Анекдоты про продаже директором |
2
«История одного человека, пусть даже и заурядного, не менее интересна, чем история целого народа». (с).
В педагогическом институте имени Крупской мама училась с 1955 по 1960 год.
Каждый месяц, в дополнение к стипендии, она получала денежный перевод. В извещении всегда было написано: «Материальная помощь выпускнице детского дома ВХК».
ВХК – это Воскресенский химический комбинат.
С началом Великой Отечественной войны появилось множество сирот, или, по современной терминологии, - детей, оставшихся без попечения родителей.
Детские дома создавались государственными органами, а также – их создание поручалось крупным предприятиям.
Детский дом ВХК был организован в центре Воскресенска в парковом ансамбле усадьбы Лажечникова (Кривякино).
Директор химкомбината Николай Иванович Докторов знал лично каждого детдомовца, был частым их гостем, и детдомовцы примерно раз в месяц приходили в его кабинет в заводоуправлении, рассказывали о своей жизни, а случалось, и о своих нуждах.
Мама рассказывает, как однажды она в числе такой группы отправилась на химкомбинат к Докторову. Воспитатели их принарядили, повязали девочкам ленты-бантики, но не сопровождали. Напутственно только сказали: «Не забудьте про тюль».
Тогда в продаже в каком-то из городских магазинов появился тюль для занавесок.
Дети пришли в заводоуправление.
Секретарь сразу пропустила их к директору.
Было лето. Николай Иванович расспросил их, - чем занимаются в каникулы, какое питание, и в чем нуждаются.
Кто-то из детей сказал про тюль.
Докторов позвонил главному бухгалтеру: «Федот Петрович! Зайди! Пришли наши дети».
Вошедшему бухгалтеру Николай Иванович сказал: «Дети просят тюлевые занавески в пионерскую комнату».
В ходу тогда был гужевой транспорт. Всякие грузы со складов химкомбината в детдом привозила на телеге тетя Настя. И рулон тюля, а заодно и рулоны белой ткани для простынь и скатертей, тоже вскоре привезла она.
Мама сейчас вспомнила их слоган того времени: «В пионерскую войдешь – тюль висит с узором. «Спасибо комбинату»- скажем мы все хором».
Это были первые тюлевые занавески в Воскресенске.
Первый телевизор в городе тоже был в детдоме: «В пионерскую войдешь, в левый угол бросишь взор, - от радости запоешь – телевизор узнаешь».
Но я отвлекся…
Докторов был директором градообразующего предприятия, - в какой-то мере хозяином города. Но над ним было министерство. Детские дома, подведомственные предприятиям химической промышленности, курировала замминистра Софья Соломоновна Белоус.
Мама помнит один из первых её приездов в детский дом.
Всё обошла, осмотрела помещения, площадки, хозяйство, перезнакомилась с сотрудниками и воспитанниками. Потом уединилась с детьми, порасспросила о разном, и сказала: «Считайте, что я – ваша мама. Какие трудности – пишите мне. Приеду – помогу».
Случилось так, что детдомовцы однажды ей написали. Пожаловались на одну воспитательницу.
Сотрудников они делили, не мудрствуя лукаво, на «злых» и «добрых».
Одна воспитательница прочно утвердилась в первой категории.
Была зима.
Дети катались с горки. Усадьба расположена на крутом откосе над поймой Москвы-реки – вот с этого откоса они и катались. Санок не было – съезжали по снегу и льду в чем гуляли, не задумываясь о необходимости беречь одежду. Эта воспитательница докладывала директору детдома о нарушении дисциплины. Он строил воспитанников после прогулки, командовал «Кругом!», и проходил вдоль строя, оглядывая мокрые, а, случалось и протертые пальто, штаны и юбки.
Уличенных в нерадивом отношении к одежде наказывали – заменяли их одежду на заношенную «подменку».
Но это ещё ладно. А однажды эта воспитательница, проверяя, как дети сделали домашнее задание по математике, подергала девочку за волосы, в наказание за неверное решение задачи.
