Шутки про десять - Свежие анекдоты |
704
Кстати, знаете почему некоторые люди пишут семерку с горизонтальной черточкой посередине, хотя на печатных машинках и компьютерах используется обычная семерка, без черточки? Просто когда Моисей сошел с горы Синай, стал читать своему народу десять заповедей и дошел до седьмой заповеди "Не прелюбодействуй", народ хором стал голосить: "Зачеркни семерку, зачеркни!".
|
705
09/06/2022 - 09:16. Автор: Нrеn0 Кстати, знаете почему некоторые люди пишут семерку с горизонтальной черточкой посередине, хотя на печатных машинках и компьютерах используется обычная семерка, без черточки? Просто когда Моисей сошел с горы Синай, стал читать своему народу десять заповедей и дошел до седьмой заповеди "Не прелюбодействуй", народ хором стал голосить: "Зачеркни семерку, зачеркни!". = К слову, тогда цифры были вовсе не такие как сейчас, особенно семёрка.
|
|
706
ТУШИ СВЕТ! Эта забавная история произошла лет десять назад. Я тогда жил еще со своей первой женой Катей. Почему развелись, и кто жена у меня сейчас расскажу как- нибудь в другой раз, а тогда Катина подруга пригласила нас на свой день рождения. Народу было не много: все молодые пары, а само празднование проходило в небольшом, но уютном кафе. В разгар вечера, в перерывах между тостами, мужская половина гостей вышла в коридор покурить-поболтать. А уровень алкоголя в крови у собравшихся уже достиг определённых величин, когда повышается двигательная активность, но снижается адекватное восприятие реальности. И вот один молодой парень поведал нам о том, что занимается он в свободное время тхэквондо, и в подтверждение этого факта начал усердно махать ногами по воздуху. Видя, что его спортивные навыки не производят сильного впечатления на собравшихся, он проделал следующий трюк: ловким взмахом ноги ударил по расположенному довольно высоко выключателю, от чего свет в коридоре погас. И тут дернул меня черт сказать Да так кто угодно может! Даже вон жена моя, например! Взглянув на стоящую в зале мою супругу, ростом 158 сантиметров, и на висящий на стене выключатель, тхэквондист сильно усомнился в моих словах. Поспорили, как водится, на бутылку коньяка. Скажу по секрету, я тогда мало чем рисковал. Дело в том, что моя Катя была в прошлом КМС по прыжкам на батуте ну там растяжка, прыгучесть и координация всё на уровне было, не смотря на то что она уж полнеть начала. Главное не в этом. Я знал то, чего не знали собравшиеся: её бывший тренер был большим поклонником карате, и даже вёл параллельно занятия по этому единоборству, а главное, что он и девчатам - батутисткам поставил удары ногами. Говорил - мол, учитесь, девчонки, пригодится в жизни! У них это дело шло легко: акробатическая база сказывалась. И я знал, как она умеет ножкой махать, поэтому и поспорил. Ударили по рукам. Я позвал Катю надо, говорю, свет ногой выключить, а то тут есть люди не верующие указывая рукой на тхэквондиста не верят, что для тебя это плёвое дело! Вы что, мальчишки, чокнулись, что ли? - возмутилась моя жена. Давай, давай, я на бутылку коньяка поспорил! - подстегнул я её. Услышав про спор, моя Катя видимо представила, какую брешь в семейном бюджете пробьет покупка коньяка малознакомому парню, поэтому тут же сняла с ног туфельки и чуть ли не до трусов подтянула подол и без того не длинного платья. Её не остановило даже то, что придется ей сверкнуть этими самыми трусиками ( кружевные, красненькие мой подарок ко дню святого Валентина!) в сугубо мужской компании... Это был классический удар « маваши гери». Только вот изящная ножка моей супруги, после красивой дуги опустилась не на выключатель, а на челюсть тхэквондиста! Удар был столь резок, что тот даже рук поднять не успел. Ноги у парня подломились как сухие ветки, и он, словно тряпичная кукла завалился на пол. Все ахнули. После того как бедолагу подняли и усадили на стул, а на голову положили мокрое полотенце, он пришел в себя. Тут все взоры обратились к моей перепуганной насмерть жене: как же так? За что ты его? Да вы что! Сами же просили ему « свет выключить»! - чуть не плача оправдывалась она. Оказывается, тренер, когда учил их бить ногами, не вдавался в японские названия ударов, а заменил их более понятными и забавными аналогами, типа « Туши свет» и « Привет врачам». Ну а раз попросили Катю свет потушить парню она это и сделала, совершенно не подумав о настенном выключателе. Стоит ли говорить о том, что многие знакомые после этого случая так и называли мою супругу: « Катя Туши свет»...
|
|
709
Команда муравьёв и команда тараканов играют в футбол. Тараканы проигрывают со счётом 5:1. И вдруг за десять минут до окончания матча в команде тараканов замена. На поле выходит сороконожка, которая начинает забивать муравьям один гол за другим. В итоге тараканы выигрывают 5:7. Капитан муравьёв подходит к капитану тараканов и говорит: - Какой мощный игрок! А почему ты не выпустил его раньше? - Не мог, он все это время бутсы зашнуровывал.
|
|
710
Прокурор вызывает для допроса своего первого свидетеля, пожилую женщину. Подойдя к ней, он задает вопрос: "Миссис Блэк, вы знаете меня? " Та отвечает: "Знаю ли я вас? Конечно, знаю, мистер Уильямс! Я знаю вас с тех самых пор, когда вы были еще мальчишкой! И вы всегда меня разочаровывали. Вы лгали; позднее вы изменяли жене, вы постоянно сплетничали! Сейчас вы изображаете из себя большую "шишку", а на самом деле вы - мелкий бумагомарака! Конечно, я знаю вас! " Прокурор на какое-то время лишился дара речи. Не зная, что делать дальше, он спросил наобум: "Миссис Блэк, а знаете ли вы адвоката подсудимого? " Ответ последовал мгновенно: "Знаю ли я мистера Ричардсона? Конечно, знаю! Я была его нянькой. Ох, какой он был негодник! С самого детства он был страшным обжорой и лентяем! Потом он десять лет лечился от алкоголизма и при этом не пропускал ни одной юбки! Я уж не говорю о том, что он самый паскудный юрист во всем штате! " В этот момент судья потребовал тишины в зале и подозвал к себе адвоката и прокурора. "Если кто-либо из вас, - сказал судья, - спросит ее, знает ли она меня, я расценю это как неуважение к суду и отправлю вас за решетку! "
|
|
711
Второй шанс Бенджамина Спока
В начале 1998 года жена знаменитого педиатра Бенджамина Спока Мэри Морган обратилась через газету Times с призывом к нации: "Помогите оплатить лечение доктора Спока! Он заботился о ваших детях всю жизнь!"
Состояние здоровья Спока внушало врачам опасения, а сумма в медицинских счетах переваливала за 16 тысяч долларов в месяц.
Мэри надеялась, что ее призыв будет услышан: ведь популярность врача-педиатра Спока, согласно опросам, превышала популярность американского президента.
Но репортеры тут же набросились на Мэри: "Скажите, а почему вы не обратились с этой просьбой к сыновьям доктора?"
Мэри потупила глаза. Разумеется, она обращалась неоднократно. Но честно говоря, ей совершенно не хотелось озвучивать то, что ей ответили. И старший сын мужа Майкл, сотрудник Чикагского университета, и младший Джон, владелец строительной компании в Лос-Анджелесе, заявили, что не готовы финансировать лечение отца - пусть о нем позаботится государство.
Сыновья посоветовали Мэри отдать Спока в дом престарелых. Она горько усмехнулась: доктор посвятил жизнь тому, чтобы научить родителей понимать своих детей и обращаться с ними, а на самом деле нужно было учить взрослых американцев заботиться о пожилых родителях.
80% американцев считают совершенно нормальным выкинуть из своей жизни несчастных стариков в дома престарелых: ведь там профессиональный уход и все такое. Нет, Мэри никогда не отдаст своего Бена в подобный пансионат.
...Когда в 1976 году 34-летняя мисс Морган вышла замуж за 73-летнего Спока, коллеги по институту детской психиатрии, где работала Мэри, были потрясены. Всем было понятно, что это брак по расчету. Разведенная молодая женщина с ребенком облапошила доверчивого немолодого известного доктора, позарившись на его деньги и имя.
Заочно Мэри познакомилась с доктором Споком когда родила дочь Вирджинию. Мэри буквально выучила советы врача наизусть. И вот спустя несколько лет они встретились в Сан-Франциско. Мэри организовала лекцию Спока в институте детской психиатрии. В ее обязанности входила встреча Бенджамина в аэропорту.
Мэри, чей рост едва дотягивал до метра пятидесяти, выбрала туфли на самом высоком каблуке. Из-за невысокого роста она часто носила обувь на каблуках, даже приноровилась бегать в ней как в спортивных тапочках, что на работе ее прозвали "малышка-акробатка". В аэропорту она стояла с табличкой "Доктор Спок" в толпе встречающих.
До этого Мэри несколько раз видела его по телевизору, но все равно удивилась: двухметровый гигант, подтянутый, весьма интересный и моложавый подошел и скромно представился: "Я доктор Спок".
Внимательные добрые глаза смерили невысокую фигурку Мэри и ее двенадцатисантиметровые каблуки: "А вы точно не упадете?"
