Папа, я тебя люблю!
.......................
Как-то встал за сыном так, чтобы он меня не видел и наблюдаю. Особая осторожность, чтобы сынишка меня не заметил и не нужна. Занятый делом ребёнок обращает внимание на окружающее не более глухаря на току. Гляжу на ломкое тельце, склонившееся за столом. Часто рука помогает шее держать голову. Да, тело ещё по-детски хрупкое. Но уже проглядывает каркас из мышечной ткани. Тут же вспоминается совсем уже из нашего с ним детства - напряжение бицепса сыном и задорное: "Смотри, как он у меня надулся!". И моё: "Догоняешь...", вместе с преувеличенной озабоченностью объёмом согнутого мизинца.
Смотрю на белокурые кудри, не желающие подчиняться ни расчёске, ни тем более руке. А в это время нежность теплом омывает меня и гордость отцовская - "вон он какой у меня вырос". Улыбка сама по себе проклёвывается на лице...
Но тут Димка, а именно такое имя носит мой сын, видимо почуяв что-то, полуобернулся.
- Папа, ты чего?..
Именно полуобернулся. Пальцы всё так же крепко сжимают шариковую ручку, почти касающуюся остриём поверхности плотного листа. Плечи только неодобрительно качнулись - им мешают заниматься делом. На лице мечтательная улыбка...
Независимо от желаний, у меня с лицом произошла метаморфоза. Улыбку как ветром сдуло. Точнее, она превратилась в эдакую ухмылочку.
- Что, уроки делаешь?
- Нет, рисую... , - со вздохом промолвил сын. Улыбка испарилась и с его чела.
- Мы же договорились, что сначала ты делаешь уроки. А только потом, если останется время, займёшься чем захочешь.
Говорю, в голосе металл и абсолютная уверенность в правоте. Дорого же она мне обходится, эта самая уверенность. Потому что внутри, копнув совсем чуть-чуть, уверенностью и не пахнет. А вместо неё тоска...
Тоска по тому времени, когда общались с сынишкой легко, с радостью. Когда между нами не толпилось множество условий и договорённостей. Вместе с тоской, плечо к плечу стоит страх. Страх того, что чего-то делаю не так, как надо. Что задавил своим воспитанием Димкину самобытность. И того, что постоянный пресс полного контроля лишает самого дорогого мне человека какой-либо инициативности.
Смотрю, как сын со злобой сминает лист на котором "творил" и ищет школьные тетрадки. Это ему даётся с трудом - творческий беспорядок на письменном столе требует усердности в этом занятии. При этом он весь, от затылка до спрятавшихся где-то внизу пяток, излучает неудовольствие своим отцом, то бишь мной...
И теперь, вспоминая не такие уж далёкие времена, начинаю сомневаться. Сомневаться в том, что передо мною именно тот самый маленький человечек, который соскучившись за день, подпрыгивал, пытаясь повиснуть на мне, и категорически-серьёзно заявлял:
- Папа, я тебя люблю!
Сын притих за столом. Он опять занят делом - решает задачки и примеры. И вновь полное погружение в проблему. Снова вспомнилось сравнение с глухарём и улыбка вернулась ко мне. Наверное эта самая улыбка, ведь от неё становится всем светлей, полностью изменила направленность мыслей. Да, возможно, я излишне требователен к Димону. Зарядка, уроки, работа по дому, секция - может это и слишком много для 10-летнего парня. Хотя, как обойтись без всего этого? Современный мир слишком сложен и с добротной подготовкой будет проще шагать по жизни.
И очень много, если не всё, будет зависеть только от меня. Превратится ли трещина противоречий в пропасть между нами. Или мне, как более старшему и, надеюсь, более мудрому, удастся соединить мостом взаимопонимания. Мостом, зацементированного общими интересами и заботами друг о друге. Осознать возникшую проблему - это уже наполовину решит её. И, кажется, я знаю, куда двигаться дальше. Больше общаться с сыном. Не стесняться напоминать о своей любви, чтобы он был уверен в ней на все сто. И, главное, не давить, а незаметно подталкивать в нужную сторону. Поменьше приказного тона при общении...
На душе стало совсем легко и я, не удержавшись, потрепал сынулю по макушке. Пальцы погрузились в мягкие волосы. Димка затряс головой, пытаясь сбросить возникшую тяжесть. Одновременно развернулся ко мне и вопросительно процедил:
- Ну, что ещё?
В глазах ярость. Веснушки, к осени почти незаметные, отчётливо проявились. Убедившись, что ничего особенного не случилось, Дима устыдился прорвавшийся резкости, черты лица разгладились. Вновь промолвил, уже мягче:
- Ладно, пап, не мешай...
Я отошёл, пальцы ещё помнили щёлк Димкиных волос, а в голове отчаянная мысль: "Забыл!". Да, забыл самое главное. Без чего мостки, даже если их и наведёшь, то сохранить вряд ли удастся. И это главное - терпение. Не вытерпишь, сорвёшься, накричишь и пару месяцев из жизни вынь да положь на восстановление доверия ребёнка. Терпение и сдержанность - это главные инструменты процесса воспитания Мужчины, настоящего человека, из пацана.
И как хорошо, что я это осознал. Пусть поздно, на пятом десятке. Но, возможно и у меня всё ещё есть шанс услышать из уст сына искренне, от души:
- Папа, я тебя люблю!!!
......
Александр САН
