Ася мягко, но быстро встала на ноги. Она у нас йогиня и как раз, ожидая прихода благоверного успокаивалась стоя вверх ногами у стены. Увидев мужа в шляпе и грязи, молча-привычно начала тыкать в него этой самой дарёной внуковой шпагой. Тем самым заставляя того идти вдоль стены, а не по ковровой дорожке. И так сопроводила до ванной. После чего, в спальне, опять приняла позу, но уже лотоса. Забылась и отрешилась. Дело-то житейское, привычное! Выйдя из нирваны решила глянуть что и как? В ванной обнаружила пальто мужа и брюки. Они были залиты тёплой водой и отмокали. Шляпа сверху плавала. Плюнула и, удостоверившись, что сам он уже спит, оставила все как есть. Завтра выходной и пусть сам себе стирает…. Паразит! В кухне обнаружила бутыку водки. Отклеила этикетку. Отклеила другую этикетку, уже с бутылки с крысиной отравой. Крыситную приклеила к водочной, а водочную выбросила. Это чтобы меньше пил, она и лишила его резерва. Обе бутылки поставила за унитаз, где раньше стояла крыситная в компании с другими непитьевыми жидкостями.

Поутру они проснулись. То есть она проснулась без будильника. Поздно. Суббота же. И не обнаружила мужа. И пальто. И шляпы. Брюки висели и с них капало. Опять плюнула!

А дядя Лёня проснулся рано, вспомнил, что сегодня у него неотложные дела в зоне. Он ведь работал там не сталкером, а прорабом в «Пятёрке». В лагере. С зэками. Её, эту «Пятёрку» в «Архипелаге ГУЛАГе» еще Солженицын воспел. Тюрьма-завод на окраине Новосибирска.

Проснувшись и нарядившись во всё не новое, но хорошо вымоченное и отжатое, сел в трамвай и был таков. День проведя на работе и на открытом воздухе, а чо! - только ноябрь же, к вечеру был дома. Как огурчик солёный – то есть мочёный в водке. И ничего ему не было! Чихнул раз десяток, на что получил замечание от жены – мешал просмотру увлекательной передачи «А ну-ка девушки».

А бутылку из под «крысита» тётя Ася обнаружила через неделю пустой. На привычном месте – за унитазом. И не слова упрёка в адрес жены! Ох не прост был наш любимый дядя Лёня!

3. Вечер. Звонок в дверь. Тётя Ася идёт открывать. За дверью муж. Руки заняты – подмышками у него два барана. Мороженой ногой правого давит кнопку и даже не замечает, что дверь уже открыта. Проносит баранов в кухню, а тётя Ася идёт к телевизору в комнату и продолжает штудировать йоговистскую литературу. Она у нас начальница типографии и одна из немногих таких начальниц, кто соглашается печатать запрещённую литературу. К ней обращаются все ушибленные йогами. И даже из Академгородка учёные, вроде бы, люди, подхватив этот вирус, передали его ей. Достигла она некоторых успехов в познании этой религии. Ежедневные занятия дали плоды.

Но нужно и паузу делать иногда в учении. Она идёт в кухню. Проверить что и как. Там за столом сидит наш любимый дядя Лёня и ест из сковороды жареную баранью строганину. На плитке стоит вторая сковорода и в ней тоже жарится мясо. В углу обстроганный баран. Рюмка и солонина присутствуют. А в общем порядок. Только накурено. Открывает форточку и уходит к себе в спальню. Часа через два просыпается и проверяет кухню. Там всё так же строгается и жарится и поедается мясо. Конвейер работает.

А утром Лёньки нет. Ушёл на работу уже. В углу молча стоят уже два бараньих скелета. Остаётся только помыть сковородки. Кстати, посуду и другие мелкие дела по кухне она делает в специальных тапочках. В них я, по совету академика Амосова, вложил стельки из консервной жести и припаял к ним проводки, а проводки подсоединил к водопроводной трубе. Заземляется тётя Ася. И всегда читает академика Амосова. Был такой умник, и я сам читал в «Известиях» его статью о том, что масло сливочное вредно, а мясо тоже, но если жевануть сорок раз, то можно и глотать. Так учил Амосов тётю Асю, а она меня. Годы то были семидесятые, голодные. Впоследствии Амосов полностью сошел с ума и писал совсем противоположные вещи. Но это уже после смерти тёти Аси.

63

Месть не выход, но прекрасное развлечение. (Публий Корнелий Тацит)

Истории у меня традиционно длинные, кто такое не любит – просто листайте.
Про клофелинщиц слышал много, в какой-то момент, наверное, было весьма массовое явление, но сам сталкивался вживую только один раз. Не знаю даже, как сказать – удачно или нет. Судите сами.

Лет 20 назад было. Приехал в родной город, само собой - организовалась встреча с друзьями детства. Планировали сходить в кабак или пивнушку куда-нибудь посидеть. Условие - чтобы не было громкой музыки, неважно, живой или неживой, чтобы спокойно поболтать в свое удовольствие.
Пошли вчетвером, в хороший ресторан с отдельным «тихим» залом, без музыки.
Посидели отлично, и выпили нормально, и закусили, и поржали всласть, вспоминая истории из детства и бесшабашной юности. А потом, как обычно захотелось «продолжения банкета» и понесла нас нелегкая в самый крутой в городе клуб.
Поехали уже втроем, один товарищ отказался, этим вечером (почти ночью) на вахту поездом уезжал. Зато вручил мне ключи от квартиры, под мои клятвенные уверения, что все будет чинно, благородно. Кстати, он единственный холостой в тот момент среди нас.

Клубы не особо люблю, в первую очередь из-за: ну очень громкой музыки, сложности в разговорах, да и, наверное, отдискотечили уже свое. Все мы со товарищами тогда в возраст Христа вошли, попрыгать еще можно, но уже без фанатизма и точно не часами отплясывать, сие скучно по факту, оказывается. Зацепить девчонок другое дело, но опять же, весь вечер только телодвижениями симпатию демонстрировать, как тот мальчик, который жестами показывал, что его зовут Хуан…
Как знакомиться и флиртовать с женщинами, не используя главное оружие умного мужчины – твой хорошо подвешенный язык? Как выражать свое восхищение без игривых комплиментов, весело двусмысленных или откровенных? Без шуток и юмора, без всей этой красивой игры… Вот и я не понимаю.

Потом за одним товарищем приехала жена, Вовка тоже с ними засобирался, а я решил остаться. Как-то жалко, такой великолепный вечер и так бездарно закончить, просто завалившись спать.
Пару попыток знакомства уже сделал, но везде отшили, девочки тройками-парами (а других без парней нет) не любят знакомится с одинокими, тем более «старыми» мальчиками.
Решил, что сегодня уже не получится, присел в баре возле танцпола с коктейлем, просто любуясь красивыми, танцующими девчонками.

На освободившееся место, рядом присела симпатичная девушка. На меня ноль внимания, пыталась жестом привлечь мечущегося, взмыленного бармена.
- Давайте я вас угощу… - практически на ухо прокричал я. Немного повернулась, посмотрела пристально и царственно кивнула.
- Мохито… - громко выдохнула, в мое подобострастно склоненное ухо. Имена сказали, но общаться и орать так долго невозможно, поэтому дождавшись ее бокала, я жестом у губ показал затяжку и кивнул в сторону выхода. Тоже кивнула.
Оказалась в похожей ситуации. Тоже была с подругами, но те с какой-то компашкой парней уехали. Она ехать с ними наотрез отказалась, несмотря на все уговоры, «да ну нафиг - уроды полные». Ведь есть же нормальные варианты, и игриво взглядом… Я хоть и выпивший уже в свою лучшую кондицию, но голову и благоразумие еще не потерял.
Эт чо, получается, нам сейчас комплимент нехилый сделали?! Спросил я себя про себя, обратившись к себе во множественном числе и по имени-отчеству.))
Слушайте, но я нормально тогда себя оценивал, не голливудский красавец, но спортивный, стройный, без малейшего признака живота. И тем более без каких-либо кривых ножек, плешей, прыщей, волосатых ушей и прочего подобного, что компенсируется только деньгами или властью. В общем среднестатистический, в меру симпатичный и ухоженный, нормально прикинутый мужик в рассвете лет. При этом явно не самый первый парень на танцполе, к тому же старше ее лет на 8-10 точно. Но под градусом свою привлекательность все склонны переоценивать, поэтому не увидел ничего такого, почему бы со мной красивая девушка не может поехать.
А она уж дюже симпатичная и на лицо, и на другие части молодого организма. Впору влюбиться.
Согласилась со мной поехать сразу, и тревожный звоночек у меня прозвучал, а я молодецки от него отмахнулся, просто дав себе зарок быть внимательнее, но, подумалось, что может просто Настена решила сегодня непременно «оторваться», вот и выбрала самый, на ее женский взгляд, надежный мужской вариант.

По ночному городу доехали быстро, в такси почти не разговаривали, терпеть не могу чужие уши и глаза рядом в таких обстоятельствах, и тем более без каких-либо юношеских лобызаний на заднем сиденье, 10 минут ничего не решают. А надо с чувством, с толком, с расстановкой… И уж точно близкий контакт без запаха пота от моего разгоряченного, активными плясками, тела.

Ах, это благословенное сибирское лето! Особенно июнь. Днем жара, а вот ночь очень комфортна, можно и купаться без риска замерзнуть, и хоть голышом на улице спать (если бы не комарики), но в жару и в большом городе их немного. Поэтому на такси не до самого подъезда, решили немного пройтись. А она заметно зажалась, пропала первоначальная легкость общения, решил, что просто немного трусит, с практически незнакомым мужиком куда-то идет в неизвестность. Это немного развеяло мои опасения, а, чтобы приглушить их у нее, зашли еще в круглосуточный магазин рядом с домом за шампанским, фруктами и прочими шоколадками.

Мой же червячок сомнения все-таки окончательно и до конца не пропал…
- Давай иди в душ, чувствуй себя, как дома, а я тут приберусь немного…
У Женьки я неоднократно бывал и в разных ситуациях, поэтому ориентировался в квартире отлично. Засунул в морозилку бутылку шампанского, помыл фрукты. А когда зашумела вода, первым делом закрыл ключом на железной двери мощный верхний замок, который работал только от ключа и изнутри, и снаружи. Снял часы, вытряхнул деньги из кармана (не так уж много и осталось) и вместе с ключами и портмоне с документами засунул в неожиданный и неординарный тайник. Расстелил диван, включил музыку (очень тихонько, ночь все-таки), зажег в углу неяркий торшер. Создал, так сказать романтичную обстановку.
- Ладно, я тоже в душ, а ты организуй тут пока. Шампусик еще совсем теплый, так что давай по водке, в холодильнике полбутылки стоит и пошарься еще там, может закуску какую найдешь.
Вышел, а она уже столик накрыла, из мясной нарезки бутеры маленькие сделала, оливки в маленькой чашечке…, в запотевших стопочках уже водочка разлита. Красота…
Но вот с водкой ты Настя точно поторопилась, опасения вспыхнули с новой силой.
- Не-е, что-то не хочу водку, давай шампанское. Остыло, наверное, уже. Да и тост за близкое знакомство неправильно с водки начинать…

Блин, и открывал бутылку сам, и разливал, и за руками буквально следил… Но даже не понял, как и когда выключился.
Очнулся ничком на полу в жутком состоянии, еще и ребра справа нешуточно ноют. Пощупал, перелома вроде нет, но острая боль от малейшего прикосновения - полное ощущение, что кто-то нехило так зарядил лежачему с ноги. Господи, как плохо то… Тошнит еще и пол кружится. Не так много вчера выпил, чтобы так болеть и с такой дозы ни за что бы так не вырубился. Похоже, оно…
Тихонечко встал, постоял секунд двадцать, подавляя головокружение, глянул на настенные часы. Почти семь утра. Четыре часа минимум значит провалялся. А эта спит одетая на разложенном мною заранее диване.
Уйти ей понятно не получилось, а сейчас дуру включать начнет, типа «я не я и лошадь не моя», «не виноватая я, он сам пришел» и так далее.

Мне друзья, как-то подарили миниатюрные наручники, которые на большие пальцы рук защелкиваются. Работают и свою функцию выполняют, как реальные большие наручники. Из титана, маленькие, легкие, но очень прочные. Цепочка сантиметров пять. Я их стилизовал под брелок, одну часть полностью спрятал в лохматой маленькой мягкой игрушке, а к другой цеплял колечко с ключами. И не догадаешься, что такое. И открывались не ключом, а было малюсенькое отверстие на каждой части, настольно маленькое, что даже обычная иголка не лезла. Оригинальную открывалку из тонюсенькой, но жесткой стальной проволоки я быстро потерял, приспособил крошечную булавку, реально мелкую, умещалась на ногте пальца и прицепленную к той же игрушке. Вот надо же, в какой ситуации эти наручники пригодились.

Двигаясь очень осторожно и тихо, достал из тайника и приготовил наручники. Подойдя примерился, стараясь не смотреть в лицо спящему человеку. Потом одним резким движением защелкнул наручник на одном большом пальце ее руки, а вторым движением плавно, но быстро опустил ее руку вниз и защелкнул вторую часть на металлической трубке выдвижной части дивана. Только теперь окончательно проснулась. Дернула рукой, посмотрела, явно испугалась, но надо отдать ей должное, сразу постаралась страх перевести в наезд:
- Чо за дела?! Я сейчас закричу…
- Сперва послушай, что скажу, а потом можешь кричать, сколько пожелаешь – я присел в кресло напротив дивана.
- Ты уже поняла и осознала, что я теперь понимаю про клофелин или что-там у тебя было. А я тоже знаю, что ты знаешь, что я знаю. Поэтому давай сразу оставим эти игрища про невинную принцессу и сказки про «сам напился». Я мальчик уже большой и прекрасно себя знаю, и сколько я вчера выпил, и что может быть со мной от такой дозы. Чтобы так вырубится, мне потребовалось бы минимум в три раза больше и то не факт, что я до дивана бы не дошел… – я встал и подняв майку, продемонстрировал почти круглую, уже бордовую, с красными подкожными кровоподтеками, гематому на ребрах.
- И вот это не прощу, только не говори, что сам об ковер. Помолчи пока – одернул я Настю, попытавшуюся что-то сказать.

- Короче, у нас есть варианты:
- Первый - я сейчас звоню своему однокласснику, он между прочим начальник уголовного розыска этого района. И по стечению счастливых обстоятельств сейчас находится в РОВД на дежурстве, вчера из-за этого с нами на встречу не пошел. Он по моему звонку с радостью приедет, чтобы с поличным задержать злостную клофелинщицу. И не сомневайся, обязательно с двумя понятыми, которые подтвердят твое задержание на выходе, и в твоей сумке будут украденные материальные ценности, мой телефон и документы. А меня повезут на экспертизу, которая честно покажет наличие убойной дозы известного лекарственного средства в моем многострадальном организме. Также, в квартире найдутся твои отпечатки пальцев. С такой доказательной базой тебя ни один адвокат не отмажет – я уже стоял над ней, как обличитель.
- Но это еще не всё. Таких подруг, как ты задерживают редко, поэтому если попалась, то повешают на тебя всех городских собак за последний год, а может и больше, по подобным делам. С ментов раскрываемость еще как требуют. А если ты думаешь, что сможешь изобразить стойкую партизанку, а-ля Зоя Космодемьянская, то поверь – не сможешь. Там методы воздействия (и не только физического) отработаны десятилетиями и не таких обламывали. Я вот когда лет десять назад прочитал первый раз о деле Чикатило, по которому расстреляли еще несколько невиновных, не мог никак понять, как и зачем эти невиновные мужики брали на себя однозначно расстрельную статью. Потом доходчиво разъяснили… – я помолчал немного, она тоже молчала.
- Так, что пойдешь могучим паровозом с десятком вагонов-эпизодов на максимальный по статье срок. Я УК не очень знаю, но думаю меньше пятерки не светит и возможно строгого режима – у Насти задрожали губы и навернулись слезы, но продолжала лежать молча.

- Но я добрый, хоть и злой сегодня. Жизнь тебе окончательно ломать не хочу. Поэтому предлагаю второй вариант. Я тебя сдавать не буду и отпущу, но с одним условием - мы с тобой обязательно продолжим, вернее начнем, то, для чего я тебя вчера сюда привез. Будем, всё ранее произошедшее, считать трагической случайностью.
- Ну ты и сволочь… Шантажируешь значит… По-другому бабы не дают?
- Ого! Охренеть ты перевернула! И шантажом сие сложно назвать, мы сюда вчера ехали добровольно, без какого-либо принуждения и с определенной, понятной целью, вслух неоглашённой, но вполне сторонами явно декларируемой, хоть и без письменного договора согласия. Или все-таки хочешь, чтобы я совсем правильным оказался и как добропорядочный гражданин сдал тебя правоохранительным органам?
- Молчишь? Вот полежи и подумай, а я пока умоюсь. Где твой телефон? Заберу пока. Но можешь покричать, тогда останется у меня и у тебя только первый вариант.
- Отцепи, пожалуйста. Больно… – Настя тихонько и показала на свой палец, который уже начал немного синеть. Зажал я все-таки крепко.
- Ничего потерпишь, вот за это – показал я на ребра.
- Да я не сильно вроде… - жалобно и жалостливо.
- Нормально так, да еще по полностью расслабленному телу. Ничего с твоим пальцем не произойдет. И не пытайся снять или порвать, из здоровых мужиков никто не смог, и ты точно не сможешь, только палец повредишь.
- Прости меня, пожалуйста… Отпусти просто меня. Очень прошу. Тебе же это сейчас не особенно надо, вижу же, что плохо тебе. Давай лучше потом встретимся, обещаю, а у меня дочка дома маленькая, полтора года всего.
- Не дави на жалость. Может быть и отпустил бы просто по доброте душевной, но из-за этого, точно нет – я снова показал на свой бок. Для тебя будет типа наказание, а для меня моральное удовлетворение должно быть по любому. Я же обещаю, что будет всё галантно, вежливо и тактично, без грубости и насилия, если только сама не решишь изображать монашку в руках пирата.
- Но если есть у тебя в мыслях, что-нибудь сделать героическое, типа оглушить меня вазой, как во всех голливудских фильмах, или как-то еще напасть, то сразу говорю, даже не думай. Ты со мной не справишься ни при каком раскладе, а вот я тогда стану очень и очень недобрым и бить буду по-настоящему, невзирая на пол, как бил бы мужика. И ведь тогда обязательно в нервяке, что-нибудь тебе сломаю, нос набок сверну, например. И тогда у нас останется только третий вариант.

Не закрывая дверь в ванную, встал под холодный душ. После растерся полотенцем – заметно полегчало. Глянул на себя в зеркало: Нет золотой цепочки на шее! Сука!!! Не то, чтобы прямо там толстая цепь, но грамм 20 вместе с крестиком было, да еще и подарок жены. Носил, не снимая и так к ней привык, что не замечал и вчера даже не подумалось снять.
Быстро в одном полотенце прошелся по квартире, вот там DVD-плеер не совсем так стоит, и провода неправильно воткнуты, шкаф открыл – вещи, как попало, дубленка криво висит, норковая шапка смята. На аккуратиста Женьку вообще не похоже. Посмотрел ее телефон. Тогда еще кнопочные были, Нокиа 3310 самый популярный, с паролями на вход редко кто заморачивался.
Ага, вот оно что, куча ночных вызовов на один и тот же номер, записанный, как Сережа. Мужик ее похоже, но какой нафиг ее мужчина, нормальный бы свою женщину на такое бы точно не подписал, подельник или сутенер, если хотите. Картинка окончательно сложилась. Когда я вырубился, позвонила значит своему Сереже, а сама «баулы» быстрее паковать с ценными вещами. Обнесли бы хату, как нефиг делать, вот бы я потом перед Женькой краснел и оправдывался. А когда приехал Сережа, то оказалось, что выйти то никак нельзя и этаж шестой. И ключей нигде нет. И шуметь ночью себе дороже. Вот тогда-то я и получил от нее мощный пинок по ребрам со злости. Наверное, совещались долго, но решили, что она прикинется невинной овечкой, распихала все по местам, но жадность фраера сгубила… А я уже действительно думал отпустить ее просто так. Вышел на балкон. Ага, вот похоже и Сережа. Через один подъезд стоит праворукая Тойота Марк 2, переднее стекло полуопущено, спинка водительского сиденья откинута полностью и там явно кто-то полулежит.

- Где цепочка? – я показал на свою шею.
- Какая цепочка? – и наивно округлила глаза, изображая неподдельное удивление.
- Моя! Золотая! С крестиком!
- А я тут причем? Может раньше потерял, еще в клубе…
- На мне она была, когда вчера в душ ходил. Отдай по-хорошему… – а сам задумался, могла ли, например, завернуть в бумажку и выкинуть подельнику с балкона? Могла теоретически, тогда придется еще и Сережу в оборот брать. Но зная характер и природу женщин, решил, что нет. У нее цепочка точно. И не в квартире спрятана, а так, чтобы уйти точно с ней.
- Похоже настает третий вариант. Не хотел даже озвучивать, жалко тебя было, но видимо зря. Есть у меня еще один одноклассник, до восьмого класса вместе учились. Сейчас кент авторитетный, правая рука за городом смотрящего. Особо и давно не общаюсь, но пару звонков и найду. А мне он не откажет, мы с ним одно время в школе корешились сильно. И вот тогда девочка, возьмут тебя в оборот по-настоящему. Дочкой, например, нехило припугнут или вообще заберут, и будешь на них по хм… специальности работать, а глядя на твою витрину модельную, то трахать тебя будут многочисленно и беспредельно - и в гриву, и в хвост, и под хвост. Это страшные люди, даже иногда не совсем похоже люди, там ты точно никого не разжалобишь.
- Да, не брала я. Кругом у тебя одноклассники…
- Девочка! Я родился и вырос в этом районе. Я знаю кучу народу и меня каждая собака здесь знает. Я ходил здесь в детсад, учился в двух школах, жил в двух дворах, ходил на кучу разных секций, ездил в пионерлагеря, играл в футбол и хоккей за двор, школу и район. У меня тут друзей и знакомых, как деревьев в парке, начиная от мясника на рынке, заканчивая ментами и бандитами.… Я тут свой, а ты чужая…
- А говорил, что из Москвы…
- Я только пару лет, как уехал. Ладно, попробую найти пока сам.
Я взял ее сумочку, вытряхнул все на стол и рассмотрел тщательно каждую вещь, пудреницу открыл, прокладки помял, даже зачем-то губную помаду полностью вывернул. Потом занялся самой сумочкой, прощупал всю, не забыв и ремешок.
- Снимай джинсы. Ну-у… - поднял кулак и скорчил зверскую гримасу. Теперь напугалась реально, похоже до нее начало доходить, что слова закончились.
- Перестань, не надо… - жалобно.
- Снимай, обыщу и всё… - она расстегнула пуговицу, а я взялся за джинсы у щиколоток и стянул, оставив ее в трусиках. Проверил карманы, прошелся пальцами по поясу и швам.
- Снимай лифчик – сам помог, стянул – прощупал весь, но тоже ничего. Легкую майку и символические трусики даже проверять не стал и так видно, что нет. Мысль об естественных отверстиях тоже отмел сразу. Ах, какая все-таки красивая баба... Чем-то похожая на Николь Кидман в молодости, может пониже ростом, но на лицо, на мой взгляд, даже посимпатичнее будет.
Неужели ошибся? Стоп, могла же где-нибудь в коридоре положить, завернув во что-нибудь, чтобы прихватить при выходе. Вышел в коридор, ха, как я про обувь забыл то. Ну точно, вот она моя родная, под стелькой спрятана.

- Дура ты… - я заглянул в комнату и показал ей цепочку.
- Пожалуй сдам я тебя ментам… – и взяв свой телефон, ушел на балкон в другой комнате, закрыв за собой дверь.

Но позвонил я не менту Ромке (не хотелось мне ее все-таки сдавать), а Вовке, живущем в соседнем подъезде. Не берет трубу зараза. Ладно, на городской позвоню, который с детства на память помню. На гудке десятом, сняла его жена.
- Алё… - заспанным голосом.
- Аня доброе утро. А Вовка дрыхнет еще?
- Конечно, вы во сколько вчера разошлись? Так и воскресенье сегодня. И рань какая… Случилось чего?
- Ань, я понимаю, что рано, но очень надо, подними его пожалуйста. Потом всё объясню.
Вовчику я все кратко рассказал и предложил план. Он идет минут через тридцать в киоск, берет пиво и садится на подъездной лавочке недалеко от Тойоты. При этом изображает конченного алкаша и одевается соответствующе.
- Ха, мне сегодня и изображать не нужно – заржал Вовчик, загоревшись нешуточным энтузиазмом.
- Только Вова аккуратно, посмотри сперва сколько человек в машине, может надо еще кого выдернуть.
- А ты сам не выйдешь?
- Я же тебе объясняю, хочу, чтобы выглядело, как кармическая ответка от высших сил, а не моя мелкая месть. И не забудь - по ребрам именно справа. Только давай без фанатизма и излишнего энтузиазма, чтобы сам смог уехать. И сперва все-таки убедись, что точно в эту машину девка идет.
- Не ссы, все сделаем в лучшем виде…
- И да, если вдруг вмешается, не бей кулаком, ладошкой достаточно…
- Жалеешь, что ли? После всего…
- Жалею. Все потом подробно расскажу.
За Вовку я не особо переживал. Он боксом в школе занимался, а потом ушел в самбо. Мастер спорта, между прочим. Не очень высокий, но крепкий, с мощными руками борца, а главное – быстрый и подвижный, как ртуть.

