неделю спектакль → Результатов: 4


1.

Навеяло вчерашней историей про фарцовщика.

Ах, молодость.
Помните ту историю про еврея, чиновника в министерстве торговли, которого СССР послали в Южную Америку продавать советские бананы?
Так вот, после того как поступил заказ на покупку банан в любом количестве, он вернулся в СССР с почестями и на вопрос "КАК?!" сказал, что самое тяжелое было построить парламентскую систему, чтоб провели закон о закупки банан.

Израиль, 1989. Я в 8 классе. Очень нравится девочка Оснат (умная, фигуристая и высокая зеленоглазая красотень - мечта). Денег чтоб приглашать на мороженное и в кино нет от слова совсем. Ограничиваемся парками и прогулками. У матери вдовы, которая работает 12 часов в сутки в школе и в продленке язык попросить не повернется. А к моей Оснат уже подкатывают дети зажиточных ашкеназим, но она что то им отказывает.
Начинаю думать, а что делать то?
Посмотрел, что у меня есть. Так, есть небольшая коллекция монет (дешевые монетки из экзотических стран). А что если... Не, не получится... а может все-таки да?
На следующий день ко мне при всех обращается одноклассник, Амит, крупный парень, любимец девушек, один из "королей" класса:
- А у тебя есть ещё филиппинские монеты как та, которая ты мне продал вчера?
- Конечно, а сколько тебе нужно?
- Вот хочу всю серию.
- Есть, конечно, 10 шекелей.
- 8.
- давай за 9.
- Ок, договорились.
Другие парни: Амит, а что за монеты?
- Да вот, смотри, квадратные, никогда такого не видел.
- Да? Алекс, а у тебя есть ещё?

И пошло поехало. Когда любимцы класса чем то занимаются, это подхватывает других. Раз в неделю я ехал в Тель Авив на встречу коллекционеров, покупал монеты и продавал с наваром примерно 20-30%. Потом перешел на более серьезные монеты и банкноты, торговля шла уже на сотни шекелей в неделю, я зарабатывал почти как мать, оплачивал все счета в доме и примерно треть ипотеки.
А главное, к Оснат уже никто не подкатывал.
И все что мне стоило это дать Амиту 50 шекелей за хорошо сыгранный спектакль

2.

О борьбе с феминизмом и пользе архивирования.
Для любителей судебных сериалов.
Намедни в Торонто закончились судебные слушания по скандальному делу Жана Гомеши (Jian Ghomeshi). Долгое время он был популярным радиоведущим, комментатором и вообще - плейбоем. Мажором. Завсегдатаем модных тусовок и знакомым всяких знаменитостей.

Но в 2014 одна женщина заявила, что Жан ее трахнул. В садистской форме. И случилось это десять лет назад. Упс. Репортеры тут же радостно взвыли и отворили плотины с дерьмом.

Тут следует отступить для пояснений. До 40х годов женщины в Канаде были бесправными. Потом они бились-бились-бились, и добились прав. Охренительных прав. О которых даже не мечтали суфражистки с горящими глазами. Как вдохновенно пел Кобзон, «есть у революции начало, нет у революции конца!» Во всех смыслах.
Феминизм сейчас — это разветвленный бизнес с мощными политическими рычагами. Феминистки тихой сапой внедрились практически везде, где можно чего урвать. В полицию и армию их берут по разнарядке, как в советское время в МГИМО брали детей рабочих. Но потом, когда выясняется, что новобранки не в силах таскать шланги у пожарных или пулементы у военных, то перемещают на теплые места, тем самым лишая заслуженных ветеранов скоротать время до пенсии.
Подозреваю, это феминистки пропихнули в премьеры нынешнее ничтожество. Тот же после избрания в ответ создал кабинет министров, где ровно половина — женщины. То, что почти все из них прыгнули через пять-десять ступенек и были назначены исключительно по половому признаку — никого не озадачило).
Озабоченные бешеные тетки имеют свои программы и журналы, где исступленно доказывают свое превосходство. По их требованиям значительно расширен список сексуальных преступлений. Сейчас в него входят и сексуальные оскорбления, которыми могут оказаться дотрагивания (например, слишком мягко поздороваться за руку), слова ( сказал «аппетитно выглядишь»), и даже взгляды (при этом она может быть в мини-юбке и чулках). А самое прикольное - для доказательства вины мужчины при сексуальных преступлениях вполне достаточно только заявления пострадавшей.
Раньше я думал, что предел кретинизма в канадской юстиции — это внесение самоубийства в уголовный кодекс (сейчас, правда, его убрали), но — нет. Как пишут, в судах томятся сотни дел, где один из супругов обвиняет другого в изнасиловании. Примерно четверть их исходит от мужей, которых достал этот шабаш ведьм.

