Шутки про пустая - Свежие анекдоты

Результатов: 257

51

Я, молодой геолог, должен доставить из Москвы в Питер довольно много экспедиционного снаряжения и прочего груза, т.к. экспедиция вылетает в Якутию из-под Питера. Отправлять транспортной кампанией неудобно и хлопотно, поэтому решаю отвезти снарягу на машине. В моем распоряжении имелось на тот момент «яйцо на колесиках» - японский микроавтобус Тойота Таун Айс 1996 г., и права, полученные полгода назад. Опыт вождения уже есть, но ко всем неожиданностям на дороге еще не адаптировался. Чтобы не удлинять путь, решил выехать пораньше и пройти Москву насквозь через центр, пока нет пробок, а не ехать вокруг по МКАДу.
Итак, начало 2000-х годов, начало июня, около 4 часов раннего утра, Москва…
Живу на юге Москвы, поэтому пошел на север с целью попасть в начало Тверской улицы, а с нее уже на Ленинградский проспект и далее прямо до Питера. Начало Тверской – за Красной площадью, а с юга к ней подходит Большой Москворецкий мост (который начинается на Васильевском спуске и идет через Москву-реку на Большую Ордынку). Вот с нее я и приехал… Машин нет, народу нет, солнышко встает, спать еще хочется… Съезд с моста возле храма Василия Блаженного довольно странный на мой утренний взгляд, куча бетонных блоков и знаков стоят как попало и пытаются объяснить всем своей конфигурацией куда можно, а куда нельзя. Я решаю эту задачу в рамках своих возможностей, проезжаю прямо и поворачиваю направо, попадая на улицу, которая мне визуально знакома, но названия которой я не помню. Улица пустая, симпатичная, идет почти туда, куда мне надо. Еду не спеша, пытаясь понять, куда попал и куда она меня выведет. Проезжаю ее почти до конца и вдруг попадаю на светофор, который стоит почему-то задом ко мне, а за ним стоят машины в ряд, но почему-то во всю ширину улицы – И ВСЕ СМОТРЯТ НА МЕНЯ! Останавливаюсь чинно перед светофором, пытаясь осознать, что пошло не так, как вдруг сзади раздается приближающийся рев сирен, ко мне подлетают две гаишные машины и блокируют меня, одна спереди, вторая сзади. Из них выскакивают четыре гаишника (светофор все еще работает, машины все еще стоят и смотрят на меня), берут меня на абордаж, вытаскивают из моего микрика, забирают ключи, закрывают машину, сажают в заднюю машину, а передняя с одним водителем-гаишником остается возле моей. Машина со мной разворачивается и под сиреной несется обратно к Васильевскому спуску в сторону Кремля. В это время светофор переключается и за нами едут все машины, которые стояли за ним. Все это занимает менее минуты и только возле Кремля до меня наконец-то доходят две вещи: 1) улица, по которой я ехал, имеет одностороннее движение; 2) меня похитили гаишники и дальнейшая моя судьба непредсказуема.
Гаишники в машине зажали меня на заднем сиденье с двух сторон, молчат, но смотрят со странной смесью уважения, сожаления и удивления. Подлетаем с сиреной к началу моста возле храма, там стоит еще одна машина гаишников. Меня в нее сажают на пассажирское сиденье спереди, захлопывают дверь и возле нее встает гаишник, чтобы я не сбежал. Спереди за рулем сидит огромный мужик в форме, с погонами майора. Он что-то дослушивает по рации, поворачивается ко мне и с огромным удивлением оглядывает. Молча. Я в футболке, под два метра, стриженный налысо, весь мокрый (жарко, хоть и ранее утро).
- Ты кто такой и откуда взялся? Документы есть? – спрашивает.
Отдаю ему документы, представляюсь хрипло.
- Ты понял, почему ты у меня тут сидишь?
Говорю, что начинаю догадываться, но где накосячил – пока не понимаю.
- Ладно, - говорит, - поехали, покажу.
Заводит машину, мы выдвигаемся в начало моста и он едет по моей траектории, попутно объясняя мне, где и что я нарушил. Объясняет все спокойно, доходчиво, но в голосе его чувствуется все еще нерассосавшееся удивление перед человеком, которому он все это рассказывает. Когда мы доехали до моей машины, он закончил фразой:
- Итак, четырнадцатое твое нарушение: остановка перед светофором с его обратной стороны на улице с односторонним движением. Это твоя машина? Показывай, что везешь.
Говорю, что ключи у вашего коллеги. Оставшийся охранять мою машину гаишник по взмаху его руки открывает микрик. Майор долго молча смотрит с разных сторон на забитый под завязку салон с лопатами, генератором, кучей баулов, ящиков и т.д. После чего так же молча разворачивается, и мы вместе возвращаемся на исходную позицию возле храма.
Остановившись, он всем корпусом поворачивается ко мне и спрашивает:
- Ты понял, что я тебе рассказал и что ты сделал?
- Теперь понял…
- Повторяю: в сердце столицы, почти на Красной площади, на глазах трех изумленных экипажей машин ГАИ и лично моих глазах целого майора ты 14 раз нарушил Правила, и был остановлен только после погони в начале улицы Варварки, на которой одностороннее движение (я, про себя черт, так вот как улица называется!). Как ты думаешь, что тебе за это будет?
Раннее июньское утро постепенно начало превращаться в моих глазах в мрачные вечерние сумерки… На вопрос майора у меня совершенно на автомате был сформулирован единственный ответ:
- Насколько я понимаю, в данной ситуации вы меня даже до Лобного места не доведете, а расстреляете прям здесь, всеми тремя экипажами? Можно я хотя бы буду стоять лицом на восток: последний раз на солнышко посмотрю, да и вам целиться удобнее будет?
Майор замер, вглядываясь в меня, потом хмыкнул и говорит:
- Ты не волнуйся, мы не промахнемся, все хотят в тебя в упор по обойме засадить.
Сумерки в моих глазах превратились в кромешную ночь.
- Прежде чем мы тебя к стенке поставим, скажи, что за барахло у тебя в машине? Его после расстрела куда девать?
Я начал рассказывать, что везу экспедиционный груз в Питер, там то-то и то-то, сам из МГУ, геолог…
- Куда планировали лететь, что делаете?
Понимаю, что он хочет, чтобы я перед смертью немного успокоился и принял должное возмездие за вопиющие нарушения без нервов.
Начинаю рассказывать, что работаем мы в Восточной Арктике, изучаем вечную мерзлоту, подземные льды, в тундре, там мамонты, носороги и т.д. Как только я дошел до мамонтов, майор меня прервал:
- Подожди.
Высунулся из машины и своим ребятам:
- Так, все кто свободен – подошли сюда, открыли правую дверь и слушаем, что он говорит!
Дальше я часа полтора рассказывал про мерзлоту Якутии, мамонтовую фауну, тундру современную и тундростепь древнюю, наши в ней работы и т.д. Мне задавали вопросы (!), причем не только майор, но потом и гаишники! Я отвечал, мы спорили (!) про то, сами мамонты сдохли или им древний человек помог… Гаишники слушали с неподдельным интересом, я почти забыл, что это лекция перед расстрелом.
Когда все вопросы прояснили, майор говорит:
- Иванов и Петров (фамилии изменены, я их уже не помню), отвезите его к машине и проводите до начала Тверской, чтобы он больше никуда не заехал!
Я, в некотором офигении:
- А как же мой расстрел?!
- Пока откладывается! Дело у тебя интересное, в нем от тебя больше пользы будет, чем в виде корма червям! Но больше не нарушай, будь внимательнее! Удачи!
Я, все еще не приходя в себя:
- Спасибо!
Гаишники, пока везли меня к машине, сказали, что не иначе как где-то с обратной стороны Земли на Америку астероид упал: майор в их отделении слыл страшным монстром и не зря его ставили на контроль дорожной ситуации на самых ответственных участках. А что с ним сегодня произошло – непонятно, потому как за мои нарушения мне действительно светил расстрел. Они проводили меня с мигалкой аж до Белорусского вокзала, поставили на вылетную магистраль и только удостоверившись, что я поехал в нужном направлении, развернулись и ушли обратно.
А я ехал и не мог поверить случившемуся. До сих пор уважаю мамонтов и их соратников по тундре, за то, что они были, и что их судьба до сих пор интересует даже полицейское начальство. Осенью я несколько раз приезжал на Васильевский спуск, хотел подарить майору зуб мамонта на память, который привез с полевых работ, но так его и не встретил. Фамилию он свою не назвал.
Правила я с тех пор стараюсь не нарушать, а под лобовым стеклом у меня болтается небольшой кулончик в виде мамонта, привезенный из Якутска.