Зашел обратно, а тут у нас нешуточные слезы, рыдает, уткнувшись в подушку.
- Ну-ну, успокойся, не стал я ментам звонить… - успокоил называется, получил вообще форменную истерику, с выкриками сквозь рыдания:
- Как у вас все просто стал, не стал… Весь такой порядочный… Связи у него везде… А тут последний хрен без соли доедаешь… Хоть раз бы пожалел кто… Мужикам всем одного подай, ни разу никто не помог просто… Гады… Гады кругом… - уткнулась в подушку и затряслась всем телом.
- Не трогай меня!
- Подожди, не дергайся, сейчас отцеплю, иди умойся, только без глупостей… - пришлось намертво прижать к дивану ее трясущуюся руку, никак не мог попасть кончиком булавки в маленькую дырочку.
В туалете закрыться полностью не дал и в ванной тоже постоял рядом. Потихоньку успокоилась, долго умывалась. Лицо и глаза припухли, но все равно лицо полностью своей привлекательности не потеряло.
- Пойдем на кухню, кофе сварю, нормально поговорим, без слез и истерик…
На кухне села тихонько, как была в футболке и трусиках, глаза в стол, молчит, только еще периодически вздыхает-всхлипывает. Я на всякий случай, стараясь незаметно, поубирал с глаз долой все колюще-режущие предметы. Береженного бог бережет.
- Покажи палец. Ладно, вообще ничего страшного, останется маленький синячок вокруг фаланги и всё. Отошел уже? – только кивнула, по-прежнему не поднимая глаз.
- Завтра и не вспомнишь. Давай тебе валерьянки накапаю? – снова молча, лишь отрицательный жест.
Сварил в турке крепкий кофе, полез в холодильник, увидел только начатое шампанское, всего по бокалу и успели вчера выпить. Налил один полный бокал, поставил перед ней. Себе не стал, мало ли какая у меня в организме еще химия бродит, ни к чему рисковать.
- Надеюсь бутылка не заряжена?
- Нет… - наконец подняла глаза на меня.
- Вот и выпей, тебе точно сейчас необходимо.
Достал тарелочки с вчерашней закуской, поставил вазу с фруктами, себе налил кофе, сел за стол напротив.
- Ну рассказывай. Только не ври.
- Чего уж тут врать… - полбокала всего, но порозовела, глаза заблестели. Из личного опыта скажу, что шампанское с утра на голодный желудок, похлеще водки будет по воздействию и тем более по скорости оного.
- Я деревенская, из далекой деревни, после школы приехала в город, поступила в технологический – начала она неуверенно.
- Родители живы?
- Да, но отец инвалид, помогать мне особо нечем, так, только продуктами, раз в месяц. В общаге жила, весело поначалу было. Потом любовь-морковь случилась и беременность. Я же дура полная была. А он местный, городской все тянул и тянул, а потом послал, когда аборт уже поздно делать было. Как же я тогда ревела, даже удавится хотела.
- Прям «Москва слезам не верит».
- Не прикалывайся, меня только материнский инстинкт и удержал, жалко мне ребеночка своего еще не родившегося было. Потом академ взяла и родила Катюшеньку. С общаги естественно быстренько попросили. Прибилась к одному, а он запойным оказался. Так вроде человек человеком, а потом на месяц в жижу… Ушла, комнату сняла, родители какие-то деньги шлют, на жилье только хватает, а жить-то на что? В деревню возвращаться? – в ее глазах снова появились слезы.
- Ты поешь что-нибудь… – Настя бокал допила, заметно опьянела, я больше не наливал.
- Слушай, ты вот плачешься, что жить не на что, а тапки у тебя самые модные, не из дешевых. И джинсы, последнего писка, не на китайской барахолке куплены. Насколько разбираюсь, самый настоящий, оригинальный Levi Strauss. На клофелине поднялась?
- Если бы… То остатки роскоши былой… Решила я тогда из нищеты любой ценой вырваться. Думала найду богатого папика, внешность вроде позволяет… - Настя поставила руку на талию, подбоченилась, натянулась футболка на упругой груди, стрельнула глазами… Хм, и не скажешь, что пять минут назад горько рыдала.
- Нашла, блин! Нет с бабками у него все хорошо и не жадный. Джип крутой, все дела… Лет сорок, страшненький, но купил красиво, типа поехали по любым магазинам, моя лялька должна быть упакована лучше всех… Еще секса даже не было, а уже перевез на квартиру. Я дура и рада безумно, типа ухватила удачу за хвост. Фу-у, не хочу даже вспоминать… Налей мне еще. Короче, сбежала я от него через неделю, больше не выдержала.
- Что такого могло случиться? Бил?
- Ты действительно хочешь знать? А как кошмарики мальчику сниться начнут? Ладно, раз пошла такая пьянка, тогда слушай. Я никому вообще не рассказывала. Думаешь красивая баба и все у нее всегда зашибись? О, как бы я хотела мужиком родиться! Без этого всего дерьма. Как там у вас: Наше дело не рожать – сунул, вынул и бежать!
- Не всё так просто. У мужиков свои жизненные заморочки…
- Да?! Заморочки у них… Этот урод нормальным образом кончить не мог, только поставить тебя раком и в жопу засадив, а потом этим же в говне тебе в рот пихает, и чтобы непременно глотала… Нравилось ему видите ли, как я от боли и в рвотных спазмах корчусь. Думала перебесится, а у него видимо с зоны бзик такой. Так он еще стал выбирать моменты, когда дочка рядом. Пусть говорит смотрит, его это типа больше возбуждает. А она, хоть и не говорит еще, но все уже понимает… Как ее мамку мучают. Ревет, а этому весело…
- Не суди по одному уродцу обо всех. Думаешь нормальных нет?
- Я еще в эскорте попробовала. Красиво называется, правда? Один раз всего, но хватило, тоже сбегать пришлось. К черным заказали, привезли, а я как увидела, отказаться пыталась, сутенер вдарил под дых и пошла как миленькая. А там непослушной девочке, челюсть на максимум оттянули, да костяшки домино на коренные зубы вставили с двух сторон… И давай в горло по очереди втроем трахать, а чтобы языком не мешала, его за кончик пассатижами вытягивали. Сутенеру штраф большой заплатили и не понтуйся девочка, плевать всем на твои страдания. До сих пор блевать хочется и удушье подступает, как вспомню. Нравится? Возбуждаешься поди? Тоже так же бы хотел, мне или ляльке какой-нибудь запихнуть? Все вы гады… Сейчас клофелин — это вроде месть… - задумалась, замолчала.
- Давай ты не будешь меня обвинять в том, что я не делал и даже не планировал. Нормальных много, но ты их обычно клофелином. Не перебивай! И ведь реально убить могла, не рассчитала бы дозу или сердце, например, у меня слабым оказалось, чтобы потом с хладным трупом делала в запертой квартире? – я укоризненно покачал головой.
- Меня вот конкретно за что? Если бы вчера получилось у меня, как планировал, с нормальным, качественным и нежным сексом, то и тебя бы не обидел. И реально, есть связи, мог бы тебе помочь, с работой и прочим, и даже не за дальнейший секс, а просто, как благодарность за приятно проведенный вечер и ночь. Что такого? Вот, например, сейчас мне мысль в голову пришла, что я вполне могу тебе модельный кастинг в Москве в крутом агентстве организовать, есть у меня хороший знакомый. На подиум ты не тянешь, ростом не вышла, а вот фотомоделью вполне. Внешностью бог не обидел, а дальше только труд до седьмого пота, целеустремленность и настойчивость. Агентство действительно серьезное, никаких эскортных тем и подобного, и мне это вообще не в напряг… – Настя смотрела, широко открыв глаза.
- И знакомишься с мужчинами поди только в консерваториях и театрах? Нет, чтобы с нормальными в пивнухе или в клубе… - шутка неожиданно зашла, Настюха заулыбалась.
- Сейчас уже не поможешь?
- Злой я конечно на тебя, и за клофелин, и за подлый пинок по беспомощному телу, и за цепочку, но да ладно – помогу, жалко мне тебя, не везло тебе совсем в жизни.
- С нормальной работой, я так понимаю, никак? Или влом?
- Я бы не против, так платят везде хрен с шишом, у меня же ни специальности, ни образования.
- Если с моделью не выйдет, есть еще вариант, на ресепшн в салон Мерседес. Там красивые девушки постоянно требуются, долго не задерживаются, ха-ха замуж поголовно выходят, а у меня там директор знакомый, ты же вообще звезда будешь… – Насте, мои слова, как бальзам на душу, явно поднялось настроение, улыбка заиграла.
- Лучше расскажи, когда успела мне шампанское зарядить? Вообще не понимаю.
- Да я его и не заряжала. В сок насыпала, специально тебя грейпфрутовый попросила купить. Ты как с душа вышел, сразу стакан залпом выпил, а шампанское мы успели только по глоточку сделать, как ты выключаться начал. Я тебя на диван повела, ты еще правда лапать пытался, но по дороге просто рухнул, я тебя поднять уже не смогла… – блин, действительно я дурак. Почему только про спиртное то думал, что туда всегда сыпят. Да и в клубе все понятно, высмотрела одинокого мужика и вкусной наживкой по губам глупой рыбе поводила, вот и клюнул сам по самые жабры. Век живи – век учись!
- Ну ты и хитрющая рыжая лиса. Умная и красивая до мурашек. Достанется же кому-то такое счастье…
- Чой то я рыжая? Так чуть-чуть. Между прочим, это мой натуральный цвет – кокетливо провела рукой по волосам.
- Вот я и говорю, еще и с твоими шаловливыми глазками просто убойное сочетание, дыхание спирает и сердце трепыхается… - задумалась на секунду Настена, пристально посмотрела заблестевшими глазами и ласково:
- Прости меня, пожалуйста… Какой ты хороший и милый! Я вчера глупенькая не поняла… - Настя встала и с лукавой улыбкой подошла и села мне на колени.
- Я ж не против по-хорошему, ты мне и вчера еще понравился. Только давай с резинкой. Ладно?
- Конечно, сладкая ты моя девчуля… - ай да я, ай да сукин сын! За полчаса провернул все-таки классический мужской развод женщины на секс. Просто и эффективно, как автомат Калашникова. Подпоил, дал выговориться и поплакаться. По-настоящему пожалел, показал тут же, а какой я хороший и благородный. Рассмешил, расслабил, искренне сказал пару не шаблонных комплементов, высказал неподдельное восхищение красотой, не забывая восхищенные гляделки и вздохи, а главное - нарисовал приятную и выгодную картинку дальнейших отношений. И вуаля…

Никаких изысков, оральных излишеств и прочих Камасутр, обычная миссионерская классика, но Настя нешуточно завелась и в конце даже, что-то типа оргазма изобразила, хотя я никак вообще не подстраивался.
- Доволен?
- А то…
- Вот я и говорю, все вы мужики одинаковые. Добился все-таки, не мытьем, так катаньем…
- Ой, не начинай, иди лучше сюда… - просто полежать, обнявшись после секса, дорогого стоит. Настена уютно устроилась в моих руках, доверчиво прижалась и почти сразу засопела мне в шею. Я тоже задремал, все-таки ночка и у нее, и у меня непростая вышла.

Телефон больно резанул звуком, обидно вырывая из приятной дремотной истомы. Ох, Вовка! Я ж про тебя уже забыл почти. Выскочил с телефоном в другую комнату.
- Эй, начальник! Я тут уже практически в негра превратился, торчу на солнышке, как три тополя на Плющихе, и полторашку пиваса почти прикончил.
- Блин, Вова извини, тут подзатянулось чуть...
- Я конечно без претензий, просто поинтересоваться, идти за еще одной или нет.
- Ща, пятнадцать минут и всё.
- Давайте уже, а то соседи проходят, спрашивают, не случилось ли чего, чего мол я тут с пивом на лавочке, как бомж, загораю… Думают, наверно, что с Анькой поругался.

- Настюнь, просыпайся. Ко мне сестра сюда идет, и ты говорила про дочку.
- Точно блин, Катюха… - Настя вскочила и стала суматошно одеваться.
В прихожей на секунду перед зеркалом задумалась.
- Не стоит краситься, и так мужики штабелями валятся… и без клофелина.
- Вот фигню же голимую несешь, а отчего-то так приятно… Иди сюда, поцелуемся, а потом губы все равно накрашу, и уже все… Точно позвонишь?
- Торжественно клянусь, что позвоню. Сегодня вечером или завтра, сходим в кафе куда-нибудь посидим, поболтаем.
В дверях остановилась, посмотрела долгим, грустным взглядом:
- Ну хоть ты не обмани… – тряхнула головой и резво поскакала по лестнице не дожидаясь лифта.

Я набрал Вове, выходит мол, а сам занял позицию на лоджии, через стекло смотрю, чтобы не светиться.
Вова, не торопясь и покачиваясь поднялся с лавочки. Надо же, где такую одежду нашел то. Растянутые треники, замызганные резиновые тапки на босу ногу. Застиранная до потери цвета, бывшая когда-то красной или бордовой, истонченная, бесформенная рубашка с длинным рукавом. Подошел, качаясь к водительской дверке Тойоты и прижав руки к груди, что-то спросил. Наверное, закурить или типа мелочь сшибает. Ну вылитый алкаш.
Настя вышла из подъезда и прямиком направилась к Тойоте. Четко я вычислил. Тьфу, дилетанты…
Вовчик, оглянулся на подходившую Настю, покачнулся и словно потеряв равновесие - неловко оперся о боковое зеркало, и отломил его напрочь! Даже отсюда я услышал громкие маты. Из машины резво выскочил здоровый детина, на полголовы выше Вовки. В руках, то ли кусок трубы, то ли обрезанная милицейская дубинка, то ли еще, что-то подобное. А вот это он зря… У Вовы после службы в спорт роте ВДВ, от таких предметов в руках противника напрочь башню срывает. Как бы чего…
Бам-бам – очень быстрая, но мощная классическая двоечка в голову. Без паузы, но уже напрочь ошеломленного противника Вовчик резким рывком двумя руками за голову наклоняет на себя и коленом в высоком прыжке навстречу в лицо. Страшный удар, кто понимает. Готов. Парень рухнул-сложился, не поднимая рук, как набитый мягкой ватой. Вовка посмотрел на свою правую руку, обошел лежачего парня и примерившись пнул, как я и заказывал, справа по ребрам. Оглянулся и быстрым шагом, не забывая покачиваться, скрылся за углом дома. Надо отдать должное парню – через секунд двадцать мужественно сумел подняться, заполз в машину и с пробуксовкой стартанул. Настя, увидев, как он поднимается, без слов торопливо обошла машину и уже села на пассажирское сидение.

- Ну ты даешь! Чарли Чаплин умер бы от зависти …
- Подожди, он же помер давно. Точно помню…
- Я и говорю… - заржал я.
- Ладно, бери пиво и ко мне. Вернее, к Женьке, у него тут замечательная северная рыбка лежит, слюну вышибает.
- Не, давай лучше к нам. Анька уже два раза звонила.
- Этому черту ты ничего не сломал?
- Да не-е, я аккуратно. Но в следующий раз, еще по дороге в Чкаловский, Сереженьке сразу от страха икаться начнет.

- Ну, рассказывай кобелина… - Анька свой пацан, я ее с первого класса знаю, и она знает нас всех, как облупленных. И кремень на сплетни, в далеком детстве не столько с девчонками дружила, как с нами, пацанами. Поэтому я всё честно рассказал. Ну почти всё, почти честно…
- Всё не уйметесь. Можно подумать вам дома что-то не дают…
- А ты Владимир Юрьевич…, если еще раз без меня в клуб попрешься, яйца оторву…, вместе с корнем… – это она уже Вовке, который смотрел на нее влюбленными глазами, глупо и счастливо улыбаясь. Как же у них и с ними хорошо, прям душой отмякаешь. А Аня уже переключилась опять на меня с вопросами про жену, детей. В общем-то нехитрая женская манипуляция, чтобы я типа вину свою почувствовал и осознал. Да я не в обиде…

Вот такая вот история. Полностью реальная и правдивая, местами с трэшем, но такова селяви. За диалоги не ручаюсь, все-таки много времени прошло. Конечно чуть их приукрасил, не без этого, попытался написать историю полностью без мата, который в разговорах естественно присутствовал, местами обильно. Но не думаю, что история от этого как-то проиграла.

Настю же я больше никогда не видел и ничего про нее не знаю. Честно пытался несколько раз позвонить, в тот же день и через неделю, но не абонент. СМС безответную написал.

Ханжеские морализаторы – идите мимо. Высокоморальные, но теоретические рассуждения, что девчонку надо было спасать, не отпускать, по-настоящему помочь и так далее - не стоят даже обсуждения. Сказки про Золушку и подобные голливудские Красотки – мало имеют общего с жестокой реальностью.
Я, в свою дальнейшую жизнь, Настю включать даже не планировал. Есть любимая жена, дети, своих проблем выше крыши. И врала она мне, с ее слов, ей 23 через неделю, а дочке полтора. Хронометраж не сходится с ее жалобной байкой, вряд ли она школу закончила в 20 лет. Минимум два года в рассказе отсутствуют. Может и не Настя она вовсе. Также, проговорилась, что у нее уже третий город, где она пытается жизнь устроить, вот и думай - какой там криминальный шлейф за ней тянется. Упаси бог от такого счастья.
Легкая интрижка с красоткой (киньте в меня камень) – всегда пожалуйста. Помочь, сделать попытку увести от криминала – да, я бы это сделал просто так и не особо напрягаясь, но не более того.
Каждый кузнец своего счастья, не захотела мою помощь принять, значит такой ее был выбор, такова ее выбранная жизненная дорога и судьба. Как бы не высокопарно это прозвучало.
Но отчего-то иногда вспоминаю ее, особенно последний ее долгий, грустный взгляд в дверях, похоже прощалась навсегда…

64

Еще до ковида я был в Израиле и, в числе прочих встреч, разыскал одну давнюю знакомую. Мы общались в Москве больше двадцати лет назад, она тогда была совсем юной девушкой, почти подростком. У нас не было никаких особых отношений, просто два человека из большой компании, связанной общим хобби. Но тут взыграла ностальгия, и захотелось встретиться.

Сказать, что она изменилась – это ничего не сказать. Я был просто в шоке, когда ее увидел.

– Катя, прости...

– Не называй меня больше Катей, – перебила она. – Я теперь Керен.

– Ладно, пусть будет Керен. Тогда дважды извини за бестактность. Но все-таки объясни, что это с тобой случилось? Как, когда?

– А всегда. Это врожденное, я просто не знала. До четырнадцати лет ничего не подозревала, росла обычной девчонкой. А летом началось. Я не понимала, что со мной происходит, плакала ночи напролет, не могла спать. Рассказала матери. Та сначала отмахнулась: ерунда, пройдет, а потом потащила к врачу. Врач сказал, что лечить тут нечего, это не болезнь на самом деле. Генетический сбой, ошибка природы. Избыток мужских гормонов и что-то еще. Ничего нельзя сделать, только учиться с этим жить и по возможности скрывать от посторонних.

Я пыталась скрывать, но в школе очень быстро узнали. Я призналась одной ближайшей подруге, а она растрепала на весь класс. А это же подростки, им только покажи кого-нибудь не такого, как все. Издевались, дразнили, плевали вслед. Всячески демонстрировали, как им противно сидеть со мной за партой и вообще находиться в одном помещении. Да и взрослые не лучше, у учителей было такое выражение лиц... брезгливость, что ли? Да, брезгливость и жалость, как будто они знают обо мне что-то позорное. И я сама чувствовала себя опозоренной, не выдержала, бросила школу. Мама потом устроила меня в другую, и дальше я маскировалась изо всех сил. Вот скажи, ты ведь ни о чем не догадывался?

– Нет, даже не подозревал.

– И никто не подозревал. Но это же невозможно всю жизнь притворяться, как Штирлиц. А с личной жизнью как? Если парень проявлял интерес, я от него шарахалась. Если заниматься сексом, да и просто регулярно встречаться, поцелуи там и всё, то ведь выдашь себя рано или поздно. Я всё время думала о самоубийстве. Хорошо, что тогда появилась эта музыкальная группа, помнишь? Я понимала, что там это понарошку, чтобы эпатировать публику и чем-то выделиться, а у меня настоящее и навсегда. Но всё равно, очень помогло, что таких, как я, показывают по ТВ, и зрители не бегут в туалет блевать, а наоборот, радуются, аплодируют и просят автографы. Если б не эта группа, я бы не выжила.

А потом я переехала в Израиль, и оказалось, что тут совсем по-другому относятся. Тут кого только нет, и ко всем относятся доброжелательно. Толерантная страна. Я нашла группу поддержки, целый форум таких, как я. Девочки объяснили, что мы не уроды, не ущербные, не больные. Просто особенные. Что надо не стыдиться себя, а наоборот, гордиться. Мы однажды даже парад провели. Нарядились, нарисовали плакаты и прошли по улицам Тель-Авива. Человек 30 наших и еще куча друзей и сочувствующих. Ох, как некоторые бесились, когда нас увидели! Особенно религиозные. Кричали, что как нам не стыдно себя показывать. Что раз уж мы такими родились, то должны сидеть тихо и не высовываться. Что на таких, как мы, надо смотреть на эротических сайтах, а не на улицах, где дети ходят. Хотели даже побить, но полиция не позволила. А другие подходили, обнимали и говорили, что мы смелые и красивые, украшаем собой город, и чтобы не смели стесняться.

И я приняла себя, стала собой гордиться. Сначала было неловко, но я это преодолела и перестала обращать внимание на косые взгляды. И с личной жизнью наладилось. Меня приняли такой, какая я есть. У нас всё хорошо в постели. А в чем-то даже лучше, у меня на одну интимную проблему меньше, понятно, да? У меня растет дочь. Это не передается по наследству, она обычная, но если однажды окажется, что нет, то для нее это не будет трагедией. Я знаю, что ей сказать, чтобы она не страдала от этого, а жила счастливой.

– Катя! – сказал я. – То есть Керен! Ты очень мужественная женщина. Прости, дурацкий каламбур получился. Я хотел сказать, что ты потрясающая, я тобой горжусь. И спасибо, что всё это рассказала.

После встречи с Катей-Керен меня еще больше пробило на ностальгию. Стал переслушивать песни той группы, о которой она говорила. Помните? «Либе-либе, аморе-аморе, либо-либо, любовь!». Группа «Маша и медведи» с лысой солисткой. У Кати тотальная алопеция, у нее в 14 лет выпали все волосы на голове и вообще везде, кроме ресниц, и больше не растут. Раньше она ходила в парике, а в Израиле перестала себя стесняться и не носит ни парика, ни платков и шапок. Щеголяет голым черепом. В первый момент шокирует, но через полчаса перестаешь замечать эту ее особенность. А если посмотреть без предубеждения, то понимаешь, что она красивая женщина.

Вот так. А вы что подумали?

65

Восхищен историей Соломона Марковича от 2 января, как сочинский таксист гнал по горным перевалам и серпантинам, твердо уповая успеть за скорым поездом. Но получилось это у них под конец в пешем виде - через шлагбаумы и рельсы резвой рысью.

Мой рекордный забег в возрасте 40+ во всех лошадиных номинациях - галоп, рысь, рысца, аллюр, трусца, случился в 2010-х тоже при попытке успеть на рейс.

В роковом полете Москва-Эдинбург с пересадкой в Лондоне случилась полная жопа. Времени на нее было оставлено достаточно, часов пять, но все звезды сошлись против меня - позже взлетел из Москвы самолет, охрененной оказалась очередь на иммиграционный досмотр в Лондоне.

Я понял, что могу опоздать на пересадку, проплетшись в очереди часа полтора, продвинувшись примерно наполовину. Попытался поймать хоть какого-то служащего аэропорта, чтобы объяснить ему проблему. Это было бесполезно - они все попрятались.

Я был просто разбалован аэропортами всех прочих стран, где такие служащие рано или поздно отыскивались в подобных ситуациях. Да и сами такие проблемы случались крайне редко. Обычно очередь на таможню находится в каких-то разумных пределах, от пары минут до получаса. Но не два-три же! Даже в Мавзолей к дедушке Ленину отродясь не бывало такой очереди! А тут вроде бы развитая страна.

Я терпеливо стоял в этой лондонской очереди, пока позволяло время. Рванул на прорыв, когда оно стало заканчиваться. Категорически не желал опоздать на международную конференцию, куда я был приглашен спикером.

И вот тут случилось чудо - меня совершенно добровольно пропустила сотня граждан самых разных наций. Они сами измаялись многочасовым ожиданием, но никто не возразил!

Что выручило меня тогда, остается гадать. Смущенная добрая улыбка, искренние извинения, внятное объяснение причины моего забега, интеллигентная морда, крепкая фигура, отчаяние в глазах, хорошая скорость бега и лавирования не задевая прохожих - в общем, у каждого в этой очереди нашлась своя причина меня пропустить. У кого-то сострадание к несчастному. У кого опасение получить люлей от свихнувшегося маньяка. А кто-то просто меня не заметил, уткнувшись в смартфон.

Никто опомниться не успел, как я оказался в головке многосотенной очереди, одной из десятков. Точнее - в хвосте головки, состоявшей из таких же.

По закону больших чисел, среди многих тысяч людей, скопленных в кучу в ожидании таможенного досмотра часами, всегда найдутся люди, опаздывающие на свадьбы или похороны самых близких. Множество других есть причин, побуждающих человека вести себя буйнопомешанным в попытке успеть на пересадку, хоть на свидание к возлюбленной или интервью по вакансии.

Головка моей очереди в Хитроу был именно такой. При одном взгляде на этих людей я сразу остыл. Снова мирно поплелся в хвосте очереди. Тут стало ясно - дело швах, на рейс в Эдинбург я вряд ли успею.

Но на всякий случай загуглил и зазубрил схему аэропорта Хитроу по маршруту от этой чертовой таможни до эдинбургского терминала. Все повороты наизусть, вдруг успею.

Когда я вышел наконец из таможни и глянул на часы, пришел в отчаяние - мне оставалась всего минута-другая до завершения посадки на рейс в Эдинбург. Где-то в полутора километрах от таможни. Так быстро бегают только страусы.

Но физически и психологически я был вполне подготовлен к этому забегу. Парой часов топтания в очереди на полном адреналине. Выступать на конференции, общаться с коллегами за чашкой кофе - это одно, а бежать, чтобы успеть на всё это - нечто совсем другое. Тут включаются юношеские рефлексы, наверно. Авось успеешь, беги во прыть сколько сможешь!

Это был пожалуй мой лучший спринт в возрасте 40+. Быстрее я бегал только от гопников из ночных клубов бандитского Владивостока 90-х. В Хитроу десятых я легко обогнал несколько электрокаров и обскакивал мимо движущиеся ленты для пассажиров, едва заметив на них людские толпы.

Метров через триста спринта у меня кончилась дыхалка, перешел на вялый кросс, вернулся в сознание, стал рассматривать окрестные табло. Заметил обновление - мой рейс в Эдинбург задержан на 40 минут.

Никогда я еще не брел с таким наслаждением тихим шагом, предаваясь философским размышлениям - ты сделал всё, что мог, чтобы успеть на этот рейс. Ты проиграл вроде бы, но примерно вничью. И вот подарок судьбы - тебе дали дополнительное время. Наша жизнь - футбольный чемпионат, в сущности.

66

Истории 1980-90х. История #3.
Студенческие годы.
Году в 80-м было, вроде второй курс.
Перед лекцией к нам в комнату (общага) зашел Шурик. Рано приехал. Ему с левого берега ехать в студенческий, поэтому выезжал заблаговременно, чтоб не опаздывать. Почему то всегда с бутылкой. В этот раз тоже. Какая-то краснуха, не помню вермут или портвейн. До лекции еще полчаса, мы ее уговорили. Потом решили на первую лекцию не идти. Вторая практика, на нее и пойдем.
Сбегали в «аквариум», купили еще. Выпили. Потом подумали. Остатками ума. Пьяные то мы не сильно, с двух 0.7 на троих, но запах то куда девать? Удивились, что такая здравая мысль нам в голову после первой бутылки не пришла. Поэтому решили сбегать за третьей. Сбегали. Выпили. Потом посмотрели что там третьей парой идет.Чисто из любопытства. ТММ - тут моя могила (теория машин и механизмов), лекция. Ведет декан. Пропускать не рекомендовалось. Лекции надо было отрабатывать. Проголосовали. Я был за то что бы идти. Я на тот момент был отличником, и желал им быть оставаться.
Но большинством голосом решили идти за четвертой. Поскребли по карманам. НЕ ХВАТЕТ!!!
Тут мнения разделились. Два моих собутыльника решили на лекцию декана не ходить (от греха подальше) и завалиться спать. Я, влекомый чувством долга, подогретый алкоголем, решил идти.
Пришел, сел на камчатку. Началась лекция. Тут выяснился нюанс. Я забыл в общаге лекции. Ручку тоже. Пошарил по карманам, нашлась колода карт, их я не забыл. Свинья грязь всегда найдет. Уболтал соседей справа и слева, таких же разГиЛьдяев как те, что остались спать в общаге, расписать пульку в преферанс. Вырвали листочек, разлиновали, играем. Очень осторожно, декан все-же лекцию читает. Но недостаточно осторожно, как оказалось. Я взял прикуп и заказываю игру. Тут краем сознания чую, что -то не то. В аудитории стоит могильная тишина, как говорится, выпускайте муху.
Поднимаю глаза от карт на лектора, а того на месте нет. Смотрю влево, стоит в проходе напротив нашей троицы чуть сзади и нагло изучает мои карты.
Если вы подумали, что он начал подсказывать, какую игру заказать, то вы не угадали.
Если вы подумали, что он сказал - «так ты еще и пьяный» - то же не угадали. Я задержал дыхание, тогда я умел задерживать его до двух минут.
Слава богу, говорить ничего не пришлось, декан сказал «вон отсюда, уроды» и мы выкатились из аудитории. После этого мои партнеры по картам решили отправиться в общагу и присоединиться к моим партнерам по пьянке, сказали на бутылку у них есть.
Я, как человек очень ответственный, решил вернуться на вторую половину лекции. После перерыва забрался на камчатку, разжился листком бумаги и огрызком карандаша, сижу, пишу лекцию. Декан меня заметил минут через пять. Выгнал с позором, сказал что до конца семестра на его лекциях я не появлялся и готовился к отчислению, потому что экзамен ему я все равно не сдам.
Дальше началось интересное. На каждой лекции декан называл мою фамилию, я поднимался, и он меня выгонял. Народ угорал и заключал пари, насколько его хватит. Хватило до конца семестра.
Экзамен по ТММ был вторым. К этому времени я сдал три экзамена досрочно (5 экзаменов в сессии) на отлично, первый экзамен тоже сдал на отлично и уверенно шел в отличники. Если бы не ТММ.
Готовился к экзамену как никогда. Вошел первым, одногруппники с сочувствием пропустили, вытащил билет, написал ответы на оба вопроса, решил задачу. Досрочно вызвался отвечать.
Декан сидел и улыбался улыбкой кота Тома, когда он держал Джерри пальчиком за хвост. После моей первой фразы остановил мою речь, отодвинул в сторону мой листок с ответами, и задал вопрос, выходящий за пределы изучаемого курса. Когда я так и сказал, что мы этого не изучали, он мне ответил: «Свободен. Придешь на пересдачу такого-то числа» и назвал последний день сессии. Когда я попытался объяснить, что все экзамены уже сданы и у меня билет на сегодня на поезд на родину, и так далее, и тому подобное, осознал, больше не буду, простите подлеца.,.
На что он емко ответил «а меня не **** (не волнует)» и показал рукой на дверь. Следующие две недели я вызубрил лекции декана наизусть, проштудировал несколько учебником и дополнительные материалы, злой и решительно настроенный шел на пересдачу. В случае завала мне грозило отчисление (декан слов на ветер не бросал) и призыв в советскую армию. Но завалить меня было практически невозможно, так я считал. Перед кабинетом декана было еще пара неудачников на пересдачу. К слову сказать, мои партнеры по пьянке и преферансу сдали с первого раза, на тройки правда, но сдали.
В этот раз я пошел последним. Оба двое передо мной получили свои трояки и счастливые удалились. Я зашел, сел. Он сдвинул в сторону билеты и задал первый вопрос. Я ответил. Второй. Я ответил. Третий, выходящий за пределы курса. Я ответил.
«Вижу, что готовился. Ладно, свою тройку заслужил. Давай зачетку.»
Раскрыл, посмотрел удивленным взглядом на меня, полистал зачетку. «Так ты еще и отличник...» Взял ручку, поднес к зачетке, отложил, снова поднял, задумался.
Ход его мыслей был понятен. Поставить тройку, значит одним отличником на факультете меньше. И даже хорошистом. Отлично поставить уязвленная гордость не позволяет. И тут я хрюкнул, от смеха. Сразу же зажал рукой рот, но было поздно.
«Хорошо», и расписался.
На моей защите диплома он был заместителем председателя экзаменационной комиссии. После моего доклада и ответа на вопросы, взял экзаменационную ведомость, внимательно на меня посмотрел, и сказал: «Молодец, на тройку знаешь. Шучу - отлично». И подмигнул.

