Шутки про хворать - Свежие анекдоты

Результатов: 13

1

Долгая дорога "в дюнах" (атипичная мимоза)

Вчера поздно вечером, основательно подзадолбавшись в разгребании надуманных проблем, я возвращался к себе в "деревню", оставив за кормой огни большого города. До родного порога оставалось не более пары километров, когда свет фар выхватил голосующую на обочине одинокую фигуру. Разумеется, я остановился, поскольку городок наш небольшой и все друг друга так или иначе знают.

Когда основательно продрогший парнишка 18-20 лет забрался в салон, я спросил: "Куда подвезти, бро? Я еду в "Африку". По пути?". На что тот ответил: "Спасибо, что остановились. Выручите, пожалуйста. Я добираюсь в Никольское на день рождения мамы. Последний автобус отменили. Денег с собой всего двести рублей и такси мне не по карману. Я отдам долг, честное слово. Оставьте номер телефона и через несколько дней всё возмещу."

Помочь ближнему, особенно за чужой счёт, это я завсегда. За свой собственный тоже случается, но уже значительно реже. Как же не хотелось пилить в ночь по нерасчищенной, обледеневшей дороге в ебеня, находящиеся в тридцати километрах. Особенно когда дома ждёт вкусно приготовленный любимой женой ужин, десятилетний виски, камин и сигара. Ради кого? Балбеса, который любит маму? Мне-то какое до этого дело?

Казалось бы, скажи человеку, что некогда и предоставь решение птицам. Однако проникся, вспомнив, как много лет назад сам был в подобной ситуации и никто не помог. Потом набрал знакомый номер: "Родная, я задержусь на час или два. Не теряй. Счастье не за горами!"

"Вперёд! ... Вперёд, Бодхисаттва, - нам с тобой пора в магазин"

1. 16 февраля 1985-го года я, забив на две последние пары, сбежал с лекций и держу путь на колхозный рынок Свердловска. Пожалуй, единственное на тот момент место, где можно за приемлемые деньги купить живые цветы. Делаю я это не столько из любви и уважения к маме, которой сегодня исполняется 50 лет, сколько по просьбе отца, который, проявив гражданскую позицию и волю, не соображал "на троих" в "Клубе весёлых и находчивых подкаблучников" почти два месяца, отказывая себе в "самом необходимом". В итоге, собрав за это, полное испытаний и вызовов аскетично проведённое время, неучтённые его второй половиной двадцать рублей, на которые наказал мне купить букет алых роз для его единственной и неповторимой.

2. На колхозном рынке столицы Урала я до сего дня не появлялся. Поэтому был несколько ошеломлен тем фактом, что в Свердловске, оказывается, есть локация, в которой местное население по сути является "нацменами". По причине, что подавляющее большинство "аборигенов" этих палестин несколько отличались от привычной мне среды обитания: наличием газырей, фамильных кинжалов, папах, выдающихся носов и южного темперамента.

Судя по всему, впечатления на местную публику нищий студент не произвёл. Видимо, из-за несоответствия образу платёжеспособного клиента, что было только на руку, дав время осмотреться перед тем, как расстаться с деньгами.

Сделав по торговым рядам пару кругов, я уяснил для себя порядок цен и определившись, остановил выбор на "оранжерее" пожилого господина, нон-стоп жрущего мандаринки, который, судя по типажам фильма "Мимино", был явным грузином, что недвусмысленно подтверждалось кепкой-аэродромом и шикарными усами.

Поблагодарив про себя Георгия Данелию за сакральные знания, я вступил в переговоры: "Доброго вам дня, батоно. Как здоровье родителей, дядь, тёть и племянников? Хорошо ли учатся и послушны дети? Пусть прокиснет вино, подгорит шашлык и вырастут рога у ваших недоброжелателей!"

На что, опешивший от уважительного отношения грузин, ответствовал: "И вам не хворать, генацвале. Чем я могу помочь достойному сыну своих родителей?"

Подсчитав наличность, я понял, что если доложу к папиным капиталам свой последний рубль, то мне хватит денег на шесть цветков по 3 руб. 50 коп. Вот только отец настаивал на семи, поскольку это мамино счастливое число. Ну да ладно, шесть по любому лучше чем пять, иных вариантов всё равно нет: "Дяденька грузин, заверните, пожалуйста, шесть самых красивых роз. Спасибо!"

- Сынок, в твоём доме беда? Кого вы потеряли? Разделяю скорбь и соболезную.

- Что вы, что вы! Все у нас здоровы. Маме сегодня 50 лет. Для неё цветы.

- Не понимаешь? Чётное количество это для печали. Для радости надо нечётное.

- Спасибо! Не знал. Ну тогда давайте пять, на семь у меня денег не хватает.

- Ты только не обижайся. Возьми седьмую от меня в подарок и поздравь маму как следует. Хороший ты человек. За сегодня первый со мной поздоровался. До тебя пять раз чуркой обозвали. Два раза черножопым. А одна бабка спекулянтом. Ты представляешь? Обидно очень.

- Гамарджоба!

- Мадлоба!

"...выебать лошадку на скаку
не сможет Шварценеггер
не сумеет он, а я - смогу:
тут нужна сноровка-тренировка
...всё - просто и легко в этом мире
всё - просто и легко в этой жизни.."

1. Как выяснилось, спустя час с небольшим, не всегда получается "выебать лошадку" и не "всё - просто и легко в этой жизни". Иногда "лошадка" категорически против коитуса и тогда тебе прилетает по лбу кованым копытом, что бывает обидно и не внушает здорового оптимизма.

В этот раз сия истина проявилась в том, что меня, как безбилетника, выперли из электрички, когда состав преодолел едва ли треть пути до родительского дома, что было довольно досадно, поскольку "зайцем" я был матёрым и до этого момента не попадался.

Напрасно взывал я к материнским инстинктам тёток в синих мундирах, рассказывая о непростой студенческой доле и демонстрируя пустые карманы. Делясь, как с родными, на 100% правдивой историей про мамин день рождения и отданный за цветы последний рубль. Не помогло. Ревизорши в этот день отчего-то были холодны и не прониклись.

Проводив задумчивым взглядом уходящий на юг состав, я осмотрелся и решил, что всё не так уж плохо на сегодняшний день. Мне явно повезло с наличием на станции билетной кассы с небольшим залом ожидания. Через три часа будет ещё одна электричка на Каменск-Уральский и я вполне успеваю.

2. За время ожидания денег у меня, разумеется, не прибавилось. Поэтому, зная по опыту о повадках контролёров, которые традиционно начинали проверять наличие билетов с хвоста состава, я был настороже и готов к любым неожиданностям.

Желающие избежать встречи с официозом "зайцы", как правило, уходили от "погони" к началу поезда. Потом, дождавшись остановки, "спешивались" и перебегали в хвост электрички, минуя таким образом нежелательной встречи.

Так я и поступил, вовремя среагировав на начавшуюся в вагоне суету, присоединившись к нехилому пелотону "ушастых". Вот только..... оказалось, что сегодня был явно не мой день. Ревизоры, судя по всему, поменяли тактику, начав проверять документы на проезд двумя бригадами, идущими навстречу. В итоге с десяток студентов, в том числе я, попали в засаду и были безжалостно выкинуты вон для переоценки ценностей. Ибо дилетантам и нищебродам здесь не место.

