Шутки про рая - Свежие анекдоты |
104
Женщина прибыла к вратам рая, где ее встречает святой Петр. Ожидая своей очереди, она разговорилась с Петром и вдруг слышит душераздирающий крик. Женщина испуганно спрашивает святого Петра: Что случилось? О, не беспокойтесь! Это просто новоприбывшему вырезают отверстие в голове для ореола. Через короткое время опять раздается страшный крик. Еще более испуганно женщина вопрошает: А это что? О, не беспокойтесь! Это просто новоприбывшему вырезают отверстие в спине для крыльев. Женщина начинает медленно пятиться назад. Петр спрашивает: Вы куда? Да я пойду лучше вниз. В ад. Вы что! Вас же там будут насиловать и содомизировать! Ничего, у меня по крайней мере есть уже для этого отверстия.
|
105
Создается такое впечатление, что Адама и Еву изгоняли из рая ранним
утром понедельника... и с тех пор род человеческий обречен испытывать
эту трагедию снова и снова.
|
|
106
Умер новый русский (НР).
Встречает его у ворот Рая Апостол Петр (П).
П: - А! Здравствуйте, Сидор Никанорович (смотрит в блокнот) Да...
Это у вас вилла на Гаваях и вилла на Канарах имеется?
НР: - Да.
П: - Та-ак... Квартиры в Лондоне, Нью-Йорке и Париже?
НР: - Да, есть.
П: - Квартира в Москве и вилла на Рублевке?
НР: - Да, это все у меня было. Я всю жизнь работал, налоги, между
прочим, платил.
П: - Роллс-Ройс, Ламборджини, два Феррари?
НР: - Да, это у меня все было. А какое это все имеет значение?
Я могу войти?
П: - Да заходите. Только ... я боюсь, вам не понравится...
|
|
109
По длинной, дикой, утомительной дороге шел человек с собакой. Шел он себе шел, устал, собака тоже устала. Вдруг перед ним оазис! Прекрасные ворота, за оградой музыка, цветы, журчание ручья, словом, отдых. "Что это такое?" спросил путешественник у привратника. "Это рай, ты уже умер, и теперь можешь войти и отдохнуть по-настоящему". "А есть там вода?" "Сколько угодно: чистые фонтаны, прохладные бассейны..." "А поесть дадут?" "Все, что захочешь". "Но со мной собака". "Сожалею сэр, с собаками нельзя. Ее придется оставить здесь". И путешественник пошел мимо. Через некоторое время дорога привела его на ферму. У ворот тоже сидел привратник. "Я хочу пить" попросил путешественник. "Заходи, во дворе есть колодец" "А моя собака?" "Возле колодца увидишь поилку". "А поесть?" "Могу угостить тебя ужином". "А собаке?" "Найдется косточка". "А что это за место?" "Это рай". "Как так? Привратник у дворца неподалеку сказал мне, что рай там". "Врет он все. Там ад". "Как же вы, в раю, это терпите?" "Это нам очень полезно. До рая доходят только те, кто не бросает своих друзей". anekdotov.net
|
|
112
Умирает Папа Римский.
У ворот Рая встречает его Петр.
Как зовут тебя? спрашивает Петр.
Я Папа Римский!
Папа, папа, шепчет себе под нос Петр, сожалею, но папы римского у меня в списке нет.
Но, но я же был заместителем Бога на земле!
У Бога есть заместитель на земле?! удивленно спрашивает Петр, Странно, я ничего об этом не знаю...
Я глава Католической Церкви!
Католическая Церковь? Никогда не слышал о такой... Подождите, я спрошу у Шефа.
Шеф, спрашивает Петр у Бога, там один чудак утверждает, что он ваш заместитель на земле, его зовут Папа Римский, вам это о чем-то говорит?
Нет, отвечает Бог, но погоди, давай спросим у Иисуса.
Бог и Петр объясняют Иисусу ситуацию.
Подождите, говорит Иисус, я сам с ним поговорю.
Через 10 минут Иисус, смеясь до слез, приходит назад.
Помните рыболовный кружок, который я организовал 2000 лет назад? Он ДО СИХ ПОР СУЩЕСТВУЕТ!!!
|
|
114
Мужик стучится в двери православного рая. Выходит Апостол Пётр: - Чего тебе, мужик? - В рай попасть хочу! - А что ты в жизни сделал хорошего, чтобы в рай проситься? -... Ну, было. Иду как-то раз и вижу: несколько хулиганов у женщины сумочку отбирают. Ну, я подошёл к самому здоровому и дал ему в морду. - Ну ты, молодец! Хвалю! А когда это было-то? Мужик смотрит на часы: - Да, минуты две назад.
|
|
115
НЕТУ ВРЕМЕНИ НА РАСКАЧКУ
Снова за'дал министрам задачку
Наш великий стратег президент:
"Нету времени на раскачку,
Говорю вам уже двадцать лет!"
А они послушно кивают,
Вкруг него всё теснее сплачиваются,
За миллиарды дворцы покупают
И – раскачиваются, раскачиваются...
"Дай нам время ещё на раскачку,
О, мудрейший наш Президент".
Ну, а тот всё жуёт свою жвачку:
"На раскачку времени нет!"
И, завидя его походку,
Оппозиция не порет горячку,
Не раскачивает лодку,
Ведь нету времени на раскачку.