Он бережно взял ее за локоть, словно поддерживая: "Давайте знакомиться. Как вас величать?" Мэри почему-то растерялась и выпалила:"Малышка-акробатка..."
Он засмеялся безудержным ребяческим смехом и сразу стал похож на озорного мальчишку: "Это замечательно, что в вас еще жив ребенок! Я, как врач, вам это говорю".
Когда настало время лекции, доктор Спок преобразился: корректный, строгий, сдержанный и безупречный. Сидя в первом ряду, Мэри иногда ловила его внимательный взгляд на своем лице. В один момент ей показалось, что он даже подмигнул ей. В голове мелькнула шальная мысль: а что если... Нет, она даже думать себе запретила об этом.
Когда наступил день его последней лекции Мэри пришла с букетом и большим пакетом, в котором был подарок для доктора Спока. Будучи человеком благодарным и воспитанным, она очень хотела подарить доктору шутливый презент, но переживала: вдруг ее подарок обидит его?
Немного нервничая, она затолкала подарок под свое кресло в лекционном зале. Успокаивала ее мысль, что это их последняя встреча. Она просто отдаст подарок и они никогда больше не увидят друг друга. Завтра он уедет из Сан-Франциско, а потом и не вспомнит ее. Мало ли малохольных он видел за свою жизнь?
После лекции Мэри вручила Споку букет алых роз и поблагодарила его за интересные лекции, а потом тихонько сказала: "У меня для вас есть подарок. Только пожалуйста не сердитесь на меня!"
Бенджамин смутился, достал из пакета большую коробку и надорвал оберточную бумагу. "Это для меня? Вот это сюрприз!" - только и сказал доктор. В коробке находилась игрушечная железная дорога, с поездами, вагончиками, станциями, рельсами, семафорами, дежурными...
Изображение использовано в иллюстративных целях, из открытых источников
В тот же вечер, галантно пригласив Мэри в ресторан на ужин, доктор Спок спросил: "Но как вы догадались? Вы умеете читать мысли?"
Оказалось, что он в детстве мечтал именно о такой железной дороге. Но к сожалению, его мечте не суждено было сбыться. Старший из шести детей, Бен твердо усвоил: подарки должны быть полезными.
Отец Бена, мистер Бенджамин Спок, был юристом, работавшим в управлении железных дорог, а мать Милдред - домохозяйкой. К праздникам дети получали пижамы, варежки и ботинки. Игрушек в доме не водилось: их в многодетной семье считали непозволительной роскошью. Девятилетний Бен для младшего брата выпиливал из дерева лодочки, машинки, человечков и они увлеченно играли (пока мать не видела).
Отец пропадал на работе, Милдред воспитывала детей одна. Она старалась применять для воспитания своей ватаги руководство доктора Лютера Эмметта Холта. Холт утверждал: "Детям необходимы полноценный ночной отдых и много свежего воздуха".
Здравая мысль была доведена Милдред до абсурда: отбой в 18:45, сон на неотапливаемой веранде круглый год, при том, что в штате Коннектикут температура зимой до минус десяти градусов!
На маленькой кухне Милдред составила и вывесила список продуктов которые были полезны (молоко, яйца, овсянка, печеные овощи и фрукты) и которые запрещены сладости, выпечка, мясо).
На каждом шагу Бен, ставший нянькой для младших братьев и сестер, натыкался на запреты: занятия спортом вредны для суставов, танцы способствуют раннему возникновению интересов к противоположному полу, в гости к друзьям - нельзя. За малейшую провинность Милдред наказывала подзатыльником или ремнем. При этом мать была фанатичной пуританкой и требовала от детей полного подчинения.
На младших курсах медицинского колледжа Йельского университета сам ректор не один час уговаривал миссис Спок разрешить Бену войти в университетскую команду по гребле. Высокий, крепкий, спортивный Бен мог добиться немалых успехов и Милдред, скрепя сердце, дала разрешение.
Когда Бен, в составе команды гребцов в Париже на Олимпийских играх 1924 года, завоевал "золото", мать презрительно хмыкнула: "Подумаешь, медаль!" и больше никогда об этом не сказала ни слова.
Бен настолько привык чувствовать себя ничтожеством, что влюбился в первую попавшуюся на его пути девушку, проявившую к нему интерес. Симпатичная темноволосая Джейн Чейни, дочь адвоката, благосклонно слушала как Бен рассказывал о соревнованиях, о том что синяя гладь моря сливается с горизонтом, о том как важна работа и понимание в команде. Джейн уважительно посмотрела на бицепсы симпатичного парня: "Ничего себе, вот это мускулатура!"
Милдред восприняла пассию сына в штыки. Но не на ту напала. Заносчивая и своевольная Джейн в упрямстве могла соперничать с будущей свекровью. В 1927 году Бен и Джейн поженились к неудовольствию Милдред.
"Женись - это не самое худшее в жизни, некоторые вообще попадают на электрический стул!" - прокомментировала мать.
В начале тридцатых Бен открыл свою первую частную практику в Нью-Йорке. Трудные это были времена: разгар Великой депрессии, миллионы безработных, рухнувшие на сорок процентов зарплаты, искусственно взвинченные цены. У доктора Спока пациентов было хоть отбавляй.
В его приемной толпилось всегда по пятнадцать человек, когда у коллег - по два-три человека. Весь секрет был в том, что Бен брал на десять долларов за прием, как коллеги, а семь. Джейн злилась: "К чему эта благотворительность?!"
Содержать семью было непросто: с семи утра до обеда Бен был на приеме, а до девяти вечера мотался по вызовам. Приходя домой он еще успевал отвечать на звонки до полуночи: что делать если малыш чихнул, срыгнул и т.д.
Вскоре родился их первенец. Но, к сожалению, роды у Джейн начались преждевременно, и ребенок прожил лишь сутки. Радости молодых родителей не было предела, когда в 1932 году появился Майкл.
Подруги завидовали Джейн: "Тебе повезло. Твой муж - педиатр!" Но видимо, нет пророка в своем отечестве. Джейн воспитывала Майкла по собственной методике и Бену это напомнило кошмар его детства.
Майкл был отселен в детскую и заходился плачем, Бен бросался к ребенку, а Джейн перегораживала вход в комнату со словами: "Его нельзя баловать!"
В своей знаменитой книге "Ребенок и уход за ним" Спок напишет: "Матери иногда способны на поразительную жестокость по отношению к собственному ребенку".
В жене Бен узнавал собственную мать: самодурство, упрямство и раздражительность. Если у малыша болел живот, Бен рекомендовал ему рисовый отвар, а вечером Джейн гордо докладывала, что поила ребенка морковным соком, что по ее мнению, было " гораздо полезнее".
Если он не велел кутать малыша, то Джейн все делала в точности до наоборот: надевала на него сто одежек. Если Майл простужался, то виноват был в этом Бен.
Бен счел за лучшее не вмешиваться в воспитание сына. Помимо практики он начал преподавать. К концу первого класса школы выяснилось, что Майкл необучаем: он не мог понять, чем отличаются буквы "п" и "б", "д" и "т"... В сотый раз тщетно объясняя разницу между буквами, доктор Спок обратился к детскому психиатру. Тот вынес вердикт: "У мальчика дислексия и он должен учиться в специальном учебном заведении..."
Бен перевел ребенка в особенную школу и тщательно скрывал этот факт от коллег. Через пару лет дислексия Майкла почти исчезла, но характер стал злым и колючим. Отчуждение между Майклом и родителями росло.
Когда издатель Дональд Геддес, отец маленького пациента Бена, предложил Споку написать книжку для родителей, тот растерялся: "Я не писатель!"
ональд подбодрил его: "Я не требую от тебя ничего сверхъестественного! Напиши просто практические советы. Издадим небольшим тиражом..."
Геддес планировал издать книгу максимум в десять тысяч экземпляров, а продал семьсот пятьдесят. Книгу немедленно перевели на тридцать языков. Послевоенное поколение родителей, уставшее от ограничений и жестких правил, приняло книгу доктора Спока как новую Библию, а критики назвали ее "бестселлером всех времен и народов".
До этого педиатры рекомендовали туго пеленать детей и кормить строго по часам. Доктор Спок писал: "Доверяйте себе и ребенку. Кормите его тогда, когда он просит. Берите его на руки, когда он плачет. Дайте ему свободу, уважайте его личность!"
В тот год, когда вышла книга, у Бена родился второй сын - Джон. Но увы, отношения с Джоном тоже не сложились. Джейн, как и в случае с Майклом, отстранила его от воспитания: "Поучайте чужих детей, а я знаю, что лучше для ребенка".
Спока печатали популярные журналы, приглашали на телевидение. Доктор Спок тратил большие суммы на благотворительность. Однажды во время прямого эфира в студию ворвался человек: "Младший сын Спока покончил с собой!"
К счастью, сообщение было ложным. У семнадцатилетнего Джона были проблемы с наркотиками и его откачали. После выписки из больницы Джон заявил, что не будет жить с родителями: "Вы мне осточертели!"
Возраст был тому виной или характер? Вечно отсутствующий молчаливый отец и крикливая, раздраженная мать ему не казались авторитетом. Джон ушел из дома, а Джейн пристрастилась к выпивке. Грузная и располневшая, она с утра до вечера готова была пилить Бена. Несколько раз доктор Спок отправлял ее лечиться в лучшие клиники, но напрасно.
