Главный герой этой истории, к сожалению, уже не сможет рассказать её сам. Но она слишком хороша, чтобы предать её забвению, поэтому я возьму на себя смелость и поведаю вам о том, что произошло с Егором Ивановичем, слесарем шестого разряда на заводе «Контактор», в далёком 1974 году.
В городе Ульяновске и сейчас полно частных домов. По сей день островки кирпичных или деревянных, одно-, двух-, а то и трёхэтажных строений можно встретить в любом районе города. Что уж говорить про те времена, о которых мой рассказ, тогда частные дома в Ульяновске были повсеместно. В одном из таких домиков и проживали Егор Иванович и его супруга Анна Павловна. Егор Иванович, как я уже упомянул, был слесарем и трудился на заводе «Контактор».
Анна Павловна работала на Ульяновском автомобильном заводе. Эта история началась летом семьдесят четвёртого года. В субботу, после короткого рабочего дня (по субботам «Контактор» работал до 14.00), домой к Егору Ивановичу пришёл его коллега по работе Иван Петрович. Иван Петрович пришёл не с пустыми руками.
Он принёс две бутылки водки «Пшеничная». «Пшеничная» пошла хорошо. Приятели сидели в саду, пили белую, закусывали малосольными огурчиками, вели неспешную беседу. Вечер был тёплым, а потому, когда застолье подошло к концу, Егор Иванович не пошёл спать в дом, а лёг прямо в саду, на лавке, возле забора, подложив под голову куртку.
Проснулся Егор Иванович ранним утром от холода. Он потянулся и понял, что скатился с лавки и лежит на земле лицом к забору. Первое, что он увидел, открыв глаза, была бутылка водки. Егор Иванович прекрасно понимал, что это невозможно; бутылка пшеничной водки, принесённая Иваном Петровичем, опустела еще вчера вечером.
Егор Иванович пригляделся: бутылка была полной и имела зелёную этикетку «Столичная». Егор Иванович пригляделся ещё получше, даже немного подвинувшись вперёд. За первой бутылкой, о чудо, обнаружилась ещё одна. Егор Иванович встал, встряхнул головой, осмотрелся. Он стоял в своём дворе, перед забором. Вот лавочка, вот столик, на нём тарелка с огурцами. Егор съел три огурца и задумался: «Откуда же водка?».
Ответ пришёл в голову Егора Ивановича довольно быстро. Дело в том, что рядом с его домом располагался магазин. Вход в него был со стороны улицы, а вот противоположная стена магазина как раз и примыкала к участку Егора Ивановича и с виду казалась частью забора. «Вот оно что!» — осознал Егор Иванович.
В примыкавшей к его огороду части магазина находился склад. Одна доска в самом низу сгнила и отвалилась, через образовавшуюся дыру Егор Иванович, проснувшийся на земле, и увидел бутылки. Он внимательно осмотрел стену-забор и сразу же обнаружил искомое отверстие. Не раздумывая, Егор Иванович запустил в дыру руку. Рука сомкнулась на чём-то твёрдом, округлом, приятно холодном. Егор вынул руку и в первое мгновение всё-таки не поверил в то, что видит.
Его рука сжимала бутылку водки «Столичная». Он почти потерял связь с рукой. Эта добрая рука жила своей жизнью и предлагала Егору бутылку водки. Другая рука Егора без раздумий приняла подарок и положила его за пазуху. Егор приладил отвалившийся кусок доски на место и пошёл в дом. Вечером к нему пришёл Иван Петрович. «Столичную» благополучно распили, а пустую тару выбросили в сад, под вишню.
Каждую субботу Егор Иванович, всё глубже запуская руку в дыру, доставал оттуда новую бутылку «Столичной» водки. Иван Петрович не задавал вопросов. Целый месяц дыра в заборе наполняла субботние вечера приятелей задушевными беседами и звоном гранёных стаканов. В преддверии одного из таких вечеров Егор Иванович, как обычно, подошёл к забору. Осмотрелся, не подглядывает ли кто, лёг на землю, запустил руку в дыру и не нащупал ничего.
Егор Иванович не сдавался. Он расковырял дыру ножиком. Это позволило засунуть руку глубже. Рука ухватилась за что-то холодное и округлое. По форме бутылки Егор понял, что это не «Столичная». Он вытащил руку из дыры и вскрикнул от радости. В руке был дорогой, дефицитный, пятизвёздочный армянский коньяк. Егор Иванович сразу же организовал стол. Пришёл и Иван Петрович.