52

Попал я по распределению после института в летный полк в системе Ставропольского училища в 1979году. Двухгодичник, лейтенант, техник самолета Су-15. Самолет - летающий кирпич - посадочная скорость 350км/час. Для самолетов самая высокая в мире.
В нашей эскадрильи служил - майор Делия - летчик от Бога. Летчики на спарках вывозили курсантов 4-го курса. После приобретения необходимого опыта курсанты переводились для полетов на боевые (одна кабина).
О высочайшем мастерстве майора говорит такой случай:
Неоправданно участились случаи посадки курсантов на боевых до полосы (определяется по пыли, поднятой при касании колес грунтовки). Стали разбираться, в чем дело. После долгих допросов виновных курсантов оказалось, что майор Делия поспорил с курсантами, что посадит самолет на первую плиту взлетки, что,в итоге, и несколько раз сделал. Это при такой то скорости. А курсанты (мальчишки) очень хотели повторить такой трюк.
Так вот, как-то раз были запланированы полеты майора с курсантами на моей спарке.
Встречаю самолет после 1-го вылета. Майор спускается и протягивает мне пустую солдатскую фляжку. Ну я человек понятливый. Беру фляжку, и при заправке самолета султыгой, заодно заправляю и фляжку майора. Кто не знает, султыга - это тормозная жидкость (30%раствор спирта в дистиллированной воде).
После второго вылета пустая фляжка опять попадает ко мне.
Встречаю самолет после 3-го вылета. Быстренько спускается по стремянке курсант и за нм степенно майор.
Подслушанный диалог:
- Товарищ майор, разрешите получить замечания
- Ну что сынок, не страшно было?
- Нет, товарищ майор, я боялся только, что-бы вы со стремянки не упали.
- (улыбка майора)
Вот где были настоящие мужики!!!

53

Сталин принимал писателей. Разговаривая, он достал папиросы "Герцеговина флор", выпотрошил табак и набил им трубку. Пустая коробка осталась на столе. Валентин Катаев схватил эту коробку и сказал, что хочет сохранить её как дорогой сувенир. Сталин что-то буркнул Поскрёбышеву, и тот забрал у Катаева коробку.

54

Отец-цыган просит сына-цыгана: - Сходи за сигаретами. - Давай деньги. - За деньги и дурак сможет. Сын уходит, возвращается, кидает отцу пачку сигарет. Тот открывает - она пустая. - Так она пустая! - Так полную и дурак выкурит.

55

Стоят на трассе два замёрзших и злых гаишника: холодно, трасса пустая, денег нет... Вдруг из-за пригорка, вылетает шестисотый "Мерседес". Тормознули - выходит батюшка в рясе. Круглый, холеный, из-за щек ушей не видно, один изъян - рука сломана. Гаишники расстроились - ну не станут же они у батюшки денег требовать. Батюшка извинился, сказал что торопиться к умирающему грехи отпустить и уж открыл дверь чтобы сесть в мерс, а один гаишник и спрашивает: - Батюшка, а где же вы так руку повредили, в храме небось? - Да нет сынок, из джакузи вылезал поскользнулся на медвежьей шкуре, упал и сломал. - Сказал батюшка и уехал. Второй гаишник посмотрел ему вслед и спрашивает: - Слышь Вась, а шо такое джакузя? - Нашел кого спросить! Я чё, в церкви бываю?

56

Вторая часть марлезонского балета или продолжение ментовских мемуаров

Как и в моей прошлой истории (https://www.anekdot.ru/id/1247390/), было это ночью. Ночь вообще богата на приключения, но сейчас не об этом.
Так вот, едем себе спокойно на патрульной машине. И тут видим картину маслом: прямо по курсу, очень медленно, но шатаясь с одной стороны улицы в другую и обратно, едет машина. Ну разумеется врубаем мигалку, даём стоп-сигнал. Машина съехала в кусты и остановилась. Мы переглянулись с напарником. Кажись пьяный или обкруренный. Ну ок, подходим к ней. Открывается водительская дверь, на траву падает пустая литровая бутылка из под виски. Из двери дым коромыслом с просто убойным ароматом анаши. За этим всем к нашим ногам буквально выползает (читай: вываливается) какой-то мужик и пытается сфокусировать свой взгляд. Получается слабо. Напарника моего он вроде бы всё таки разглядел и даже умудрился встать на ноги. После чего он бочком двигается поближе ко мне и заговорческим, но очень громким полу-шопотом выдаёт: Эй, слышь, будь другом. А скажи этому мусору, что это ты машину вела, а?
На вопрос, не смущает ли его что я вообще-то тоже в форме, был получен исчерпывающий ответ: Неа, это ж вообще зашибись. Менты ментов любят, давай! Прорвёмся!
Пока везли в отдел, он долго вслух обижался, что я это "не прикрыла, хотя могла бы".

58

Не мое (из Интернета)
Конец 1980-х годов. Последние годы существования Советского Союза. Глухая деревня на Дальнем Востоке.
Рассказ учительницы из этой деревни.

" Меня уговорили на год взять классное руководство в восьмом классе. Раньше дети учились десять лет. После восьмого класса из школ уходили те, кого не имело смысла учить дальше. Этот класс состоял из таких почти целиком. Две трети учеников в лучшем случае попадут в ПТУ. В худшем — сразу на грязную работу и в вечерние школы. Мой класс сложный, дети неуправляемы, в сентябре от них отказался очередной классный руководитель. Директриса говорит, что, если за год я их не брошу, в следующем сентябре мне дадут первый класс.

Мне двадцать три. Старшему из моих учеников, Ивану, шестнадцать. Он просидел два года в шестом классе, в перспективе — второй год в восьмом. Когда я первый раз вхожу в их класс, он встречает меня взглядом исподлобья. Парта в дальнем углу класса, широкоплечий большеголовый парень в грязной одежде со сбитыми руками и ледяными глазами. Я его боюсь.

Я боюсь их всех. Они опасаются Ивана. В прошлом году он в кровь избил одноклассника, выматерившего его мать. Они грубы, хамоваты, озлоблены, их не интересуют уроки. Они сожрали четверых классных руководителей, плевать хотели на записи в дневниках и вызовы родителей в школу. У половины класса родители не просыхают от самогона. «Никогда не повышай голос на детей. Если будешь уверена в том, что они тебе подчинятся, они обязательно подчинятся», — я держусь за слова старой учительницы и вхожу в класс как в клетку с тиграми, боясь сомневаться в том, что они подчинятся. Мои тигры грубят и пререкаются. Иван молча сидит на задней парте, опустив глаза в стол. Если ему что-то не нравится, тяжелый волчий взгляд останавливает неосторожного одноклассника.

Районо втемяшилось повысить воспитательную составляющую работы. Мы должны регулярно посещать семьи в воспитательных целях. У меня бездна поводов для визитов к их родителям — половину класса можно оставлять не на второй год, а на пожизненное обучение. Я иду проповедовать важность образования. В первой же семье натыкаюсь на недоумение. Зачем? В леспромхозе работяги получают больше, чем учителя. Я смотрю на пропитое лицо отца семейства, ободранные обои и не знаю, что сказать. Проповеди о высоком с хрустальным звоном рассыпаются в пыль. Действительно, зачем? Они живут так, как привыкли. Им не нужна другая жизнь.
Дома моих учеников раскиданы на двенадцать километров. Общественного транспорта нет. Я таскаюсь по семьям. Визитам никто не рад — учитель в доме к жалобам и порке. Я хожу в один дом за другим. Прогнивший пол. Пьяный отец. Пьяная мать. Сыну стыдно, что мать пьяна. Грязные затхлые комнаты. Немытая посуда. Моим ученикам неловко, они хотели бы, чтобы я не видела их жизни. Я тоже хотела бы их не видеть. Меня накрывает тоска и безысходность. И через пятьдесят лет здесь будут все так же подпирать падающие заборы слегами и жить в грязных, убогих домах. Никому отсюда не вырваться, даже если захотят. И они не хотят. Круг замкнулся.

Иван смотрит на меня исподлобья. Вокруг него на кровати среди грязных одеял и подушек сидят братья и сестры. Постельного белья нет и, судя по одеялам, никогда не было. Дети держатся в стороне от родителей и жмутся к Ивану. Шестеро. Иван старший. Я не могу сказать его родителям ничего хорошего — у него сплошные двойки. Да и зачем что-то говорить? Как только я расскажу, начнется мордобой. Отец пьян и агрессивен. Я говорю, что Иван молодец и очень старается. Все равно ничего не изменить, пусть хотя бы его не будут бить при мне. Мать вспыхивает радостью: «Он же добрый у меня. Никто не верит, а он добрый. Он знаете, как за братьями-сестрами смотрит! Он и по хозяйству, и в тайгу сходить… Все говорят — учится плохо, а когда ему учиться-то? Вы садитесь, садитесь, я вам чаю налью», — она смахивает темной тряпкой крошки с табурета и кидается ставить грязный чайник на огонь.

Этот озлобленный молчаливый переросток может быть добрым? Я ссылаюсь на то, что вечереет, прощаюсь и выхожу на улицу. До моего дома двенадцать километров. Начало зимы. Темнеет рано, нужно дойти до темна.

— Светлана Юрьевна, подождите! — Ванька бежит за мной по улице. — Как же вы одна-то? Темнеет же! Далеко же! — Матерь божья, заговорил. Я не помню, когда последний раз слышала его голос.

— Вань, иди домой, попутку поймаю.

— А если не поймаете? Обидит кто?

Ванька идет рядом со мной километров шесть, пока не случается попутка. Мы говорим всю дорогу. Без него было бы страшно — снег вдоль дороги размечен звериными следами. С ним мне страшно не меньше — перед глазами стоят мутные глаза его отца. Ледяные глаза Ивана не стали теплее. Я говорю, потому что при звуках собственного голоса мне не так страшно идти рядом с ним по сумеркам в тайге.
Наутро на уроке географии кто-то огрызается на мое замечание. «Язык придержи, — негромкий спокойный голос с задней парты. Мы все, замолчав от неожиданности, поворачиваемся в сторону Ивана. Он обводит холодным, угрюмым взглядом всех и говорит в сторону, глядя мне в глаза. — Язык придержи, я сказал, с учителем разговариваешь. Кто не понял, во дворе объясню».

