Результатов: 11

1

Худой, 1 метр 50 см, мужичонка заходит в лифт и видит: там стоит
страшный громила. Великан посмотрел сверху вниз на коротышку и
говорит:
- 220 сантиметров, 180 килограмм, х%й 30 сантиметров,
полтора килограмма левое яйцо, полтора килограмма
правое яйцо, Пал Задов.
Коротышка чуть не теряет сознание.
Мудила схватил его за бортки и, подняв с пола, спрашивает:
- Ты че это?
- Извините, что вы сказали? - прошептал мужичишка.
Громила снова повторяет:
- 220 сантиметров, 180 килограмм, х%й 30 сантиметров,
полтора килограмма левое яйцо, полтора килограмма
правое яйцо, Павел Задов.
Малыш произносит:
- О боже, a я подумал вы сказали "Повернись задом".........

2

Попался французик на дамский крючок,-
Кто это подстроил, об этом молчок.
Виват,Саркози,прохиндей-коротышка,-
Поймал претендента как глупую мышку.
Чек выписал явно подкупленной девке...
И пал наш Самсон из-за стриженной щелки.
П.В.

3

С одного форума:

я расскажу маленькое воспоминание. В студенческой общаге в соседней комнате жила любопытная семейная пара. Он - круглый коротышка (рост чуть выше 160, а может и не выше), мастер спорта по классической борьбе. Она - худосочная высокая дама, возможно, повыше Ельцина или около того. Вместе смотрелись весьма колоритно.
За эти два года (а стенки в общаге не очень толстые, а голос у нее довольно высокий) - я наслушался жутких сцен ревности со стороны ЕЕ на всю оставшуюся жизнь.. почти каждый вечер.
Дама очень боялась, что он найдет кого-нибудь повыше и бросит ее.

4

(Рассказ моего отца. Привожу по памяти…)
В 1963 году отца послали в Алжир в командировку, учить арабов стрелять из пушек. Место было дефицитное, но у отца был блат, ещё с академии.
Жена ехала с ним, захватили и меня шестилетнего ребёнка. (Был ещё и старший брат, но он остался у родственников в Москве).
Шесть лет – интересный возраст! Не помню ни одного имени, ни одной фамилии, но в памяти остались миллион картинок: «море птиц, гнёзда прямо кустах… мы, «юные разведчики», копаем подкоп на полигон… подкоп обваливается!.. матч СССР – Алжир; помню счёт, и даже помню, кто забил: Численко… и т.д. т.д.» Детские воспоминания очень яркие и запоминаются на всю жизнь!
Мы – «военные советники», их жёны и дети – жили обособленно в военном городке. В коттеджах. На окраине второго города Алжира – Константины. Жёны занимались хозяйством и огородом. Дети играли, целыми днями. Мужья – «учили».
Так вот! Там как раз в это время случился переворот. Тогда ихнюю шишку Бем-Белу, попросил пойти на фиг, тогдашний министр обороны Бумидьен. (Отец, кстати, лично, его хорошо знал. Он, как - «по профилю», регулярно заезжал на полигон. Ручковался с отцом. Инспектировал, как идут дела…)
Но! Что НЕВЕРОЯТНО???..
Буквально за ПОЛ МЕСЯЦА до переворота… Впечатление, что ВСЕ, просто – ВСЕ… знали, что он случится! «Даже солдаты «забили» на учёбу! «ДА КАКОГО ЧЁРТА! Всё равно же всё скоро переменится!..»»
Просто, куда не зайдёшь?... «Уборщица, которая убирает в коттеджах… Смотрит и улыбается как-то странно… Продавец мелочью на базаре: «- Ну что? «Халас» вам скоро русским будет!.. «Домой, «Россия», тю- тю!..»»
Всех это изрядно напрягло!
И вот – свершилось! Бем-Белу арестовали (сидит под домашним арестом), главным стал Бумидьен. Масштабная «пертрубация», однако!
Занятия в городке, естественно, прекратились. Городок закрыл ворота. Начальник гарнизона постоянно набирает номер посольства, Москвы и так далее… «Нет связи! Отключили»!
Что делать? Решили послать делегацию – человек пять – непосредственно в столицу, в «Алжир», Выяснить вопрос на месте. В состав делегации вошёл и мой отец. Сели на машину и поехали…
Долго- коротко ли… с приключениями или без… добрались они до посольства!
Там, обстановка… последнего дня Помпеи! Бумаги летают по коридору… ошарашенные секретарши бегают! А среди всех выделяется один: коротышка, с взъерошенными волосами… Глаза на выкате, абсолютно не вменяем, бегает, орёт на всех… просто персонаж палаты N6!
«- Кто это?»
«- Да, посол!»
«- А чего он так переживает?»
«- Ну как это что! Это же провал миссии! Конец карьеры, всего…»
И тут посол наконец обратил внимание на прибывших. Подошёл. Перекинулись парой фраз…
И тут… дёрнуло же одного из членов делегации сказать…
«- Так Вы о перевороте?? Так мы уже о нём две недели как знаем. Там у нас, в гарнизоне, все только о нём и говорили! Все, просто, места себе не находили… как на иголках!..»
«- ТАК КАКОГО ЧЁРТА НЕ СООБЩИЛИ!» - завизжал посол бешеным голосом, и чуть не набросился с на говорившего с кулаками…
Мне кажется замечательный «ремэйк» романа Маркеса «Объявленное убийство». А то ещё и надо разобраться, что чей «ремейк»! И что раньше было: «события» или «роман»! Но, в любом случае, резюме: «ВОСТОК, ДЕЛО ТОНКОЕ!»