Вечером в пионерской комнате старшие девочки, под руководством Милки Григорьян (О ней - здесь: https://www.anekdot.ru/id/926524/) написали письмо Софье Соломоновне. Адрес-то простой – Москва, министерство химической промышленности.
Софья Соломоновна вскоре приехала. Снова обошла весь детдом, со всеми пообщалась, уехала. А эта воспитательница потом уволилась.
И так в жизни все закручено…
После института мама отработала по распределению в школе в Щербинке, там она познакомилась с моим папой, поженились, родился я, и они приехали в Воскресенск.
В детсадах мест не было. Чтобы меня приняли в садик, она устроилась воспитательницей. Ясли-сад № 20 «Березка» на улице Победы.
Но по тогдашним порядкам, нельзя было, чтобы ребенок воспитательницы был в её группе. Поэтому, хотя в маминой группе были дети моего возраста, меня определили в группу другую, и моей воспитательницей была та самая уволенная из маминого детдома.
Это потом именно она закрыла меня одного в спальне, за то, что я не спал в «тихий час», и увела остальных детей на прогулку. (Этот случай здесь - https://www.anekdot.ru/id/952534/)
Но я опять отвлекся…
Про Докторова ещё…
Общежитие первокурсников пединститута имени Крупской было в Малаховке. Оттуда очень неудобно было добираться на улицу Радио 10а на лекции в институт.
А детский дом уже закрывался – дети войны выросли.
Мама приехала в детдом за какими-то своими вещами, пообщалась с воспитателями, обмолвилась, что общежитие далеко от института. Сказала, что есть ещё общежитие в Первом Переведеновском переулке возле метро Бауманская, но оно только для пятикурсников и аспирантов. Воспитатели ей ответили: «А ты сходи к Докторову».
Докторов сразу и безо всякого её принял, слету вник в проблему. У него был зам по быту и социальным вопросам Илья Иванович Волков. Ему-то Докторов и поручил решить проблему с институтским общежитием для выпускницы детдома Гали Шкапы.
Волков несколько раз ездил в институт, встречался с разными должностными лицами и даже с ректором – безрезультатно, о чем и доложил Николаю Ивановичу.
Докторов потому и обрел легендарную славу в Воскресенске, потому и руководил долгие годы крупнейшим предприятием, что все проблемы решал эффективно и радикально.
На заводской «Победе» он привез Галю в министерство просвещения СССР, которое тогда возглавлял Иван Андреевич Каиров. Министр их принял – для Докторова это был обычный уровень общения. В итоге, с первого курса до окончания института Галя Шкапа жила в общежитии у Бауманской, и, кстати, всё это время была строгим старостой общежития. Пятикурсники и аспиранты льстиво заглядывали ей в глаза, чтобы не ставила двойки за беспорядок в комнатах.
Каиров, во время той беседы с Докторовом, сказал: «А Галя не Ваша дочка? Глаза похожи…»
Докторов ответил: «У меня таких дочек и сыновей – 200!»
Замминистра химической промышленности Софья Соломоновна Белоус тоже не забывала выпускников подведомственных детдомов.
Мама, уже студенткой, приезжала и к ней в министерство, и домой. И также к Белоус приезжали бывшие детдомовцы из Орехово-Зуево и Лисичанска. Мама их помнит.
В министерстве на проходной мама говорила - к кому идет. Вахтер звонил Софье Соломоновне. Та сразу отвечала: «Ведите ко мне!». Вахтер провожал.
В кабинете Белоус предлагала чаю со сладостями, потом вела Галю по всем кабинетам: «Это наша дочка к нам приехала! Студентка! Отличница! Будет выступать с танцами на Фестивале молодежи и студентов!» Министерство тогда возглавлял Сергей Михайлович Тихомиров – заходили и к нему.