И когда-нибудь он, умирая,
Отправляясь уже на тот свет,
Скажет Богу в воротах Рая:
"На раскачку времени нет!"
|
|
118
Умер как-то водитель автобуса. Подошел к воротам рая, постучал, представился Св. Петру. Тот нашел его имя в своей Книге, что-то там посмотрел и говорит:
Да, тебе доступ в рай разрешается. Вот тебе одежда из шелковой парчи, и золотой посох входи!
Водитель оделся и вошел в рай. Следующим в очереди был священник, который с интересом наблюдал за всеми процедурами. Теперь он сказал
Св. Петру свое имя, тот что-то посмотрел в книге, и сказал:
тебе тоже в рай разрешается. Вот тебе одежда из мешковины и деревеянный посох. Можешь входить.
Священник запротестовал:
Но как же так? Я же священник, всю жизнь богу отдал. Неужели я заслужил меньше чем какой-то там водила?
А Св. Петр отвечает,
Нам в раю главное результат. Ты был плохим священником, и люди на твоих проповедях спали. А он водил автобус так, что за день тысячи людей Богу молились!
|
|
122
Както апостол Петр попросил Иисуса на время подменить его возле врат Рая.
Сидит Иисус и видит, что какойто старик хочет пройти в рай. Он его останавливает и спрашивает:
Отвечай, кто ты такой, старик, чем ты прославился на земле, какие за тобой водятся дела добрые и худые?
Я простой плотник, начал старик, Я в общем ничем не знаменит, но вот сына моего знает весь мир! Он появился необычным способом.
Тут Иисус заинтересовался и привстал. Плотник продолжал:
Он ходил по свету и совершал добрые дела, прошел через великие испытания и за это он стал известен всему миру.
Иисус вглядываясь в старика: Папа?!
Старик с подозрением вглядываясь в лицо Иисуса:
Буратино?!
|
|
124
Догорела свеча...
Догорела свеча,
зашипела под финиш.
Потянуло дымком,
почему-то горчит.
Уезжаю я в дали,
они светло-сини.
Разговор при свече,
мне сказали, закрыт...
Хорошо мы сидели,
обо всём говорили.
И не знали, что будет
в темноте всё не так.
Потеряли друг друга,
что же мы натворили?
Уношу свои ноги,
да с картиной рюкзак.
Пред глазами стоит
та свеча, догорая.
Уж не знаю, сотрётся ль
та картина потом.
А пока что отъехал
я далече от рая.
Хоть не в ад нынче еду,
не запятнан грехом...
Ты приснись на рассвете,
сплю в палатке у речки.
Вместе с солнцем, прошу я,
появись хоть на миг!
И покажется, будто
не сгорела та свечка,
Я сейчас же поставлю
Котелок на двоих.
21-04-2010
|
|
127
Со слов друга.
Когда я был маленьким, я не "выговаиивал" букву Р. Отвели к логопеду. Тот позанимался со мной всего одно занятие (вот ведь талантище!) и научил достаточно уверенно выговаривать букву Р сразу после буквы Д.
Узнав, что мне нравились гоночные мотоциклы, он предложил мне поиграть. Играли так - были сами мотоциклами. Кто громче прорычит, прогревая двигатели перед гонкой:
- Дрррыыы-дррррр-ыыы-дрррр-дррррррыыыыы!
Было весело!
Когда моё Р после Д стало получаться уверенным и звонким, логопед сказал:
- Ну вот видишь. Сам по себе звук Р у тебя уже получается. Ты для уверенности первое время подставляй перед ним букву Д, там, где Р сходу тебе не выговорить. А потом эту Д постепенно убирай.
И напоследок мы потренировались говорить слова "саДрай", "коДрова", "баДран" и так далее.
На следующий день к нам в гости зашла мамина сестра, тётя Рая... Сначала она не поняла, но потом хохотала до слёз.
|
|
128
Умер праведник и попал к воротам Рая. Пётр открывает ворота, и праведник видит за ним огромную стену часов. Пётр посмотрел на неё и говорит праведнику: - Ты можешь зайти. - А что это за часы? не удержался праведник. - Это часы лжи, - ответил Пётр. - Каждый раз когда человек врёт стрелки его часов передвигаются на один час. Вот, например, часы Матери Терезы - они стоят на 12-ти, потому что она никогда не лгала, а это часы Линкольна - они стоят на 2-х часах, поскольку он за свою жизнь соврал всего 2 раза. - А можно посмотреть на часы Трампа? - Нет, они не здесь: их Иисус держит у себя в офисе в качестве вентилятора.
|
|
129
Стучится мужик в двери рая, заспаный Святой Петр открывает дверь и говорит:
Мужик, тебе чего?!
В рай попасть хочу.
А, что ты сделал при жизни доброго?!
Так, было как-то иду я смотрю у девушки три амбала сумочку отбирают.
Ну, я и подошел, как дал первому по роже! . .
Ну, молодец мужик! А когда это было?