67

Мне эту историю рассказали еще в юности, и она мне была понятна и близка, потому что мой отец в те времена был охотником - промысловиком. Чушки, кабаны, барсуки, белки, еноты, медведи, зайцы, даже выдра была.
Однажды батя в тайге повстречался с тигром, говорит что почувствовал себя голым, вся шерсть на его теле встала дыбом, настолько это страшно.

Зима. Приморье.
Эта история случилось в другой бригаде. Вряд ли байка. Рассохшаяся дверь в зимовье, наверно, сквозняком открылась.

Для понимания, в охотничьих зимовьях на дверях ни замков ни крючков. Все с ружьями и боятся некого. 40 км, снегу выше колена а где и по пояс, ни урки не милиционеры не добредут. Заезжали на гусеничных тягачах. Кроме того, если охотники блуданут километров на двадцать, и наткнутся на чужой барак всегда можно заночевать. Там и дрова и пожрать - правила такие.

Охотники из зимовья с утра ушли в тайгу, поздно вернулись, не знаю чего добыли, поужинали, и свалились спать. А под утро из под нар выполз тигр, открыл дверь, и пошел на прогулку.

68

Навеяно прошлогодней историей про стихи в детском саду.

Мне было 6 лет, и я ходила в детсад рядом, на другой стороне нашего двора, только через детскую площадку пройти (на ней же мы и играли, так что бабушка могла иногда даже помахать рукой с балкона). Как-то нас попросили рассказать стихотворение. Я очень любила стихи, потому что моя мама была большая любительница, и постоянно их декламировала, особенно мне нравилось одно, такое романтическое и волшебное. Детки по очереди читали про Зайку, которого бросила хозяйка, и про доброго Доктора Айболита. Потом обычно следовало обсуждение ("Верочка, молодец! Дети - как вы думаете - почему Бычок вздыхал?" - потому что он упадет! - хором отвечали дети. И все в таком духе).

И вот настала моя очередь. 25 пар маленьких и 2 пары больших глаз смотрели на меня, гордо взобравшуюся на табуретку. Наконец-то у меня появилась возможность продекламировать мое любимое стихотворение перед широкой публикой! А то все мама, папа, бабушка или кот. Набрав побольше воздуха и сделав трагическое выражение лица, я начала печальным загробным голосом:

"A праведник шел за посланником Бога,
Огромный и светлый, по черной горе..."

На лицах представителей авторитетных органов в виде воспитательниц Валентины Ивановны и Людмилы Сергеевны появилаось некоторое недоумение, но пока еще не перешедшее в активную стадию.

... "Но громко жене говорила тревога:
Не поздно, ты можешь еще посмотреть
На красные башни родного Содома" (трубно, громовым голосом как Маяковский, ревела я)
На площадь, где пела, на двор, где пряла"

(при этих словах я картинно простерла руку, указывая на родной двор за окнами детского сада, где шел легкий ленинградский снежок)

.... "На окна пустые высокого дома" (опять взмах руки, красноречиво направленный на родной балкон 4го этажа панельной многоэтажки)
...Где милому мужу детей родила.

(на лицах воспитательниц заиграла тревога. Витя Павленко неприлично хихикнул)

...Взглянула — и, скованы смертною болью,
Глаза ее больше смотреть не могли;

(я пафосно закрыла глаза руками. В щелочку между пальцами было видно. что публика совершенно заворожена, а на лицах воспитательниц - неподдельный ужас и понимание, что остановить меня уже нельзя))

...И сделалось тело прозрачною солью,
И быстрые ноги к земле приросли.

(я застыла в позе Ленина на броневике, имитируя закостеневшую на века статую. Воспитательницы вышли из транса и двинулись ко мне с решительным выражением на лицах. Но я знала, что они не успеют - оставалось только одно четверостишье. Согруппники по саду смотрели с неподдельным восторгом, узнав так много новых интересных слов)

... "Кто женщину эту оплакивать будет?" (трагически вопрошала я аудиторию)
Не меньшей ли мнится она из утрат?

(воспитательницы были совсем близко и стали заходить в окружение, поэтому я соскочила с табуретки, и отпрыгнула на несколько шагов, успев драматически выкрикнуть на лету последние строки:

... ЛИШЬ СЕРДЦЕ МОЕ НИКОГДА НЕ ЗАБУДЕТ
ОТДАВШУЮ ЖИЗНЬ ЗА ЕДИНСТВЕННЫЙ ВЗГЛЯД!!!!!

Я приложила руки к груди и поклонилась. В игровой стояло гробовое молчание. Только громко захлопала Леночка Зайцева - она всегда всем хлопала от души. Аудитория переваривала услышанное. И в полной тишине раздался писклявый голос Сашки Левина - очень, надо сказать, живого и умного мальчика, впоследствии ставшего крупным бизнесменом и уехавшего с семьей в Америку через Израиль, где сейчас счастливо проживает с детьми и внуками. Он сказал: - Хорошее стихотворение. Но грустное. Только я не понял - а что такое "СадОм"? Это как бы дом, но с садом?

Валентина Ивановна, с каменным лицом, напоминающим как раз жену Лота, так живо описанную в стихах Анны Андреевны Ахматовой, проигнорировала Сашин вопрос, взяла меня за руку и отвела в кабинет, где меня подвергли допросу о том, откуда я знаю наизусть это идеологически неясное стихотворение. Я честно сказала, что услышала его от мамы, и у нее еще "много таких есть". С мамой потом разговор был у них отдельный, и спасло ее то, что великая поэтесса Анна Андреевна была темой ее кандидатской диссертации, которую она в тот момент писала будучи аспиранткой Пушкинского Дома. Поэтому делу о диссидентстве ход не дали, но дома мне было строго наказано "взрослых" стихов в детском саду больше не читать, а оставить мои ораторские наклонности для домашних вечеринок.

Так во мне была убита будущая великая актриса малых драматических ролей.

Англичанка (c)

69

Дед мой заядлым грибником был, пол своей жизни минимально. Правда, к грибам у него отношение было строгое - по ранней весне сморчки, в начале лета подберезовики, потом, ближе к осени - белые, грузди и подгруздки, остальных грибов он особенно и не брал, ну разве что маслят и опят с лисичками каких.

Отмахать ему 50 км за грибами, ну это как бешеной собаке в семь верст крюк сделать, зато потом он всегда возвращался с двумя корзинами белых и эдак гордо между соседей по даче с этими корзинами проходил. У тех-то по паре сморщенных моховиков набиралось, а у него видишь что?)

И вот как-то, едет он с дачи домой на автобусе, а рядом с ним тетка, тоже с лукошком, целиком набитом сатанинскими грибами.

Ребята, если вы не знаете, что такое сатанинский гриб, сейчас объясню.

Выглядит он примерно как белый, пока растет, разве что поярче. Но вот когда срежешь его, синеет аки сатана от ладана, потому и сатаниский.

Ну, и считается ядовитым в некоторых кругах.

Дед к этим кругам относился, поэтому сразу тетку за руки схватил, и ну, давай ее уговааривать:

- Выбросьте эти ваши грибы, пожалуйста! Ядовитые они!

Тетка на него прищурилась, говорит:

- Ты, поди, из Казани, ученый какой? Мне таких много попадалось, все одно и тоже твердят. А ничего эти грибы не ядовитые, горчат только. Их просто отварить надо, и все на этом. А вот пошли ко мне, я тебя ими накормлю, сам убедишься.

Дед прифигел от подобного предложения настолько, что взял, да за теткой и пошел.

А она прямо при нем этих сатанинских отварила, потушила, себе и ему на тарелку положила, и оба их навернули.

Нет, конечно, никаких отравлений не произошло, разве что моя бабушка деда приревновала из-за того, что он домой поздно вернулся.

А дед после этого всех своих спецов по грибам на кафедре, которые "сатанинские" пытались ядом адским объявить, на смех стал поднимать.

Много лет с тех пор прошло. Я давно уже не живу в Казани, переехал в Америку, и вот как-то идем мы с женой по парку и вдруг видим эти самые сатанинские грибы.

Жена б мимо прошла, а я сразу:

- О! И давай их собирать.
И собрали, а потом, по инструкциям моего деда, отварили мы их и пожарили. Замечательная жареха получилась!

Ребят, это просто воспоминание о замечательном человеке, моем деде. Он всегда был готов увидеть хорошее в том, что всеми почему-то считалось плохим. Давайте, мы тоже так будем, а?

Только, пожалуйста, не собирайте бледных, лысоватых поганок, с ними никакое отваривание не поможет.

70

К истории от 7 октября про кормежку синичек.

В прошлом году встретил удивительного деда в очереди в поликлинике - лет ему было 97, взгляд радостный, походка пружинистая. Разговорились. Он овдовел лет 20 назад, осталась квартира в городе, но жить предпочитает далеко за его пределами. У леса, на свежем воздухе, на старинной даче. Москва - только для хворей и профилактических осмотров, как в этот приезд.

Я спросил, что держит его на этом свете. Какие привычки помогают ему оставаться в веселом расположении духа и в добром здравии. Тут он оживился:
- Птицы, конечно! - и давай перечислять, кто к нему из леса прилетает, кого чем кормит, кто с кем дерется, кого дед отваживает от своей кормежки - он невзлюбил приставучих соек и ворон. Был убежден, что корм они способны добыть сами, жрать горазды, и нечего им кормиться с его пенсии. Расплодились сверх меры. Их вокальные данные он оценивал как отвратительные. Нет достойных песен - нет корму!

А вот редкие, певучие, мелкие лесные птицы - тут он сходу высыпал множество названий, из которых я знал только пеночку и синичку - совсем другое дело!

Но и их надо оберегать от постоянной халявной кормежки, чтобы не разленились добывать еду сами. Вот что с ними будет, когда я умру? - спросил он философски.

Дед помогает птицам в реально трудных ситуациях, когда вопрос для них становится о жизни и смерти. Ядреный мороз ударил или дожди сильно затянулись, особо не полетаешь. Но рад им каждое раннее утро. Платит как певцам, понемногу - за качество пения отсыпает немного корма. Четко понимает, кому что нравится. И вообще установил жесткий режим - очередность выступлений. Каждая птаха знает, когда ей петь, когда накормят и когда прогонят.

Честно говоря, позавидовал я этому человеку. Хотя мои 56 лет все-таки лучше, чем его 97. Он был счастлив, а я нет. Меня жизнь начала заколебывать, всё лучшее видел и испытал, восхитить меня трудно, работать и творить всё более лень. Меня б гарем разве что мог бы оживить в дюжину красавиц - больших любительниц секса, бани, велика, массажа, восторженных фанаток моих писаний. Хватил бы виагры - и вперед! Но тут только одна жена осталась, и она не любит баню. Скучно жить в цитадели добродетели!

А этот старец, готовый спокойно помереть хоть на следующий день - счастлив! Глядя на него, вспомнил, что сам был такой же. Но только в детстве - когда мне не нужно было ни секса, ни кофе по утрам, ни пива на ночь, ни сигарет каждый час, ни уйму денег на прихоти, ни чудес роботоспособности на работе.

Что старый, что малый - мудрое наблюдение. В детстве мне тоже нравилось кормить и слушать певчих птиц. Дышать свежим воздухом, рано просыпаться. То, что я всё это потерял в городской суете - это был не разумный выбор мой, а моя глупость и необходимость. С молодости привык, что чем больше город, чем ближе живешь к центру, чем бензиновей ароматы, тем больше денег мне платят. Очень поздно я достиг того духовного возраста, когда накормить стаю певчих птиц мне приятнее, чем съесть кусочек эксклюзивного плесневелого сыра самому. Поставки этого сыра прекратились, особо не грущу. Российские певчие птицы сохранились, им рад, жизнь продолжается.

И вообще понял, что самое счастливое время моей жизни было вовсе не то, когда я потребил чего-нибудь - съел, выпил, выкурил, износил, изъездил или оттрахал. От этого остались только смутные приятные воспоминания. Надежно смываемые ныне возрастным склерозом. Оставалось вовремя сходить на унитаз или на помойку, избавляясь от остатков потребленного.

Но самое лучшее для меня было, когда я дарил - ласки, песни, танцы, шутки, мысли, нужные или красивые вещи, клубнику или лимонник с дачи - своим любимым, родным и близким, случайным незнакомкам. От радости жизни, от избытка сил и ресурсов, которые сами по себе мне лично не нужны в таком количестве.

Мне всегда нравились солнечный свет, свежий воздух, могучий лес, чистая вода, живописные виды, хохочущие девушки и скачущие лошади - никто мне не выставлял за них никогда никакого счета. Свое лучшее я дарил, но и мне самое лучшее просто дарилось.

Или вот эти мои рассказики на ан.ру - это же не просто стайку птиц покормить, а миллион читателей развлечь. И не просом каким-нибудь, а забавными случаями и отсветами моей души. Получилось - ощущение радостное. Съездил в тропики, хорошо было - но счастье что вернулся. И эта тоска возвращаться к работе. Доказывать что-то коллегам, для меня очевидное. Писать эти бесконечные записки с настойчивостью офисного дятла.

- А дятлов вы кормите? - спросил тогда я деда. Он нахмурился:
- Дятлов - никогда! Это сильная птица. Каждый разожравшийся дятел на халяве - это несколько сгнивших от червей деревьев. Его жизненный путь - их спасать. А я спасаю птиц слабых, певчих. Которых сильные птицы клюют и закаркивают, но слушать их самих невместно.

Не хватает таких могучих дедов-спонсоров в нашем шоу-бизнесе, печально подумал я. И спросил деда напоследок:
- Ну хорошо, а если не птицы, а люди? Их вы покормите, когда попросят?

Дед задумался, но быстро нашелся.
- Отношусь к людям пожалуй так же, как и к птицам. Если пурга какая, вьюга, заблудился человек в лесу, вышел едва живой замерзший - покормлю конечно чем придется, и ночлег дам. А если он оттает и на гитаре сыграет, споет хорошо - полезу в погреб, подымусь с бутылкой коньяка. Но приручать его, раскармливать и спаивать не буду. Пусть дальше сам живет - грозно сверкнул дед очами.

71

Про авто.
Всегда из автомобилей предпочитал и предпочитаю внедорожники. Было много разных.
Есть 2 сына с разницей в 7 лет (сейчас уже взрослые мужики).
Каждому из них в своё время, лет в 10-16, нравились спортивные авто, кабриолеты и прочие мажорские тачки. И постоянно спрашивали меня, почему я такие не покупаю, вот они-то когда вырастут, то обязательно себе такие купят. На что я им отвечал:
- Хорошие дороги рано или поздно заканчиваются, а бездорожье будет ВСЕГДА.

72

Лето кадета.

С английским мы уже были на ты: -Ай эм э кадет оф э мэрин скул. Это если бы тобой заинтересовалась англоязычная девушка. Можно было бы еще добавить на романтической волне: - Зэ скул из нот фа фром, зэ сенте оф зэ сити. И про себя: - Кам хиер! Типа, сюда иди, красавица!

Лингафонный кабинет нашего английского дал сбой на столько, что уже за несколько лет до нас в нем не осталось ни одного наушника. Мы готовились к морским путешествиям изо всех сил, зачастую, посредством онанизма. Те из нас, кто онанизмом не маялся, лечились преимущественно бициллином, и очень смешно шагали на строевых, едва тягая за собою, в основном, правые ноги.

То Владивостокское лето казалось особенно приятным, даже праздничным . Все этому способствовало. Благополучное завершение последнего курса, успешное визирование, предвкушение первой загранки, с последующими ништяками, даже желтая пивная бочка, уютно вписавшаяся в дворик между продовольственным магазином, и бурыми от утреннего тумана кирпичными корпусами мореходки.

Кто-то сильно недоработал в организации учебно-воспитательного процесса, и про нашу роту на целый месяц почти забыли.
Это обстоятельство только усиливало летнее очарование. Местные, вплоть до Уссурийска (около ста км.), и те из нас, которые к тому времени обзавелись устойчивыми разнополыми отношениями в самом Владике, если и появлялись, то не надолго.
Оставшиеся в меньшинстве, в полном изнеможении бродили по длинному коридору общежития, свешивали ноги, с подоконников распахнутых настежь окон, купались до одурения, и валялись потом на небрежно застеленных шконках, недвижимые, словно выброшенные на берег морские звезды, некоторые даже в обнимку с гитарами.

Погода шептала. Выходя из под контроля гипоталамуса, по-весеннему гудели гонады или, если хотите – мудя, и жаждали приключений.

Период отпусков отцов-командиров был в самом разгаре, военная служба немногих оставшихся, сводилась к дежурствам, а дежурства к вечерним проверкам расположений учебных рот, на предмет отсутствия в курсантских кубриках легкомысленных прелестниц, и горячительных напитков.
Кроме того, наш строгий и уважаемый нами кэп, навсегда отчалил в Севастополь, оставив роту на попечение улыбчивому дяденьке с погонами капитана третьего ранга, который стал нас стращать исключительно понарошку, а мы его, так-же понарошку, стали бояться.

Из ежедневных обязанностей оставалось, не забыть пару раз в день строем добрести до столовой, поесть за четверых, отсутствующих в расположении роты , помыть за собой посуду, и уже в добром расположении вернуться обратно.
После сытой сиесты мы подолгу мылись-брились, доставали из тайников мятую «гражданку», и не спеша готовились к вечернему променаду.

Была нетанцевальная середина недели, и даже еще не вечер.
Мы с Игорехой, нареченным Хавой, по начальным буквам его фамилии, хотя она и начиналась с «Хова», с необходимыми предосторожностями, выбравшись из бурсы, решили прогуляться по Спортивной набережной.
Истинная цель подобных прогулок была настолько очевидна и прочувствована, что даже никогда не упоминалась вслух. Вслух упоминался только предлог- попить пива. Что мы и не преминули с удовольствием осуществить, стоя, всосав по две кружки Жигулевского предлога за набережным столиком Спортивной набережной.

Таким образом, расположив себя к приятным знакомствам, наш небольшой ебальный патруль выдвинулся на охоту.
Патруль был небольшим не только количественно, и на готовых к спариванию животных самцов мы были похожи едва ли.
Я, при своих ста семидесяти пяти, весил шестьдесят три килограмма, и оттого казавшейся изможденной, хоть и миловидной физиономией с мечтательным взором, напоминал, страдающего глистами юного Блока.
Игореха, еще на пяток сантиметров ниже меня, тоже не был толстым, но не без особенностей. При общении с дамами, словно боясь встретиться с ними взглядом, он манипулировал глазами наподобие кальмара, отчего казалось, что сношаться, он хочет пуще остальных.

Когда организм особенно настойчиво требует беспорядочных половых связей, вожделенные объекты попадаются исключительно порядочные. Только с возрастом начнешь замечать, и недоумевать, как не ко времени из коконов целомудренных девственниц, вылупляются сонмы шлюховатых подруг и жен.
К тому моменту, достаточно настрадавшись от подростковых платонических любовей и разочарований, мы искали последних.
Вечер оказался фартовым.

Пара юных барышень любуясь закатом у бетонного парапета набережной, словно уже ждала нас. Теперь не уверен в «словно» либо «уже».
Одноклассницы только выпустились из школы, и были младше нас на три-четыре года. После стремительного знакомства, трогательные выпуклости и милые улыбки их обладательниц, уже вовсю, казалось, кричали нам, скорее знакомится ближе.
А от того варианта, который они предложили немного погодя, нам вообще крыши снесло:
-А давайте! - говорят девушки, звонким дуэтом перебивая друг-дружку:
- На Тавайзу, на две ночи…- Мы помотали башками сбрасывая восторженное оцепенение.
- С палаткой!- добили они.
-И водкой! – Водрузили мы сливу на это сказочное непотребство.

Был, правда, маленький осадок в виде одноклассника, которого они упорно протаскивали на наше рандеву. Но о нем мы постарались скорее забыть, тем более что преподносился он нам, исключительно в виде друга, и той «отмазки» – что они будут под присмотром, перед строгими родителями.

Чуть ли не подпрыгивая от возбуждения на обратной дороге, мы начали обратный отчет послезавтра. Тогда же и поделили девчонок. Хава предусмотрительно выбрал себе ту, что казалась поглупее, я не возражал. Назовем ту Дуней, а вторую наречем Дашей, к тому же она была гораздо симпатичней.

Выход был назначен на пятницу. Согласно уговора, дамы обеспечивали кампанию продовольствием и палаткой, мы же поручились за релаксацию и глубокое похмелье.
За день до отправления ко влажным и горячим побережьям Уссурийского залива, большая черная сумка была укомплектована четырьмя казенными одеялами и полотенцами. Ее мы заранее утащили из бурсы дабы не спалиться в самом начале пути, и зарядив по дороге русской-народной, оставили в камере хранения ЖД вокзала.
Не забыли и про запас винища для барышень.

Доселе невыносимый бурсовский «подъем», с трудом дождался утра, и радостно скинув нас со шконок, запустил в похотливую экспедицию.
Девчонки не обманули, и к назначенному часу уже встречали нас с сумками на автовокзале. В числе встречающих был и юный хмырь, которого они давеча анонсировали.
Ну как хмырь, худощавый парнишка Андрей хмурым, конечно, был. Хотя, с другой стороны особо веселиться, в противовес двум потенциальным ебарям его подруг, у него и не было причин.

Неторопливая езда расхристанного автобуса по пыльной шоссейке, разогрела до температуры двигателя его заднее сидение и все, что у нас с Хавой было внутри, основательно притупив либидо, и торжественность прибытия к побережью:
-Леха там заебись! – первым вылез из пыльных кустов Хава. Там оказалось сносно, хотя уже и сильно насрано, и наблевано, еще задолго до нас.

Всосанный в пути из под заднего сиденья автобуса дизельный выхлоп, бутылка портвейна на двоих, принятая с самого утра для решительности, и совсем уже близкий запах моря кружили наши с Хавой головы, немного тошнили, и поэтому пешая прогулка до самого песчаного побережья в памяти особо не отложилась.

Бухта в которую мы шли, называлась в народе Три Поросенка.
Сразу по прибытии, Хаву озарило закопать в соседнем дохлом ручейке, для охлаждения, весь наш боезапас, что мы и не преминули исполнить, выбрав самое глубокое его место, с трудом запихав бутылки в ручей, и замаскировав их булыжниками в метрах семидесяти от нашего предполагаемого лагеря.
Палатку ставили со знанием дела, я со своим, Хава с таким же. Металлические, 20-ти сантиметровые колышки для растяжек, идущие в комплекте с палаткой, легко входили в рыхлый песок, но еще легче из него выходили.
А с собой ни ножа, ни тем более топора – нас не учили на пиратов. С еще большим трудом, даже в полном безветрии, придав палатке, задуманную производителем геометрию, мы заслуженно накатили, и постарались подпоить барышень.
Барышни подпаиваться не спешили, и ушли вдвоем плескаться в море , куда уже совсем не спешили мы. Андрюха остался с нами.

Немного погодя.
-Смотри, - указал я Хаве, налитым стаканом на палатку, в которую на четвереньках заползала его избранница, щедро открывая прекрасный, задний вид. Хава выдохнул, и опрокинул свой:
- Первый пошел! – Прошептал он, на ходу отряхивая трусы от песка.
Хава крадучись, сделал несколько шагов к палатке, и упав перед ней на четвереньки, обернулся ко мне.
Я подбодрил его жестом энергичного лыжника. Хава блаженно раздвинул в стороны глаза, и полез ебаться.

-Ну че? – молча, кивнул я Хаве через несколько минут, когда он с красной мордой выползал обратно.
Хава закатил глаза, и разочарованно повертел головой.
Пока его организм обратно всасывал кровь, из не пригодившегося органа, Хава молчал. Молча и накатил.

- А тебе нравится кто из девчонок? – обратился я к Андрюхе, непринужденно пытаясь выяснить скрытые мотивы его присутствия.
-Я бы им обеим вдул!- вдруг, легко признался, безобидный с виду Андрейка, прикуривая сигарету, - но они, по-ходу, лесбиянки, - закончил он, затянулся, и посмотрел вдаль.
Мы с Игорехой хотя и не курили, но немного охуев от неожиданной по тем временам экзотики, посмотрели туда-же.

-Видел однажды, как они сосались, - продолжил Андрейка.
-А хули ты молчал?! – очнулся Хава.
-А вы не спрашивали.
-А че с нами-то поехал, охранять?- Уже безразлично поинтересовался я.
-Водки попить.- Не моргнув голубым глазом, повернулся ко мне Андрей.
-Хуй тебе, Андрейка, а не водки! – начал, было, Хава, но на секунду задумавшись, потянулся к бутылке:
-Хотя… давайте! - он наплескал в три стакана, причем двойную дозу Андрюхе, и поднял свой:
-За блядей!

Остаток дня оказался не примечательным , мы разожгли костер, накормили мокрых лесбиянок их лапшой, с их же тушенкой, исполненными по-флотски, и немного загрустили. Смеркалось.
Барышни изъявили желание потанцевать на импровизированной дискотеке в соседней от нас бухте, но нас особо не приглашали. Мы было увязались за ними в потемках, даже прошли по грунтовке свозь лес километров пять, но снова не встретив должного внимания к нашим персонам, отстали, и вернулись назад. Андрейка пошел дальше.

-Чет я заебался, - сказал Хава, накатив перед палаткой очередную порцию, и залез внутрь.
Я бы мог, конечно, нафантазировать про то, как мы с Хавой в сердцах оттрахали все побережье, но не стану – и так вывалился из формата.

Мне спать не хотелось. Я сидел на песке, возле костерка, наблюдал за утопающем в море, прошедшим днем, и лениво рассматривал побережье.
Утыканное сплошь палатками, в обе стороны размашистой бухты, побережье подсвечивалось костерками, фонариками, тихо звучало прибоем, обрывками разговоров, вскриками и двигалось силуэтами, держащихся за руки пар на фоне все еще светлого моря. Когда уже совсем стемнело, я услышал гитару, выкопал из ручья стеклянную гранату, и пошел на звук.

Звук шел от костра за которым возвышалась огромная военная палатка.
-К вам можно? – Подойдя ближе, и заметив двух огромных овчарок, лежащих в светлом круге поляны, я окликнул компанию, и поднял над головой гранату. Мне в ответ, приглашая, приветливо замахали пару парней и несколько девчонок.
-А эти не против? – я кивнул на овчарок, и неожиданно почувствовал, как кто-то сзади посреди спины мягко подтолкнул меня к костру. Я обернулся вместе со своей оторопью, и оторопел еще сильнее. Это была третья овчарка.

Я с начала школы, рос вместе с нашей не мелкой лайкой Вегой, вместе мы и повзрослели. Потому собак особо не опасался, но это было нечто. Она была ростом с крупного пони, огромной башкой и крокодильей пастью, которую и раззявила, выбросив на сторону полуметровый язык, улыбаясь, и явно радуясь, произведенным эффектом.
-Ух ты ж, бля!- Только и смог я сказать, под дружный смех компании. Компания оказалась кинологической, а свою стоянку они прозвали Лагерем Трех Псов. Они явно скучали.