6

Мой давний знакомый Боря сейчас грузный лысый чувак, крепко за полтос, со скучнейшей физиономией бухгалтера в мирных роговых очках. Глубочайший флегматик и скептик. Черепаха уснула навеки.

Если заметить его вдали в коридоре без других фигур, проходящих мимо для масштаба, можно решить, что он еще и коротышка. Быстро семенит на коротких ножках.

И только на ближней дистанции заметишь, что это не колобок вовсе на тебя катится, весело подпрыгивая. А надвигается нечто грозное типа паровоза. До метра 90 он вроде не дотягивает. Но это искупается мощью фигуры.

Да и рост его обманчив. На ходу он сутулится по забавной причине, которую мне объяснил однажды. Боря имеет привычку размашисто шагать, углубившись в думы. Под нормальные косяки дверей он проходит легко в расправленном состоянии. Но это и есть самое страшное. Создается опасное ощущение полной безопасности.

Рано или поздно попадается на его жизненном пути Она - Роковая Притолока. Предательски выглядит как обычная. Но она хоть чуть-чуть, а ниже. Легкий скользящий удар по кумполу. Поверьте, на большой скорости это очень больно.

С особенной злобой Боря вспоминает посещение Музея деревянного зодчества в Суздали. Туда свезены дома, церкви, лабазы, амбары, сени, клети и подклети из самых дальних уголков Владимирской области.

Боря был тогда взволнован размышлениями о судьбах Древней Руси. Смотря под ноги, чтобы не споткнуться об крутые ступеньки, он получил страшный удар в лоб. Залетали золотые звездочки.

Включив предельную внимательность, склонив шею наподобие грифа, клюющего свою добычу, благополучно войдя и выйдя в/из десятков помещений, он снова погрузился в исторические думы и таки е.анулся лбом об очередной косяк. После чего с проклятиями покинул музей досрочно.

В этом весь характер Бори. Недюжинное человечище широко и торопливо шагает по жизни. Но при этом старательно втягивает голову, чтобы не получить очередной удар в череп. То же самое у него в области юмора. При внимательном взгляде на его суровую физиономию можно заметить, что ночевала когда-то тучка золотая смеха на этом утесе великане. Но давно испарилась вместе с его юношескими кудрями. Ага, щас. В своей компании это природный тамада. Там он горазд и поюморить, и спеть, и сплясать.

Во внешней же жизни Боря охрененно терпелив и скушен. Но саркастичен.

Надысь постигла его черная полоса с секретаршами. Кого ни выберет после тщательного отбора и собеседования - вроде справляется отлично. Но рано или поздно следует тотальный факап.

