Шутки про спиртовые - Свежие анекдоты |
7
Жил был мужик Петрович. Мужик был слесарем и жил сему полагающе – от аванса до зарплаты и впритык. От зарплаты до аванса тоже получалось, хотя и было труднее психологически, а вот от зарплаты до зарплаты было бы совсем скучно.
К профессиональному росту мужик Петрович не стремился, может по причине крайней близорукости, хотя благодаря ей и спрос с него был мизерный. Он и с учителем-то, будучи еще школьником, здоровался только после того как его обнюхает, а испортить себе зрение еще сильнее путем самообразования и внеклассных чтений, не мог потому что не видел букв.
Зато и зримые преимущества были. Незримое им советское телевидение он только слушал, и потому гипертрофированные яйца балетных танцоров с голубого экрана Петровичу не маячили, и как его зрячих коллег по горячему цеху не раздражали.
Две толстенные, словно от разбитого бинокля линзы, примотанные к башке, совместно с сердобольными товарищами помогали ему кое-как справляться с нехитрыми обязанностями на работе и время от времени расписываться в платежной ведомости.
После окончания очередного ссудного дня и получения аванса, трудовая ячейка вкупе с Петровичем, традиционно накатила три корпоратива на пятерых, и разбрелась по домам.
Путь к родовому гнезду Петровича лежал через разгороженный школьный стадион. Обычный стадион - футбольные ворота, трава по колено, не большой но очень уютный.
Как и положено, смеркалось.
Сумерки Петровича сгустились пуще остальных, но дойдя до футбольной штрафной он различил в створе ворот несколько сидячих фигур. Футболом как и балетом Петрович не увлекался и хотел было пройти мимо, но его окликнули:
- Эй, мужик!
- Чего, - на всякий случай прибавил ходу Петрович.
Одна из фигур встала и двинулась наперерез. Здоровый футболист, отметил Петрович, если он еще и нападающий, продолжал отмечать Петрович, то - хуй убегу.
- Купи штакетину, мужик! – Перегородил ему дорогу здоровый.
Сбоку, с товаром наперевес, приближался второй.
Нихуя себе ночной базар, снова подумал Петрович, но от навязчивого предложения отказаться не успел.
Штакетина прилетела со стороны правого углового, щелкнув по выключателю на затылке Петровича.
По причине двойной анестезии, окончание текущих суток Петрович вспоминал вяло, а в последующие выходные в ясное сознание приходить не хотелось. На пару с соседом, они не спеша врачевали напрочь заплывшую синевой физиономию пострадавшего, дегустировали спиртовые компрессы и поминали аванс.
И все бы так буднично и закончилось, если бы не чудо. В понедельник рано утром, продрав похмельные глаза, он им не поверил. Петрович испуганно поозирался, медленно осмотрел свои ладони, покрутил перед глазами пальцами – так и есть. Он видел все, даже остатки мазута под ногтями.
На звуки матерных междометий из кухни примчалась его испуганная жена, и увидев сияющую радостной синевой физиономию Петровича, испугалась еще сильнее.
- Я вижу! – заорал ей Петрович.
Ну пиздец, подумала жена, не иначе белку. С чего бы еще мужику так радоваться понедельнику?
А Петрович прозрел.
История о его чудесном исцелении быстро стала заводской сенсацией, и вызвала массу негодований других слабовидящих граждан. И какого, извините, еще раз простите ради всего святого, хуя, строят из себя все эти окулисты с офтальмологами, резонно рассуждали они. Приладить к голове две лупы и дурак-то сможет, а ты попробуй-ка штакетиной от недуга избавить да еще в сумерках. Это ж какое дьявольское мастерство надобно иметь, чтобы так филигранно диопртию навинтить? Хуяк - и с минус восемнадцати аккурат в единичку, даже в дальнозоркость не перевалило и опять же, глаза не разъехались. А учитывая размер слесарного аванса так и даром почитай получилось. Свезло - одним словом, Петровичу.
Что уж там приключилось в прежде недальнозоркой башке, доподлинно неизвестно. Мужики накидывали конечно варианты про то, что глаза от удара просто встали на место и даже предполагали где глаза были до этого. А Петрович только улыбался, да поглядывал по сторонам зорко.
Эффект оказался стойким. Через пару лет Петрович правда пожаловался мужикам на то, что зрительная острота притупляется, так они ему рецепт быстро предложили напомнить. Отказался Петрович, да и на пенсию уж пора было.
|
8
Из бурной геолого-геофизической юности: изгнание диссидента.
Во времена былинные, где-то в начале последней четверти прошлого столетия, аванс в сейсмопартию привозил начальник партии – по 50 рублей на рыло, не более, поскольку судьба этих денег была предрешена изначально. Они пропивались бурилами и работягами решительно и беспощадно; вакханалия длилась, как правило, дня три. ИТРовцы беспомощно наблюдали за этим процессом, дожидаясь его естественного завершения.
В процессе употребления огненной воды существовала жёсткая стадийность:
1) Пропитие собственно аванса осуществлялось в режиме свободного полёта, по велению души, в рамках локальных объединений единомышленников. Освободившаяся посуда («пушнина» на профессиональном жаргоне употребляющих) складировалась в строго определенном месте - под ступеньками одного из вагончиков - и считалась общественным достоянием.
2) По мере истощения наличных денежных ресурсов неизбежно наступал момент завершения первого, наиболее яркого этапа, сопровождавшегося, как правило, неординарными событиями и удивительными приключениями. Накопившаяся «пушнина» реализовывалась в пункте приёма стеклотары в ближайшем селе; на вырученные средства в аптеках закупались спиртовые настойки (заманиха, левзея, элеутерококк и т.д.). Этот стратегический резерв распределялся между страждущими строго по-братски.