Я познакомился за руку со всеми, как всегда не запомнив ни одного имени, опрокинул щедро налитую рюмку, перемолвился парою фраз с рядом сидящими, прослушал пару бесталанно исполненных, беспризорных песенок от одного из парней, и протянул руку к гитаре: -Можно?

Мой фрустрирующий организм, отдельно от меня самого, принял стратегию здоровой толерантности, немного завис, неожиданно став мотивосообразным, и выдал на гора квинтэссенцию того, что под собою подразумевает понятие «сублимация».
Я запел.
Не, пел то я всегда – вся родня поющая, с украинскими корнями. И в хоре мальчиков пел и на уроках сольфеджио в музыкальной школе по классу баяна), в бурсе, уже под гитару, но подобных концертов в моей жизни случилось, пока, только два. Этот был первым.

Начал я со «Старого корабля» Макаревича. Чуваки, ревниво смотревшие на меня в самом начале, по моим, закрытым во время исполнения песни глазам, справедливо осознали, что на блядском поприще я им не конкурент, со второго припева они начали подпевать, и еще громче стали подпевать девчонки.
Я уже упоминал, что был хорош?!

Потом я еще и заговорил, ответив анекдотом на анекдот одного из чуваков, и импровизировал с ним анекдотический баттл, перемежающийся хоровыми шлягерами.
Ко мне льнула одна из девчонок, сидящая совсем близко, но она мне показалась немного широковатой.
Я всегда опасался плотных дам, это когда в медленном танце вместо ребер спины прощупываешь утянутую лифчиком упругую гусеницу, которая может легко утянуть на дно.
Ну еще и эта, как её, сублимация уже совсем не давала спуску. Я был в ударе!

Кончил я поздно ночью, под каплями дождя и шумом начинающегося шторма, попрощался, и ушел спать.
Судя по тому, как я втискивался между телами в нашей палатке – потерь личного состава не было, и до пробуждения, уже больше ничего не слышал.

Пробудившись во мгле, я отлепил от своей физиономии мокрую, палаточную ткань, вытянув руки вверх, увидел свет, перегруппировался, и осознав диспозицию, пополз на четвереньках в сторону своих ног.
Выползая из убежища на карачках, вступил ладонью в чью-то вчерашнюю лапшу перед самым входом, да так смачно, что чуть не ответил ей взаимностью.
Огляделся.

Так-же, в обе стороны от меня, простирались бесчисленные множества, стоящих палаток в отличие от того, что явилось передо мной.
Передо мной был пустырь, посреди которого из под мокрой ткани выступали четыре человеческих барельефа на фоне моря. Стало смешно. Это ж я так устроил ночлег.
Тот, который считал себя следопытом, охотником и Дерсу Узалой совместно с Арсеньевым и всеми главными героями Фенимора, мать его, Купера, искал женьшень, и разводил костер с одной спички в метель.
А когда я похмелился, развел костер и приготовив чай, лег на барельефы поперек, стало вообще весело.

Мы вернулись в бурсу на третий день. Как прошел второй день на побережье, в памяти не отложилось. Вынули из вокзальной камеры хранения форму и переоделись, оставив там-же гражданку.
Выныривая из-за угла корпуса, неожиданно встретили нашего улыбающегося дяденьку-офицера, который добро прищурившись назвал меня по фамилии и поинтересовался:
-Что-то я тебя давно не видел?!
-А вот, - показал я ему большую сумку в руке:
- В магазин ходили!

У этой истории случилось не большое, но неожиданное продолжение.
Где-то через год, но уже осенью, я к тому времени вернулся из очередного рейса, а другой мой друг, Толстый, стоял в ремонте в Находке, и приехал во Влад меня встретить.

Гостиницы как всегда во Владе были забиты, мы искали где переночевать, и не знали, что выбрать.
По старой памяти в пустующую бурсу, на голых панцирных сетках, или экзотику в просторных ларях овощного киоска, на пересечении двух центральных улиц, которые мы уже присмотрели (другая история).

После традиционного «кабака», решили прогуляться по набережной и заодно определиться с ночевкой. Идем почти в полной темноте, навстречу нам такие-же гуляющие. Я чего-то рассказываю Толстому, он мне, смеемся иногда.
И вдруг в из темноты девичий голос:
- Леха, ты?!
-А ты кто? – Я пытаюсь в темноте рассмотреть лицо.
Она мне называет имя, которое по обыкновению я тут-же забываю, и добавляет:
- Прошлым летом, Тавайза, Три поросенка, Лагерь Трех Псов!
-Ебт! А как ты меня узнала?
-По голосу!

Продам билеты на третий концерт, надеюсь, промежуточный. Про второй напишу.

И про мораль еще, если крепко зажать яйца в кулак- можно стать не плохим артистом!

73

Моя подруга – джана моя -- поехала в ЛА навестить одноклассников, встретила Того Самого и осталась жить в Glendale. Как-то посещала родню неподалеку, и как представилась возможность, рванула к ней на вечерок. Сначала вечерок, потом ночью мы втроем с ее супругом лазили по горам, по заборам на обзорную площадку, потом был ресторан с видом на огни в долине, дико романтично. А утром мы с ней вышли на часик прогуляться, ну и вот. Вернулась я к своим очень поздно вечером.

Сижу, наклеиваю пластырь на ноги, стертые в кровь, шиплю от боли. Неудачные босоножки, а ходить пришлось много. Родственница меня спрашивает, – А почему пришлось так много ходить, почему ты задержалась так надолго? – Да вот, говорю, вышли на часок погулять, да так разговорились, что день прошел. Проблемы обсуждали, когда ходишь, лучше думается. – Она что, вывалила на тебя свои проблемы?! У нее вообще, совесть есть?! – она изумилась страшно. Я ошарашилась не меньше: -- Что значит, совесть есть? Что значит, вывалила? А для чего, по-твоему, нужны друзья? – Ну знаешь, для проблем есть шринки, а друзей грузить – хуже нету.

Потом я это от разных эмигрантов слышала еще много-много раз. Молодцы, думаю, следят за своим психическим здоровьем. А то знаете ж как, в здоровом теле здоровый дух редко бывает. Счастливые, наверное, у них семьи. Не так все оказалось радужно, не так. Пытаюсь безуспешно общаться с другой родней. Менталитеты наши за 30 лет разошлись чудовищно. Что ни сделает дурак, все он сделает не так. Дурак априори я, омериканское высокомерие льется в виде вальяжного снисхождения к убогим. Причины оного непонятны, потому что социальный статус одинаков. Демократия в действии выглядит так: «Да как ты можешь так говорить?», «Не дай Бог ты на улице это брякнешь!», «Ну ты даешь! Как ты вообще так думать можешь!» Так что вместо задушевных кухонных разговоров (свадхьяя на йожеском) -- small talk. Который Будда запрещает. Но очень хорошо для пищеварения. Возможно. Хорошо хоть лагер не под запретом.

Джана моя навестила нас в этом году, после семи лет относительно счастливого брака в солнечном городе, где всегда тепло и вокруг все свои. Мы довели человека до ручки: из-за джетлага она не могла спать ночью, а днем мы ходили в парки-усадьбы, на выставки, театры, в рестораны, мы говорили и не могли наговориться, потому что, оказывается, «там хорошо, девочки, но такого там нет. Я не знаю, почему. Нет там этого. Я – вы не представляете – как я по общению, настоящему, человеческому, общению скучаю».
“America, America, God shed His grace on thee…

74

Скажи мне кто твой друг и я скажу кто ты?!

Я не знаю, кто это придумал, но попробую высказаться, а вы мне ответить.

Год 86-87. Мы на каком-то моем задротном параходишке стоим на рейде Петропавловска-Камчатского. После вахты отпустили в увольнение. Автобус, дорога вдоль всего его побережья, пиво, одна история которую я уже рассказывал здесь и еще пиво в двух 3-х литровых банках, принесенное на борт. И Серега.
Чуть ниже состоится наше с ним знакомство.
Башка у Серого была большая, наверно как у меня 60-61, но для него это было простительно. Для меня, с моими ста семидесяти пятью, голова такого размера скорее ноша. А Серый, под 190 см. был широченным полуконем, с огромными, круглыми, немного сумасшедшими глазами, и вдобавок горным лыжником, кмс-ом из Кемерово.
Причина нашего посещения Петропавловска была в том, чтобы забрать невизированную часть экипажа плавбазы (рыбаков), которая уходила куда-то за рубеж во фрахт. Серый был частью этого экипажа. Не помню кем именно.
Мы пересеклись на трапе, когда я спускался с полными трехлитровыми банками на свою палубу.
Не припомню, что он у меня спросил но я, видя новое и немного потерянное лицо на своем пароходе, гостеприимно предложил ему отведать камчатского пивка у меня в каюте. Петропавловское пиво – отдельная тема, о нем тогда ходили легенды, и передавались моряцкими устами в моряцкие уста.

Посидели небольшой компанией, много говорили, все выпили и разошлись. Во время возвращения во Владик мы встречались с ним еще несколько раз, типа привет-привет. Я друзей не искал, и он в них не навязывался.
Потом приход во Владивосток. Серый зашел попрощаться, и спросил не займу ли я ему денег до тех пор, пока он не получит свою зарплату за всю путину (около года). Дальше не всем будет понятно, почему я ему отдал, по памяти, примерно половину своего месячного оклада, заранее предполагая, что мы с ним уже никогда больше не встретимся. Может потому, что однажды сказал мне мой отец (бывший моряк) что бичам (морякам на берегу) нельзя отказывать, а скорее потому, что деньги меня никогда особо не возбуждали. Без всякой надежды на возврат денег, я по его настоятельной просьбе, рассказал, когда собираюсь вернуться.
Припомним, что тогда до мобильной связи оставалось хуева куча лет. Простились. Не телефонов, ни адресов.
Возвращаюсь во Влад. Ночь в пути. Смотрю в окно вагона, серое утро, перрон, туман – все как всегда.

Кроме одного, Серого. Он стоял одинокий и квадратный, в чем-то темно-джинсовом, в тумане, вместе со своей огромной башкой с круглыми глазами и…. цветами.
Я тоже охуел!
-Ты охуел?!- так я и спросил, спрыгивая с подножки, а он ржать и обниматься. Это было утром, около девяти. Серый объявил, что заказал столик в кабаке к обеду. Не помню, где мы шароебились до этого времени, а потом за стол. Где-то в 12. Зал ресторана «Приморье» был пустым, и только начинали подходить на «комплексный» обед клерки из соседних контор. Выделялся один стол. Наш. В обед. Заставленный всем, что можно себе представить, обладая богатым воображением.
-Прошу! – протянул руку к столу Серый.
После того, когда мы накатили по паре коньяка, Серега поднял палец, и достал из кармана какую –то штучку. Он поставил ее на стол.
-Зырь! – сказал он мне, сдергивая кожаный футляр с карманных механических часиков стилизованных под напольные. Голос у Серого был низкий, густой и громкий словно из пароходной трубы.
-Тише, бля! – Прошептал я ему, прижав палец к губам, когда к нам обернулись почти все.
Он покрутил настройки своими нерегулируемыми пальцами, и поставил часики посреди стола:
-Щас! - Сказал он уже чуть тише.
Зал к тому времени уже наполнился посетителями, чинно и молчаливо вкушающими свои обеды, и украдкой поглядывающими на наш необычный стол. По Серегиной команде чего- то ждем. Дождались. Посреди мерного постукивания ножей и вилок, напольно-карманные часики стоявшие передо мной, выдали самую длинную и противную механическую трель, из всех которые я когда-либо слышал. Люди перестали жевать, и уже в открытую уставились на нас.
Если кто-то из читателей и слышал популярный в 80-е годы джинсовый возглас , выражающий крайнюю степень восторга или восхищения, то только не в Серегином исполнении:
-МОНТАНА! – проревел он будильнику, одновременно с тем, когда я уже утратил «хорошую мину», и пытаясь не опрокинуться, дрыгал ногами.
-ДАРЮ!

До моего отхода в рейс оставалось два – три дня, а Сереге нужно было дождаться окончательного расчета с пароходством. Мы на удачу поехали к моей подруге, чтобы попробовать, там перекантоваться. Подруге-подруге.
Мы с Наташей никогда друг друга не возбуждали. А с Серегой они возбудились, и пыхтели на соседней кровати всю ночь, или даже две,(давненько было) словно в последний раз.
На следующий день Серега позвал меня вечерком прогуляться. Я отказался, и он отвалил один. Вернулся он ближе к полуночи, закинутый неизвестными колесами и алкоголем, с огромным американским флагом-полотенцем на голове. Сказал, что сдернул его с чьего-то балкона, и предложил совместно сдернуть еще один. Наталья к тому моменту уехала, договорившись со мной, где оставить ключи от квартиры.

Мне нужно было уезжать, до выхода в рейс оставалось совсем немного времени , но оставить Серого в чужой квартире я не мог.
-Все, уходим - сказал я Серому. Его не отпускало.
-Сейчас! - сказал он мне.
Серега сел на кровати в лотоса и начал медитацию. Сидел он так несколько минут, громко бормоча, что-то непонятное, и тяжело дыша. Потом резко спрыгнул с кровати и сказал: -Идем! Меня хватит на пятнадцать минут!
И добавил: -Леха! – проникновенно, - Бабу тебе хорошую надо!
Я это запомнил, но с «бабами» вышло так как вышло и гораздо позже.

Мы запрыгнули в автобус и через несколько минут были на Луговой.
В этом месте Владивостока пересекались несколько центральных городских улиц, и светилась неоном пара ресторанов. Выпрыгнули на остановке в темноте на сопке прямо над одним из них. Мне нужно было ловить такси, или ехать на трамвае, я еще не знал, для трамваев было, наверно, поздно.

Я был «на мели», Серега об этом знал, а мне и ненужно ничего было – завтра в рейс. Пришло время прощаться. Еле видим друг-друга в свете фонарного столба. Прощание «давай!» тогда только набирало обороты:
-Пока,-говорю, протягивая руку.
-Стой! – говорит Серый, тянется к нагрудному карману рубашки , достает оттуда пачку денег, отделяет от них примерно половину, и энергично протягивает мне.
-Иди нахуй! – отвечаю. И даже не потому, что это его зарплата за пол года. Он смеется, пытается меня убедить их взять. Все это быстро происходит.
В тот момент, когда я решил, что вопрос исчерпан, Серый резко засовывает мне в карман рубашки эту половину пачки. Часть из них вываливаются у меня из кармана, я наклоняюсь чтобы их подобрать, а Серый как ломанется в ночь.
Теперь я знаю как бегает двухметровый горнолыжник в ночи. Через мгновение я только смех его слышал. Больше мы не встретились.
Серый, не знаю, когда и как ты стал моим другом, ПОМНЮ, ЛЮБЛЮ!

75

Ещё немного мистики на анекдот.ру, ну смешно ведь.
В конце 80-тых ушедшего тысачелетия приехала ко мне тёща, жить в Питере, в коммуналке. Одной не с руки.
Вот, как ёрш с хвоста, всё воспротивилось во мне этому. Инстинкт зятя, в тёще он видит жену в будущем, но не хочет энтого видеть. Тёща - жена военного, идейная, типа, если бы не Советска власть, ходили бы мы в лаптях и жили без света. А я ярый антикоммунист. Коллега по работе стал отцом, обмывали ножки. Пришёл поздно, на бровях. Тёща повысила голос и всё махала руками, слева и справа из-за спины жены, которая её ловко от меня отодвигала. Уверенности ей придавала привезённая с собой сберкнижка. А что? Тянет на Жигули. Забегая вперёд, скажу, что вся, сберегаемая годами сумма, была отдана за обычный ковёр и картину маслом, местных кустарей, в смутное для страны время. Меня раздражало всё. Как-то, после обязательных теленовостей, она, позабыв что не дома, выдаёт: - "эти американцы, наглые, везде лезут". Я взвился. Нет, это большевики угрожают ракетами всему миру.
Напряжённость достигала предела взрыва.
Тут юбилей ей подходит, 70 лет. Приехали ещё две дочки. Сестро@бы мужики не дураки выпить и закусить, армия и авиация. И главное, просто у них всё - "мать, давай с нами, посиди". А я только на вы, Александра Митрофановна, ну культурная же сволочь. Стол накрыт дефицитный, моя жена энергичная, умела, царство ей небесное. Прозвучали тосты, чеканные, со значением. Потом вдруг тишина и все взоры на меня: - "а теперь скажи ты".
А поднимаюсь. Вот оно, сейчас выдам. Это мой час. Сколько натерпелся, неудобства и всё такое. Вам-то что, приехали, заодно и Питер посмотреть.
Открываю рот и вдруг, язык неуправляем, горло становится не моим, из него выходят чужие слова о том, что я очень рад приезду тёщи, мол большая помощь, детей из школы встретить-проводить. Обед всегда вовремя и жене спокойнее. Теплее в семье стало. Даже устроилась слегка подрабатывать гардеробщицей, в хмурые дни. Понятно, работы невпроворот в Питере. И много ещё чего, не помню, потому что это были не мои слова.
Закончив, заливаю горло рюмкой водки, тут-то уж оно не смогло мне сопротивляться и сажусь. Слышу одобрительный шелест отовсюду - "хорошо сказал".
Вот это всё было очень важно для меня в дальнейшем, да для самого факта моей жизни сейчас.
Что-то такое было в фильме "Привидение", где Вупи Гольдберг предоставила своё тело Патрику для выражения.
И я готов верить в духов, если они не позволяют нам стать подлецами.

76

Объявился однокурсник, с которым не было связи лет 20, если не больше. Набрел в интернете на мои байки и догадался, что я – это я. Выбрали с ним время, чтобы поностальгировать, устроили видеоконференцию с бутылочкой по каждую сторону монитора.
– Как сам-то? – спрашиваю. – Как дети, как Оленька?

Оленька – это Володина жена, тоже с нами училась. У них была такая любовь на старших курсах – стены тряслись. В буквальном смысле тряслись, соседи по общежитию свидетели.

– Сам в порядке. Дети молодцы, внуков уже трое, четвертый запланирован. А Оленька умерла.
– Ой, извини пожалуйста, не знал.
– Ничего, это в целом позитивная история. Жили долго и счастливо и всё такое. Она когда заболела, сын еще в девятом классе учился, дочка в шестом. Они у нас поздние, мы сначала купили квартиру, а потом их завели. Проверялась всегда как по часам, маммограммы, анализы и всё, что положено. Оля вообще очень организованная. Вела дневник всю жизнь напролет, начиная класса с восьмого. От руки, в таких толстых тетрадях с пружинами. Закупила этих тетрадей штук 100 или 200 и каждый день что-то записывала. Ну, не каждый, но раз в неделю точно.

Ну вот, проверялась-проверялась и вдруг – опаньки, сразу третья стадия. Сделали МРТ – там еще и метастазы, то есть четвертая. Операцию делать бессмысленно, прощайтесь. Мы, конечно, туда-сюда, в этот диспансер, в тот, в Германию, в Израиль. В Израиле такой русский доктор, говорит: «Вылечить я ее не могу, поздно, но продлить жизнь попробую. Хотите?». Как в гостинице с почасовой оплатой: «Продлевать будете?» – «Будем» – «На сколько?» – «На все!».

Есть, говорит доктор, протокол химиотерапии, совершенно новый, только-только прошел испытания. Капельница адского яда раз в три недели. По цене, конечно, как Крымский мост. Сколько времени делать? А всю оставшуюся жизнь, сколько организм выдержит. Выдерживают кто год, кто два, больше четырех пока не получалось. Химия всё-таки, не витаминки.

Подписались мы на эту химию. Позже оказалось, что в Москве ее тоже делают, и даже бесплатно, по ОМС. Надо только найти правильного врача и уговорить. Но действительно совсем не витаминки. Понятно, почему люди долго не выдерживают. В сам день капельницы самочувствие нормальное. На второй день плохо. А с третьего по седьмой – только бы умереть поскорее. Тошнит аж наизнанку выворачивает, болят все органы и даже кости, вдохнуть невозможно, ломит все суставы, все слизистые воспалены и кровоточат, ни сесть, ни лечь, ни поесть, ни попить, ни наоборот. А потом две недели вроде ничего, до следующей капельницы.

И вот в таком режиме она прожила не год, не два, даже не четыре, а почти одиннадцать. На ней три диссертации написали, врачи приезжали посмотреть из других городов – уникальный случай. Плакала, что не увидит, как Юрка школу закончит, а он успел институт кончить, жениться и двух детей завести. И Юлька кончила институт и вышла замуж еще при маме. Мы с Оленькой полмира объездили, на всех театральных премьерах были и всех гастролях. Раньше-то всё откладывали, копили то на ремонт, то на будущие машины-квартиры детям, а тут мне стало плевать на деньги. Есть они, нет их – я мужик, заработаю. Хочешь в Париж – поехали в Париж. Надо только подгадать, чтобы улететь на восьмой-девятый день после капельницы, а вернуться к следующей. И маршрут выбирать без физической нагрузки. На Килиманджаро нам было уже не подняться, но на сафари в Кению съездили. Там нормально, машина везет, жирафы сами в окно лезут.

– Володя, – спрашиваю, – как ты думаешь, почему Оля так долго продержалась, а другие не могли? У других ведь тоже дети, всем хочется побыть с ними подольше. Просто повезло или что?
– Повезло, конечно. Плюс правильный образ жизни, был хороший задел здоровья до начала химии. Но главное – это ее дневник. Она же ответственная, любое мелкое дело надо довести до конца. Когда начались химии, в очередной тетради оставалась где-то четверть пустых страниц. И когда она плакалась, что больше не может, от следующей химии откажется, что лучше умереть, чем так мучиться, я уговаривал: «Вот допиши эту тетрадь до конца, и тогда я тебя отпущу, умирай на здоровье». А тетрадь всё не заканчивалась и не заканчивалась, так и оставалась исписанной на три четверти.
– Как это?
– Помнишь, был такой рассказ «Последний лист»? Там девушка решила, что умрет, когда упадет последний лист плюща за окном. А он всё не падал, и она тоже держалась и в конце концов выздоровела. А потом узнала, что этот последний лист не настоящий, его художник нарисовал на стене.
– Помню, мы этот рассказ проходили в школе по английскому.
– Мы тоже. Ну вот, я решил: чем я хуже того художника? Устрою ей тоже последний лист. Стал потихоньку вставлять чистые листы в конец тетради. А исписанные из середины вынимал, чтобы тетрадь не казалась слишком толстой и всегда было три четверти исписанного, четверть пустого. Она постепенно догадалась, что тут что-то нечисто, но не стала ничего выяснять. Восприняла это как маленькое чудо. Так и писала эту последнюю четверть тетради одиннадцать лет.

– Володь, слушай… Я ж типа писатель. Мне очень интересно, что люди чувствуют, когда смерть так близко. Что там было, в этой тетради?
– На эту тему ничего. Если читать, вообще не догадаешься, что она болела. Писала про Париж, про жирафов. Что у Юльки пятерка, а Юрка, кажется, поссорился с девушкой. И какой-нибудь рецепт супа из брокколи.
– Можно я эту историю выложу в интернете?
– Валяй.
– Только, понимаешь, люди сейчас не любят негатива. Хотят, чтобы все истории хорошо заканчивались. Давай я не буду писать, что она умерла? Как будто мы с тобой разговаривали не сейчас, а когда Оля была еще жива. Закончу на том, что ей исполнилось 57, а что 58 уже никогда не исполнится, умолчу.
– А какая разница? Что, если не писать, что она умерла, люди будут думать, что она бессмертна? Читатели не дураки, поймут, что это всё равно история со счастливым концом.
– Не понимаешь ты, Володь, принципов сетевой литературы. Но дело твое, напишу как есть.

Вот, написал. Посвящаю этот рассказ светлой памяти О.А.Ерёминой.

77

На излёте эпидемии.

История отнюдь не смешная, разве что, возможно, поучительная.
Есть в медицине неписаные правила, среди которых самое близкое мне — принцип «частое бывает часто, редкое — редко».
Или, в американском медицинском фольклоре это звучит так: если вы идёте по своему городу и слышите цоканье копыт за углом — то скорее всего это — лошади, а не зебры.
Второе наиболее важное правило — всегда иди от самого плохого сценария к самому невинному.
Тут уж я приведу несколько грубоватую, но очень практичную присказку советских медиков: лучше перебздеть чем недосрать.
Эти два нехитрых правила помогали мне достаточно успешно в моей медицинской практике, в течении многих лет.
Пока не настал черёд применить их к вашему покорному слуге, ко мне.

А вот и история.
Критическая ситуация, пациент с подтверждённым ковидом, времени на полный комплекс защитных мер нет, еле обычную маску сумел схватить.
Ничего необычного, за время пандемии такое случалось нередко: сначала экипировки не было, потом её не хватало, потом всё наладилось, но ситуации иногда требовали пренебречь протоколами.
Случилось это в четверг, на прошлой неделе.
А в субботу мне лететь на другой конец страны, на свадьбу дочери моего старинного друга, ещё по Союзу, врача моей же специальности, там уже в принципе династия: и невеста и жених — тоже врачи.
В своём госпитале делаю тесты, все отрицательные, последний раз — за два часа до отлёта.
Всё штатно, машину оставил на парковке своего маленького аэропорта, улетел.
Отоспался, попил пива на пересадке, прилетел поздно, за полночь, вселился, спать.
Утром стал готовиться к свадьбе: принял душ, напустил пару в ванной комнате — отвисеться своей парадной одежде, у рубашки складки разгладились, всё готово к выходу.
Осталась одна малость — подтвердить, что я не намотал вирус на свой хобот…
При мне были несколько тестов, двух фирм.
Предвкушая веселье и скорую выпивку с обжорством — сажусь за тестирование.
Первый — положительный, явная розовая полоса, не ошибёшься.
Не веря своим глазам — повторяю.
И второй и третий — аналогично, явные положительные пробы.
Приплыли…
Что делать?
О поездке на церемонию не может быть и речи: и таксист и обитатели отеля и персонал — могут заразиться.
А главное — свадебные гости, среди которых и пожилые и очень пожилые и группы риска.
Масочный режим — не вариант, будет и выпивка и
закуска и «Хава Нагила» — прекрасная среда для максимально эффективного разлёта вируса.
Итак, начинаю действовать:
Извещаю персонал отеля о режиме самоизоляции, они относятся с пониманием, продлевают мне номер на 10 дней, приносят к дверям воду и еду, стучат в дверь и уходят.
Авиакомпания — поменяем вам билеты, не проблема, поправляйтесь.
Звоню другу — извини, я в самоизоляции, всем приветы, веселитесь!
Завершив все хлопоты — начинаю тосковать: отель далеко не пятизвёздочный, номер неплохой, с холодильником и микроволновкой, большой телевизор, хороший интернет — но камера заключения остаётся камерой, 10 дней без бухла и моих собак приятным времяпрепровождением не назовёшь.
А также надо озаботиться подтверждением диагноза, что оказалось совсем непросто, уик-энд не простой — праздничный, так называемый долгий.
Что в переводе значит — дулечка в ноздрюличку, всё закрыто.
Единственное, что удалось найти — отделение неотложной помощи, в пяти милях от меня, 8 километров.
Звоню, подтверждаю, что они открываются завтра, в 9 утра и готовы меня принять.
Так, всё ясно.
Оставалось продумать меры по уменьшению распространения заразы.
Таксиста заразить оочень возможно, рент машины не вариант.
Пойду пешком.
Очень рано, пока весь отель спал, я, в двойной маске, перчатках и вытирая дезинфектором все перила и ручки — выскользнул по пожарной лестнице и вырвался на стратегический простор.
Сразу скажу — так себе идея, большаки пригородов Мичигана не приспособлены для пешеходов, от слова совсем.
Брести по обочинам большаков — удовольствие ниже среднего: машины несутся быстро, хорошо хоть, что их немного, утро выходного дня.
А тут ещё всякая дрянь валяется на обочинах, мелкий гравий скрывает неровности.
Одно хорошо — из пешеходов я — один.
Шёл я через ареалы обитания среднего класса пригородов — однако нулевой преступности не существует, подобрал дубину, точнее — посох, заодно и идти стало полегче.
Бог велик и милостив, добрёл до клиники, меня провели через специальный ковидный вход.
Быстрый тест вернулся… отрицательным!!
Чувствуя себя последним идиотом — показываю коллегам фотографии моих положительных тестов.
Качают головами… решаем сделать более надёжный тест, PCR.
Готов он будет, однако, только завтра утром.
Прощаюсь и ухожу, с ужасом предвкушая пять миль пешедралом, под горячим солнцем и высокой влажностью.
Но, неведома как, — друг вычислил моё местонахождение и примчался на машине.
А потом долго уламывал меня в неё сесть — я согласился только на условиях масочного режима, открытых окон и посадки на заднем сидении машины.
Ну, не хотел я заразить друга на излёте пандемии…
А наутро пришёл результат, окончательный ответ — или как говорил профессор Преображенский:
«Окончательная бумажка. Фактическая! Настоящая!! Броня!!!».
Нет у меня ковида и не было.
Можно лететь домой и приступать к работе.
Что я и сделал.
Вы, возможно, посчитаете историю нелепой — и я первый с вами соглашусь: действительно, глупо получилось.

