Алексея разбудил звонок мобильного телефона. Нащупав его под кроватью, он прислонил трубку к уху.
- Леха, здоров! Ты чего, спишь, что ли?
Звонил Игорь - коллега по работе, с которым они сдружились за последний год и частенько проводили вместе время.
- Уже не сплю, - сонно пробормотал Алексей.
- Ты на парад идешь? Ну, в смысле, с портретами. Мы тут всем офисом собрались, ты с нами?
- Не, я, наверное, дома побуду.
- В смысле? - было слышно, что ответ удивил Игоря. - День Победы, вообще-то.
- Да у меня нет фотографий. Как я пойду?
- Ну и что? Хочешь, я тебе фотку своего прадеда дам, с ней пройдешь. У меня же двое воевали - один по отцовой линии, а второй по матери.
- Да ну, Игорь... Что ты говоришь такое? Это же твои предки.
- А что, западло с моими пройти? Какая разница? Давай, собирайся. После парада в лес двигаем на шашлык. Отметим праздник.
Алексей посмотрел в окно. Майское солнце уже набирало силу, и заливало светом и теплом зеленеющие деревья.
- Игорь, ты не обижайся, но я сегодня дома.
- Ну чего он там? - послышался чей-то голос в динамике. - Идет, нет?
- Да подожди, сейчас, - ответил кому-то Игорь. - Леха, давай подтягивайся. Чего ты в самом деле? Или... - он сделал паузу. - Слышишь? А у тебя, вообще, воевал кто-нибудь?
- Игорь, давай без этого? - вздохнул Алексей.
- А, ну ясно тогда всё, - как-то иронично произнес Игорь. - Всё с тобой понятно.
- Что тебе понятно?
- Да всё! А я еще с утра зашел на твою страницу, а там даже ленточки нет. Ладно, давай. Сиди дома, скорби.
- Да причем тут...
Алексей не успел закончить фразу, так как в трубке раздались короткие гудки, а за ними тишина. Он положил телефон на пол и, откинувшись на подушку, закрыл глаза. Через несколько минут он вздохнул и поднялся с кровати. Умывшись и почистив зубы, Алексей оделся и, накинув легкую куртку, вышел из дома.
- О, сосед! Леха! - послышался знакомый голос со стороны детской площадки.
Алексей обернулся и увидел, что ему машет рукой сосед по лестничной клетке - Виктор Романович. Он со своими друзьями расположился рядом с песочницей. В нескольких шагах от него на земле стоял небольшой мангал, поперек которого лежали несколько шампуров, с нанизанными на них кусками мяса. Алексей махнул ему в ответ и уже собрался идти дальше, но сосед был настроен решительно.
- Леха! Давай к нам!
Алексей показал пальцем на запястье левой руки, пытаясь объяснить Виктору Романовичу, что опаздывает, но тот не унимался.
- Да успеешь! Иди сюда!
Поняв, что так просто от него не отделаться, Алексей шагнул в сторону песочницы.
- С праздником, Леш! - сосед крепко вцепился в протянутую руку Алексея.
- И вас с праздником, - ответил он.
- Это Леха, сосед мой. Знакомьтесь, мужики.
Сосед представил каждого из своих друзей, а затем протянул Алексею рюмку, наполовину наполненную прозрачной жидкостью.
- Давай, Лех, выпьем за Победу.
- Да я ж не пью особо, дядь Вить.
- Давай, давай. Сегодня можно.
- Мне сейчас за руль садиться, мне нельзя.
- Да ничего не будет. Что там? Десять грамм. Даже запаха не останется.
Алексей взял в руку рюмку и поставил ее на скамейку, которая заменяла собравшимся стол.
- Дядь Вить, спасибо, но мне идти нужно.
- Тебе налили, а ты обратно ставишь? - набычившись, вдруг произнес один из друзей Виктора Романовича. - Или ты из этих?
- Из каких?
- Всё, всё, успокоились! Вадик, ну ты чего? - Виктор Романович встал между ними, раскинув руки в стороны. - Не хочет пить, пусть не пьет.
- Да знаю я таких, - хмыкнул Вадик, - у тебя хоть воевал кто-нибудь? Что молчишь?
- Вадик, угомонись, - вклинился в разговор еще один из друзей. - Чего ты на пацана наехал? Видишь же, молодой. Он, наверное, и не знает что сегодня за праздник.
- Так я об этом и говорю! - покачнувшись, округлил глаза Вадик. Он хотел еще что-то добавить, но лишь махнул рукой и, достав из пачки сигарету, закурил.
- Пойду я, дядь Вить, - тихо произнес Алексей.
- Ага, иди, Леш, иди, - виновато отводя взгляд в сторону, кивнул Виктор Романович. - Ты не обижайся на Вадика, ладно? Он просто очень серьезно к этому празднику относится. У него оба деда на войне погибли.
- Да ничего, - кивнул Алексей, - понимаю...
Он вышел из двора, дошел до стоянки и, нащупав в кармане брелок сигнализации, открыл свою машину. Запустив мотор, он положил руки на руль и опустил на них голову. Когда двигатель прогрелся, Алексей включил передачу и выехал на дорогу, ведущую из города.
***
- ... а я ему и говорю: «Нет у меня фотографий», с чем я пойду? А он мне: «Всё с тобой понятно». Что ему понятно? Если у меня и правда их нет? Какие-то намеки еще дурацкие... Думает, наверное, что мне есть чего стыдиться. Мол, предателями какими-нибудь были мои предки, или еще что-нибудь в этом роде.
Алексей отряхнул руки и присел на ствол упавшего дерева.
- А тот, во дворе который. Тоже странный человек - раз не пьешь, значит из этих. Из каких «этих»? Непонятно... - он пожал плечами и вытер пот со лба тыльной стороной ладони. - Картинку к себе на страницу не выложил - выходит, что игнорируешь ты праздник. Ленточку не прицепил на антенну - предатель. Не выпил за Победу - значит что-то с тобой не так, что-то у тебя за душой нехорошее. Разве это правильно? Знаете, даже виноватым каким-то себя сегодня почувствовал.
Он замолчал и, сорвав травинку, принялся крутить ее в руках.
- Хотя, меня даже в школе фашистом иногда обзывали, представляете? Ну, в шутку, конечно. К девятому мая все одноклассники приносили фотографии своих дедушек, бабушек. Рассказывали про них, про их подвиги. Даже медали иногда показывали. А я никогда ничего не рассказывал. А что мне было говорить? Что сгинули они все на той войне? Что все, как один, без вести пропали? Кому такие истории интересны? Всем только героев подавай... Да что я вам рассказываю? Вы получше меня это знаете.
Алексей осмотрелся по сторонам. Деревья старого леса стояли вокруг него молчаливыми исполинами, и как будто прислушивались к его словам. Он перевел взгляд и посмотрел на небольшой холмик перед собой, на котором возвышался маленький, не выше метра, металлический обелиск с погнутой звездой на вершине. На нем не было ни имени, ни дат. Алексей поднялся на ноги и, собрав в охапку вырванную с могилы безымянного солдата траву, отнес ее в сторону. Затем вернулся и снова уселся на бревно.
- Посижу с вами еще немного. Вдвоем оно же всегда веселее будет. Кто знает, может где-то сейчас и с моими прадедами кто-нибудь пришел поговорить. Было бы хорошо. Они бы, наверное, обрадовались.