Алкоголизм и депрессия Джейн прогрессировали. Семейная жизнь рушилась. Супруги приняли решение расстаться в 1975 году. После развода Джейн утверждала, что это она надиктовала доктору Споку его гениальные мысли для книги. Он оставил Джейн квартиру в Нью-Йорке , помогал деньгами. Сиделки ей были теперь куда нужнее мужа.
...И вот теперь, сидя в ресторане с молодой женщиной по имени Мэри Морган, доктор Спок, вдруг спросил ее: "Вы, конечно, замужем?"
Мэри задумчиво посмотрела в окно: "Одна. А вы, конечно..." - "Нет, я разведен".
Они прожили с Мэри двадцать пять лет в любви и согласии. Из них двадцать два года они провели... на яхте. Их плавучий дом дрейфовал зимой в окрестностях Британских Виргинских островов, а летом в штате Мэн.
К своему удивлению, Мэри обнаружила в своем немолодом муже множество необыкновенных черт. Этот старик в джинсах многого был лишен в своей жизни. Она смеялась: "Ты не-до-жил!" Молодая жена разделила его увлечение морскими путешествиями.
Ее дочь Вирджиния пыталась урезонить мать: "Вы оба сошли с ума! В такую погоду в море!" Но Бен был прирожденным капитаном и Мэри с ним было совсем не страшно. В 84 года Спок занял 3-е место в соревнованиях по гребле.
Она подарила ему вторую молодость, более счастливую, чем первая. Когда он стал немощным, она не отдала его в дом престарелых, а ухаживала сама, как за ребенком. Доктор Спок прожил девяносто четыре года и умер 15 марта 1998 года.
|
|
713
Придорожный киоск, мужчина явно не избалованный фаст-фудом, выбирает, чем бы перекусить. Фаготтини, гипфель, круассан или пиццерин, и что это вообще такое. Но аппетитный запах провоцирует ускорить процесс выбора. А вот нашёл, вот оно, то, что нужно.
- Дайте, пожалуйста, пирожков с мясом, штучек пять.
Увидев размер пирожков, добавляет:
- Нет, лучше десять.
Довольный собой, удаляется в недалеко припаркованный автомобиль.
Спустя две минуты, наш герой рядом с киоском:
- Извините, вы мне дали десять пирожков с капустой.
- Вы что за минуту все надкусить успели?
|
|
714
Бориска - белокурый юноша двух с половиной лет, был совершенно не по годам развит и сообразителен, с выражением декломировал Маяковского, пел частушки про Гитлера (спасибо деду) и ходил в элитный детский сад. Лишь одно огорчало бедное материнское сердце: Борис презирал горшок.
Родителями были использованы все методы, кроме, пожалуй, приматывания скотчем, но Борис не внимал. Он бежал в коридор, вставал на табуретку и начинал делать свои мокрые дела, изображая знаменитый брюссельский фонтан.
А так как, будучи парнем харизматичным, Бориска сразу же привлёк множество последователей, появилась новая проблема: детский сад, в котором 20 малышей одновременно ссут, стоя на табуретках, не может считаться элитным.
Немедленно были ликвидированы все табуретки, но Борис отчаянно сопротивлялся: влезал на кухонный стол иии... прямо не снимая растянутых фамильных колгот уже не только пИсал. (Детские колготки во многих русских семьях передаются по наследству, как бриллианты или столовое серебро.)
В надежде изменить статус кво, несчастная мать скупила в районе все горшки самых неожиданных модификаций. Так однажды в квартире появилась "БЯКА", как окрестил её Борис.
"БЯКА" - плод многолетней работы лучших китайских инженеров, научный прорыв в области детских покакуль, гибрид жирафа, инопланетной гусеницы и горшка. Неведомая хрень ядовито зелёного цвета с огромной шеей посередине... не знаю, как описать.... представьте, что перед унитазом внезапно выросла берёзка. Шея совершенно не логично заканчивалась маленькой нелепой головой с рожками как у Шрека.
Находчивая мать, слегка приспустив с дитя колготки просунула "зелёный баобаб" меж коротеньких Борискиных ножек... И всё. Ребёнок зафиксирован. Почти как со скотчем, но скотчем не педагогично. А колготками нормуль.
Борис было заверещал, но быстро отвлёкся, ведь прямо на затылке у инопланетной твари находился пульт управления галактикой - штук десять разноцветных лампочек и три кнопки.
Кнопка номер 1 воспроизводила английский алфавит.
Вторая - едва узнаваемо наигрывала что-то из Брамса.
А третья кнопка на чистом русском языке голосом Валерии вдруг запела "Девочкой своею ты меня назови, а потом обними, а потом обмани".
Отец подавился пельменем.
А Борис, услышав родную речь от незнакомой гадины всё жал и жал на кнопку номер 3...
Через час, когда припев выучила даже кошка, дед сказал: "Лучше б он и дальше срал в штаны!"
|
|
715
В восьмидесятые, Соликамские лагеря подчинялись Москве, минуя областной центр - Пермь. Управление, хоть и находилось в г. Соликамск, называлось Усольлагом и объединяло все исправительные учреждения Соликамска и Ныроба. Руководил им генерал-майор Сныцерев - создатель известного "Белого Лебедя", прошедший весь путь от стрелка ВОХР до генерала. Генерал был весьма мобилен, и часто объезжал свою маленькую империю, посещая даже самые удаленные и небольшие лагеря. После обхода жилой и производственной зоны - традиционное выступление в актовом зале. Все как положено: трибуна, графинчик... А в графинчике - скажем так, не совсем вода. Генералу было о чем рассказать, поговорить любил, поэтому в течение 2-х - 3-х часовой речи, он этот графинчик вполне себе осушал. Все шло своим чередом, пока, при очередном посещении высокого гостя, в графинчик по оплошности молодого замполита не налили обычную воду. Отхлебнув из стакана, генерал поперхнулся, закашлялся и, по некотором размышлении, потребовал вызвать фельдшера, сославшись на внезапно пошатнувшееся здоровье. Фельдшер, естественно, как и все не находящиеся на постах сотрудники, присутствовал в зале, однако, метнулся он не к генералу, а в свой кабинет - за лекарством, видимо, мгновенно определив симптомы недуга. Минут через десять, генерал привычно бубнил свою речь, прихлебывая из стакана.
|
|
716
Навеяно историей про МАБУТУ https://www.anekdot.ru/id/94343/
Служил я срочную на ККФ (Краснознамённая Каспийская Флотилия) 1985-1988 годы.
Немного введу в курс:
Наша бригада состояла из 3-х дивизионов: СДК (средний десантный корабль), дивизион консервации и, собственно, дивизион катеров на воздушной подушке типа "СКАТ" ДКВП (десантный катер на воздушной подушке). Когда эти катера на большой скорости выходят на берег, то морская пехота вылезает на палубу этого ДКВП. Скорость высадки оных - 45 секунд и, на палубе и в трюме чисто. Далее пехота во всей амуниции бежит по песку на войну.
Сама история:
Наши СДК, на которых я служил, при походе к берегу опускают аппарель для того, чтобы бронетехника из танкового трюма начала выезжать на берег вместе с морской пехотой.
Я стою на ходовом мостике (командир отделения рулевых-сигнальщиков) и наблюдаю такую картину: мы уже выползли на берег, открыли ворота и опустили аппарель! Мимо нас пролетает ДКВП (именно пролетает) и выходит на песок. Десантники на его борту - "партизаны" т.е. переподготовщики, которых взяли в полном расцвете сил снова 2 месяца послужить Родине.
Картина маслом: ДКВП после выхода на берег, стоит уже пару минут! Из открытого люка вылетает гранатомёт, следом летят Калаши, потом появляется пропитое чудо в тельняшке и слезает по трапу ЖОПОЙ вперёд. Потом лезут остальные "партизаны", повторяя те же самые телодвижения. Выгрузка этой "чудо-морпехов" происходит минут пять, вместо положенных 45-и секунд, потом происходит поиск в песке своего покинутого оружия. В радиоэфире стоит мат перемат. ДКВП вынужден уже сесть на брюхо, так как из под днища этого катера летит песок и уже ничего не видно. Экипажи наших СДК просто ржут: у нас из танкового трюма вся техника выезжает минут за десять вместе с десантниками.
После учений командующий флотилией, наблюдавший за учениями с флагманского СДК, сделал замечание: десантироваться ЖОПОЙ вперёд - это что-то новенькое в его практике и вероятный противник будет в ахуе от такого способа высадки десанта!
|
|
717
Tarvas
Минус в карму. Индусы считают грехом отказ женщине.
История не совсем про карму но в тему....
Лет пятнадцать назад довелось отдыхать в Крыму. Надо сказать что в это время во всю поперла Турция и девушек приезжающих на отдых в Евпаторию на семейный курорт становилось все меньше, и я уже задумался о том что надо менять точку дислокации. Но как только задумался об этом, то стало везти, в течении недели три хорошеньких мамочки одарили меня своими ласками, поэтому решено было пока о передислокации забыть.
Это как в покере если прет то прет.
Мне тогда пришла в голову мысль что до отъезда еще полтора дня, и должно после сета прийти каре.)
Я тусовался в одном клубе, и заметил что каждый день туда приходил мужичек, лет сорока пяти, с двумя охранниками, который с интересом наблюдал за моими движениями.
Он всегда делал заказ, неспеша потягивал вино, и смотрел на все это с какой то едва заметной улыбкой.