И если и есть хоть какой-то положительный результат, то это моё отношение к бредущим по обочинам бродягам — теперь они вызывают во мне гораздо больше сочувствия.

78

Небольшой северный поселок, в котором я частично вырос, объединял несколько экспедиций – нефтегазовую, геолого-разведочную и геофизическую. На его центральной площади располагались две основные достопримечательности – кафе «Метелица» и Дом Культуры (ДК). На самой площади, естественно, стоял памятник Ленину. Здесь происходили все основные события – культурные в ДК и менее культурные – в «Метелице». Первые часто плавно перетекали во вторые. Школьниками мы обычно посещали ДК в качестве зрителей кинофильмов, которые там крутили 2-3 раза в неделю, но иногда нам приходилось наполнять собой сцену.

В апреле 88 года нас ожидал день рождения В.И. Ленина, который наше школьное руководство решило отметить большим концертом в ДК. Там были песни, пляски, миниспектакли, викторина по фактам жизни Ленина, соревнование на быстрый сбор шалаша и т.д. Мне наказали найти, выучить и качественно рассказать со сцены какое-нибудь малоизвестное стихотворение о Ленине, потому что обычный их набор всем уже немного надоел. Я подошел к этому делу ответственно, взял в школьной библиотеке сборник стихотворений о Ленине и дома по вечерам читал его вслух маме, пытаясь понять по ее реакции, какое из них она знает меньше всего. Будучи главврачом поселковой больницы, по вечерам мама обычно не приходила, а еле приползала домой, мы ужинали и под мое чтение стихов она стремительно засыпала, поэтому задача выбора стихотворения решалась с большим трудом. Через несколько дней, когда сборник был прочитан, я определился. Это был короткий, но яркий и эмоциональный стих туркменского писателя Берды Кербабаева, который хотелось не просто читать, а именно декламировать, с выражением и революционной силой.

В день выступления за кулисами было полно школьников, которые что-то доучивали, переодевались в костюмы для выступления, таскали охапки веток для конкурса на самый быстрый шалаш и всячески суетились. По замыслу учителей в роли конферансье выступала маленькая девочка-четвероклашка с косичками. Чтобы она ничего не перепутала, у нее был листочек с названиями выступлений. ДК у нас был большой, в зале собралось человек 150-200, от руководства экспедиций до буровиков, водителей, продавщиц и всех-всех-всех. Многие из них были родителями выступавших. Все угомонились, представительный начальник геолого-разведочной экспедиции произнес речь о Ленине и его роли в нашей жизни – и пошла программа школьников. Девочка-конферансье успешно преодолела первую страницу списка выступлений, прошли танцы и прочие подвижные выступления, началась пора стихотворений. Их было три или четыре, я был вторым (имена детей немного изменены).
Конферансье, тонким голоском: «Выступает ученица 7 класса Оля Печенкина со стихотворением Александра Твардовского «Ленин и печник»!
Оля бодро и быстро отбарабанила довольно длинный стих про Ленина и печника.
Конферансье: «Выступает ученик 6 класса Петя Сидоров со стихотворением …». Длинная пауза, во время которой девочка молча вглядывалась в свою бумажку. Зал застыл в ожидании. Потом тише и как-то неуверенно-вопросительно со сцены послышалось: «Берды Кердымбаева… нет… Берды Керды… не, не так… Керды Бермамаева… да ну нет! Бер-ды Кер-ба-ма-ма… не-не-не! Бер-кер-ман-ды… нет!». Пауза. В зале звенящая тишина. Учительница быстро подошла к девочке и ласково сказала: «Ничего страшного, не волнуйся! Давай вместе прочтем». Почти хором они по бумажке начали читать: «Выступает ученик 6 класса Петя Сидоров со стихотворением … Берды Кермамбаева (голосом учительницы) Керды Бердамбыева (голосом девочки)».
Стоя недалеко от края сцены за кулисами и готовясь выйти, как только меня объявят, я видел лица людей в зале. Они были напряжены и еле сдерживались, чтобы не захохотать, уже слышны были всхлипы и всхрюки, хотя народ еще держался. При этом, наверное, из всего зала только моя мама, которая сидела во втором ряду, знала, как правильно могло звучать имя автора, хотя и это не факт. Учительница: «Ничего, давай еще раз попробуем!». Тут девочка-конферансье не выдержала и расплакалась: «Не буду я пробовать! У меня уже скулы свело эту керду произносить, я из-за него язык прикусила!», после чего бросила листок и убежала со сцены. Напряжение в зале достигло топорной плотности, красные физии руководства в первых рядах освещали сцену. Учительница наша оказалась молодцом: «Прошу прощения за небольшую заминку, Петя сам объявит свое стихотворение!», после чего выпихнула на сцену меня. Я подошел к микрофону и парадным голосом начал: «Стихотворение туркменского поэта Берды Кердыбаева «О Ленине»! Тут я в ужасе понял, что переврал фамилию! Набрался смелости: «Извините! Стихотворение туркменского поэта Керды Бекдамбаева «О Ленине»! Черт, опять неправильно... Я замолчал, пытаясь вспомнить фамилию. И тут откуда-то с галерки раздался крик: «Да ладно тебе, пацан, рассказывай уже, все равно никто не знает, как его правильно зовут!». И вот тут зал взорвался. Первые ряды с начальством еще как-то сдерживались, опустив головы и трясясь, но остальной зал выл в голос! Я смотрел на маму, которая вытирала слезы от смеха, и мне было стыдно, что я у нее такой тупой и не могу фамилию человека запомнить. Ко мне подошла учительница, и, желая исправить ситуацию, наклонилась и сказала в микрофон: «Друзья! Петя Сидоров прочтет стихотворение «О Ленине» одного из наших малоизвестных туркменских поэтов, имя которого знакомо всей стране!». Зал с такой логикой не согласился и зашумел сильнее. Я начал с выражением читать:
- Вождям от бронзового века ведется счет до наших дней!
Но не родилось человека потомству ближе и родней!
Однако меня никто не слышал. Первые ряды, наконец, прорвало и они хохотали в голос. Из задних рядов доносились выкрики «Берды!», «Керды!», «Кердык бердык…» и прочие возможные комбинации. Я возвысил голос и почти орал в микрофон, чтобы донести до этих безумствующих людей стихи поэта:
- Чем он, кто расовым различьям и расстояньям вопреки,
из уст в уста рабочим кликом соединил материки!.
Микрофон был хороший, народ начал прислушиваться.
- И тем велик Владимир Ленин, что как его не возвеличь,
он прост, и правдою нетленен, и он всегда с людьми, …
Тут голос от крика у меня сорвался, но зал вдруг хором поддержал меня: «ИЛЬИЧ!», и выдал такой шквал аплодисментов, что я от неожиданности чуть микрофон не проглотил. После этого был объявлен перерыв, чтобы народ успокоился. Все, наоборот, вскочили, смеялись, кричали «Ильич!». Кто-то взбежал на сцену, поднял валявшийся там листок с программой и в микрофон закричал: «Товарищи! Это были стихи БЕРДЫ КЕРБАБАЕВА! Запомните, БЕРДЫ КЕРБАБАЕВА!». После этого зал накрыло новой волной хохота и слышались крики «Ильич! Кербабаев!». Дальнейшую программу устроители свернули и все дружной толпой повалили в «Метелицу» напротив.

Я вернулся домой, где поздно вечером меня нашла веселая мама, вернувшаяся с праздника. Вместо того, чтобы упрекнуть меня в незнании простых туркменских фамилий, она обняла меня и сказала: «Все говорят, что это был лучший день рождения Ленина за последние годы! В «Метелице» все до ночи пытались вспомнить, как зовут автора и чуть не подрались! Я пойду на работу, потому что праздник еще не кончился и наверняка нам кого-нибудь привезут, а ты ложись спать». На пороге она обернулась и спросила: «Скажи медленно, как его зовут? Мне же всех лечить придется, спрашивать будут!».

79

"Все мы родом из детства"

Наверное, с вероятностью, близкой в вероятности положительного теста на отцовство, каждый из проживших школьные годы в СССР, имел свой роман с пионерией. По моей маленькой пионерской жизни Хрущевско-Брежневские 60-е прошлись весьма замысловатым узором. Небезынтересным, полагаю, большинству читателей. В отличие от моих прежних историй из жизни, здесь не все так мрачно, хотя и без голимого юморного рафинада. Которого не знает природа. И от которого портятся зубы жизни.

Пропаганда хрущевской химизации всей страны как главного средства быстрого наступления коммунизма пронизывала все слои общества, от мала до велика. Лозунги "Коммунизм есть советская власть+электрификация+ химизация всей страны!" красовались по всей стране. Как-то наша классная на последнем уроке объявила нам, юным пионерам, что сегодня после обеда мы будем играть пьесу, посвященную могуществу химии. Главные действующие лица- нефть и газ. Они по ходу пьесы рассказывают, на что они как таковые годятся, и что из них еще можно приготовить. На меня, как на мальчика и хорошего ученика, выпала роль газа. На хорошую ученицу- соответственно нефти. Пьеска небольшая, после прочтения училкой я со своей отменной памятью свою роль уже запомнил. Осмысливая роль, я спросил училку, а как я должен выглядеть, ведь газ же бесцветный? (Я был очень прилежным в учении и ответственно относился к школьным заданиям. Может, отчасти из-за этого я был весьма упитанным мальчиком. Одноклассники порой обзывали жирняком, а старшеклассники, примерно 8-ой класс,- насмешливо-ласково пончиком, и как бы шутя норовили ущипнуть-пощупать. Я все это запоминал, и намеревался с ними рассчитаться, когда подрасту и поднакачаюсь. Железок со свалки натаскал, и первым делом, придя со школы и сняв школьную одежку, поднимал железки, камни. Мама порой боялась, что надорвусь. "Впрочем, это уже другая история."). Училка удивленно ответила, ну как же, когда он горит, он голубой. Вот ты оденься в голубое, а на голову сделай из ватмана голубую корону, крупными зубцами вверх, как голубые язычки пламени. А ты, нефть, оденься во все черное. (Волосы у девочки от природы были черные и кожа смуглая, как обычно в том регионе).
Успешно справившись с подготовкой, я задался вопросом, а как быть с красным пионерским галстуком, не заругают ли, что в школу без него пришел? Но он же не голубого цвета? Подумав-подумав, я решил, что галстук будет красными язычками пламени, ведь и такие у газа тоже бывают.
Играем на сцене почти пустого актового зала школы, мало кто из одноклассников пришел посмотреть. В зал заглядывает один из 8-классников, развязный раздолбай, из пощипывающих меня. Скользнув взглядом по залу с хулиганистой улыбкой, он вдруг удивленно и внимательно начинает разлядывать меня с ног до головы. Лицо его начинает расползаться теперь в как бы игриво-хулиганской улыбке. Подходят к нему еще два таких же "залихватских" другана, как бы школьных мажоров. Он им что-то-говорит, они ему, мне не слышно, но по выражению их лиц догадываюсь, что что-то типа "А пончик-то наш оказывается голубой!". С ощущением, что я сам залажу в петлю, самим сделанную, доигрываю как прилежный ученик до конца.(Когда пишу эти строки, вспоминается фраза, видать рожденная хрущевской химизацией и "химиками" (расконвоированными на многочисленных стройках большой химии тех времен): "Химия, химия, вся залупа синяя!").

Какого-либо последующего усиления этих "квазисексуальных" домогательств я не припоминаю. Возможно, "дедов" не на шутку отпугнули далее произошедшие события. В апреле, ко дню рождения Ленина классная вновь объявила, что мы будем играть пьесу, на этот раз о встрече Ленина и с простым крестьянином вблизи глухой деревушки, после охоты ("Человек с ружьем", по-моему). На этот раз на более серьезном уровне,- на торжественном собрании в районном доме культуры, на смотре разных классов. Училка дает вводную типа: "Роль Ленина мы можем доверить только ученику, который так же хорошо и прилежно учится, как Ленин. (Им оказался я.). Крестьянина должен играть только твердый хорошист, потому как союзник рабочему классу.". И указала на недавно появившегося в классе худенького, но очень дисциплинированного и очень прилежного русского мальчика. Он даже черные нарукавники на руках носил, был очень воспитанный, никогда не озорничал. Но все делал замедленно, говорил даже замедленно, но с прекрасной дикцией. Мне кажется, речь давалась ему с трудом. Когда через неск. лет услышал анекдоты про дистрофиков, в большинстве из них я легко представлял этого мальчика. Назову его Кре, как игравшего крестьянина. Ядро пьесы: Ленин с ружьем и с одной подстреленной птичкой и сумкой с харчом встречается с крестьянином. В ходе завязавшегося разговора, перешедшего в совместный перекус водой с хлебом, крестьянин интересуется у городского по виду охотника, доводилось ли ему видеть Ленина. Ленин отвечает, что да.
-А правду говорят, что Ленин за один присест семь караваев съедает?- спрашивает крестьянин.
-Да враки все это,- добродушно посмеиваясь, ответствует Ильич.
Училка волновалась, она вообще была молодая стройная симпатичная училка, но беспокойная. Отрепетировали в классе после уроков на зубок. Хлеб и ружье только мысленно изображали.
На генеральной репетиции училка наказала, чтобы и я и Кре принесли по ломтю посоленного именно серого хлеба, одного и того же заданного размера, чтобы не дай бог не получилось, что большевики крестьянство эксплуатируют. И еще одному ученику поручила выстрогать деревянный муляж ружья. Зал ДК, человек 100 с небольшим. Набит полностью взрослыми, худсамодеятельность заменяла населению телевизор, народ смотрел всегда с большим интересом, тем более что шли выступления коллективов из разных классов, целая лениниана. Зал в полусумраке, сцена освещена. Наша беспокойная училка удостоверяется в соизмеримости крестьянских и ленинских хлебов, но когда смотрит на принесенный муляж ружья, на ее красивом лице появляется отчаяние, а из теплых карих глаз, казалось, вот-вот брызнут слезы. Дедушка ученика рубанул неск. раз по грубо пиленой тарной доске и полил черной гуашью. Которая, словно темная морилка, оттенила грубый рельеф пилежки, неубранные зарубки от топора и неотрубленую рассщеперивщуюся щепу. ("Шеф, усе пропало!..."). И это ружье Ленина? Я тогда предлагаю сбегать домой за воздушкой. Училка, прикинув, когда дойдет наша очередь, и переспросив, успею ли я точно обернуться, отпускает меня. Запыхавшись, забегаю домой, в ноздри ударяют изумительные запахи свежеприготовленого обеда на кухне. Игнорируя призывы бабушки поесть, с воздушкой бегу назад. Успеваю! Но запахи обеда, свежий морозный воздух и пробежка сделали свое дело, я стал испутывать сильный голод. И я уже с нетерпением стал ждать нашего череда, чтобы хоть хлебом перекусить во время игры. Доходим до совместной трапезы. Я махом заглотил свой хлеб, а Кре крошку отщипнул, и дальше не ест. Играет, сидя на пне лицом к залу. Я стою рядом, правым боком к залу. И тут я решаю, раз он так медленно говорит, я успею за время его репризы незаметно взять и съесть его хлеб. Закончив свою репризу, я доворачиваюсь полуспиной к залу, и закрывая собой хлеб Кре, беру и начинаю его быстро-быстро жевать. А Кре в это время тянет: "А...правда,... что Ленин...за один...присест...семь...". Примерно здесь я с ужасом осознаю, что не успеваю съесть весь хлеб во рту! Распихиваю судорожно весь хлеб за щеки как хомяк, и опять становлюсь правым боком к полусумрачному залу. И после его репризы, пытаясь изобразить шутливое посмеивание, произношу: "Да враки все это!". И вдруг в полной тишине правым глазом периферически замечаю, что вроде как воздух в зале медленными волнами ходит. Ничего не понимаю! Осторожно поворачиваюсь в зал и вижу: Все сидят с очень серьезными сосредоточенными лицами, с широко открытыми глазами и плотно сжатыми губами, и всех будто бьет током (Такое я видел, когда незаметно приставляли кому-нибудь провод от магнето, которое чуть крутили). Но я ж никогда не видел проводки на сиденьях, когда ходил туда в кино! И все молчат!
После спектакля я спросил училку, а что это было? Молчит. Я еще раз. После паузы она говорит: " Ну как ты не понимаешь, ты говоришь, что враки все это, о том, что Ленин за один присест семь караваев съедает, а сам при этом воруешь хлеб у крестьянина и запихиваешь тут же себе в рот!"
Меня бросило в жар и снова как бы на сцене возникла виселица с петлей, в которую я сам просунул голову... "Чудовищное искажение святого образа вождя!" Отца в тюрьму, меня в спецшколу, у мамы сердце не выдержит...Примерно такие мысли проносились в моей пионерской голове.
К счастью и удивлению, никаких репрессий не последовало.(Хотя семья моего отца ощутимо пострадала во времена большой репрессии, а дядя его был расстрелян, могли, наверное, в принципе попытаться кадило рецидива раздуть). Может, это был один из концов хрущевской оттепели? Но какой страх у всех без исключения взрослых в зале возник! Ни единого звука! Все тряслись от смеха молча, сильно сжимая рты и выпучив глаза! Самые зады зала тонули в темноте, но примерно 2/3 глубины зала я видел. Тишина была как во всем зале, так и на сцене.
И может быть, волшебная сила моего сценического искусства, народной молвою дошедшая до "дедов", так преобразила их души, что они со щипками больше до меня не домогались. Да и я стал вытягиваться.
Продолжение истории, чувствую, выпирает за формат, на сегодня заканчиваю.

П.С. Прикрыв глаза, представляю себе ковер-самолет, на котором я , "пионар" Болтабай, и старик Хоттабыч (Из волшебного фильма моего детства "Старик Хоттабыч"), не спеша путешествуем по небу, напевая песенку со словами "Поздно мы с тобой поняли, что вдвоем вдвойне веселей, даже проплывать по небу, а не то, что жить на земле...". И муэдзин с минарета, пристроенного к ДК, ставшим мечетью сейчас, узнав нас, приветливо машет нам. И нам сверху, как и во времена моей пионерии, никаких границ не видно...
Временами в воздухе вокруг нас возникают завихрения, в которых крутятся какие-то бумажки. Это дурилки картонные, уносимые ветром на поганые болота в страну Оболванию.
Но мы летим другим путем. Не надо оваций. Милости просим к нашему ковру. Сотканному из человеколюбия.

80

Шипованная дубинка вместо винтовки: реальная история «Ворошиловского стрелка»

В 1999 году фильм Станислава Говорухина очень быстро набрал популярность и стал народным хитом. Однако не все знали, что у экранного мстителя был живой прототип, вот только не ветеран Великой отечественной войны, а молодой парень, чьи мечты обратили в ничто неизвестные маргиналы.
Фильм «Ворошиловский стрелок» завоевал множество наград и даже занял 34 место в списке главных фильмов России по версии журнала «Афиша».
Сам режиссер говорил о своем фильме с особой любовью:
«Мой лучший фильм — „Ворошиловский стрелок“. Я сам представитель власти, но и я оправдываю старика, решившегося на месть. Это даже не месть, а возмездие, которое должно было совершить государство. Если возмездие не настигает преступников, люди начинают жить по законам джунглей».
В культовой ленте пенсионер избежал наказания за свою месть, а внучка, ставшая жертвой домогательств, постепенно вернулась к нормальной жизни. Вполне себе оптимистичный финал… Однако реальная история, которая послужила вдохновением для фильма, была лишена светлых надежд на будущее и happy end-а.

Как все начиналось
Дмитрий Данилов

Все это произошло в Москве в конце 1980-х годов. Дмитрий Данилов родился и вырос в обычной советской семье, где главными постулатами были честь, достоинство и защита тех, кто слабее. Мальчика учили не быть равнодушным и ни в коем случае не ломаться под тяжестью жизненных обстоятельств.
Дмитрий усвоил это хорошо — в один из вечеров, заметив, что девушку задирает уличная банда, парень храбро двинулся на хулиганов. Дебоширов удалось разогнать, а доблестный рыцарь вызвался проводить девушку до дома. Эта встреча оказалась судьбоносной. Молодые люди с первого взгляда полюбили друг друга.
Позже Дмитрию пришла повестка в армию, а Ольга (так звали спасенную им девушку — прим. Woman.ru), обещала писать письма и ждать его возвращения. Сразу из учебной части крепкого парня отправили в Афганистан. Влюбленные исправно писали друг другу, в деталях описывая каждый свой день. Однако позже все изменилось — Оля внезапно перестала писать Дмитрию. Солдат прокручивал в голове тысячи вариантов — от банального «не дождалась» до «встретила кого-то другого». Однако даже в самом страшном сне он не мог представить себе, насколько пугающей окажется правда.

Возвращение домой
Сразу по приезде домой, Дмитрий попытался выяснить, что же случилось с его Олей. Родители девушки передали ему последнее письмо дочери, которое не решились отправлять парню в Афганистан. В тревожных строках Ольга сообщала, что ее больше нет и прощалась с любовью всей своей жизни. Шокированный Дмитрий раз за разом перечитывал предсмертную записку и не мог избавиться от гнетущего чувства вины за то, что не смог уберечь возлюбленную в вечер, разрушивший их будущее.

В то время на улицах было неспокойно — грабежи, вооруженные нападения, насилие… Бандиты чувствовали свою безнаказанность и без страха выходили на вечерние улицы. Жертвой того времени стала и Ольга.
Оля поздно вечером возвращалась домой с учебы, однако ей не удалось благополучно дойти до пункта назначения. Ее схватила шайка маргиналов. Они жестоко надругались и ограбили девушку. Золотые серьги даже не потрудились снять — их просто вырвали из ушей раздавленной Оли. Оправившись от первого шока, она поспешила обратиться за помощью в милицию, однако ее заявление даже не приняли, отметив, что она сама виновата в том, что оказалась не в том месте и не в то время.
Оля была совершенно разбита. Не понимая, как ей жить дальше там, где нет справедливости и защиты, она решила покинуть этот мир, совершив самоубийство. Девушка написала предсмертную записку, адресованную Дмитрию, и сделала свой последний вздох.

Подсказка из Голливуда
Узнав трагическую правду, Дмитрий впал в ступор. В его жизни все всегда было предельно ясно — где белое, где черное, где кроется зло, и что является добром. Идеалы парня были разрушены — его возлюбленная стала жертвой обстоятельств, преступления, так и оставшегося неотомщенным. Он просто не знал, что делать дальше.
Ответ пришел из… голливудского фильма. В центре сюжета фильма «Жажда смерти» был Нью-Йорк 1970-х, который захлестнула волна преступности. Главный герой, чья семья подверглась нападению бандитов, решил отомстить. Он вооружился револьвером и начал выходить на ночные улицы, чтобы самостоятельно вершить правосудие.
Именно в этом сюжете Дмитрий увидел свою миссию. Да, он не смог спасти Ольгу, но он решил найти и уничтожить тех, кто разрушил его будущее, а заодно и очистить улицы Москвы от преступности.
В отличие от героя фильма, Дмитрию Данилову револьвер не подарили, однако он самостоятельно соорудил шипованную дубинку. Парень вышел на ночные улицы, решив начать с того района, где напали на Ольгу — Строгино. В первый же вечер увидев нападение преступников на случайную прохожую, он двинулся на главаря банды, одним ударом лишив его глаза и нескольких зубов. Остальные в страхе разбежались.
Главаря банды, который принял на себя удар, забрала бригада скорой помощи. Позже выяснилось, что преступник ранее неоднократно бывал в отделении милиции. Однако ему всегда удавалось избежать правосудия благодаря высокопоставленному отцу-прокурору. Пара записок от отца — и парень превращался из подозреваемого в свидетеля. Однажды ему все-таки дали условный срок — он ограбил пенсионерку и вырвал у нее из ушей сережки. Папа вновь вступился за сына, который на этот раз оказался на больничной койке — он требовал поймать мстителя с дубинкой, искалечившего его наследника.

Конец истории
Дмитрий держал в страхе весь район — на улицах все реже можно было встретить преступников. Очень скоро в милицию стали пачками поступать заявления от изувеченных бандитов. Конечно, они не отмечали в своих записках, что «мститель» настигал их во время попыток совершить злодеяния. Каждый из пострадавших отмечал, что на них просто напал человек с шипованной дубинкой, решивший безжалостно нарушить их вечерний променад.
Данилова поймали, когда на его счету появились двое убитых преступников и несколько избитых.
В один из вечеров парень вновь вышел на вечерние улицы и был застигнут с поличным милиционерами. Он пытался бежать на машине, однако не слишком хорошо справлялся с управлением, и его быстро отвезли в отделение. Дмитрий свою вину не отрицал и с не скрываемой гордостью отмечал, что жалеет лишь о том, что не успел расправиться с каждым из маргиналов, наводнявших улицы столицы.
Семьи пострадавших требовали смертной казни для одиночки с шипованной дубинкой, однако ему дали 15 лет.
Что случилось с Дмитрием после выхода из тюрьмы — неизвестно. Ходило множество слухов. Кто-то говорил, что парень, разочаровавшийся в правосудии и жизни, ушел в старообрядческий монастырь, кто-то же считал, что он уехал в глухую деревню на Алтае.

81

На прошлой неделе приехал как-то к дому на машине поздно вечером и с трудом нашел место для парковки. Потом несколько дней ездил общественным транспортом на работу. В общем решил в субботу прокатиться до дачи, снег почистить. Вышел из дома, откидал от переднего бампера снег, что наши коммунальщики с дороги типа на обочину сгребли, сел в машину, завелся, прогрелся, стал выезжать с парковки и ... угодил передними колесами в яму, которой быть там просто не должно было...
Дело в том, что парковка у нас расположена за домом, машины ставятся в один ряд, перпендикулярно дому и между домом и парковкой проходит дорога.
Вышел из машины и вижу, что асфальт остался, но вдоль парковки пробита глубокая канава, аккурат на ширину колеса, засыпанная песком и чуть припорошенным снегом, и мои колеса успешно перемешивают этот самый песок.
Начал разбираться и выяснил, что "Водоканал" еще в декабре начал менять трубы у нас и в соседних домах, пробил эти самые канавы, поменял трубы, засыпал их обычным песком даже без малейшей примеси хотя бы гравия, не говоря уже об асфальте. Пока были морозы и снег со льдом данное покрытие относительно держалось, но тут наступила оттепель...
Дошел до "ответственных товарищей", те, естественно, валят друг на друг: Коммунальщики заявляют, что это Водоканал должен асфальт положить, Водоканал вопит, что работы еще не завершены, и это коммунальщики были обязана огородить парковку, чтобы ею никто не пользовался, те в ответ, что ограждение было, но сам же Водоканал его убрал, т.к. оно мешало проезду их техники и т.д., и т.п.

P.S. Ограждения, как впрочем и асфальта с гравием, так и не появилось и каждый день в эти "чертовы пески" попадает очередной счастливчик, пишущий по результатам новую жалобу. Ну а тот самопал, что делают водители (вкопанные крест на крест доски, знаки аварийной остановки и т.п.) кто-то очень быстро убирает...

P.P.S. Я выехал легко - машина с хорошим клиренсом, на брюхо не села, а домкрат с лопатой всегда с собой, ну и две широкие доски недалеко нашлись...

82

Ненавижу тараканов, боюсь ужасно, брезгую, презираю этих мерзких паразитов, при каждом удобном случае претендующих нелегально пробраться в вашу квартиру и беспардонно прописаться на ваших же квадратных метрах. И ведь фиг потом от них избавишься, особенно когда сосед по этажу активно и очень успешно их разводит. И ладно бы ещё разводил на продажу на корм разным птицам или рептилиям, или кто там ими питается...но нет! - он их для души разводит, ерш твою медь.

