На это место Вы можете поставить ссылку на Ваш сайт - узнайте условия

Результатов: 962

1

Вспомнилась маленькая забавная история. Ездили когда-то с женой в заграничный автобусный тур из тех, которые, благодаря меткому выражению Ильфа и Петрова, назывались «галопом по европам» — на каждую страну день, на каждый город два часа, ночёвки в отелях только из-за водителей: их дорожная полиция проверяет, сколько спали, а до туристов никому дела нет. В группе у нас были две милые девчушки, сёстры Маша и Ксюша. Мне нравилось с ними общаться, не флиртовать, упаси Бог, просто поговорить: нам старичкам, приятно, когда молодые девушки на нас как-то реагируют, при этом они не медсёстры в больнице и не распространительницы рекламных буклетиков.
И вот, как-то я им рассказываю, что в деревне, где мы с женой тогда жили, есть храм Блаженной Ксении Петербургской. Нечастая, между прочим, вещь, — я таких всего два посещал, второй в Орехово-Зуеве.
И Ксения на это реагирует: «Здорово! Хоть где-то Ксюша, а то везде Маша, и Маша…»
Я даже не сразу понял, о чём речь. И правда, в каждом городе, куда мы заезжали, был собор, посвящённый Деве Марии….

35 +

2

Повеселился ответу Управляющей компании подмосковного посёлка Горки, что снег выпал с небес, ответственности за его изобильное количество она не несет. Платить за нечищеные территории надо как за чищеные, а недовольные жильцы могут адресовать свои претензии Господу Богу, который этот снег послал.

Представим себе, что в следующий раз Господь пошлет на Подмосковье большой метеорит типа челябинского, но с вкраплениями золота и алмазов. БАБАХ! - и тысячи осколков падают куда попадя от Зеленограда до Подольска. Но именно несколько тысяч, а не миллионы - чтобы далеко не каждому попался осколок, а только отдельным везунчикам.

Вот шел мимо прохожий, или хозяин дачи вышел во двор, заслышав грохот - и на тебе! Валяется камушек размером с куриное яйцо, весь оплавленный. С одного боку алмаз из него торчит карат в 30, с другого золотая жила грамм на 100 посверкивает.

Что произошло бы дальше?

Несколько сот камушков тут же были бы выставлены на продажу по сетевым маркетплейсам. Но многие завернули бы на черные барахолки и продали там во избежание палева.

Непременно нашлись бы сметливые чуваки, которые сунулись бы в скупочные отделы магазинов антиквариата. Услышав отказ, изумлялись бы:
- Не, а че вам так? Золото, алмазы есть. Вещь старинная - она может несколько миллиардов лет в космосе летела!

Другие бы кинулись в ломбарды. С уверениями, что это ювелирные изделия "под метеорит" от любимой прабабушки графини. Или попытались бы алмазы выковырять, золото выплавить, слабать свое колечко и в ломбард же впарить.

Репортеры и блогеры тут же подняли бы шум, кто-то из них оперативно бы добрался до государственного чиновника или експерта, ленивые зарядили бы ИИ заданием "что бы ответил государственный чиновник", в общем сеть бы взорвалась советами от "как поступить по Закону" до "как сбыть и не сесть".

Разумеется, нашлись бы и сознательные граждане, которые просто отнесли бы находку в какой-нибудь государственный орган. Хоть в ближайший участок полиции.

Там они столкнулись бы с феноменом - государство в целом считает всё добро, скрытое в его недрах и валяющееся на его территории, пусть даже и упавшее с неба, своим. Но каждая отдельно взятая государственная инстанция сначала крепко подумает, а нельзя ли послать гражданина с необычной находкой куда-нибудь в другой орган. У всех своих дел полно. Вот полиция, например - по трупам ездить не успевают, а тут какой-то чувак заявился сдавать золото-алмазы!

Возникла юридическая коллизия. По закону, 3/4 стоимости клада принадлежит государству, 1/4 нашедшему клад. Если золотой метеорит зарылся в землю хоть чуть-чуть и нашедший его оттуда вырыл, то это безусловно клад!

Возобладало бы вероятно мнение тех чиновников, которые посчитали бы эти метеориты безусловной научной ценностью. То есть с запретом торговать ими на рынке и с обязанностью сдать государству за бесплатно.

Ну и выстроилась бы длинная очередь пострадавших от этих метеоритов - кому в сарае крышу проломило, а кому от удара дом так сотрясло, что все перекрытия прогнили.

Софистический подвох этого мыслительного эксперимента с золотыми и алмазными метеоритами заключается в том, что они не падают. Поэтому государство к ним не готово. Но при малейшей изготовке сочло бы их разумеется своими - пролетали через государственное воздушное пространство. Упали на чей-то частный участок? Так не зародились же там - значит государственное.

Это не только России касается - если бы драгоценные метеориты изредка, но регулярно падали хоть на США, на Европу или Китай, там непременно бы возникли государственные законы, обязывающие граждан расставаться с ними безвозмездно или за малую часть стоимости.

Иное дело снег - как нападало с неба, так отвалите с жалобами, берите лопаты или молитесь Виновнику.

Но лучше всего поступил мой сосед Макс. Завидев грандиозную кучу от снегоуборочных машин у нас во дворе, метра 4 высоты, взял лопату и слегка терраформировал. Кинул шланг, чуть-чуть полил водой на морозе. Получились отличные спусковые горки для санок и тубусов, детвора до сих пор по ним катается в восторге. Вроде бы проще некуда, а ни в одном соседнем дворе я таких горок не заметил.

42 +

3

Записки охотницы: захотелось узнать, что мужикам так в рыбалке то нравится, одолжила удочку, поехала, поймала одну плотвичку и 10 рыбаков, да, они правы, вещь действительно занимательная...

59 +

4

"Ой, Калядачкi, блiны, ладачкi..."

Не знаю, как для вас, а для меня тяжёлым выдался 2022 год.

Даже не весь год, а, скорее, его окончание. Неприятности шли друг за другом, наступая на пятки.

Сначала ДТП. Со всей дури влетел малолетний гонщик, когда я спокойно себе стояла в крайней левой полосе, включив левый поворот. Удар!!! Ещё удар!!! И вот я в центре "паровозика". Заднее стекло вдребезги, от удара сидения сложились, а спереди внушительная вмятина от фаркопа и что-то предательски льётся тонкой струйкой, распространяя аромат стеклоомывателя.

Страховка и близко не покрыла предстоящих расходов на ремонт, так и продала её битую, а новую ещё не купила, в одночасье став пешеходом. Без машины, как без рук, и это страшно бесило.

А потом и вовсе не до машины стало. Заболела, да так, что ещё целый год пришлось восстанавливаться.

Вышла из больницы, какое там новогоднее настроение... Апатия полнейшая. С работой справлялась кое-как, домашние дела тоже на автопилоте, при любой малейшей возможности - лечь на диван, закрыть глаза.

Не занималась спортом, не читала книг, не ходила ни в театр, ни на дружеские посиделки, не смотрела никого и ничего, лишь старые советские фильмы, где все знаешь наизусть, да по привычке сайт анекдотов. (Вот так, друзья мои, сами того не ведая, вы помогали мне отвлечься и окончательно не впасть в депрессию, за что и благодарю)

Вот такое дурное состояние было, когда сама себе в тягость. Не жила, а тупо отсчитывала дни. Родные, близкие меня просто не узнавали. Куда девался энерджайзер? Батарейка сдохла, лампочка погасла.

Лежу я, значит, на своём диване, слышу, кто-то в дверь скребется. Ну кто там ещё припёрся? Я никого не жду.

Надо сказать, что я хоть и в городе живу, но тут частный сектор. Не трехэтажные особняки с двухметровыми заборами, хотя и такие встречаются, а в основном старая одноэтажная застройка, много домов ещё "з-за польского часу", как у нас тут говорят. Короче, деревня деревней, все друг друга знают, соседи ближние, дальние.

Открываю, Коляда пришла. Обычное явление, в Рождественские праздники часто прибегает детвора, скороговоркой тараторят колядные стишки, получая взамен свои конфеты, мандаринки.

А тут нет, серьёзная компания пожаловала:трое взрослых, четверо детей. Основательно подготовились, с баяном, с микрофоном, ряженые-наряженые, намалеванные-разрисованные.

И кто это в костюме Медведя? А Козы? Ну, все понятно, к соседу приехали внуки-правнуки, замутили движ. Одна из них, назовём её Танечкой, работает в садике музыкальным руководителем, она и играла на баяне, и сценарий всего этого написала. Как зашли, как запели, заиграли! Целое представление нам устроили. Дочь загорелась:

- Я тоже хочу колядовать!
- А пошли с нами!
- А пошли!

Куда деваться, надо идти. Муж нарядился Дедом Морозом, дочь Снегурочкой.(Костюмы у нас были). Я, стало быть, Бабой-Ягой. Особо и наряжаться не пришлось.

Лёгкий морозец, тихая заснеженная улочка, и мы разнокалиберной бандой от одного дома к другому: "Ад нашай хаты да вашай хаты няхай iмчыць кавалак свята..." Ну или что-то в этом роде, точно уже не помню.

Кто-то выпускал в дом, кто-то сам выходил на крыльцо. Многие хозяева уже были чуть на подогреве, прямиком из-за стола, так что не просто слушали, а и сами активно подключались. В одном только доме не открыли: "Не надо нам никакой Коляды." Ну нет, так нет, оставили им немного конфет на крыльце.

Стоять столбом не будешь, сама тоже что-то там пыталась изобразить, хотя и чисто механически, без особого энтузиазма. Главное ведь, хотя бы начать.

Все-таки, скажу я вам, живая музыка-это вещь! Танечка хорошо играла, заливисто, задорно. А в микрофон уже готовые песни закачаны, только включай, да подпевай.

Не скажу, что вот так сразу, как по щелчку пальцев, стало мне хорошо после этого, нет. Но! Именно с этого момента какое-то движение в эту сторону началось. Боже мой, когда я последний раз колядовала? В далёком детстве.

Прошло три года. Умер сосед, Танечка второго ребёнка родила, не до Коляды ей теперь, больше не приходят. Все, как обычно, детвора, стишки скороговоркой.

Машину так себе и не купила. Да не нужна она мне просто, полюбила много ходить пешком. Я ж не где-нибудь на куличках, практически в центре живу, все рядом. Как же это здорово, гулять пешком, никуда не торопясь! В машине ведь оно как? Ты в своём коконе сидишь, и все внимание на дорогу, и города совсем не видишь, ничего не чувствуешь, ни атмосферы, ни вайба. А сколько негатива ушло и ненужного напряжения: не бесят дураки на дорогах, ни с автослесарями, ни с гаишниками общаться не приходится.

Так что, все что ни делается, все к лучшему.

Всех с Рождеством!

А если кому-нибудь сейчас хреново, не отчаивайтесь, ждите, это пройдёт, просто ждите. Не закрывайте дверь, и, может, сегодня к вам придут с баяном и Козой.

11 +

5

Когда лётчик обращается к пассажирам по громкой связи на английскрм, понимаешь, что почерк врачей - это не самая неразборчивая вещь на свете.

56 +

6

Новогодняя история про Очень Важную Персону или о пользе крыс....

Лет двадцать назад, когда еще занимался тренерской деятельностью мне позвонил один из друзей ментов, с кем в начале девяностых рубились на тренировках а потом он пропал почти на десять лет.
Я не сразу узнал своего бывшего спарринг-партнера в слегка заплывшем полысевшем майоре, и только глаза и улыбка напомнили что это же Абдулла!
После дружеских объятий и воспоминаний о наших славных деньках и мордобоях он сразу перешел к делу.
- Братуха мне нужна твоя помощь!
- Абдулла о чем вопрос!
- К тебе приведут мальчика на тренировку возьми его, я знаю что у тебя отбор жесткий но у него папа узбек а мальчик домашний, мама и бабушки испортили совсем!
- Брат ну в порядке исключения и потому что твой земляк возьму.
Абдулла сверкнул белозубой улыбкой и пошел к машине.
Оттуда вышла мамочка по виду не от мира сего которая чуть ли не со слезами передала мне своего мальчика.
На первую тренировку он уже пришел с кимоно и перчатками довольно дорогими, но по первому впечатлению ему бы подошло играть на скрипочке.

Первые пол года я ждал когда же ему надоест заниматься и он уйдет, но я стал замечать что он уже начал общаться со сверстниками и на свой день рождения стойко выдержал двенадцать ударов поясом по спине.
Через год на первой аттестации он получил свой первый синий пояс и тогда я познакомился с папой первый раз.
Невысокий и молчаливый мужичек на вид лет сорока, темноволосый но на узбека явно не похож.
Он пожал мне руку и поблагодарил.
- Большое спасибо вам, пацан за год изменился очень сильно и в лучшую сторону.
- Ну чтобы закрепить успех ему нужно выехать в спортивный лагерь с пацанами хотя бы на поток.
- А на два можно?
- Конечно!
На море я заметил что за этот год он из мамкиного сынка превратился в нормального пацана как и остальные, и после возвращения папа не сразу узнал в загорелом с поцарапанным носом и бланшем босяке своего Мишаню.
Папа долго мне тряс руку и сказал что если будут вопросы по ментам или гаишником звонить ему.

Осенью я решил обновить себе машину и мне впарили в автосалоне красивый кроссовер в виде турбированной Мазды которую никто почему то не покупал.
Приехав в МРЭО я понял что сегодня вряд ли получится зарегистрировать потому что очередь что на осмотр что в окошки была сумасшедшей.
Ну что же, сделаем звонок другу.
А.....й И......ч это тренер вашего сына, вы сказали что можно обратиться за помощью?
- Что за вопрос?
- Ну приехал на МРЭО а тут очередь сто человек.
- Какая машина?
- Черная Мазда я в конце очереди.
Через пять минут ко мне прибежал запыхавшийся инспектор который осмотрел мою машину, забрал документы, попросил пере парковаться и пройти за ним.
Он завел меня вовнутрь, на склад где на стеллажах лежали номера и предложил выбрать любой.
И тут я завис.
- Можно любой?
Гаишник молча кивнул.
Я выбрал простой тот что мне понравился С 100 ТО.
На вопрос что с меня, гаишник как то странно на меня посмотрел и сказал что ничего не надо, попросив подождать немного в коридоре.
Очередь а в особенности жучки решалы с удивлением рассматривали мои номера.
Через десять минут мне вынесли документы и я уехал.

Перед Новым годом Мишаня выиграл первый турнир и получил заслуженную медаль.
Папа был горд и счастлив, и даже пришел на банкет после турнира.
- Сэнсэй, а в январе когда тренировки начинаются?
- Ну после десятого, я второго уезжаю в Сочи в Жемчужину на недельку отдохнуть.
- На поезде?
- Да на машине конечно, номера то надо выгулять, я кубанцАм и на штрафы уже отложил.
Он улыбнулся и пожелал хорошего отдыха.

Перед Цукоровой Балкой я посадил за руль супругу, она ездит медленнее хоть и позже приедем но штрафов будет меньше.
На посту нас не тормознули несмотря на тонированные стекла.
По трассе до Краснодара я насчитал около шести машин ДПС но ни один не заинтересовался моей машиной.
При подъезде к Адыгейску я размечтался - Сейчас будет Саратовская, а там уха из осетра, шашлык бараний тебе кофе.
Супруга задумалась и придавила гашетку, так что в город мы въехали на скорости под сотку.
Экипаж ГАИ, все блин попали!
Ведь даже по сравнению с кубанцАми адыгейские гаишники звери и им нахлобучить соседний регион масло на душу.
Но к моему удивлению, гаишник даже не поднял палочку а проводил нас равнодушным взглядом.

На посту большой Сочи молодой гаишник жезлом указал мне и еще паре машин припарковаться и неспеша двинулся к нам.
- Все Солнушко, щас нас за что ни будь нахлобучат.
Но тут с поста выскочил капитан, подбежал к летехе и что то сказал, после чего направился ко мне.
Представился по форме, сказал что выборочная проверка документов, пожелал счастливого пути и разрешил ехать.
Навигаторов не было и супруга заехала куда то под знак, сзади крякнула мигагалка.
Ну блин надо же было попасть.
- Инспектор такой то! Здесь проезда нет.
- Товарищ инспектор, заблудились, жена плохо ориентируется, первый раз в Сочи на машине.
- Мы в Жемчужину едем, можно мы штраф на месте заплатим?
Я достал кошелек, но инспектор отшатнулся от меня как от чумного и быстро отдал документы.
- Езжайте за нами пожалуйста.
- Все Солнушко, прощайте твои права!
Супруга чуть не разрыдалась, но к нашему удивлению они сопроводили нас до отеля и пожелав счастливого пути откозырнув уехали.
На рецепшене перед нами администраторы долго извинялись за то что наш стандартный номер занят и предложили поселиться в более просторный без доплаты.
Нифигасе пофартило!