Я работал с человеком, которого однажды жена так проучила. Как-то в выходной они вместе выпили. Потом перешли на диван. Рассорились, какой фильм смотреть. Муж разозлился, наорал, и ушел в гараж. Жена же позвонила в полицию, заявив, что муж ее бьет. Пока ехала полиция, она сделала ссадину, вмазав себе по лбу бутылкой. Полиция увезла мужика, как он был, отпинали в камере, и закрыли в обезьяннике. На следующий день судья лишил его права приближаться к своему дому на три месяца. Жену стали посещать феминистки, проверяя ее состояние. Та уже была не рада затеянному, и попыталась отозвать заявление, но ее не послушали, потому что посчитали это происками мужа. И так далее. К моменту нашей встречи он больше года жил, снимая комнату в бейсменте, регулярно ходил отмечаться на трезвость и выглядел совершенно затравленным...
Но вернемся к нашей сенсации.
Итак, наутро все газеты вышли с убийственными заголовками (типа: «что скрывает в постели Иван Ургант»). Жана немедленно уволили (без решения суда!) с большой государственной теле-радио корпорации. Его вычеркнули, как ведущего, из всех грядущих событий. А самое главное — стали объявляться новые и новые пострадавшие. Все давали одинаковые показания, как этот монстр их душил и бил в ходе этого самого. И случалось это от 12 до 8 лет назад. Интересно, но монстр не отрицал своего легкого садизма, но говорил, что все было по обоюдному согласию... Никто его не слушал.
Наконец, начались слушания. Гомеши взял адвокатом Мари Хэнайн (Marie Henein). О ней стоит сказать поподробнее. Тетка – умница. Мало того, что за относительно короткий срок она пробилась в юридическую элиту; но также то, что из типичной задроты и офисной страшидлы она превратилась в голливудскую диву. Вдобавок ко всему она не брезгует защитой женщин в Канадской Феминистической Коалици.
Итак, начинается допрос потерпевших. Все они, размазывая сопли, рассказывают об этом уроде Гомеши, который их душил-душил, бил-бил и ругал-ругал. И все это подробно, будто и не прошло десятка лет...
Сексапильная Мари, потирая лабутенами, не спорит, а участливо спрашивает сорокалетних девчонок, насколько сильно все это их огорчило. И какие чувства они испытывают к негодяю. Все опять же сходятся на том, что чувства их подавлены, и они прямо кушать не могут от этой острой личной неприязни. И поэтому им нужна нехилая компенсация.
И вот тут, по всем канонам, начинается спектакль. В зал вносят проектор, на который выведены е-майлы, сохраненные Жаном. Сообщения от жертв. Много. На следующий день, через неделю, и больше после приписываемых преступлений. На всех «жертвы» продолжают флиртовать, обсуждать интим, посылать фото в купальниках, и спрашивать о новых встречах!
Суд объявит решение в марте.

3.

Побрился актёр... Казалось бы, ничего страшного, даже полезно, если
смотреть с точки зрения гигиены и театральной этики. Если бы не одна
приставка. НАЛЫСО.
То ли карточный, то ли другой долг его заставил – история умалчивает, но
вечером у него спектакль, где он в роли героя. Это сейчас всё кажется
ОКей. Париков и гримёров уйма. Лысые - не враги человечества. А лет
двадцать назад, в условиях театрального дефицита, да ещё и на гастролях…
Всё бы ничего, но этот жертва радиации никак не тянул по канонам
тогдашнего времени не только на патетического, даже на положительного. В
общем, надо было что-то делать.
Первым очнулся замглавреж. Старательно покурив, он созвал к себе Татьяну
(гримёр-пастижёр), Светлану (костюмер) и само «бренд-лицо тифозной
клиники». Диалог не затянулся:
- Парики есть?
- Нет, - рубанула Таня.
Светлана была единственная женщина в гастрольной части труппы с
роскошной косой и с опытом работы с этим бедламом. Она тоже понимала к
чему катится, поэтому сразу грозно отрезала следом за Таней:
- Не дам!
- Я в курсе, ты замужем, - попытался отшутиться Валерий Михалыч. Времени
и вариантов не было, - Рисуй, Таня!
… В течение трёх-четырёх часов Татьяна тонкой гримёрской растушёвкой
выводила на глянцевом куполе контуры каждой пряди. Полюбоваться заходили
все. Нервно посмеиваясь, каждый считал своим долгом отпустить
какую-нибудь «мудрую» пакость:
- Клади ровнее, вдруг на глаза спадут!
- Давай сделаем благородную проседь?
- Ой! Зачем ему волосы на ушах?
(Театральная среда полна цинизма и зависти ))) Наконец лысина покрылась
шевелюрой цвета болотного мха (кто знает, тот поймёт, со сцены цвета
искажаются) и остался ещё часик до спектакля. Парня угостили чаем с
коньяком, чтобы он набрался терпения и не краснел от взглядов Валерия
Михалыча. Все и так были на пределе, но никто не мог предположить
развития…
Театральные софиты дают не только свет, но и жар. Сцена, по нормам,
должна была входить в разряд отапливаемых помещений, да и отопительный
сезон ещё не закончен, не смотря на резкое потепление за окном. В общем,
клиент потёк у всех на глазах. И у себя тоже!.. Но прерывать спектакль
нельзя!
- Пляши по сцене! Пляши, чтоб тебя было меньше разглядеть! – шёпотом
орал Валерий Михалыч из-за кулис. – Мечись, всадник апокалипсиса!
Последние сцены происходили в присутствии мечущегося героя-спасителя с
прямыми сизо-синими линиями и каплями на лице. Так как по сюжету было
сражение, можно было отыгрывать это как кровь добытая в боях, но не
настолько лиловая, как кровь Чужого из видеофильмов. В порывах
праведного гнева он пятнал и кропил всех действующих лиц в радиусе
поражения полёта капли. Особенно досталось неприметному исполнителю
какого-то слуги, которому досталось каплей в глаз и он угодил лицом
сначала в гонг, затем в барабан, известивший конец «серьёзной» пьесы.
Играть дальше было сопряжено с усилиями не заржать…
… Через неделю после гастролей нам дали почитать заметку «местного»
ценителя из газетки. «…Сценическая трактовка известной пьесы давала
простор художнику-авангардисту театра… Смелый грим относит нас в мир
Малевича и Сальвадора Дали… Актёр просто МЕТАЛ искусство в массы!.. ».
Вечером на аллее скульптур в коридоре театра появилась фигурка
дискометателя с лицом героя вечера.