В очередную субботу ровно в 14.00 в пятом цехе завода «Контактор» прозвенел цеховой звонок. Рабочий день закончился. Егор Иванович сложил свои инструменты, переоделся, вышел через проходную, сел в трамвай. Войдя к себе во двор, он, как всегда, запустил руку в дыру. Ничего! Егор Иванович пошарил рукой. Только раз пальцы коснулись чего-то холодного и твёрдого, но ухватить это что-то не удалось. Ситуация требовала решительных и продуманных действий.
Егор отделил несколько старых, но крепких ещё досок от соседнего забора и сколотил из них прямоугольник примерно шестьдесят на восемьдесят сантиметров. В воскресенье Егор Иванович проснулся пораньше, взял из сарая пилу, выпилил в стене склада прямоугольное отверстие нужных размеров, осмотрелся, убедился, что никто не подглядывает, и вполз через отверстие в магазин. Глаза Егора Ивановича быстро привыкли к полумраку, и он увидел, что находится в той части магазина, где хранится алкоголь. Чего здесь только не было.
На стеллажах и в ящиках на полу стояли бутылки столичной водки, дефицитного коньяка, дорогих вин. Киндзмараули! Егор Иванович сразу же взял одну бутылку со стеллажа и осторожно пошёл дальше. Спиртное на стеллажах сменилось консервами. В карман Егора Ивановича легла баночка рижских шпрот. Началась бакалея, здесь Егор Иванович разжился пачкой сигарет «Ту-134». Он шёл медленно, ногой прощупывая пол впереди, где-то затарахтел холодильник.
Набитый колбасами, четырёхдверный монстр позволил открыть одну из своих дверей, зажёг в своём чреве лампочку и поделился с отважным сталкером палкой «любительской» колбасы. Это, дорогие мои читатели, была не та колбаса, которую вы знаете, это была «любительская» колбаса, изготовленная по ГОСТу из настоящего мяса. В наше время с этой «любительской» колбасой может сравниться разве что её тёзка из Беларуси.
Сигареты и шпроты, как и вино, Егор Иванович взял со стеллажей из дальних рядов, чтобы не было заметно. Наш герой ретировался со склада, не оставив никаких следов своего пребывания. Пропажу могла выявить только ревизия. Прежде чем вылезать наружу, он выглянул из дыры, убедился, что двор пуст. Егор Иванович закрыл вход в магазин заготовленным ранее прямоугольником, расправил примятые сорняки и понёс добычу в дом. В течение целого года из дыры в заборе, как из рога изобилия, на стол Егора Ивановича лилось вино, выкатывались банки шпрот и палки колбасы.
Можно долго описывать, какие редкие вина, коньяки и дефицитные закуски появлялись на столе Егора Ивановича. И ещё дольше можно перечислять всех родственников, друзей и знакомых, которые приходили к Егору Ивановичу в гости, пили и ели. Но ни один пир не может длиться вечно. Жена Егора Ивановича не принимала участия в попойках.
Тем не менее, однажды она поссорилась с одной из своих подруг, и та из зависти заявила в милицию о том, что на столе у мужа Анны Павловны появляется слишком много дефицитных продуктов. За дело взялось ОБХСС. Сотрудники этой организации обыскали участок Егора Ивановича и обнаружили тайный вход в магазин и множество пустых бутылок под вишнями. Всё было ясно. Но Егор Иванович твердил одно: «Ничего не знаю. Ничего не брал. Бутылки мне через забор накидали, я их бросил под вишню».
Милиционеры пошли в магазин, но там их ждало разочарование. Бухгалтер сказала, что никаких пропаж в магазине не было. По документам тоже всё было в порядке. Дело разваливалось. Конечно, милиционеры догадались, что бухгалтер сама приворовывает, но доказательств этому не было.
Бухгалтер знала, что кроме неё ворует кто-то ещё, и думала, что это грузчики, ведь пропадали в основном алкоголь и сигареты. Расследование было прекращено за отсутствием состава преступления. Старую деревянную стену в магазине заменили кирпичной, а Егор Иванович и Иван Петрович ещё долго, распивая в саду «Пшеничную» водку, поминали добрым словом весёлый и хлебосольный 1974 год.