У меня больше нет проблем с дисциплиной. Молчаливый Иван — непререкаемый авторитет в классе. После конфликтов и двусторонних мытарств мы с моими учениками как-то неожиданно умудрились выстроить отношения. Главное быть честной и относиться к ним с уважением. Мне легче, чем другим учителям: я веду у них географию. С одной стороны, предмет никому не нужен, знание географии не проверяет районо, с другой стороны, нет запущенности знаний. Они могут не знать, где находится Китай, но это не мешает им узнавать новое. И я больше не вызываю Ивана к доске. Он делает задания письменно. Я старательно не вижу, как ему передают записки с ответами.

В школе два раза в неделю должна быть политинформация. Они не отличают индийцев от индейцев и Воркуту от Воронежа. От безнадежности я плюю на передовицы и политику партии и два раза в неделю пересказываю им статьи из журнала «Вокруг света». Мы обсуждаем футуристические прогнозы и возможность существования снежного человека, я рассказываю, что русские и славяне не одно и то же, что письменность была до Кирилла и Мефодия.

Я знаю, что им никогда отсюда не вырваться, и вру им о том, что, если они захотят, они изменят свою жизнь. Можно отсюда уехать? Можно. Если очень захотеть. Да, у них ничего не получится, но невозможно смириться с тем, что рождение в неправильном месте, в неправильной семье перекрыло моим открытым, отзывчивым, заброшенным ученикам все дороги. На всю жизнь. Без малейшего шанса что-то изменить. Поэтому я вдохновенно им вру о том, что главное — захотеть изменить.

Весной они набиваются ко мне в гости. Первым приходит Лешка и пристает с вопросами:

— Это что?

— Миксер.

— Зачем?

— Взбивать белок.

— Баловство, можно вилкой сбить. Пылесос-то зачем покупали?

— Пол пылесосить.

— Пустая трата, и веником можно, — он тычет пальцем в фен. — А это зачем?

— Лешка, это фен! Волосы сушить!

Обалдевший Лешка захлебывается возмущением:

— Чего их сушить-то?! Они что, сами не высохнут?!

— Лешка! А прическу сделать?! Чтобы красиво было!

— Баловство это, Светлана Юрьевна! С жиру вы беситесь, деньги тратите! Пододеяльников, вон полный балкон настирали! Порошок переводите!

В доме Лешки, как и в доме Ивана, нет пододеяльников. Баловство это, постельное белье.

Иван не придет. Они будут жалеть, что Иван не пришел, слопают без него домашний торт и прихватят для него безе. Потом найдут еще тысячу поводов, чтобы завалиться в гости, кто по одному, кто компанией. Все, кроме Ивана. Он так и не придет. Они будут без моих просьб ходить в садик за сыном, и я буду спокойна — пока с ним деревенская шпана, ничего не случится, они — лучшая для него защита. Ни до, ни после я не видела такого градуса преданности и взаимности от учеников. Иногда сына приводит из садика Иван. У них молчаливая взаимная симпатия.

На носу выпускные экзамены, я хожу хвостом за учителем английского Еленой — уговариваю не оставлять Ивана на второй год. Затяжной конфликт и взаимная страстная ненависть не оставляют Ваньке шансов выпуститься из школы. Елена колет Ваньку пьющими родителями и брошенными при живых родителях братьями-сестрами. Иван ее люто ненавидит, хамит. Я уговорила всех предметников не оставлять Ваньку на второй год. Елена несгибаема. Уговорить Ваньку извиниться перед Еленой тоже не получается:

— Я перед этой сукой извиняться не буду! Пусть она про моих родителей не говорит, я ей тогда отвечать не буду!

— Вань, нельзя так говорить про учителя, — Иван молча поднимает на меня тяжелые глаза, я замолкаю и снова иду уговаривать Елену:

— Елена Сергеевна, его, конечно же, нужно оставлять на второй год, но английский он все равно не выучит, а вам придется его терпеть еще год. Он будет сидеть с теми, кто на три года моложе, и будет еще злее.
Перспектива терпеть Ваньку еще год оказывается решающим фактором, Елена обвиняет меня в зарабатывании дешевого авторитета у учеников и соглашается нарисовать Ваньке годовую тройку.

Мы принимаем у них экзамены по русскому языку. Всему классу выдали одинаковые ручки. После того как сданы сочинения, мы проверяем работы с двумя ручками в руках. Одна с синей пастой, другая с красной. Чтобы сочинение потянуло на тройку, нужно исправить чертову тучу ошибок, после этого можно браться за красную пасту.

Им объявляют результаты экзамена. Они горды. Все говорили, что мы не сдадим русский, а мы сдали! Вы сдали. Молодцы! Я в вас верю. Я выполнила свое обещание — выдержала год. В сентябре мне дадут первый класс. Те из моих, кто пришел учиться в девятый, во время линейки отдадут мне все свои букеты.

Прошло несколько лет. Начало девяностых. В той же школе линейка на первое сентября.

— Светлана Юрьевна, здравствуйте! — меня окликает ухоженный молодой мужчина. — Вы меня узнали?

Я лихорадочно перебираю в памяти, чей это отец, но не могу вспомнить его ребенка:

— Конечно узнала, — может быть, по ходу разговора отпустит память.

— А я вот сестренку привел. Помните, когда вы к нам приходили, она со мной на кровати сидела?

— Ванька! Это ты?!

— Я, Светлана Юрьевна! Вы меня не узнали, — в голосе обида и укор. Волчонок-переросток, как тебя узнать? Ты совсем другой.

— Я техникум закончил, работаю в Хабаровске, коплю на квартиру. Как куплю, заберу всех своих.

Он легко вошел в девяностые — у него была отличная практика выживания и тяжелый холодный взгляд. Через пару лет он действительно купит большую квартиру, женится, заберет сестер и братьев и разорвет отношения с родителями. Лешка сопьется и сгинет к началу двухтысячных. Несколько человек закончат институты. Кто-то переберется в Москву.

— Вы изменили наши жизни.

— Как?

— Вы много всего рассказывали. У вас были красивые платья. Девчонки всегда ждали, в каком платье вы придете. Нам хотелось жить как вы.

Как я. Когда они хотели жить как я, я жила в одном из трех домов убитого военного городка рядом с поселком леспромхоза. У меня был миксер, фен, пылесос, постельное белье и журналы «Вокруг света». Красивые платья я сама шила вечерами на машинке.

Ключом, открывающим наглухо закрытые двери, могут оказаться фен и красивые платья. Если очень захотеть".

59

Где ещё поспорить с уважаемым министром обороны как не тут.
В других местах оно неадекватно.
Тема – его идея построить новую столицу Руси и ещё два-три города миллионника в Сибири.

В одном хорошем фильме есть умная фраза: «Зачем в России дороги? По ним неприятель пройдёт». Действительно, зачем вырубать Сибирь, если (1) людей в стране вообще-то мало для такой территории, (2) лучшая защита от неприятеля – непроходимые леса, клещи, волки, рыси и медведи, (3) Сибирь – лёгкие планеты. Может быть, егерям платить нормальную зарплату, а не народ к клещам на поругание свозить фактически насильно. Насильно, потому что налоги по совокупности такие, что легче идти в государеву кабалу, чем своё дело налаживать. В стране закрылось огромное количество ИП. Кому нужны независимые собственники, если строить властям хочется, а людей не хватает. Вот что вы выберете: своё небольшое дело на человеческих условиях в обжитом месте или в тайгу клещей кормить и здоровье терять за весьма неадекватную для таких рисков зарплату. Хотя бы егерям платили нормально – это сложная работа, не для всех. Строителям массово здоровье губить – не по-человечески.

Идея строек века и гранд прожектов типа поворота рек и «мы наш, мы новый мир построим» не нова, только зачем. Там, где уже живут люди, не всё так хорошо и замечательно, как могло бы быть. Почему за последние сто лет ни один руководитель России не задумывался о том, чтобы обустроить Рязань, Астрахань, Тверь, Калугу, Подмосковье? Газ везде? Электричество? Канализация в каждом доме? В Сибири уже есть замечательные города, их бы сохранить.

Если вы проедете на машине из Москвы в Прибалтику, то увидите километры пустых земель, и более-менее стабильные признаки какой-либо деятельности появятся только в Белоруссии. Если ехать из Москвы в Поволжье – та же картина. Страна фактически пустая, а климат для жизни лучше всё-таки в европейской части.

Если рассуждать чисто теоретически, что всё оно кто-то построит и там будет город-сад -волшебно. Если представить, что у человека нет работы, своё дело открыть из-за налогового и административного бремени практически невозможно, безнадёга и кредиты, и это же грозит его детям, то хочется крикнуть: это рабство. Может быть, хватит метаться по стране строительным табором? Может быть, оставить большую часть территории Сибири и Дальнего Востока, Алтай природными заповедниками? Воздух чистый для всех важнее гранд-прожектов.

Хватит издеваться над природой. Стадион на берегу Финского залива, здание Газпрома, дикие мосты – примеры надругательства над природой. Крымский мост – это направление огромного потока машин на полуостров, который для них не приспособлен. Даже при СССР троллейбусы из Симферополя в Ялту пустили, потому что они экологичнее. Я из тех, кто считают Крым российским навсегда, но это не значит, что любые прожекты властей автоматически считаю разумными. Надругательство над природой никогда и ни для кого не проходит бесследно.