То длиннейшую цепочку конфиденциальных деловых переговоров отправит по запарке худшему конкуренту его постоянного партнера.
- Наташа, как такое могло случиться?!
- Ыыы, это была автоподсказка! Недосмотрела! Я больше не буду!

То прозевает коварно подсунутый возмутительный пункт контракта прямо перед подписью Бори.
- Наташа, какого хрена?!
- Ыыы, сама не понимаю. Мы же в открытом режиме редактуры всегда переписывались. Правки видны. А тут он скрытно, зараза, этот пункт добавил. Меня как бес попутал! Недосмотрела. Простите меня пожалуйста, я буду внимательней!

То поделится с подругой восторгом от новой работы. Теория шести рукопожатий в действии. Боря потом долго отделывался от пожарного инспектора, засомневавшегося вдруг в подлинности охранной грамоты Министерства культуры о подвалах XVI века, где проводились телемосты его офиса под носом у Спасской башни.
- Наташа, нахрена? Ты знаешь, сколько мне это стоило? И присосется ведь теперь как пиявка. Да ладно бы просто присосался, но он еще и болтлив. Ты из меня убийцу хочешь сделать?! Мне что теперь, таки замуровать его в этих гребаных подвалах XVI века? С тобою вместе?
- Ыыы, уверяю вас...

Ну и в том же духе все последующие. Наконец он понял, что кадровичка ему попалась хреновая. Требования к вакансии принялся писать собственноручно. Специально под утраченную прежнюю Варю, которая справлялась со всей этой хренью без всяких проблем многие годы за весьма скромную зарплату.

Боря пытался вспомнить, в чем конкретно были ее обязанности. Грустно понял, что они были во всем. Она успевала обо всем подумать и всё организовать. Боря начал с ужасом понимать, что она в сущности была его мозгом. А с ее уходом его у него осталось очень мало.

И вот сидит Боря насупившись в час ночной, морщит многострадальный лобик, а выходит у него сиквел к предыдущему литературному опыту. Сочинению "как я провел лето" в десятом классе.

С первой попытки у Бори получилось вот что: "Умный, порядочный, способный учиться человек со знанием элементарного + английский на уровне требований средней школы. Зарплата очень высокая. Конкретная сумма по результатам собеседования".

Подумав, он понял, что его затопят сотнями резюме. А если огласит примерный масштаб зарплаты, то и тысячами. Все элитные московские и залетные бляди будут в кандидатках. Вздохнул, формализовал как мог. Знание MS Word, умение работать с электронной почтой, базовый английский и все такое.

Но чем дольше он это писал, тем хуже получалось. Сопоставив высокую зарплату с уровнем требований, любая претендентка решила бы, что он хочет от нее только безропотного секса при пустой голове, занятой только его органом. И возможно он будет еще и шлепать кнутом. Именно такие и припрутся на собеседование. А он добрый семьянин. Да и здоровье может не выдержать на таких собеседованиях.

Плюс тревожные мысли - припрутся ведь и миловидные мужички, если он четко не обозначит пол. Боря горько винил себя в гомофобии. Это ж скрытый гомосексуализм. Он был добродушен и охотно взял бы на креативную должность любого толкового специалиста, невзирая на пол и ориентацию. Но видеть альтернативно одаренного секретаря вместо своей секретарши было выше его сил. Его он представлял себе исключительно в виде секретарши. Ничего не мог с собой поделать. А теперь ему надо было это вербализовать.

Окончательно сложился его замысел накануне 1 апреля.

Боря опубликовал объявление о вакансии на многих сайтах. Скромные требования к соискателю, но охрененную зарплату указал конкретно. Особо подчеркнул внимательность, сообразительность, добросовестность и владение английским.

Среди ссылок его объявления был мелкий пункт согласия с правилами толерантности компании. На него соискателю требовалось кликнуть, что ознакомлен и согласен.

