Как известно, чтобы кого-то учить, самому уметь не обязательно. Да и следовать главным постулатам своей же горячей проповеди вовсе не обязательно. В истории масса примеров. С одной стороны: что художник, что пламенный борец за свободу и равенство, должны быть голодными. С другой: голодный — плохой работник. Может, не стоит осуждать тех, кто проповедует духовное, но бескорыстно любит материальное, а просто вдохновляться их творениями, речами, мыслями?
Фидель Кастро: виллы и вертолёты
Кубинский революционер называл капитализм отвратительным и уверял, что его собственное состояние легко уместится в кармане рубашки. Фидель утверждал, что из всех доходов у него 900 песо ежемесячного жалования. Бывший телохранитель команданте Хуан Рейнальдо Санчес написал разоблачительную книгу «Двойная жизнь Фиделя Кастро», где показал истинные размеры «кармана». Если верить Санчесу, в кармашке пряталась, например, вилла на личном острове Кайо-Пьедра. Из-за циклона остров разделился надвое, и его соединили мостом в 215 метров. Там же были дом для прислуги и гостей, вертолётная площадка, понтон с рестораном у пристани, бассейн. Сам Фидель при этом говорил, что из всей собственности у него лишь рыбачья хижина. Видно, с размером ошибся. И с числом: у Кастро было около 20 объектов недвижимости, от резиденций на Кубе до шале для утиной охоты и шести домов в Гаване, два из которых с бомбоубежищами. В главе «Королевское богатство» Санчес уверяет, что точно сосчитать состояние команданте невозможно, но соглашается с Forbes, который в 2006 году внес его в список самых богатых королей, королев и диктаторов.
Алексей Толстой: дача в Барвихе и личный шофер
Любовь к роскоши графского сына Алексея Толстого среди современников была притчей во языцех. После Октябрьской революции он эмигрировал, но, заехав в СССР в 1923 году, решил вернуться и явно не прогадал. За талант писателю прощали всё. Герои «Хождения по мукам» терзались этическими дилеммами, положительные персонажи «Буратино» голодали у нарисованного очага, но у автора, похоже, конфликтов с моралью не было и материальных проблем тоже. Принципы Толстого Саша Чёрный изложил в коротком злом стихотворении «Хождение по гонорарам»: В среду он назвал их палачами, А в четверг, прельстившись их харчами, Сапоги им чистил в «Накануне». Служба эта не осталась втуне: Граф, помещик и буржуй в квадрате — Нынче издаётся в «Госиздате». Красный граф, как его прозвали, трижды становился лауреатом Сталинской премии. Одну из них — сто тысяч рублей — он отправил на постройку танка. На другие жил с графским размахом: на Новинском бульваре в доме князя Щербатова. Анна Ахматова как-то перечисляла его рацион во время писательской поездки по Волге, выглядящий откровенно циничным на фоне голода в стране: ежедневные «икра, копчёная рыба, чудесные сливки, фрукты и какие-то особенные огурцы». Михаил Пришвин, иногда обедавший у Толстого, вспоминал: «Я могу пересчитать те случаи, когда до революции мне приходилось в Москве поглощать такие обеды, пить столько шампанского. Но это не видимость хорошего прежнего, а самое настоящее: хозяин роскошен в своём добродушии, хозяйка очень добра, мальчики свободны и воспитаны, на стенах не дурные копии, а подлинники всяких мастеров, ковры, драгоценная мебель, посуда из вкусного стекла». И никаких трёх корочек хлеба.