Министра обороны искренне уважаю и признаю его неоспоримые заслуги перед Отечеством. Если бы все делали столько, сколько он, рай на Земле давно бы построили. Именно потому хотя бы здесь возражаю. Он обогнал время. Лет через 300-400, когда в нормальных климатических условиях всем будет хорошо жить, может быть, надо будет и о тайге подумать. Но вот хотим ли мы вымирания волков и медведей, амурских тигров, рысей, снежных барсов и много каких опасных, но таких красивых зверей? Вряд ли.
Если Аляску сделали природным заповедником, то почему Сибирь и Крым нельзя?
Закатать всё в бетон быстро, но потом не надо удивляться торнадо и тропическим ливням там, где их раньше никогда не было. Бережнее к природе надо относиться. Трепетнее.

62

Тьмышкин: Не ну самые увлекательные приключения начинаются с бутылочки после работы, исконно русская традиция, чо))
ealand: Не, бро, тут явление сугубо интернациональное, крч, рассказываю
ealand: Суббота, вечер, Нойперлах, выхожу машину к поездке готовить, улица пустая, тут вижу - по улице в моем направлении идет тело,
ealand: Вроде не мигр, не турок, обычный законопослушный дойч лет примерно 30-ти, прилично одетый, ну а что явно буховат немного - так выходные, с кем не бывает.
ealand: Тело подходит, показывает айфон с вусмерть разбитым экраном, и спрашивает на совершенно зубодробительном кёльнском диалекте (тут важно, от Кёльна до нас км так с 600 будет) - извините, а какой сегодня день недели?
Тьмышкин: Уже норм)))
ealand: Я говорю - суббота, тело светлеет лицом и спрашивает, а в каком мы, собственно, городе? Я отвечаю - Мюнхен, Нойперлах. Тело мрачнеет, пытается удалится, через минуту возвращается, и, извинившись, спрашивает, а в какую сторону метро, автостанция или штадтбан (наши электрички местные), я рассказываю, показываю, предлагаю вызвать убер, тело отказывается, и удаляется.
ealand: И краем уха я успеваю услышать от тела что-то вроде "траханый Эрик, пошли выпьем после работы, Мюнхен, Мюнхен, вашу-машу!"
Тьмышкин: Убедиль! ©
ealand: Так что увлекательные приключения после пятничного пива - ни разу не русская традиция)))

64

Так вот, звонок в скорую, мужик орет:
- АААААА, помогите, умираю!!!
Ну выезжают, ясно дело Приезжают, видят картину однокомнатная квартира, пустая, по полу разбросаны газеты, по середине сидит абсолютно голый мужик и у него (о, боже! ) прибит орган оплодотворения гвоздем в пол. Ну и соответственно орет благим матом... Ну ребята побежали за гвоздодером, а глав. врач спрашивает, что мол случилось? .
Ответ мужика:
- Да вот, жизнь говно, ничего не радует, хотел покончить жизнь самоубийством с помощью поджога (вот и газеты пригодились бы).
Гл. врач недоумевая:
- Ну это ясно, а зачем прибили то гвоздем член? ?
Мужик:
- Это что бы не убежать и не потушить себя в ванне... .
Глав. врач:
- Ясно, НУ А ТОГДА ЗАЧЕМ НАМ ПОЗВОНИЛ??? подожгли бы себя, в чем проблема???
Мужик:
- СПИЧКИ НА КУХНЕ ЗАБЫЛ. .

65

Въезд на предприятие через КПП. Охранники проверяют машины и сумки, ибо алкашка запрещена категорически, и ежели словят со спиртным, то изловившему премия, ну а незадачливому контрабандисту - нехилый такой штраф(а его конторе еще нехилее)
У меня в салоне термос с кофе, на полу начатый баллон пепси, половина полторашки минералки, ну и вишенкой на торте в подстаканнике между креслами гордо торчит флакон с этикеткой - 70% раствор этилового спирта. Для работы, если что. Короче, проверяй-не хочу.
Молодой человек в форме лениво скользнул взглядом по салону, заглянул в бардачок, и попросил открыть багажник....
И тут его глаза оживились! Среди инструмента, касок, поясов монтажника и мотков кабеля лежала ОНА!
Пустая, мятая, пыльная, безэтикеточная полторашка из-под пива. Используемая уже пару месяцев как ёмкость для тех.воды. Ну там руки помыть, фары, обувь ополоснуть.Еще раз уточняю - пустая от слова совсем.
Охранник взял эту бутыль. Открутил крышку. Понюхал. Еще раз понюхал. Засунул внутрь палец. Покрутил пальцем внутри. Достал палец. Осмотрел. Облизал. Подумал секунд пять. Закрутил крышку, и строго сказал:
-На этот раз акт составлять не буду. Но впредь так не делайте.
-Спасибо, не буду, - очень искренне ответил я.

Потом ехал по территории, держа скорость 20 км\час, и думал. Думал о
"башмаках и сургуче, капусте, королях,
И почему, как суп в котле, кипит вода в морях"
Но о том, почему охранник так себя вел, я старался не думать. И вам не советую.

66

Rezervuota

Тогда уже интернет был, но далеко ещё не в каждом доме, и контента там тоже явно не хватало. Люди читали газеты и журналы. По субботам газеты выходили толстые, иногда по 100 страниц. Там было достаточно чтива на любой вкус – от политики до науки, культуры, спорта. Но больше всего вниманием пользовались сплетни, кто, как, с кем и даже намек, за скока. Редакторское мастерство измерялось умением в, казалось, авторитетное издание упаковать почти все, иногда даже совсем порнуху. Но только по субботам, а так они - авторитетная четвертая власть. Покупали и мы такой свёрток, листали, кое-что читали. Но после оставалось чувство, что наелся гадости и вся суббота испорчена.

Потому мы, тогда ещё молодая и бездетная пара, решили соблюдать душевную гигиену и вообще не брать в руки это. Стали гулять по субботним утрам, нашли новый ресторанчик в старом Вильнюсе. Он был в стиле Прованса, простой интерьер, не очень дорого и главное - изумительная кухня. Яблочный пирог я помню до сих пор, больше такого не нашел нигде, даже в заграницах не удалось наткнуться. Но новая традиция не сложилась. Мы приходили, а все столики были заняты дядьками, на против которых стояла пустая чашка кофе, а они по часу и больше с очень серьёзными лицами читали тот самый лидер масс медиа. И понятно, места нам нет. Мы то пошли гулять по другим кафешкам, а вот ресторанчику, наверное, было не так легко.

Прошло время, и как-то одним летним утром мы, уже с детской коляской, шли мимо. И видим, что в нашем любимом месте полно свободных мест, вон свободный столик снаружи, в тени, в тихой улочке. Как раз то, что нам троим надобно бы. Аж слюна стала выделяться. Подходим ближе, но на всех столиках стоят карточки REZERVUOTA (резервировано), т.е. мест опять нет. А официант стоит рядом, улыбается и спрашивает, чего бы мы хотели.
- Ну, нам бы покушать.
- Пожалуйста, садитесь за любой столик. Сейчас принесу меню.

Аллилуйя! Есть всё-таки разум во вселенной!
Колокола не звонили, правда. Суббота ведь, не воскресение :)

67

На днях разговорами про спам навеяло.

Обучал работников у себя. В этот раз темой, которую обсуждали, был принцип работы почтовых серверов и всего, что связано с этим. Отдельно разбирались спам-фильтры и то, какие письма могут отлавливаться и почему. Все проводится с наглядными примерами, на большом экране – для закрепления теории практикой, так сказать.

Итак, открываю карантин на почтовом сервачке конторы Х, пересылаю себе с десяток последних отловленных писем и тыкаю в первый мэйл, посланный якобы с адреса работника одной из подопечных контор, на свой-же адрес и без темы сообщения.

Со словами: «Дорогие коллеги, как вы уже сами видите - пустая тема сообщения, спам фильтру такое определенно не нравится. Адресат и отправитель одно лицо…» открываю, и вижу в письме фотку одной из коллег этого работника в голом виде...
… …
«… вдобавок, отсутствует текст в письме. Классический фото-спам.»
«…Из тех, что предлагают увеличение пениса.»

68

xxx: Для чего на второй странице российского паспорта есть пустая строка "Личный код"?
yyy: Это опечатка. Должно быть "Личный кот". На неё вписывают кличку кота владельца паспорта.
xxx: Теперь понятно, почему у меня эта строка пустая. У меня нет кота.

69

Мы с тобой — две бумажные снежинки на высоком окне в гулком школьном коридоре. Мы здесь для того, чтобы создавать атмосферу праздника, которого никогда не увидим. Мы — не настоящий снег. Бумага, из которого вырезали меня — в клеточку, а твоя — в полоску. Ещё вчера мы были тетрадными листами, но праздник спутал планы, и теперь мы — его часть, мы — в его честь.
Теперь мы — вечно падаем из ниоткуда и, судя по ряду достаточно веских факторов — в никуда.

Наши бумажные грани не блещут изяществом линий, наши создатели торопились и не имели большого опыта в деле, которым были вынуждены заниматься, так что мы вышли средне. Поэтому нас определили на вторые роли, в коридор, где мы постепенно подмокая и коробясь, медленно отклеиваемся от холодного, чуть вздрагивающего от порывов ветра стекла.