3. Чем развлекался три часа на лёгком морозце с десяток "униженных и оскорблённых", оставляю фантазии читателя. Студент в любой безнадёжной ситуации бодр, весел и беззаботен, видимо от того, что нечего ему терять кроме зачётки. Поэтому за анекдотами и историями из общаги время до следующей электрички прошло быстро. Новые друзья, войдя в положение, насобирали по карманам мелочи и купили мне билет, чтобы я добрался до дома уже наверняка. Разумеется, это было лишним, так как любому известно, что если билет куплен, то проверять его будет некому.

4. Итак, спустя девять часов и сто километров я прибыл в пункт назначения. Растеряв по дороге иллюзии о том, что если хорошо попросить, то тебя поймут и простят, вспомнив о том, что человек человеку друг, товарищ и брат, а значит надо относиться к ближнему своему с добром, пониманием и участием.

Попрощавшись с новыми друзьями, я, проигнорировав общественный транспорт, врубил форсаж и в десять минут, пролетев три километра, прибыл в кафе, где, не теряя времени, отыскал печального папу и извинившись за задержку, вручил ему многострадальный букет. С удовлетворением отметив, что всё было не зря, поскольку роз на празднике не наблюдалось. А всё цветочное изобилие представлено банальными гвоздиками и каллами. А потом...

Задолбался объяснять родственникам, друзьям семьи и маминым сослуживцам, что я, разумеется, хороший и послушный сын, учусь на четыре и пять, ежедневно перевожу бабушек через дорогу, сдаю кровь и участвую в художественной самодеятельности. Но букет алых роз это не моя заслуга и я лишь служба доставки. К слову, довольно хреновая, так как умудрилась проебать дедлайны и едва не подвела единственного клиента под монастырь. Вот только всё было напрасно. Люди видят и слышат только то, что хотят, забив на реальность.

Ну а папа?

А что папа? Как обычно, промолчал. Поэтому возможно лишь я один оценил благородство и терпение интеллигента в третьем поколении, не желающего испортить праздник близкому человеку. И больше почувствовал чем догадался о причинах и мотивах его тихого домашнего алкоголизма. Судя по всему, как одного из противоречивых, но всё-таки выходов для не сойти с ума. Воистину, любовь бывает жестокой, а непонимание - между казалось бы самыми близкими людьми - глухим и безнадёжным. Горькая реальность семейной жизни двух разных и оттого духовно одиноких людей, которые тем не менее прожили вместе всю жизнь и по отдельности себя не представляли. Лёд и пламя. Вечный бой. Покой нам только снится.

P.S. Уже дома, мама отхлестала мужа розами по лицу. Утверждая, что тот сломал ей жизнь и она потратила на него лучшие годы. Что у всех мужья как мужья. Только ей не пойми за что достался такой. Что квартира тесна. Что еда не вкусна. Что зарплата мала. И что водка пресна. И вообще.... не Весна.

P.S.S. Через три дня на счёт упала аж целая "тыща" рублей. Студент сдержал слово, "сполна" вернув долг за помощь в воссоединении семьи. Я перечислил деньги обратно, ибо добро за наличный расчёт уже профанация. Когда пацан перезвонил, сказал ему, что с того дня мы уже не чужие. Это маме на "Днюху" от нашей семьи и отказы не принимаются.

2

УТКА
«Если Нечто выглядит как утка, плавает как утка и крякает как утка, то - это, скорее всего и есть Нечто...»

Рассказ моего старинного приятеля, автомастера Жоры. Дело происходило в 2008-м году и жил мой приятель в Перми.

Ехал Жора из города куда-то в глушь, вез какие-то запчасти. Вокруг поля, леса, горы и даже Транссиб. Видит, на обочине стоит одинокая «Камри», внутри человек. Проехал Жора мимо и вдруг подумал: - а может беда у человека, может помощь нужна.

Сдал назад, вышел, поздоровался, спросил – что случилось?

За рулем сидел изрядно-замерзший мужик лет пятидесяти и вел он себя довольно странно для своей ситуации:

- Вы что-то хотели?
- Я-то ничего не хотел, просто остановился узнать, может вам какая помощь нужна.
- А с чего вы вообще решили, что мне нужна помощь? А?
- Да, ни с чего, просто вижу -одинокая машина стоит в такой мороз, а из выхлопной, дым не идет. Вот и подумал…
- И только поэтому остановились? И даже отсутствие дыма заметили?
- Ну, да. А что такого? Но, если вам помощь не нужна, то не нужна, я дальше…опа, да у вас, я смотрю, колесо пробито и даже диск неслабо помяло.
- Ну, пробито, дальше-то что?
- Я не понял. А что это вы на меня бычите? Не я же вам колесо пробил, я просто остановился спросить все ли у вас нормально.
- Да, все нормально. Спросили? Всего хорошего.

Жора пожал плечами и, не прощаясь, пошел к своей машине. Странный мужик окликнул:

- Молодой человек, скажите, а телефон у вас здесь тоже не ловит?
- Нет, тут еще километров пятьдесят, толком ловить не будет.
- Вот черт! Повезло так повезло.
- А вы что, не можете запаску перекинуть?
- Да, я бы давно перекинул, только не оказалось ее у меня.
- В смысле «не оказалось»? А где она?
- А вам для чего эта информация?
- Ну, как хотите. Тогда счастливо оставаться, я поехал.
- И вам не хворать.
- А хоть кто-то из ваших знает, что вы здесь загораете? А то ночь вы тут не переживете.
- Стоп! Из каких это «из наших»?!

Жора махнул рукой и пошел к машине. Все же, ему почему-то стало жалко этого странного, ершистого мужика и Жора предложил:

- Если хотите, могу вас с колесом докинуть до шиномонтажа. Я знаю по дороге один хороший, там вам и диск выровняют. Километров сорок, наверное, отсюда.
- Я ведь ясно сказал, благодарю, не надо, как-нибудь в другой раз.
- Ну, тогда удачи.
- Постойте! Хорошо, отвезите меня в этот ваш шиномонтаж.

Открутили колесо, загрузили Жоре в багажник и поехали:

- Кстати, я Жора.

Мужик пристально посмотрел на Жору и сказал:

- А я Вася.

Он сказал это с таким вызовом, как будто Жора должен был его знать и помнить, но из-за склероза почему-то забыл.

Сто раз уже мой приятель пожалел, что остановился помочь этому говнистому мужику Васе.

Любой другой должен был бы испытывать чувство искренней благодарности за помощь, но Вася ничего такого не испытывал, а напряженно молчал всю дорогу. Жора даже на всякий случай нащупал в дверях отвертку и переложил в карман.

Наконец добрались. В шиномонтаже мастер долго возился с диском и даже подходящую резину подобрал, а то от старой остались одни лохмотья.

- С вас две семьсот.

Вася развел руками и спокойно так сказал:

- Кстати, денег у меня при себе нет, все остались там, в бардачке.

Жора поскрипев зубами, понял, что этот кусок говна с колесом, придется еще и обратно везти к его машине, а просто так, не расплатившись, уехать было нельзя, ведь мастера в шиномонтаже были его знакомые.

На обратном пути вообще не разговаривали.

Приехали уже затемно, «Камри» на месте. Выгрузили колесо и Вася сказал:

- Любезный Жора, дайте мне свой номер телефона, дело в том, что, как оказалось, денег у меня с собой нет. А я, как вернусь в Пермь, вам позвоню и верну долг.

Это был удар под дых, обидно до слез. У Жоры на весь путь было ровно пять тысяч, а его, из-за своей же доброты, кинули на две семьсот, да еще и полдня коту под хвост. Теперь придется ночевать не в гостинице, а у знакомых в гараже.

Убитый Жора махнул рукой и даже не оставив номера, молча повернулся и просто ушел. Еле себя сдержал, чтобы не дать по морде этому говнюку.