Бестараканно мы прожили в нашем доме почти 20 лет, потом старенькая соседка из ныне тараканной квартиры совсем слегла, и к ней перебрался сын - пипец какой алкозависимый. Трезвым я его ни разу не видела. И все же нужно отдать ему должное: в прошлом явно умный, интеллигентный и хорошо воспитанный человек, он до самого конца жил со своей лежачей мамой, ухаживал за ней, хотя и свои предосудительные интересы при этом ежедневно соблюдал, ну и, вероятно, от скуки или по доброте душевной, отараканил, на хрен, всю ее квартиру, а заодно и полподъезда. Вот только поздно я об этом узнала.

Не буду подробно описывать первый опыт обнаружения в своей квартире нежданного рыжего, а потом и чёрного перебежчика, а также весь спектр эмоций, который я испытала, однажды с ужасом осознав, что набеги не случайны, и несмотря на инсектициды, будут продолжаться до тех пор, пока проблему в своем тараканнике не решит сосед. Хорошо ещё, что тараканам к нам с лестничной клетки через тамбурную дверь сначала в тамбур пробиваться приходится, где мы их наловчились грохать на подступах к заветным рубежам, иначе...хм... почему-то вспомнились пограничные терки Беларуси по поводу беженцев...))). В общем, стала я искать с сиим нерадивым владельцем питомника встречи, но застать его дома оказалось сложно. Надежды на трезвость мышления и адекватность реакции алкопрофессионала было мало, честно, тем более, что познакомиться с ним в ранний дотараканий период никакого желания не возникало, но проблему-то нужно как-то решать.

И вот вчера вечером я пошла к мусоропроводу выносить мусор... ну, как пошла - короткими перебежками: быстро захлопывая за собой сначала дверь квартиры, потом тамбура, - стремительно скакнув как можно дальше через порожек и бросив настороженный взгляд на свой верхний дверной косяк, инстинктивно вжимая голову в плечи... Просто на косяке периодически тараканы тусят, после того, как сосед дверь в своём тараканнике открывает, чтобы войти или выйти. Однажды с этого косяка таракан на меня, замешкавшуюся у двери, прыгнул - ей-ей не вру - похоже, он апробировал новую тактику прорыва: минуя демаркационную инсектицидную линию, жирно очерченную по всей дверной коробке.

В общем, выпрыгиваю, а навстречу - ставший «любимым» сосед, причём под хорошей «мухой», а поскольку «мухи» у него первосортные всегда, разговор решила на потом не откладывать. И он состоялся... Сложно разговаривать с бухим и абсолютно непонятным для тебя человеком, на ходу меняя, адаптируя и применяя различную, пока что «пряничную» тактику, стараясь затронуть нужные струны души и все же до него достучаться. Полчаса переливания из пустого в порожнее с редкими проблесками надежды на успешный исход переговоров. И наконец - уффф, вроде донесла, вроде пообещал в течение 3 дней начать избавляться от тараканов. Йес! Я это сделала! Правда, тут же снова какую-то хрень понёс...

Спеша поставить точку на достигнутых договоренностях, - пока не передумал -спешно попрощалась и, привычно скакнув в тамбур, захлопнула за собой дверь. Вот не знаю, что сподвигло меня остаться стоять за тамбурной дверью и прислушаться (глазка нет). Вероятно, подсознательно сопоставив ежедневные нормативы шарахающихся по стенам, дверям, полу и потолку лестничной клетки тараканов со временем, в течение которого дверь соседа остаётся открытой, я втайне надеялась, что теперь он непременно заскочит в неё сайгаком и очень этого ждала.

Тем временем ключ в двери соседа несколько раз повернулся, раздался шум распахивающейся настежь тяжёлой металлической двери, потом несколько сжимающих сердце секунд тишины и...до моих ушей донёсся бухой, требовательный и вместе с тем какой-то обреченный голос соседа:
- Ну... выходите...
«Бляааа...» - тотчас выдохнул охреневший - ну, ооочень мягко сказано - внутренний голос. Сайгаком в свою квартиру метнулась я... В эту ночь мне почему-то не спалось. Совсем.

83

10 душевных стадий эмигрантки

1. Ты уехала. Первые дни, всё, как в сказке! Люди все улыбчивые. Персонал учтивый. Всё для людей! Умиляет любая мелочь: домик для уличных кошек; монеты в блюдце за какую-нибудь продаваемую мелочь в уличной лавке самообслуживания; прикольно раскашенные автобусы... Да, всё!!!

2. Некоторые бытовые неурядицы, возникающие из-за недостаточного знания языка и быта, но они никак не умаляют эйфории от того, что ты теперь не в России, а в цивилизованный стране.

3. Надо как можно скорее освоить язык страны пребывания, а то вечно, как дура глухонемая! И отрешиться, осудить, проклясть всё, что связывается тут с Россией: коммунизм, Сталин, ГУЛАГ, бесчинства Путина и тиранию с деспотией! Ты не такая, ты подлинная европейка, истинная демократка и коренная цивилизованная личность.

4. Сильно устала от того, что язык страны пребывания невозможно знать, как родной. Поэтому постоянно всплывают разные нюансы, в которых выглядишь не с лучшей стороны. Устала оправдываться за то, что русская, за то, в чём обвиняют Россию и от постоянных смол-токов про мороз-снег-Москва-водка-Путин. Чтобы отвлечься и поговорить несколько глубже, чем приходится с местными, зарегалась в разных "говорилках" соцсетей.

5. Местная общественная жизнь не трогает. А хочется быть активным участником процессов! Поэтому бьёшься в Интернете за ценности западной демократии с ватниками, советскими олдами и прочими "русскими шовинистами".

6. Ощущение недопонимания просмотренного фильма, прочитанной книги, поста в Интернете на местном языке начинает досаждать не на шутку. А ещё вода не того вкуса. Раньше она казалась вкуснее, а теперь немного раздражает. И хлеб. Он вкусный, конечно, но не такой, как на самом деле надо. Вообще, многих продуктов нет в гастрономах и это расстраивает.

7. В душе навечно появилось ощущение, что ты тут чужая и будешь всегда чужой, даже для своих детей, которые здесь подросли, освоились и чувствуют себя, как рыба в воде. А ты — Ихтиандр, который разучился дышать воздухом, пока сидел в ржавой бочке эмиграции.

8. Оказывается радушие у людей здесь фальшивое. Пытаешься победить одиночество, мыкаясь по разным сообществам: религиозным; спортивным; музыкальным — везде, где не обязателен родной местный язык.

9. Осознание, что если бы столько сил, потраченных на выживание в эмиграции, приложила дома, в России, то горы УСПЕХА бы на Родине свернула!

10. Может и зря эмигрировала, но теперь уже поздно. Иногда прикидываешь, на каких бы условиях согласилась реэмигрировать.

Конечно, по женской сущности, найдётся каждая первая с опровержением: "А у меня не так!!!" См. п. 5.

84

Волею судеб занесло меня в Детройт, город славный, но не особенно гостеприимный. В принципе, там всегда можно было подзаработать, дежуря возле больших мебельных магазинов, где покупатели на лету нанимали владельцев траков, а те, в свою очередь, - грузчиков.

В ту ночь мы перевозили мебельный магазин. У хозяина закончилась аренда, ему надо было сделать все срочно, и мы всю ночь мотались между магазином и домами его венгерских родственников и друзей, распихивая мебельные гарнитуры.

Мне тогда отсчитали 80 долларов за работу, чему я был несказанно рад в том моем положении. Зашел в какой-то кабак, перекусил, выпил водки, и отрубился с устатку. Что было дальше, не помню. Один из тех эпизодов, что начисто выпадают из памяти.

Я оклемался среди бомжей. Было начало зимы, как сейчас, и бомжи грелись у горящих бочек. Чарли, которому я был обязан — может быть тому, что я вообще очнулся? – короче, спасению, – влил в меня кофе и предложил проводить. Я отказывался, но он настаивал. Говорил, что я когда-то ему доллар дал.

По дороге мы встретили Алекса, бывшего польского военного летчика из Англии, который работал социальным служащим (служил социальным работником?), или социалистическим?

Алекс работал на город Детройт и как раз занимался проблемами бездомных, и Чарли и Алекс были давно знакомы, и всем нам было по пути. Проблема была в том, что мне надо было срочно опохмелиться, и поэтому мы все зашли в кабачок.

Я положил все доллары, что у меня еще оставались, на стойку, и гордо сказал: «Это все, что у меня есть, и сделайте нас пьяными!», что было вполне реально в то время.

Чарли и Алекс были знакомы давно, но именно в тот день Чарли впервые рассказал свою историю. Двадцать лет тому назад он работал на одном из автозаводов (на правах рекламы, умолчу, на каком) в довольно высокой инженерной должности.

Буду краток. Чарли был женат, у него было двое детей, они погибли в автокатастрофе вместе с нянькой, последовала депрессия, медицинские расходы, развод, отрицание мира.

И вот тут Алекс спросил: «А ты никогда не пробовал обратиться в SSA? (пенсионный фонд)». Чарли ответил, я не желаю ни от кого зависить. Я — сам по себе, а мир — сам по себе.

Не то что бы мы сдружились, но частенько пересекались на том тесном пространстве, пока я не уехал в Нью Йорк. А через несколько лет Алекс позвонил мне и предложил подъехать в Детройт на пару дней, вот так просто.

Я приехал по адресу, где меня ждали Алекс и Чарли. У Алекса был чек на имя Чарли от SSA на $13000. Оказывается, все это время Алекс работал над тем, чтобы возместить Чарли пенсию, невыплаченную за все те годы. Мы поехали в банк открывать Чарли счет. Чарли сам не имел представления, как это делается.

Чарли сказал: «Положите 9000 на счет и дайте мне 4000 наличными, по двадцатке, из них пять сотен по доллару». Тут пришла наша очередь удивляться.

Получив деньги, Чарли вытащил из кармана какой-то клочок бумаги, изорванный, истрепаный, протертый, поводил по нему пальцем, и сказал: «Согласно моим записям, с меня тут за выпивку и вообще. В общем, сорок восемь долларов на двоих. Забирайте сейчас, потом будет поздно».

Мы только хотели его убить, но он рассмеялся и сказал: «Неплохо бы тут разобраться, кому еще я должен».

85

Иногда приходится слышать или читать, что в СССР не было коррупции, а если и была, то это были не более чем отдельные разрозненные эпизоды.
Вот послушайте, что мельком довелось узнать мне.
Однажды, ещё при совке, сидели мы близкородственной компанией, травили разные байки, анекдоты, вспоминали разные случаи. Один из сидевших за столом вспомнил, как кто-то из родственников, занимавший тогда какую-то инженерную должность в энергетике, хвастался, что повернул рубильник и отключил от энергоснабжения местный молочный завод, и у них в холодильниках всё испортилось, и с тех пор у него и у начальства местных энергосетей на столе не переводились халявные угощения - масло, сметана, сыр и вообще любая молочка, какую душа пожелает. А ещё в другой раз он взял и обесточил овощебазу - с таким же приятным для себя результатом. А после отключения автосервиса его "Жигуль" всегда обслуживали вне очереди, и любые запчасти для него всегда бывали в наличии.
Все тогда позавидовали - вот, мол, как человек хорошо устроился, а мне было непонятно - как такие фокусы проходили для него без последствий?
Нельзя просто так взять и по своей прихоти обесточить какой-то объект. Это чревато очень серьёзными неприятностями. Можно даже и присесть, вообще-то. И если этот человек дёргал рубильник, да ещё открыто хвастался этим, значит, его кто-то прикрывал. Кто-то очень серьёзный и влиятельный, способный прикрыть и в министерстве, и в обкоме, и в ОБХСС, и прокуратуре, и вообще везде, где будет нужно. И такое покровительство предполагает вознаграждение совсем иного масштаба, нежели банка сметаны или замена амортизаторов.
Ответ на эту загадку, по крайней мере для себя, я получил позже, уже в "святые девяностые", когда узнал, что на юбилей к повелителю рубильника заезжал поздравить местный мафиозный босс, державший под своим контролем, опять-таки по слухам, всю область.
То есть, картина складывалась такая. К директору приходят люди и предлагают покровительство. Если директор ведёт себя неконструктивно, доверенный энергетик по отмашке главаря отключает объекту ток. План сорван, предприятие несёт убытки, коллектив без премии, левый доход тоже накрылся, с директора снимают стружку и по министерской линии, и по партийной. Жалобы на энергетиков эффекта не имеют - там была авария, это форс-мажор, и вообще, "смежники подвели - это не оправдание". То есть, виновным назначается пострадавший.
Рано или поздно, новый ли директор, или прежний, но поумневший, начинает исправно отстёгивать за покровительство столько, сколько скажут.
Опять-таки, напомню - всё это было ещё при СССР, в котором не было ни коррупции, ни организованной преступности.

86

А расскажу-ка я про Джона.

1.
К середине девяностых в Москву слетелись в жажде наживы все флаги, но в основном, конечно, звездно-полосатый, который исторически пользовался приязнью Горби. В одну из американских фирмочек с разбегу влетел и я. Ставка инженера в полторы штуки уе приятно контрастировала с аналогичной местной вакансией, за три-то сотни деревом.
- ...Джон, к вам бандиты! - веселый звонкий голос в интеркоме.
- Fifteen minutes, я заньят, Наташа, сделай им коффи.
Выхожу из шефьего кабинета, на полном серьезе сидят трое в цепях, с чашечками, ждут аудиенции. Американцев тогда крышевали и конторские, и менты: не забалуешь.
За неделю я с инженера взлетел до Господина Технического Директора - Джон был сильно удивлен наличием серьезных технарей в нашей соломенно-глиняной пластилиновой местности; впоследствии инженеров набирал уже я. Одним из них был весьма толковый прогер Гена - толковый-то да, но подорванный на бутылке. Как-то Джон на вечернем "митинге" спрашивает, что с сайтом, который должен уже неделю работать. Я, уставший периодически отмазывать Генку, рубанул: - Да блин. В запое он. Ни стыда ни совести, такую работу профакивает.
- Так, стоп. - Джон потыкал кнопки карманного переводчика. Поднял бровь. Взял мышь, покнопал в инете. Округлил глаза и выдал: - В английском языке отсутствуют термины "запой" и "совесть". Объясняй.
Встал, вышел в приемную, сделал два коффи, достал вискарик, усадил меня на диван, уселся насупротив. Болтали - долго.
Назавтра тренинги для продажников закрылись. Открылись через две недели - с русским, а не привозным, "тьютором" и программой, которую писал лично Джон, все эти две недели. Позже, еще тепленькую, эту программу он успешно впарил еще десяти аналогичным конторкам и грозился отчислять мне роялти с продажи книги, которую засел писать на тему Russian Psychology. Но - не срослось.
Портретно напоминая Дедушку Ленина - бородка клинышком, прическа скобкой вокруг лысины, - Джон отличался баскетбольным ростом и литым бюргерским брюшком, что сыграло ему не на руку. А на ногу. В первые весенние деньки шеф вдребезги размозжил себе колено о крылечко собственного офиса, не будучи осведомлен, что чистить снег в Москве не принято. Южанин, что взять.
Дня через четыре прямо из больницы он улетел на родину, протезировать сустав. А вместо Джона хозяйка бизнеса прислала нам невестку своего сына - молоденькую, глупую и довольно вредную девку, принципиально не желавшую учить ни слова на русском. С таким "executive directorом" я предсказуемо не сошелся и вскоре отчалил строить собственный бизнесок. Переписывались мы с Шефом еще несколько лет.

2.
Этой весной, шагая в составе комиссии по локомотивному депо заказчика, я с недосыпу споткнулся о циклопический паровозный болт. Шипя от боли, присел вытереть кроссовку салфеткой и - осенило: Знак. Завернул болт в ту же салфетку и беспардонно его спиздил. У себя в мастерской тщательно отчистил Болт от песка, солидола и ржавчины. И назавтра, на глазах всего офиса, возложил сей Болт на работу.
Покнопавши в инете, через час (вот он - Знак) нашел в airbnb чудо - скромную виллочку чуть севернее Бодрума! в пик сезона!! - и немедленно снял ее на месяц.
Стою в бассейне по плечи, усиленно делаю вид, что поддерживаю дитя под брюшко: младшая вчера бросила нарукавники и отлично плавает, но - только если знает, что я ее держу.
Между чадом и мной, отфыркиваясь, всплывает коричневая голова с белоснежными бровями - Sorry! - Sorry! - и вдруг глаза жилистого старикана становятся знакомо круглыми. - Билл?! - Джон?!!
Оказалось, Джон уже полтора года арендует дом в том же кондо и, что немаловажно, после дня рождения в его кладовке пылится добрая половина ящика калифорнийского пино-нуар. Дважды приглашать меня не пришлось. Болтали - долго. И не раз.
Джон похвалился, что в свои 83 года имеет с десяток некрупных бизнесков по всему миру, от сборки скутеров в Китае до пары ферм вот тут, в Турции, живет где вздумается и особо не парится о доходах. Миллионов 5-8 в год выходит, ему вполне хватает, мидл-мидл класс. А я?
А что я... по пьяни русского человека, понятно, рвет на политику. Рассказал, во что превратилась страна, при рождении которой он присутствовал, про развал образования, медицины, чебурнет, цензуру. Рассказал, что за витриной любого АО или ГУПа скрипит ржавый советский тепловоз или водокачка, старше меня, который ежедневно латают за свой счет сами нищие работяги, короче про весь совок, в который мы скатились.
По мере моих разглагольствований с Джона постепенно сползла фирменная американская улыбка. Когда я переводил дух, он меня припечатал:
- А ты не поумнел, Билл.
Я вскинулся было, но подумал и притих.
- Помнишь, мы полночи сидели с кофе и виски, когда ты сказал мне про Совесть и Запой? Я тогда перечитал половину ваших классиков и помалу начал понимать, что к чему. А ты, похоже, не начал. Или, думаешь, я не читаю новостей? Читаю. Что ты хочешь? Чего тебе недостает?
- Покой и воля! - я было попер, размахивая бокалом, пафосно цитировать Наше Всё.
- Не выпендривайся. Тебе, конкретно тебе?
- Ну... возможность жить по потребностям, и чтобы первый же блатной не имел возможности отобрать у меня нажитое, и чтоб мне не врали из каждого утюга. Человеческое образование детям и...
- Стоп. Ты хочешь в Советский Союз, в котором вырос. Но - большинство ваших людей и так уже загнали в макет Советского Союза! Им врут из телевизора, что всё прекрасно, им обрезали внешние СМИ, они в изрядной мере ничего не делают и получают жалованье, небольшое, но с голоду не умрешь, а то и стащишь что на работе. При этом у них есть свобода тихонечко, на кухне, ненавидеть Путина и правящую партию. Стандартная советско-российская шизофреничная жизнь, со времен Щедрина и Царя-Гороха: жизнь на два лица, одно домашнее, одно для начальства. Ты этого хочешь? Живи так, что тебе мешает?
- Тварь ли я дрожа...
- Нет, не имеешь. Ни в одной стране мира. Если ты клоп, на тебя наступят. Если ты слон, в тебя засадят крупным калибром. Помнишь Анатолия?
Помню, финдиректор нашей конторки. Впоследствии немелкий банкир. Земля пухом.
- Ты хотел бы стать олигархом? Ты мог, тогда, в девяностые. Ты не был дураком. Почему не стал?
- Боги упаси. Жестокость не мое. Вообще, не воин.
- Совесть, иначе говоря, да? Олигархи, чиновники - они живут снаружи загона, который последние 30 лет строился для плебса. Они - фермеры, плебс - шерсть и мясо. Так было везде и всегда, все довольны: совок, как ты сказал, привычен уборщику, а вырезка под соусом - олигарху. Какие у тебя с этим проблемы? Образование, говоришь? Ты не тянешь приличную школу? Но ты тянешь месяц в недешевом углу Турции. Логика?
- Да тяну, тяну я школу. А остальные?
- Кто остальные? Домашнему скоту образование не нужно и даже вредно. Образованный скот начинает думать. Опять - совесть, Чернышевский и прочая ересь? Или ты заботишься о детях олигархов? Билив ми, они сами о них позаботятся.
Долго помолчали.
- Я знаю, что тебе хотелось тогда и хочется сейчас. Быть средним классом, как я. Не олигархом, но и не мясной коровой. В твоей стране так не получится, читай наконец классиков так, как прочел их я, а не как вдолбила тебе твоя учительница сорок лет назад.
- Кому в цивилизованном мире нужен гастарбайтер из глиняно-соломенной страны, немолодой и детный? Ты же об этом?
- Об этом, но ты говоришь про Европу, вы, русские, уперты почему-то только в нее. В Европу тебе поздно.
- Азия?!
- Может быть. Приезжай зимой ко мне на Филиппины.

Умный дядька Джон. Очень умный. А чем черт не шутит... и приеду.

(c).sb.

87

СТРАШНЫЙ ЧЕЛОВЕК
"Смазку получает то колесо, которое скрипит больше всех"
Генри Уиллер Шоу

С Михаилом я познакомился случайно, поэтому не успел узнать его отчества. Даже фамилию его я не знаю, хотя это и не важно, всё равно фамилия у него не совсем настоящая. Ну, как не настоящая, в каком-то смысле настоящая, конечно, но…
Михаилу семьдесят лет и вот какую историю он рассказал мне о своей несчастной, но такой счастливой жизни:

- Обоих моих дедушек расстреляли ещё до войны, одну бабушку тоже посадили за мужа, про вторую вообще ничего не знаю.
Никого из них я даже на фотографиях не видел.
Родители мои в конце сороковых, от греха подальше уехали из Ленинграда в Казахстан и «потерялись» там в маленьком рабочем посёлочке.
Построили домик – мазанку, комнатка и кухня. Весь дом, наверное, пятнадцать квадратных метров всего, а может и того меньше. Там я и родился.
Папа работал электриком, мама медсестрой в больнице.
Жили бедновато, впрочем, как и все на нашей улице. Правда, наш сосед, мужик лет пятидесяти, жил прямо скажем, роскошно. У него было целое хозяйство: куры гуси, дом кирпичный, велосипед. Хотя, если так подумать, какая там роскошь, только если в сравнении со всеобщей нищетой.
Вся улица завидовала нашему соседу. Завидовала и боялась. Говорили, что он страшный человек и его нужно обходить десятой дорогой. А то себе дороже. Вроде сидел он в тюрьме за убийство, или что-то в этом роде. Кто, когда-то имел с ним какие-то дела, иных уж нет, а тех не ищут... Говорили, что в его доме люди навсегда исчезали. Зашёл человек и всё. Никто, никогда его больше и не видел.
А вот меня всегда почему-то тянуло к этому страшному человеку. Я приходил к нему в гости и можно сказать батрачил на него: рубил траву птицам, убирался в сарае, мыл в доме полы, таскал воду, даже стирал бельё. И что самое странное, сосед никогда и ничего мне за работу не платил, просто иногда рассказывал какие-то удивительные истории из своей нездешней жизни, или просто, одобрительно хлопал меня по плечу:

- Ну, что, Мишаня, устал? Ты сегодня был молодцом, хорошо поработали. Проголодался, наверное?
- Да, немножко.
- Ну, тогда беги домой, поешь, поздно уже. А завтра опять приходи, если захочешь, будем с тобой велосипед ремонтировать.

И я, как ни странно, приходил, ведь даже бесплатно пахать на «страшного» соседа мне было интереснее, чем с пацанами по улицам шляться.
Вот только родители этого не одобряли, кричали, ругались, что сосед наш страшный человек и доведёт он меня до тюрьмы, а может быть куда и похуже. От него можно ожидать чего угодно, убьёт и в степи закопает.
Каждый раз как папа замечал меня рядом с соседским домом, вечером так порол ремнём, что я не то что сидеть, я даже на спине лежать не мог. Но, проходила неделя, другая, я смелел и снова шёл батрачить на страшного соседа и опять попадался папе на глаза. И так по кругу.

И вот, наступило лето 64-го. Когда всё и случилось.
Мои папа и мама вечером, как всегда вместе, возвращались домой с работы. Их сбил пьяный водитель на грузовике.
Оба погибли. Сразу, на месте.

Так я и остался совсем один и никого из родственников на всём белом свете.
Соседи с нашей улицы собрались, помогли с гробами и могилами.
Вернулся я вечером с похорон, ничего не соображаю, сел на табуретку в углу, сижу, плачу. Мне всего тринадцать и как дальше жить, я совсем не представлял.
Тут на пороге появилась какая-то толстая тётя с нашим участковым и сказала:

- Мальчик, ты, давай потихоньку собирай чемодан: трусы, майки, свидетельство о рождении, ну и вообще, все документы что в доме найдёшь, а завтра утром мы за тобой заедем и отвезём в район, в детский дом. До свидания.

Я попрощался и продолжил плакать, сидя на табуретке.
Через некоторое время открылась дверь и в дом вошёл «страшный сосед»
Он не стал долго слушать мои всхлипы и завывания, поднял с табуретки, обнял, встряхнул за плечи и сказал:

- А теперь слушай меня внимательно. Деньги в доме есть?
- Нет. Были, но все потратились на похороны.
- Ну, тем лучше. Значит так, собирай свои вещи, но только те, что надеваются на тебя. Никаких документов не бери и никакого чемодана, руки должны быть свободными. И одевайся потеплее. Через полчаса жду у себя. Времени мало, не опаздывай.

Через полчаса, я, несмотря на лето, завалился к «страшному соседу» укутанный по-зимнему и даже в шапке.
Сосед осмотрел меня со всех сторон, одобрительно кивнул и сказал: - Снимай штаны.
Я снял, он что-то зашил мне в карман и велел одеваться.
Потом посадил меня на багажник велосипеда и мы полночи куда-то ехали. Даже падали пару раз, когда в темноте съезжали с дороги.
Под утро приехали к какому-то казаху-пастуху. Сосед сдал меня с рук на руки и на прощание сказал:

- Тебя будут и дальше передавать друг другу, ничего не бойся и слушайся их – это свои люди. С посторонними не болтай, помалкивай, пусть лучше все думают, что ты дурачок, или глухонемой.
Я тебе зашил в карман немного денег. Только когда останешься совсем один, достань их, но не раньше. И давай там, Мишаня, не поминай лихом.

Больше я его никогда не видел, но нет такого дня, когда бы я не вспоминал его с благодарностью. Оказалось, мой страшный сосед был серьёзным контрабандистом.
С казахом мы несколько дней ехали на лошадях, потом он передал меня другим людям и с ними я уже шёл с караваном верблюдов, потом опять новые люди и опять. Я впервые в жизни увидел города, море и настоящий густой лес. Прошло всего месяца три с начала моего пути, не больше и я на грузовом корабле уже причаливал к огромному порту.
Последний мой провожатый сказал:

- Всё, парень, ты прибыл, дальше сам как-нибудь – это город Нью-Йорк. Нравится? Удачи тебе.

Когда я сошёл на берег и остался совсем один, я распорол карман, в нём были двадцать долларов…

Учился в школе, закончил колледж и всю жизнь проработал на заводе, был сварщиком высшей категории, даже в начальство выбился. Теперь у меня хорошая пенсия, большой дом в Питтсбурге, жена, дети, внучки.
Когда–то я даже собирался приехать хоть на денёк в Казахстан, чтобы просто пройти по своему посёлку, но так и не решился. Внутри до сих пор сидит детский страх, что там меня схватят и больше не отпустят. Глупо конечно.

А, знаешь, каждому человеку иногда снится один и тот же самый страшный кошмар в жизни, или наоборот, самый - самый счастливый сон.
Так вот у меня эти сны, почти ничем не отличаются. Самый страшный кошмар – это когда мне снится, как я от стука в дверь, просыпаюсь в своей кровати в Казахстане и слышу голос той толстой тётки:

- Стучи, посильнее, он, наверное, ещё спит. Что ж такое? Я же ему сказала, что мы утром за ним приедем.

А самый счастливый сон – это когда та самая толстая тётка с участковым, так же стучит в мой маленький домик и тётка говорит:

- Стучи, посильнее, он, наверное, ещё спит. Что ж такое? Я же ему сказала, что мы утром за ним приедем.

Так они стучат не переставая, аж штукатурка сыплется, а я в это время в Питтсбурге гуляю по парку с внучками, улыбаюсь и кормлю в озере уток…

88

В Пскове мужчине разрисовали машину за громкую музыку ночью. На машину нанесли надписи из аэрозольного баллончика: «Спасибо за музыку в 2.00. Черт, понравилось. Благодарные соседи 4-х домов».
Полиция разыскивает человека, разрисовавшего автомобиль.

P.S. Там, где закон бездействует или защищает только преступников, рано или поздно начинает действовать Самосуд. И всегда есть выбор - стать судьёй или осуждённым.