Текст самих этих правил Боря писал с наслаждением. На замысловатом английском. Там было примерно такое безобразие:

"Наша компания всецело придерживается общепризнанных гуманитарных принципов толерантности. Она не признает никакой дискриминации по расовым или гендерным принципам, политическим или религиозным убеждениям. То есть любой черножопый пидор, независимо от его нынешнего пола в момент подачи заявки, с яйцами, пересаженными хоть от лучшего бабуина племени мубма-юмба, достойного члена этого племени, владеющего вуду, имеет абсолютно равные шансы трудоустройства в нашей компании наравне с последним калдырем-попрошайкой с Курского вокзала, даже если они оба являются энергичными фашистами и яростными сторонниками религии вуду. О себе: сверхсущество античного типа. Парень, девушка - какая в жопу разница. У каждого свои недостатки. Главные требования к соискателю - безропотность и умение становиться в любую позу, описаную Камасутрой, плюс еще 347 вращательных, список которых не оглашаю, ибо необходимые для этого устройства поставлены по специальным чертежам Заказчика и являются моим ноу-хау. В религии вуду сомневаюсь, но втыкание иголок в игрушечные тушки конкурентов - как ни странно, это реально помогает.

Если вы поняли эти условия и недоумеваете, что это за хрень, поздравляю - скорее всего, вы именно та секратарша, которая мне нужна. Внимательная, умеющая читать все пункты соглашения и владеющая английским. Простите, меня просто заколебали предыдущие. Это был некий квест, и большую его часть вы уже успешно прошли. Второй шаг, он же последний - внизу форум. У вас три минуты. Попытайтесь выразить на английском в свободной форме, что вы думаете об этом моем розыгрыше. Время пошло."

Нормальную девицу взял в итоге. Другие резюме после ее ответа он вообще не смотрел. Галку про согласие с политикой толерантности компании нажали тысячи полторы. Мужиков там оказалось немного - всего сотня.

Что же касается трехминутной речи той девушки .. Боря был хмур и лаконичен. Категорически отказался дать ссылку. Но признался, что она подвесила звуковой файл для скорости. И уложилась в 2:59. Тут он не выдержал и содрогнулся.

7

Говорят, если вернешься, то пути не будет. Один мой знакомый утром так спешил на работу, что свой смартфон дома на столе оставил. А сегодня без смартфона никуда, лучше голову оставить. Вернулся, а у дверей его квартиры уже двое копошатся, высокий и коротышка. Высокий делом занимался, а коротышка по сторонам смотрел, да видать плохо. Когда они в его квартиру вошли, мой знакомый прямо за ними ввалился. Коротышка от неожиданности ему миниатюрные шахматы протягивает, мол, сыграем партейку. А шахматы эти, подаренные моему знакомому как-то на мужской праздник, были не из дешевых, но абсолютно бесполезными в хозяйстве.
- Не повезло вам, ребята, я в шахматы не играю. Я больше бокс предпочитаю.
Когда полиция и скорая уехали, прошло много времени и на работу мой знакомый конечно опоздал. Начальник его объяснения категорически не принял: мол, вечно у тебя приключения, то аварии на дорогах, то кому-то плохо стало и ты ему помогать стал, а сегодня уже полиции помогаешь. Не надо полиции помогать, она у нас и так хорошо работает. Ну это он, конечно, загнул. Короче, выговор ему закатил за систематические опоздания. Получается, за то, что вернулся. А если бы нет?

8

Вокруг телефонной будки с матовыми стеклами собрался народ. Все хотят позвонить, но в будке кто-то есть: слышатся вздохи, стоны сопение
Вызвали милиционера. Открыли будку а там двухметровая женщина и какой-то коротышка с ведром в руке. Милиционер спрашивает:
Что вы делали в телефонной будке?
Звонили, конечно же!
А вот все эти люди утверждают, что слышали ваши стоны и вздохи! Не иначе, вы там cекcом занимались!
Да что вы, товарищ милиционер? Она вон какая дылда, мне же и не достать до нее!
Не достать говорите? А ну-ка, поставьте позади женщины ведро и встаньте на него!.. Вот, черт, все равно не достает!.. А теперь спереди поставьте!.. И спереди не достает!.. Вот видите, граждане, ошиблись вы: не могли они там cекcом заниматься коротковат мужичок-то!.. Извините, вы свободны.
Мужчина с женщиной ушли, но через некоторое время милиционер их догоняет, отводит в сторону коротышку и спрашивает:
Слушай, ты уж объясни, как все-таки вы умудрились cекcом заниматься?
Ведь я же сам убедился, что с ведра тебе ну, никак не дотянуться!
Да все очень просто: на ведро вставать вовсе не надо! Одеваешь ей его на голову, хватаешься за душку и подтягиваешься!!!