Удивила одна странная вещь, что возле гостиницы постоянно дежурил или экипаж ППС или гаишная машина.
Я сказал супруге и она предположила что это наверное какая то шишка прилетает и поэтому меры безопасности усилили.
Где бы мы не находились, в ботаническом саду, в Узбечке, везде в зоне видимости видели милицию.
На обратном пути до Цукоровой Балки я не разу не был остановлен и только на последнем посту инспектор дал знак остановиться, но опять выбежавший с поста гаишник махнул жезлом что бы я проезжал дальше.

На майские праздники Абдулла организовал выезд на базу покушать шашлыки и отдохнуть.
- Как съездили в Сочи сэнсэй!
- Да охуенно если честно, штрафов не заплатил ни одного, все менты вежливые и на каждом шагу в Сочи, наверное какого то шишку встречали.
Они с Абдуллой засмеялись и в ответ на мой немой вопрос рассказали историю.
Оказывается папа Мишани не Узбек а большая шишка в УСБ в округе и мало кто хотел бы с ним столкнуться что у нас что на Кубани в то время.
Узнав что я еду на машине в Сочи через одного сотрудника как они сказали крысу, слили информацию что к ним едет проверка под прикрытием.
За рулем может быть или мужчина или женщина на такой то машине и с такими то номерами.
Их задача проверить работу местной милиции и ГАИ.
Они могут нарушать специально правила, предлагать заплатить штраф на месте, пытаться дать взятку и так далее, так что ни в коем случае нельзя вестись на их разводку.
На вопрос почему меня не предупредили, он ответил что хотел чистоты эксперимента.
- Ну и как сработало?
- На все сто как у Гоголя в Ревизоре!
- Ведь ничего нет подозрительнее нормального человека, тем более что ты очень похож или на мента или на военного!)
- Это верно, а че с крысой то делать будите?
- А ничего, мы же знаем кто он! Видишь и от крыс бывает польза.
- Ну парни, давайте выпьем за Друзей, которые всегда прийдут на помощь!

Всех с наступившим Новым Годом и что бы у всех были друзья!)

03.01. 2026 г.

16 +

7

История ну очень не смешная и совсем не интересная. Можно даже не читать, а просто тупо поставить минус и листать дальше. Вот, думаю, специально тупые тексты писать, что ли. Антирекорд поставить. Хмм, это мысль.

Есть у меня хорошая знакомая, Лена. Ей слегка за семьдесят, но по уровню бодрости и физического здоровья она легко оставит в дураках большинство офисного планктона. Пока молодёжь жалуется на давление от погоды, Лена берет рюкзак и штурмует горы. Залезть на 1300 метров, с грузом и спуститься в тот же день? Пф-ф! И это при том, что накануне она отпахала 12-часовую смену, легла в полночь, а в пять утра уже бодро шнуровала берцы. Мамма миа, женщина-терминатор!
Лена — широкая русская душа, может и рюкзак с барского плеча скинуть и зеленым рублем одарить. Слона на скаку остановит и хобот ему оторвёт. По какой-то неведомой причине я ей приглянулся с первого же похода. Видимо, сработала магия «чистой материнской любви». И сразу уточняю для гусаров: у нас ПРОСТО ДРУЖБА. Разница в 30 лет — она мне как мать.
Но есть в этой героической биографии и слабое звено — внук Санёк. Ой избаловали пацана и мать и бабка, при молчаливом согласии отца! Тот вообще в воспитании сына участия не принимал по ходу, только членские взносы заносил. Санек туда, Санек сюда. " Хочу на баскетбол — на тебе, хочу тряпки — на тебе, хочу, хочу, хочу — да не вопрос!" И шо у нас выросло? Сплошная нецензурщина. Теперь Лена плачет крокодильими слезами "Что мол, выросло-то, за что мне это, ой горе горькое?" Действительно, загадка века.
Апогей случился, когда будущий хозяин жизни пришел как-то ночью бухой в мясо. Лена в шоке, в первый раз такое, давай звонить отцу этого будущего алкаша. Инвестор приехал, а что он может? Попрыгали над бездыханной тушкой, поистерили друг с другом, в сухом остатке разошлись по домам, сильно довольные друг другом.
Утром эта святая женщина купила бутылку водки и с лицом серийного убийцы вылила всё содержимое на голову спящему Саньку. Пробуждение было эпичным. Парень в ужасе:
- А-а-а!!! Кхм, кхр, кха, кха! Что такое? Ты что совсем уже!? Маразм подъехал!?
- Нравится!? Вкусно? Купить тебе ещё водочки? Я сбегаю.
- Нет-нет! Не надо! Не хочу!
- Да ладно! Ты ж теперь взрослый, пить уже можно, давай!
- Не-не-не! Не надо!
- Ну смотри. Не хочешь, давай как хочешь, а хочешь так давай. Я ещё здесь, если что. Свистни, я сгоняю.
Шоковая терапия сработала — у Санька теперь аллергия на бухло. Завязал с первого дубля. Это ж надо. Учитесь, люди.
Потом случилась любовь. Санёк нашел восточную девушку и внезапно осознал, что для полного счастья и гигиены ему не хватает... обрезания. Семейный клан в ауте, а парень непреклонен: «Хочу быть чистым!» Видимо, планировал переезд в жаркие страны, где без этого тюнинга жизнь не мила. На аргументы о том, что миллионы «негигиеничных» людей как-то выживают, Санёк только высокомерно молчал. К счастью, любовь завяла раньше, чем дошло до скальпеля. Гигиена спасена, до следующей знойной красавицы.
Но Лена не унимается. Недавно нашла у него в комнате женские трусы. У человека советской закалки логика простая: если вещь не на тебе, значит, ты — извращенец и фетишист. Мы пытались объяснить, что радоваться надо — хуже было бы, если бы трусы оказались мужскими. Не помогло. Лена осталась при своем мнении, продолжая проводить регулярные обыски.
Теперь её будни — это борьба с газировкой и сигаретами. Сиги — в помойку, лимонад — в унитаз, а пустые бутылки, скрученные в бараний рог, ехидно водружаются на видное место в комнате внука. Санёк в бешенстве, обещает поставить замок, Лена обещает новые репрессии. Веселье, как в лучшем реалити-шоу.
Сейчас Санёк уехал учиться за бугор.
У Лены трагедия, плачет:
- Как я скучаю без него!!! Не за кем следить, не с кем ругаться, голову интригами не загрузить.
Тот тоже хлебнул жизни за пределами уютного гнезда, поумнел слегка. Звонит:
- Я тоже очень соскучился по вам, бабуль!
Ну, что ж, будем надеяться, что этот сериал будет со счастливым концом. Или хотя бы не грустным.

Соломон, по ГОСТу, горячий привет.

123 +

8

На каждый свой день рождения сын водителя автобуса получал подозрительный предмет или бесхозную вещь.

96 +

9

Зарисовки лондонского инвестора российского происхождения:

Я много с людьми общаюсь...особенно по бизнесу (ибо работа), и по стратегическим вещам, ибо на то учили, да и везде по чуток в этих темах побывал...RAND, IISS, Oксфорд четыре года в этой области и тд..

Теперь это как хобби....ибо деньги стали определять стратегии уж давно....шутка. Но бизнес + стратегия по жизне прикольнее, чем просто strategic studies.

У меня в нашем новом весёлом мире огромное преимущество - я со всеми "лажу". Я сильно за Россию, ибо Родина и считаю, что Запад сам первым "дров наломал", но и бриты и американцы стратегические в подавляющем большинстве со мной в хороших отношениях, ибо изучили хорошо и знают прекрасно, что я тоже самое говорил и в 1990-е когда и Владимира Владимировича у власти даже не было. Особенно про НАТО, развал РФ, отношение к России и русским, последствиям им же и тд

Ну а с арабами, особо с саудами, - я просто в прекрасных отношениях, ибо у них живу, и это мой основной круг общения

Состоялся тут интересный спор с британцем стратегического склада, с коим знаком ещё с 1990х когда после Оксфорда в Сити начинал. Давно друг друга знаем...

Я правый. Трамписткий и раньше всегда за правых консерваторов, а последнее время за Фарраджа. Приятель мой - скорее "блейерист" (явно понимает все недостатки Стаймера и защищать не лезет). Но приятель из топовых британских стратегических мозгов, ибо, как правило, они у англо-саксов не в media, не в пропаганде, даже не в академиях. Больше среди юристов международных, банкиров, инвесторов, и консультантов всех мастей (кто во многих точках и местах побывал и видел "изнанку" мира).

И спор зашёл о том, почему Запад пока (если честно) стратегически проигрывает..

Ну я сгоряча ему и влепил - но у вас же мозги есть, ресурс и опыт, как вы вообще-то до такого дошли что "сливаете" и Британию, и Европу и все. И говорю - где, думаешь, ошибка главная британская (у меня, кстати, русский паспорт, британский и виды на жительства в Саудии и Эмиратах). Я как бы с ним на равных, но для них я русско-британский. Даже такие еще есть

И он выдал. Главная наша английская ошибка - мы не просчитали процессы внутри Америки.
Мы бросили весь ресурс на анализ России, Китая, Ближнего Востока и тд...а перемены пришли со стороны США.

Прекрасно сказано! Мы потом долго спорили..
Он еще умную вещь сказал - всегда самый большой и неожиданный сюрприз приходит от того, на что не обращаешь внимание, ибо вроде это твой "задний двор".

Я потом долго еще думал. Он прав. Ни англичане, ни европейцы не просчитали американцев и тренды их эволюции. Они много где "напартачили", политика по РФ - полный провал, но то, что они не поняли Америку, действительно удивляет. Сейчас пришло, наконец, осознание - это не Трамп, это тренд, идущий изнутри.

Ну в Джидде бухать нельзя Вот вместо пабов, футбола, дам и путешествий - обсуждаем тренды…

76 +

10

Нащупала у кота Фунтика в области живота непонятное.
Ветеринар говорит:
— Не волнуйся, сумасшедшая, это у кота курдюк. Для его породы, характерная особенность. Абсолютно коту не мешает. Полезная вещь! Согревает внутренние органы.
Хорошие новости!
Нащупали у себя курдюк?
Это у вас порода такая.
Успокойтесь и грейтесь. Зима впереди.

Н. Кашалова(c)

106 +

11

Сегодня в новостях услышал, что на Камчатке сильный ветер со снегом и во всех классах в школах отменили занятия. Тридцать метров в секунду вещь опасная, тем более для детей. Вполне верю, сам на своей шкуре испытал. Правда занятия тогда никто не отменял вероятно потому, что инета еще не было, а по телевизору и так было о чем дикторам говорить. И только батя с утра пробивавший тропу к туалету до которого было метров пятнадцать от дома, стряхивая с куртки снег и вытирая стекающий из-по шапки пот, произнес – сегодня ветрено! И ни слова больше об отмене каких либо занятий. Не врал. Тропа, ведущая к сортиру к моему утреннему моциону была уже наполовину заметена. Пришлось с лопатой идти вторым ходом. И поторапливаться, с надеждой, что до моего прихода эту шедевральную обитель дум не унесет к соседям. Повезло.

Посматривая в щель в темень и захлестывающие через отверстие снежные порывы, я вдруг вспомнил, что сегодня в школе физкультура. А она зимой на лыжах. Нет, лыжи у меня были, то ли «Быстрица», то ли «Карелия» и в общем-то неплохие, но вот тащить их в школу на себе было не очень приятно. Хорошо, что в тот момент я находился в том месте где плохие мысли на ум не придут и я пришел к мнению, что поеду на них. Не очень удобно правда, ведь еще четыре урока помимо физ-ры и придется в классе ошиваться в лыжных ботинках. Но что поделаешь, ведь надо чем-то жертвовать. Окрыленный этой мыслью я с очередным порывом ветра влетел в дом:
- Ма, бать, а можно я в школу лыжи возьму? У нам сегодня физ-ра, а в школе дадут какие нито «Усурийские». На этих дровах далеко не уедешь.
Батя чего-то хмыкнул, что я интерпретировал как согласие, а мама произнесла:
- Одевайся только потеплее, а-то знаю я тебя так в лыжном костюме и пойдешь!
Из потеплей у меня было какой-то зипун, в смысле а-ля пальто, его-то я и напялил вместе с лыжными ботинками. Со стороны мне думается смотрелось неплохо. Для всего остального я сунул за ремень пару общих тетрадей и выскочил во двор.

По улице до школы было с полкилометра. Обычно я доходил минут за десять из которых три уходило на покурить и чтобы немного выветрилось. Но это обычно, а здесь у меня были лыжи и настроен я был спортивно. Да еще и ветер чуть не сбивал с ног. Хорошо хоть ноги вязли в снегу по колено, это и держало. До тех пор пока я не защелкнул крепления на лыжах и встал в полный рост.

Ветер был северный, школа была на юге. Лыжи поехали сами. Я был в восторге. И даже распахнул пальто держа полы руками на всю ширину чтобы увеличить парусность. Все было хорошо, на первых тридцати секундах, а потом все переменилось, как только под лыжами кончился свежий снег. Дома там вдоль дороги стояли один к одному создав из улицы подобие трубы. И здесь снег не держался, его в этой трубе выметало, при этом он шлифовал старый утоптанный снег превращаю дорогу в зеркальный каток. И меня понесло. Уже через пятьдесят метров я двигался со скоростью ветра. А там порывы были как вы помните 30 метров в секунду или более того. Хотя я и согнулся в три погибели забыв про парусность. Школа приближалась с неимоверной скоростью и беда была в том, что была она немного в стороне, а я летел прямо. Когда уже нужно было входить в поворот моя скорость наверняка достигала сотню км/ч.

Скажу честно, я не слаломист и тогда им не был. Тормоза, само отстегивающиеся ботинки и прочую хрень придумали гораздо позже. В общем выход был только падать на бок либо врезаться в забор. Пока я прикидывал, что лучше, забор приблизился быстрее расчетов. Удар был такой силы, что мои ботинки от лыж все же само отстегнулись, а вот голова наоборот к забору пристегнулась. Что и остановило мой полет и детское не окрепшее сознание. Больно ли мне было? Да разве в такую погоду поймешь. Но когда я услышал голос отца до меня стало доходить, что больно все же может быть. Хорошо, что он был занят спором со школьным медработником, доказывая ей, что сотрясения у меня нет. Видимо уверенный в том, что сотрясаться особо нечему раз в мою голову пришел такой гениальный план с лыжами. Рядом стояли их обломки, кем-то заботливо принесенные. В общем, все закончилось совсем неплохо и возможно мой пример позволил тысячам сегодняшних школьников не ходить в школу.

151 +

12

«Объясните мне, как, ну как эта картина может стоить 50 миллионов долларов?» Легко! Любая вещь стоит столько, сколько за нее готовы заплатить. И вот мы видим, как разработчикам ИИ предлагают контракты в миллиард долларов. Или Маску предлагают опционы на триллион долларов. Это рынок.
Хочу напомнить старую историю 2004 года, когда художнику Дэвиду Чоу (David Choe) предложили расписать стены в офисе одного стартапа в Калифорнии. У Чоу уже было имя и ему предложили на выбор: 60 000 долларов наличными или эквивалент в акциях компании. Чоу был азартен и выбрал акции. Стартапом был Фейсбук. И когда несколько лет спустя компания вышла на биржу, эти акции стоили более 200 миллионов долларов.
Так что перед вами одно из самых дорогих произведений искусства в истории. Наслаждайтесь.

216 +

13

Навигатор пронзительно каркнул: "Вы прибыли к месту назначения". И этим пунктом были Колпачки ( https://yandex.ru/maps/?ll=43.595875%2C48.603875&z=13.79 ). Одно название, как пощёчина!

Я не был здесь тринадцать лет. И не потому, что это место проклятое, хотя... в каком-то смысле, да. Для меня, рыболова, Колпачки – это святилище "бели". Царство карася-"душмана", густеры-"забана", подлещика, вот этой всей интеллигентной, мирной братии. А я? Я-то ловлю хищника. Мой бог – щука, идол - судак, культ – дерзкий окунь. Такие, как я – "шахматисты" спиннинга. Ловить в Колпачках - это как оперному певцу выступать на дискотеке.

Второй, более весомой причиной, было мое кредо: не лезь в места массового паломничества "рыболовов выходного дня". Толпа, шум, "конкуренцияя", вёдра, мангалы, пьяные крики... Брррррр!

Но вот мы здесь. Проездом. Занесло после вчерашнего юбилея старинного знакомого в Шебалино. В ноябре, в будний день в Колпачках пустынно. Жена, хитро прищурившись, сказала: "Ну, ты же не сможешь просто так проехать мимо воды? Зачем же ты спиннинг в багажник клал?"