Мужик смотрит на часы:
Минут 5 назад...
|
|
131
Ангела Меркель умирает, ее направляют в ад. Стоит она с вещиками-чемоданчиками у ворот ада, плачет. Выходит черт, смотрит удивленно, сверяется со списком и сообщает, что произошла ошибка и ей надо в рай. Меркель радостная, забыв все, убегает. Черт думает, как нехорошо получилось, вещи-то забыла. Подзывает несколько чертенят, велит им отнести вещи в рай и вернуть их Меркель. Чертенята ребята ленивые, пока добредают до ворот рая, там уже закрыто до завтра. Что делать, приходится им со всеми вещами лезть через забор. В это время в раю, с другой стороны забора, один архангел говорит другому:
Смотри, Меркель всего-то меньше часа у нас, а беженцы уже вовсю полезли! !
|
|
133
"А у дяди Коли пися больше, чем у дяди Васи" заявила сидящая на коленях у папы Олечка.
Народ, собравшийся праздновать не важно что, главное повеселиться, выпить, потанцевать и вообще пообщаться, замер. Как это часто бывает, в общем шуме образовалась пауза и в этой паузе звонкий детский голосок прозвучал как иерихонская труба. Все устремили заинтересованные взгляды на маму Олечки, та сидела боясь пошевелиться или даже моргнуть глазом.
Спокойнее всех себя повёл папа Олечки - он хорошо знал дочурку и какие тараканы бродят в её маленькой кудрявой головке. "Доча, а где ты такое слышала?" "Да это ихняя Машка в саду рассказывала". Олечка кивнула на тётю Раю и её мужа Фёдора. У дяди Феди начала наливаться кровью шея, становясь пунцовой, тётя Рая в свою очередь так и замерла с полуулыбкой на губах. Дядя Федя молча налил полный стакан самогона и залпом выпил, шея немного побелела.
"Доча, а ей кто рассказал?" не унимался папа. "А ей рассказал ейный Мишка". На этот раз очередь дошла до тёти Клавы и её мужа Сан Саныча. Сан Саныч, хоть и инженер, но увлекался тяжелой атлетикой, нрав имел суровый и не оригинальный, он повторил жест дяди Феди, махнув стакан самогона без закуски.
"Доча, а ему кто рассказал?" не унимался папа, решивший твердо разложить всё по полочкам."А ему рассказал мальчик из соседней группы стишок, который он сам и сочинил: А у дяди Коли, у дяди Коли пися больше, чем у Васи и похожи на колбаси."
Народ дружно выдохнул, аутодафе закончилось. Мужики дружно бросились наполнять стаканы, хотя обвинения и были сняты, но холодные лягушки подозрений остались под сердцем и их надо было срочно утопить. А по глазам дам, переживших катарсис, было явно видно, что они уже строили планы, во что обойдётся ихнем мужьям реабилитация: шубка, сапожки, колечко, а может действительно плюнуть на всё, один раз живём и умотать с любимым на юга, только с кем из них, да и мужа терять не хотелось?
|
|
134
#2 15/07/2019 - 00:56. Автор: Каrlsоn У врат рая апостол Петр задает вновь прибывшему один и тот же вопрос: "С какой целью умер?". ************************************** ************************************** ************************************** ** Безответно любил девушку, она меня ненавидела. Решил наглотаться таблеток, дабы прекратить страдания. Дозу не рассчитал маленько - и вот я туточки.
|
|
138
Опять - будни советского отраслевого НИИ. На этот раз, надеюсь, нескучно...
В командировки мы обычно летали или ездили в купе, но на сей раз пришлось довольствоваться плацкартом. Вот как это получилось...
На время Международного Семинара в Риге нас, двух неприметных аспирантов из заурядного отраслевого НИИ, непонятно с какого перепугу, поселили в тихом особнячке без вывески. Это была Гостиница ЦК Компартии Латвии. Там мы воочию убедились, что Коммунистический Рай - это не утопия! Он реален! И мы в Раю! На двое суток. Многочисленные подробности опускаю. Вряд ли современный человек их поймет и оценит.
Семинар закончился, но уезжать из Рая очень не хотелось. Мы неуклюже соврали администратору что-то по поводу проблем с билетами и, с великим скрипом, выпросили еще одну ночь - с пятницы на субботу. Администратор не был простофилей, он сразу все понял, но почему-то проявил снисходительность. Пятничные купейные билеты мы в последний момент успели сдать, а вот на субботу удалось взять только плацкарт. Это малость огорчало, но на фоне лишнего дня в Раю и приятных прогулок по Риге казалось сущим пустяком.
* * *
Отсек в плацкартном вагоне постепенно заполнялся. Верхнюю полку занял я, нижнюю подо мной - мой коллега. На нижней полке напротив него устроилась Незнакомка - дама изрядно потрепанного вида и неопределенного возраста. Поезд уже набрал ход, когда в отсеке появился последний, четвертый обитатель. Это был основательно проспиртованный мужчина, но с остатками былого лоска. Он сразу сосредоточил свое внимание на Незнакомке. Недостаток изысканности возмещался избытком настойчивости. Вскоре Незнакомке это надоело. Она довольно резко посоветовала Кавалеру попытать счастья в другом месте, и даже уточнила, в каком именно. Обиженный Кавалер удалился, но отнюдь не в то место: мы случайно наткнулись на него в вагоне-ресторане, где он тушил душевный пожар чем-то крепленым.