Прошла неделя, может дней десять, Жора давно вернулся из поездки и отогревался дома в Перми.

Зазвонил телефон.

- Але.
- Здравствуйте, Жора. Это Игорь Олегович.
- Какой Игорь Олегович?
- Недавно вы помогли мне на дороге, с колесом. Помните?
- Серая «Камри»?
- Совершенно верно.
- Но ведь вы же Вася.
- К сожалению, я не Вася, а Игорь Олегович. Вам удобно через полчаса встретится в начале вашей улицы у кафе? Хочу вернуть долг.
- Постойте, а откуда вы знаете где я живу, я ведь даже номера телефона вам не оставил? Да и машина не на меня...
- Ну, так, удобно будет ровно через полчаса?
- Ну… да.
- Отлично, только не опаздывайте.

У кафе стоял намытый до блеска Гелендваген, из него вышел Вася, который Игорь Олегович, поздоровался и улыбаясь протянул деньги перепуганному Жоре:

- Вот тут ровно две тысячи семьсот рублей, ни на копейку больше, но и не меньше, плюс пять тысяч на бензин и прочие незапланированные расходы. Пересчитайте и подтвердите.
- Да, все правильно, спасибо, но...
- Нет – это вам спасибо, вы здорово меня выручили. Я ведь четыре часа там куковал, три из них пытался кого-нибудь тормознуть. Представляете, ни один человек не остановился. Ни один! Аж пока мне с вами не повезло. Остается только догадываться, каким редкостным мудаком я выглядел в ваших глазах.

А дело все в том, что я сотрудник ФСКН и звание мое генерал майор, поэтому, как вы понимаете, в случайности я не верю, но и на старуху бывает... Представьте себе, как я напрягся, когда и в яму на ровном месте влетел и по случайности, в моей машине не оказалось запаски, да еще тут сам по себе нарисовался, как-бы случайный, но настойчивый, добровольный помощник, плюс к тому же телефон не ловит. Как говорится, я уж предположил самое худшее, оружие держал наготове. А денег у меня и правда не оказалось.

- Какое худшее?
- Не переживайте, я уже знаю, что вы – это вы - просто хороший человек Жора.

Еще раз огромное спасибо и не поминайте лихом…

Прошло полгода.

Как-то летним вечером, Жора со своим приятелем - актером пермского ТЮЗ-а, шли по городу и приятель предложил зайти к его знакомому музыканту, посидеть, попить пивка. Ну, а почему бы и не зайти?

Взяли полторашку, рыбу и зашли.

Сидят, пьют пиво разговаривают, вдруг, вырубился свет, хозяин квартиры выглянул в коридор проверить пробки, но сразу упал мордой на цемент.

В квартиру ворвалась группа захвата с автоматами и тоже положили Жору с приятелем мордой в пол. Привели понятых, начался обыск. Хозяин квартиры долго не сопротивлялся, моментально выдал свертки и пакетики с анашой. Актер тоже сразу признался, что в этот вечер пришел прикупить коробок шмали для личного употребления, как бывало раньше и не раз. Вот только Жоре не в чем было признаваться, но это было уже и не нужно. Актер и продавец и так все сказали, не вывернешься. Так Жора, хоть никогда в жизни не курил, не кололся и не приобретал, но двумя ногами встрял в 228-ю статью.

Всех троих привезли в околоток и раскидали по одному в разные камеры.

Дознаватели поведали Жоре, что очень сочувствуют ему, если его показания соответствуют действительности, но абсолютно невозможно теперь доказать, что Жора был не в курсе дела, тем более, что остальные двое, уже дали несколько иные показания. По опыту выходит, что мелкому барыге дадут лет двенадцать, а актеру и Жоре, лет по семь – восемь, все зависит от поведения на следствии, адвокатов и настроения судьи. Так что нужно просто выдохнуть и принять судьбу такой, какая она есть.

Наутро, Жора обещал быть паинькой, выдохнуть и вообще вести себя на следствии хорошо, а за это попросил дознавателя, разрешить сделать всего один короткий звоночек отчиму, чтобы дома не волновались. Менты пошли навстречу, дали позвонить.

Позвонил.

Через пятнадцать минут в камеру явился лично начальник околотка, целый подполковник, он молча отвел Жору в какой-то кабинет. Еще часа через четыре в кабинет вошел человек в штатском, поздоровался и сказал:

- Я тут по поручению Игоря Олеговича. Мы уже во всем разобрались, что вы в этом деле не при чем, но есть сложность – не получится из дела вывести вас одного, иначе на суде всплывут показания, что вы там физически тоже присутствовали, поэтому, к сожалению, пришлось полностью все остановить. И запомните хорошенько – это важно: -ни в коем случае не распространяйтесь о том, из-за кого прекратилось это дело. Вы ничего не знаете, вас просто отпустили и все.

И вот еще совет лично от меня: никогда больше не общайтесь вот с этими вашими друзьями. Целее будете. При встрече просто перейдите на другую сторону дороги.

Через десять минут; Жора, приятель-актер и мелкий барыга, счастливые и не верящие своему счастью, действительно были уже на улице. Актер рассказал, что их отпустили потому что следователь узнал что он актер и видимо захотел сводить своих детей на халяву в ТЮЗ, барыга-музыкант предложил пойти выпить, раз такое дело, а Жора ничего не предложил, а просто перешел на другую сторону дороги.

Спустя год, до Жоры дошли слухи, что актера и барыгу-музыканта, в разное время, посадили и посадили надолго…

3

Всем аксакалам посвящается.

Не каких сомнений нет,
в жизни раз бывает 80 лет!
Это очень хорошо,
что пожить дано ещё!
Но болезней уже много,
несомненно это плохо!
Но, о них я помолчу,
жить по-прежнему хочу!
Путешествовать, читать,
плавать и стишки писать!
И, конечно, не хворать,
в страны дальние летать.
Там бывал уж сотню раз,
но продолжу и сейчас.
Лишь бы через пару дней,
вирус дуба дал скорей.
Или, может быть, обманщик
вдруг на днях сыграет в ящик.
И не буду я тужить,
коль прикажет долго жить.
Пожелаю гаду впредь
в страшных муках околеть.

4

На нашем курсе в свое время образовалась сплоченная группа спелеологов-любителей. Когда позволяли время и погода, они разными составами ходили в пещеры Красноярского края. Не гнушались они брать с собой и дилетантов типа меня. Об одном выходе, в котором я принимал участие, и будет сей рассказ.

Тот выход не задался с самого начала: нам не удалось купить билеты на поезд, поэтому мы решили ехать «зайцами». Проводники нас без труда вычислили, но, получив полную стоимость билетов себе в карман, быстро пристроили по разным углам. Не повезло с местом одному Юре – герою моего повествования: ему досталась боковая полка около сортира. Поспать ему в ту ночь не пришлось.

Став лагерем на берегу речки, мы сразу рванули в пещеру. Надо сказать, что идти в пещеру меньше чем на сутки не имеет смысла. Пока доберешься до подземных красот, пока все облазишь, пока перейдешь или, зачастую, переползешь на новое место и т.д., время летит незаметно.

Есть еще одно немаловажное условие успешного выхода: под землей необходимо периодически хорошо питаться. Энергия из организма в таких условиях вылетает быстро. Не буду утомлять читателей деталями, скажу только, что этот момент мы упустили и перебивались кое-какими закусками.