Она знала, куда давить.

- Ладно, - пробурчал я, вытаскивая удилище, - Кину пару силиконок, "чтоб не нарушать отчётности", как говорил великий стратег, кот Матроскин. Будет полчаса на выполнение гражданского долга, не больше.

Вышел на берег. Заброс. Второй. Тишина. Вода гладкая, как совесть чиновника. Ни единого тычка. Окунь, видимо, сегодня был в отпуске или подался в монахи.

Я уже собирался смотать снасти, когда это случилось. Не поклёвка. Хуже.

Из-за кустов, нагло, уверенно, будто здесь не гость, а хозяин, выбежала... Кошка.

Она остановилась в пяти метрах, присела, а затем выдала самую требовательную, самую драматическую "Мяу!" в истории рыболовства.

И тут меня прошибло током.

- Тань, - крикнул я жене, - Иди-ка сюда!

Окрас. Один-в-один. Маскировочный, глубокий, черный с рыжиной, словно единое целое с рождавшей её степью. И главное – взгляд. Этот наглый, циничный, пресыщенный взгляд прожжённого рэкетира.

Тринадцать лет назад мы были здесь. На берегу к нам пристал заморыш-котёнок. Накормили его тогда частью нашего скромного улова. Посмеялись, назвали его "местной налоговой инспекцией" и уехали.

- Нет, не может быть, - прошептала жена, прикрыв рот рукой. - Это же...

Котя подбежала, потёрлась о мои штаны, включив на полную мощность свой мурчальный аппарат. Звучал он как работающий на холостом ходу дизельный двигатель.

Тринадцать лет – это целая жизнь для кошки. Даже для матёрой. Потомство? Вряд ли потомок, который дожил до такого возраста и сохранил такой же боевой окрас, мог быть так чертовски похож.

Это была Она. Без тени сомнения. Та самая. Словно ждала нас, не покидая свой пост.

Поклёвок - ноль. Перебор приманок и забросы – мимо. Но отчётность требовала жертвы.

Достал из рюкзака дежурный паштет. Тот, что всегда в багажнике рыбака - на случай полного провала и тоски.

Кошка ела. Она не просто ела - она принимала дань. Медленно, с достоинством, с тем же циничным, знающим взглядом, который говорил: "Ну наконец-то. Я уже заждалась. А ты всё хищника ловишь? Зря. Он сегодня на водохранилище Цимлянском, в Донском, ты его проехал".

- Она ждёт, - сказала жена, задумчиво глядя на кошку. - Тринадцать лет. Она запомнила нас.

- Похоже, она состоит исключительно из "налоговой" рыбы, - усмехнулся я. - Её миссия - сидеть здесь и собирать подати с проезжих, сентиментальных дураков вроде нас.

Мы попрощались с "инспектором", пообещав себе не возвращаться ещё тринадцать лет, чтобы не провоцировать животное на вечное ожидание. Но в машине нас обоих сверлила одна и та же мысль: "Как? Как она могла прожить столько лет на одном и том же месте, да ещё и узнать нас?"

Мы отъехали уже километров на пять, когда раздался звонок. Тот самый старинный знакомый, с юбилея в Шебалино. Между делом сказали ему, что спустя 13 лет заезжали в Колпачки, я даже покидал свои "силиконки".

- Ха-ха! - съехидничал он. - И не поймал ничего? И было бы странно, если б не так!

- А что? - насторожился я.

- Да это же полишинелевый секрет Колпачков! - засмеялся он. - Там уже много лет серьёзного хищника не было, местные своими сетями отвадили его туда заходить. Там только сомиха осталась. Старая, матёрая, сидит в яме. И хрен её поймаешь. Её даже сомом не зовут.

- А как же?

- Котя её кличут.

У меня мурашки пробежали по рукам.

- Стоп. Чего-чего?

- Ну, легенда местная, фольклор! Говорят, это не рыба, а оборотень. Она в виде громадной сомихи сидит на дне, но когда на берег приезжают новые рыбаки, то выходит "собирать информацию".

- А когда приезжают старые...

- Когда старые? - переспросил друг. - А когда приезжают старые знакомые, она выходит, чтобы забрать "налог на упущенную выгоду". Для неё не то что ваши приманки, а ваши эмоции, адреналин рыбацкий - как развлечение. Говорят, она может жить веками, просто меняя облики.

Я резко затормозил. Мы с женой переглянулись.

- Погоди, чего ты меня как пацана "разводишь"?.. Мы же её кормили. Паштетом.

- Конечно, кормили! - воскликнул знакомый. - А ты думал, чего она такая наглая? Это же настоящая Царь-Сомиха, только в облике кошки! Она слопала твой паштет, и твои тринадцать лет спокойствия! Ты откупился!

Я медленно опустил смартфон. Жена смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

- Царица-сомиха... в облике кошки... - прошептала она.

- И она взяла паштет. А это... это была дань не за рыбу, а за то, что мы не будем её ловить.

За секунду до этого я понял, что в моем рюкзаке, из которого я достал паштет, уже месяца два болтается без дела одна вещь.

Моя любимая, совершенно новая, самая уловистая в мире, но так и не опробованная приманка. Светящаяся в ночи силиконка-креатура с двумя воткнутыми шумовыми камерами, пропитанная спец-аттрактантом - отлитая по заказу, специально для ловли... сома.

Сомиха-Кошка не только взяла налог. Она взяла его авансом.
=
История реальная, было в четверг, 27.11.2025. Фото кошки подлинное. Обсуждение закрыл просто потому что знаю заранее, что там будет (здесь же не специальный рыбацкий ресурс). Пожалуйста, оставьте, свой вердикт голосовальным плюсиком или минусом. В любом случае жму руку.

196 +

14

Ужас-ужас-ужас.

Вчера выпивали с друзьями после бани. Ближе к утру разговор по неясной причине скатился на весьма щекотливую тему. А именно о пережитых участниками застолья событий и ситуаций, которые в своё время напугали их до усрачки вплоть до "откладывания кирпичей".

Делиться потаёнными страхами и ужасами для "серьёзных" мужчин всегда непростой выбор, и разговор состоялся лишь благодаря исключительному доверию между собравшимися. Поэтому чужие страхи, мандражи и фобии предавать огласке я не имею морального права и поделюсь только своим "сокровенным".

О том, что Вова боится летать на самолётах и пользуется "самым безопасным транспортом в мире" лишь в исключительных случаях, для моих закадык тайной не было. Поскольку я не раз уже объяснял друзьям устойчивую идиосинкразию к "пламенным моторам" неприятием разумом того факта, что железные птицы не машут крыльями, а передвигаются в синем небе исключительно за счёт пердячьей тяги. А ещё детской травмой, которую, по словам мамы, я мог заиметь в пятилетнем возрасте. Когда Ил18, на котором мы возвращались из Анапы, не хотел расстаться с мечтой о знойном юге и два-три часа отказывался садиться в дождливом Свердловске. Что вполне ожидаемо вызвало у находившихся в салоне комфортабельного лайнера пассажиров некоторую озабоченность, выразившуюся либо в сдержанных воплях ужаса, либо в покорном смирении перед злодейкой судьбой. Что несколько напрягло мой незакалённый в принятии реальности разум и вызвало стойкую неприязнь к полётам как во сне, так и наяву.

Я, в принципе, человек непугливый по причине богатой на события жизни и огромного количества незапланированных "экстримов". В частности:

- в меня дважды стреляли и к сожалению попали

- был проткнут навылет арматурой и ранен ножом

- прыгнул на спор почти с тридцатиметровой скалы

- едва не замёрз в казахской степи

- играл в футбольном матче против "Ювентуса"

- будучи совсем малых лет спорил с "богом" отпевая ночью религиозную старушку

- покорял пороги горных рек

- выжил в десятках застолий с гостеприимными казахами

- сдавал сопромат и принимал роды

- трижды женился (два на одной и той же женщине)

- и прочее, прочее, прочее ....

Однако самый липкий страх и первобытный ужас испытал во вполне безобидной ситуации. Когда однажды, вернувшись домой из "ссылки", в которую был отправлен на всё лето за "примерное поведение". Уже в сумерках побежал известить о своём возвращении пацанов из нашего двора, но никого не застал дома. Тем не менее, не смирился и не отправился спать, а стал планомерно обходить все локации, где те могли находиться. И уже почти в полной темноте увидел, что в одном из наших "секретных мест" горит костёр, куда и направился.

Не доходя до места тусовки метров сто. Я, как это было у нас заведено, известил, что это свои, свистнув особым образом. Вот только традиционного ответа не дождался, и поэтому, когда приблизился к костру, был на всякий случай настороже.

Сгубило меня два обстоятельства. Зрение на минус четыре с половиной и то, что я стеснялся носить очки. Ну и чёрный юмор моих жесткосердных товарищей, которые, услышав, что идёт кто-то из своих, решили над ним подшутить, для чего на время ушли в тень.

Пока я сидел у огня в недоумении, куда это все подевались, то вдруг услышал за спиной необычные звуки, происхождение которых не понял. А когда обернулся посмотреть кто или что их издаёт, то увидел великана, ноги которого были освещены неверным пламенем костра, а голова и тело скрывались высоко в темноте. На мой закономерный вопрос: "Это что за .....?". Великан зловеще расхохотался и замогильным голосом произнёс: "Мы тебя ждали, Вова. Это хорошо, что сам пришёл, и нам не надо тебя искать. Взять его!!! ".

Серде ушло в пятки. Я затравлено обернулся в поисках направления, куда мне сбежать. Но с ужасом понял, что окружён плотным кольцом минимум из двух десятков трёх-четырёх метровых чудищ, и шансы свалить стремятся к нулю. Что было дальше, обезумевший разум в памяти не сохранил, и пришёл я в себя уже в родном дворе. Абсолютно не отдупляя, как там оказался и почему у меня дымятся кеды.

На следующий день над Вовой стебался весь двор. Пацаны в деталях делились со всеми желающими тем, как сумели меня развести, напугав до потери пульса. Что, надо признать, было абсолютной правдой, и поэтому мне оставалось лишь кисло улыбаться и обещать жестоко отомстить. Что я, разумеется, и сделал спустя некоторое время, имея привычку всегда оставлять последнее слово за собой. Но это, как говорится, уже совсем другая история.

P. S. За неделю до моего возвращения к родным берегам друзья по неведомой причине решили освоить ходули. Для чего изготовили несколько десятков экземпляров и после многих дней изнурительных тренировок вполне овладели искусством на них передвигаться. Кому пришла в голову идея пугать поздних прохожих, я не знаю, но в этот раз инициатором шкоды точно был не я. К глубокому сожалению, оказавшись не зачинщиком "беспорядков", а их невольной мишенью. Получив в качестве аванса редкий шанс оценить наши проделки со стороны и осознав простую вещь: "Нам не дано предугадать, Как слово наше отзовется ....".

212 +

15

Москвичка купила на Oskelly джинсы Diesel за 108 тысяч, а в кармане нашла бирку от уценёнки из Familia за 10 тысяч.
На люксовой платформе вещь позиционировали как «подиумную» и уверяли, что она проходит экспертизу, но даже карманы не проверили. После жалобы деньги так и не вернули, ограничились обещанием «улучшить контроль».
Никогда не наебывали и вот опять.

212 +

16

Не давайте детям играться со спичками: слава Герострата - вещь зажигательная.

346 +

17

Презерватив - это вещь, созданная людьми! Для людей! И от людей!

235 +

18

На встречах одноклассников я был всего два раза, но и этого хватило что бы понять одну простую истину,
что никогда не надо возвращаться в те места и в то время когда тебе было хорошо!
Первая встреча была на двадцатилетие выпуска.
Собралось много людей, в основном парней в следствии чего это действо переросло в обычную попойку с последующим выяснением отношений за какие то школьные обиды.
Хотя многие были уже солидными ребятами при бабках и у кого то из девченок даже появились первые внуки, все превратились в Ворон, Пегасов, Костылей, как будто мы оказались снова в школе.
Тогда я решил приехать только из за одного человека, моей первой любви Аллочки, потому что мне очень хотелось увидеть ее.
Но Аллочка почему то не пришла, хотя я очень хотел что бы она увидела чего я достиг за это время и пожалела о том что выбрала не меня.

В девятом и десятом классе мне довелось учиться в маленьком шахтерском поселке, так как в деревне была восьмилетка.
Первого сентября мы новенькие вчетвером вошли в класс.
Наша классная окинув нас взглядом рассадила за парты к тем кто сидел один и я попал к скромной смуглокожей девочке, которая представилась просто - Аллочка!
Слова застряли в горле, в голове зашумело и я сбивающимся голосом тоже представился.
Я не слышал что говорила классная, в висках стучало, а в штанах предательски стало подниматься настроение.
Усилием воли я вернулся к реальности и понял, что буду делать все чтобы завоевать ее сердце.

Со многими пацанами из поселка мы были хорошо знакомы, так как они часто приезжали к нам в клуб на дискотеку.
На перекуре за гаражом я с удивлением узнал что Аллочка которая сразила меня в самое сердце, не только не считается красавицей в глазах одноклассников но и не является предметом их сексуальных желаний.
А жизнь то налаживается, шансы то мои растут и надо показать ей все свои достоинства чтобы Аллочка выбрала меня.)

А как это сделать?
Надо стать лучшим!
И тут пригодилась моя начитанность, любой урок литературы заканчивался долгими обсуждениями с учителем, которая стала ставить меня в пример и только на физкультуре у меня было полное фиаско!
Норматив по бегу и подтягиванию я осилить не мог, но я не сдавался.
Каждый день я стал ходить на турники, где собирались многие пацаны и уже через три месяца я уверенно мог подтянуться и тридцать и сорок раз и сделать не напрягаясь с десяток подъемов с переворотом.
С бегом тоже разобрался, так как два раза в неделю из интерната нас отпускали домой и я совершал десяти километровый маршбросок до дома.

Аллочка стала с интересом посматривать на меня, на перемене в буфете я покупал ей сочник и чай, после чего мы болтали сидя на подоконнике.
Как то утром автобус не пришел в деревню и я решил добраться до школы бегом.
Стадион находился на въезде в поселок где пробегая я увидел бегающую Аллочку.
- Аллочка привет! Ты что тоже решила побегать?
- А я пять раз в неделю по утрам с шести часов бегаю!
- Да ну! А можно тебе компанию составить?
- Да без проблем, завтра в шесть приходи!

Всю ночь я не спал, представляя как завтра в предрассветной мгле я бегу рядом с Аллочкой и это мой шанс на более близкое знакомство.
В голове рисовались картины как она дрожа прижимается ко мне, смотрит в глаза а я крепко прижимаю ее к себе и целую в губы.
Утром я решил сразить ее окончательно, поэтому был одет в хороший спортивный костюм с надписью ЦСКА на спине а на ногах красовались модные кроссовки Ромика кажется.
С трудом дождавшись утра я прибежал на стадион, где меня ждал облом.
Вместе с нею бегала вторая наша одноклассница Натаха.
- Ой, теперь еще веселее нас теперь трое!
Лучше бы нас было двое бля......

Но отступать я не решился, поэтому пришлось бегать с ними месяца полтора до самых каникул.
Я заметил одну вещь, что глядя на Аллочку после тренировок в голове сформировалась одна картина, при мысли о которой у меня начинался сумасшедший стояк.
Капельки пота на ее лбу, слегка мокрая майка от пота в районе подмышек и торчащие сквозь майку соски от маленькой груди, двигающиеся в такт ее дыханию.
И эта картина меня выручала постоянно, в ситуациях когда партнерша не вызывала эмоций или была страшненькой и отказ от секса мог быть неправильно истолкован.
И стоило мне закрыть глаза и представить эту картину как боец вставал по стойке смирно не зависимо от красоты партнерши.
Все это продолжалось до одного момента.

За пол года до тридцатилетия выпуска Натаха стала обзванивать всех кто был на связи и остался жив чтобы встретиться.
Я сразу решил что всеми правдами и неправдами откажусь от встречи, чтобы не было как в прошлый раз.
- Шлем приезжай обязательно!
- Натаха не могу, дела и работа и дочка только родилась младшая.
- Шлем, Аллочка спрашивала ты приедешь или нет? Если тебя не будет и она не прийдет.
Там будет Аллочка и это все меняет.

Картина всплыла опять перед глазами, настроение улучшилось.
Хотя сейчас по прошествии времени я не понимаю зачем и чем я хотел ее поразить?
Своей крутизной, что вот я такой крутой на классной машине с водителем?
А на хрена?
У меня семья, дети как и у нее.
Трахнуть чтобы воплотить свою мечту молодости?
А смысл?
Но раз решил надо ехать, тем более непонятно почему мне казалось что Аллочка будет выглядеть изумительно.