Стемнело, мы вернулись на место и разлеглись по своим полкам. Вскоре вернулся Кавалер. С мощным выхлопом изо рта и с окрепшей верой в свою неотразимость он, уже без лишних слов, полез под одеяло к Незнакомке. Дама оказалась до безобразия негостеприимной: она резким движением скинула Кавалера на пол, сопроводив это несколькими обидными фразами.
Окончательно Отвергнутый Кавалер с невнятным бормотанием полез к себе на верхнюю полку. Он уже почти достиг желанной цели: уперся ногами в мою полку и кое-как приладил пятую точку к своему матрасу. От окончательной победы над гравитацией его отделяла всего пара верных движений. Но тут поезд резко качнуло на стрелке. В результате Кавалер вместе с матрасом и всеми постельными принадлежностями обрушился на Незнакомку. Грохот был знатный! Со столика посыпалось все, что на нем стояло. На коллегу вылились остатки остывшего чаю. Какие-то брызги долетели даже до меня. И тут же весь вагон содрогнулся от истошного женского вопля:
- Так ты, сволочь, еще и с матрасом ???!!!
Засыпали мы долго и мучительно. Мешал сдавленный хохот соседей.
* * *
По возвращении обо всех наших приключениях мы сразу же рассказали коллегам. Сплетни быстро дошли до ближайшего руководства и далее по цепочке. Спустя пару дней мы подготовили подробный отчет об участии в семинаре, отпарили шнурки и пошли торжественно вручать отчет начальству. Отчет у нас не приняли:
-- Парни, вы уже обо всем отчитались. Мы ваши похождения даже на Ученом Совете обсуждали. А бумаги оставьте себе, на память.
Эх, не догадались мы тогда спросить: какое же решение принял по этому поводу Ученый Совет?
|
|
140
Умер человек. Его пес рядом лег и тоже умер. И вот душа человека стоит перед вратами с надписью "Рай" и рядом душа собаки. На вратах надпись: "с собаками вход воспрещен! ". Не вошел человек в эти врата, прошел мимо. Идут они по дороге, вторые врата, на которых ничего не написано, только рядом старец сидит. Простите, уважаемый... Петр я. А что за этими воротами? Рай. А с собакой можно? Конечно! А там, раньше, что за врата? В Ад. До Рая доходят только те, кто не бросают друзей.
|
|
141
Мужик оказывается перед вратами рая. Там апостол Петр его спрашивает:
— Имя, фамилия?
— Иван Сидоров.
Бог смотрит в компьютер и говорит:
— Тебя нет в списке, так что место тебе в аду.
Отправляется мужик в ад. Там черт, проверив его по компьютеру, тоже объявляет, что его нет в списке и отправляет его в чистилище. Но и там его фамилии в списке не оказывается, и ему объясняют, что выход у него только один — перевоплотиться. И что перевоплотиться в данный момент можно только в таракана или в курицу, других «вакансий» нет. Мужик выбирает второй вариант и тут же оказывается в курятнике. Там он спрашивает у кур:
— Я вот недавно перевоплотился и к вам попал. Что здесь нужно делать?
— Нести яйца.
— А как? Я раньше никогда этим не занимался.
— Для этого надо тужиться как можно сильнее. Ну, давай!
Мужик:
— ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!!!
Тут раздается голос:
— Вань, просыпайся, ты всю постель обкакал!
|
|
142
Умер Фидель Кастро. Входит он с чемоданчиком в райские врата, а святой Петр ему и говорит:
Присаживайтесь, сейчас посмотрим, где для вас зарезервировано место. Так... в основном списке нет... в дополнительном тоже нет... ничего не могу поделать, сейчас сезон, люди пачками помирают, в раю не протолкнуться, отправляйтесь-ка вы, любезнейший, в ад.
Делать нечего, спускается Фидель в ад. Там его встречает сам Люцифер с распростертыми объятиями:
Здравствуйте-здравствуйте, давно вас ждем! У нас тут для вас отдельный номер приготовлен со всеми удобствами. Сигары, девочки... а не желаете ли по стаканчику граппы с дороги?
Сидят они, выпивают, беседуют за жизнь, делятся опытом. Тут Фидель вдруг вспоминает, что забыл в раю свой чемодан. Люцифер вызывает двух бесенят:
Слышали? Дуйте мигом в рай и принесите чемодан уважаемого команданте! Ну-ка живо, одна нога здесь, другая там!
Бесенята пустились бегом в рай. А там у святого Петра смена закончилась, он райские врата запер и пошел отдыхать. Бесенята туда-сюда, что делать? Без чемодана возвращаться не велено. Полезли они в рай через забор...
А на охране рая стоят два архангела и наблюдают эту картину. И один другому говорит:
Ты только посмотри что делается! Всего 20 минут как Фидель в аду, а у нас уже беженцы!
|
|
144
Стоит Святой Пётр у ворот рая и спрашивает каждого вновь прибывшего, кем был на белом свете. Подходит группа женщин: - Кем была? - Инженером. - Проходи... Кем была? - Бухгалтером. - Проходи в рай. Кем была? - Проституткой. - Погоди, не заходи. - Так что ж мне, в ад?! - Ты это, не торопись. Постой пока у райских ворот. Только далеко не уходи...
|
|
148
Как мы отдыхали у Жеки на даче или я знаю, дача будет, я знаю саду цвесть..