Непонятно почему, от него исходила какая то сила, понятно было по виду что он много лет побывал в местах не столь отдаленных. Нет, это не чувство опасности, а именно какая то внутренняя сила, которая вызывает уважение и небольшое чувство опасности.
Я его окрестил Дон Корлеоне.
За день до отъезда, в процессе прочесывания местности я зарулил на городской пляж, где у барной стойки увидел всю ту же компанию, и как мне показалось он даже кивнул мне головой как своему знакомому?)
У берега моря на полотенце сидела ну очень красивая девушка, которая задумчиво смотрела вдаль.
Почувствовав азарт, и в уверенности что мне сам черт не брат, подсел к девушке и уже через пять минут мы болтали как старые знакомые.
Потом приглашение покурить кальян и вечером встретиться в клубе.
Вечером картина была все та же, Дон Корлеоне кивнувший мне как старому знакомому, за своим столиком и мы за соседним и зажигаем на танцполе.
Выйдя в туалет я столкнулся с одним из охранников, который очень вежливо обратился ко мне.
- Извини друг за вопрос. Это твоя девушка?
Пытаться разыграть идиота и доказывать что я не я смысла не было, они видели мои движения на пляже.
- Да нет, только днем познакомился. А что?
- Ты знаешь, она очень нравится моему Шефу, он три дня не знал как подкатить к ней на пляже, а ты показал мастер-класс!)
И засмеялся низким голосом, так что мне как то стало не по себе.)
- Как тебя зовут?
Он ответил - Саша.
- А Шефа?
- Николай Иванович (имя другое).
- Меня Соломон!
Почему то мысль в голове была что будет правильно мне свалить и не отсвечивать. Нет, не страх, не чувство опасности, а именно что это правильно! Девушке отдыхать еще десять дней, а я после перепиха укачу в родные пенаты, поэтому решение я принял быстро.
- Скажи Шефу, что я сейчас подойду к вашему столику и сославшись на срочные дела отвалю, а девушку оставлю с вами.
-Я обращусь к нему по имени, и попрошу присмотреть за девушкой чтобы ее не обидели и свалю. Так идет?
-Идет - и он крепко пожал мою руку.
За всем этим с интересом наблюдала довольно симпатичная девушка, но мысли переключиться на нее, не было совсем.
Набрав на телефон компаньона, который третий день не мог выйти из номера от миниатюрной татарочки, и попросив ровно через пять минут набрать на телефон, и срочно меня вызвать по делам.
Придя за стол я услышал звонок друга, который срочно попросил приехать в Заозерное, якобы на него наехали и нужна помощь.
Я с унылым и озабоченным лицом объяснил все девушке, и увидел что она очень расстроилась, так как вечер только начался, но я ее успокоил что она проведет его с моим другом.
Подойдя к столику, я обратился к Дону по имени, и попросил составить компанию а заодно и присмотреть чтобы никто ее не обидел.
Я первый раз увидел как он искренне заулыбался, пожал мне руку и сказал что без проблем.
На руке я увидел след от сведенной татуировки.
Выйдя из клуба я медленно побрел в парк.
Метров через сто меня догнал охранник, вручил бутылку вискаря и молча пожав руку, быстро удалился.
Было такое чувство какой то свершившейся справедливости что ли? Но совершенно ни о чем не жалел.
В голове была пустота, я брел по аллее в сторону номера.
- Виски самостоятельно пьют только алкоголики! Нужна компания?))
Я с удивлением повернулся и увидел что сзади за мной идет довольно симпатичная девушка, которую я заметил возле туалета, когда мы трещали с охранником.
Мы молча взялись за руки побрели ко мне, ни говоря не слова.
Вечер был шикарным, и я понял что за правильный поступок я получил тоже что то хорошее. Так сказать мне пришло каре.)
Прошел год, я опять гулял по набережной а на встречу мне шел Дон Корлеоне, который кивнул мне как старому знакомому, с той самой дамой и двумя охранниками, и катил коляску с красивым малышом!)
Внимание! Вопрос к Знатокам? Это плюс к карме?
|
|
719
Когда я родилась, папе исполнилось 45 лет, и за спиной уже был гипертонический криз. Поэтому каждый раз, когда он водил меня в детский сад, останавливал у поста ГАИ и спрашивал меня, что нужно делать, если я потеряюсь. Я перечисляла своё и родительские имена с фамилиями, домашний адрес и, показывая на гаишника, уточняла, что нужно сразу найти такого дядю и ему всё рассказать. На самом деле он боялся, что по дороге длинною в десять минут с ним может что-то случиться. Папа хотел, чтобы я благополучно добралась домой.
|
|
721
Тяга к коллекционированию и собирательству у Валентина появилась еще в детстве, было два параллельных направления марки на космическую тематику и значки с гербами городов.
С возрастом новая необычная тема возникла случайно, когда увидел старинный рельс в пункте приема металлолома, и он оказался антикварным.
Два года он потратил на поиски новых экземпляров, с маркировкой демидовского литейного завода, английские рельсы, немецкие, французские.
Целая экспозиция на специально построенном стенде с отполированными и законсервированными рельсами украшает северную часть дачного участка.
Следующим этапом стал уже майнинг криптовалюты, также с максимальной технической оснащенностью, видеокарты с вентиляторами, отдельное строение для фермы в восточной части участка. Собирал биткоин, догекоин, литекоин, эфириум, в течении полутора лет и с успехом накопил на следующее увлечение.
Новое хобби появилось, когда поменял место работы, там все мужчины оказались ярыми охотниками. Охотничье ружье престижной модели, разрешение на охоту, разрешение на хранение, сейф.
Крытая площадка в западной части дачного участка для вездехода-квадроцикла.
Начиналось с зайцев и куропаток, но были и кабан с косулей, и конечно же лось. Чучела всех выше перечисленных персонажей изготовлены высококлассными таксидермистами, украшают охотничий уголок. Этому посвятил два охотничьих сезона.
Все в итоге было заброшено, и рельсы и биткоин и кабаны.
Один рыбак поспорил с Валентином, что только он знает как в течении двух зорь, утренней и вечерней поймать самую большую рыбу которая есть в пруду.
И про охоту добавил, что это просто стрелялка, а вот настоящий поединок только у рыбака с невидимой глазу рыбой.
Нет не появилась моторная лодка в хозяйстве, и рыболовная снасть вполне обычная удочка.
Упор был сделан на подкормку и приваду, одно описание состава которой возбуждает аппетит: мед или патока, анисовые капли, жмых, горох и кукуруза.
Приезжая на любой водоём он определяет как дует ветер, где и каких размеров поднимаются пузыри, как светит солнце из-за тучи. Выбирает точечное место для заброса собственной прикормки, и обязательно выходит победителем с местным неуловимым ранее экземпляром, карпом, сазаном или карасём.
Но кто в здравом уме поверит во все описанное, как может в одном человеке ужиться столько разных интересов. Валентин подумал об этом, и пришел к выводу, что в эти байки можно поверить лишь под хорошую закуску и под градусом.
Сейчас Валентин вложился в супер современный самогонный аппарат, с электронным управлением всего процесса, от момента брожения до отделения «хвоста» и «головы» продукта. На месте майнинговой фермы появилась винокурня.
Сидим компанией у Валентина за столом уставленном образцами, бутыли с откидывающимися пробками и именными этикетками с вензелем, анисовая, можжевеловая, лимонная, кедровая. Но не с целью посмотреть сидим, дегустируем под его рассказы, все чинно и благородно. Завтра у нас одно серьезное мероприятие, нужно быть в форме.
- Без проблем ребята, завтра будете как огурчики, у меня есть еще робот-контролёр, ну как робот-пылесос представляете. Он подскажет когда нужно заканчивать пить. Будущее за компьютерными гениями, ребята это моё следующее направление.
- Первый раз слышим.
- Всю биометрию он снял как только вы вошли в комнату, вес, рост, момент начала приема алкоголя тоже засёк, теперь по вашему выдоху определяет количество промилле, и просчитывает время когда нужно остановиться чтобы полностью восстановить способности организма к поездке за рулем. Далее голосом Алисы он проинформирует к примеру - «для начала поездки завтра в десять ноль ноль, вам рекомендовано закончить прием алкоголя через пятнадцать минут, дозой не превышающей восемьдесят грамм»...
|
|
722
Отправили на работы за территорию воинской части четырёх бойцов и прапорщика. После окончания работ прапор построил бойцов и считает: - Раз, два, три, четыре. Нас было пятеро. Где пятый? Ищем пятого. Разойдись! Проходит десять минут. Опять построение, та же история, следует команда "Разойдись! Ищем пятого". После третьего построения один боец говорит: - Товарищ прапорщик, давайте я посчитаю, а вы становитесь в строй. Считает: "Раз, два, три, четыре", и, показывая на себя - ПЯТЬ! Прапор подходит к этому бойцу, отвешивает ему подзатыльник и говорит: - Так это мы тебя, урод, полчаса искали?!
|
|
728
Десять вечера.
- Папа, а мне задали реферат, надо написать про какое-нибудь направление буддизма. На 15 листов.
- Давай порадуем учительницу и сдадим реферат про дзен-буддизм на 30 листов.
- Но ведь уже поздно.
- Успеем. Пиши название темы: "Пустота, как одна из ключевых концепций дзен-буддизма"... печатай... а теперь считай 30 листов бумаги.
|
|
729
"Ахиллес никогда не догонит черепаху!"
Знаете эту апорию?
