451
На днях со знакомыми вспоминали у кого был самый экзотический Новый Год.
Всякие банальные истории, про Новый Год в постели с градусником и чаем с
малиной, вместо шампанского выбыли в первом туре, чуть позже были
признаны неинтересными истории про Новый Год под пальмами, банальность
по нынешним временам. В финал вышла моя история, которую трудно
придумать, но она была. Напишу-ка я ее от первого лица.
Незадолго до НГ я познакомился с очаровательной девушкой, и тут же стал
думать как бы встретить праздник и оригинально, и с намеком на
продолжение. Мои думы были прерваны предложением встретить Новый Год на
ДАЧЕ. Именно так, с зажатым shift’ом, по крайней мере так было
преподнесено, безо всякой конкретики, только эмоциями. Вторая половина
девяностых, нам по двадцать лет, ДАЧА, Новый Год, романтика. Естественно
я ответил полным своим согласием, тут же высказав готовность принять
участие в предварительных организационных мероприятиях, а так же в общих
словах поинтересовался что от меня требуется. От меня потребовали одеть
теплую одежду, ну это само собой разумеется, взять спальник, ну таки да,
на даче может быть туго с одеялами, ну и закупить продукты по списку,
это раз плюнуть. Прибывая в эйфории, я мало того что не придал значения
просьбе взять спальник, так еще пропустил невнятные ответы на такие
важные вопросы - “А что за дача? ”, “А чья она? ”, “А кто будет? ”. В
общем мне мерещился камин, шампанское и приятная, гы-гы, наивный, ночь
после боя курантов.
На дачу мы поехали на электричке. Купив билеты до нужной платформы, сто
двадцать километров от города, мы стали искать тех друзей моей знакомой,
к которым едем. Тут выяснилось что нужно найти некую Машу, или Дашу, или
может быть Наташу, которая собственно и пригласила мою знакомую, а та в
свою очередь меня. Кто такая эта Даша, я сразу-то и не понял, потом
выяснилось что это какая-то очень дальняя знакомая, по какому-то там
турслету. Наконец мы ее нашли, и нас перезнакомили, мельком, с компанией
которая собралась на совместную встречу Нового Года. Тут меня должно
было кольнуть уже не по-детски. Компания оказалась очень разношерстной,
ядро из пяти человек, два парня двадцати пяти с небольшим лет, девушки
явно моложе, еще пяток подобных нам молодых, явно такие же знакомые
знакомых, и мужик, лет пятидесяти, которого представили как известного
барда. Три четверти компании - молодые девушки. Мужика я буду называть
“мужиком”, его имя действительно достаточно известно, и вряд ли он хочет
вспоминать эту историю. Итого дюжина с небольшим разношерстных людей, и
все на эту самую дачу. Ну да ладно. С мужиком мы переглянулись, и не
сговариваясь высказали мнение что неплохо было бы взять по пиву в
электричку, благо в те времена ларьки были чуть ли не на платформах. На
нас зашикали, справедливо заметили что ехать долго, туалетов нет, добив
заявлением что “желающие выпить смогут купит все что захотят в
круглосуточном на станции, там даже коньяк есть”. Как я мог пропустить
это “даже коньяк есть”? Эйфория легкой влюбленности и давление в
тестикулах лишают мужиков здравого мышления и чувства самосохранения.
Если не считать того факта что мы со знакомой и мужик были единственными
кто купил билеты, а остальные надеялись проскочить, но не проскочили,
жуткий штраф, поездка прошла тихо, то доехали нормально. Мужик как-то
сразу проникся ко мне, и поведал что с компанией, теми кто постарше,
познакомился на очередном концерте авторской песни, и они его
пригласили, долго уговаривали, и что чувствует “задницей” что
приключения только начинаются. То что приключения все впереди, лично я
осознал, когда владелец дачи резко вскочил, крикнул “на выход”, и вся
толпа вывалилась на перрон. Перрон? Неа, банальный полустанок, с
километражем вместо собственного имени. Вглядываясь в окружающий нас лес
тщетно старался увидеть, нет, не магазин, черт с ним, хотя бы признаки
присутствия человека, не увидел. Была сама железная дорога, и засыпанная
снегом гравийка уходящая в лес. Все, больше ничего! Взоры отдыхающих
обратились к хозяину дачи, тот же, в виде нервной шутки, сказал что
сбился со счету и мы вышли на одну станцию раньше, но тут всего
пятнадцать километров. К моему ужасу, большая часть присутствующих даже
посмеялась, мол с кем не бывает, и каких-то пятнадцать километров, с
тяжеленными сумками, в минус восемнадцать - да легко. Мужик мрачно
поинтересовался когда следующая электричка здесь останавливается,
“завтра” - ответил шутник, и подбодрил всех что сейчас быстро поймает
машину, и мы поедем. Ага, все, в одну машину!
Вышли на дорогу, и действительно быстро поймали грузовичок, правда
водила наотрез отказался сажать нас в кузов, поэтому было принято
решение что хозяин дачи и все наши сумки едут до одному ему известного
поворота на дачный кооператив, а мы идем пешком. Слава всем богам,
хозяин дачи ошибся, идти было не пятнадцать километров, а не более
десяти, и за два часа, по укатанной дороге мы дошли до поворота,
подхватили наши задубевшие сумки и пошли вглубь небольшого садоводства
по, неслабой такой, снежной целине.