9

Арик Мейцман торговал в Малаховке ёлочными игрушками. Нельзя сказать, чтоб это был такой уж ходовой товар, особенно с учетом того, что где как, а в Малаховке Новый год случался только один раз в году. И уравненные советской властью дети разных народов почти не вспоминали о Рождестве и других календарях. К тому же и редкий тогда в Подмосковье навруз и более привычный для Малаховки рош-а-шана как-то обходились без игрушек. Так что горячие денечки у Мейцмана приходились только на вторую половину декабря одновременно со стойким запахом хвои и поиском дефицитной жратвы.

Вообще в семье предполагалось, что Арик будет часовщиком, как папа и дед. В углу старого рынка даже имелся фамильный скворечник, куда с трудом помещался соответствующий Мейцман с инструментами и разная тикавшая и куковавшая начинка. Но дед как мелкий собственник и индивидуалист сгинул в лагерях, когда Арик еще надеялся стать пионером, а отец, несмотря на хромоту и полуслепые глаза, погиб в ополчении в первые же месяцы войны, так что, когда Арик вернулся с фронта, учить часовому делу его было некому. К тому же разбирал он всякие механизмы, особенно - часы, охотно, а вот собирать уже не очень хотелось, он спешил и всегда оставалось много лишних деталей. Но главное, когда во время Восточно-Прусской операции сержант Арон Мейцман вошел со своей ротой в Кенигсберг, в разбитом при бомбежке доме ему попалась на глаза каким-то чудом уцелевшая коробка елочных украшений.

В мирной малаховской жизни Арик ничего похожего не видел и даже себе не представлял. Ни в его скромном доме, ни у школьных друзей и елку-то сроду не ставили, так что какие уж там игрушки! А тут такое чудо! Из ватных гнезд на него смотрели диковинные птицы, знакомые, но полупрозрачные или блестящие животные, изящные балерины, сказочные звездочеты, ослепительные звезды и шары и всё это горело и сверкало, стоило по ним скользнуть лучу света, всё это было таким невесомым и хрупким, что страшно было прикоснуться огрубевшими от автомата, машинного масла и крови пальцами. Арик, к счастью до 45-го года не получивший даже царапины, этой волшебной красотой был убит наповал. И родилась мечта познакомить с этим чудом лучшее место на свете - Малаховку.

Арик понимал, что бессмысленно и невозможно даже пытаться таскать эту коробку по дорогам войны. Он долго выбирал, какие бы из игрушек могли выдержать поход, найти место в его вещмешке и доехать до родного дома. В подобранную там же, в разоренном барахле, жестяную коробку из-под чая или печенья он аккуратно упаковал завернутых в вату смешного гнома с бородой, в колпачке и остроносых ботинках, пузатую красногрудую птичку вроде снегиря, но с пушистым разноцветным хвостом, крохотную балеринку в газовой розовой пачке и стеклянную вызолоченную шишку, чешуйки которой словно припорошил снег. С этим богатством он довоевал до победы и вернулся домой. Так в Малаховку пришла красота.
На немногих уцелевших после войны близких Ариковы трофеи не произвели большого впечатления, жизнь была непростая, а до Нового года было далеко. Поэтому Арик не заметил, как лет десять он пахал на самых разных работах как проклятый, не зная праздников и не внося новых красок. Разбогатеть тоже не получилось, заработал он только артрит, зародившийся еще в Синявинских болотах, и унаследованный от папы астигматизм. Эти две болячки и позволили ему через десять лет получить инвалидность, не спасавшую от голода, но прикрывавшую от фининспектора, и распахнувшую отсыревшую и просевшую дверь дедова часового скворечника.