Я увижу Аллочку!
И этого оказалось достаточно.
Встреча проходила в кафе соседнего поселка, я немного задержался так как забирал своего деревенского одноклассника, поэтому мы зашли когда все уже сидели за столом.
Подарив букет учительнице я плюхнулся на свободное место между двумя тетками, судорожно пытаясь понять кто из них кто?
Улыбнувшись им как будто их узнал, я налил им и себе вино в стакан чтобы сказать тост и как то скрыть свое смятение.
Даже после тоста я не мог вспомнить кто сидит рядом со мной.
От раздумий отвлек до боли знакомый голос.
- Шлем, я рада что ты пришел!
Стоп!
Этот голос!
Эти глаза!
- Аллочка?
- Я тебя сразу узнал - почему то соврал я.
Мы потрепались о том и о сем, у кого какие дети кто где работает, вспомнили свои тренировки и все, говорить оказалось не о чем.
И тогда понял что моя жизнь уже не будет прежней и я совершенно не понимаю зачем я пришел на эту встречу?

Пробыв там час я сослался на дела и свалил домой в плохом настроении.
Всю дорогу я думал, ну на хрена я сюда поперся?
Что я хотел увидеть через тридцать лет после школы, семнадцатилетнюю девочку?
Я же тридцать лет назад сказал себе что все, мне с Аллочкой не по пути.
По приезду сказал жене что больше я на эти встречи не ездец.
Одно знаю точно, теперь уже не будет как раньше.
После этой встречи я пару раз когда было очень нужно попытался представить Аллочку молодой и красивой, но почему то перед глазами всплывала совсем другая картина, и эффект был прямо противоположным так что приходилось прибегать к помощи фармокологии.)

Но в любом случае я ей благодарен, так как из за нее полюбил спорт, понял что нужно всегда идти вперед чтобы добиваться цели и то что благодаря ей я сделал правильный выбор в жизни.
Но это уже совсем другая история!

Всем хорошего дня!
Прошу прощения за ошибки так как печатал на смартфоне.)

04.11.2025 г.

316 +

19

Особенности наркоза в условиях тюремного заключения.

Скажу сразу — я наивно заблуждался.
Закончив свою карьеру клинического инструктора и перейдя на вольные хлеба частной практики — я полагал, что больше обучением медиков я не буду заниматься, преподавание ушло в прошлое…
Ошибался. Американская медицина построена на взаимном обучении, причём непрерывном.
Коллеги учатся друг у друга, я наставляю своих сестёр, тренировки включены в рабочие часы — медсёстры-менторы постоянно работают над практическими навыками среднего медперсонала.
И, несмотря на захолустье и маленькие размеры — в нашем госпитале проходят ротации и студенты медвузов и медсестринских школ, а также есть программа подготовки ассистентов врачей.
Ну, а иногда мне звонят из местной школы — есть подросток, интересующийся медициной, можно ли ему пару дней походить за вами и увидеть медицину изнутри. Никогда не отказываю, из эгоистических побуждений — эти ребятки будут моими врачами или медсёстрами в совсем уже, увы, недалёком будущем.
И есть у меня любимый вопрос, который я задаю почти всем: что сложнее, взлёт или посадка, начало наркоза или его окончание?
Вопрос несложный, на наблюдательность и логику, шансы угадать ответ — 50%.
И, неизбежно, две трети ответов — неправильные.
Да, взлёт выглядит более энергичным и драматическим, посадка выглядит нудной и простой.
Тем не менее — после 40 лет в окопах медицины — именно окончание является наиболее значимым и сложным.
Когда я ввожу в наркоз — это практически просто применение моих навыков, где я делаю что положено и участие пациента в этом — минимальное.
А вот посадка — это тот момент, когда мой контроль заканчивается и пациент переходит, частично, на автономное состояние.
То есть — не всё и всегда зависит от анестезиолога, в этом танго появляется второй участник, пациент. И этот второй участник должен убедить меня в своей автономности. Как? Следуя моим командам — кивните, если слышите, подымите голову, откройте глаза, глубоко вдохните.
Я очень старомодный анестезиолог, в моей юности наркоз был куда опаснее — так что я никогда не тороплюсь, перевожу в пробудительную палату только если я доволен состоянием пациента.
Ну, и если я вас не убедил — именно пробуждение и поведение во время него — весьма разнообразно и непредсказуемо, смех, слёзы, мат-перемат, угрозы, «пасть порву!», делириум. И что интересно — раз на раз не приходится, я тут уже четверть века, множество повторных пациентов — и дав наркоз 5 раз одному и тому же пациенту — я не возьмусь предсказать его пробуждение в 6-й раз.
Так, увлёкся, разговор пойдёт о наркозах заключенным, отбывающим наказание в местной федеральной тюрьме.
Точнее, об их охране.
Охрана зэков из тюрьмы максимально строгого режима, к счастью, в прошлом, эту часть тюрьмы просто перевели. Зэки там были — монстры, убийцы шерифов, полицейских, охранников, особо опасные террористы.
Всё было очень по-взрослому серьёзно: 6 охранников, в бронежилетах, с оружием наизготовку, кандалы на руках и ногах. Два охранника, один в операционной, один снаружи, напротив двери в операционную.
Кандалы снимали после ввода в наркоз — ничего металлического быть не должно, можно страшно обжечь при применение электрической коагуляции.
Вместо этого — временные пластмассовые кандалы.
Всё это — в прошлом, сейчас заключенные намного менее опасные, режим средней и минимальной строгости.
Минимальной — их подвозят к госпиталю и отпускают на лечение, затем по звонку приезжает охранник и забирает, одеты они, как правило, в гражданскую одежду.
Средней тяжести — наручники и два вооружённых охранника, один из которых переодевается в хирургическую униформу и следует за пациентом в операционную.
Рутина, я хорошо знаю многих охранников, практически в лицо.
Ничего, кроме взаимного уважения, я от них не видел. Один раз, правда, я вспылил — я смотрю пациента в палате, а стражи смотрят футбол, с максимальной громкостью — пришлось выдернуть штепсель телевизора.
В остальном — по окончанию взаимодействия — я никогда не забываю их поблагодарить за их работу, они меня хорошо знают, я заботливо к ним отношусь, операции могут идти часами, удобное кресло я им всегда найду.
А вот, наконец, и история.
Уехал в отпуск, вернулся — зэк на операцию, наркоз прошёл штатно, то есть скучно, что хорошо.
Начинаю будить — страж вскочил и надел наручники и ножные кандалы.
Хм… странно и необычно, максимум одну руку приковывают к носилкам или больничной постели. Стражник молодой, мне незнакомый, на моё недоумение он пояснил: его так научил его более опытный сослуживец, якобы так лучше для персонала операционной. Я пожал плечами — ничего более мощного, чем мои препараты, в медицине — нет. Суета с наручниками и кандалами мне показалась чрезмерной. Я, грешным делом, подумал — молодой, научится.
И надо же такому случиться — через день ещё один зэк, а потом ещё один.
И у всех охранников — одинаковый модус операнди, тотальное применение железных оков.
На третий раз я не выдержал: ребята, это что-то новое и избыточное, мы раньше обходились без этого, у вас новые правила, новые инструкции?
Всё оказалось гораздо проще и глупее.
Пока я был в отпуске — зэк проснулся и принялся буянить, посленаркозный делириум, вещь достаточно обычная и контролируемая моими медикаментам .
То ли операционная команда растерялась, то ли не в меру инициативный охранник решил поучаствовать — результатом стал полностью закованный зэк. Делириум, кстати, продолжился и стал хуже — пациенты в этом помрачённом состоянии не выносят физические ограничения, выход тут один — ввести в лёгкий наркоз и попытаться позже разбудить в более благоприятных условиях.
Или, короче: эта не ваша проблема, ребята, ситуация медицинская, а не пенитенциарная.
Ещё короче: сидите и не вмешивайтесь, пока я вам не дал отмашку на перевод.
И расскажите это всем вашим сотрудникам, пока это не стало привычкой, рутину тяжело ломать, а то вот возьмут и создадут новый ноу-хау пробуждения больного. Я, кстати, здесь съязвил и поинтересовался — вы же тоже бываете моими пациентами, ребята вы здоровые и могучие — мне вас тоже заковывать в наручники перед пробуждением? Ну, типа, новое слово в анестезиологии — хорошо зафиксированный пациент в лекарствах не нуждается!!
Шутки шутками — но если я ещё один раз это увижу — звоню вашему капитану и извещаю администрацию госпиталя.
Права на лечение и медицинские стандарты тюремное заключение не отменяет.
И что лечение и заключенного и его охраны — ничем не отличается.
Мораль? Да какая там мораль, просто совет-пожелание — да обойдёт вас нужда в анестезиологах и тюремных охранников!
Michael [email protected]

324 +

20

Когда восторг кончается

Он не думал, что делает что-то плохое. Просто открыл для себя закон контраста. Дорогой подарок для женщины, не привыкшей к такой роскоши, — это не просто вещь. Это взрыв. Радости, неверия, головокружительной благодарности. Он жил этим взрывом — этим ослепительным светом в её глазах.

Но у любого взрыва есть обратная сторона: густая тишина после. Восторг приедался. Новая сумочка становилась просто сумочкой, а поездка на море — просто воспоминанием. И он оставался с просто женщиной. А ему снова хотелось фейерверка. Он уходил — чтобы повторить эксперимент.

С Катей всё началось как обычно. Подарок — вспышка счастья. В голове он почти услышал щелчок таймера: ну, ждём фазу охлаждения, когда восторг выдохнется и снова станет «просто».

Но что-то пошло не так. Катя не тускнела. Блеск от безделушки гас, а вот её внутренний свет — нет. Не ослепительный, а ровный, тихий, почти домашний. Таким с ним ещё не бывало, и от этого внутри чесалось странное, щемящее любопытство. Не тот фейерверк, но почему-то тянуло остаться.

Он уехал в командировку на месяц, а вернулся на десять дней раньше. Без предупреждения.

Дверь скрипнула — и он застыл. Квартира была… разобрана. Не грязная — именно разобранная, как шкаф, вывернутый наизнанку. На полу коробки, стопки альбомов, запах пыли и бумаги. Катя сидела посреди, бледная, с синяками под глазами. Вид у неё был виноватый, будто её поймали за чем-то странным.

— Что случилось? Мы съезжаем?

— Нет… — она сгорбилась. — Я просто не успела закончить.

— Закончить что? Уборку? Так мы можем нанять кого-нибудь!

— Не уборку, — она покачала головой и посмотрела на него с такой ясной усталостью, что у него внутри что-то хрустнуло. — Внутреннюю. Домработница приберёт квартиру, а внутри… только я.

Он опустился на пол напротив. На раскрытой папке — надпись «Институт». Старые конспекты, фотографии. На одной — она, худая, серьёзная, в группе студентов.

— Зачем тебе это?

— Напоминание, — тихо сказала. — Меня тогда бросали, потому что я «слишком серьёзная». Мне нужно было перестать бояться, что ты увидишь во мне ту зануду и уйдёшь.

Она перелистывала дневник.
— Твои подарки… они как стимул. Сначала — взлёт, эйфория. А потом — спад. Ты это чувствуешь.

— Что я чувствую? — нахмурился он.

— Ждёшь, — выдохнула она. — Когда мой восторг иссякнет, чтобы снова подпитать его. Но мой ресурс…

— Какой ещё ресурс? — раздражение щёлкнуло само.

— Ресурс быть яркой! — почти выкрикнула она и сама вздрогнула. — Я не могу вечно сиять, как новогодняя ёлка! Это выматывает! И я видела, как ты смотришь на женщин, когда гирлянды на них гаснут.

Она замолчала, потом хрипло добавила:
— И я подумала… это тупик. Ты — будешь бежать, я — бояться. Мы оба устанем. Что если я попробую иначе? Не вспыхивать, а гореть. Ровно, долго. Чтобы тебе было хорошо просто потому, что я есть, а не потому что я сверкаю. Это ведь лучше, правда?

Он молчал. Горло перехватило. Проще было бы, если бы она закатила истерику — с этим он умел справляться. А вот с её тишиной — нет.

Он сжал кулаки, чувствуя, как рука уже тянется к привычной двери для бегства. Но взгляд зацепился за её пальцы — дрожащие, с ободранными ногтями, сжимавшие старую фотографию. На снимке — та самая серьёзная девушка, которую когда-то кто-то посчитал «скучной». И эта же девушка теперь, уставшая, упрямая, пытается построить новый мир, где его щедрость — не единственная валюта.

Гнев схлынул, осталась только ясность. Вся его жизнь — погоня за фейерверками. А она, оказывается, всё это время в тишине раздувала камин. Не ради яркости — ради тепла.

— Знаешь что, — сказал он, — давай я помогу тебе дособирать этот хлам. А потом просто посидим. Без повода.

Она кивнула. В её глазах, усталых и красных от бессонных ночей, светился не всплеск, а ровное, тёплое сияние — человеческое, настоящее. От которого, к удивлению, захотелось остаться.

243 +

21

[B]Позднее прозрение, или Исповедь в свете софитов[/b]

В выходные, фрагментами, посмотрел документальный фильм к восьмидесятилетию Никиты Михалкова. Картина, как водится, была выстроена по всем канонам жанра: воспоминания, архивные кадры, поздравления коллег. Но ближе к финалу, когда риторика должна была достичь своей самой гладкой и предсказуемой точки, Михалков произнёс нечто, заставившее отложить пульт.

Он сказал — я передаю смысл, но слова намертво врезались в память:

— «Вот дожил я до такого очень зрелого возраста и понял, что жизнь оказалась гораздо сложнее, чем во времена, когда я шагал по Москве...»

В этой фразе — не просто ностальгия по юности. Это намёк-цитата, отсылка к тому самому герою из черно-белого фильма Данелии, который бросал вызов миру с высоты крыш. Тогда, в двадцать лет, мир казался ясным: вот — правда, вот — ложь, вот — путь. Искусство было игрой, а идеология — декорацией.

Но главное откровение ждало дальше. Пауза, взгляд прямо в камеру, и — приговор, вынесенный целой эпохе и самому себе:

— «Ещё я понял важную вещь. То, что западная пропаганда говорила про социализм и СССР, оказалось неправдой. А то, что советская пропаганда говорила про Запад и капитализм... к сожалению, оказалось правдой».

И это «к сожалению» прозвучало не как оговорка, а как ключ ко всему. Не злорадное «я же говорил!», а горькое, выстраданное признание. Признание человека, который большую часть жизни прожил в одной системе координат, чтобы на её излёте обнаружить жутковатую правоту тех, кого в этой системе было принято считать глашатаями лжи.

Это «к сожалению» — о цене ошибки. О времени, потраченном не на ту иллюзию. О поколениях, свернувших не туда. Это осознание того, что пропаганда, которую ты презирал, в главном — угадала. А та, которой ты, возможно, верил, — обманула.

Такие вот дела. Фильм закончился, а эти слова повисли в воздухе, как итог не одного лишь творческого пути, а целой исторической развилки, на которой мы когда-то стояли. И, кажется, до сих пор стоим.

236 +

22

Женщина из любых трёх вещей может сделать истерику, а мужчина из одной вещи — трагедию, комедию и фарс. И эта вещь называется момент смены резины.

158 +

23

Вот смотрю на своего мужа и удивляюсь: нужную ему вещь в шкафу он найти не может, а вот поцарапанный чуть-чуть бампер где-то там внизу он из окна видит.

209 +

24

[b]«Банковский роман без романа, или История с прозрачным подтекстом»[/b]

В допофисе банка, где царили строгие костюмы, гул принтеров и запах свежего кофе, работала Сусанна. Татары, как известно, любят вычурные имена, и её имя звучало как музыка — Сусанна. Ей было лет 25, мне — на пятнадцать больше. Я — старший сисадмин, она — главный специалист по кредитованию малого бизнеса. И она была очень красива.

Немного не в моём вкусе, конечно — я славянин, а она была девушкой восточного типа, смуглой, с глазами, как угли, и волосами, тёмными, как ночь. Но красота — вещь универсальная. Она до боли напоминала известную латиноамериканскую певицу — и даже поставила её фото на заставку рабочего компьютера. Я, конечно, говорил, что это певица похожа на неё. Чтобы польстить. И это срабатывало.

Я был увлечён Сусанной. Но всё это витало в области флирта — лёгкого, необязательного, как летний ветер. Я был женат, у неё был бойфренд. Мы дружили: я рассказывал анекдоты, она смеялась; она училась дистанционно, а я помогал с учёбой, когда она просила. Всё было в рамках корпоративной этики. До того дня.