Смеркалось. Нет, это не вечер в городе, это вечер в глухом садоводстве в
котором нет, не было, и наверное уже не будет ни света, ни воды, ни
тепла. До дома добрели уже в сумерках. Домом оказалась летняя халупа,
метра четыре на четыре, с чердаком и щелями во всех стенах. На улице
безветренно, но ниже двадцати мороза, об этом сообщал градусник,
градусник был и единственным предметом цивилизации на этой даче. Народ
роптал. Я лично уже готов был придушить всех, начиная со знакомой, и
кончая ближними и дальними родственниками хозяина халупы, который
пригласил зимой столько народа в это место явно с целью заготовить
человечинки. Как водится дров для печки буржуйки не было, почти не было,
на половину закладки хватило каких-то щепок, а за “дровами” нас, меня и
мужика, отправили в ближайший лесочек, за “сухостоем”. Такое полезное
изобретение как топор, в этих пенатах отсутствовало, был колун и пила,
так что ломали сухостой и оттаскивали к дому, всего-то метров триста по
колено в снегу. Нам повезло, вернее местные хилые садоводы не смогли до
конца выломать то, что тут называлось лесом. На момент когда я ввалился
в дом, весь мокрый и замерзший, буквально обняв буржуйку, у меня уже
были все признаки бешенства. Когда же стал приходить в себя, потребовал
коньяка, ну или водки, и бутерброд. По моей мысли было так - я купил
апельсины, хлеб, и еще что то вроде конфет, а кто-то закупил спиртное,
дальше по деньгам сочтемся. Ан нет. Меня обрадовали что водки, и тем
более коньяка нет, и вообще собравшиеся здесь не курят, не пьют, и матом
не ругаются. “Что есть?! ” - возопили мы с мужиком, который был не суше,
и не добрее меня. “Есть две бутылки марочного вина, но это на праздник”
сообщила нам главная подруга хозяина дачи, и вообще бутерброды мальчики
могут делать и сами, пока они, не пьющие и не ругающиеся матом, готовят
ужин на всех. Естественно никто ничего не готовил, все пытались подсесть
поближе к печке, и жуя мерзлый хлеб вприкуску с промерзшей колбасой, и
вопреки уверениям подруги хозяина, материли этого самого хозяина. Кое
как отогревшись, сменив носки на сухие, ура ура, я не зря подумал о
носках когда собирался, мы с мужиком начали инспекцию. Выяснилось что
есть курица, мерзлая сырая, в виде “ножек Буша”, помните такие? Есть,
опять же мерзлые, ингредиенты для Оливье, какая-то колбаса, хлеб,
гигантское количество цитрусовых, и собственно говоря все, не считая
двух коробок конфет которые купил лично я. Соли не нашли, перца тем
более, зато нашли сковороду, и на ней поставили жариться первую партию
курицы. Вы жарили мерзлую курицу на раскаленной до красна буржуйке? Если
нет, то немного потеряли. Блюдо, вне зависимости от квалификации повара,
получается сырым, подгорелым, и малосъедобным. Но я ел! Чуть позже
отогрелись, так что бы можно было резать, составляющие Оливье, которое и
было сделано, и сожрано. Именно так, ложками, кому достались,
немногочисленными вилками и чуть ли не руками прямо из огромной миски.
Чая не было, его просто забыли купить. Вообще получалось что список
закупок составлял как минимум враг народа ведущий активную подрывную
деятельность! двадцать килограмм цитрусовых что мы перли, я бы с
удовольствием променял бы на пяток банок тушенки и два килограмма
гречки. Пользуясь своим авторитетом мужик отобрал одну из бутылок вина,
и мы фактически вдвоем ее распили, вкуса я не запомнил. Легли далеко за
полночь, пропустив и бой курантов, и наплевав на все традиции встречи
Нового Года. Спали мы с подругой в эту новогоднюю ночь вдвоем, как мне и
мечталось, только в мечтах не было плюс десяти в помещении, и сопения
еще одинадцати носов в непосредственной близости. Утром, на удивление мы
проспали часов до десяти утра, мужик предложил собираться домой, и чем
скорее, тем лучше. После того как прогорели дрова в буржуйке, дом
выстудился до неприемлемой температуры. Меня лично уговаривать не
пришлось, одев сапоги, и накинув пуховик, я спросил свою спутницу какие
у нее планы. Мне было заявлено что “они”, будут возвращаться все вместе,
и вообще в доме надо убраться! Покрутив пальцем у виска, мы с мужиком
вышли в ранний рассвет, и побрели до платформы. Моя знакомая догнала нас
через десять минут, сообщила что там, на даче, началась жуткая ссора, с
попытками физической расправы всех со всеми. Нас это уже не касалось. О
чудо, рядом с платформой работал маленький магазинчик,
пиво-водка-закусь. Первое января, часов одиннадцать утра, а магазин
работал, водка была весьма сомнительная, но зато был коньяк,
дагестанский, три звезды, как сейчас помню, хозяин дачи не соврал. За
бешеные, по местным понятиям, деньги мы купили две последние бутылки,
еще что-то из еды, чем не побоялись отравиться. Самое удивительное что
мы отлично доехали до дома, я не заболел, но очень скоро свернул
отношения со знакомой, так и не узнав судьбу хозяина дачи.
|