Посвящается всем советским дачестроителям, их многострадальным детям и друзьям, по наивности заехавшим отдохнуть в гости на дачу.
Дело было летом, делать было нефиг (не совсем в рифму, но по смыслу). Пытаясь скрасить однообразные летние новокузнецкие будни, я позвонил Юрику. От него узнал, что наши друзья –товарищи Жека с Серегой, бросив нас изнывать от жары и безделья в городе, укатили к Жеке на дачу в Карлык (в наше время это было равносильно сегодняшней поездке на зарубежные моря), где, конечно же, предаются неге и наслаждаются всеми прелестями отдыха на природе – рыбачат, купаются, тусят с дачниками- дачницами, лежат под кустами-деревьями, откуда в рот –на голову падают всякие ягодно-яблочные дары природы - в общем кайфуют по полной.
Решив, что им тяжело одним справляться с наплывом такого количества отдыхательных прелестей, мы решили помочь друзьям и на ближайшей электричке рванули в край неги и безмятежности (так мы, не имеющие собственных дач, наивно думали).
Приехав часов в 11-12 дня на дачу мы, заблаговременно врубив кассетный магнитофон (была тогда какая несколько более громоздкая замена айтьюнсам и разным плейерам, носилась на плече, чтобы послушать вне дома требовала фиговой тучи здоровенных батареек, которые не заряжались и которых хватало всего на несколько часов счастья), чтобы подчеркнуть всю торжественность и радостность нашего прибытия, ввалились в дом и нашли там наших отпускников дрыхнувшими без задних (да и скорее всего и без передних) конечностей. Сильно удивившись такому вопиющему факту, мы, добавив до полной громкость, несколько пробудили из небытия Жеку (Серега, не просыпаясь, посылал нас вместе с музыкой непечатными выражениями в темные и малоприятные места). Жека более мягкими выражениями выразил свое недовольство нашим приездом в такую рань, мотивировав его тем что они до ЧАСУ НОЧИ!!! БЕТОНИРОВАЛИ!!! ГРЯДКИ !!!
- Хватит врать, в 9 вечера темнеет!
- А батя нам переноску (лампочку на проводе) из дома спустил…
- А нахрена их вообще бетонировать?
- Не знаю, батя сказал чтобы не осыпались…
Это был шок, как если бы мы, приехав в долгожданный отпуск в Турцию, узнали, что друзья отдыхающие целыми днями окучивают-полют-поливают всякие картошки-огурцы- помидоры. В это было невозможно поверить, ведь дача, как мы, не имеющие дач думали, создана для отдыха и наслаждения.
Вот мы на свою не-голову и не поверили, тем более что главный вдохновитель и организатор трудовых подвигов Жекин батя – Владимир батькович-куда то на несколько дней отъехал.
Здраво рассудив, что наши товарищи скорее всего сильно преувеличили свои трудовые подвиги и нам, как друзьям-приезжим они точно не грозят, мы решили остаться в краю отдыха и развлечений.
Мы тогда были наивны и еще не знали (и сами пока им не стали) этот класс фанатичных строителей дач-домов-бань и прочих построек, не слышали предостерегающе-правдивую песню Ивасей «Как мы строили навес у Евгения Ивановича».
Но в целом этот день и прошел как мы и мечтали – плавали, загорали, играли в карты, в общем отдыхали по полной.
Но на следующий день Жекин батя все-таки приехал, и с утра послеследующего дня карма настигла нас.
Реальность собственника-вечнодостраивающего-подделывающего и переделывающего, открывшаяся нам после его приезда оказалась суровее труда шахтеров и крепостного права.
Дача стояла на крутом косогоре (наша на тот момент уже люто любимая партия и правительство выделяла для дач обычных людей все самое лучшее – участки в оврагах, вдоль железных дорог и под ЛЭП (при этом достигалось сразу несколько целей – и люди заняты-при деле, плюс бралась расписка что на участке над которым проходит ЛЭП, нельзя выращивать деревья выше 3 метров – т.е. по сути нахаляву люди следят за тем, чтобы место под ЛЭП не зарастало и его регулярно расчищать-вырубать не надо. Правда, вроде как вредно и нельзя проживать людям в пределах 50 - 100 метров от железнодорожных путей и ЛЭП, но для советского крепкого народа милостиво делалось исключение).
Уклон градусов в 45 очень способствовал здоровью ног и сердечно сосудистой системы при передвижению на узком, убегающем в туманную даль оврага участке, настоящий рай для скалолазов и альпинистов.
Жекин батя не был покорителем вершин разной сложности, он был дачным энтузиастом-огородником, у которого было много энергии, здоровья и бетона. Поэтому огород к нашему приезду выглядел как набор фортификационных сооружений, где всякая малина-клубника была надежно посажена в бетонные камеры-грядки во избежание побега на волю (последние из них – под малину, Жека с Серегой до часу ночи и делали).
Нам показалось, что больше уже бетонировать нечего, но Жекин отец, видимо рассудив, что нечего четырем здоровым лбам без дела прохлаждаться, когда до победы коммунизма еще далеко, нашел применение нашим зря растрачиваемым при бесполезном отдыхе силам.
Нам было сказано, что Родина-дача в опасности, один из склонов осыпается, а над ним проходит дорога, а если завтра война, если завтра в поход – как танки и прочая большегрузно-самосвальная техника пройдет?