Ахиллес никогда не догонит неторопливую черепаху, если в начале движения черепаха находится впереди Ахиллеса. Допустим, Ахиллес бежит в десять раз быстрее, чем черепаха, и находится позади неё на расстоянии в тысячу шагов. За то время, за которое Ахиллес пробежит это расстояние, черепаха в ту же сторону проползёт сто шагов. Когда Ахиллес пробежит сто шагов, черепаха проползёт ещё десять шагов, и так далее.
На самом деле, эта апория описывает ситуацию непрерывно замедляющегося времени.
Но в реальности время течёт равномерно. Говорят, будто над демагогом Зеноном в суде учинили следственный эксперимент - раздели его догола, привязали черепаший панцирь к его спине, у боевой стрелы от лука сняли наконечник, прикрутили вместо наконечника дилдо, и под востроженное ржание греков всадили эту стрелу ему в жопу. Ахиллес таки догнал черепаху.
С вазелином, или без - история умалчиват.
|
|
731
АЛЬТЕРНАТИВНЫЙ ВЕТХИЙ ЗАВЕТ Речь "Моисея" А ведь в принципе, фараона можно понять. Он стремился к лучшему, к миру и процветанию. Он хотел от нас большей производительности труда. Ведь наш труд - это и сильная армия, и наша еда, и одежда. Да, были жестокие меры, коненечно вынужденные. А что поделать, если саботажники, по наущению хеттов, раскачивали лодку Ра, веру и уклад предков. Без нас Египет ожидает голод, враги и катастрофа. Кто уверен, что эти все десять казней египетских были для нашего блага, а не подстроены хеттами, чтобы подорвать мощь и авторитет Египта? Да и до земли обетованной нам идти ещё не мешьне восемнадцати лет. Я предлагаю возвращаться, пока недалеко ушли. Нас ждут разнообразные родные похлёбки вместо надоевшей, нездоровой манны, пшеничное пиво по выходным, стабильность и гарантированные рабочие места. Снова будет равенство, без богатеев и умников-писцов. А с накопленным нами золотом от золотого тельца, никакие вражеские санкции Египту не страшны.
|
|
732
Студент сдает экзамен, а препод его валит... Ну хорошо, говорит препод, если отвечаешь на этот вопрос то сдал... Сколько в этой аудитории лампочек? Студет, быстро считая: Девять! Препод, доставая из кармана лампочку: Неправильно! Лампочек десять. Придется тебе пересдавать... Пересдача, та же ситуация... Препод задает тот же вопрос... Студент (не задумываясь): Десять. Препод с ехидной улыбкой: Нет, неправильно, я сегодня лампочку не взял... Студент вытаскивает лампочку из кармана: Зато я взял!
|
|
733
Навеяло историей Семена как японцы экскаватор собирали.
1979г., огромный хим.комбинат. Монтируем здоровенную турбину - сжиженный газ делать. Рядом, в том же цехе, японцы шефмонтажем ставят свою, точно такую же, почти до винтика. Кто не знает - шефмонтаж это свое изделие привез, сам смонтировал, сам в эксплуатацию сдал. В те времена не то что работать рядом с японцем, а вообще увидеть его у нас в Сибири - все равно что жирафа на улице встретить. Привозили их на комбинат на автобусе, все в оранжевых комбинезонах, белых касках и белых же нитяных перчатках. У каждого на поясе просто роскошная инструменталка. Почти 50лет прошло, до сих пор помню, какой это вынос мозга был - как они работали. Ну я то молод был, а мужики, отработавшие лет по двадцать, вообще чуть не "двинулись" от этой картины. Никто не курит, от слова "вообще". Два раза за смену все вместе пьют чай из термоса, минут по десять. Во время работы практически вообще ничего от них не слышно, не разговаривают, каждый ползает по турбине и что-то свое крутит. Но что добило нас - в конце смены мы все грязные как свиньи идем в мойку, они у каждого ладони перчаток грязные и немного колени - локти, садятся в автобус и уезжают. Все!!! Потом они пропали, нет и нет. Через пару дней спрашиваем у начальства - где соседи? А они работу закончили, турбину сдали и уехали. А у нас работы еще недели на две. Турбины, повторюсь, одинаковые. Вот так.
|
|
734
На комбайновый завод обращаюсь с заманчивым предложением, не без труда добиваюсь аудиенции с генеральным директором.
Конечно я не Шарль Перро, но в красках описываю как бригада из четырех японцев, собирает экскаватор за смену, видел это своими глазами. Не изготавливает, а именно собирает изделие, потому что процесс от начала до конца расписан до мелочей. Можем и у вас такое внедрить.
Генеральный слушает, кивает и делает заключение:
- Ху#ня это все. Я каждое утро приезжаю на завод, на площадке перед моими окнами стоит десять комбайнов. Подписываю акт приемки и в отгрузку. На следующий день опять десять.
- Как вам удалось достичь такого, можно с начальником сборочного цеха поговорить?
Он нажимает кнопку селектора:
- Юрий Михайлович подойди, люди интересуются.
Приходит средних лет мужчина, в фирменной спецовке с логотипом завода, очень уверенный в себе, но после моего вопроса о десяти комбайнах, с оглядкой на генерального отвечает:
- Да это длинная история, в двух словах не опишешь…
Генеральный говорит:
- Ладно, идите в заводскую столовую, время уже обед, там и пообщаетесь. У меня совещание скоро.
Начальник чуть позже, продолжает:
- Десять то они десять, каждое утро стоят. Три из них вообще ни куда не уезжают с площадки, два загоняем в первой смене до ума доводим, два во второй… Хорошо что график совещаний у нас строго соблюдается…
|
|
735
Однажды у Эйнштейна была пресс-конференция.
Незадолго перед тем, при испытаниях атомной бомбы в атолле Бикини, пострадали жители соседних островов.
Председатель атомной комиссии США презрительно заявил, что не стоит беспокоиться о пострадавших, так как он подарил им десять свиней и все улажено.
- Что вы думаете о Бикини? - спросили у Эйнштейна.
- Спросите об этом одиннадцатую свинью, - сердито ответил ученый.
|
|
736
Было это в начале прошлого лета.
Еду в автобусе. Утро. Передо мной два датых мужичка, один алкаш непросыхающий, другой в более-менее цивильной одеже, но тоже лицом как шарпей. Один другому восторженно, на весь автобус, рассказывает:
- И вот племяш меня директором и назначил. Ну а как иначе, родной человек, да и потом, я ж раньше бухгалтером работал, в цифирях как бог, да и в людях тоже. Он это помнит. Вчера первый рабочий день был. С коллективом еще не познакомился, успею, просто отметили тихонько, по полстакана и все. А сегодня на работу. Галстук пришлось достать. Пока я не освоился, племяш будет всем заниматься, а я, как присмотрюсь, буду порядок наводить сам. У нас турфирма солидная, туры по всей Африке, особенно Южной, филиалов несколько.
- Небось солярий есть? - спрашивает собутыльник.
- Не солярий, а сафари, - поправляет. - А как же. Люди состоятельные приходят, по двести-триста тыщ платят, это не считая билетов. Для особо уважаемых у нас скидка. Ну я с ними общаться не буду, это дело племяша, да и пусть, раз дело налажено, чего мне-то лезть. Я руководить стану. Вот тебя думаю заместителем сделать. Ты работать каждый день сможешь?
- Наверное. А зарплата какая?
- Не пропьешь, - улыбается. - Мне вот пятьдесят тыщ пообещал, я только десять лет назад столько получал, ну когда бухгалтером был. И вот сейчас буду. А как же, родная кровь, ну и нюх на людей у меня. Буду племяшу помогать, а то ведь старается, работает за всех. Понимает, нужен ему свой человек в коллективе, чтоб не баловали. Вот я и буду.
И хотелось мне сказать, что зиц-председателем будет мужичок, и что потом на него банкротство фирмы повесят за здорово живешь, да так и не сказал. Уж больно радовался. Да и не поверил бы он незнакомому человеку.
|
|
737
Ленинградское эскимо.
В то лето я честно отбомбил две смены в детском лагере под Черниговым и болтался в родном городе на севере в ожидании первого сентября.
В лагере было как-то не очень плохо, но и не весело. До речки почти два километра… всё по графику. Вожатые вообще из Узбекистана, русский знают плохо. Детей в отряды формировали по принципу: половина северян - половина местных. И что удивительно, все корешились отнюдь не по принципу «хохлы-русские». Хулиганы дружили с хулиганами, тихони с тихонями. В старших отрядах местные заглядывались на бледнокожих северянок, наши парни кадрили чернооких дивчин…
Мать прибежала с работы веселая и заявила:
- Собирайся! Завтра в Ленинград летим!
Это было в ее стиле. Потом и мне передалось. Она спонтанно принимала решения и никогда потом не жалела. Оказалось, ее институтская подруга рассталась с очередным ухажером и улетала в Сочи с каперанга, а квартиру в одну комнату в центре Питера на десять дней вполне могла выделить в наше распоряжение.
От Ленинграда я был в полном восторге. Мама продумала программу. Эрмитаж, Кунсткамера, Невский, Петропавловка, Павловск и пр. Крейсер «Аврора» приходился на последний день. Но это был вторник, санитарный день…
- Ну ладно, сходим в Летний сад… Не расстраивайся, сынок! В следующий раз!
(Я так никогда и не был на «Авроре».)