Поэтому, когда мы через сутки вышли на поверхность, кишка кишке шиш показывала. И тут мы обнаружили, что у нас в запасе, кроме харчей, имеется пол-литра чистейшего спирта. На повестку дня был поставлен вопрос ребром: что делать? Согласитесь, противоестественно везти спирт обратно в институт, где его и без того хоть залейся. С нами в тот выход был молодой парнишка – учащийся ПТУ. Он напрочь отказался пить, справедливо аргументируя это тем, что, мол, рано мне еще водку пьянствовать. Вторым послушал голос разума уже упомянутый Юра. Он сообщил нам, что просто валится с ног от усталости (сказалась бессонная ночь в поезде), и попросил принести ему в палатку 20 грамм спирта с чем-нибудь съедобным, чтобы снять напряжение организма и быстрее отключиться. Так, мы остались втроем с почти полкило огненной воды. Нетрудно пересчитать, что на каждого из нас приходилось, в эквиваленте, почти по 400 грамм 40% напитка. Когда спирт кончился, мы объяснили друг другу, что мы уже конкретно выпивши и пора идти спать. Забыл упомянуть, что готовить горячую пищу мы поленились и закусили простенькими бутербродами.

Проснулся я от жуткого желудочного экстаза и вылетел из палатки на снег босиком, не успев найти башмаки. Если вам приходилось пить чистый спирт, то вы знаете, что у него, как сказал бы незабвенный Аркадий Райкин, вкус списифис-с-ский. Так вот, доложу я вам, когда тот же спирт в почти не переработанном виде идет в противоположном направлении, вкус намного специфичнее.

Пройдя обряд очищения, я подошел к погасшему костру и начал добывать огонь. Вскорости, к костру подошли местные пацаны лет двенадцати. Они вообще в ту пещеру как на пикник ходят. Подошли.

– Здравствуйте.
– И вам не хворать.
– А вас сколько?
– Пятеро.
– А что, четверо в палатке?
– Не, там трое.
– А где еще один?
– А хрен его знает.
– А он пьяный?
– Должно быть. Вы его встретили?
– Нет, нам местный дядька встретился. Говорит, какой-то чудик, кривой, как турецкая сабля, по таежной дороге шатается. На речевой контакт не идет.

Вскоре на голоса выползли из палатки остальные участники нашего отряда. Было понятно, что надо идти искать Серегу (так звали нашего недалекого друга), пока не наступила темнота. Как самый опытный путешественник, на поиски отправился Юра. Минут через 40-50, на таежной дороге появились наши герои. Впереди шел Юра, за ним пытался идти Серега. Именно пытался. То есть, он, конечно, слегка отрывал ноги от земли, но дорога к лагерю шла чуть на подъем, преодолеть который ослабленный организм не мог. Юра возвращался, чтобы придать телу товарища поступательное движение, и опять шел вперед.

Вот как впоследствии описывали свои впечатления мои герои.

Серега: Куда, когда и зачем я ушел, не помню. Я в полном автопилоте был. Выхожу из автопилота, смотрю, я куда-то по тайге прусь. Развернулся, понятно, назад пошел, опять автопилота включил. Автопилот вырубило в очередной раз, а я по пояс в снегу куда-то в сопку лезу. Опять развернулся… И так несколько раз. А когда я Юру увидел, так обрадовался. «Вот, – думаю, – хорошо-то, теперь вместе по тайге ходить будем!»

Юра: Я понимал, что уйти далеко Серега, в его тогдашнем состоянии, не мог. И действительно, вскоре я его увидел. По толстому слою плотно утрамбованного снега, покрывающего его с головы до пят, можно было понять, что он уже неоднократно возлежал в глубоком снегу. На губе висела измятая мокрая сигарета. Первыми словами, произнесенными Серегой, были: «Юра, у тебя спички есть? Послушай, дай прикурить, а то тут ни у кого спичек нет».

5

Волшебство и настроение

Иду по цеху. Рембригада "колдует" над очередным, выпавшем из сказки о вечном двигателе, агрегатом.
- Привет, Колдуны!
- И тебе не хворать, Воин вакуума и пыли!
День был сделан.
Начальник смены в тот день оказался магом затворником, а начцеха - задумчивым звездочётом.
Сотрудники - вежливыми гражданами волшебной страны, а весь день чудесным сном - когда ничего не делалось тяжело. Думалось о скором возвращении к любимой принцессе.

Мдя. И в сорок с хвостом - бывают сказочные дни. Нужно только правильно смотреть вокруг...

6

Были мы с женой недавно в турпоездке по Ярославской и Костромской областям. Поездка короткая, всего три дня, но очень увлекательная и познавательная, от души всем рекомендую. Замки богатых ярославских промышленников (на картофельном крахмале и патоке богатели, всю Европу обеспечивали), соляные варницы, сырное производство. И, конечно, какая же поездка по исконной Руси без храмов и монастырей. Приезжаем в одну обитель, и матушка-настоятельница проводит нам экскурсию по главному храму. Экскурсия больше похожа на лекцию (в хорошем смысле) — насыщена фактами, событиями, персоналиями. Поставленная речь и характерные обороты выдают университетского препода, скорее всего, с кафедры марксизма-ленинизма или научного коммунизма. Ну, это так, к слову. Главное достояние храма — чудотворная икона святой, особо чтимой в этой обители. В монастырской лавке предлагают освящённые атрибуты этой святой. И тут пожилая экскурсантка из нашей группы робко говорит: «А нет у вас освящённых варежек»? «Это ещё зачем?!» — насторожилась матушка. «У подружки руки болят, ей посоветовали…». «Запомните! — грозно произнесла матушка, — Благодать, как радиация, НЕ ЛОКАЛЬНА! А если у вас геморрой будет, куда и что будете прикладывать?!!» Потрясённая аргументацией, бабуля тут же стала обладательницей чудесной вещицы. Искренне надеюсь, что подруге помогло. Да вам всем не хворать, друзья!

7

Север Италии. Один из городков возле озера Гарда, коих тут десятки.

Иду себе по центру, прогуливаюсь, рассматриваю пицерии, джелатерии и прочие местные общепиты. Беды, в общем, не чаю.

Вдруг изза угла на меня выпрыгивает молодой парень в футболке-униформе, раскрывает перед мной какую то папку и на шустром итальянском начинает что-то мне рассказывать а иногда и показывать тыкая пальцем в папку сопровождая эпитетами типа "соло", "перфекто" и т.д.

Поскольку мои знания итальянского начинаются и заканчиваются "лашата ми кантарэ" то мне приходится прервать его зажигательную речь своим фирменным "айм сорри, но италиано".

Видимо готовый к такому развитию событий, паренек на неплохом английском заряжает мне в ответ "О! Ю донт спик италиан? Итс окей, уэр ар ю фром?", мол, откуда я

- Израэль

- Израэль?!

- Израэль

В наш мини-диалог решает вмешаться, стоявший в пару метрах от нас, в такой же футболке-униформе, (видимо) коллега паренька (и неожиданно на русском языке):

- Макс! Это бесполезно! Иди сюда, не трать на него время

(Макс завис)

- МААААКС!

(Макс отвис):

- Что?

- Иди сюда говорю, пока он сам тебе чего-нибудь не продал...

- Ага, (поворачиваясь ко мне) Хэв э найс дэй сэр, Шалом!

- Да и вам таки не хворать, сеньор...(решаю я морально добить паренька)

8

Абрикоса.

Когда моим родителям нарезали кусочек земли за городским кладбищем, на участке росло маленькое деревце. Абрикоса-дичка.
Посадил её сосед через улицу.
После войны эта земля числилась за городской чертой. Ничейная.
Вот таким образом тот человек хотел провести свою межу самозахвата, а потом узаконить. Но получилось иначе.