Где-то далеко-далеко хлопнет тяжёлая дверь на пружине, за ней вторая, уже ближе, и долгий, пронзительный звонок, последний звонок четверти подхватывает нас, как настоящий зимний ветер и несёт вдоль коридора, над головами вечно бегущих детей, мимо остро пахнущего лыжными ботинками спортзала, где десятки наших собратьев, надёжно зафиксированных и сделанных с большим старанием и мастерством, неистово кружат в неподвижном вихре вокруг исполинской ели, увешанной тускло поблёскивающими шарами и бумажными цепями, мимо нещадно грохочущей посудой столовой, мимо притихших классов, мимо дремлющих над газетами бабок-гардеробщиц, мимо всего того умного, доброго, вечного, что постоянно сеют в этих стенах, раз за разом собирая неоправданно скудные урожаи, обусловленные то ли излишней суровостью климата, то ли спецификой местных традиций.

Мы помчимся над кривыми улочками с деревянными, двухэтажными домами, над троллейбусными рогами и яростным перезвоном трамваев на перекрёстках, над серыми шиферными крышами и чёрными пальцами голых крон.
Полетим как настоящие, как живые, мы будем пугать бледноглазых галок и смело заглядывать в чужие окна, но довольно быстро поймём, что в каждом окне видим всегда одно и то же, тогда как из каждого окна — неизменно видят совершенно разное, и случись одному окну описывать соседнему улицу, на которую они оба выходят всю свою жизнь — непонимание меж ними будет настолько неловким и всеобъемлющим, что даже не хочется представлять.
Мы проведём эти бесконечные зимние каникулы вместе и у нас не будет всего того, что есть сейчас, а только почти целых две недели беззаботного счастья.

Всё будет просто и правильно, скромно, но с размахом. Будет ёлка, и будут въевшиеся пятна смолы на паласе, будет потёртый, видавший виды Дед Мороз с ватными, болтающимися руками и облупившимся носом, будет пластмассовая, пустая внутри Снегурочка, в которой раньше, по слухам, был целый килограмм небывалых, невиданных конфет с особой, Кремлёвской ёлки, но сейчас в это верится с трудом.
И обязательно будет тот самый, особенный шар тёмно-розового цвета, который непременно вешается на самое видное место, потому что он невыразимо красив и таких большее уже не делают, как говорит бабушка.
В нём, как в центре этой маленькой, двухнедельной вселенной отразятся серые бумажные пакеты с конфетами, которые отец и мать принесли с работы, густо поблескивающий хрусталём стол, широко раскинувший свои изобильные крылья, тихое мигание гирлянд и враз повеселевший экран телевизора, показывающий всем желающим первых «Гардемаринов», «Гостью из будущего» и тысячи мыслимых и немыслимых мультфильмов всех сортов.
В его круглых боках промелькнут все те, чьи лица знакомы с раннего детства, все будут молоды и нарядны, подтянуты и смешливы сверх всякой меры.
Мы будем стоять возле него, прижавшись носами к его прохладной хрупкой броне, удивляясь, какие вытянутые и нелепые у нас лица и это будет так смешно. Чёрт, это действительно было и было смешно.
Шар качнётся, закрутится, и вместе с ним качнётся комната и синие сумерки за замороженным окном. Шар закружит нас в искристом вихре и мы на время забудем, кто мы и зачем.
Это старая игрушка. Таких больше не делают.

И где-то числа с четвёртого мы начнём с опаской смотреть на календарь, успокаивая себя, что ещё почти неделя с лишним впереди и каждый день наше спокойствие будет таять, и ставшая вдруг жёсткой хвоя будет бесшумно падать на пол, и кот Барсик доберётся до дождика, хорошенько наестся им и наблюёт ночью красивую серебряную лужу в коридоре.
Кончатся гардемарины и Алиса улетит, бесчисленные мультфильмы выдохнутся и поблекнут, пакеты с конфетами опустеют на две трети, оставив в живых самых невкусных и обычных, подарки, так волновавшие воображение — непостижимым образом вдруг сделаются чем-то привычным, начисто утратив весь волшебный шарм.
Будни крадучись подойдут и неумолимо положат свою сухую, тяжёлую руку на плечо.

А потом мы глубоко вдохнём и откроем глаза. Мы с тобой — две бумажные снежинки на школьном окне. Я — в клеточку, ты — в полосочку. Мы — ненастоящий снег, вечно идущий и так никуда и не приходящий. В последний день каникул уборщица не особо церемонясь сорвёт нас со стекла, и думая о чём-то своём выбросит в ведро.
На улице холодный ветер подхватит нас, поднимет, закружит и мы полетим совсем, как настоящие над узкими улицами старого города. Исполинская ель махнёт нам порыжевшей лапой из мусорного бака и исчезнет в сером январском сумраке уже навсегда.
Праздник кончился, но наша грусть светла. Светла настолько, что мы её не замечаем. Мы уходим вслед за ним, мы летим, мы совсем как живые, и нам уже ничего не страшно. Нас никто не вспомнит, да и самим нам все эти воспоминания через пару секунд покажутся чем-то с глупым и несущественным. Мы не захотим вспоминать себя.

Но это только через целых две недели, а пока всё только начинается, пока - с новым годом, ребята.
С новым годом.

70

Мой отец работал начальником транспортного цеха. Почти по Жванецкому, только организация другая. И вот случилось, что один из сослуживцев получил квартиру. Событие? -Да! Отметить в рабочее время? - Да сам Бог велел!
Погрузились в ведомственный автобус и поехали. Квартира была загородом. Зашли. Пустая бетонная коробка. Отопление ещё не включено. Зима. Некомфортно. По-быстрому выпили и в обратный путь. На полпути сослуживцы запросились в туалет. Водитель послушно остановился и раскрыл двери. Мужики выскочили и тут же стали оправляться. Один самый быстрый закончил свои дела, подлетел к водителю и пошептал ему на ухо.
Водитель улыбнулся и кивнул. После этого автобус отъехал вперёд метров на 20 и встал, открыв для обзора всю компанию. А напротив была остановка междугороднего автобуса и толпа ожидающих. Перед их глазами предстала группа мужиков с расстёгнутыми штанами и клубящийся над ними пар. Тут же "Ай-Ой, погоди!" и мужики побежали за автобусом, застёгиваясь на бегу. Потом до конца рабочего дня все ржали. Счастливый новосёл получил особенное удовольствие.

71

Середина 90-х. Сургут. Быль.
Мои друзья замечательная семейная пара Андрюха и Ленка. Она интеллигентная красавица, учит деток в музыкальной школе играть на аккордеоне. Андрюха (Гоблин) - настоящий стропальщик, разгильдяй и бражник. Познакомились они в ансамбле, где она была солисткой, а он стучал на барабанах.
Ленка весной закончила автошколу, заставила мужа купить подержанный москвич 2141 для практики и тут её мечты дали сбой, так как Андрюхе за рулём самому понравилось.
В этот погожий день мы втроём поехали по грибы на новое месторождение. Места дикие, но проложили бетонку из трёх плит шириной по 2 метра и ехать было комфортно. Приехали, набрали грибов-ягод и сели перекусить перед обратной дорогой. Расслабились и забыли, что нет предела женскому коварству. Леночка накрыла поляну: бутербродики-салатики, огурчики-помидорчики и попить не забыла налить из бутылочки. Обрадовались добры молодцы, опрокинули по стопочке, и вспомнили! Увы, было поздно! « А я права взяла!» Мы смирившись, допили бытылку, сели на заднее сиденье и поехали. На удивление, хотя навстречу летели и Кразы и Камазы, Ленка вела машину очень даже прилично, уверенно. Остаётся метров 200 до асфальта, дорога пустая, только впереди с трассы свернула к нам какая-то легковушка.
Ленка напряглась, притормозила. Мы: « Ты чего, Лен?»,
- «Тише, там баба за рулём!»,
-«Да ладно, как Ты так далеко увидела?»,
- «Не знаю, чую я её! Кто знает, что от неё ожидать можно! Боюсь!»,
и сползла правыми колесами на обочину. Встречная машина сделала тоже самое. И мы с Андрюхой ошалело смотрели как они (там действительно за рулём дама), мёртвой хваткой вцепившись в руль, тихо разъезжаются с зазором между бортами более 2-х метров. Разъехавшись, Ленка вернулась на дорогу и весело что-то напевая помчалась дальше. Навстречу Кразы- Камазы, но уже было не страшно.

72

Знакомый рассказал лайфхак, может кому пригодится.
Дорога была пустая и он давил на газ пока за ним не погналась патрульная полицейская машина.
При звуке сирены он бросил взляд на спидометр и увидел что едет со скоростью 153 км/ч.
Такое превышение скорости в Онтарио чревато штрафом в 10 тысяч Канадских долларов и отбором автомобиля.
Мужик начал принимать вправо и останавливаться, при этом лихорадочно соображая как отмазаться.
Взгляд упал на почти полную пол-литровую бутылку с водой. Бедолага,не раздумывая, залил содержимое бутылки себе за пояс, остановил машину и быстро выскочил из авто с поднятыми руками.
Вышедший из машины полицейский сначала опешил, а потом начал ржать. Проржав минут пять коп махнул рукой и сказал:" Езжай, но уже не так быстро..."