Все хозяева кабинетов, и министр тоже, обязательно вручали детдомовке какие-то гостинцы-сладости – её возвращение в общежитие превращалось в пир, чуть не для всего этажа.
И мама сейчас вспоминает, что все общались с добротой и вниманием, не формально, уважительно и добро.
В детдоме им внушали, что они – дети страны. Общие дети. Так было.
Многие семейные дети в Воскресенске завидовали детдомовцам. Считали, что в детдоме жизнь интереснее, лучше… Может так и было…
Я должен это записывать за мамой и выкладывать. Мне интересно наше прошлое. Может и другим тоже.
Если не я – то кто?
|
3
В копилку участившихся историй про «эффективных менеджеров»: в годы СССР подобную молодую безмозглую поросль, даже «блатных»,сначала держали на адинистративных уровнях типа зав сектором, редко - нач отдела, в надежде что может поумнеет, и глупость не будет так очевидна, ну а потом уже и поднимут на ступеньку. Однако СССР кончился, и теперь административный уровень таких персонажей крайне непредсказуем. Очередной пример:
Есть в Москве некое учреждение «Химавтоматика» Там еще старик Батурин когда-то сидел директором, прежде чем начать свой путь к низложению за утратой доверия. До сих пор, кстати, там его фото висит, хронически оплеванное.После распада СССР эта когда-то мощная контора распалась на отдельные княжества, и название сохранилось по сути за обломком в виде нескольких зданий и остатка кадрового состава, кто еще жив и не ушел. Все производства умерли, осталось так, бурная имитация, по сути - бизнес на аренде площадей для различных коммерческих ООО и прочих ИП. Менялись с определенной периодичностью руководители и близлежащие, что, по сути, ничего принципиально не меняло - в силу возраста они были, как правило, старой советской школы, и очевидными детскими ляпами народ не веселили. Однако решила год назад городская власть продать нафиг свой пакет акций этой химавтоматики, ибо один черт пользы никакой. ну или другие какие причины были в продаже этих акций нужному лицу из Тамбова - не будем пока углубляться. И настала пора чудес в виде «эффективных менеджеров», поставленных во главе этой конторки. Ну, например:
есть там, как и на каждом уважающем себя предприятии, в том числе и живущем за счет сдачи в аренду когда-то производственных или научных площадей, помойка. Которую периодически вывозят. Пару лет назад что-то менялось в этом помоечном процессе - или лимиты вывоза снизили, или цены подняли- уже не так важно. Старый аппарат управления, дабы вписаться в рамки допустимого обьема отходов, решил обязать тех у кого руки растут не из жопы и кто что-то производит, арендуя у них площади, установить свои индивидуальные помоечки рядом с главной помойкой, и решать вопросы вывоза мусора самостоятельно. И появилась во дворе цепочка помоечек с фамилиями на каждом контейнере - ИП Петров, ООО «Тузик интернейшнл», ну и т.д., не суть, забавно и в рядок. Неподготовленный народ сначала смеялся такой адресности то ли усыпальниц на колесиках, то ли домиков для бомжей, то ли мобильных микроофисов, потом привык. Зато мусор в «главном», общем контейнере стал вроде как вписываться в норматив по обьему в месяц. Заодно стали деревяшки и макулатуру складировать отдельно - деревяшки не знаю куда девали, а макулатуру дворник постепенно увязывал в пачки и периодически сам, на своей машинке, вывозил на пункт приема, где получал свои 5 копеек за этот бессмысленный, по сути процесса и экономической целесообразности, труд. Зато это помогало конторе не вылетать из рамок установленного обьема мусора. Ну, вроде бы пока ничего необычного эта идиллическая картинка не предвещает, да? И трансформировать ее в силу примитивности в форму крайнего идиотизма сложно, да? А вот и хренушки…
С приходом к управлению молодых дарований, последовавшим после смены владельца на тамбовского (волк тебе товарищ) аппендицита «Ростеха», логика была обьявлена лженаукой и изгнана поганой метлой, в традициях известного усатого кавказского персонажа из истории СССР,.