Система дала сбой, когда нашёлся низкой души человек, в одиночку умыкнувший общественный источник живительной силы – «пушнину» - и безжалостно его пропивший.
Вызывающее попрание этических норм социума потрясло ранимые души местных пролетариев. Ренегат не стал дожидаться неизбежной короткой расправы, и вовремя сбежал.
Изгой до поздней ночи бродил за забором по периметру базы сейсмопартии, голодный и замёрзший, сверкая глазами из кустов и жалобно подвывая во мраке. На базу заходить не решался, обоснованно опасаясь линчевания. Отщепенца отгоняли злобными матюгами. Ситуацию разрядил начальник партии, уволив его как сезонного рабочего.
Сейчас в сейсмопартиях сухой закон, и это правильно. Но вспомнить былое занятно.
|
|
9
Траволечение
Пришла на консультацию бабуля, на лице - явные признаки злоупотребления алкоголем. Спрашиваю: сильно пьете? - Что ты, сынок, совсем не пью, даже по праздникам! Вижу: вроде не врет, говорит искренне. Ну ладно, думаю. Спрашиваю: какие жалобы? как обычно проходит у вас день? - Да по утрам плохо мне, ой плохо! Ноги не ходють, давление скачет, сердце колотится, в голове вата. Но ничего, я себя целебными травками лечу. Сначала приму зверобойчик, затем пустырник или боярышник, тысячелистник... Полечу себя травками и к вечеру полегче. Но на следующее утро - снова плохо, ой как плохо...
Выяснилось: все её травяные настойки - спиртовые. Лечила-лечила бабуля себя травками и долечила.
До второй стадии алкоголизма.
|
|
10
Пацан у меня не то, чтобы особо заболел, но подприпростыл маленько. Жена по проверенному дедовскому методу ему банки решила поставить. Банки на антресолях нашла, а вот чем вату намочить, чтобы поджечь для разогрева — не обнаружила. Сходи, говорит, в аптеку, спирта прикупи. Ну, я шлепанцы напялил и вниз, благо аптека у нас на первом этаже. Зашёл, народу толкается немного. Когда моя очередь подошла, спрашиваю:
- Спирт есть?
Аптекарша на меня с пониманием посмотрела:
- Нет, — говорит, — запретили продавать.
- Из-за этого что ли? — я щёлкнул себя пальцем по горлу, получилось, кстати, почти профессионально, звонко так. Небольшая очередь обратила на меня внимание.
Я смутился и потише добавил:
- Мне — для банок.
- А, поняла... — улыбнулась продавщица, — так возьмите салфетки спиртовые.
И подала мне пакетик.
- А там точно спирт? — на всякий случай поинтересовался я.
- Чистейший! Фирма гарантирует, можете проверить.
- Нет-нет, я верю. Сколько с меня?
Салфетки стоили сущие копейки. Я сунул пакетик в карман и направился к дверям. Уже на выходе меня догнал какой-то смурной мужичок помятого вида.
- Слышь, братан, — деликатно дёрнув меня за рукав, поинтересовался мужик, — ты это... Ты их отжимаешь что ли? Поначалу я даже не понял о чём разговор, а он добавил — Ну, салфетки эти?
- Зачем отжимаю? — врубился я. — С утра их вместо жевательной резинки жую, самый цимес!
- А-а-а... — мужик задумчиво почесал репу, — скоко-скоко, говоришь, они стоят? ...
Зря, наверно, я это сказал, скоро видимо и салфетки запретят...
|
|
11
Спиртовые войны на Балтике.
Всему миру благодаря Голливуду известны времена сухого закона в США,
действовавшего с 1920 по 1933 гг. Однако мало кто знает, что американцы
взяли пример с финнов. В Суоми сухой закон ввели в 1919-м, а отменили в
1932 году. Закон первым родился и первым умер в Финляндии. Этот способ
укрывания спиртного на дне с помощью соляных грузил, изобретенный якобы
в США - все видели фильм "Однажды в Америке".
А еще на островах вешали канистры на деревья. Емкости окрашивали для
маскировки в черный цвет - их называли "негритятами" - таможенники
никогда не догадывались задрать голову.
Самым известным среди эстонских бутлегеров был Эдуард Крейстрен -
бедняк, не умевший ни читать, ни писать, но обладавший феноменальной
памятью.
Из-за неграмотности он не вел никаких записей, поэтому его ни разу не
удалось посадить. Все цифры держал в уме!
Начал он свой бизнес с того, что назанимал денег и поехал с чемоданом
финских марок в Данциг.
По-немецки он знал лишь одну фразу "драй марк" - столько стоила канистра
спирта.
Но этого оказалось достаточно.
Через десять лет Крейстрен стал одним из самых богатых людей в Эстонии!
Водка и рюмка всегда были окружены нимбом и юмором. И если кучка далеких
от жизни людей, высохших индивидов обоего пола, политических ловкачей и
фанатиков навязала народу ущербный и глупый закон, стоит ли удивляться,
что протест принимает самые разнообразные формы? В верности наблюдений
контрабандисту отказать трудно. Ведь даже президент Финляндии Свинхувуд
игнорировал сухой закон. Известен случай, когда гостивший у президента
немецкий епископ, угощаясь в его резиденции водочкой, спросил: "Как
такое возможно в стране с сухим законом?"
- Есть явления, святой отец, которые трудно объяснить рационально. Вы,
как представитель религии, должны это хорошо знать, - отвечал президент,
наливая себе очередную рюмку.
|
|