Когда Страна немного оклемалась от войны, эти земли там, на верху, решили раздать нуждающимся в жилье фронтовикам. Которые, как и наша многодетная семья, ютились и мыкались в полуподвальных сырых каморках послевоенного города.

Из года в год, доставшееся нам случайно деревце росло, крепло, ухода не требовало. Ведь первое, достаточно долгое время, у нас на улице не было и водопровода.
Со временем деревце превратилось в красивую раскидистую абрикосу.
Но плоды у ней, пока не созреют полностью, хоть и были душистые, но на вкус все же горчили, и с кислинкой. Косточка, как у всякой дички, тоже была горькой.
Поэтому, как ни любили мы, дети, раннюю фрукту, её плоды зелеными почти не ели.
Позже, уже придя из армии, я понял главное достоинство этого дерева.
Её неоценимый вклад в жизнь нашей семьи состоял в другом.

Всё знойное лето, словно курица-наседка крыльями защищает своих цыплят, абрикоса своими ветвями с листьями укрывала нас от палящего южного солнца.
Мы любили всей семьей собираться за общим столом в тени её кроны. Во дворе отмечали все летние семейные праздники. Из пахнущей лаком радиолы «Латвия» приглушенным фоном обычно лилась музыка. Мы, дети, кушали, родители со своими друзьями выпивали, рассказывали о войне разные случаи.
После «третьего стола» доставался баян "Креминне". Старший брат играл любимое родителей «Амурские и Дунайские волны», потом ещё что-то, а потом мы затягивали всеми любимую в нашей семье «Бежал бродяга с Сахалина». Тон задавала мать. Она обладала красивым звонким голосом. Что-то среднее между Руслановой и Зыкиной.
За звонкий чистый голос и за место рождения, все соседи и друзья называли её курским соловьем.
Пискливым голоском, изо всех сил, вместе со всеми орал и я.

А потом абрикоса начала хворать.
Вначале, в сердцевине одной из спиленных ранее веток появилась труха, потом появилась трещина в стволе самого дерева. Продолжалось это не один год.
Год из года сердцевина ствола становилась трухлявой, трещина росла ввысь, труха осыпалась.
Наконец ствол стал почти полым. Всё дерево держалось на коре и небольшом слое древесины под ней. Ствол стал представлять собой замысловато изогнутую полую трубку.
Дерево было большое, и я опасался, что при сильном ветре часть дерева может обломиться и упасть на веранду дома. Последствия можно было себе представить.

Ранней весной, перед поездкой по делам на несколько месяцев из дома, я обрезал все ветки, чтобы убрать парусность. Иногда случаются сильные бури.
Оставалось спилить ствол с несколькими очень толстыми ветками.
Через три месяца, когда я летом вернулся, дерево, а вернее то, что от него оставалось, предстало предо мной буквально огромным ощетинившемся зеленым дикобразом.

Сотни побегов из зеленых веточек устремились ввысь, к солнцу, из казалось бы уже мертвого дерева.
Невероятно.
Но спустя шесть лет, мне таки пришлось спилить это уже безнадежно больное дерево.
Дерево, которое в течении больше 50-ти лет было неотъемлемой частью нашей уже поредевшей семьи.
Осенью я нашел человека с бензопилой, и он постепенно обрезал трухлявый ствол под самый корень.

Весной из мертвого пня пробилось три маленькие веточки.
Можно было пнуть их ногой или оборвать рукой, чтобы окончательно убить в этом трухлявом пне остатки жизни. Просто и незатейливо - растоптать всё своё прошлое. Забыть.

На самом деле, и пня-то, как такового не было. Его съела какая-то болезнь, превратив всё его тело в древесную пыль.
Только маленькая щепочка коры и кусочек живой древесины были тем источником, из которого пробились эти три росточка.
Надежды на то, что из этого островка жизни может что-то выжить, не говоря уже о том чтобы вырасти, у меня не было.
"Живому - живое, мертвому - мертвое" - крутилось у меня в голове, когда я с печалью смотрел на картину погибшего дерева. Не решаясь сделать то, что был должен сделать.
И когда я уже было занес ногу, чтобы раз и навсегда покончить с сомнениями, из двери дома, вдруг, выглянула мать жены.

- Володя! Оставь! - сказала она. - Давай посмотрим что будет дальше.
- А давайте, Эллина Васильевна! - легко согласился я с ней.
Словно камень свалился с моей груди.

Так, из трех веточек, постепенно оставляя самую сильную, установив растяжки, мы вырастили новое дерево молодой абрикосы.
Так же как и её прародительница, несмотря на свою смерть, её потомство продолжает радовать глаз своим буйным цветением ранней весной и обилием плодов в период созревания. Наполняет двор прохладой в знойные летние дни.
* * *
П.С.
Вся история в одной картинке.
http://vfl.ru/fotos/0d85903627190155.html