Поэтому нужно этот обвал расчистить, склон выровнять для последующего развлечения-бетонирования, землю-глину куда-то там утащить.
Нам конечно показалось немного странным, что склон перед выравниванием-расчисткой никак и ничем не предполагалось укреплять, да и землю в целом наверное можно было никуда не таскать, а тут же разровнять, но кто мы такие чтобы указывать опытному строителю-дачнику?
Воспитанные на книгах про тимуровцев и прочих пионерах-героях, мы с утра спустились в яму-забой для свершения трудового подвига, спасения Родины-дачи и посрамления стахановцев.
Выползающее из-за деревьев ленивое утреннее солнце застало нас копающими отсюда-и-до-ночи. Диспозиция поначалу была следующая: трое копают-загружают тачку-тележку (ну как тележку - телегу или даже тележищу), пока четвертый ее отвозит.
Ну как отвозит – сначала кряхтя и взывая к всем известной богине-покровительнице всех таскающих-катающих тяжелые вещи – ТАКОЙТОМАТЕРИ, выталкивал по мосткам из ямы груженую с горкой тачку (а с горкой – потому что пока тачку везут, трое отдыхают, и чем дольше друг-сизиф мумукается с ней, тем дольше отдыхают плюс еще десяток другой лопат сверху просто по-приколу), потом несется под горку как Пятачек за Винни-пухом за этой телегой, пытаясь ее удержать-не опрокинуть, потом возвращается после этого квеста к радостно гогочущим –подбадривающим друзьям, мысленно и вслух обещая отомстить им, когда придет его черед загружать тачку.
И когда это случается – накладывает сверху еще пяток лопат на все увеличивающуюся горку, а чтобы вошло- немного притрамбовывает. Так как каждый по очереди побывал тачководителем, то спираль мести не останавливалась до тех пор, пока на одном из рейдов груженая по самое «нихрена себе как это тащить, вы чё обалдели?», т.е. на полметра выше и без того не малых бортов, тачка не решает, что с нее достаточно и «откидывает» колесо.
Сначала мы этому обрадовались – по принципу «нет тачки-нет проблем» (некуда грузить – ура свободе!). Но мы недооценили нашего героя-дачестроителя, он доступно объяснил, что подвиг наш бессмертен, наш пот и кровь не пропадут даром,не время оплакивать павшую тачку, мы за нее еще отомстим. После пламенной речи он на личном примере показал нам, слабакам, что русские неистовые дачники не сдаются и впрягся в то что осталось от тачки – это по результату больше всего напоминало плуг. Оставляя две борозды сантиметров по 10 глубиной, треща (тачкой) и кряхтя (собой) он (вместе с тачкой) медленно удалялся в наше «светлое» будущее…
Чтобы окончательно вселить в нас веру в победу коммунизма на отдельной дачи ну и для повышения производительности ( т.к. в тачке без колес много-быстро мы –слабаки –недачники не в состоянии были волочь) он в дополнение к ней выдал нам видавшие виды носилки, в качестве бонуса к которым прилагались намертво присохшие к ним пару ведер бетона.
Нифига уже не ласковое солнце подползало к зениту, обжигая дочерна наши изможденные спины и превращая нас из изнеженных городских отдыхающих в героев книги «Хижина дяди Тома». Серега, самый смуглый и худой, в красных семейных трусах, порванных ручкой от носилок до состояния набедренной повязки, был ходячей иллюстрацией из вышеупомянутой книги. Взглянув на нас, мало какой белый не захотел бы пойти воевать с Южанами, чтобы отменить рабство.
Мимо шли к озеру другие дачники, зовущие –«Володь, пойдем купаться!»
Иш, чего удумали, не дождетесь – «Мы еще мало поработали!» кричал им в ответ местный Себастьян Перейро.*
Наконец, видимо почуяв угрозу восстания, нас отпустили «минут на 20 искупаться». Мы, конечно не планировали быть очень пунктуальными, справедливо рассудив, что так как часов у нас нет, то 20 минут – понятие на час-другой растяжимое. Но опытного «торговца черным золотом»** так просто не проведешь, и ровно через двадцать минут наш друг-дачник Жека, по совместительству сын и будущий наследник бетонно-огородной империи, был под разными предлогами-уговорами-убеждениями «выловлен» из озера и вернут на трудовой фронт, за ним, печально напевая «друг в беде не бросит, лишнего не спросит….» уныло поплелись и мы.
Когда пришло время готовить обед, то в этот раз, в отличие от обычного расклада, когда готовка приравнивалась к казни четвертованием, желающих было хоть отбавляй, пришлось даже кинуть жребий, кто будет поваром-кашеваром. Фортуна в этот раз была благосклонна к Юрику – никогда, ни до, ни после я не видел такого счастья в глазах пацана, которому досталось чистить ведро картошки. Он весело смеялся и радовался, как будто выиграл в лотерею «Волгу», из форточки обзывал нас неграми и требовал глубже копать, дальше таскать и ровнее бороздить.