Был солнечный день, начало августа. У меня побаливала нога. Фурункул на правой ляжке нагнаивался, мама с утра перевязала его, наложив ихтиолку. На входе мы купили эскимо по 11 копеек. Присели на лавочку. Ленинградское эскимо по 11 копеек - до сих пор самое вкусное в мире! Жаль, оно быстро кончается. Просить второе - бесполезно! У меня была суровая мама. Мы сидели на скамейке, жмурясь на редкое питерское августовское солнце…
От входа к нам приближалась компания. Две симпотяжки с длинными волосами и парень с закрученным xубом.
- Да не хотим мы твое мороженое! Отстань!
Парень тормознул около нас…
- Хлопчик! Морозиво любишь? На!
Он сунул мне две палочки эскимо и побежал за девушками. Я взглянул на мать…
- Только медленно, а то еще горло простудишь…
Кончалось чудное лето 1967 года.
Как же нас развела история! И в прямом, и в переносном смысле! Неужели это навсегда?
|
|
738
Сидели студенты в общаге и от нечего делать затеяли предсказывать будущее. Условились, что каждый о каждом напишет что-то вроде краткой биографической заметки: где жил, кем работал, какая семья, когда и от чего умер.
Уже на второй анкете я понял, что получается невыносимо скучно. В самом деле, какие варианты можно было написать, если придерживаться реалистического сценария? Женился в 22 или в 30. Детей один или два, три уже вряд ли. Должность от простого инженера до начальника ВЦ, если очень повезет. Пенсия в 60. Умер в 70 или 80, от рака или инфаркта. Тоска смертная.
И я стал сочинять биографии, не сообразуясь с реальностью. Кому-то придумал писательскую карьеру, кому-то пять разводов, кому-то десять детей. Способы смерти позаимствовал из кино: умер от облучения после производственной аварии («Девять дней одного года»), убит бандитами («Место встречи изменить нельзя»), погиб в бою (любой фильм о войне).
Ребята прочитали и подняли меня на смех: ты что, забыл, в какое время живешь? Здесь уже лет 30 не происходит ничего интересного и больше никогда не произойдет. Всегда будет Брежнев, съезды КПСС, очереди и 120 рублей зарплаты. Какая авария на производстве, какие бандиты, какая война, о чем ты вообще?
Это был 1982 год. До повсеместных бандитских разборок оставалось лет 10, до аварии на Чернобыльской АЭС – четыре года. Но эта история не о том, как хорошо было при СССР и как плохо стало потом. Нет. Это был 1982 год. Уже три года шла афганская война, на которой гибли наши ровесники. Эта история о том, какими мы были прекраснодушными дебилами, ничего не видевшими вокруг себя.
|
|
740
Когда я была маленькой, родители почти на всё лето отправляли меня в деревню, к бабушке Варе.
Бабушка Варя жила одна, но по привычке держала кой-какую скотину. Корову, и несколько десятков кур.
А во дворе в будке у неё жил цепной пёс по кличке Барин. Обычная дворняга средних размеров, доброго и безобидного нрава.
Наверное как охранник Барин никакой ценности не представлял, но была у него одна важная, пусть и не очень почётная, обязанность.
Заключалась она в следующем.
Если у бабушки Вари возникала нужда в курятине, это была проблема. Ведь курицу надо было выбрать, и убить. Взять на свою душу такой грех бабушка Варя не могла.
Тогда она отвязывала Барина, и минут на десять запускала в курятник.
В курятнике случался переполох, в потом там непременно находилась одна задушенная курица.
После чего бабушка привязывала пса на место, а мы были на неделю обеспечены куриным супчиком.
И вот как-то раз приходит соседка, и говорит:
- Варя, одолжи твоего Барина, на полчасика.
- Это зачем ещё? – спрашивает бабушка.
- Так хозяина-то моего в больницу положили. – говорит соседка. – Хочу завтра его навестить, курочки ему отвезти. А кто мне курицу зарежет, если хозяин в больнице?
- Ну так бери конечно, что ж. – говорит бабушка Варя.
Соседка отвязывает Барина, и уводит с собой.
А минут через десять мы вдруг видим, как по улице, с диким визгом, мчится наш Барин, а за ним, распустив крылья, и распушив загривок, несётся соседский петух.
Насилу мы нашего Барина у этого петуха отбили. Наверное сутки он потом сидел в будке и носу не показывал.
И с тех пор – как отрезало. Барина нашего в курятник стало палкой не загнать.
А бабушка Варя периодически брюзжала на соседку.
- Ну что за баба такая? Ничего доверить нельзя, или сломает, или разобьёт. Такую хорошую собаку мне испортила!
|
|
743
Устами младенца...
Произошло вчера. Весело поиграв в покер своей компанией (кстати немного выиграв), в очень хорошем настроении поехали за женой главного бухгалтера к её подруге. Подруга разведена, двое детей - мальчик Вова четырёх и девочка семи лет. Попив там ещё немного пивка, повеселившись с детьми (что ещё нужно холостому человеку, занятому только работой), собираемся домой. Вызвали такси. Тут подходит ко мне мальчик Вова и спрашивает:
- Дядя Женя, а у вас девушка есть? Я
- Нет, Вова, некогда...
- Так вы тогда у нас с мамой ночуйте, у нас папы нет, а завтра поиграем опять...
Плакали все минут десять, позабыв про такси.
|
|
745
Приспичило мне в начале 2000-х купить первую машину. Выбор на тот момент не стоял – только УАЗ-буханка. Пошарился по объявлениям по Подмосковью – есть! В Тверской области, вроде как списанный из воинской части. Созвонился, вроде все устраивает. Договорился с товарищем съездить посмотреть. Через несколько дней поехали. Апрель, снег почти сошел, кругом вода стоит, на грунтовках – грязища. Доехали до крайнего населенного пункта, но как от него попасть в воинскую часть и где вообще дорога к ней – непонятно. Постучались в крайний дом. Тетка выходит. Спрашиваю, где воинская часть. Она посмотрела на нас, на нашу буханку, говорит:
- Машина, которую вы ищете – это Петькина, она не военная, а просто он у них ее держит. Воинская часть вон, за рекой, но вы рановато приехали, недели через две только можно будет туда попасть.
Мы, удивленные:
- Почему?
Тетка, не меняясь в лице:
- Автопарк части находится на излучинее, в обычное время там дорога к ним есть, а сейчас вода поднялась, и они теперь на острове. Служивые себе еще в советское время мост на этот случай построили, но его позавчера УКРАЛИ.
И глядит на наши вытянувшиеся морды. Я пытаюсь представить себе воровство моста, но у меня не получается. Ни технически, ни визуально. И главное – зачем?!
Тетка, ухмыльнувшись, объяснила:
- Часть была богатая, они сделали мост навечно – алюминиевым. Опоры обычные, бетонные, а сам пролет – цельно алюминиевый. Позавчера Гришаня из соседней деревни с другом вечером подъехали на тракторе и сдернули мост с опор, оттащили в сторону подальше и болгаркой на куски всю ночь резали, продать в цветмет хотели. Военные утром очень удивились, когда моста не увидели, но по следам быстро нашли. Сразу вызвали скорую и подготовили Гришаню с другом к ее приезду. Врачи, говорят, аж залюбовались. Мост кусками там все еще лежит, но вы по нему не проедете. Вы приезжайте попозже, когда вода сойдет…
Тетка ушла. Мы молча посмотрели друг на друга и поехали смотреть на украденный мост. Зрелище фееричное: на берегу валяются куски алюминиевого моста, который допиливают болгарками несколько солдат, а рядом стоят два сержанта и контролируют процесс. Мы опять не поняли его направленность, вроде варить там или склепывать обратно надо было бы... Сержанты сказали, что командование решило поставить новый мост в течении лета, а этот, раз уж его раскурочили, дорезать и сдать туда же, куда и собирался Гришаня. Семь тонн алюминия, тыщ 250 должны дать… «А как вы к себе попадаете?» - спросил я. На лодках, ответили мне, и послали нафиг, так как нарисовалось командование.
Мы под впечатлением молча залезли в свою машину и поехали домой. Отъехав несколько километров, товарищ резко тормознул, бросил руль и махая лапами начал поливать командование части разными витиеватыми лукамудищевскими эпитетами. Когда сквозь них просочился смысл, я чуть из машины не вывалился от смеха: оказывается, он прикинул, что если сдать люминий в известном ему пункте в Москве, то можно получить до 400 тысяч! И он уже собирался разворачиваться с коммерческим предложением к командованию части. Еле уговорил его, мол, без нас разберутся… Так мы и не попали к моей первой потенциальной машине. Ей стала потом другая. А спустя лет десять я был в тех краях и заглянул посмотреть, что там да как. Грустно – не моста, ни части…
|
|
747
Отец мой, кроме всего прочего - старый рыбак. Рыбак-спартанец, неприхотлив до крайности. Рыбачит с самого детства в наших, до сих пор диких, Приханкайских местах. Семьдесят лет уже рыбачит.
Не на продажу ловит, немного для себя, а остальное раздает – интереса ради, и вечной молодости для, рыбачит. Лет 45 уже не пьет, мозги, слава Богу, в норме, но побрюзжать иногда, хоть и не многословно, может.
За все уже эти его дни рождения, уже давно не знаю чего ему дарить. Лет десять назад подарил спальный мешок. Самый крутой выбрал, до -35 по Цельсию. Что вы думаете. Едем ранней весной на рыбалку, еще лед не весь сошел. По ночам бывает до -10-ти.