73

Дочка просится на дискотеку, мама ее пригружает: Дочка, вы, типа, на дискотеке там попляшете, потанцуете, потом он пригласит тебя домой ну, родителей, как всегда, не будет, пойдет дождь, автобуса не будет, на такси денег нету ну, он предложит: « Ложись на диване, а я буду охранять твой сон.. «, а когда ты заснешь, он прыгнет на тебя и опозорит и тебя, и всю нашу семью! Поутру дочка приходит и говорит: Мама, ты была почти права, был и кофе, была и квартира пустая, был дождь, не было автобуса и денег на такси, он мне предложил лечь на его диван, со словами: » Ты спи, а я буду охранять твой сон.. « Но я же не дура. я вспомнила твое наставление и сказала: « Ложись, давай, ты, а я буду охранять твой сон » А как только он уснул, я прыгнула на него и опозорила его и всю его семью..

75

Про курение.

Мой отец занимался спортом с детства и поэтому не курил (все для победы). После ВУЗа, раньше, хоть и военная кафедра, но нужно было отслужить пару лет. В армии, было, если человек не курит, то это как-то неправильно... Батя рассказывает: минутка отдыха, достаю пачку. Сразу набегают солдаты: тов.лейтенант дайте закурить? Одно мгновение - и пачки нет. Назавтра достает новую, опять несколько секунд и она тоже пустая. А офицерская зарплата не такая и большая.
Попробовал отказывать, но в тесном мужском коллективе - это так не работает. Отказ поделиться сигаретами (а сам при этом куришь) - это что-то типа особенно-грубого посылания на три буквы: Я - Наполеон, а вы козявки. Солдаты всегда найдут как старлею вернуть "должок", а потом - ты сам стоишь куришь и знаешь, что нарушил неписаные правила общества и ловишь косые взгляды. Никакого наслаждения от сигареты. Бррр...
Пробовал он курить "в туалете", а сигареты не "светить". Но курить одному, тайком, перепрятывая на теле пачку - удовольствие ниже среднего. Все таки совместное выпускание дыма из ушей - это немалая, самая приятная часть процесса. Потом, опять же, в тесном коллективе все - всё знают, запах курева слышен за километр:-)
В итоге как-то так само и получилось: в перерыве, солдаты стоят курят, ты с ними рядом. Хоть они и предлагают сами закурить, но ты не можешь заставить себя "стрельнуть", так как ты знаешь, что они знают, что у тебя есть деньги, но ты не купил пачку, чтобы не делиться с ними:-))) Вот такая достоевщина.
Это щас в армии легко - есть штатный психолог. Офицеру можно ходить на прием и с ним регулярно курить:-) А тогда - пришлось бате завязать.

76

Времена дефицита, очередей, колбасных электричек.
В очередях на любую просьбу пропустить мгновенно находился контраргумент.
Он больной, а мы здоровые. Он спешит, а нам делать нечего. И т. д.
Стою в московском "Детском мире" в километровой очереди в кассу.
Кассирша еле помещается в фанерно-стеклянной будке.

Слева к ней подходит молодая женщина и что-то говорит. Не слышу что, но догадаться нетрудно. В ответ раздается громкий голос кассирши:
"Беременная она! ... Остальные ПУСТЫЕ стоят!".
И пошла барышня в хвост очереди.

Вот это антоним! Беременная - пустая. Я захлебнулся от восторга. Сочно. Ярко.
Друзей потом просил быстро найти антоним к слову беременная, никто не смог.

77

Мишка в хорошем настроении возвращался с обеда. Даже хотел прогуляться до офиса, благо идти минут десять не спеша, максимум. Но тут к остановке подъехала практически пустая маршрутка. Оплатив и пройдя в салон, Михаил осмотрелся. Увиденное ему решительно не понравилось. Ни одной улыбки вокруг. Наш герой присел и задумался на минутку, хмуря брови.
И вот улыбка на лице. Решение найдено. Сейчас Мишка всех "улыбнёт".
Любитель приколов и душа всех компаний, Михаил выбрал жертву. Крепкий парень в ветровке, с несколько потерянным взглядом. Как и предлагалось в одной известной шутке, Миха долго и упорно разглядывал того, а потом взял телефон и произнёс:
- Я его нашел!
Выстрел сквозь карман. Резкая остановка. Мишка, откинувшись в кресле, казалось улыбался своей последней шутке. Откуда ему было знать, что Костян - пацан правильный, но умудрился накосячить. И бабки за него были обещаны реальные.

78

Сталин принимал писателей. Разговаривая, он достал папиросы "Герцеговина флор", выпотрошил табак и набил им трубку. Пустая коробка осталась на столе. Валентин Катаев схватил эту коробку и сказал, что хочет сохранить её как дорогой сувенир. Сталин что-то буркнул Поскрёбышеву, и тот забрал у Катаева коробку.

80

Уехала к подруге в другой город на пару дней, насыпала коту гору корма и на всякий случай оставила форточку открытой (живу на 1-ом этаже).
Приезжаю, а в квартире уже 4 кота, миска с кормом пустая, и дом вверх дном.
Походу, мой кот устроил вечеринку и позвал кентов отвиснуть у него на хате...

81

Иногда и бесполезный навык всё же выстреливает

У меня был такой случай. В девяностые годы (точного года не помню, но Антон Носик уже вернулся из Израиля и ходил по Москве в смешной кипе), выработался у меня навык определять не глядя, есть ли в коробочке от CD сам диск или нет, просто взяв в руки коробочку. Вес у него, понятное дело, без диска меньше. Причём для этого не надо было прилагать каких-либо усилий, знание появлялось тут же в голове, как только я брал в руки коробку.

Однажды заказчик из другого города попросил у нас взять на день ценный диск (скорее всего с последней версией Windows), и клятвенно обещал принести его на следующий день, заехав по дороге в аэропорт. Почему бы не дать хорошему человеку, дали. На следующий день появляется на пороге, запыхавшийся, вот мол, успел, держите ваш диск. Я поднимаюсь ему навстречу, беру коробочку и, продолжая держать её в вытянутой руке говорю:
- Вы диск забыли принести.
- Э... Так вот же он у вас в руках!
- Это пустая коробка, там диска нет.
- Но вы даже не открыли ее! - на лице написано праведное возмущение моим наездом.
Я, как Эмиль Кио, чуть ли не с засученными рукавами, на его глазах открываю коробочку и, вуаля, диска там действительно нет! Гамма чувств пронеслась на лице заказчика, от нескрываемого возмущения к изумлению и, в итоге, к раскаянию.
- Эх, наверное секретарша забыла диск в приводе, извините, завтра вам привезут диск как штык.

Навык давно исчез, сначала с появлением разных форм-факторов коробок для CD, а потом с исчезновением надобности в таких дисках, но приятное чувство произведённого впечатления осталось, как видите, до сих пор.

82

1994 год.
Для меня первый туристический морской круиз с Кипра. Один день - Египет,
второй день - Израиль. И обратно.
На теплоходе 70 % англичан, 20 % немцев, остальные - жители СНГ.
Несмотря на жару - 15 человек (из тридцати двух рускоязычных)ходят по палубе исключительно в малиновых пиджаках.
Приплыли в Египет.
Пирамиды, конечно, потрясли. Еще больше потрясло хаотичное движение в Каире и сопровождавшие автобус полицейские в полном обмундировании.
Ночь. Дискотека на корабле. Утро - Хайфа. Автобус и в Иерусалим. Трасса пустая. В Израиле - национальный праздник.
Приехали. Стандартная экскурсия. И вот группа у Стены плача.
Малиновые пиджаки массово достали фотоаппараты-мыльницы, щёлк-щёлк.
Подошел пожилой полицейский и на русском языке с одесским прононсом попросил пиджаков не фотографировать. Праздник. Люди приходят к Стене плача в сильном эмоционально-плачущем состоянии. Им не до съемок.
Куда там! Щелк-щелк.
Отвернувшись от группы полицейский с горечью сказал:
- Вечно у нас с вами (русскими) проблемы!
Что меня дернуло ответить? Не знаю!
Но я вполголоса сказал:
- А у нас - с вами!
Полицейский грозно обернулся, но увидев простого парня в потертых джинсах и рубашке, улыбнулся. И отошел.

84

Не мое, но улыбнуло. Карантин а-ля "Десять негритят". Десять москвичей Пошли с утра побегать. На одного чихнули, И их осталось девять. Девять москвичей Бродили между сосен. Один кору погладил, И их осталось восемь. Восемь москвичей Набились в лифт затем. Один нажал на кнопку, И их осталось семь. Семь москвичей зачем-то Зашли в кафе поесть. И просто удивительно, Что их осталось шесть. Шесть москвичей отважно Пошли потанцевать. Один не знал дистанции, И их осталось пять. Пять москвичей за гречкою Попёрлись из квартиры. Один потрогал апельсин И их уже четыре. Четыре москвича идут, А им навстречу Боря. Один с ним поздоровался, И их осталось трое. Три москвича пошли гулять: Пустая же Москва! Но голубь сверху серанул, И их осталось два. Два москвича нарушили Строжайший карантин. На них напал Собянин. Остался лишь один. Москвич последний посмотрел Вокруг себя устало, Ушёл пешком в Санкт-Петербург И никого не стало.