Теперь этот незатейливый мусорный процесс выглядит так: тот же дворник, но уже в рамках обязанностей, пакует макулатурные отходы и перетаскивает их в закуток в другом конце территории. После чего на стороне заказывается машина, услуги которой стоят больше чем видимо годовой обьем макулатуры с этой территории, и все это весело везут в приемный пункт макулатуры, после чего сдают за те же условные 5 копеек, но поступающие уже на счет «Химавтоматики». Бизнес наоборот… если, правда, не учитывать варианта что машина, которая в этой цепочке явно убыточная расходная часть, не является машиной «своего» перевозчика, но это уже не так важно - логика организации процессов по управлением «эффективных менеджеров», как правило, всегда анекдотична. Хотя и грустный это анекдот - безногие на беговой дорожке… Так, после известного весеннего прикола с приказной самоизоляцией молодая поросль в припадке разрывания ануса на полосатый флаг на собрании остатков коллектива громко заявила – мол, пока вы там по домам сидели, мы тут предприятие спасали…. На что один из старожилов грустно хихикнул - ну, извиняйте, господа начальнички, что мы не передохли за это время, сидя дома….
Продолжение следует?
|
|
4
Когда-то я обещался создать мини цикл историек на тему лизинга в РФ. Это пробный первый шар, не судите слишком строго. Ежели Вы, уважаемые читатели, примите попытку благосклонно, то будут и другие. Ну а если нет, так нет. Как обычно, предупреждаю, будет много букафф.
"Особенности Национального Лизинга"
Часть Первая. "Бытие"
Эпиграф: "Всё было так весело, мы заготовляли рога и копыта, жизнь была упоительна, и вдруг..." ("Золотой Телёнок." И.Ильф и Е. Петров)
В своё время я работал в одном крупном холдинге в РФ. Разных бизнесов у нас было много, парк тягачей машин эдак под триста, таможенные услуги, ремзоны, сеть магазинов по продаже запчастей, строительная компания, торговля легковушками и грузовиками, и многое другое. В том числе была и лизинговая контора, которая в основном финансировала клиентов, планирующих покупку тягачей и стройтехники (обычно у одной из своих же контор).
В начале, когда я лишь начал знакомиться с бизнесом, думалось, что лизинг, пожалуй, самое мирное и спокойное из всех направлений холдинга. На втором этаже нашей базы (подальше от ремзоны, продаванов машин и запчастей, и прочих "плебеев") располагался небольшой, но уютный офис. Внутри сидели менеджеры в галстуках и улыбчивые администраторши. Тишь, благодать, всё чисто, чинно, и достойно. Вот расчёты, рядышком договора, далее касса, а вот и Сидоров-кассир. Лепота, одним словом.
Никаких тебе скандалов с клиентосами, которым нарукожопили машину слесаря, никаких алкашей-дальнобойщиков забухавших в рейсе, никакого блуда с растаможкой, никаких левых ходок у самосвальщиков, никакого воровства запчастей со склада, никаких левых схем в магазинах, никаких... впрочем, я увлёкся. Ах, мои наивные радужные иллюзии, как быстро они были развеяны в пух и прах.
Оказалось, что лизинг привлекает всяческих мошенников, аки падаль гиен. Каждый хитрожопец норовит урвать кусман. Правда, тут много от руководителя зависит, а вот с ними нам-то как раз и не повезло. Хотя, сразу надо сказать, работа директором в лизинговой компании и опасна и трудна.
В первую очередь наверное потому что надо одновременно вершить две совершенно противоположные вещи. С одной стороны, следует развивать бизнес и заключать как можно больше сделок. С другой стороны, множество сделок надо отметать, ибо нужны хорошие клиенты, которые будут аккуратно платить, а не всякая босота. Это сейчас, есть и кредитные истории, и развитые социальные сети, и ещё куча всяческих методов для проверки потенциальных должников, а вот всего с дюжину лет назад ситуация была совсем иной.