9

Дед в растерянности стоял и не мог понять, куда именно ему идти. Охранник повернул голову к посетителю, смерил взглядом и презрительно кивнул: Вот ты чего встал, неужели не видно, вон окошки, там и плати. Ты не серчай, сынок, я же думал что у вас тут порядок какой есть, а теперь понятно, что в любом окошке могу заплатить. Дед медленно пошел к ближайшему окошку. С вас 355 рублей и 55 копеек, сказала кассир. Дед достал видавший виды кошелек, долго в нем копался и после выложил купюры. Кассир отдала деду чек. И что, сынок, вот так сидишь сиднем целый день, ты бы работу нашел лучше, дед внимательно смотрел на охранника. Охранник повернулся к деду: Ты что издеваешься, дед, это и есть работа. Аааа, протянул дед и продолжил внимательно смотреть на охранника. Отец, вот скажи мне, тебе чего еще надо? раздраженно спросил охранник. Тебе по пунктам или можно все сразу? спокойно ответил дед. Не понял? охранник повернулся и внимательно посмотрел на деда. Ладно, дед, иди, сказал он через секунду и опять уставился в монитор. Ну, тогда слушай, двери заблокируй и жалюзи на окна опусти. Непо охранник повернулся и прямо на уровне глаз увидел ствол пистолета. Да ты чего, да я щас! Ты, сынок, шибко не ерепенься, я с этой пукалки раньше с 40 метров в пятикопеечную монету попадал. Конечно сейчас годы не те, но да и расстояние между нами поди не сорок метров, уж я всажу тебе прямо между глаз и не промажу, спокойно ответил дед. Сынок, тебе часом по два раза повторять не нужно? Али плохо слышишь? Блокируй двери, жалюзи опусти. На лбу охранника проступили капельки пота. Дед, ты это серьезно? Нет, конечно нет, я понарошку тыкаю тебе в лоб пистолетом и прошу заблокировать двери, а так же сообщаю, что грабить я вас пришел. Ты, сынок, только не нервничай, лишних движений не делай. Понимаешь, у меня патрон в стволе, с предохранителя снят, а руки у стариков сам знаешь, наполовину своей жизнью живут. Того и гляди, я тебе ненароком могу и поменять давление в черепной коробке, сказал дед, спокойно глядя в глаза охраннику. Охранник протянул руку и нажал две кнопки на пульте. В зале банка послышался щелчок закрывающейся входной двери, и на окна начали опускаться стальные жалюзи. Дед, не отворачиваясь от охранника, сделал три шага назад и громко крикнул: Внимание, я не причиню никому вреда, но это ограбление! В холле банка наступила абсолютная тишина. Я хочу, чтобы все подняли руки вверх! медленно произнес посетитель. В холле находилось человек десять клиентов. Две мамаши с детьми примерно лет пяти. Два парня не более двадцати лет с девушкой их возраста. Пара мужчин. Две женщины бальзаковского возраста и миловидная старушка. Одна из кассиров опустила руку и нажала тревожную кнопку. Жми, жми, дочка, пусть собираются, спокойно сказал дед. А теперь, все выйдите в холл, сказал посетитель. Лень, ты чего это удумал, сбрендил окончательно на старости лет что ли? миловидная старушка явна была знакома с грабителем. Все посетители и работники вышли в холл. А ну, цыц, понимаешь тут, серьезно сказал дед и потряс рукой с пистолетом. Не, ну вы гляньте на него, грабитель, ой умора, не унималась миловидная старушка. Старик, ты чего, в своем уме? сказал один из парней. Отец, ты хоть понимаешь, что ты делаешь? спросил мужчина в темной рубашке. Двое мужчин медленно двинулись к деду. Еще секунда и они вплотную подойдут к грабителю. И тут, несмотря на возраст, дед очень быстро отскочил в сторону, поднял руку вверх и нажал на курок. Прозвучал выстрел. Мужчины остановились. Заплакали дети, прижавшись к матерям. А теперь послушайте меня. Я никому и ничего плохого не сделаю, скоро все закончится, сядьте на стулья и просто посидите. Люди расселись на стулья в холле. Ну вот, детей из-за вас напугал, тьху ты. А ну, мальцы, не плакать, дед весело подмигнул детям. Дети перестали плакать и внимательно смотрели на деда. Дедуля, как же вы нас грабить собрались, если две минуты назад оплатили коммуналку по платежке, вас же узнают за две минуты? тихо спросила молодая кассир банка. А я, дочка, ничего и скрывать-то не собираюсь, да и негоже долги за собой оставлять. Дядь, вас же милиционеры убьют, они всегда бандитов убивают, спросил один из малышей, внимательно осматривая деда. Меня убить нельзя, потому что меня уже давненько убили, тихо ответил посетитель. Как это убить нельзя, вы как Кощей Бессмертный? спросил мальчуган. Заложники заулыбались. А то! Я даже может быть и похлеще твоего Кощея, весело ответил дед. Ну, что там ? Тревожное срабатывание. Так, кто у нас в том районе? диспетчер вневедомственной охраны изучал список экипажей. Ага, нашел. 145, Прием. Слушаю, 145. Срабатывание на улице Богдана Хмельницкого. Понял, выезжаем. Экипаж включив сирену помчался на вызов. База, ответьте 145. База слушает. Двери заблокированы, на окнах жалюзи, следов взлома нет. И это все? Да, база, это все. Оставайтесь на месте. Взять под охрану выходы и входы. Странно, слышь, Петрович, экипаж выехал по тревожке, двери в банк закрыты, жалюзи опущенные и следов взлома нет. Угу, смотри номер телефона и звони в это отделение, чо ты спрашиваешь, инструкций не знаешь что ли? Говорят, в ногах правды нет, а ведь и правда, дед присел на стул. Лень, вот ты что, хочешь остаток жизни провести в тюрьме? спросила старушка. Я, Люда, после того, что сделаю, готов и помереть с улыбкой, спокойно ответил дед. Тьху ты Раздался звонок телефона на столе в кассе. Кассир вопросительно посмотрела на деда. Да, да, иди, дочка, ответь и скажи все как есть, мол, захватил человек с оружием требует переговорщика, тут с десяток человек и двое мальцов, дед подмигнул малышам. Кассир подошла к телефону и все рассказала. Дед, ведь ты скрыться не сможешь, сейчас спецы приедут, все окружат, посадят снайперов на крышу, мышь не проскочит, зачем это тебе? спросил мужчина в темной рубашке. А я, сынок, скрываться-то и не собираюсь, я выйду отсюда с гордо поднятой головой. Чудишь ты дед, ладно, дело твое. Сынок, ключи разблокировочные отдай мне. Охранник положил на стол связку ключей. Раздался телефонный звонок. Эка они быстро работают, дед посмотрел на часы. Мне взять трубку? спросила кассир. Нет, доча, теперь это только меня касается. Посетитель снял телефонную трубку: Добрый день. И тебе не хворать, ответил посетитель. Звание? Что звание? Какое у тебя звание, в каком чине ты, что тут непонятного? Майор, послышалось на том конце провода. Так и порешим, ответил дед. Как я могу к вам обращаться? спросил майор. Строго по уставу и по званию. Полковник я, так что, так и обращайся, товарищ полковник, спокойно ответил дед. Майор Серебряков провел с сотню переговоров с террористами, с уголовниками, но почему-то именно сейчас он понял, что эти переговоры не будут обычной рутиной. Итак, я бы хотел Э нет, майор, так дело не пойдет, ты видимо меня не слушаешь, я же четко сказал по уставу и по званию. Ну, я не совсем понял что именно, растерянно произнес майор. Вот ты, чудак-человек, тогда я помогу тебе. Товарищ полковник, разрешите обратиться, и дальше суть вопроса. Повисла неловкая пауза. Товарищ полковник, разрешите обратиться? Разрешаю. Я бы хотел узнать ваши требования, а также хотел узнать, сколько у вас заложников? Майор, заложников у меня пруд пруди и мал мала. Так что, ты ошибок не делай. Скажу тебе сразу, там, где ты учился, я преподавал. Так что давай сразу расставим все точки над и. Ни тебе, ни мне не нужен конфликт. Тебе надо, чтобы все выжили, и чтобы ты арестовал преступника. Если ты сделаешь все, как я попрошу, тебя ждет блестящая операция по освобождению заложников и арест террориста, дед поднял вверх указательный палец и хитро улыбнулся. Я правильно понимаю? спросил дед. В принципе, да, ответил майор. Вот, ты уже делаешь все не так, как я прошу. Майор молчал. Так точно, товарищ полковник. Ведь так по уставу надо отвечать? Так точно, товарищ полковник, ответил майор. Теперь о главном, майор, сразу скажу, давай без глупостей. Двери закрыты, жалюзи опущены, на всех окнах и дверях я растяжки поставил. У меня тут с десяток людей. Так что не стоит переть необдуманно. Теперь требования, дед задумался, ну, как сам догадался, денег просить я не буду, глупо просить деньги, если захватил банк, дед засмеялся. Майор, перед входом в банк стоит мусорник, пошли кого-нибудь туда, там конверт найдете. В конверте все мои требования, сказал дед и положил трубку Это что за херня? майор держал в руках разорванный конверт, бл@, это что, шутка? Майор набрал телефон банка. Товарищ полковник, разрешите обратиться? Разрешаю. Мы нашли ваш конверт с требованиями, это шутка? Майор, не в моем положении шутить, ведь правильно? Никаких шуток там нет. Все, что там написано все на полном серьезе. И главное, все сделай в точности как я написал. Лично проследи, чтобы все было выполнено до мелочей. Главное, чтобы ремень кожаный, чтоб с запашком, а не эти ваши пластмассовые. И да, майор, времени тебе немного даю, дети у меня тут малые, сам понимаешь. Я Леньку поди уже лет тридцать знаю, миловидная старушка шептала кассиру, да и с женой его мы дружили. Она лет пять назад умерла, он один остался. Он всю войну прошел, до самого Берлина. А после так военным и остался, разведчик он. В КГБ до самой пенсии служил. Ему жена, его Вера, всегда на 9 мая праздник устраивала. Он только ради этого дня и жил, можно сказать. В тот день она договорилась в местном кафе, чтобы стол им накрыли с шашлыком. Ленька страсть как его любил. Вот и пошли они туда. Посидели, все вспомнили, она же у него медсестрой тоже всю войну прошла. А когда вернулись... ограбили их квартиру. У них и грабить-то нечего было, что со стариков возьмешь. Но ограбили, взяли святое, все Ленькины награды и увели ироды. А ведь раньше даже уголовники не трогали фронтовиков, а эти все подчистую вынесли. А у Леньки знаешь сколько наград то было, он всегда шутил, мне говорит, еще одну медаль или орден если вручить, я встать не смогу. Он в милицию, а там рукой махнули, мол, дед, иди отсюда, тебя еще с твоими орденами не хватало. Так это дело и замяли. А Ленька после того случая постарел лет на десять. Очень тяжело он это пережил, сердце даже прихватывало сильно. Вот так вот Зазвонил телефон. Разрешите обратиться, товарищ полковник? Разрешаю, говори, майор. Все сделал как вы и просили. В прозрачном пакете на крыльце банка лежит. Майор, я не знаю почему, но я тебе верю и доверяю, дай мне слово офицера. Ты сам понимаешь, бежать мне некуда, да и бегать-то я уже не могу. Просто дай мне слово, что дашь мне пройти эти сто метров и меня никто не тронет, просто дай мне слово. Даю слово, ровно сто метров тебя никто не тронет, только выйди без оружия. И я слово даю, выйду без оружия. Удачи тебе, отец, майор повесил трубку. В новостях передали, что отделение банка захвачено, есть заложники. Ведутся переговоры и скоро заложников освободят. Наши съемочные группы работают непосредственно с места событий. Мил человек, там, на крыльце лежит пакет, занеси его сюда, мне выходить сам понимаешь, сказал дед, глядя на мужчину в темной рубашке. Дед бережно положил пакет на стол. Склонил голову. Очень аккуратно разорвал пакет. На столе лежала парадная форма полковника. Вся грудь была в орденах и медалях. Ну, здравствуйте, мои родные, прошептал дед... Как же долго я вас искал, он бережно гладил награды. Через пять минут в холл вышел пожилой мужчина в форме полковника, в белоснежной рубашке. Вся грудь, от воротника, и до самого низа, была в орденах и медалях. Он остановился посередине холла. Ничего себе, дядя, сколько у тебя значков, удивленно сказал малыш. Дед смотрел на него и улыбался. Он улыбался улыбкой самого счастливого человека. Извините, если что не так, я ведь не со зла, а за необходимостью. Лень, удачи тебе, сказал миловидная старушка. Да, удачи вам, повторили все присутствующие. Деда, смотри, чтобы тебя не убили, сказал второй малыш. Мужчина как-то осунулся, внимательно посмотрел на малыша и тихо сказал: Меня нельзя убить, потому что меня уже убили. Убили, когда забрали мою веру, когда забрали мою историю, когда переписали ее на свой лад. Когда забрали у меня тот день, ради которого я год жил, что бы дожить до моего дня. Меня убили, когда меня предали и ограбили, меня убили, когда не захотели искать мои награды. А что есть у ветерана? Его награды, ведь каждая награда это история, которую надо хранить в сердце и оберегать. Но теперь они со мной, и я с ними не расстанусь, до последнего они будут со мной. Спасибо вам, что поняли меня. Дед развернулся и направился к входной двери. Не доходя пару метров до двери, старик как-то странно пошатнулся и схватился рукой за грудь. Мужчина в темной рубашке буквально в секунду оказался возле деда и успел его подхватить под локоть. Чего-то сердце шалит, волнуюсь сильно. Давай, отец, это очень важно, для тебя важно и для нас всех это очень важно. Мужчина держал деда под локоть: Давай, отец, соберись. Это наверное самые важные сто метров в твоей жизни. Дед внимательно посмотрел на мужчину. Глубоко вздохнул и направился к двери. Стой, отец, я с тобой пойду, тихо сказал мужчина в темной рубашке. Дед обернулся. Нет, это не твои сто метров. Мои, отец, еще как мои, я афганец. Дверь, ведущая в банк открылась, и на пороге показались старик в парадной форме полковника, которого под руку вел мужчина в темной рубашке. И, как только они ступили на тротуар, из динамиков заиграла песня День победы в исполнении Льва Лещенко. Полковник смотрел гордо вперед, по его щекам катились слезы и капали на боевые награды, губы тихо считали 1, 2, 3, 4, 5 никогда еще в жизни у полковника не было таких важных и дорогих его сердцу метров. Они шли, два воина, два человека, которые знают цену победе, знают цену наградам, два поколения 42, 43, 44, 45 Дед все тяжелее и тяжелее опирался на руку афганца. Дед, держись, ты воин, ты должен! Дед шептал 67, 68, 69, 70... Шаги становились все медленнее и медленнее. Мужчина уже обхватил старика за туловище рукой. Дед улыбался и шептал. 96, 97, 98 он с трудом сделал последний шаг, улыбнулся и тихо сказал: Сто метров я смог. На асфальте лежал старик в форме полковника, его глаза неподвижно смотрели в весеннее небо, а рядом на коленях плакал афганец.