Весь год Арик торчал в этой лавочке, с трудом зарабатывая на бутылку кефира, пакет картошки и пачку сигарет починкой всякой примитивной ерунды типа застежки на чемодане или развалившейся пряжки от туфель, но весь интерес его был направлен на поиск, скупку, ремонт и неохотную продажу елочных игрушек. К декабрю его рабочее место преображалось и начинало напоминать вход в сказочную пещеру. Окошко, из которого виднелась его лысоватая башка, сама напоминавшая игрушечную говорящую голову, мигало разноцветными лампочками, горело яркими звездами и переливалось удивительными шарами. Из него доносились незнакомые песенки на непонятных языках, спетые тонкими, словно лилипутскими голосами, и другие нереальные механические звуки, которыми переговаривались его сокровища.

Из разных углов, ящиков, полочек и мешочков торчали волшебные человечки, куколки, зверюшки, неизвестные миру существа и жители Малаховки не сомневались, что в темноте закрытого рынка они оживали, влюблялись и ссорились, дрались, танцевали, сплетничали, подворовывали и жадничали, показывали языки и кукиши и бранились смачнее мясника Мотла. Т.е. там, за мутноватым стеклом Ариковой лавки была своя игрушечная Малаховка, если и отличавшаяся от настоящей, то только богатством, блеском, красотой и масштабами.

Около окошка всегда торчали дети, мечтая о той или иной игрушке, изредка покупая ее на выклянченные у родителей деньги, меняясь друг с другом или с Ариком, рыдая, если она доставалась другому или разбивалась и загадывая на будущий Новый год следующую. Взрослые тоже нередко задерживались возле лавки, делая вид, что просто переводят дух, но на самом деле возвращаясь в детство, окунаясь в сказочную жизнь за стеклом. У них тоже появлялись любимые и узнаваемые игрушки, они давали им имена и наделяли судьбами своих знакомых.

Коротышка сапожник Фуксман утверждал, что добытый Ариком в Кенигсберге гном - копия его двоюродного брата Зеева и божился, что такие же длинноносые вишневые ботинки Зееву сшил до войны именно он. Толстая тетя Клава Бобрикова, купив однажды стеклянного зайца, каждый месяц меняла его на того или другого игрушечного зверька, пока не остановилась на ватной белочке с меховым хвостом, доказывая всем, что это - пропавший бельчонок из выводка на ее участке. Отставная балерина кордебалета Большого театра Августа Францевна, не снисходившая ни до одного односельчанина и умудрившаяся за тридцать лет жизни в Малаховке не сказать и десятка слов молочнице или почтальону, не говоря уж о других соседях, часами могла торчать у Ариковой лавки и трещать о том, что старая Арикова балеринка - это она сама в молодости, а розовая газовая пачка и сейчас лежит у нее в сундуке.

Когда в малаховских домах в моду вошли новогодние елки, не было семьи, у кого на видном месте не красовался бы какой-нибудь трофей из Мейцмановской коллекции, хотя к этому моменту елочные игрушки уже можно было купить во многих местах и часто поинтереснее Ариковых. Но они были игрушки - и всё, барахло без имени и судьбы, а Ариковых все знали в лицо и в спину. Старухи даже жертвовали Арику старые кружевные перчатки и воротнички, пуговички, похожие на драгоценные камушки, и прочие диковины, чтоб он мог подремонтировать и освежить свои сокровища. Когда наш щенок стащил с елки и раздербанил старенькую медведицу в клетчатой юбочке, я, уже здоровая деваха выпускного возраста, рыдала, словно потеряла подругу детства.

А потом снесли старый рынок. А новую лавку старому уже Арику Мейцману было не потянуть. Он и так уже едва доползал до своего скворечника, особенно зимой, по скользоте, да и почти не видел. Правда, так хорошо знал свое войско наощупь, что по-прежнему содержал их в идеальном порядке. Но это в старой лавке. А что делать теперь ни ему, ни всем остальным жителям, было непонятно. Жена Арика, молчаливая, косенькая Шева, вроде бы никогда не заглядывавшая в лавку и равнодушная ко всей елочной чепухе, быстрее других поняла, что с концом скворечника может кончится и Арикова история. И она не стала этого дожидаться, она подхватила Арика, двух их сыновей-близнецов, собрала немудрящий скарб, главное место в котором занимали Ариковы игрушки, и они подали на выезд.