За годы моей работы в холдинге, в нашей лизинговой компании сменилось несколько гендиректоров. Первый блин, как водится, вышел комом. Не знаю, из какой подворотни взялся Саша, ибо он пришёл в холдинг ещё до меня, но долго он не продержался. Причиной его увольнения вышло вот что...
Часть Вторая: Лизинг с Кавказским Акцентом
Эпиграф: "Если кавказец говорит тебе "друг", значит, он собирается тебя на*бать. Если он говорит тебе "брат", значит, он тебя уже на*бал." (Народная мудрость)
Конечно же, не всех мошенников удавалось отсечь на уровне подачи заявки. Бывало и так, что негодяйцы получали технику в лизинг, и банально нас "кидали". Ну или пытались. Не скажу, что это бывало часто, но из песни слова не выкинешь. Впрочем, когда бизнес лишь формируется, и хорошо продуманных процессов и контролей нет, неприятностей не избежать. Этот случай мне запомнился столь ярко, ибо это был самый первый раз, когда нам пришлось конфисковать технику.
Не знаю как сейчас, а в своё время хороший кусок строительного рынка Питера, в частности, укладка асфальта, был плотно оккупирован армянской диаспорой. А посему никто не удивился, когда на пороге нашей конторы появился грузный, горбоносый, говорливый дядька, увешанный массивными цепью и крестом из презренного металла на бычьей шее. Представился как Сурен.
- Дрюг, низкорамнык в лызынг хачю, - сразу заявил гость. - Тэхника вазыть. Дэньги многа зарабатывать бюду.
То бишь ему приглянулся низкорамный прицеп, что продавался на нашей площадке.
- То есть сцепка нужна? - уточнили.
- Нэт. Тягач уже есть. - прозвучал гордый ответ.
Небольшое разъяснение. Упрощённо, низкорамник - это прицеп, на котором перевозят технику. У него клиренс ниже, чем у обыкновенного прицепа и есть типа рампы, дабы техника могла на него заехать. Например, асфальтный каток, хоть, конечно, и машина сама по себе, но на длинные переезды он не предназначен. Посему его грузят на подобные прицепы и везут куда надо.
Вообще, следует признать, тему Сурен выбрал исключительно грамотно. Сами строители и асфальтоукладчики должны вкладываться в рабочих, разрешения, технику, материалы, и многое другое. Расходы большие, оплата от клиентов небыстрая. Короче, геморроя много. А тут - надёжный тягач, низкорамный прицеп, соляра, пара малопьющих водил, вот и весь бизнес, собственно говоря. Конечно свои нюансы тоже есть, но однозначно - этот бизнес куда проще, и, пожалуй, прибыльней. Это как в старину, тысячи старателей рылись в земле в поисках золота и алмазов, рискуя жизнью и здоровьем, но большинство из них на выхлопе оставались ни с чем. Зато те, кто продавали искателям счастья лопаты, мотыги, тачки, алкоголь, и продукты, заработали миллионы.
Учитывая принадлежность к диаспоре, можно было рассчитывать, что при грамотном ведении бизнеса, наш герой голодать не будет. Смущало лишь два аспекта. Первый - денег у Сурена было немного, даже на первый взнос не хватало, то бишь было процентов 25% от стоимости (обычно мы старались брать 35-40%). Остальные деньги, по его утверждению, он потратил на бэушный Фред (Freightliner). Второй, в случае чего, прицеп отследить весьма тяжело (тогда "маячки" можно было поставить только на тягачи). Спору нет, сделка была рискованной. С другой стороны, риск был оправдан, ибо жил Сурен в родном Выборгском районе, работать планировал в Питере и пригородах, да и строительный рынок бурно развивался в те замечательные, докризисные времена.
- Дрюг, - убеждал нас Сурен. Я в Питер 15 лэт, всэх и всё знаю. Работы морэ. Мамой клиянус, ни адын дэнь прасрочка нэ будет.