Мы отмечали какое-то событие. Сидели за круглым столом вчетвером: Сусанна — напротив, глаза в глаза, слева — кассирша Алёна (лет на пять старше меня), справа — ещё кто-то из девушек- не запомнил. И не мудрено. Потому что Сусанна была в белой корпоративной футболке с логотипом банка. [i]И под футболкой не было НИЧЕГО.[/i]

Её грудь — «мой любимый размер», как сказал бы Иа-Иа — была идеальной. Два упрямых пупырышка нахально проступали сквозь белую ткань, а соски просвечивали так откровенно, что я, мужчина опытный, повидавший в жизни всякое, почувствовал себя подростком на первом свидании. Я старался не пялиться, отводил взгляд, но он снова и снова возвращался к этим двум холмикам, будто загипнотизированный.

Сусанна с невозмутимым видом пила чай. Алёна слева таинственно улыбалась — то ли одобряя, то ли насмехаясь. А кто был справа? Не помню. Да и какая разница. Позже я понял: это был её способ сказать «спасибо» за помощь в учёбе. Молчаливый, но более чем красноречивый.

Через год у Сусанны была свадьба. Она приехала в банк с женихом и свитой. Мы все поздравляли её по очереди. И вот тогда я поцеловал её единственный раз — в щёку, по-товарищески. Всё остальное так и осталось в области намёков, белых футболок и того дня, когда соски говорили громче слов.

Эта история не о любви. Она о том, как иногда благодарность приходит в самой неожиданной форме. И о том, что даже в мире банковских процентов и кредитных отчётов есть место для лёгкого безумия. Безумия, которое проступает сквозь белую ткань и остаётся с тобой навсегда.

138 +

25

Я официально заявляю, что на протяжения нескольких десятилетий Я занимаюсь бытовым сексуальным насилием над собственной супругой. Практически Харассмент.
Я ее целую в щечку, когда просыпаюсь. Иногда дважды, если получится в руку или даже в шею. Без её на то согласия!!!!
И даже навязываю ей свои мужланские нарративы. Я ей говорю «Дорогая, доброе Утро».
А она считает это не утром, а днем, или ночью… И почему оно доброе, а не злое, в мире такая тяжелая международная обстановка…
И главное ДОРОГАЯ, она что вещь???, Я не имею право её оценивать

193 +

26

[b]«Серость под знаком „Кое-кто“: почему „ЗнаТоКи“ выжили лишь на обаянии актёров»[/b]

Что бы ни говорили апологеты советской ностальгии, а критический взгляд — вещь незаменимая. Вот и комментатор по имени Лёша, откликаясь на историю создания лейтмотива «ЗнаТоКов», выдал ту самую «рецензию», которую многие боялись озвучить вслух. Жёстко? Беспощадно? Зато честно.

«ЗнаТоКи» он смотрел в детстве, но — признаётся — далеко не каждую серию досматривал до конца. Причина проста: многие серии были нудны. Не помнит ни одного захватывающего детективного сюжета, который мог бы тягаться с Конан Дойлем, Агатой Кристи или хотя бы с Вайнерами. Тех же Вайнеров он в том же возрасте читал — и помнит отлично. А тут — сериал, который при совершенно сером творчестве сценаристов и никудышных операторах (сделавших из детектива подобие ситкома) держался исключительно на обаянии главных актёров.

И то не всех. В основном — на Томине-Каневском. Немножко — на Кибрит. А вот Знаменский был, по его мнению, скучен, блёкл и примерен, «как шахматист Карпов» — гениален, но без эмоций.

Но главный грех сериала — заставочная песня.
«Если кто-то кое-где у нас порой…» — в первый раз её можно было выслушать со смехом. Но с сотого раза она начинала бесить. Лучше бы, считает Лёша, наняли какого-нибудь частушечника, который на тот же мотив выдавал бы к каждой серии новые куплеты. Для профи — дело на минуты. Были бы деньги, хоть копейки и слава всенародная. Но у поставщиков контента фантазии на такое не хватило. Записали чёрт знает что один раз — и вздохнули с облегчением: ставить можно до бесконечности.

Возможно, в этой критике есть доля правды. «ЗнаТоКи» действительно стали явлением не благодаря детективным интригам, а благодаря узнаваемости героев — их человеческим слабостям, шуткам, бытовым диалогам. Они были не столько следователями, сколько соседями по эпохе. А песня… Что ж, песня стала таким же символом советского телевидения, как и гимн — символом государства. Её можно любить или ненавидеть, но невозможно забыть.

Так что Лёша, возможно, не прав в своей категоричности. Но он точно прав в одном: искусство требует фантазии. И если уж делать культовый сериал — то либо с частушечником на каждый выпуск, либо с сюжетами, которые не уступают Кристи. А иначе — остаётся только надеяться на обаяние Томина.

221 +

27

Дембельский спинжак

Ну и вот, сталбыть, выгнали меня из древнейшего профессионального технического заведения, пригрозив на прощание закатать в асфальт. И задумался я – а что же мне с прохвэсcырским-то спинжаком делать? Который со звёздами, гномами и прочими молотками? Надо бы, наверно, на какое-нить пугало огородное его нацепить… Галки да вороны будут надолго озадачены.

Иду я себе, размышляю этак, а тут навстречу мне шасть – главный местный бомж. Нахальный, испитой, здоровенный и горластый, частенько шуровал он во дворах между 19-й и 20-й линиями, матерно срамил конкурентов, собирал урожай в мусорных баках да громогласно требовал у прохожих дань. Тут я ему и говорю: ну, здравствуй, главный местный бомж. Денег я тебе не дам. А зато подарю я тебе роскошную вещь – аж целый прохвэссырский спинжак со сваво плеча! Смотри, вот он каков – весь в молотках, звёздах да разных троллях. Знатная штука. Конкуренты враз отвянут. Так носи же его гордо, главный местный бомж, красуйся во всём величии и блеске, осваивай в нём мусорные баки да поминай меня добрым словом.

Ребята говорили потом, видели его – с важным, напыщенным видом ковырялся он в мусорке, сверкая золочёными пентаклями, эмблемами и прочими нелепыми атрибутами местного строгого режима, так называемой там "цЫвильности". Виваааат, виваааааат……

299 +

28

Косметика - это такая вещь, которая помогает женщине не пугать окружающих своей естественной красотой.

273 +

29

Ссыкономить - это не купить приглянувшуюся дорогую вещь из-за страха потратить целую кучу денег.

253 +

30

«Подтяжки, гонорары и немые сцены: афоризм от Михалкова»

В середине 1960-х, когда советская литература цвела метафорами, а быт великих писателей оставался загадкой для простых смертных, в московской квартире Сергея Михалкова разыгралась сцена, достойная пера самогО острослова.

Поэт и писатель, чьи строки знала вся страна — от пионеров до партийных деятелей, — сидел за столом, погружённый в работу. Одет он был в рубашку и брюки с подтяжками. Не новыми, блестящими, а теми самыми, бывалыми, с растянутыми резинками, видевшими, кажется, ещё рождение «Дяди Стёпы».

В комнату вошла соседка — женщина, чей взгляд не мог скользнуть мимо столь прозаической детали гардероба великого литератора. —Сергей Владимирович, простите… — начала она, смущённо кашлянув. — Вы же известный человек, гонорары получаете… Неужели не купите себе новые подтяжки?

Михалков не обернулся. Его рука продолжала выводить строки, но голос прозвучал чётко и ясно, будто он декламировал со сцены: —Милая моя, откуда средства? Все мои гонорары уходят на аборты для подруг моих сыновей!

Воздух в комнате застыл. Соседка онемела — её воспитание, советская мораль и просто человеческое участие смешались в одном немом вздохе. Казалось, даже часы на стене перестали тикать, чтобы не нарушить красоту этого момента.

А поэт? Он продолжил работать. Возможно, именно в тот день рождались строки, которые потом печатали в «Правде». Или просто дописывал письмо. Но ясно одно: даже в быту Михалков оставался мастером слова — точного, острого и безжалостно правдивого.

Эта история — не просто анекдот. Это напоминание о том, что гении часто носят потрёпанные подтяжки, а их гонорары порой уходят не на новые костюмы, а на оплату ошибок молодости — своей или чужой. И что иногда одна фраза может сказать о времени и нравах больше, чем целое расследование.

Так что в следующий раз, увидев потрёпанную вещь на человеке искусства, помните: возможно, за ней скрывается не бедность, а новая глава чьей-то бурной жизни. Или просто гениальный ответ, чтобы отвязаться от назойливых советчиков.

220 +

31

Однажды Георгий беседовал с большим знатоком истории, каковых в Интернете развелось, как китайцев в Пекине в людный день. Интеллигентный человек с высшим образованием доказывал пролетарскому мурлу Георгия, что в просвещённой Европе в жизни не было такого ужасного антисемитизма, как в дремучей России. Тут Георгий тонко напомнил про Адольфа Алоизовича, но ему объяснили, что Гитлер - ёбаный псих, а мы обсуждаем цивилизацию и государства европейской культуры. Вот, например, Британия. "Есть такая умная поговорка, - сообщил недалёкому Георгию собеседник, эпически гордясь собой. - Почему в истории Англии никогда не было антисемитизма? Потому что англичане не считают себя глупее евреев".

Тут-то Георгий и улыбнулся во всё своё мордорское рыло. И рассказал доброму знакомому одну интересную вещь. В 1190-м году в славном цивилизованном английском городе Йорк горожане слишком много задолжали еврейской общине, ссужавшей деньги под проценты. Брали много, а отдавать кому охота? Тогда по всей благопристойной Англии шли те самые некультурные еврейские погромы, ибо добрый король Ричард Львиное Сердце (воспетый в "Робин Гуде") объявил крестовый поход против сарацин, а его подданные заодно принялись жечь дома евреев - ну так, ради вклада в патриотизм. И кому-то в Йорке пришла мысль - а чего б не побить и местных евреев? Тогда ж можно и долги не платить. Ну, начали бить.

Люди с семьями укрылись в Йоркской крепости, которую осадили погромщики. Еды и воды не было, вскоре глава еврейской общины сказал - выбора нет, остается покончить жизнь самоубийством: это лучше, чем пасть от рук англичан. Схема была такой - отец семейства убивал свою жену и детей, а потом себя. Так погибло 400 человек. Сто евреев сдались, объявив, что принимают христианство. Их отпустили по домам, но потом должники Йорка возмутились - да как это? Им что, теперь, деньги оставшимся в живых отдавать? Новоявленных христиан собрали вместе, облили смолой и сожгли живьем - в костер полетели все долговые расписки. Вот как умно любезный английский народ разбирался с кредитами, культурно и без российского влияния.

В 1218 году королевство Англия стало первой страной, приказавшей евреям носить отличительные знаки - желтые головные уборы, чтобы "не путать нечестивцев с добрыми христианами". Затем прибавились жёлтые нашивки на рукавах. А в 1290 году король Эдуард I приказал изгнать из страны ВСЕХ евреев, конфисковав их имущество, разрешив взять с собой только наличные деньги. Один корабль с еврейскими купцами моряки посадили на песчаную мель, и, смеясь, сказали - "молитесь своему Моисею, пусть вас спасёт". Купцы рискнули спастись вплавь и все погибли. Запрет на проживание евреев в Англии был снят только в 1656 году, при Кромвеле, когда разорённой войнами стране срочно требовалось хоть откуда-то взять бабло.

А так да, разумеется, никакого антисемитизма.

(с) Zотов

249 +

32

Не знаю, чем я ему приглянулся. А может даже вовсе наоборот, обидел когда-то, сам не поняв. По крайней мере свою месячную мзду в виде мешка риса и трех петухов он получал от меня регулярно. А вот принимать участие в его неаппетитных забавах с отрубанием куриных голов и художественной росписью козлиной кровью я не обязан был. Разок из любопытства и незнания посмотрел и решил, что дружить мы не станем.
Тем не менее к африканским верованиям, как реальному явлению, я относился с определенным уважением и некоторым любопытством. Когда то в детстве в одном забытой книжке прочитал, что Вуду, как магическая практика, в отличии от религии, являет своим адептам практический результат сразу. Совершил определенные действия и ритуалы и заставил духов Лоа сделать определенную работу.
Поэтому жители пятого континента могут верить во что угодно - в Богоматерь или Аллаха, посещать каждую неделю церковь или мечеть, но приносить жертвы духам и почитать шаманов они никогда не прекратят. И работать на шахте, над которой нет покровительства Лоа, они не станут.
В общем, я был не очень удивлен, когда старший надсмотрщик шахты, ой конечно же, старший менеджер добывающего комплекса, хитрющий и худющий, вечно голодный негр Фродди приперся в нашу крепость-фазенду и заявил, что шаман племени хочет видеть master. Master, это типа я - хозяин и владелец этой типа алмазной шахты и вообще крутой такой весь белый, у которого есть много риса и зеленых бумажек.
Ехать по тому, что в этой местности называют дорогой, пару часов, потом пробираться километров десять по дикому бушу, в сорокаградусную жару, с влажностью около ста процентов, удовольствие небольшое. После чего, наверняка, придется выслушивать часовое бормотание с понятным подтекстом - дэнги давай, давай дэнги, белая сволочь. Но и не прийти нельзя, злопамятный старикан, бяку сделает, зуб даю.
А вот и не угадал я. Ни денег не просил, ни бяку не сделал. Или сделал? В общем, подарил он мне одну вещь. Ну ладно, подарил. А вот откуда он знал, что я собираюсь через неделю улететь по делам? Сначала хотел в Венецию, там встреча была с покупателем из Израиля, потом в Питер, с партнером надо было перетереть пару моментов. Африка дело такое - я давно привык свои планы даже на следующий день никому не рассказывать.
Он же ведь так и сказал - дарю тебе эту штуку, забери ее в свой белый город, пригодится там. А потом рассказал, что именно подарил. Потому что магия работает, только когда знаешь, что это она.
Когда то давно была у молодого шамана красавица жена. Старшая. Шли годы, жена не молодела, характер портился. И в какой то момент сварливая и злая женщина так надоела ему, что он не выдержал. Попросив и купив помощь кого-то из верхних духов, он принес жену в жертву. После чего, заточил самую злую часть ее души в простую деревянную маску. И поймав несколько младших духов Лоа, запер их там же, поручив им два дела - терзать остаток души и выполнять некое действие. А действие было простое. Если человек, владеющий по праву этой маской, посмотрит на другого человека, которому он искренне желает зла, то оставшаяся жизнь того человека уменьшится наполовину.
Маска была солидна. Вырезанная ножом, совсем простая, без всяких орнаментов и завитушек. Но во-первых, она выглядела очень старой, я бы даже сказал - древней. Гораздо древнее, чем этот старик, больше похожий на черный сморчок. И во-вторых, она притягивала. Хотелось взять ее и примерить. Приложить к лицу. Она так приятно будет холодить кожу. Мягкая древесина защитит от солнца и влаги. И всё станет сразу легко и хорошо…
Брррр, ссука дед! Он улыбался. Потом схватил за плечо и с силой вытолкнул из хижины. Маска осталась у меня в руках, наваждение исчезло.
Я еще раз повторю - с уважением относился к Вуду. Если полтора миллиарда людей уверены, что это работает, то почему я должен сомневаться? Но поверить самому? Я образованный, интеллигентный ленинградский мальчик, волей судьбы временно занесенный в самую Жопу Мира. Нет, это не мое. А маска? Ну что маска, будет значит сувенир. И главное - сувенир с фантастической историей! Гостям понравится.
Меня тогда гораздо больше занимал вопрос, как вывезти в Венецию образцы алмазов, чем этот забавный эпизод. Поэтому маску просто завернул в несколько полиэтиленовых пакетов и засунул в рюкзак-багаж. Благо дело никакой таможни и досмотров в том, что во Фритауне называют «международный аэропорт», в помине не было и что такое «вывоз культурных ценностей» там в наивности не знали.
Завершив дела в Европе, я прилетел в Питер. И через пару дней, когда собрался заехать в офис к другу-партнеру, вдруг вспомнил ту забавную историю и решил - а подарю я ему эту маску! Отличный подарок ведь. Мне то она зачем? А вот рассказывать ему всю эту хрень с духами и душами не буду, ни к чему такие ужасы. Вот и подарил, сказав только, что выменял ее у шамана племени и типа маска очень древняя, лет двести ей. Она, кстати, так и выглядела. Как правильно говорится - меньше знаешь, крепче спишь. Ну я так думал тогда. Маску он повесил на почетное место - в простенок у лестницы на второй этаж. Красиво получилось.
Я в городе задержался на три недели. И дел мелких накопилось и возвращаться в тропический сезон дождей, когда плесенью покрывается абсолютно всё, не больно то тянуло. А тут Петербург, снег, прохлада, грязь замерзла, грязь растаяла, ляпота.
И вдруг однажды ночью звонит партнер и просит срочно приехать. Только не офис, а давай в ночной клуб. Был тогда на Невском такой Голден Долс, не знаю, как сейчас.
Совершенно я не удивился, бывало уже такое и не раз. И сам ночами звонил друзьям и требовал составить компанию, так что ничего выдающегося. Тем более я человек был в тот момент холостой и осуждать меня было некому. Да и после полутора непрерывных лет в Африке вообще только в радость. Приезжаю. Друг сидит один, девочки где то в сторонке мнутся, на него стараются не смотреть. А сам он выглядит ужасно. Весь мятый, лицо серое, говорит с трудом. Что случилось?
Вот, магия, да. Конечно её не существует. Только работало в офисе больше двадцати человек, а за две недели не осталось ни одного. Уволились. Несмотря на огромные зарплаты, причем не в рублях. И любой, кто в офис заходил, больше получаса не выдерживал. А по стенам бродили тени. Они извивались в диких танцах. И звук, которого не было, но который звучал в головах. Полная дичь.
Набрались мы хорошо к утру для храбрости. Я ему всю историю рассказал, у него даже сил не было обидеться. Потом сели в мой Навигатор и поехали в офис. Каминными щипцами сняли маску, закинули в багажник. И поехали за город, на свалку у кольцевой дороги. Там всегда что-то горело.
Нашли костер и кинули туда эту дрянь. Маска кричала. Она визжала, словно крыса, сжигаемая заживо. Пара бомжей, подошедших посмотреть, что тут происходит, в ужасе убежали. Маска извивалась, сквозь рот и глаза пробивалось ярко зеленое пламя. А потом она сказала Буффф… и превратилась в пепел.
Когда я вернулся в Сьерра Леоне, то узнал, что шаман умер. Вроде как желтая лихорадка. А с новым у меня уже дел не было. Просто действовала старая договоренность и он исправно получал свой мешок риса и трех петухов в месяц. Я его даже никогда не видел. А Вуду, что ни говори, мерзость страшная - духи Лоа не умеют делать что-то хорошее, только гадости, натура у них такая.