11

С Катей мы познакомились в тёмном тамбуре одного секретного НИИ на юго-западе Москвы. Она должна была кое-что передать мне от Димы Вернера, мы созвонились и договорились, что ближе к вечеру я подъеду по указанному адресу.

Стояла обычная московская полуосень-полузима, с неба сыпал то ли снег то ли дождь, где-то около семи я запарковался на пустой стоянке, набрал с мобильника номер, сообщил о своём прибытии, и нырнул в дверь просторного полутёмного тамбура институтской высотки. В холл заходить не стал, но краем глаза успел рассмотреть типичную, оставшуюся ещё с советских времен пропускную систему с турникетами м будками табельщиц, и двух скучающих ментов с автоматами. Чем занимается НИИ я был не в курсе, но судя по пропускной системе и охране явно не селёдкой торговал.

Спустя минут пять по пустому холлу процокали каблучки, дверь открылась, и в полумрак тамбура шагнула девушка.
- Вы меня ждёте? - спросила она.
- Да! - сказал я. - Наверное.
- Вот! - сказала она, и сунула мне в руки размером с небольшую книгу свёрток.
- Спасибо! - сказал я.
- Не за что. - сказала она. - До свидания!
- И вам не хворать! - ответил я.
Мы открыли двери каждый в свою сторону, и на этом наше свидание закончилось.

Принимали меня где-то на Обухова, совершенно классически. Обычная гаишная машина какое-то время шла параллельным курсом по соседней полосе, и сидящий справа офицер ненавязчиво рассматривал меня и салон. Я никаких признаков волнения не проявлял, потому что ничего не нарушал, был трезв, и документы имел в полном порядке. И в тот момент, когда я уже решил, что они проскочат мимо, сидящий справа опустил стекло, и жезлом показал на обочину. Я кивнул, включил аварийку, и неспеша причалил к бордюру. Гаишная машина прошла вперёд и встала метрах в двадцати. Выходить из неё однако никто не спешил.

По старой совковой привычке я вздохнул, заглушил двигатель, вытащил ключи, достал документы, и вышел из машины. Меня взяли в коробочку ещё до того, как я успел хлопнуть дверью. Главное, я даже не понял, откуда они взялись на вечерней пустой улице. Двое, один справа другой слева несильно но надёжно прижали руки, третий страховал сзади. Секунда, и я лежал на капоте собственной машины как препарированная лягушка. Удары по щиколоткам, короткие негромкие команды "Лежать! Не двигаться! Голову не поднимать!", и ощутимые похлопывания по разным местам тела. "Чисто!" - сказал тот что слева, а тот что справа взял из моей руки портмоне с документами и стал листать, по ходу задавая короткие и простые вопросы, сверяя фамилию, имя, и прочие данные.