85

Сегодня у нас в городе выли сирены гражданской обороны - плановая проверка от ГО и ЧС. Начали обсуждать с коллегами, куда лучше бежать в случае прихода всеобщего пиздеца - в ближайшее бомбоубежище, которых практически не осталось в не разграбленном состоянии или сразу на кладбище. И вспомнилась мне такая история.
В одном бывшем НИИ, в котором наша контора несколько лет назад снимала офис, решили переделать бомбоубежище под какие-то более мирные нужды, вроде как под вычислительный дата-центр. Вычистили от стеллажей, систем регенерации воздуха, выкинули нары и кучу противогазов.
Осталась только одна стальная труба, которая шла через весь подвал посередине и поэтому очень мешала. Решили её срезать. Предварительно проверили строительную документацию на здание, которая весьма ко времени была найдена в архиве - никакой трубы на планах коммуникаций нет. На всякий случай сантехник дядя Вася постучал по ней молотком и уверенно заявив "- Да она пустая", резанул её 230-й болгаркой. История умалчивает успел ли он перепилить трубу целиком или только хорошенько понадрезал, но подвал очень шустро начало заливать водой. Сантехник не забыв болгарку, выбежал из подвала. Обморочное закрывание им всех известных водопроводных задвижек во всех канализационных люках на территории предприятия эффекта не дало.
Позвонили в Водоканал, объяснили ситуацию, те вошли в положение и рубанули воду на весь район. Вода стала течь с меньшим напором, но не прекратилась, пока весь подвал не заполнился под потолок.
Уже позже в Водоканале объяснили, что эта труба из-за своего назначения питать водой бомбоубежище была засекречена и отсутствовала на всех общедоступных планах и схемах.
Потом воду за неделю откачали мотопомпой и ещё несколько месяцев сушили стены специально установленными вентиляторами.

P.S. Почему трубу предварительно не просверлили дрелью с тонким сверлом для проверки, никто ответить не сумел - наверное не додумались.

86

xxx:
Вторая половина вынудила посмотреть очередной ужастик в стиле "маньяк в одиночку убивает толпу дегенератов". Весь просмотр терзался мыслью: ну что за пустая трата времени? Неужели такое вообще может кому-то нравиться? В смысле, убивать людей, которые даже не пытаются сопротивляться этож ппц как скучно. Серьезно, в охоте на улиток и то больше азарта.

89

Мужик на общем медицинском обследовании. Врач говорит ему: - Вы должны сдать на анализ вашу сперму. Вот вам специальная баночка, соберите в нее вашу сперму. Принесете ее мне завтра. На следующий день мужик приходит, достает баночку - она пустая, как и вчера! - В чем дело? - спрашивает удивленно врач. - Я действительно пробовал. Очень старался. Сначала левой рукой, потом правой. Моя жена мне помогала - обеими руками, даже ртом, сначала просто губами, а потом и зубами. Ни в какую!!! Потом мы даже попросили нашу соседку помочь. Она тоже обеими руками попробовала, потом ртом, зубами хватала. Не помогло... Врач ошарашенно смотрит на пациента: - Вы, что и вашу соседку просили помочь вам?! - Да, чего мы только не пробовали, но так и не смогли эту чертову банку открыть!

90

Загадочная история, случившаяся однажды ночью на станции Галич Северной железной дороги

Историю эту мне рассказали однажды ночью два мента в линейном отделении станции Галич Северной железной дороги.

Как я оказался в отделении? Меня сдала туда бригада скорого поезда Новосибирск-Москва. Как я оказался в поезде? Честно говоря, уже и не помню. Откуда-то куда-то ехал. Молодость дело такое. Сплошная езда в незнаемое. Ну, обычное дело, билетов нет, ехать надо.

И всё-то моё преступление состояло в том, что я самонадеянно уселся не в какой-нибудь зачуханный хабаровский, а в пафосный новосибирский. Где начальником оказалась какая-то симпатичная высокомерная гнида, с которой мы не сошлись во взглядах на традиционные человеческие ценности, и в результате меня не просто вышвырнули среди на ночи на ближайшей станции, а вызвали наряд и сдали на руки местным ментам.

Менты, два молодых парня, привели меня в дежурку, однако вместо того чтобы напинать по почкам и бросить в обезьянник, предложили разделить с ними скромный ментовской ужин, а потом мы полночи занимались тем, что пили чай, пели песни под гитару, и травили байки.

Вот одна из историй, рассказанных этими ментами.

Всем известно, что раньше на станции Галич Северной железной дороги туалеты типа сортир, мужской и женский, находились на открытом воздухе, в разных концах платформы №1. Там, где останавливается первый вагон, был мужской, а где последний - женский. Причем это были не какие-то скворешники, а весьма монументальные каменные сооружения.

Теперь смотрите. Ночь, пустая платформа. И только вначале её, как раз неподалеку от мужского туалета, в ожидании поезда на Москву, стоит солидный, добротно одетый мужчина. С двумя чемоданами. И больше на платформе никого.

Вдруг, непонятно откуда, рядом с мужчиной возникает приятная во всех отношениях дама средних лет, и характерно переминаясь с ноги на ногу смущенно произносит:

- Простите пожалуйста, вы не посмотрите, там никого нет?

И кивая на мужской туалет, добавляет:

- Боюсь, до женского добежать просто не успею! - поясняет она.

Слегка тронутый пикантностью момента мужчина идёт к туалету, добросовестно обходит его по периметру, заглядывая в кабинки, и возвращается на перрон.

И там, к своему удивлению, обнаруживает, что никакой дамы на перроне нет, чемоданов его - нету тоже, зато на их месте в свете перронных фонарей блестит средних размеров лужа.

Но поразило его больше всего не это.

- Вот же идиот!!! - возмущался он позже в отделении. - Какого черта?! Какого черта я попёрся в этот туалет!? Я же полчаса стоял возле него, и абсолютно точно знаю, что там никого не было!!!

---------------------------------------------------

Уже далеко заполночь, когда я стал клевать носом, менты уложили меня спать в своей комнате отдыха, а рано утром разбудили, и посадили в первый поезд, следовавший на Москву. Просто подошли к бригадиру, и сказали - этого парня надо довезти до Москвы. И всё.

P.S. Я вот сейчас писал это всё, и подумал - а какая из историй на самом деле выглядит более невероятно? Про эту "снегурочку" на перроне, которая растаяла вместе с чемоданами, или про двух нетипичных с точки зрения простого обывателя ментов? Даже не знаю.

Но одно могу сказать совершенно точно - "снегурочку" я в глаза никогда не видел, за что купил за то и продаю, а ментов этих, (сколько лет прошло, тридцать, сорок?), помню как вчера. Такие дела.

92

Аликсандор Блох Ночь. Улица. Фонарь. Аптека...Я покупаю вазелин За мной стоят два человека: армян и сумрачный грузин. Вот скрипнула в подъезд пружина И повторилось все, как встарь: Пустая банка вазелина, аптека, улица, "фонарь"...

93

Был у нас в конце 90-х ризеншнауцер по прозвищу "Пёс-пылесос". Почему пылесос - потому что любая еда, оказавшаяся в его досягаемости и не под контролем, мгновенно исчезала в его брюхе. Жрал он всё. Вернее так - ВСЁ. Пустая овсянка, от которой "нормальные-то собаки" нос воротят, пожиралась с огромной скоростью. Если в момент пожирания потрогать его за бока, то пожиралась с рычанием на выдохе, хрипом на вдохе, и непрерывным чавканьем. Очень любил картофельные очистки. Шкурки от бананов тоже ел, но сначала брал их передними зубами, мелко-мелко тряс, потом съедал (наверное, инстинкт требовал сначала стряхнуть муравьёв с тропического лакомства). Яблоки (в том числе огрызки) - только в путь. Однажды из холодильника выпал лимон - так он его схватил, и не отдавал, с рычанием отворачивал морду. Стоило, проходя по коридору, задеть его миску (она стояла на металлической подставке под рост пса, это посоветовали в собаководстве, чтобы приучался шею вверх тянуть, для красивой позы на выставках) - сразу прибегал. Слово "печененка", произнесённое самым тихим шёпотом, было магическим заклинанием призыва пса из любого дальнего угла.
Но:
Если сказать ему "Дай" - он отдавал любую мясную кость. Правда, пристально наблюдал, и ждал, когда вернут. Если сказать ему "Нельзя" - можно было положить ему пресловутую печененку на нос, и он сидел и держал её на носу. Правда, дрожал от возбуждения и косил на неё глазами. Когда разрешали её взять, печененка просто исчезала с коротким "чав" - движение морды было невозможно уловить.
А всего-то в щенячестве пару раз мисочку убрали, когда он есть отказался, мол, невкусно. До этого был дог (благороднейших кровей), которого накормить было сущим мучением. Попробовали способ, называется...
Но это была предыстория. История же вот она:
Купили на оптовой базе коробку замороженных куриных окорочков, тех самых "Ножек Буша". Тогда они были ходовым товаром. Пятнадцать, что ли, килограммов. Принесли домой, поставили в коридоре, чтобы слегка разморозились. На всякий случай сказали псу, что нельзя, и куда-то ушли примерно на час.
Возвращаемся - а пёс коробку разодрал и сожрал, как выяснилось позже, четырнадцать мороженных (прямо во льду) окорочков, и как раз принялся за пятнадцатый. Поняв, что попался на горячем (вернее, холодном), ризен выронил недоеденный окорочок и принял очень-очень виноватый вид. Стоически принял наказание. Не менее стоически выслушал: "Ах ты, плохая собака! Ах ты, порча, ах ты, чума, ах ты, язва здешних мест! (с)". И уже в конце - "Всё, убирайся под стол!" (этим обычно оканчивалось наказание, по аналогии с выражением "встань в угол", и посидев какое-то время под столом, пёс выходил и бывал прощён). И после этих слов он... взял недоеденный окорочок и пошёл с ним под стол.
P.S. По хорошему, на этом следовало историю закончить. Но для тех, кому интересно, доел он ли он последний окорочок - нет, не доел. Отобрали.