Marat Nasyrov

341 +

33

-Какой, по вашему мнению, научный предмет самый тяжёлый?
-Наука вообще вещь не лёгкая. А тяжелей всего, пожалуй, наука жизни.

229 +

34

В очередной раз попался на глаза анекдот о старике, заехавшем ложкой в лоб своей старухе за то, что не девкой взял. Ну, что ж. Давайте рассмотрим всё как есть.

"Я сидела в беседке и читала "Вешние воды", когда на белом коне подъехал красавец-гусар. Высокий, статный, широкоплечий. Какие речи он мне говорил, как звал меня замуж! Обещал увезти в Париж. Но я только смеялась в свой обтянутый атласной перчаткой кулачок. И тогда, поняв, что ему отказано, он повалил меня на кровать, измял капор и обесчестил. Напрасно я звала на помощь, и отбивалась от него веером. От страха и потрясения я даже не поняла, что же такое произошло. Всё пронеслось как в тумане. Он же поутру, одевшись и нацепив шпоры, вскочил на своего коня и ускакал. Больше я его не видела.
Сама же я стала затворницей, и перестала подпускать к себе мужчин даже на пушечный выстрел. Но тут явился ты и растопил моё сердце, поэтому я решила подарить тебе и только тебе самое дорогое, что у меня есть - священное право быть у меня вторым."
А мужик - он лох. Чего только он ни сделает для семейного благополучия; в том числе и проникнется этой щемящей душу историей. "Сама же говорит - как во сне; и не помнит ничего. А я - сердце растопил". Но блядство - это такая вещь... Блядства в мешке не утаишь. И довольно скоро наш герой (не без помощи своей героини) начинает понимать, что помимо уже указанного широкоплечего красавца, дама его сердца перееблась со всем гусарским полком, а также со всеми окрестными денщиками и унтер-офицерами.
Уланы с пёстрыми значками,
Драгуны с конскими хвостами,
Всё промелькнуло перед нами,
Все побывали тут.
И уже разобравшись, во что он вступил, наш незадачливый рыцарь пытается хоть как-то поставить блядство своей дамы под контроль, что так или иначе неизбежно приводит к упоминанию ним девушкиного недевушкиного состояния на момент заключения на небесах их незатейливого брака. И тут на помощь нашей бляди приходит блядский-же, придуманный другими блядьми, анекдот.

Так что, мужики, всё правильно вы делаете, и не надо этого стесняться: как вспомню, что не девкой взял - убить хочется!

185 +

35

Не моё. Потрясён.

Душераздирающая история!!!!

Я, Зинаида Партис, хочу рассказать о судьбе этой песни и о судьбе ее автора.
Наверно не найдётся читателей не молодого поколения, кому бы не были известны слова из песни конца 50-х гг.:

" Люди мира, на минуту встаньте!
Слушайте, слушайте: гудит со всех сторон -
Это раздаётся в Бухенвальде
Колокольный звон, колокольный звон!
Это возродилась и окрепла
В медном гуле праведная кровь.
Это жертвы ожили из пепла
И восстали вновь, и восстали вновь.
И восстали,
И восстали,
И восстали вновь! "

Многие, конечно, могут сказать: это "Бухенвальдский набат" - Вано Мурадели. Да, это песня, которая мгновенно возвела опального, низложенного в 1946 г.(Ждановскую эру ) композитора, снова на самый гребень славы. Однако, кто же автор этих пронзительных, даже не нуждающихся в музыке, бьющих как набат, слов? Многие ли назовут автора, не заглянув в интернет? Но интернет у нас не так уж давно, всего каких - нибудь 10-11 лет, а до интернета автор слов, облетевших весь земной шар и переведённых на множество языков мира, более 40 лет оставался просто неизвестен. А ведь эта песня, 50 лет тому назад буквально всколыхнувшая весь мир, а не только советских людей, звучит очень актуально и сегодня для всего человечества, испытывающего угрозу ислама. Как же могло случиться, что автор такой песни, таких слов остался неизвестным? Очень просто: упоминание имени автора при исполнениях намеренно избегалось, не рекомендовалось. Считалось, что достаточно одного звучного грузинского имени Мурадели, и так и пошло и так оно закрепилось.

Фамилия Соболев не бросила бы тени на песню, но в 5-й графе паспорта автора стояло: еврей и имя Исаак.

Имя Исаак годилось для ленинградского собора, построенного в 1858 году Огюстом Монфераном, но для автора "Бухенвальдского набата" звучало, вероятно, диссонансом.

Автор "Бухенвальдского набата" Исаак Владимирович Соболев родился в 1915 году в селе Полонное Винницкой обл., неподалёку от Киева, в бедной,многодетной, еврейской семье. Исаак был младшим сыном в семье. Фамилия его с рождения была Соболев, благодаря прадеду - кантонисту, прослужившему на царской службе в армии 25 лет. Кантонистам в царской армии для простоты обращения присваивались фамилии их командиров. Исаак начал сочинять стихи с детства, всегда шептал их про себя. Отец, заметив, что он постоянно что-то шепчет, сказал матери озабоченно: "Что он всё бормочет, бормочет. Может показать его доктору?". Когда он окончил школу, школьный драмкружок на выпускном вечере показал спектакль по пьесе, написанной им: "Хвосты старого быта". В 1930 году умерла мать, отец привёл мачеху в дом. Ему было 15 лет: положив в плетёную корзинку пару залатанного белья и тетрадь со своими стихами, в которой уже были пророческие строчки, предсказавшие его нелёгкий в жизни путь:

" О , как солоны , жизнь, твои бурные, тёмные воды!
Захлебнуться в них может и самый искусный пловец..."

Исаак уехал к старшей сестре в Москву. Там он поступил в ФЗУ, выучился на слесаря и стал работать в литейном цехе на авиамоторном заводе. Вступил в литературное объединение и вскоре в заводской газете стали появляться его стихи и фельетоны, над которыми хохотали рабочие, читая их. В 1941 году, когда началась война, Исаак Соболев ушёл на фронт рядовым солдатом, был пулемётчиком стрелковой роты на передовой. Во время войны он продолжал писать стихи и статьи, которые печатались во фронтовой газете, там ему предложили печатать их под именем Александр, оттуда и закрепился за ним псевдоним Александр Соболев. В конце 1944 года после нескольких ранений и двух тяжёлых контузий Соболев вернулся в Москву сержантом, инвалидом войны второй группы. Вернулся он снова на авиамоторный завод, где стал штатным сотрудником заводской газеты.

Помимо заводской газеты его стихи, статьи, фельетоны стали появляться в "Вечерней Москве", "Гудке", "Крокодиле", "Труде". В редакции заводской газеты он встретил Таню, русскую, белокурую девушку - свою будущую жену, которая оставалась для него до самого его последнего вздоха другом, любимой, путеводной звездой, отрадой и наградой за всё недополученное им от жизни. Вместе они прожили 40 счастливых, полных взаимной любви, лет.
Его статьи в заводской газете о злоупотреблениях с резкой критикой руководства скоро привели к тому, что его, беспартийного еврея, невзирая на то, что он был инвалидом войны, а их по советским законам увольнять запрещалось, уволили по сокращению штатов. Начались поиски работы: "хождение по мукам". Отчаяние, невозможность бороться с бюрократизмом,
под которым надёжно укрывался разрешённый властями aнтисемитизм, порождали у Соболева такие стихи:

" О нет, не в гитлеровском рейхе,
а здесь, в стране большевиков,
уже орудовал свой Эйхман
с благословения верхов ...
.. Не мы как будто в сорок пятом,
а тот ефрейтор бесноватый
победу на войне добыл
и свастикой страну накрыл".

Здоровье Соболева резко ухудшилось и ему пришлось провести почти 5 лет в различных больницах и госпиталях. В результате врачи запретили ему работать, выдав заключение: нетрудоспособен. В довершение ко всему его жену - журналистку, радиорепортёра, уволили из Московского радиокомитета заодно с другими евреями - журналистами в 1954 году, пообещав восстановить на работе, если она разведётся с мужем - евреем. Татьяна Михайловна Соболева так вспоминает об этом: "После того, как двери советской печати наглухо и навсегда передо мною закрылись, я поняла: быть женой еврея в стране победившего социализма наказуемо".

Летом 1958 года Соболев с женой находился в городе Озёры Московской
области. По радио он услышал сообщение о том, что в это время в Германии в Бухенвальде на месте страшного концлагеря состоялось открытиеМемориала памяти жертв нацизма. А на деньги, собранные жителями ГДР, надмемориалом возвели башню, увенчанную колоколом, звон которого долженнапоминать людям об ужасах прошедшей войны, о жертвах фашизма. Сообщениепотрясло Соболева, он заперся в комнате, а через 2 часа, как вспоминает вдова поэта, он прочитал ей:

"" "Сотни тысяч заживо сожжённых
Строятся, строятся в шеренги к ряду ряд.
Интернациональные колонны
С нами говорят, с нами говорят.
Слышите громовые раскаты?
Это не гроза, не ураган.
Это, вихрем атомным объятый,
Стонет океан, Тихий океан.
Это стонет,
Это стонет,
Тихий океан".

Таня плакала, слушая эти стихи. Соболев понёс их в центральный партийный орган - в "Правду", полагая, что там ими заинтересуются: война не так давно кончилась, автор-фронтовик, инвалид войны. Там его встретили вполне дружелюбно, внимательно расспросили кто он, откуда, где работает и обещали прислать письменный ответ. Когда он получил ответ, в конверте лежали его стихи - перечёркнутые. Объяснений не было. Тогда Соболев понёс их в "Труд", где уже публиковался ранее. В сентябре 1958 г. в газете "Труд" был напечатан "Бухенвальдский набат" и там же ему посоветовали послать стихи композитору Вано Мурадели, что он и сделал. Через 2 дня Вано Ильич позвонил по телефону и сказал: "Какие стихи! Пишу музыку и плачу. Таким стихам и музыка не нужна! Я постараюсь, чтобы было слышно каждое слово!!!". Музыка оказалась достойная этих слов. "Прекрасные торжественные и тревожные аккорды эмоционально усилили мощь стихов".

Мурадели сам понёс эту песню на Всесоюзное радио, там Художественный совет передал песню на одобрение самому прославленному в то время поэту- песеннику, генералу песни, как его называли, Льву Ивановичу Ошанину.

Судьба песни, а также самого автора оказались полностью в руках Ошанина: он мог казнить и мог миловать. Соседи по Переделкино вспоминали, какой он был добрый и сердечный человек. В судьбе поэта Александра Соболева Ошанин сыграл роль простого палача, безсердечного убийцы, который своейбезсовестной фальшивой оценкой, явно из недоброго чувства зависти, а, может быть, и просто по причине антисемитизма, перечеркнул возможность продвижения Соболева на официальную литературную работу, иными словами "отнял кусок хлеба" у безработного инвалида войны. Ошанин заявил - это "мракобесные стихи: мёртвые в колонны строятся". И на песню сразу было повешено клеймо: "мракобесие". А Мурадели попеняли, что же это Вы ВаноИльич так нерадиво относитесь к выбору текста для песен. Казалось бы, всё -зарезана песня рукой Ошанина. Но Соболеву повезло: "...в это время вСоветском Союзе проходила подготовка к участию во Всемирном фестивалемолодёжи и студентов в Австрии. В ЦК ВЛКСМ, куда Соболев принёс "Бухенвальдский набат", песню оценили, как подходящую по тематике и "спустили к исполнению" в художественную самодеятельность. В Вене она была впервые исполнена хором студентов Свердловского университета и буквально покорила всех. Её тут же перевели практически на все языки, и участники фестиваля разнесли её по миру. Это был триумф!" Судьба этой песни оказалась не подвластной ни генералу советской песни, ни тупымневежественным советским чиновникам. Вышло как в самой популярной песнесамого генерала: "Эту песню не задушишь, не убьёшь, не убьёшь!.." На родине в СССР песню впервые услышали в документальном фильме "Весенний ветер над Веной". Теперь уже и здесь остановить её распространение было невозможно. Её взял в свой репертуар Краснознамённый Ансамбль песни и пляски под управлением Бориса Александровича Александрова. Было выпущено около 9 миллионов пластинок с "Бухенвальдским набатом" без указания имени автора слов. Соболев обратился к Предсовмина Косыгину с просьбой выплатить ему хотя бы часть гонорара за стихи. Однако правительственные органы не удостоили его хотя бы какого-либо ответа. Никогда он не получил ни одной копейки за авторство этой песни. Вдова вспоминала, что при многочисленных концертных исполнениях "Бухенвальдского набата" имя автора стихов никогда не называли. И постепенно в сознании слушателей утвердилось словосочетание: "Мурадели. Бухенвальдский набат". "В Советском Союзе, где государственный антисемитизм почти не был скрываем, скорее всего замалчивание авторства такого эпохального произведения былорезультатом указания сверху, в это же время советские газеты писали:

"Фестиваль ещё раз продемонстрировал всему прогрессивному человечеству антивоенную направленность политики Советского Союза и великую дружбу народов, населяющих СССР. Это членами советской делегации была исполнена лучшая антивоенная песня фестиваля "Бухенвальдский набат". Это советский поэт призывал: "Люди мира, будьте зорче втрое, берегите мир, берегите мир!". Триумф достался только композитору, который получал мешкамиблагодарственные, восторженные письма, его снимали для телевидения, брали у него интервью для радио и газет. У поэта песню просто - напросто отняли, "столкнув его лицом к лицу с государственным антисемитизмом, о котором чётко говорилось в слегка подправленной народом "Песне о Родине". И с тех пор советский государственный антисемитизм преследовал поэта до самой смерти". Майя Басс "Автор и государство".

Соболев в это время был без работы, в поисках работы, он обратился за помощью к инструктору Горкома партии, который ему вполне серьёзно посоветовал: "Учитывая вашу национальность, почему бы вам не пойти в торговлю?"

Вдова его комментирует: "Это был намёк, что еврею в журналистике делать нечего".
Иностранцы пытались связаться с автором, но они натыкались нанепробиваемую "стену молчания" или ответы, сформулированные "компетентными органами": автор в данный момент болен, автор в данныймомент в отъезде, автора в данный момент нет в Москве - отвечали всегда заботливые "люди в штатском". Во время гастролей во Франции
Краснознамённого Ансамбля песни и пляски имени А. В. Александрова (азавершал концерт всегда "Бухенвальдский набат") после концерта к руководителю Ансамбля подошёл взволнованный благодарный слушатель пожилой француз и сказал, что он хотел бы передать автору стихов в подарок легковой автомобиль. Как он это может осуществить?
Сопровождавший Ансамбль в заграничные поездки и присутствовавший при этом "человек в штатском" быстро ответил: " У нашего автора есть всё, что ему нужно!". Александр Соболев жил в это время в убогой комнатёнке, которую он получил как инвалид войны, в многоквартирном бараке без воды и отопления и других элементарных удобств, он нуждался не только в улучшении жилищных условий, он просто нищенствовал на пенсии инвалида войны вместе с женой, уволенной с журналистской работы из-за мужа-еврея.