Тогда Малаховка вообще переживала свой Исход, снялась с места добрая половина ее жителей. Долгое время все выходные вдоль железнодорожного полотна были раскинуты клеенки, подстилки и одеяла со всякими домашними диковинами и утварью, книгами, посудой, запчастями и саженцами, куклами с отбитыми носами и потертыми школьными ранцами, короче, всеми материальными доказательствами реальной человеческой жизни отъезжающих , выставленными на продажу и раздачу. Но даже тут, оставив Шеву с разложенной раскладушкой, на которой предлагалась пара подушек, Ариковы валенки, тяпка и дедов самовар, Арик бродил между прошлыми и будущими соотечественниками и приценялся к елочным игрушкам. Потом Мейманы, как и другие малаховские пилигримы, растворились в чужих пределах и никто многих уже никогда не видел.
Но даже сейчас, в другом веке, будучи сегодня уже старше Арика, бродя по рождественским ярмаркам или блошинкам Вены, Парижа, Тель-Авива или Нью-Йорка, я не могу пройти мимо елочных игрушек. Я долго их разглядываю и беру в руки, и иногда мне кажется, что они теплые. Потому что, наверное, живые, а скорее - согретые любящими ладонями. И тогда я начинаю искать глазами их хозяина, каждый раз надеясь узнать в нем Арика Мейцмана.

10

Ухохотался с баллады о старинном шкафе Garda Lake.

У моих знакомых тоже имеется антикварное чудовище, но еще и висячее. Иногда летающее по замысловатой траектории под потолком подобно Вию. Это ЛЮСТРА. Капсу я ей влепил по заслугам - много раз судорожно втягивал голову в плечи за миг до столкновения, а пару раз и крепко приложился макушкой, чуть зазевавшись. К счастью, хрусталь выдержал, хоть и негодующее звенел, гудел и побрякивал.Сама ЛЮСТРА после этого долго еще раскачивалась и виляла на длинной цепи, издавая язвительный скрип.

Увешана она толстенными такими хрусталюлинами размером с кулак, мутно-дымчатого цвета, в сумерках почти незаметна. Сколько шишек она понаставила нескольким поколениям людей чуть выше среднего роста, содрогаюсь представить. Чую старинную немецкую работу - основательность унд тупейший грубоватый юмор. Все гости ходят под ЛЮСТРОЙ совершенно безопасно, слегка ссутулившись, пока помнят Орднунг. Но стоит какому-нибудь дурню херру распрямиться орлом, расслабиться завальсировавшись - бах! получай в бошку под гортанный гогот камрадов.

Такая ЛЮСТРА обречена быть центром внимания в гостиной. Казалось бы. Но как показывает горькая практика, наш разум отказывается воспринимать что-то мутное и огромное над головой как угрозу, пока об нее не звезданешься лично. Подивившись первую минуту, потом о ней забываешь начисто, это становится просто источник света. Ну как луна - нам спокойнее считать ее кругом сыра высоко над головой, а не мертвой планетой площадью с Евразию, рядом с которой мы летим.

Вот так и эта ЛЮСТРА. Пока она включена, сияет типа новогодней елки, столкновений обычно не происходит. И наоборот, что бывает гораздо чаше. По частоте звона можно судить о количестве выпитого и уровню IQ свежих гостей. Это какой-то висячий блюститель трезвости и здравомыслия.

Только боднув ее, присмотрелся внимательно, и было к чему! Странная штуковина. Происхождение ее столь же мутно, как и она сама, остается догадываться. Годы производства - явно заря изобретения электричества, когда первые лампочки были маломощны, а канделябры еще не успели окончательно перековаться в люстры. Неведомые мастера обрадовались, что хоть электричество сумеет пробить свет в их мутном хрустале, и понатыкали этих лампочек уйму.