94

Немолодая семейная пара на отдыхе на Ямайке. Заходят в обувной магазин, купить мужу пляжные шлепанцы. Полуобкуреный ямайский продавец, с (труднопередаваемым на русский язык) ямайским акцентом: - Ну, вам это, братаны, ну вам это как, ну типа просто шлепанцы, или как бы для секса шлепанцы? Пара в недоумении - как это так, для секса? - Ну, это типа как бы вот надеваешь - и сразу суперсила появляется, и любую подругу хочется много и долго, и много раз не переставая, пока шлепанцы не слетят. Ты братан если хочешь - померь, сам братан увидишь как оно, если не веришь. Мужчину сказанное не впечатляет, он уже не молод и всякого повидал, ему шлепанцы нужны, а не пустая болтовня продавца. Но супруга явно заинтересована, пихает его локтем в бок, мол, померяй, ну померяй... - Ладно, - говорит, - давай померяю, неси те, что для секса. Продавец приносит, муж надевает... и тут же весь преображается! В глазах появляется блеск, который супруга не видала уже много лет, мускулы наливаются силой, кожа становится влажной и упругой, а в шортах прямо на глазах вырастает что-то большое... очень большое... очень, оченьбол ьшое!.. И тут муж хватает продавца, одним движением срывает с него штаны, бросает на прилавок, и... Супруга в шоке, прилавок едва не разваливается от энергичных движений, а муж ничего вокруг не видит и не слышит. Продавец орет на весь магазин под ритм происходящего: - Бра-та-а-а-ан, не-на-ту-но-гу-о-о-о- дел, не-на-ту-но-о-о-о-о-о-гу!..

98

Я на почте.
Почтальон: У вас посылка какая?
Я: обычная, какая ещё?
П.: ну с наложеным?
Я: Конечно не пустая, наложено там, чтоб не громыхало...
П., и ещё один, и ещё один посетитель: Ржут, причём со слезами.
Я: покраснел, но ещё полминуты тупил.

99

Звонок в скорую. Мужик кричит в телефонную трубку: – АААААА, помогите, умираю!
Ну выезжают, ясное дело. Приезжают, видят картину: однокомнатная квартира, пустая, по полу разбросанные газеты, по середине сидит абсолютно голый мужик и у него прибитый орган размножения гвоздем к полу. Ну и соответственно орет благим матом …
Ну, санитар побежал за плоскогубцами, а врач спрашивает, что произошло?
- Так вот, жизнь такая, ничего не радует, хотел покончить жизнь самоубийством с помощью поджога. Вот и газеты разбрасывал…
- Ну это ясно, а зачем прибили гвоздем член?
- Это чтобы не убежать и не погасить себя в ванне …
- Ясно, НУ А ТОГДА ЗАЧЕМ НАМ ПОЗВОНИЛ??? поджег бы себя, в чем проблема???
- Спички на КУХНЕ ЗАБЫЛ…

100

Заранее прошу прощения за нецензурщину, пытался смягчить как только было возможно, чтобы не терялся смысл.

Одним майским днем заместитель командира части по тылу майор Степанов сидел в казарменной канцелярии, курил и говорил ни о чем с замполитом капитаном Зелецким. Настроение у майора было весьма приподнятое - на следующий день львиная доля офицеров и личного состава уматывала "в поля" - на полевой выход с целью практики. Возглавлял эту экспедицию сам командир части, а майор Степанов оставался за главного, делегировав заботы о снабжении личого состава на выезде прапорщику Чернову. Оставалось утрясти мелкие вопросы вроде выдачи вещмешков с содержимым и плащ-палаток. Майор решил позвонить Чернову на склад и дать ЦУ по телефону. В трубке раздавались гудки, но трубку никто не брал. Также не отвечал прапорщик и по мобильному. Степанов высунулся из канцелярии:
- Дневальный, где там сержант Нырков, давай его сюда бегом!
- Его с утра прапорщик Чернов на склады забрал, тащ майор, - ответил дневальный.
Степанов вздохнул - придется самому переться в хоззону, раз и прапорщик и его правая рука - толковый старослужащий сержант Нырков там, а возможности связаться нет. Наверное, замотались там с вещами. Хрен с ним, схожу. А завтра начнется лафа - в части почти никого, сиди себе, кури, да бумажки выправляй не спеша.

Путь до складов занял десять минут. Майор Степанов увидел, что навесной замок склада номер один лежит рядом с приоткрытой дверью. Дужка замка была распилена.
- Ну твою ж мать! - сказал Степанов, - Ты мне, прапор, из своей зарплаты новый купишь, раз ключи похерил, - и майор вошел на склад.
Сначала он застыл как истукан с острова Пасхи, потом проморгался, после протер глаза руками. Ничего не изменилось. СКЛАД БЫЛ ПУСТ. Его единственным достоянием был стул, на котором спал прапорщик Чернов, и пустая бутылка из под водки на полу.
- Чернов, сука!!! - заорал майор, неистово тряся за грудки соню, - Где... Где, твою мать... ВСЕ!?!
Прапор открыл очи, с трудом встал со стула, дыхнул в своего командира перегаром и хриплым, упавшим голосом молвил:
- Спиздили, товарищ майор!

Степанову понадобилось некоторое время, чтобы переварить сказанное. А потом он очень обрадовался - перед ним замаячило внеочередное звание, капитана, а может даже старшего лейтенанта. В первую очередь, обворованный зам по тылу решил разобраться с прапором. О, майор Степанов был большим знатоком генеалогии и собрался рассказать непутевому прапорщику всю историю его рода и их взаимоотношений с крупным и не очень, рогатым и безрогим скотом. Он мог любому рассказать подобную историю, даже если бы его разбудили после суточного дежурства (а пожалуй - в особенности если бы это случилось). Однако майор имел веские сомнения во вменяемости Чернова в данный момент. По той же причине, он не стал угрожать увольнением из Вооруженных сил. Степанов принял соломоново решение - он зарядил в бубен прапорщику. Смиренно приняв кару, Чернов упал и снова уснул. Майор же выскочил из склада. Похоже, наш герой имел происхождение от самого Геракла - настолько оглушителен и протяжен был его вопль...
- НЫРКОООООООВ!
Через тридцать секунд вышеназванный материализовался перед майором.
- Сержант, какого хуя тут происходит!??
- Не знаю, тащ майор, я с самого утра черновской "Ниве" днище варю в боксе, а он сам на складе занимался.
Бешено вращая глазами, Степанов сначала чуть было не покарал сержанта по методу, опробованному на злосчастном Чернове, но сообразил, что Нырков не виноват - ему сказали варить, он и варил.
- Дуй в казарму, бегом. Вернешься с замполитом и старшиной.
- Есть! - и сержанта как ветром сдуло.
Степанов провел беглый осмотр складской территории, и к тому моменту, как прибыло подкрепление, все стало более-менее ясно. Злоумышленники нашли замаскированную лазейку в заборе, через которую личный состав мотался в "самоходы", ночью, спилив замок, проникли на склад и вынесли оттуда все подчистую. Прапорщик Чернов, оставив помощника шаманить его ласточку, пришел на склад, увидел царившее там запустение, смекнул что к чему, и не придумал ничего лучше, чем нажраться. Следов похитителей не было.

К счастью для Степанова, все что было нужно для полевого выхода, находилось на другом складе.
- Только один шанс, чтобы поймать засранцев, - решил майор, сделав ставку на банальную человеческую жадность. Ночью, преисполненный праведного гнева Степанов с табельным оружием и двумя бойцами схорогились неподалеку от второго склада.
- Пан или пропал, - думал майор. Примерно в час ночи через лаз в заборе полезли какие-то личности. Начавший, несмотря на дикий нервяк, клевать носом майор, едва их не прозевал. Оставалось убедиться, что это именно воры, а не загулявшие воины, пытающиеся пронести спиртное в часть. Когда от двери второго склада послышались тихие звуки ножовки по металлу, Степанов, подобно фениксу возмездия, вылетел из засады и заорал:
- А ну, стоять, суки, стрелять буду!!!
Задержанными оказались гости из средней Азии, поначалу пытавшиеся убедить мстителя, что не владеют русским языком, но майор, скорый на расправу, быстро убедил их, что сотрудничество позволит экспроприаторам сохранить остатки достоинства и зубов. Потом была переноска уворованного из общежития неподалеку обратно на склад, потом снова пиздюли, затем милиция, показания, нагоняй от командира (пусть и смягченный ввиду отсутствия потерь).

Дыра в заборе была наглухо замурована, часть укатила в поля, а многострадальный майор стал страдать фигней, о чем и мечтал.

P.S. Солдаты стали ходить в самоходы иными путями, но это уже совсем другая история.

123456 дальше →

Партнеры

Реклама