- Думаю, надо пойти навстречу, - молил Саша, которому не хватало парочки сделок в том месяце для получения бонуса.
- Никуда он не денется, - уверял безопасник. - Да я его и под землёй найду и достану на раз-два. Можете смело отдавать технику, - успокоил он нас.
Покряхтели, лобешник почесали, решили рискнуть, уж на больно сладкую процентную ставку согласился наш визитёр.
- Ты уж только за ним бди. - дали указание Саше. Если проблемы, сразу сообщай.
И конечно-же прогадали. Правы, сто раз были правы древние, когда говорили "Жадность приводит к бедности." Наш красавец действительно заплатил после первого месяца, о чём нам Саша на летучке гордо сообщил. Мы успокоились, и расслабились, а зря. Или наш "гость с юга" лизинговые платежи в свой бюджет не заложил, или "тэхника вазит" оказалось делом посложнее, чем он изначально планировал, а может, сыграл свою роль принцип "джыгыты нэ платят." В любом случае, денег больше не приходило, о чём Саша тактично на последующих оперативках умолчал. До сих пор спрашиваю себя, почему?
Скорее всего, он банально не следил за дебиторкой, ибо не барское это дело. А когда он всё-таки удостоил такой "маловажный" аспект своим вниманием, просрочка была уже в пару месяцев. Почувствовав жим-жим, он совершил следующую ошибку. Вместо того, чтобы доложить выше, Саша решил этот малоприятный момент скрыть и бодро рапортовал прекрасную картину из месяца в месяц. Конечно, и мы сами тоже виноваты, слишком уж положились на управленца.
Но рано или поздно, всё тайное становится явным. Первая же моя детальная проверка дебиторки выявила несостоятельного должника.
- Какого чёрта ты молчал? - в бешенстве орал на Сашу обычно спокойный Сёмка. - Да и ты хорош, - получил свою порцию я. - Не мог раньше проверить, как этот имбецил направление ведёт.
- Мы сейчас будем крайнего искать или проблему решать? - поинтересовался я. - Саша, ты хоть ему звонил, насчёт денег спрашивал?
- Да, звонил пару дней назад - понуро ответил горе директор. - Говорит, не платил, ибо прицеп угнали.
- Чтоооооо??? - в один голос воскликнули мы.
- Это же ЧП. Давно? Как? В милицию заяву подали? Копия есть? - начал как из пулемёта очередями бросать вопросы Сёмка.
- Сурен говорит, почти месяц назад. - выдавил Саша.
- Суууууукааааа. - взвыл Сёмка. - Звони ему и ставь на громкую связь. Я хочу всё слышать.
После нескольких гудков мы услышали весёлый голос Сурена:
- Алло.
- Сурен, привет. Это я, Саша, из лизинговой компании. Как там дела? - издалека начал он разговор.
- Привет, брат. Вай, вай, вай, плохо, брат. Сижю плачу. Прицэп нэт, машина нэт, дэнег нет, чэм сэмья кармыт бюду? - плохо изображая грусть отвечал южанин.
- А почему ты сразу про угон не сказал?
- Зачэм бэспокоит. Прасил большой чэловек найти. Он ищет.
- Ты заявление в милицию подавал? В какое отделение? Копия есть? Ты к нам должен завтра же подъехать. - начал жалобно просить Саша.
- Канэчно, брат, бумажка писал. Тут рядом атдэление милиции есть. Обязательно приеду. Давно хатэл. Времени савсэм нет. Завтра.
- Спасибо. До свиданья. - закончил разговор Саша.
Резюме Сёмки было кратким.
- Врёт скотина, зуб даю. Технику у него не угоняли. Тоже мне, "машина угнали. Тут мусорный бак стоял, тут жэнщина курил." Небось ещё "собака из милиции обещала прийти." Если бы заява в ментовку была, то нам, как собственнику техники, сообщили. Так что "я тебе адын умний вэщ скажю, толко ты ни абижайся", - ты кретин, что ему поверил. - обратился он к Саше. - Хрен он завтра приедет.