Что мы и продолжали делать, негромко ругаясь (ибо неприлично было в нашей стране победившего социализма роптать на созидательное счастье трудовых подвигов) сложносочиненными предложениями, которые с ростом числа выкопанных-перетащенных тачек-носилок приобретали все большую глубину и этажность, злорадно дожидаясь, когда наш шеф-повар, этот «халиф на час», закончит свою «белую» работу и опять будет низвергнут из своего кухонного рая на нашу потом, слюной и матами политую глиноземлю, которая широка, глубока и где так вольно какой-то человек дышит.
Часы и минуты ползли, как парализованные обкуренные черепахи под палящим солнцем, носилки сменялись лопатами, лопаты тачкой, мы уверенным речитативом подбадривали себя советским рэпом:
«Нам солнца не надо-нам партия светит,
Нам хлеба не нужно-работу давай!»
В общем Маяковский рулил– дети и внуки кузбасстроевцев продолжали реализовывать его программу-стихотворение «Хреновый рассказ о Кузнецкстрое» (в оригинале- «Рассказ Хренова о Кузнецкстрое», но мой вариант названия, как мне кажется, точнее передает суть стиха) – ну там, где рабочие то под телегою, то в грязи, то впотьмах лежат, сидят, сливовыми губами подмокший хлеб едят и регулярно медитируют на «через четыре года здесь будет город-сад» (т.к. про то как они работают в этом стихотворении нет ни строчки, то напрашивался вывод - получить город и/или сад в нужные сроки планировалось суровой аскезой и непоколебимой верой – ну он же не прораб, он поэт- он так видел процесс строительства).
Опять же непонятно как у него в голове совместились закудахтавшие взрывы, взроевший недра шахтами стоугольный гигант с мартенами в сотню солнц, воспламеняющие Сибирь, с основной целью-мечтой, которая будет достигнута в результате этой экологической катастрофы -городом садом, притом что завод строился в центре города ? Где логика, где причинно- следственная связь?
Ну да зубоскальте-глумитесь неблагодарные потомки – художника обидеть всякий может)).
Но в общем наш настрой-состояние стихотворение передавало достаточно точно (день простоять да ночь продержаться), только в нашем варианте стиха свинцовоночие и промоглость корчею были поменяны на палящесолнцечье и оводокусачею, а мечты о городе-саде – на грёзы о дачном отдыхе.
Но все рано или поздно заканчивается и неожиданно мы поняли, что разглядеть наше светлое будущее и дорогу к нему с носилками-тачкой в сгустившихся сумерках не представляется возможным. На Карлык умиротворяющей нирваной опустилась тихая летняя ночь – избавительница и заступница от трудоголиков-экстремалов.
В сердце осторожной литаврой запела радость – Ура! Свобода-Равенство-Братство!
Эль пебло унидо хамас сэра венсидо!
Но вдруг кромешная темнота, а вместе с ней и радость были беспощадно разорваны неугасимым светом энтузиазма и лампой на переноске, которую неуемный Жекин батя спускал нам из окна.
«Работайте негры, солнце еще высоко!
А это не солнце а луна? Все равно работайте!» - раздался язвительный Юркин голос, но мы почему-то не засмеялись, видать чувство юмора стало сдавать на нервной почве.
Это был апофеоз, который поэтичные Иваси облекли в иронично-романтические слова:
«Я знаю - дача будет, я знаю – саду цвесть,
Готовы наши люди не спать, ни пить ни есть.
Таскать кирпич под мышкой, век мучаться в долгах,
Чтоб свить гнездо детишкам у черта на рогах.»
Детишка –Жека, для кого это все в теории вилось, почему то не понимал своего счастья или не видел так далеко своего светлого будущего, поэтому вместе с нами был несколько расстроен бесплатным-безлимитным продлением коммунистического субботника (а может и чуял какой нибудь интупопией, что фиг он насладиться гнездом, т.к. дача после окончательной достройки-перестройки умудриться сгореть, видимо чтобы было чем и ему заниматься с его сыном – продолжать гнездоваться- строиться, ибо ничто в этом мире не вечно, кроме процесса строительства дачи).
Во сколько мы в итоге закончили радоваться труду – скрыла милосердная завеса времени, дальше помню себя уже поздней ночью, бегущим с горы в траве-по-пояс, счастливый и опьяненный свободой.
Следующий день прошел как под копирку – «и вновь продолжается бой, и сердцу тревожно в груди», копать-таскать-пахать, мы не сдавалась, за нами в каких то 3-4 тысячах километрах была Москва, и к обеду послеследующего дня осыпающийся ранее склон радовал глаз перпендикулярной красотой и казалось, что свобода, а с ним и долгожданный дачный отдых уже где-то рядом, за семью тачками и десятью носилками.
Но толи карма потомков кузнецкстоевцев не подразумевала отдыха в этой жизни, толи мы плохо медитировали на цветущий через четыреста сорок четыре года сад-огород, в общем к нам опять прилетела птица «обломинго».
Находясь на заслуженном послеобеденном отдыхе, мы уже основательно строили планы на то, как мы сегодня и завтра зажжем, ведь осталось то дел всего на час-полтара.
Наша неспешная беседа была прервана диким смехом за окном. Через несколько секунд его источник – Серега ввалился к нам. Сквозь приступы истеричного смеха-сквозь-слезы мы кое-как разобрали, что наш не подпёртый склон (который мы третий день ровняли для последующего бетонирования) – обвалился «сначала немного, тачек на 5-10, а потом тачек на 50».