В период самой большой популярности "Бухенвальдского набата" Соболеву стали звонить недоброжелатели-завистники, иногда звонки раздавалисьсреди ночи. Однажды один из таких звонящих сказал: " Мы тебя прозевали. Но голову поднять не дадим!.." Это уже была настоящая травля!

В 1963 году песня "Бухенвальдский набат" была выдвинута на соискание Ленинской премии, но Соболева из числа авторов сразу вычеркнули из списков: не печатающийся, никому не известный автор, не член Союза
Советских Писателей, а песня без автора слов уже не могла числиться в соискателях. Тем временем история авторства стала постепенно обрастать легендами. Одна из легенд, что стихи "Бухенвальдского набата" были написаны на стене барака концлагеря неизвестным заключённым. Мурадели, человек уже "пуганый", прошедший вместе с Ахматовой и Зощенко через зловещий ад Ждановского Постановления 1946 года, молчал,он всегда молчал, когда делокасалось Соболева. Заступиться боялся даже в "безтеррорное" время. А, впрочем,когда это террора не было? Сажали всегда, советские лагеря не были упразднены.

Чтобы отстоять своё авторство, нужно было стать членом Союза Писателей, а для этого нужно было писать определённую продукцию. Соболев же не написал ни одной строчки восхваления коммунистической партии и её вождя "отца народов", поэтому членство в СП для него было закрыто. Из под его пера выходили совсем другие стихи, не имевшие права на жизнь:

"Ох, до чего же век твой долог,
Кремлёвской банды идеолог --
Глава её фактический,
Вампир коммунистический."

Только молодым нужно объяснять, что это о Суслове.

Или: "...Утонула в кровище,
Захлебнулась в винище,
Задохнулась от фальши и лжи ...
. . А под соколов ясных
Рядится твоё вороньё.
А под знаменем красным
Жирует жульё да ворьё.
Тянут лапу за взяткой
Чиновник, судья, прокурор...
Как ты терпишь, Россия,
Паденье своё и позор?!...
Кто же правит сегодня твоею судьбой?
- Беззаконие, зло и насилие!"

А вот "афганская тема" в его творчестве. 1978 год воевать в Афганистан посылали 18 летних призывников, ещё совсем мальчишек. Вот отрывок из стихотворения:

"В село Светлогорье доставили гроб":
"... И женщины плакали горько вокруг,
стонало мужское молчанье.
А мать оторвалась от гроба, и вдруг
Возвысилась как изваянье.
Всего лишь промолвила несколько слов:
- За них - и на гроб указала, -
Призвать бы к ответу кремлёвских отцов!!!
Так, люди? Я верно сказала?
Вы слышите, что я сказала?!
Толпа безответно молчала -
Рабы!!!..."

Или:

"... Я не мечтаю о награде,
Мне то превыше всех наград,
Что я овцой в бараньем стаде
Не брёл на мясокомбинат..."
"...Непобедимая, великая,
Тебе я с детства дал присягу,
Всю жизнь с тобой я горе мыкаю,
Но за тебя костьми я лягу!..."
"....Не сатана, несущий зло вовек,
Не ценящий живое и в полушку,
А человек, подумать - человек! -
Свой дом, свою планету "взял на мушку"..."

Итак, несмотря на колоссальный всемирный триумф "Бухенвальдского набата" - его привёз даже на гастроли в Москву японский хор "Поющие голоса Японии", в Советском Союзе исполняли все самые лучшие солисты, Муслим Магомаев сделал очень волнующее блистательное представление, сопровождаемое документальными кинокадрами времён войны, музыкальным оркестром и колокольным звоном Мемориала в Бухенвальде, автору, вместо славы, подарена была нищенская жизнь пасынка - "побочного сына России".

После создания "Бухенвальдского набата" он прожил 28 лет в атмосфере вопиющей несправедливости, удушающего беззакония и обиды, и только огромная любовь к Тане, дарованная ему свыше, и безмерная ответная любовь Тани к нему помогали ему выжить, не сломаться и даже чувствовать себя счастливым и продолжать писать стихи и автобиографический роман "Ефим Сегал - контуженый сержант".

"Звоном с переливами
Занялся рассвет,
А меня счастливее
В целом мире нет.
Раненный, контуженный
Отставной солдат,
Я с моею суженой
Нищий, да богат..."

А вот ещё:

"С тобой мне ничего не страшно,
С тобой - парю, с тобой - творю
Благословляю день вчерашний
И славлю новую зарю.
С тобой хоть на гору,
За тучи,
И с кручи - в пропасть,
Вместе вниз.
И даже смерть нас не разлучит,
Нас навсегда
Венчала
Жизнь."

В 1986 году после долгой тяжёлой болезни и онкологической операции Александр Владимирович Соболев умер.
"...Ни в одной газете не напечатали о нём ни строчки . Ни один "деятель" от литературы не пришёл проститься с ним. Просто о нём никто не вспомнил..." М. Токарь

После его смерти вдова - Татьяна Михайловна Соболева с помощью Еврейской Культурной Ассоциации издала небольшим тиражом сборник стихов "Бухенвальдский набат", подготовленный ещё самим автором. Она продала, унаследованную ею от матери, трёхкомнатную квартиру, чтобы издать автобиографический роман "Ефим Сегал - контуженый солдат" тиражом 1000 экземпляров и свою повесть о муже "В опале честный иудей " - 500 экземпляров . .

Известное высказывание Федина: "Я не знаю автора стихов, не знаю других его произведений, но за один "Бухенвальдский набат" я бы поставил ему памятник при жизни". (Константин Федин (1892 - 1977) - первый секретарь правления Союза Писателей СССР с 1959 по 1971 и председатель правления его с 1971 по 1977 гг., активный участник травли Пастернака и высылки Солженицына.)

В 2002 году вдова А.В. Соболева четыре раза обращалась к президенту России В. В. Путину с письмом - ходатайством об установке в парке Победы на Поклонной горе Плиты с текстом "Бухенвальдского набата".
Четвёртое её письмо Путин направил для решения вопроса в Московскую городскую думу.
"И Дума решила... единогласно... отклонить ...".

Зато родному сынку - генералу советской песни Льву Ошанину в Рыбинске на набережной Волги установлен памятник: возле парапета Лев Иванович с книгой в руках смотрит на реку. Справедливости ради, нужно сказать, что одна песня Л.И. Ошанина, написанная им в1962 году, через 4 г. после публикации в "Труде" "Бухенвальдского набата", действительно, пленила и очаровала всех советских людей, но на мировой масштаб она не тянула. Это всем известная песня: "Пусть всегда будет солнце".

Ради той же справедливости, необходимо заметить, что Корней Иванович Чуковский в своей книге "От двух до пяти" (многие из нас читали её в детстве) сообщает, что в 1928 (!) году четырёхлетнему мальчику объяснили значение слова "всегда" и он написал четыре строчки:

Пусть всегда будет солнце
Пусть всегда будет небо
Пусть всегда будет мама
Пусть всегда буду я

Дальше Чуковский пишет, что это четверостишие четырёхлетнего Кости Баранникова было опубликовано в статье исследователя детской психологии К.Спасской в журнале "Родной язык и литература в трудовой школе". Затем они попали в книгу К.И. Чуковского, где их увидел художник Николай Чарушин, который, под впечатлением этих четырёх строчек , написал плакат и назвал его: "Пусть всегда будет солнце ".

Факты - не только упрямая, но и жестокая вещь .

Евреи - побочные дети России

" От Москвы до самых до окраин,
С южных гор до северных морей
Человек проходит как хозяин,
Если он, конечно, не еврей! "
1936 г.
"Песня о Родине". Сл. Лебедева-Кумача, муз. Дунаевского (последняя строчка - народная обработка).

"...Я плачу, я слёз не стыжусь и не прячу,
Хотя от стыда за страну свою плачу..."
1960 г.
Герман Плисецкий. "Памяти Пастернака".

297 +

36

Оленька Строганова, как и героиня "Метели", зачитывалась французскими романами, "и, следственно, была влюблена". (Лучше классика не скажешь). Героем её романа был белокурый красавец, штаб-ротмистр Кавалергардского полка граф Павел Ферзен, известный повеса и шалопай. Ферзен был совсем не ровня богатейшей наследнице Строгановой, и когда посватался, мать Ольги, графиня Софья Владимировна, к этому времени овдовевшая, ему отказала. Да что Софья Владимировна! Вся родня Строгановых была против этого мезальянса.
Однако Оленька, "девушка бедовая", от красавца кавалергарда не отступилась. Она решилась на побег и тайное венчание. Вещь по тем временам неслыханная - ведь место действия Петербург, а не горный аул. От дома Ферзену было отказано, но влюблённые переписывались. Во время конных прогулок Ольга Павловна имела обыкновение ускакать от всех. На одной из дальних тропинок знаменитого Строгановского сада её поджидал Ферзен, которому она кидала свою записочку. И вот настал день, когда в записочке значилось три решительных слова: "Замужество или смерть".
Весь петербургский свет был в курсе романтической истории и с нетерпением ожидал развязки, которая наступила 1 июля 1829 года. Графиня Софья Владимировна, войдя в комнату младшей дочери, обнаружила, что Ольга похищена! Грандиозный скандал!
Тем временем молодые обвенчались в сельской церкви, и новоявленная тёща вынуждена была простить и благословить беглецов. Через десять дней император Николай I вернулся в Петербург из Турции с известием о взятии Силистpии нашими войсками. Он отнёсся к любовникам не столь благодушно. Ферзена судили и отправили с молодой женой в Свеаборгский батальон. А в Петербурге весь июль ходили такие разговоры:
- Слыхали главную новость?
- Про взятие Силистpии?
- Да что Силистрия! Графиню Ольгу похитили!

126 +

37

Странная вещь - предрассудки! Опытная повариха - звучит солидно. Опытная стюардесса - уже настораживает. Опытная старшеклассница - не оставляет никаких сомнений.

78 +

38

Странная вещь – предрассудки!
Опытная повариха – звучит солидно.
Опытная стюардесса – уже настораживает.
Опытная старшеклассница – не оставляет никаких сомнений.

118 +

39

ФОРМУЛА

Есть старый, не смешной анекдот:
«Чукча сидит на дереве и пилит под собой сук.
Подходит геолог и говорит:
-Чукча, что ты делаешь? Ты же упадешь с дерева, когда допилишь ветку...
Чукча:
-Однако я тридцать лет пилю ветки, и ни разу не падал.
Естественно, когда он допилил, сразу упал. Встал, отряхнулся, посмотрел вдаль, куда ушел геолог и тихо сказал:
-Шаман, однако...»

Понятно, что тут весь цимес в том, что геолог знал чуточку больше о жизни, чем чукча: да хотя бы закон всемирного тяготения и ему несложно было спрогнозировать результат. Хоть чукче это и казалось шаманством.
К чему я клоню? А к тому, что мы все наверняка такие вот даже не чукчи, а слепые котята и не подозреваем о том, что в природе существует некая универсальная формула получения чего угодно...что-то типа загадки про волка, козу и капусту.
На первый взгляд тоже неразрешимая задача, а поди ж ты, реально решаемая.
Так и все вокруг нас можно впихнуть в суперформулу, где, например, деньги-это капуста, трудности - это волк, а удача – это коза...
Лет через сто, люди наверняка откроют эту универсальную формулу и будут удивляться: "Как это мы раньше жили без нее. Просто дикие люди..."
На все эти размышления меня натолкнул один давнишний случай:
Дело было еще в Советском союзе.
Мой друг Валера позвал меня за компанию съездить с ним в ДОСААФ. Что-то он там мутил с правами, а пока ездил с фальшивыми.
Приехали, вошли в дверь, тишина. В коридоре никого, может, потому что суббота.
Решили подождать. Заглянули в первый попавшийся класс: парты, плакаты, моторы в разрезе, все как обычно.
Перечитали все надписи, увидели гитару, попели песни.
Уже скоротали минут сорок. Но кто-то же должен сюда прийти, не могли же оставить ДОСААФ открытым с плакатами и гитарой...
Вдруг Валерка подошел к классной доске и возле учительского стола увидел приоткрытый сейф со связкой ключей в замке, а на столе лежала железная коробка, явно вытащенная из сейфа. Валера приоткрыл коробку и мы "охренели": внутри лежали «нулевые», обильно-смазанные пистолеты Макарова в количестве двух штук, эдакий дуэльный набор. Между ними приткнулись патроны в картонных коробочках.
Валерка ни за что не хотел выпускать из рук такую шикарную вещь.
Я начал издалека:
- Валера, положи на место и пойдем отсюда, тут все вокруг в твоих отпечатках пальцев, а они, кстати, лежат в ментовке и только дожидаются такого вот случая. Ты поиграешься с пистолетом ровно пока едешь до дома, а там нас будет уже ждать засада.
Вот если бы сразу войти, взять и уйти, то еще можно...(я конечно лукавил: в любом случае не дал бы Валерке влезть в это дерьмо)
С тяжелой душой он положил пистолеты обратно в ящик, и мы тихо вышли на улицу. Оттуда обратно зашли в ДОСААФ и начали свистеть как на футболе. Сами чуть не оглохли.
Из маленькой дверки в конце коридора, наконец, показалось заспанное лицо охранника с чайником в руке:
-Кто там свистит? Что вам ребята?
-Да мне бы справку, что я прошел обучение на курсах.
- Какая справка? Сегодня суббота, приходите в понедельник. А кто вам открыл?
- Так открыто было. До свидания.
- Бывайте здоровы...
Мы вернулись к Валерке домой, он еще долго сокрушался:
- Эх, зря я тебя послушал, сейчас было бы у нас по «валыне», да еще и патронов куча. Такая вещь всегда бы пригодилась.
- Ну, на хрена он тебе?
- Ну, иду я к примеру с подругой, а тут десять человек с ножами...
-Десять тебе не подойдет, патронов только восемь.
- Ну, хотя бы восемь с ножами, тоже не мало.
- Круто, а еще удобно если начнется война, то мы можем на двадцать минут подольше поспать, ведь оружие у нас уже есть и спешить в военкомат к шести утра уже не надо, пока все пистолеты получают, а мы еще дрыхнем...Валера, тебе самому не смешно?

Вдруг наш дурацкий спор остановили экстренные новости из телевизора:
«Сегодня в 10.00 (по такому-то адресу) двое неизвестных напали на двоих постовых милиционеров и убили их с целью завладения табельным оружием: двумя пистолетами Макарова. В городе введен план «перехват», по горячим следам один нападавший уже задержан, при нем был обнаружен украденный пистолет. Поимка второго, дело нескольких часов».

Мы с Валеркой переглянулись и с ужасом поняли: а ведь мы были в то же время, причем в ста метрах от происшествия и забавлялись такими же двумя пистолетами...
Ведь если бы эти тупые, злобные уроды знали «формулу», то высчитали, что «бесхозные» пистолеты лежат и ждут их в ста метрах и не надо никого «мочить»...
Но они повели себя как чукчи из анекдота: «Хрен ли думать, трясти надо...»
Да ведь наверняка и не пистолеты им нужны были для счастья.
И даже не деньги...
Бедные мы все бедные, не знаем пока «формулы...»

145 +

40

С утра был настрой как у супергероя после премьеры: кофе выпит, планы — наполеоновские, настроение — уверенное как у торреодора, который в бой.
На мне — моя любимая футболка с надписью: «Я всё могу!»
С ней я сдал экзамен, выжил после корпоратива и даже однажды докричался до оператора горячей линии.

Но судьба подкинула жирное пятно от супа.
Футболка была позорно испачкана и обречённо отправлена в прачечную неподалеку.
Там не стирают — там проводят экзорцизм с отжимом.

Прошло трое суток. Я пришёл за футболкой.

Выходит сотрудник — крепкий мужик с видом человека, который видел не только грязь, но и тех, кто её в себе прячет.

Молча подаёт мне вещь.

Я смотрю.

Это была МОЯ футболка.

НО!
Надпись изменилась:
Было: «Я всё могу!»
Стало: «Не сегодня, брат».

Я стоял в шоке.

— Это что?..
— Футболка протестует, — сказал сотрудник. — У неё, знаешь ли, тоже есть предел. Ты в ней и бегал, и бухал, и обещал маме ремонт. А стирал раз в год.

Он вздохнул.
— Мы пытались вернуть самооценку... но хлопок сопротивлялся. Теперь она честная.

Я заплатил, вышел.
Дома надел — и понял: действительно, не сегодня.
Ремонт подождёт, спортзал отменяется, работу — ну её.

Я сделал чай, укрылся пледом и впервые за год позволил себе просто ничего.