- Давай разработаем план действий, - предложил я.
- Раз, - скажи Сергею Петровичу (безопасник), пускай ищет, где этот мерзавец прицеп хранит. Пускай старых сослуживцев дёрнет. Долго искать не придётся, "я так думаю". Либо наш "кавказкий дрюг", или его водилы, наверняка продолжают работать. Два, надо узнать номер тягача. Посмотрите на старые записи с камер, на каком тягаче он прицеп забирал. Или в запросе на лизинг инфа может быть, он должен был в списке собственности его указать. Скорее всего наш прицеп так и ездит в сцепке. Кстати, где он там живёт? На Сикейроса? Тогда три. Пускай кто нибудь из лизинговых менеджеров покатается по району пару вечерков. Бензин мы оплатим. Более того, если найдёт, то обещаю бонус - 10 тыров. Низкорамник вещь заметная и сцепка не иголка. Думаю где-то между Энгельса и Культуры у него лежбище. А, и последнее. Саша, на всякий случай, съезди в отделение, узнай если заявление об угоне было. Шансы один на миллион, но всё же.
Сёмка как в воду глядел, Сурен не появился ни завтра, ни послезавтра, да и вообще, чуть ли не неделю трубку не брал. В отделении тоже, об угоне сцепки ничего не слышали. Оставалась надежда на поиск.
Безопасник развил кипучую деятельность. Куда-то звонил, потом уехал. После сказал, что встречался с каким-то "очень влиятельным человеком" и попросил компенсировать расход на обед. Дальше-больше, на следующий день затребовал бутылку Remy ХО из закромов, якобы в подарок какому-то ещё одному "очень полезному кадру." Ещё через 2 дня попросил ручку Montblanc, сказав "дело на мази, прицеп ищут. Ребята землю роют, но руководителю надо уважение проявить." А в пятницу скромняга огорошил запросом в штук 50 рубликов.
- Нужны будут в понедельник, компенсировать расходы исполнителей - объяснил он.
Может быть мы и дали бы денежку, но воскресенье утром позвонил радостный лизинговый менеджер, Коля.
Он, проникшись обещанием бонуса, выделил на поиск цельный выходной, прикинув, что на выходных техника скорее всего работать не будет, и шансы найти её будут повыше. Как точку отсчёта Коля взял адрес Сурена, далее поделил предполагаемую территорию поиска на квадраты, и начал действовать научным методом тыка. Осматривал улицу за улицей, даже метался по дворам.
В пятницу вечером поиск ничего не дал. Суббота тоже была потрачена впустую. В воскресенье утром Коля уже проклинал и контору, и Сурена, и самого себя, но обещанный бонус манил, и он решил всё таки ещё поездить пару часов. И практически тут же, недалеко от пересечения Художников и Северного проспектов он обнаружил искомую сцепку. Проверил шильду на прицепе, всё совпало. И тягач тот самый, Суреновский. Просто удивительно, насколько недалёкий горе-аферист попался на нашем пути, запарковать технику, за которую он не платит всего минут 7-8 ходьбы от своего дома. Впрочем, безнаказанность порождает беспечность.
Несмотря на выходной, Сёмка тут же созвал штаб. Первым делом поручили одному из диспетчеров дежурить в машине около сцепки, а сами стали прикидывать план действий.
- Может вызвать ментов, - робко предложил Саша.
- Твоих инициатив нам хватило. - резко прокоментировал Сёма. - На хрена они нужны? То есть деньги они возьмут, но помощи от них не дождёшься. Тем более никакого нарушения не происходит. Заявы об угоне нет. То, что наш "дрюг и брат" не платит, хоть и момент в плоскости правового поля, но вопрос чисто экономический.