89

"Как швейцарские часы"

Что такое Швейцария для приезжего? Небольшая, богатая, благополучная страна, с расписанным порядком жизни, шаблонно ассоциируемая со швейцарскими часами, ножами, шоколадом и сыром. И с отлично организованной транспортной системой. Если ты прилетел, скажем, в Цюрих, но надо тебе в совсем другой город, то ты идёшь к автомату и покупаешь проездной по маршруту от начальной точки до конечной. Он действует до трёх часов, и на своём маршруте ты можешь перемещаться по нему в любых поездах и автобусах, пересаживаясь из одного в другой сколько угодно, пока не прибудешь в нужное место. Красота же - садишься и едешь в швейцарском поезде, точном, как швейцарские часы и надёжном как швейцарский нож. Закусываешь, если проголодался, швейцарским шоколадом и ни о чём не беспокоишься... Или нет?
Несколько зарисовок от иностранного пассажира швейцарских железных дорог:

1. Приходишь на станцию, на нужную платформу. Платформы размечены, на них указано, где останавливается какой класс вагонов. Идёшь туда, где второй, у тебя билет в него. Подходит твой поезд. На вагоне фабричная разметка краской "1 класс", но в окне висит лист бумаги А4, на котором написано маркером "2 класс". В таких случаях всегда везде действует временная разметка, поэтому заходишь в него. В тамбуре тоже висят листы с надписью "2 класс". Садишься и едешь в вагоне второго класса с удобствами первого. Подходит контролёр, проверяет билет и говорит: "Гражданин, вы сели не в свой класс, извольте пересесть". Объясняешь ему на неродном и тебе и ему английском, что там висит бумага, где написано "2 класс". Чувствуя недопонимание, слегка напрягаешься. Подходит напарница контролёра и говорит ему "Расслабься, всё верно, сегодня это второй класс". Ну и хорошо.

2. Съездил погулять в другой город, уже довольно поздно вечером приходишь на станцию. Билет с временем, номером поезда и маршрутом заранее куплен в интернете. Билет со скидкой, на один определённый поезд, на другом не действует. Смотришь на табло с расписанием - вот платформа (№8), вот время, вот маршрут - но номер поезда другой. Хорошо, время ещё есть. Идёшь к служащему:
- Простите, а где вот этот поезд, что у меня в билете?
- Да вот он, на табло.
- Но номер другой.
- Всё в порядке, это точно он.
Прекрасно, бежишь на нужную платформу №8. Там табло, но на табло платформа №11. В лёгком недоумении обращаешься к служащему:
- Простите, у меня в билете платформа 8, а на табло 11.
Он смотрит на свой планшет и показывает - там №8 зачёркнут, а написан №11.
- Ну да, вот прямо только что поменяли. Извини, случается такое.
Спускаешься в подземный переход, бежишь к №11 метров 50, поднимаешься садишься в поезд, едешь "домой". Уфффф.

3. Прилетаешь в Цюрих, до конечного места надо ехать с пересадками - два поезда и автобус. Время - вечер, тебе надо успеть на второй поезд, потому что он последний и до 6 утра следующего не будет. Идёшь на нужную платформу, указанную в расписании поездов, распечатанном с сайта, и ждёшь. И этот поезд в этот день уходит с другой платформы, зря ты так понадеялся на швейцарскую точность и соответствие расписанию на сайте. Голосовые объявления о смене платформы были, но они не дублируются на английском. И до 4:30 ты идёшь гулять по ночному Цюриху, потому что станции закрываются на ночь и всех выгоняет охранник, одетый в форму и обвешанный экипировкой, как полицейский, даже с дубинкой на поясе.

4. Покидая гостеприимную Швейцарию, собираешься на поезд до Женевы. Приходишь на станцию. Время то, платформа та, стоит поезд, но номер на нём другой. Эге, повторяетесь, господа, мы уже такое видали. Спрашиваешь у служащего:
- Простите, это поезд до Женевы?
- Нет, другой, ваш будет потом, ожидайте.
Поезд опаздывает на полчаса. Садишься и едешь. Опоздание некритично, до аэропорта ещё собирался часа три погулять по Женеве. В Женеву он приходит также с опозданием на полчаса, не смог нагнать в пути. И там голос в динамиках говорит (в поездах есть дубляж на английском):
- Господа, сегодня этот поезд не пойдёт до конечной станции "Аэропорт Женевы". Тем, кто едет в аэропорт, предлагается сойти и перейти на хреннадцатый путь, к поезду номер N.
Тебе безразлично, ты и так собирался гулять по Женеве. Но что бы было, если бы торопился именно в аэропорт и опаздывал на рейс из-за задержки поезда?

И такая дребедень буквально через раз. Кажется, РЖД сегодня отличается большей предсказуемостью и стабильностью, чем швейцарские поезда, надёжные, как швейцарский нож и точные, как швейцарские часы. А может быть, это специально так задумано, чтобы привнести некоторую пикантность в благополучную отлаженную жизнь?
Гадать не буду. Просто дам совет: если будете в Швейцарии ездить на поездах, обязательно всегда проверяйте информацию на железнодорожных табло, не доверяйте только расписанию. И удачи вам в путешествии.

90

Работаю охранником в ночном клубе. Прихожу с работы поздно и жутко усталый. Сплю до обеда. Когда кто-то звонит мне на мобильный телефон ДО обеда, всегда на звонок отвечает моя четырёхлетняя дочь фразой: "Ты кто, чудовище?! Папа спит!". Я научил :)

91

Колю Фортунатова укусил клещ. Укусил себе и укусил. Коля сперва и не заметил. Просто шея как-то странно чесалась, будто воротник натёр. А потом глянул у зеркала – клещ!
В больнице клеща выкрутили специальным пинцетом, положили в колбу и велели ждать.
— Чего ждать-то? — поинтересовался Фортунатов у пожилой докторши. — Вытащили же…
— Счастья, моя хорошая, — устало вздохнула та, — если повезёт…
— Это как? — забеспокоился Коля.
— А, вот, так, моя хорошая. — пояснила докторша. — Может пронесёт, а может и борреллиоз развиться, либо, не дай бог, энцефалит. Уже два смертных случая в этом году было...
Коля только и моргнул в ответ. Слова все были незнакомые и как всё незнакомое пугали.
«Навыдумывают же болячек, — недовольно подумал он, — тоже мне, лекари-пекари».
Врачей Коля не любил. Натерпелся от них, когда лечили. Да он вообще не любил всех людей в белых халатах - ни врачей, ни поваров, ни учёных. Ему почему-то казалось, что за белыми одеяниями скрыты некие чёрные намерения.
Между тем докторша безжалостно вкатила ему в плечо укол и выписала на бланке что-то неразборчивое:
— Если температура резко прыгнет или сильная головная боль, то скорую с этой бумажкой вызовешь…

Домой Коля пришёл уже основательно встревоженный. Сходу залез в изрядно потрёпанный медицинский справочник, доставшийся ему от тётки, чей первый муж когда-то работал сторожем в городской библиотеке. Справочник чудом уцелел от посягательств её второго мужа, человека уже литературно малообразованного и не понимающего ценности печатного текста. И как следствие, часто пользовавшего книги нецелевым образом.
К счастью, раздел про клещей был на месте. Внимательно его изучив, Коля приуныл ещё больше. Врачиха не врала, других вариантов и вправду не было.
Фортунатову стало себя жалко. Только жить снова начал, с обидой подумал он, и нате вам…
Он прилёг на диван, закрыл глаза и, прислушиваясь к себе, стал ждать проявления всех тех симптомов, о которых только что прочёл.
Прошло минут десять, ничего не происходило. Лишь левая нога зачесалась, но про это в справочнике ничего сказано не было. Он закрыл глаза, решив подождать ещё немного.
В квартире стояла тишина, томительная и очень неприятная, словно с привкусом какой-то ржавчины.
Фортунатов не выдержал и встал. Потом подошёл к окну, открыл одну из створок и посмотрел вниз. Двор был пуст и тих, лишь откуда-то издалека доносился зовущий тонкий голосок: ма-ма, ма-ма!
Он оглядел свою комнату, где застоялся запах табака, пыльное зеркало на стене, стол с грязной посудой, старый пожелтевший телефон на табуретке.
А, ведь, так и вправду помру, подумалось вдруг ему, а никто добрым словом и не вспомнит.
Отчего-то эта мысль его испугала, и он, подойдя к телефону, снял трубку.
— Алло, Серёга, — набрал он товарища, с кем иногда вместе ездили на рыбалку, — тебе катушку мою «шимановскую» надо?
— Да, не собираюсь пока, — зевнул в ответ Серёга, — жара же, щука всё равно спит...
— Не, вообще... надо? Забирай, — Фортунатов слегка помедлил и небрежно добавил, — бесплатно...
Телефон затих. Очевидно, Серёга осмысливал услышанное.
— Бухаешь опять что ли? — осторожно предположил он. — Ты ж вроде подвязывал…
Коля обиделся и положил трубку, передумав звонить кому-то ещё из друзей.
Потом постоял пару минут и снова снял, набрав номер бывшей жены.
— Фортунатов? — сразу спросила та. Каким-то образом она всегда угадывала, что звонит именно он. — Ну, чего хотел-то?
Она вздохнула и замолчала, приготовившись к ритуальной перебранке.
Коля хотел рассказать про клеща, но в горле от жалости к себе запершило.
— Там на даче яблоки уже... — прокашлялся он, — скажи своему, пусть заедет, соберёт.
Дача была материна, при разводе досталась ему, но Коля бывал там редко, ездил только траву постричь, да и то, когда звонили соседи по участку, ругались. Бывшая же дачу любила, а теперь, когда они с новым мужем взяли машину, съездить туда никогда не отказывалась.
— Спасибо… — смягчилась она, — ...ты как... устроился куда?
— Устроился...
— Вот и молодец, — похвалила она, — вот, и работай себе… и пей в меру… и живи как все люди…
Почему-то Колю это задело.
— Сами-то жить умеете? — не выдержал он. — Кредитов понабрали, как собаки блох и строите из себя!
Он не стал продолжать разговор и бросил трубку. Звонить кому-то ещё окончательно расхотелось. Фортунатов на секунду представил лицо супруги, когда ей сообщат обстоятельства его смерти и мстительно усмехнулся.
Потом присел на диван и машинально включил телевизор. Показывали биатлон где-то в горах. Спортсмены в ярких костюмах бежали наперегонки, падали, стреляли, поднимались и снова устремлялись вперёд…
«Всё как в жизни, — подумал Коля, — кто-то сразу попадает в цель, и бежит себе дальше. А кому-то приходится штрафные круги отмотать, чтоб потом догонять остальных. Только, вот, жизнь у всех одна, беготнёй не добрать».
Он вздохнул, щёлкнул пультом, и прошёл на кухню, где без аппетита поужинал хлебом с рыбными консервами. Закончив с едой, посидел ещё немного просто так, потом снова вздохнул и решил выйти проветриться.

Внизу было прохладно и пахло липами. На скамейке у подъезда сидел дворовый бездельник Генка Ходырев и в состоянии пьяной креативности сосредоточенно плющил ногой пустую пивную банку.
— Колян! — обрадовался он Фортунатову, — А чего смурной такой? Это потому что не употребляешь больше… Займи полтаху-а?
— Клещ укусил, — кратко пояснил Коля и чуть поколебавшись выдал Генке полтинник, — на, можешь не отдавать…
Генка, не ожидавший такой щедрости, резво спрыгнул со скамейки, схватил деньги и так бойко зашагал на угол, что Фортунатов только вздохнул – этот точно всех переживёт...

Теперь двор был совсем пуст, только у клумбы с яркими лохматыми цветами, в халате и с лейкой в руке, лениво прохаживалась Надька Белякова, его бывшая одноклассница и всегдашняя соседка сверху.
«Вот же, – подумалось ему, – ходит себе, коза ногастая, а тоже жить останется».
Ему вдруг захотелось сказать ей что-нибудь очень неприятное. Что больно худая, да длинная, или, что нос как выключатель, или…
— Слышь, Надежда, — окликнул он, — подойди на минутку…
— Чего тебе? — насторожилась та, но, поколебавшись, подошла поближе.
Фортунатов собрался с мыслями, выискивая слова пообиднее и вдруг вспомнил, что в школе, в начальных классах, они с Надькой хорошо дружили, и однажды даже поцеловались за гаражами. Память услужливо высветила и то лето, и что тогда также вкусно пахло липами, и что на гараже розовым мелом было написано "Белякова - ведьма".
Он посмотрел в угол двора, где на месте гаражей давно уже была парковка для машин, потом снова на Надьку и неожиданно для себя сказал:
— Я, Надь, умру скоро, может, завтра уже…
— Тьфу, дурак или родом так? — нахмурилась Надька, — кто ж так шутит-то?
— Да, серьёзно я, — продолжил Коля, чувствуя, как на глаза помимо воли наворачиваются слёзы, — клещ меня в лесу цапнул. В шею.
Надька ойкнула и поставила лейку на землю.
— Это как же, Коль? Так ты, давай, в больницу беги скорее!
— Был уже, — махнул он рукой, — жду, вот, теперь, когда температура поднимется. Тогда точно хана.
Надька придвинулась ещё ближе и дотронулась ладонью до его лба.
Рука у неё была влажной, мягкой и приятно пахла свежей травой. Фортунатов невольно зажмурился и даже замер, пытаясь продлить это уютное ощущение.
— Вроде нету… — Надька убрала руку, немного подумала и убеждённо заговорила:
— В церковь тебе надо, Коля, во всех своих грехах покаяться, прощение попросить. И стараться больше не грешить. И...
— Пойду я, Надь, — вздохнул он, — поздно мне отмаливаться-то.
Он почти уже дошёл до своей двери, когда снизу, из тиши подъезда, донеслось чуть слышное «подожди»…

Надька потянулась из-под одеяла, включила торшер, снова положила ему на лоб руку и слегка улыбнулась:
— Что-то не похож ты на больного… наврал, поди, про клеща-то?
Коля молчал и, словно впервые, с интересом смотрел на Надьку, отмечая мягкий овал её лица, розовые полные губы, гладкие русые волосы и, не найдя что сказать, лишь мотнул головой.
— Чего молчишь-то?
— Ты на даму червей смахиваешь, — сказал Коля, — красивая…
— Да, ну тебя, — Надька быстро соскочила с кровати и, завернувшись в халат, пошла на кухню.
— Чай-то хоть есть у тебя, кавалер?
— На кухне, в буфете…
Фортунатов встал и, замотавшись в одеяло, подошёл к окну. Прикурил сигарету, затянулся, медленно выдохнул дым наружу в прохладную пустоту двора, потом недоверчиво покачал головой и вдруг улыбнулся.

(С)robertyumen

92

УРОК ПЕРЕВОДА С ОДЕССКОГО

Эпиграф:

- Моня, бежи по-бистрому помить горло, а то до нас имя Двойра имеет припереться.
- Щас! А вдруг она не припротся? Шё я буду, как тот поц, круглый день бегать с чистой горлой?


Представьте себе девушку, что до восемнадцати лет ни разу картохи себе не сваривши, а токмо читавши да чужеземную мову учивши до одури, приехавшую по контракту работать переводчиком в системе профтехобразования СССР в Алжир в 80е гг прошлога столетия. Она не знала ни профиля своей будущей работы, ни города, куда ее направят.... Она ничего не знала. И ее никто не встретил в аэропорту.

Стоп. Вот тут, чтобы некоторые слезливые товарищи не начали хором мою героиню Машу жалеть, сделаю таки отступление и поведаю, что прилетела она в Алжир не одна, а с каким-то специалистом, возвращавшимся из отпуска. И везла она для него сто килограмм груза, ей положенных, но не имевшихся в наличии по причине ее полнога незнания того, что в Алжире кушать мало чего есть. Специалист, назовем его Леонидом Хлыновским (все имена вымышлены!!!), в качестве благодарности напоил ее в самолете допьяна, благо потребовалось для этога всего ничего.

И вот прилетели они в столицу Алжира город Алжир. Хлыновского — встречают, а Машу нет. А Маша - пьяная и не переживает вовсе. Сжалился он над дурехой-девчонкой и отвез к себе в контракт, где она благополучно прожила с месяц в ожидании направления на работу.

Поселили Машу к Соломону Марковичу, мастеру производственного обучения из Одессы. Он с супругой Валерией Львовной занимал трехкомнатную квартиру в большом многоквартирном доме, заселенном сплошь советскими специалистами. Маше выделили комнату прямо рядом с душевой. Соломон Маркович принимал душ в пять часов утра. И, как будильник, орал под душем «Кто мооожет сравниться с Матильдой маааааей!». Маша просыпалась, ждала, пока Соломон Маркович наорется и уйдет таки на работу, и шла помогать Валерии Львовне по хозяйству.

Валерия Львовна, пышнотелая блондинка маленькага роста, всегда носила дома просторный халатик, под которым в разных местах шевелилось ее тело. Когда Маша впервые увидела, как из подмышки Валерии Львовны выпучилась некая труба и, дрожа, поползла куда-то ей за спину, а Валерия Львовна ойкнула, пытаясь трубу достать, и зашипела: Гулька! Не дури, у нас гости!, а потом, обращаясь уже к Маше: Не обращай внимания. Она боится людей, Маша тоже ойкнула:

- К-к-к-то?

- Кошка! Мы ее котенком на улице подобрали. Вот она по мне и скачет с утра до ночи. Она высунется. Если тебе повезет.

Маше не повезло. За месяц Гульку (сокр. Гульчатай) она так и не увидела. А та гуляла по Валерии Львовне как на баобабе. По баобабу.

Через неделю Маша взвыла от тоски и безделья и стала приставать к Соломону Марковичу: - Пожалуйста! Возьмите меня на работу!

- Та на чьто ты мне здалася, пацанка? - миролюбиво гудел на кухне Соломон Маркович. - Хошь, научу фарш на котлеты месить? Гляди, его мять надо нежно… и долго… как титьки.

- Моня! - раздавался вездесуший голос Валерии Львовны.

- Ще сразу Моня? Моня правду говорит! Как тесто! И кушать иди, пока я не умер тебя ждать! - орал Соломон Маркович в сторону Валерии Львовны.

Маша в качестве переводчика, действительно, была Соломону Марковичу как собаке пятая нога. За семь в совокупности проведенных в Алжире лет он преуспел не только в профессиональном французском, но и в разговорном арабском. Но над «немой» неопытной Машей сжалился. И на следующее утро привел ее к себе на работу.

В слесарной мастерской уже копошились арапчата в синих комбинезонах.

Ша, шлимазлы! - зычно гаркнул Соломон Маркович по-русски. Подходим за инстрУментом! По-одному! И в сторону Маши:

- Переводи, пацанка!

Арапчата, скорее всего, не поняли, почему девушка Соломона Марковича сначала побледнела, потом покраснела, потом присела на краешек табуретки, потом встала и прошептала мастеру на ухо:

- Дословно?

- А як вжешь! - расплылся в довольной улыбке Соломон Маркович, уже раздававший выстроившимся ученикам коробочки с болтами и гайками. Они, скорее всего, понимали его без слов. Только Маша отдышалась, молча радуясь несостоявшемуся фиаско, как опять услышала гром с небес:

- Машка, а ну ходь сюда!

Перед Соломоном Марковичем стоял последний арапчонок, красный и взволнованный. Он яростно жестикулировал и махал коробочкой.

- А ты ему, Маша, кажи, - промолвил Соломон Маркович, протирая ветошью что-то железное и глаз с ученика не спуская, - Дословно скажи! Что мол, поезд его ушел!

- У меня болтов мало! - повернулся арапчонок к Маше. - Всем по двадцать выдали, я посчитал! А у меня всего восемна..

- Шо он мне начинает? Говори ему, что я велел! - перебил его Соломон Маркович и с этими словами спрятался в бытовке.

- Мастер говорит, что твой поезд ушел, - прошептала бедная Маша. - Ой! Слишком поздно!

- Какой поезд? Чего поздно? - выпучил глаза арапчонок.

- Ну понимаешь, он сказал по-русски, что поезд ушел. А это значит, что чего-то там слишком поздно….

- Вах-вэй! И дальше арапчонок разразился непереводимой арабской словесной вязью, взмахнул рукой в гневе «Иншалла!» и пошел на свое место обиженный донельзя.

...- Да знаю я, сколько у него болтов! Ко мне вопросов быть не надо, - перебил Соломон Маркович Машу, пытавшуюся ему обьяснить ситуацию. Недодал я ему их специятельно! Шоб знал, чьто он меня устал! Он на прошлой неделе два болта мне умыкнул! Поняла, пацанка? И не порти мне воспитание!

Вечером Маша долго думала. И решила больше уроков перевода у Соломона Марковича не брать. Еще неизвестно, в какой контракт ее направят… необязательно в школу слесарей ведь? А Соломон Маркович и не настаивал.

- Перестань мокнуть нос! Раскатала губу захопить за один раз, - сказал он Маше. - Твоя очередь фарш месить!

93

Вообще я считаю, что день дурака, второго апреля. Нет, первого конечно все эти приколы, розыгрыши и прочее. Но осознавать полностью как тебя развели, ты начинаешь именно второго. Кто-то с утра, а кто-то к обеду. Кто как проснется. Мне эти дни запомнились надолго. Хотя и столько лет прошло, а помню как вчера.
В тот день, первого апреля я проснулся в неплохом настроении. Перекинулся с женой парой фраз и хлебнув чаю устремился на работу. Прикол, по дороге я подготовил неплохой, обращая внимание всех соседей на спущенное колесо их машины. Благо в те времена машины были уже у многих. Проходило на ура. Но я и сам был готов. На белой спине и лопнувших брюках меня точно было не развести.
- Андрей, зайди на минутку ко мне, - произнес входящий вместе со мной директор.
- Хорошо, только куртку сниму, - заверил его я.
- Я тут подумал, а давай мы тебя назначим начальником отдела? - произнес он, как только я вошел в его кабинет.
- Меня? - и тут я сообразил, что это первоапрельский развод. Но по тяжелой, это вам не белая спина.
- Ну как ты на это смотришь? - с небольшой улыбкой, утрировал он.
- Отрицательно! - так же немного улыбаясь, заверил его я.
- Почему? - улыбка сошла с его лица.
- Ну во-первых у нас есть начальник отдела. Живой и здоровый, а во-вторых...
- Да, но он увольняется. А что во-вторых?
- А во-вторых, я хочу быть вашим замом, а не каким-то там начальником отдела. - подыграл ему я.
- Ну это возможно, но позже, лучше тебе пройти все ступени. Ты молодой, перспективный, вполне возможно, что и меня когда нибудь заменишь. Надо подождать.
- Вот я и буду ждать. Как место освободится, я готов. А на начальника отдела не пойду.
- Ну дело твое конечно. Ладно, что нибудь решим.
- Съел, не получилось — уже выходя подумал я. Додумать не успел, потому что отвлекла Ленка с бухгалтерии.
- Андрей, зайди премию получи, - почти вцепилась мне в руку она, - а то уфинтилишь куда нибудь опять в командировку. А мне отчет сдавать надо.
Такой развод точно уж не проходил. Я как только представил хохочущие лица бухгалтерии, сразу это понял.
- Лен, я ведь орел? - поинтересовался у нее я. Пока она меня рассматривала и оценивала в новом ракурсе, мыча что вроде «нуууу», я добавил. - А орлам деньги не нужны! - и прошествовал по коридору в кабинет. Гордо и немного по орлиному.
Потом я куда-то отъехал, закрутился, вернулся поздно и день вроде как прошел. Но был еще дом. Конечно такого хода я не ожидал.
- Андрюша, ты знаешь, пляши! - не успел я переступить порог, произнесла жена.
- С чего это? - не понял я, но на всякий случай осмотрелся. Ничего из-за чего можно плясать, я не заметил и понял, что она подготовила какой-то развод.
- Я сегодня была у Юльки, у них один щеночек остался. Именно такой как ты хотел, восточно-европейской овчарки. Такая лапуля, такая умница, девочка правда. Но ведь без разницы, говорят девочки даже преданней своему хозяину. Завтра можно забирать. У них правда есть уже покупатель, но мне она отказать не смогла. Давай пляши!
- Не, плясать не буду! Да и ненужен он нам, сама же говорила. - По тяжелой бьет, сделал я вывод и подумал про себя. - Нехорошо. Даже первого апреля. Так дела не делаются. Знает ведь, что хочу и мечтаю, ну зачем такой развод?
- Не хочешь, но почему, ты же всегда хотел? - хорошо она играла. Тут ей не откажешь.
- Потому что дети еще маленькие. Собака это грязь, заботы, шерсть, слюни! Или ты забыла?
В общем, совсем скоро, все переросло в небольшую семейную перепалку и я довольно уставший за день, обиженно завалился в зале на диван, включив телевизор. Там и уснул. А утром наступило второе. ВТОРОЕ, блин, АПРЕЛЯ.
- Юль, извини, брать не будем. Андрей отказался. Так что продавай. Да сама не пойму, всегда хотел, а здесь как белены объелся, - я прислушивался к телефонному разговору из прихожей и не совсем понимал. Нет, я понимал конечно, но не понимал как. Ведь если это был развод, то к чему продолжение сегодня? А если нет? И никакого развода не было.
Я собрался и оделся молча. На работу шел задумчиво. А лучше бы не шел. Не успел я войти в кабинет, как на пороге появился директор.
- Хочу представить вам нового начальника отдела, - после, здравствуйте, произнес он, - Сумарохин Леонид Сергеевич. Вы все его хорошо знаете, поэтому в долгих представлениях он не нуждается. Виктор Николаевич, уволился, но я думаю вы и с новым начальником будете работать так же хорошо и с полной отдачей...
Это уже выходило за все рамки. Не перекурить такое, я просто уже не мог. Поэтому поздравив Леньку, я пошел на улицу все обдумать.
- Слышь, орел! Ты будешь премию получать или нет? Мне отчитываться надо! - в коридоре стояла Ленка.
- Я не орел, Лена... - посмотрев на нее, произнес я.
- А кто? - начав рассматривать меня по-новой, поинтересовалась она.
- Дурак! Супердурак! - тяжело вздохнул я.
- С чего это? - не поняла она.
- С того, что я даже сам себя развел. Да как развел - по полной и по тяжелой! Так что поздравь меня пожалуйста, вчера ведь был мой праздник.

94

Был как-то мой друг женат на девушке. А у нее был братец младший – отпетый дегенерат по имени Коля. У него друг был еще – Валера. Они когда в варкрафт играли Валера играл под ником «Лорд Валера». А Коля играл под ником – «Властелин». От так-то оно. Властелина и одного-то терпеть было нельзя, а когда они с Лордом вдвоем были, сердцу стороннего наблюдателя постоянно становилось больно от осознания того, что героев Родина уже не дождется, а обратно запихивать недорослей уже поздно.

Так вот. Надо заметить, что я-то в то время работал в уголовном розыске. Ну как работал – практику проходил. Но опера, к которым меня прикрепили для расширения кругозора, быстро направили мою энергию в нужное русло и по факту я работал, только не официально, бесплатно и без пистолета. И бить людей мне тоже не доверяли. Говорили - молодой еще, можешь ожесточиться прежде времени.

К чему я веду-то. У меня всегда с собой была куча повесток, протоколов и прочих бумаг официального характера, которые я решительно использовал в ходе практики. Еще у меня была папка из кожзаменителя, в которой я все это таскал. Этой папкой я очень гордился, так как считал, что человек с папкой выглядит гораздо более внушительно, чем человек без папки.

И вот как-то я восседал на друговой кухне и поедал котлеты, изготовленные его женой. Папка лежала на столе, а друг сидел рядом и пил чай. В тот момент, когда я выпал из беседы сосредоточенно пережевывая очередную котлетку, он задумчиво спросил по сердцу ли мне стряпня евоной жены и доволен ли я радушным приемом и угощением.

Я в ответ энергично покивал головой и закатил глаза, что выражало высшую степень согласия по всем пунктам. Не откладывая дело в долгий ящик, друг незамедлительно мне предложил в знак благодарности за обед и ради удали молодецкой подарить ему пару бланков повесток для веселого розыгрыша который, безусловно, внесет яркость, и разнообразие в скучную и не веселую жизнь Коли Властелина и Валеры Лорда.

Я внутренне содрогнулся от смеха, но котлеты обязывали и бланки я ему оставил, а сам уехал то-ли в морг то-ли в психушку по уголовнорозысковым делам.

Эффект от шутки превзошел все ожидания.