В это время третий, бегло осмотрев салон машины, распрямился и удовлетворенно сказал:
- Есть!
В руках он держал свёрток, который мне полчаса назад в полутёмном тамбуре секретного НИИ передала девушка, которую я никогда раньше не видел, не знал, и которую могли звать Катя, а могли и Люся. Под ложечкой неприятно заныло.
- Что в свёртке? - спросил тот что справа, с документами. Вероятно это был старший.
- Не знаю! - честно признался я.
- Но вы же не будете отрицать, что полчаса назад получили этот свёрток в здании по адресу .... ?
- Не буду. - сказал я.
- Вот и хорошо! Не станете возражать, если мы посмотрим, что внутри?
- Пожалуйста!
Снизу, из позы лягушки, моё разрешение звучало довольно глупо, а вот вопрос человека с документами звучал как ни странно не глупо, не издевательски, а просто вежливо. Создавалось впечатление, будто если я скажу "Возражаю!", то они тут же извинятся и исчезнут. Однако я сказал "Пожалуйста!", после чего тот что слева хлопнул меня по плечу, разрешая распрямиться, а третий положил свёрток на капот, и аккуратно развернул.

На широком листе белой упаковочной бумаги лежала небольшая книга в бордовом переплёте с надписью "Анекдоты из России. 10 лет".
Тот что сзади слева негромко хрюкнул. Тот что шарил в салоне просто отвёл взгляд в сторону и закашлялся, прикрыв лицо ладонью в перчатке. Старший едва заметно нахмурился и уже не так вежливо спросил:
- Это что?
- Книга. - сказал я. - Подарок. Сувенир. На десятилетие сайта.
- Вы ж сказали, что не знаете, что в свёртке.
- Ну... До того как вы появились знал. А потом уже не очень знал. Я ведь его не разворачивал.
Старший положил мои документы на капот, взял книжку в руки, и стал листать.
- "С наилучшими пожеланиями от Димы Вернера" - прочитал он. - Кто такой Дима Вернер?
- А то в конторе не знают, кто такой Дима Вернер. - сказал зачем-то я.
- Э! - сказал тот, что шарил в салоне. - Ты чего такой дерзкий?!
- Я не дерзкий. - сказал я - Я испуганный.
- Что-то не похоже!
- Могу подрожать.
- Вот закроем на трое суток, там надрожишься!
- Всё, хватит! - прервал наш диалог старший, и положив книгу назад на капот, сказал уже обращаясь ко мне: - Приносим свои извинения, что отняли ваше время. Надеюсь, у вас к нам претензий нет?
- Да что вы! - сказал я. - Какие претензии!
- Ну, тогда всего вам хорошего! И, просто совет, - другой раз выбирайте для встреч более подходящие места.

Они растворились в никуда так же, как ниоткуда и появились.
Я собрал с капота вещи и закурил. Руки слегка подрагивали.

- Ну что, товарищ водитель? - вкрадчиво раздалось сзади. - Протокольчик будем составлять, или как-то на месте решим?
Я резко обернулся. Сзади стоял гаишник, похлопывая жезлом по ноге, и нагло ухмылялся. Про гаишников я совсем забыл, хотя машина их стояла всё на том же месте, освещая обочину проблесковыми маячками.
- Какой н... протокольчик?! - спросил я возмущенно. - Я что, нарушил?
Возмущение моё было чисто рефлекторным, на самом деле капитан ГАИ на фоне исчезнувшей троицы был таким родным и близким, чуть ли не дедушка мороз.
- А вот, - издевательски ткнул он жезлом, - номерочки у вас грязные, нечитаемые. И стоите под знаком.
- Слушай, капитан, - сказал я, - ну ты-то хоть вот щас не доставай, а?
- А что я? - удивлённо сказал капитан. - Я всего лишь исполняю свой служебный долг. Но учитывая обстоятельства, на первый раз ограничимся устным предупреждением. Езжайте. И постарайтесь не нарушать! Счастливого пути!

Он козырнул, и злорадно усмехнувшись пошел к своей машине.

Катю я с тех пор больше не видел. А книжечка вот:
http://image.prntscr.com/image/84ed6bd394ca4bcc969981d249c9c56d.jpeg
http://image.prntscr.com/image/db4fbd61665c4f76a24379fd73a8dec6.jpeg

12

Пришельцы - басня.
Сошел на Землю НЛО
И флаг поднял он,звёзднополосатый
И мир дивился на него
На жителей тех пришлых,чей цвет зеленоватый,
Рекли они,что нас спасут,
Что счастье к нам спустилось с поднебесья,
Что кущи райские нас ждут
И кончилась эпоха мракобесья
В одежды белые рядилися они
И свет от них струился в темноте
Вдруг боевые их спустились корабли
И вроде те они,но в миг совсем не те
Под кожу чипы нам загнали
И после этого мы начали хворать
Всё ели,пили и забот не знали
И стыд и совесть стали забывать,
Возник из бездны и верховный их правитель
А с ним пришёл и дым, и смрад
И нам изрёк,что он "спаситель",
Что брат он наш и камарад
В шеренги строгие нас всех построил,
Деревья вырубил и воду отравил,
Его портрету поклоняться всех заставил,
А недовольных истязал, потом убил
Земля в пустыню превратилась
И птицы больше не поют,
И континенты, затряслись и задымились
И хлеба нет, синтетику жуют
Живёт правитель тот, за океаном,
Он всем известный дядя Сэм,
И сам он лют, мозги его с изъяном,
антихрист он и супермен
Он на Земле живёт и сам её же травит,
Всех заставляет поклоняться лишь ему
Пусть басня эта вам мозги поправит,
И просветление даст и сердцу, и уму
В своей гордыни, американцы,
Бомбят детей и реки крови льют
Своё получат все они, засланцы,
И Божьи Ангелы, с лица Земли их всех сотрут.

13

Мой прадед был портным, до революции имел свою швейную мастерскую в Питере. А после революции с семьей, от греха подальше, перебрался в деревню под Питером. Там его услуги были востребованы, семья неплохо существовала. Но случилась беда - за несколько лет до Великой Отечественной войны его разбил паралич, и, как говорится, медицина была бессильна. С тех пор прадед стал хандрить и хворать, а по весне 1941 года собрался помирать и заказал гроб.
Когда война началась и немцы стали быстро подходить к деревне, его дочь (моя бабушка) сварила ему курицу, оставила воды и ушла со своей дочкой (моей тетей) и толпой односельчян прятаться в лес. Там их поймали партизаны и "за попытку сдаться врагу" конвоировали в Ленинград (120 км пешком по железной дороге), который вскоре попал в блокаду. Было их человек тридцать, пережить блокаду смогли лишь пятеро. А из тех, кто остался в деревне и пережил оккупацию, выжили все... Но речь не об этом.
Когда немцы пришли в деревню, они допросили прадеда и выяснили, что тот портной. Вскоре пришел немецкий врач и сделал укол. На следующий день прадед встал. Немцы приняли его на службу – чинить шинели и мундиры. Его поставили на довольствие, и он получал паек, правда, жаловался, что на обед дают мало хлеба. Умер он уже после войны, в сентябре 1946 года.

Партнеры

Реклама