Стиль безусловно модерн, латунные держалки раскудрявлены под буйные лианы. Дизайнер - скорее всего свихнувшийся парикмахер.

Причина появления этой ЛЮСТРЫ в обычной московской сталинке послевоенной постройки - скорее всего, трофей. Сам СССР такое произвести был не в состоянии. Автора проекта расстреляли бы за безвкусицу и потакание мелкобуржуазным прихотям. Экспроприация пролетариатом из дореволюционного российского особняка тоже отпадает - даже самый дикий купец 3 гильдии скорее повесился бы сам, чем позволил бы повесить у себя дома это мутное страшилище. Только после краха бель эпок продажники додумались хреновый хрусталь назвать дымчатым. В Москву ее привез скорее всего какой-нибудь хозяйственный генерал-обозник, не пугавшийся веса и объема трофеев. Вероятно, был коротышка, и проблема шарахнуться башкой у него отсутствовала.

Нынешние владельцы квартиры вселились туда еще в 1980-х. Цепью разменов расселили напрочь убитую коммуналку, устланную телами алкоголиков. Но - ЛЮСТРУ не тронули. Хотя образованные люди с прекрасным вкусом. Просто отнеслись с уважением к артефакту - не на помойку же ее выкидывать. Продать ее в наше время сложно. Она нормально смотрелась бы на большом расстоянии, где-нибудь на 30 метрах высоты. Под потолком Рейхстага к примеру. В обычной городской трешке выглядит как примета доброты и терпения хозяев.

11

3,14здит как Троцкий…

Вот всё чаще приходится использовать это выражение. Последний раз, не далее, как вчера. А много ли здеся людей знающих кем он был? Нам нужно хотя бы станциям метро вернуть названия, которые они имели до революции. И вспомнить её героев. Итак:
Во-первых евреем. Всё таки Лев Давидович Бронштейн. Во-вторых революционером. Хотя это, в принципе, одно и тоже. Ведь ни для кого не секрет что Советский Союз построили евреи. Если бы судьба сложилась чуть-чуть иначе, сегодня он бы лежал в Мавзолее, а Ленин где-то в Мексике. Ведь он был первым министром обороны никем не признанной республики. Ну или Председателем Реввоенсовета и народным комиссаром по военным и морским делам. Но в борьбе за власть проиграл серенькой, маленькой, незаметной моли - Кобе Джугашвили. Революция пожирает своих героев. Мстительный коротышка Сталин нормально так прошёлся по своим товарищам и соратникам. В живых почти никто не остался из первой когорты.
Вот, к примеру, Председатель СНК никем не признанной республики Алексей Рыков. Находился на посту Премьер Министра до 1930 года. А через каких-то восемь лет был расстрелян. Восемь лет, восемь лет и с героя страны упал до врага народа.
Или Зиновьев. Главный претендент на лидерство в партии после смерти Ленина. Его именем 10 лет был назван город Елисаветград. Хотя Овсею Гершону Ароновичу Родомысльскому это не слишком то и помогло. В 1936 году был расстрелян.
Ну или Лев Розенфельд, более вам известный, наверное, под фамилией Каменев. Был членом Политбюро и Председателем Совета Труда и Обороны после смерти Ленина. Ну и ещё Собяниным работал восемь лет, восемь лет.
Так что скоро мы сможем снять фуражку в память о героях революции погибших от своих. Троцкий - 21 августа. Зиновьев - 25 августа. Каменев - 25 августа.
Потому что вылезая на броневичок не надо дёргать подтяжки и говорить что революция будет скоро, а сегодня крутим дискотеку. А то могут пулемётчика Ганса вызвать вместо диск-жокея.
Они погибли за то чтобы мы могли спокойно ходить по ресторанам, ездить лифтами, писать бложики в интернетиках. И нам не приходится выступать на съездах, как тому чукче:
— Товарищи! До Великой Октябрьской социалистической революции мы, чукчи, испытывали два чувства: чувство голода и чувство холода. Теперь мы испытываем три чувства: чувство голода, чувство холода и чувство глубокого удовлетворения!