Залито все до горизонта весенним половодьем, только деревья из воды торчат с островками. Предполагалось заночевать на одном из них. Поздно вечером управились, выбрались на сушу.
Спрашиваю отца: -Взял спальник?
–Неа, отвечает,- тепло уже, тем более в палатке! - Немного поворчал на изнеженную молодежь. А сам в телогрейке, своей ровеснице, за годы насквозь пропитанной рыбьей слизью.
Разожгли на островке костерок, поужинали. Мы, с моим другом, традиционно пригубили, взбодрились, и прыгнули в стылую лодку, решив еще до утра проверить снасти.
…И заблудились. Вы бы тоже заблудились, ночью, в лесу, на лодке и в тумане.
Повезло еще, что с собой было. Уже светало, когда наткнулись на остров. Замерзли как собаки. От ожидаемых примет, костра, палатки и старого рыбака - ни следа.
От костра даже дыма не осталось, а палатка была, только она не стояла, а лежала свернутая в рулон, и с папой внутри. Говорит, тепло было, как и обещал.
В другой раз. Собираемся уже большей компанией, моих и отцовых товарищей. Человек семь, на двух джипах. Подъезжаем к моему другу, закидываем снаряжением его машину с экспедиционной корзиной на крыше – места для багажа навалом.
Ну мы и веселимся: Спиннинги-удочки, лодки, мотор, палатки, веранду, спальные мешки, большой раскладной стол со стульями, газ в баллоне, печь.
Папа долго молчал, глядя на все это непотребство. Но когда я уже садился за руль, и улыбаясь, посмотрел на него, ожидая реакции.
Он не выдержал: - Вы бы, бля, еще бы гитару взяли!
А мы взяли)
P.S. А как душевно папа поет!
|
|
748
Как советским солдатам удалось продержаться 49 дней, когда их баржу унесло в океан?
Весной 1960 года авианосец «Кирсардж» спас людей с маленькой баржи. Американцы заметили прямо посреди океана небольшое судно, в котором обнаружили четверых солдат советской армии, изможденных до всех мыслимых пределов. Им удалось выжить только потому, что у них были кожаные ремни, кирзовые сапоги и вода, которую они брали из системы охлаждения двигателя.
В экипаже баржи было 4 человека. Когда прежний состав уволили в запас, два месяца судном «заведовал» только один человек – Асхат Зиганшин, который нес службу в звании младшего сержанта. Затем учебное подразделение прислало двух мотористов. Ими были рядовые Филипп Поплавский и Анатолий Крючковский. Все три солдата служили уже второй год, но потом стройный коллектив «бывалых» разбавили первогодком – рядовым Иваном Федотовым.
Баржа Т-36 была не флотским плавательным средством, а армейским. Еще в конце 1959 года держалась устойчивая непогода, поэтому все баржи решили вытащить на берег. Когда весь остров ждал прибытия корабля, который должен был привезти мясо, разгружать его отправили Т-36. Любая баржа обязательно комплектуется НЗ, причем неприкосновенного продовольственного запаса должно хватать на десять суток. Но в этот раз Т-36 ушла без пайков, поскольку военнослужащих перебазировали в казармы несколько месяцев назад.
Трагическое происшествие случилось 17 января. В тот день порывистый ветер сметал все на своем пути, поэтому пришвартованную баржу сорвало и унесло в океан. Скорость происходящего была настолько головокружительной, а природная сила – настолько неодолимой, что экипажу не удалось совладать со стихией.
Когда шторм закончился, Т-36 принялись искать. Найти удалось только спасательные круги и обломки судна (по словам Зиганшина, «на берег выбросило спасательный круг и разбитый ящик из-под угля с бортовым номером „Т-36“»). Командование расценило страшные находки самым очевидным образом: баржа почила в недрах океана вместе с несчастным экипажем. И уж совсем никто не мог предположить, что искать Т-36 стоит за сотни км от места, где судно сорвалось со швартовов. Родным пропавших в открытом океане отправили сообщение, что те пропали без вести. Наблюдение за жильем солдат, однако, решили все же установить: на случай, если они окажутся прозаичными дезертирами. Пока драгоценное время утекало сквозь пальцы, четверо молодых ребят с борта Т-36 безнадежно дрейфовали в Тихом океане.
Их положение было почти безвыходным: топливо подошло к концу, рацию повредил сильный ливень, а в трюме баржи заметили пробоину (судно столкнулось со скалой), которую экипаж смог частично залатать, прижав к ней доску при помощи домкрата.
Учитывая, что баржа не годилась для дальних странствий, дела солдат были совсем плохи. К счастью, на Т-36 нашлась буханка хлеба, две банки тушенки, пригоршня крупы и немного картофеля, который рассыпался при непогоде прямо в лужицу натекшего мазута. С водой не повезло еще больше — шторм полностью перевернул бачок. Проведя ревизию, служивые обнаружили печку-буржуйку, совершенно промокшие спички и «Беломор».
Без надежды на спасение (дрейф баржи Т 36)
Хотя положение несчастных было плачевным, ситуацию усугубила еще одна печальная находка. Зиганшину удалось найти в рубке газету. Она была свежей, но радоваться долго не пришлось: в одной из статей говорилось, что как раз в их квадрате с учебной целью будут проводиться ракетные пуски. Место, в котором находилась баржа, было объявлено как небезопасное, то есть вплоть до завершения ракетных испытаний в нем не пройдет ни одно судно…
Четверка хорошо осознавала свое положение и начала основательно готовиться к предстоящим трудностям. Кроме пресной воды, которую нашли в системе охлаждения двигателя, решили при первой возможности набрать и дождевой. Ели похлебку, которую готовили из тушенки, картошки, жутко отдававшей мазутом, и мизерного количества крупы. Питаясь таким скудным образом, экипаж должен был не только поддерживать свой моральный дух, но и прилагать физические усилия для откачки воды, виной которой была пробоина.
Спать было холодно. Чтобы согреться, служивые соорудили кровать из того, что оказалось под рукой, и спали, прижавшись друг к другу. Так прошло несколько недель. Запасы продуктов и воды неумолимо таяли, и в один из дней было принято решение варить солдатские ремни. Когда и этот жуткий «суп» был съеден, сварили ремень от рации. Потом пришла очередь сапог и даже кожи с гармони, которая тоже оказалась счастливой находкой на Т-36. А вот с водой было совсем туго: за сутки каждый мог позволить себе всего 1 глоток…
Голод, жажда и неопределенность положения сделали свое мрачное дело: члены экипажа начали видеть галлюцинации и страдать от необъяснимых приступов страха. Хотя ребята старались успокаивать и поддерживать друг друга, их психические силы иссякали вслед за физическими. Уже потом, когда их спасли, они вспоминали, что в продолжении всего кошмарного дрейфа они ни разу не повздорили между собой. Даже перед лицом голодной смерти каждый сохранил свое достоинство и человечность. Среди друзей был уговор: тот, кто останется в живых последним, должен написать записку о том, что произошло.
Восхищение спасателей
Не раз на горизонте перед глазами несчастных показывалось судно, но оно проходило мимо, не замечая посылаемые сигналы. И только 7 марта 1960 года, в самый счастливый для четверки день, американский вертолет спустил на Т-36 лестницу. Хотя у солдат совсем не оставалось сил, сохраняя военную дисциплину, они отказались покинуть баржу. Американцы убедили истощенных членов экипажа принять помощь, и они поднялись на иностранный борт.
Молодые люди знали, что после долгого голодания набрасываться на пищу не стоит, хотя моряки с «Кирсарджа» предлагали им массу угощений, да и вообще искренне стремились компенсировать пострадавшим пережитые лишения. Американцы были очень удивлены тем, что в таком молодом возрасте советские солдаты проявляют невиданную стойкость и крепость духа.
Прямо на авианосце великолепная четверка дала небольшую пресс-конференцию, и вскоре об этой истории узнал весь мир. Чтобы встретить экипаж Т-36 в Сан-Франциско, приехали сотрудники генерального консульства СССР. Хрущев приветствовал выживших телеграммой.
Когда советские робинзоны вернулись домой, их встретили как космонавтов. Москва пестрела плакатами «Слава отважным сынам нашей Родины». В течение нескольких недель экипаж Т-36 рассказывал о своих приключениях на встречах и приемах.
Как сложилась судьба участников дрейфа баржи — Т 36
Когда ребят отправили на курорт в Гурзуф, чтобы они могли восстановить силы, они получили предложение учиться в мореходном училище. Трое из них навсегда связали свою жизнь с флотом.
Асхат Зиганшин был родом из поселка Шентала Куйбышевской области (ныне Самарская область), по национальности — татарин. После окончания мореходного училища поступил механиком в аварийно-спасательный отряд в городе Ломоносове под Ленинградом. Работал на разных судах, сначала с пожарными, затем с водолазами. Женился, воспитал двух дочерей. Выйдя на пенсию, поселился в Петербурге. Ушел из жизни 20 июня 2017 года.
Иван Федотов — русский, из села Богородское Хабаровского края. Окончив Благовещенское речное училище, получил диплом судового механика. Всю жизнь проработал речником. Его не стало в 2000 году (по некоторым источникам 1999 г.).
Анатолий Крючковский и Филипп Поплавский — украинцы. Крючковский из поселка Турбов Винницкой области, а Поплавский — из поселка Чемеровцы Хмельницкой области.