Это означало, что все надо начинать сначала – работы добавилось на пару дней стахановского труда, а при такой организации – «что думать, прыгать надо» (зачем подпирать-укреплять, копать надо) – до конца лета.
С таким же успехом можно носить воду в решете, красить траву, круглое носить, квадратное катать и заниматься много какой полезно-армейско деятельностью для повышения нашей приобщённости к физическому труду и поддержания ИБД (имитации бурной деятельности).
К тому времени наша маленькая спаянная бригада уже думала и действовала как единый организм – без слов, на одной телепатии. Жека мгновенно куда-то испарился, мы достали карты и сели играть в дурака.
Через несколько минут ворвался наш вдохновитель на подвиги – Владимир Перейрович с новыми зовущими на подвиг лозунгами, но Жеку не застал. Лишившись вместе с Жекой основного своего рычага воздействия на нас – дружеской солидарности, он загрустил и отправился на его поиски, иногда забегая к нам проверить – а вдруг он где то в доме (под табуреткой-диваном-столом) прячется? Но Жека в этот день проявил чудеса конспирации и до ночи так и не попался в принудительно-добровольные трудовые сети.
Мы же чувствовали себя настоящими забастовщиками, вместо стучания касками делая вид, что совсем не понимаем, чего от нас хотят и какой-такой копать-таскать на даче, мы же в гости отдыхать приехали.
Так в праздности и неге прошел остаток этого дня и у нас забрезжила надежда на то что жизнь начинает налаживаться и мы наконец достигнем отдыхательной нирваны.
Но тогда на просторах нашей необъятной социалистической Родины свято соблюдался лозунг «Кто не работает-тот не ест!». Поэтому планово-беззаботное утро встретило нас первыми лучами солнца и вкрадчиво-заботливым голосом Владимира батьковича «Ребята, вставайте, через 40 минут электричка отходит, следующая только в обед, а то у нас хлеб заканчивается» (тогда магазинов рядом с дачами не строили, за продуктами, в т.ч. за хлебом надо было идти черти знает куда). Предлагать сходить за хлебом мы не стали, прочитав в его глазах неумолимый приговор- лозунг энтузиастов-дачестроителей- «кто не пашет на даче до зари, тому не дадим праздно жить на ней и есть сухари!».
Так произошло наше изгнание из рая, хотя никаких запретных плодов мы попробовать так и не успели – некогда было, а так хотелось.
С тех пор наши редкие поездки к Жеке на дачу заранее предварялись строгой проверкой на время нашего приезда планов передвижения – местонахождения на это же время Жекиного бати, ибо наши пути не в коем случае не должны были пересечься как минимум в радиусе нескольких километров от дачи, т.к. он продолжал с неиссякаемой энергией-энтузиазмом-фанатизмом строить-бетонировать-переделывать, пугая нас до холодного пота и ночных кошмаров перспективой вновь оказаться в рядах добровольно-принудительных помощников реализации этого бесконечного процесса.
И вот, собравшись как-то в один из летних погожих дней, мы услышали от Юрика рассказ о том, как он на днях заходил к Жеке домой, минут двадцать стучал, ждал когда наконец откроют, а не уходил потому, что в комнате раздавались какие то непонятные звуки- явно кто-то был дома. Наконец ему открыл стоящий на четвереньках Жекин батя и сказал что Жеки дома нет.
Жека внес ясность в эту футуристическую картину, объяснив, что его батя сорвал-надорвал спину на даче, когда очередные тачки-бетоны-глины таскал-копал, поэтому так долго и не открывал – мог передвигаться только на четвереньках и очень медленно.
Нехорошо, конечно, радоваться чужому горю, но мы увидели в этом прекрасную возможность беззаботно-безбетонного отдыха, пока Владимир батькович будет отлеживаться дома и стали активно спрашивать у Жеки, чего мы тут сидим и время теряем, когда в Карлыке райские кущи облетают-опадают.
На что он философски-спокойно пояснил, что медицинскую справку по временной нетрудоспособности на пару недель его бате для работы конечно выдали, но как только он смог вставать, то на первой же электричке ломанулся на дачу – раз есть такая клевая возможность столько всего на ней успеть сделать, пока можно на работу не ходить; и мы конечно можем поехать на дачу, но он пожалуй пас, ибо жизнь она одна и желательно ее прожить, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прокопанные-пробетонированные в юности годы.
Ну а морали сей истории -
1)«гвозди бы делать из этих людей, крепче бы не было в мире гвоздей!» (это про Жекиного батю)
и
2)«труд сделал из обезьяны усталую обезьяну» (ну а это про нас).
|
|
150
Два хирурга.
Первый:
Представляешь, мне вчера сон приснился, я профессор, делаю операцию на сердце, кругом ассистенты, все сплошь доктора наук, а ты мне пот со лба вытираешь!!
Второй:
А мне сон приснился, будто я умер, и вот стою перед воротами Рая, а святой Петр меня не впускает, понимаешь говорит, ты хирург, ты людей резал, ты им боль причинял, не могу я тебя впустить! А я вдруг увидел тебя, ты в Раю, весь в белом, рядом красивые женщины. Говорю, "А почему Иванова впустили, он ведь тоже хирург!?" А Петр "Кто хирург? Иванов-ХИРУРГ? Г%ВНО он а не хирург!!"
|
|