А потом заметил, что на внутренней стороне, мелким шрифтом, новая строчка:

«Но завтра — посмотрим»

165 +

41

С МИРУ ПО НИТКЕ
Кабинет Александра Довженко на "Мосфильме" был похож на краеведческий музей - какие-то вышивки, горшки, прялка в углу, сноп соломы, треснувшая ступа, бюст Шевченко... Чего только там не было. Задумывался фильм "Поэма о море". Юлия Солнцева, ассистентка Довженко, ввела в кабинет актёра, которого рекомендовали на главную роль. Александр Петрович поздоровался с ним и, не дав гостю раскрыть рта, стал рассказывать о предметах, находившихся в кабинете.
- А вот это куманец, - говорил он, указывая на древний горшок. - Это вещь непростая: чтобы сделать такую вещь, много нужно труда. Но дело даже не в труде, а главное, чтобы куманец делался с чистым сердцем и с любовью к простым людям...
Экскурсия затянулась, а после ухода актёра Довженко, успевший его разглядеть со всех сторон, сказал Юлии Солнцевой:
- Этот не годится. Единственное, что в нём подошло бы, так это брови. Наклейте такие же брови нашему герою...

216 +

42

Со слов знакомого, зовут его Андрей. Годах в 80-х, начале 90-х он после мединститута служил в Германии начмедом в воинской части. И как-то поехали они на учения. На второй-третий день, естественно, спирт кончился. Генерал вызывает Андрея и приказывает решить вопрос. Как?
Спирт вещь подотчётная, и желающих на него в армии, начиная от прапорщика и до того самого генерала... И тут он вспоминает, что на прошлой неделе он списал несколько ведёрных бутылей йода и пару коробок витаминов - аскорбинки. Вспомнив также основы химии, Андрюха нашёл таки решение. Йод, которым мажут болячки - всё-таки РАСТВОР ЙОДА СПИРТОВОЙ.
Высыпается в бутыль аскорбинка горстями, йод выпадает в осадок, получившийся раствор процеживается сквозь марлю и вот он результат - чистейший, как слеза, 90-где-то градусный и ещё с лимонным привкусом!
Говорит, что генерал был шибко довольный.
Все-таки в советские времена учили по-настоящему.
Ну и плюс армейская смекалка.

239 +

43

У нас в семье есть поговорка: «И тут я не сказал ему одну вещь!».
Рассказываю, к примеру, как я пообщался на работа в университете с одним учебно-методическим начальником и заканчиваю рассказ словами: «И тут я не сказал ему одну вещь!». Все спрашивают: «Какую?». Я отвечаю: «Какой же ты дурак, хоть и начальник!».
История этой поговорки такова.
Как-то сын (лет десять было ему) играл со сверстниками в хоккей во дворе дома, а мы с женой поглядывали за ним из окна. Подходят к ним ребятам постарше, начинают общаться. Один чужак-тинэйджер довольно грубо забрал клюшку из рук моего сына и стал её разглядывать. Сын пытается забрать клюшку, но тот не отдает. Началась словесная перепалка, которую мы не слышали. Я уже хотел выйти на балкон и вмешаться, но все обошлось – сын забрал клюшку, а балбесы ушли…
Когда сын вернулся домой, то мы спросили его – что это было? Сын рассказал, что этот пацан стал спрашивать его – что это за клюшка такая странная и зачем она ему нужна? Сын говорит: «И тут я не сказал ему одну вещь!». Мы хором – какую? Сын выдает: «Не твое собачье дело!».
Вспомнил я об этом, когда узнал, что Трамп недоволен поведением Путина.
Представляю их диалог:
Трамп: "Владимир! я тобой не доволен!"
Тут Путин "не сказал ему одну вещь": "А я, товарищ Трамп, посажен на это место не для того, чтобы вас ублажать или делать вас довольным!"

194 +

44

ПРИБЛУДНЫЙ ПЕХОТИНЕЦ

У моего старого товарища, бывшего кагэбэшника Юрия Тарасовича, много друзей ветеранов войны сам он по возрасту не успел повоевать, но войну пережил и могучие старики-ветераны считают его почти своим , почти равным.
Вот Тарасыч поделился со мной одной историей со своих дачных посиделок.
Был там среди других, старый снайпер - дед Максим.
Слово за слово, разговор зашел об оружии и Тарасыч спросил:

- Максим, а какое у тебя было любимое снайперское оружие?

- Странный вопрос оружия не может быть любимого. Одна винтовка лучше, другая чем-то уступает, но любить их...
Ну нет.
Я вообще не люблю оружия. Ты же не спрашиваешь у землекопа: "Слушай, а ты любишь свою лопату"?
А я при этом своей "лопатой" живых людей убивал. Чего там любить?
Чистить, холить, лелеять, от мороза беречь - это да. Рабочий инструмент, но что бы любить...?
А хотя я вру, ребята!
Как же нет любимого оружия? Конечно есть! Это автомат ППШ.

Все:
-ППШ? А чего в нем хорошего? Ни кучности, ни особой надежности, да еще и ствол повести может с перегреву. Дальше пятидесяти метров из него стрелять бесполезно, только патроны расстреляешь.
Максим:

-Так я и не стрелял из него ни разу, тут история в другом:

В начале войны, сразу после снайперских курсов, когда я попал на передовую, то точно понимал, что живым все равно не вернусь.
Поэтому особо и не дергался, но вот под конец войны, стала закрадываться надежда - ну а вдруг, с чем черт не шутит, вдруг не убьют...
Очень уж хотелось к маме.
Вот тогда и стал таскать с собой на боевые операции автомат ППШ. Друзья снайперы понимали зачем я это делаю, подтрунивали конечно, но так, по товарищески, ведь я один остался среди них живой из первых и у меня самый большой боевой счет.
А всех остальных моих однокашников по курсам уже давно поубивало.
Таскать такую дуру не очень то и радостно- почти четыре кило лишних.
Ну так вот, когда идешь на боевую вылазку, хочешь - не хочешь, а и так навьюченный как конь: Снайперская трехлинейка, боеприпасы к ней, трофейный пистолет для ближнего боя, ну и по мелочи: нож, лопату, инструменты, не говоря уж про одежду, еду и воду, а тут еще и автомат.
Правда я брал его без патронов, чтобы легче тащить, но все равно, уже на четыре килограмма провианта меньше.
Лежал по два дня голодный.
Вот однажды, я подошел довольно близенько к немецким позициям, ночью окопался и просидел там два дня.
По выстрелу в день делал.
Немцы видимо очень взбесились после второго убитого. Они примерно поняли где я засел и решили уничтожить наверняка.
И вот вечером, когда солнце светило мне в глаза, под прикрытием пулемета, человек десять вдруг выскочили из окопа и побежали в мою сторону, а до меня рукой подать. Положил я двоих, но тут меня гранатой и шандарахнуло: в голове свист, глаза песком посекло.
Ничего не слышу, ничего не вижу, но умом понимаю, что немцы в это время бегут ко мне.
Я схватил на ощупь винтовку, вещь-мешок, вытащил из кармана "Вальтер" и кое-как все это прикопал в своем окопчике, потом схватил и прижал к себе ППШ. И вот только тут меня выключили сверху ударом в затылок.
Очухиваюсь - чувствую трое немцев тащат меня к своим позициям: двое за руки и один за воротник бушлата. Сам ни хрена не вижу, только свет слабый.
А тут и наши проснулись из-за немецкой пальбы. Засекли движение и давай накрывать всех нас минометами, да близко так. Тут я почувствовал, что те, кто меня тащил, сами залегли. Сразу понял: или сейчас или никогда, вскочил на ноги и как мог побежал. Мины рвутся совсем рядом, бегу и думаю: Куда я бегу? Хрен знает, хоть бы не к немцам. Споткнулся, упал, пополз.
И все таки добрался.
Конечно же допрос, как и что, а самое главное: где оружие?
Но когда я через день совсем оклемался, то сползал в "родной" окопчик и вернулся с винтовкой и мешком, хотя и без своего спасителя - автомата ППШ.
Тут уж конечно все вопросы были сняты, никакого трибунала.
Понятно, что я никому ни слова не сказал, что может 10, а может и 20 минут, находился в плену.
Если бы немцы поняли что я снайпер, то убили бы сразу же и в плен не потащили. Нашего брата они не жаловали, а так, какой-то вроде приблудный пехотинец, от чего бы с собой не прихватить?
Вот так вот, этот славный ППШ, спас тогда мою голову и тем самым помог мне до конца войны продырявить еще немало самых храбрых немецких голов, а главное - самых любопытных... с биноклями.

324 +

45

Да пожалуйста. Вот ещё одна советская "прелесть": отобрать/отсудить ребенка. Он что вам, вещь? Суки...

303 +

46

Да пожалуйста. Вот ещё одна советская "прелесть": отобрать/отсудить ребенка. Он что вам, вещь? Суки...//////ветераны ВОВ были в массе своей бездомными до перестройки.

264 +

47

Генералам вернули лампасы. Ну, вернули и вернули. Наверное, так надо, нам ли судить? Но в интернетах, разумеется, поднялся небольшой ажиотаж на тему, насколько это правильное решение и как оно способствует нашим победам. Как обычно, нашлись люди, которые уверены, что способствует: лампасы придают человеку уверенности и даже мудрости. Без них чего-то не хватает. Другие, напротив, толкуют о том, что лампасы лишь отвлекают человека и генерала от более важных дел, и лучше бы это решение отложить на потом.

Что я вам скажу? Как человек, много лет носивший форму и погоны, испытываю смешанное чувство (то самое, что в анекдоте про тёщу). Пока я служил в Советской армии, форма практически не менялась, всё было стабильно и консервативно. Не скажу, что она была удобной, но изменений практически не было. Тем более, что в авиации «повседневку» надевали редко, раз в месяц, гораздо удобнее «аэродромная» техничка, а тем более, лётная с карманами на молнии. А уж кожаная куртка!........

Впрочем, нет, кое-какие перемены случались. Когда министром обороны стал Язов, он запретил офицерам ходить по улицам в рубашках: только китель. Это была жесть: на улице +30, а то и больше, а по Москве (где свирепствует комендантский патруль) офицеры ходили в кителях, обливаясь потом, под мышками большие мокрые пятна, на голове обязательно фуражка, под которой кипят мозги (или что там есть в офицерской голове). Фамилию ЯЗОВ расшифровали так: «Я Заставлю Офицера Вспотеть». Впрочем, маршал был не глуп и быстро осознал свою ошибку. Приказ отменили, и в качестве компенсации ввели рубашки с коротким рукавом и без галстука. Это был праздник: в жару самое то, Язова сразу зауважали и забыли про его кителя.
А потом грянула перестройка и форму стали менять чаще чем министров. В авиации ввели синюю (раньше была зеленая с голубым кантом и околышем на фуражке). Потом придумали демисезонное полупальто (удобная вещь, гораздо лучше тяжеленной «николаевской» шинели, но ткань дрянная). Потом придумали и новый фасон шинели. Далее постоянно менялся вид головных уборов и особенно символика: то такие шевроны, то сякие, то введут «птички» на погонах, то отменят. То 25 мм от края погона до звёзд, то 30. Народ не успевал отслеживать эти бесконечные «совершенствования». А не отследишь – получишь взыскание за нарушение установленной формы одежды...

А потом пришел Сердюков и началось какое-то перманентное переодевание: полевая «цифра», один погон на груди, другой подмышкой(зачеркнуто) на рукаве (на американский манер). То на голову берет, то пилотку. Авиацию опять переодели в зеленое (объяснили, что так дешевле, меньше номенклатура вещевого имущества). Сердюков даже моряков собирался одеть в зеленое, но флот буквально восстал и его всё-таки смогли убедить в абсурдности этого шага: моряки готовы были увольняться. Апофеозом сердюковщины стал Парад Победы, где все были одеты в зеленую полевую «цифру» и береты: зеленые, черные и голубые (по видам ВС). Ваш покорный слуга тогда первый раз в жизни (и последний) одел голубой берет. Обидно было и лётчикам, и особенно десантуре. Для одних берет был гордостью и привилегией, других лишили знаменитой фуражки с «курицей», знакомой всем еще со сталинских времен и по многочисленным фильмам (у меня до сих пор такая хранится).
А дальше пришёл Шойгу с его «офисной» формой, футболками, свитерами, «мятыми» фуражками. Форма удобная, не спорю (впрочем, я ее уже, слава Богу, не застал). Но опять полная замена всего гардероба, разумеется в целях «дальнейшего совершенствования» нашей Несокрушимой и Легендарной.

А еще полковникам и выше вернули каракулевые папахи (то-то было радости!). Я даже не помню, при ком это произошло, кажется, при Шойгу. Страна потратилась на дорогой каракуль. Зачем? Не знаю: там наверху виднее.

Сейчас служивые жалуются на чуть ли не ежемесячное изменение символики: на шевроны то добавляют какую-нибудь деталь, то убирают. Шевроны теперь на обеих рукавах, но они разные. Эмблемки то такие, то немножко другие. Что они символизируют, не знаю, лень вникать, всё равно скоро поменяют. Расстояние от шеврона до плеча тоже меняют. Каждый раз служивый должен бежать в магазин, покупать уставные «украшения», перешивать, дабы явиться на построение без нарушения формы одежды. И так волна за волной: кто-то очень неплохо зарабатывает на этой бесконечной смене символики, оттенков и аксессуаров.
Теперь вот, стало быть, лампасы. Конечно, их обладатели будут довольны: человек в лампасах выглядит куда солиднее, чем без оных, это понятно. Теперь генерала опять будет видно за версту, и попавшиеся ему на пути младшие по званию успеют подтянуться и перейти на строевой шаг. Это не может не радовать.

Как скажется возвращение лампас на успехах сами знаете где, устрашится ли наш супостат при виде двух широких тканевых полос на форменных брюках, пока не известно. Будем посмотреть.

233 +

48

«Двух коней, коль хошь, продай,
Но конька не отдавай
Ни за пояс, ни за шапку,
Ни за чёрную, слышь, бабку.»

Это строчки, если кто не узнал, из "Конька-горбунка». В первом издании, правда, эти слова звучали чуть иначе («Первых ты коней продай, Но конька не отдавай, Ни за яхонт, ни за злато, Ни за царскую палату.»). А почему, собственно, именно «чёрную бабку»?

Бабка, это таранная кость копытных. В России в своё время была игра в бабки, где дети сбивали битами ряды костей. Естественно, редкими, необычно покрашенными костями дети хвалились как позже фантиками, и ценили так же. В самом деле, за редкий фантик не менять конька это совет для дурака полезный. Но чтобы наш Иван [i]настолько[/i] был дураком?

А дело в том, что с чёрной бабкой есть один нюанс.

В 1831 году вышло произведение Ореста Сомова «Сказка о Никите Вдовиниче». Там мальчик - шалопай по совету духа отца выигрывает у нечистой силы... правильно, чёрную бабку. Полезный в хозяйстве артефакт, исполняющий любое желание. Стукни о землю, скажи нужные слова, и всё, будет тебе что захочешь.

Всё у парня есть с этой бабкой, и богатство, и дом, и силушка богатырская... всё, кроме жены. Он себе, естественно, приглядел писаную красавицу, женился... как на льду обломился (прямая цитата). Сварливая оказалась, всегда недовольная, всего ей мало... в общем, избавиться от неё было жалко, а всё желания исполнять так Никиту достало, что он попросту попросил для жены побольше золота, а себе побольше спиртного, горе заливать.

Сынок у них, Иванушка, был балбесом под стать папочке в детстве. Он нашёл эту чёрную бабку, которую этот алкаш посеял, и, не зная чего в ней особенного, начал её истользовать как обычную. Нечистая сила такое увидала, подослала беса под видом мальчика-игрока, тот начал хвалиться своей бабкой, золочёной, чёрную у Иванушки выиграл, и словно (точнее, не словно) сквозь землю провалился.

А вместе с ним и всё папашино богатство.

Папаша спился до смерти, маменька чуть не повесилась, а сынок пошёл по миру.

Вот и говорит кобылица Иванушке: Артефакт, исполняющий чего тебе хочется, это фигня. А вот настоящий друг, знающий чего тебе нужно, следящий чтобы ты лишнего не выпил, который поможет девушку найти адекватную, это вещь!

305 +

49

Менталитет - это такая вещь, про которую не известно практически ничего, за исключением того факта, что он у нас другой.

415 +

50

Аллергия такая несправедливая вещь. Ведь чаще всего она на что-то хорошее: на фрукты, на котиков или на цветы.. а вот аллергии на мудаков нет! Ведь как было бы классно: ну не можешь ты с этим человеком рядом находиться - задыхаешься, чихаешь, слёзы текут.. и сразу всё понятно.

257 +

12 3 4 5 6 7 8 9 10 → дальше →

Партнеры

Реклама

Добавить анекдот: предложить для публикации