Филипп Поплавский поселился под Ленинградом, после окончания училища работал на больших морских судах, ходил в заграничные плавания. Скончался в 2001 году.
Анатолий Крючковский много лет проработал заместителем главного механика на киевском заводе «Ленинская кузница». В январе 2019 года отметил 80-летие.
В 1962 году о героях был снят фильм «49 дней». Однако, на данный момент он так и не оцифрован, поэтому его нет в интернете. Но, ниже вы можете найти документальный фильм «Их могли не спасти. Узники Курильского квадрата», а также передачу «Сильнее океана» (1960 год) с участием героев данной истории.
|
|
749
Выношу на ваш суд рассказ. Все события и персонажи вымышленные, совпадения случайны.
В самом конце прошлого века отбывал срок в одной из колоний строгого режима Никита Лунев, ну или просто Луня. Было ему лет 35, сидел четвертый раз и все время за наркотики. Был Луня наркоман, как говорят, конченный. Ничего святого в жизни не было, так как "святых" там вынесли с момента первой пробы наркотиков. Да и какая жизнь может быть у наркомана? Разве можно назвать жизнью вечный поиск "кайфа"? Ведь по логике Никиты, жизнь без кайфа - это "вторяк". Родители давно плюнули на сынка и даже радовались, когда Луня попадал в тюрьму. Во-первых, он их не доставал, и старики могли несколько лет жить спокойно. А во-вторых, тюрьма спасала Никите жизнь, как реабилитационный центр.
Была на воле у Луни женщина, которая как-то терпела "любимого", даже ждала. Никита очень нежно отзывался о ней. Всем рассказывал, что его Светка - баба хорошая, трое детей у нее, от троих мужиков, ну выпивает иногда. Правда, прав родительских ее лишили, но женщина хорошая. Смеялись арестанты с этих рассказов. Ну Луня, он и есть Луня.
Сидел Никита тихо и незаметно, эдаким чемоданом - где положили, там и лежит. Пока ломка закончится, пока на баланде щеки наест, так уже и освобождаться пора. Передачек ему никто не передавал и посылок не слал, так как родителям было все равно, что с сыночком, а с любимой что взять? Только детей, да и тех государство в детский дом определило. Свои лимиты на передачки и посылки он отдавал другим, хоть что-то имея с этого.
В последние дни января получил Никита письмо от приятеля детства по имени Иван, который, узнав, что тот сидит, захотел помочь ему. И решил Иван сделать Луне передачу, ну и спрашивал в письме, что и как сделать нужно. Луня обрадовался, тем более, что в начале марта у него было день рождения. Написал этому приятелю ответ, все объяснил и попросил зайти к Светке, чтобы тоже что-то передала, все-таки страдает в тюрьме любимый. И написал Никита, чтобы передачу сделали не на него, а на другого, так как свои лимиты на передачки Луня уже отдал.
Когда Светка узнала, что кто-то готов сделать передачку Никите, то она сказала об этом друзьям Луни, таким же наркоманам. И решили эти друзья сделать свой, наркоманский подарок арестанту. Где-то нашли несколько банок малинового варенья, каких-то галлюциногенных таблеток и все это смешали с вареньем. И вот этот "набор юного наркомана", вместе с чаем, сигаретами и продуктами и повез Иван в колонию. Ну и так получилось, что передавал он как раз седьмого марта.
Передачу делали на Витю Гнома. Он был не то чтобы друг Лунин, так, приятель. Гномом его прозвали за невысокий рост, был он мелкий воришка, который постоянно сидел за какие-то кражи с садовых участков. Пообещал ему Никита, что поделится передачей, вот и согласился Гном.
Пришел Витя получать передачу, а выдавала ее сотрудница по имени Анна, как ее звали арестанты Анька - Веселушка. Была она лет тридцати, работала в колонии почти десять лет, вечно веселая деваха. Все время у нее шуточки и прибауточки, глазки всем строила. Вот и сегодня у нее настроение было хорошее, так как начальник обещал завтра всем женщинам сделать выходной.
- О, Гном, - весело прощебетала Анька, увидев Витю, - а кто это тебе передачки передает?
- Да это не мое, это другому передали, - ответил Гном, - просто на меня.
- Ну ясно, - не могла угомониться сотрудница, - просто смотрю варенья много, подумала, что это ты на воле украл малины кучу, вот подельники твою долю тебе и возвращают.
- Не, я малину не крал, - смутился Витя, - я больше металл таскал.
- Если честно, то мне пофиг, что ты там таскал, - сказала Анна, - но вот в банках пропустить не могу. Тару принес, куда переливать будем?
- Так я не знал, что тара нужна, - разволновался Гном, - может как-то решим, а Анюта?
- О как, сразу Анюта, - передразнила сотрудница Витю, - решим, говоришь? А замуж возьмешь? Хотя, зачем ты мне нужен? Ты же из тюрьмы не вылезаешь, жених... Ладно, как решать будем?
- А давай так, - предложил Гном, - ну возьми себе банку одну, чай попьешь и еще что-нибудь, типа, с праздником. Остальное я в зону заберу, там перельем куда-нибудь, а банки разобьем, чтобы тебя не подставлять. Хорошо, Ань?
- Ох, Гном, толкаешь ты меня на должностное преступление, ну ладно, - смилостивилась королева передач и посылок, - я пару банок возьму, вечером чай попьем в честь праздника, все равно их у тебя тут пять штук. Но это первый и последний раз, понял?
- Понял, понял, - закивал головой Гном и начал быстро складывать все в сумку, боясь, что Анна передумает.
В тот день ответственным был сам начальник колонии подполковник Костенко Анатолий Петрович. Перед окончанием рабочего дня он предупредил дежурных оперов, что поедет домой ужинать, а к отбою вернется. Выходя из зоны, поздравил Анну, пожелал ей хороших выходных и уехал.
Вечером к концу рабочего дня Аню пришли поздравить двое оперов. Она заварила чай, выложила на стол печенье, конфеты и варенье. Поздравили, попили чая с вареньем.
Когда начальник приехал вечером, то первое, что он увидел, были опера, которые ползали на коленях перед забором и что-то рассматривали в темноте.
- Вы что делаете? - спросил подполковник.
- Следы ищем, - дружно ответили оперативники, - он только что тут был.
- Кто тут был? - не понял начальник.
- Ну он, сбежал который, - сказал один из оперов.
- Кто сбежал, - опешил Костенко, - из зеков кто-то?
- Да нет, мужик какой-то, - успокоил второй опер, - сквозь забор прошел, гад.
- А ну дыхни, - рявкнул начальник на него, - какой мужик? Ты выпил, что ли, на службе?
- Никак нет, товарищ подполковник, не пил, - бодро ответил оперативник и дыхнул, - мы у Аньки чай пили, потом вышли покурить, а он сквозь забор и прошел.
- Я сейчас вернусь, - сказал Костенко и пошел в кабинет к Веселушке.
Анна сидела за столом с остатками чаепития и тупо смотрела в стену.
- Аня, у тебя все хорошо? - участливо спросил начальник.
- Хорошо, товарищ подполковник, - ответила девушка, - кино интересное. Присаживайтесь, посмотрим.
- Какое кино, Аня? - Костенко не мог ничего понять, - Точно все хорошо?
- Я же говорю, что хорошо, - раздраженно ответила Аня, - не мешайте, дайте досмотреть.
Анатолий Петрович понял, что с ней, как и оперативниками, что-то странное происходит. Он зашел в зону и пошел в свой кабинет, откуда позвонил в дежурку и спросил у дежурного помощника начальника колонии, все ли нормально в зоне. ДПНК ответил, что все почти нормально, только два клоуна - Луня и Гном обожрались какой-то отравы, и их теперь откачивают в санчасти.
- Как обожрались? - Костенко начал о чем-то догадываться, - Чего?
- Я не знаю, товарищ подполковник, - начал объяснять ДПНК, - контролер зашел в барак, а там Гном гвозди с пола собирает, а Луня с Брежневым разговаривает.
- Какие гвозди, какой Брежнев? - прокричал начальник.
- Да никакие, галлюцинации у обоих, - успокоил его ДПНК, - стукачи сказали, что Луне сегодня передачку сделали на Гнома, наверное, что-то в ней и было. Вот и нажрались, идиоты.
Теперь подполковник все понял. Хорошо, что хоть так обошлось.
- Давай, возьми пару контролеров и беги за Веселушкой, она у себя. И еще, там опера за зоной ползают, их тоже забирай и тащи в санчасть, - распорядился начальник, - наверное Анька что-то из передачки взяла. Ее там тоже с операми "плющит". Пусть их лепила за компанию с этими дуриками откачивает.
Ночь в санчасти прошла весело. Луня о чем-то спорил с Брежневым, Гном жалел о том, сколько гвоздей на полу валяется, это же куча металла, который можно сдать и деньги пропить. Анна просто смотрела фильм, который "показывали" прям на белой стене, а опера так и не пришли к единому мнению, кто же это вышел сквозь забор.
История закончилась благополучно. Всех пятерых откачали. После санчасти Луню и Гнома закрыли в ШИЗО, где они восстанавливали силы. После этого Гном перестал общаться с Никитой и всем жаловался, что Луня, сволочь, чуть не отравил его. Анна, как и прежде, работает на передачах, но теперь ничего не берет себе и "шмонает" более тщательно. Опера продолжают нести службу. Все получили хороший урок.
И только приятель Луни так и не узнал, что рисковал многим, передавая варенье.
|
|