Папа Коли был бизнесменом, и с семьей не жил, но детей любил, хотя держал в строгости. Колю он любил в частности, и за окончание второго курса без троек сулил отпрыску права и ключи от джипа. За Колиными успехами Папа следил, регулярно проверял его явку в институт, и когда Коли в институте не оказывалось, приезжал и охаживал сынулю ремнем по богатырским ягодицам.

Так вот. Что конкретно намалевал в порыве вдохновения майн либер фройнд в повестках на имя Коли и Валеры я не знаю, но Валера с совершенно не лордским достоинством рыдал и валил на Колю все, чем они занимались в свободное от варкрафта время - от поджога кнопок в лифте, до осквернения памятной стеллы городам – побратимам.

А Коля, в свою очередь, даже не успел как приличный пацан взять все на себя, так как примчавшийся спешно Папа даже не стал браться за ремень, а взялся за гитару. Гм. Знаете – как цыган со словами – «а за меня все скажет гитара». Да. Папа взялся за гитару и нанес Коле несколько воспитательных ударов по хребту, в результате чего благородный инструмент пришел в полную негодность, чего, кстати, нельзя сказать о Колином хребте. После чего, Папа задумчиво отбыл восвояси, а Коля остался и без машины и без гитары.

Когда выяснилось, что повестки были розыгрышем неизвестных лиц, все успокоились, а Коле обещали купить новую гитару, еще лучше прежней.

Надо заметить, что Коля и Валера на поджогах кнопок не остановились. На пятом курсе института их посадили за серию разбойных нападений. Раз в месяц, в день получения пенсий они грабили бабулек. Погорели на шестом или седьмом эпизоде, когда отняли деньги у бывшей учительницы из их школы, которая их и опознала.

От такие дела.

95

Похороны. Молодая женщина хоронит своего мужа.
Вдова в глубоком трауре, глаза, красные от слез.
Священник читает молитву и произносит слова утешения родным и близким покойног.
Так устроен этот мир, говорит святой отец. Все мы рано или поздно отойдем в мир иной. Смерть это тайна, но в тайне есть дверь. Сегодня ваш дорогой сын, муж и отец приоткрыл эту дверь, он ушел от нас, но он навеки останется в наших сердцах. Мы всегда будем помнить его светлый образ... И когда вам будет особенно тяжело... (обращается к молодой вдове) вспоминайте, как любили этого человека, как тепло и радостно вам было рядом с ним. Вспоминайте его лицо, его руки, его последние слова... Вы помните его последние слова?
Да, святой отец.
И что же он сказал?
Из этого ружья, корова, ты даже в слона не попадешь!

96

Напомнило историей молодого компютерного колдуна, когда я сам был компютерный колдун https://www.anekdot.ru/id/1187652/

Я был студентом в 17 лет, компьютерная специальность, но мне все было легко, так как я уже 2-3 года как программировал. На лекции почти не ходил ( в Болгарии тогда легко училось высшее ), только одни упражнения никогда не пропускал. Была у нас учительница, молодая, только что закончившая, лет 23-24 наверное. Очень красивая, черные кудрявые волосы, всегда в каких-то серьёзных костюмах одевалась. Но тело не спрячешь, атлетичное сочное телосложение. Тогда она мне как богиня выглядела. Я не помню что она там говорила, 50% времени представлял себе ее без одежды. Да нет, точнее, 90% от моего буднего времени, я думал о этой преподавательнице. Я этого не знал, но всем моим состудентам было ясно, что я влюблен.

И вот последний урок, задание всем дала, все пишут, я уже готов. Она такая подходит, в бежевом костюме с юбкой. Легко присаживается на парту, одной ногой. Легко улыбается, пышные губы, кудрявые волосы стелятся на пышную грудь

- Ну что, опять первый готов ?

Я тупо улыбаюсь. Мы часто шутили, спорили на компьютерную тематику, но так близко ко мне еще не была. Она продолжает тихо говорить:

- Знаешь, каждую среду у меня в 15:00 час приема, если кому-то что-то неясно. А сегодня среда ! Редко кто приходит.

Она говорит, ее губы двигаются, но я ее не слышу, у меня мозг забил. Представляю себе ее голую грудь, мне даже дышать трудно.

- Давай приходи сегодня на прием !

Вдруг до меня медленно начинает доходить. Я выхожу из тумана, просыпаюсь, моя мысль приходит обратно в голову. Слышу свой голос, как отвечает, мысль начинает догонять слова, моей реакции нету предела.

- Да вы что ? Это Я должен вам приходить на консультации сегодня ? Есть что-то, что Я не знаю ? Вы же Excel и Word преподаете, а я уже 2 года как на Turbo Pascal программирую? Я поспорил с учителем Дескриптивной Математики, и победил, а он ДОЦЕНТ ! И т.д., и т.д.

Учительница подскочила, как кнутом ударенная, пошла к столу. Все смеются, я даже не понял, что все это сказал высоко, все услышали. Все смеются, но почему то смотрят не на нее, а на меня. Странно, я же все правильно сказал ? Успокоился, присел.

Прошли годы, наверное 5-8 лет. Я уже научился с девушками общаться, даже начало все легко удаваться. И вот спорим с одной девушкой, кому легче найти партнёра. Я ей объясняю - как мужикам тяжело, надо думать, как познакомится, что сказать, куда вечером отвести. А как легко девушкам - короткая юбка, чуть грима, улыбка, и мужики сами начинают клеится. Она:

- Да ты что ! Клеятся 99% хлама, который только хочет вставить, и потом убежать. Один подходящий месяц меня провожал, по глазам видно, ему хочется. А мне он тоже нравится. Истекает, не уходит, но не смеет попросить. И вот что сказать, я же не какая-то легкая девушка ? И говорю ему "Заходи ко мне, я кофе тебе сделаю !" (В Болгарии много кофе пьют, чай почти не пьют) И он вдруг весь в лице меняется, смотрит, как на псих-больную, и спрашивает "Да ты что ? Какое кофе в 2 часа утра ?"

После этих слов, меня как молнией ударило. Дальше что щебетала девушка, я уже не помню. Сейчас даже не помню, было ли что-то у меня потом с этой девушкой или нет. Я уже был снова студент, сидел на той парте. Надо мной надсевшись, улыбалась моя молодая преподавательница. Я был один такой маленький маленький глупый человечек. Один такой маленький глупый человечек, мальчик, который уже точно знал, что нужно ответить. Которому было и очень стыдно, что он так подставил красивую преподавательницу своим пылким ответом.

Который все уже знал кристально чисто и ясно, но поздно ...

97

Не посмотри я в детстве фильм «Всадник без головы», возможно реакция у меня была бы другая. Но я смотрел его раза три, не меньше. Поэтому когда после сытного позднего ужина я вышел из трактира покурить на свежем воздухе, ничего не предвещало плохого. Теплый июльский вечерок, такой же теплый южный ветерок, располагали к философии и... Не успел я чиркнуть зажигалкой и глубоко затянувшись поднять глаза, как сразу охренел. Из надвигающейся темноты в мою сторону двигался всадник - без головы. Его белый саван развевался ветерком, спадая почти до самой земли, покрывая не только всадника, но и лошадь. Нет, у лошади то голова была, она хорошо оттенялась на фоне этого белого савана и была абсолютно черной. А еще меня смутила и нагнала жути тишина, ни цокота копыт, ни тяжелого дыхания, только медленное плавное движение. Они как будто плыли из темноты. Угрожающе плыли, как в тот момент мне казалось. Лошадь вообще была огромной. А всадник, тот вообще без головы. И я как-то поневоле зашевелился, ухватив с земли камень, ведь больше ничего под рукой не было. Выдержать долго такое было невозможно и я размахнувшись зафинтилил камнем что было силы.
-Ай-ай, ой-ей! - заверещал кто-то, но точно не всадник, ведь ему и верещать было нечем, - ты чего кидаешься?! - продолжало нечто чем то. Лошадь тоже оскалилась, сказав Фр-р-ривет! - и голос у нее был явно грубее. Но это было уже лучше чем зловещая тишина и я наклонился за вторым камнем. - слышь, кончай, а если в голову попадешь! - опять раздался крик, какого-то знакомого голоса. Я понял, что это все же всадник, мало того что орет, так еще и издевается. Как я в голову попаду, если ее просто нет, в принципе. Фигура на лошади задергалась, саван ее покрывающий пополз вверх и в сторону и спал с другой стороны на землю. Первой я признал лошадь. Это была Зорька, я купил ее буквально пару недель назад. Поднял взгляд чуть выше и у фигуры тоже появилась голова. Серегина. Работающего пастухом. - Свои, свои! - помахал он мне рукой. И правильно. Второй раз заработать по организму булыжником, наверняка не очень приятно. Тем более, что второй был намного увесистей.
-Серега, я не понял, что за прикол, но мне он явно не нравится! - отбросив ненужный камень, произнес я.
-Да какой прикол, ты сам попробуй попаси когда слепней тучи. Вот и накинул тюль, чтобы хоть немного спасти, себя и Зорьку. - обижено произнес он.
-Ну хорошо, - подивившись такому решению вопроса, произнес я, - но сюда то к трактиру ты в таком виде зачем приперся?! - в тоже время не понимал я.
-Да никуда я не приперся, это все Зорька, меня на ужин привезла. А я чуток кемарнул по дороге, встаю ведь рано, а ложусь поздно. - и все в его словах было как бы логично, кроме моей нервной дрожжи.
Сдружились они с лошадью быстро и сильно. Потомок немецких тяжеловозов и мелкий Серега, составили неплохую ячейку трудового коллектива. За две недели, Серега приноровился даже спать на ее широченной спине, выбросив ненужное седло и постелив одеяльце. Получалось у него это и сидя и лежа. Единственное в чем была проблема, что соскользнув с нее по большой или малой нужде, без стремян он не мог на нее взобраться. Приходилось им бежать по полю к горельнику, где Серега воспользовался одним из обгоревших пней. Но свои ошибки он учел быстро, поэтому в следующий раз когда поджимало, он ехал на Зорьке к удобному для посадки месту. Быки до этого устраивающие полный беспредел сексуального плана и игнорирующие Серегу в принципе, в первый же день увидев Зорьку, присмирели. Ведь Зорька надух не переносила их сексуальные оргии. Стоило им нарушить установленную ей дисциплину, она подходила к нарушителям и огромными зубищами кусала их за хребет или шею. Быки в ужасе вздирали глаза вверх, видели над собой огромную пасть и на какое-то время впадали в глубочайшую импотенцию. В этом у Сереги с Зорькой было полное взаимопонимание, он также ненавидел их оргии. Но из-за своего небольшого роста укусить быка за хребет физически не мог, а вместе с Зорькой они решили эту проблему моментально.
Серега конечно врал, что не высыпается, с таким-то партнером, он только и делал, что спал на ее спине. Лошадь взяла все обязанности на себя. Не знаю, почему она терпела на своем хребту ненужного в общем-то наездника, но Серега видимо решил и эту проблему. Всегда набивая в трактире карманы вкусняшками. Плюс постоянные поглаживания, расчесывание гривы. Внеплановый овес. Да и мало ли еще чего. В общем их чувства можно было бы назвать не только дружбой, но даже взаимной любовью.
-Слышь, Серега, я не против твоих новшеств и тюль, которая я так понимаю была шторами в твоем доме, мне тоже до балды. И даже на слепней которых ты обманул, мне наплевать. Но ты хотя бы должен понимать, что я мог попасть и в Зорьку, а она ведь ни причем. - надавил я на последний и самый весомый аргумент.
-В Зорьку?! - его тщедушная фигурка скользнула вниз и метнулась ко мне, - да если бы ты в нее камнем попал, ты бы нажил огромные проблемы!
И я ему поверил, зачем они мне.

98

По многочисленным просьбам: Про то, как я жену взрывал.
Жену я себе, надо сказать, начал искать целенаправленно, даже не после того, как сынишка одной моей любовницы назвал меня папой, а после того, как прохожие показывали на меня пальцем и называли счастливым папашей, а я испытывал гордость ... даже при том, что сын не мой, а его мамаша замужем за таким человеком, что мне не жить, если он узнает. А еще - я бы никогда не назвал ту женщину, с которой был в тот момент своей женой ...
Вот так я в неполные 20 лет осознал, что я ищу отношения либо на одну ночь (что, признаться немного брезгливо), либо на всю жизнь.
То, как мы познакомились с моей будущей женой и матерью моих детей - тема для отдельной истории, скажу только что в определенный момент мы оба не хотели танцевать, но пытались свалить ответственность пред именинником друг на друга ... а через 30 минут мы уже занимались сексом в комнате, из которой попросили всех выйти на 15 минут ... причем первый раз прошел настолько сумбурно и невпечатляющее, что пришлось назначать свидание ... на котором все вообще пошло кувырком... зато третий раз прошел настолько фантастически, что я сразу ей сказал: "Продержимся три года - я сделаю тебе предложение." (как она потом рассказывала, в тот момент она подумала: "Это вызов? Что я три года не продержусь?"). Через пол года я ей честно сказал, что похоже, я ее люблю ... и это было мое самое сокровенное признание в моей жизни, и самое ответственное заявление.
А еще я ей сказал, что в нашей семье разводов никогда не было и не будет - после свадьбы у каждого из нас только один способ стать свободными - смерть одного из супругов.
Три года большой срок, за который мы неплохо притерлись друг к другу, но ... штамп в паспорте все же что-то магически меняет в нашей жизни и отношениях. Мы иногда ссорились, обижались - всегда мирились. Но в тот день я даже начал задумываться, что развод - вполне себе приемлемый вариант. Причину уже не вспомню, кажется я пошутил над ее заспанной рожицей (ей всегда трудно давались утра), а она обиделась и слово за слово... В общем, я уже представлял, как буду сообщать друзьям о нашем разводе.
Но мы были на даче, а на даче есть дела, которые надо доделать перед отъездом - в частности - обрезать и сжечь разросшийся дикий виноград. Сжигали его в здоровенной кирпичной, в пол кирпича, печке с открытым верхом (по типу кирпичного мангала только сильно шире и глубже - до самой земли). Внизу догорали угли от сухих веток, а вот сырой виноград никак не хотел разгораться ... и я пошел за бензином.
В детстве мы как-то нашли во дворе брошенный Москвич, в баке которого было полно бензина, который мы с помощью штатного бензонасоса разлили по бутылкам из-под кока-колы и все лето играли в великих поджигателей. Эта бутылка была из тех - на ней была неродная крышечка - толи от спрайта, толи от пепси. Оригинальная улетела в неизвестном направлении, когда мой горящий приятель бросил ее в одну сторону, а бутылку в другую, и я решал что тушить первым - приятеля или бутылку (выбрал, конечно, бутылку - в ней куча бензина, а полетела она в сторону припаркованных машин, а приятель сам погаснет). За то лето я получил кучу наглядных иллюстраций к технике безопасности.
Поэтому бензин я наливал сам, через промежуточную тару, не находясь в зоне поражения вспышки паров - бензин сквозь плотную пробку из винограда просачивался до самых углей, где испарялся, образуя туман ... но упрямо не вспыхивал.
Жене я заранее выдал охотничьи спички, которые так удобно кидать в облако бензинового тумана ... правда, забыл проинструктировать (как-то не подумал, что она то не присутствовала при наших играх с огнем), и сам уже собравшись относить бутылку на место, скомандовал: "Поджигай!", но взгляд зацепился за крышечку, и я обернулся...
... Чтобы увидеть, как моя жена склонившись над "мангалом" чуть ли не всем корпусом, плавно подносит руку к бензиновому туману ... который уже растекся по всей мангальной площадке, и в котором она стоит по колено.
Бутылку я отбросил подальше, от спички загорелся туман и вспыхнув как тополиный пух понес огонь во все стороны - не страшно - как и тополиный пух, он дает слишком холодное пламя, чтобы навредить, но вот он углубился в "мангал" и там, пробираясь сквозь виноградные листья, в стесненном пространстве дал струю, которая ударила ей в лицо - этого я и боялся, но вспышка была куда слабее, чем я ожидал, что наводило на мысль, что мне наконец удалось то, что нам (великим поджигателям) не удалось в то лето - ВЗОРВАТЬ БЕНЗИНОВЫЕ ПАРЫ!
Взрыв последовал спустя мгновение - я еще бежал к "мангалу", чтобы оттащить жену - кричать было уже поздно, хорошо, что от струи она инстинктивно отшатнулась и успела сделать шаг назад. Пламени почти не было - был глухой хлопок, пробка из винограда начала подниматься в воздух - я проводил ее до высоты метра четыре, "мангал" начал раздаваться в ширь - из него полетели кирпичи (как мне показалось низенько так) один ткнулся мне в бедро и меня, несмотря на мою внушительную комплекцию, развернуло - потом был внушительный синяк. Жену я поймал сильно раньше, чем приземлились кирпичи, пока приземлялся виноград я успел ее не только осмотреть, но и дождаться ее реакции. Отец, перекрывавший в тот момент крышу сарая сказал, что взрывной волной его чуть не сдуло с крыши.
Большое количество противоожоговых мазей и льда позволили снизить до минимума последствия для жены - сильный ожег остался только на руке - глаза она закрыла, а лицо мы отстояли ... правда брови и ресницы ей еще пол года приходилось рисовать.
Вечером, уже дома, жена сказала: "А ведь я тебе не поверила, когда ты сказал, что развод в вашей семье только через смерть ... теперь верю." А пока я подбирал слова, чтобы оправдаться добавила: "Любовь до гроба! Надо признать, в этом что-то есть ... романтично так."
И не могу утверждать, что больше мы вообще не ссорились, но ... я не могу припомнить ни одной ссоры с тех пор.

99

Сказки и мифы « Русской рулетки»

Рассказывают, что Матвей Блантер, не обладая особо привлекательной внешностью, — он был маленького роста, сутулый, близорукий — тем не менее пользовался феноменальным успехом у женщин. На вопрос, как ему это удается, он коротко ответил:
— Для меня главное — дотащить женщину до рояля, а там она моя.
За мной не водилось ни умения играть на рояле, ни умения играть на бирже, я никогда не был богат, ничего выдающегося в моей внешности не было и нет. Однако всё это компенсировалось моей любовью к женщинам — и они отвечали мне взаимностью.
В чём секрет?
Сам не знаю, могу только догадываться... Две вещи, возможно, казались им привлекательными.
Моя преданность медицине — она придавала мне уверенность и уравновешенность. А также снабжала неисчислимым количеством историй и анекдотов — топливо для разговора. Что и было второй причиной — разговорный жанр был для меня тем же, чем для Блантера служил рояль.
Или для павлина — хвостовые перья.
И вот эти качества, в сочетании с громадным энтузиазмом по изучению матчасти, приносили определённый успех.
Не Казанова и не царь Соломон — но на жизнь хватало.
Что интересно — эти же качества помогали мне и в охмурении англоязычных носительниц ХХ хромосомы, правда, позже, к концу века...распускать перья значительно легче, если знаешь язык охмуряемой. Уверен, что вы знаете, просто повторюсь — если удаётся вызвать улыбку или смех — то вероятность успеха сильно повышается, что коррелирует с умением шутить на родном языке охмуряемой. Улыбнуть — значит победить, был мой девиз.
Да и зрелость помогает: в определённый момент жизни мужчины черты реактивного двигателя ракеты начинают сочетаться со свойствами дизеля — что явно идёт на пользу дела...
Что-то я разговорился, пора и к истории переходить.
Время действия — где-то в районе 1996, место действия — « Русская рулетка», самый престижный ресторан для эмигрантов из СССР: действительно роскошный ресторан с отличной кухней, великолепным персоналом, феноменальным баром с сигарами, в том числе и кубинскими. И танцплощадкой с оркестром.
Но главное — много женщин: свободных и не очень, молодых и чуть постарше, блондинок, брюнеток и шатенок, со всей необъятной страны — а самое главное: обладающие похожим менталитетом и говорящие на языке нашего детства.
Это уже позже эмигранты повадились таскать туда туземцев, удивляя их до состояния восторга обилием пития и яств, доселе ими не виданных. И уж совсем в бешеный восторг их приводили танцы и живая музыка оркестра.
Культурный шок...
Кстати, там же я наблюдал и другой шок — появление нуворишей с постсоветского пространства.
Наши эмигранты, годами идущие к успеху, тяжело и много работая — вдруг узрели феерически быстро разбогатевших « новых русских».И это притом, что наша эмиграция считалась долгое время самой успешной и образованной, только недавно уступив первое место иранцам, тоже, кстати, история, как-нибудь расскажу... Кстати, это большое различие — деньги заработанные супротив упавших в руки, да и дворцы, построенные на нефтедоллары, значительно превосходили дома поднявшихся традиционным путём эмигрантов.
Я был далёк от всего этого — мой путь одинокого самурая пролегал через суровые дебри тренировочных программ в монастырских условиях аскетизма кадетов религиозного медицинского университета.
Деньги, правда, завелись — и неплохие.
И если я не дежурил — то летел в « Русскую рулетку», где на входе мы кидали ключи от машины в ведро, чтобы не сесть за руль сильно пьяным.
И — начиналась весёлая охота. Народ гулял до двух ночи, в открытую, после двух — более скрытно, наливая алкоголь в чайные чашечки.
Банкеты заканчивались, семейные и солидные посетители освобождали танцплощадку и, поддерживая друг друга, шли почивать...
Мы же, завсегдатаи, сидели до утра и разъезжались после завтрака.
Это если не повезло с охотой.
В тот раз, уже под утро, мне повезло — молодая женщина из России благосклонно приняла моё предложение потанцевать, согласилась посидеть у бара и выпить — у меня зрела уверенность в продолжении второй части Марлезонского балета, уже вне ресторана...
И тут она меня удивила — не столько с негодованием отвергнутой попыткой за нас расплатиться (вот ещё завели моду!), сколько способом: она вытащила из своей бесспорно дорогущей сумки громадную пачку туго скрученных Бенджаминок. Иначе говоря — « засветила котлету», вещь для меня экзотичная, ни туземцы ни эмигранты столько наличности не носят...
Ушли.
Обнялись и поцеловались.
Поцеловались и обнялись.
Куда поедем?
Предложила поехать к ней, предварительно заехав за мылом...
Заехали, пошёл покупать, она вдогонку «ну, и эти не забудь...»
«Эти», положим, всегда со мной, а вот мыло покупать на первом свидании — не приходилось, врать не буду.
Купил, заодно прихватив шампанского и шоколад, иду к машине, в лёгком недоумении.
Моему недоумению в ту ночь оставалось только расти,плавно переходя в изумление: она дала адрес, я посмотрел на карту и присвистнул — центр очень и очень дорогого и фешенебельного района.
Подъехали — ну брат ты мой!!
Привратник, в ливрее, открыл нам дверь, мою скромную машинку отогнали на стоянку гостей, поставив между « Бентли» и « Ламборгини».
Почтительный лифтёр поднял нас до пентхауса, с собственным выходом из лифта.
Мне, скромному тихому ветерану ССО, « Скорой», и реанимации, всё было в диковинку: высоченные потолки, громадные окна с великолепными видами на город и горы, множество больших комнат...
И — абсолютная пустота, полное отсутствие мебели и признаков проживания людей.
Она объяснила — только сегодня получила ключи и пошла в ресторан обмывать со знакомыми покупку...
Дела! А где мы будем..., гм, паркет отличный, но жёсткий, романтика, конечно — но так себе удовольствие, плавали-знаем.
«Идём спальню покажу!» Давай, показывай — громадная,с тем же паркетом и без кровати, но, слава Творцу!, с громадным же матрасом, в упаковке. Распаковали, нож всегда при мне. Им же разрезал упаковки постельного белья и полотенец.
Пошли мыться — два душа, очень немаленькая ванна между ними, долго разбирались с кранами, разобрались...
Проснулись поздно, много позже полудня — выпили шампанского, празднуя боевую ничью с достойным не нулевым счётом, расцеловались и навсегда разбежались по своим жизням.
Вот такая вот история, рассказал всё, как было.
А было хорошо...
@Michael Ashnin

100

По ком звонит Звонок.

Эту историю мне рассказала моя давняя знакомая Настя. 
Было это давно, в далёком незапамятном уже году. В то время в жизни Насти было много событий — окончание института, поиски работы, а потом поездка за удачей в другой город. Но главным событием было то, что в этом городе она познакомилась с хорошим мужчиной, врачом, и скоропалительно вышла за него замуж. 
У него был небольшой домик в коттеджном посёлке, в близком пригороде, где они и стали жить.
И вот как-то случилось ей посмотреть по телевизору очень жуткий фильм «Звонок». Это где из телевизора выползает призрак и убивает взглядом неосторожного зрителя.
Это сейчас фильмы ужасов смотрят, дабы отвлечься от актуальных новостей. А в то время хорошо поставленный качественный ужастик смотрелся свежо и весьма-весьма впечатляюще.
Несколько дней после этого Настя боялась оставаться одна в комнате и старалась держаться на расстоянии от телевизора. Это очень веселило её мужа, который не упускал случая подшутить над ней. Настя тоже смеялась, охотно соглашалась, что страх её иррациональный, но дверь в комнату с телевизором старалась держать закрытой.
Однако время шло, и впечатления как-то поблёкли, стёрлись, и даже уже почти забылись.
И тут ангелы с неба протрубили весть, что из родного города к ним едет в гости Настина мама. Дабы получше познакомиться с зятем, которого она до этого видела по сути только на свадьбе, да и то всё больше мельком. 
В день приезда тёщи Настин муж как раз был на суточном дежурстве в больнице и домой должен был вернуться очень поздно, потому просил его не ждать и чаёвничать без него.
Настя маму встретила, накормила ужином, показала ей дом, помогла устроиться в гостевой спальне,  а потом, немного погодя, отправилась спать сама. Сквозь сон она слышала, как вернулся муж, и как он улёгся рядом. 
Проснулась она среди ночи от громкого отчаянного вопля. Мужа рядом не было.
Настя выпрыгнула из кровати и помчалась на звук.
Мужа она обнаружила в коридоре стекающим по стенке. Вокруг него бегала и суетилась тёща. Муж как рыба хватал ртом воздух, слабо махал рукой, тёща причитала, и вся эта мизансцена была настолько потрясающая и фееричная, что Насте захотелось включиться в неё и тоже начать голосить.
Когда все успокоились, выяснилось, что произошло и какие события предшествовали, так сказать, преамбула и увертюра.
Как уже было сказано, муж Насти был до этого на суточном дежурстве в больнице.
Возвратился он с него усталым и вымотанным, очень поздно вечером, почти ночью, когда все уже спали, и что в доме есть гостья, совершенно выпало у него из памяти. Наскоро умывшись, он лёг жене под бочок и сразу уснул.
И всё бы ничего, но посреди ночи Настина мама встала сходить в туалет. 
Тут следует отметить, что ночью в их доме через окна пробивается свет уличных фонарей, и этого освещения вполне достаточно, чтобы даже в темноте видеть, куда идёшь. Поэтому, посещая ночью со сна уголок задумчивости, они никогда не включают безжалостно яркий свет домашних ламп. Не стала их включать и Настина мама. Пройдя по коридору, она зашла в помещение отдельной уборной. Там также было небольшое окно, через которое светил уличный фонарь. В этой полутьме она удобно устроилась на унитазе и включилась в журчащий процесс. Закрывать дверь на замок она не стала, а зачем.
В это же самое время, по той же самой нужде проснулся Настин муж. Он осторожно высвободился из обьятий жены, тихо прошёл по коридору и распахнул дверь в туалетную комнату. 
Тут надо сказать, что Настина мама, женщина наполовину восточная, была довольно упитанная, «в теле», и главное, сохранившая свои длинные волосы. Днём она всячески укладывала их вокруг головы, а вечером зачастую распускала, «чтобы волосы дышали».
И вот, распахнувши дверь в ватерклозет, в сумраке, ночью, в призрачном свете уличного фонаря, бедный мужик узрел сидящую на унитазе фигуру в просторной белой ночной рубашке, с длинными распущенными волосами. Вот тут он и выдал тот самый вопль с подвывом, который и разбудил Настю (и половину поселковых собак заодно).   
Какая фата-моргана привиделась мужику — так и осталось тайной. Может давешнее привидение из телевизора. А может ему показалось, что это дух какой пациентки явился к нему с печальной укоризной.
Ну так, учитывая поле профессиональной деятельности. А также корпулентность призрака, не позволяющее свободное лазание через экраны или где ещё.
Вот такое получилось сногсшибательное знакомство с мамой жены. Хорошо родимчик не хватил обоих. 
В последующем же, сказала Настя, муж всегда старательно запоминал информацию о дате и времени нечастых тёщиных визитов. А то мало ли где ещё получится вот так с ней в доме встретиться.