- А Сергей Петрович что? Может его попросить? Безопасник должен же такие вопросы решать? - двинул идею я.
- Должен то он должен, но пользы от него как от козла молока. Неделю он нам бейцы крутит, завтраками кормит, подарки и деньги требует и получает, а выхлопа х*й и не х*я. Кстати, я ему звонил. Труба выключена. Наверное вчера наклюкался. Не безопасник, а недоразумение. Менять его надо.
- Резкое телодвижение. - лишь мог вымолвить я.
- Но нужное. - отрезал Сёма. Ладно, к нашему вопросу. Организуем гастрольное выступление творческого коллектива. Режиссура наша. В главных ролях: хороший водила, грамотный слесарь, ну и старший группы, с огоньком и креативом. Аллё, мы ищем таланты. Предложения в студию?
- Думаю так. Выделим свой тягач. Водилой пускай поедет Нос, я его только что видел в диспетчерской. Слесаря надо у предпродажников дёрнуть. Ну а старшим поедет Максим. Он и перегонщиками командует, и сам тягач водит, и парень весёлый и находчивый. На всякий случай, им ещё охранника дадим, чем чёрт не шутит.
- Приятно слышать трезвые мысли, - одобрил Сёма, - постепенно становишься идейным борцом за денежные знаки.
Когда стемнело, "группа захвата" выехала на место. Слесарь и водила на тягаче, Максим и охранник на легковушке. Там их, нетерпеливо роя землю копытом, ждал диспетчер, которому за день наскучило сидеть на месте. Сцепка мирно почивала в ожидании рабочей недели.
Всё хирургическое вмешательство заняло несколько минут. Тягач слесарь открыл моментально. Запасного ключа не было, но это не беда. Под старые американские модели вполне подходит немного модифицированный ключ из под Волги. Разъединили сцепку. Максим, предусмотрительно одел перчатки, и отодвинул Суреновский тягач, а Нос подогнал наш и забрал прицеп. Охраннику вообще делать ничего не пришлось.
Водила и слесарь увезли трофей на базу. Уставший диспетчер тоже смотался. А вот Максим решил проявить креатив,
- Следуй за мной на легковушке, - приказал он охраннику.
- Ты что удумал?
- Сейчас увидишь. Ничего особенного, всего-навсего восстанавливаю попранную справедливость.
Процесс длился совсем не долго. Максим просто-напросто отогнал тягач Сурена на улицу Шота Руставели и аккуратно припарковал. После открутил номера и положил в кабину.
- Сделал дело, вытер тело. Можем ехать. - заявил он изумлённому охраннику, снимая перчатки.
- Зачем? - на следующее утро поинтересовался я выслушав доклад.
- Чтобы всё было чётко и по-пацански. Он нас кинул, ну пускай теперь побегает. Периодическая встряска полезна для организма.
- Возможно это и есть сермяжная правда жизни, - задумчиво сказал Сёма, - Можешь зайти в кассу, там тебя ждёт приятный сюрприз.
Дальше всё было прозаично. Сурен всё понял. Причался пулей. Бегал по офису, рвал волосы на груди, размазывая слёзы по толстым щекам, и кричал:
- Вай, вай, вай. Дрюг, памаги. Утром пришёл, машина нэту.
- Так мы знаем, что нету. Ты же сам говорил, "пару недель назад угнали и хороший человек ищет." Нашёл? Нет? Мы прицеп тоже искали, и нашли. Вон, видишь стоит. - издевался натренированный Сёмкой Саша.
- Дрюг, это шютка был. - плакался Сурен.
- Какие шутки? - фальшиво изумился Саша. Ты, брат, давай, ищи тягач. Найдёшь, приходи. Посчитаем сколько ты нам должен за просроченные платежи, пени, починку прицепа. Заплатишь, и начнёшь опять "тэхника вазит." "Дэньги много имэть" будешь, "я так думаю".
Тем временем мы Сёмкой вели непростой разговор.
- С Сашей надо будет расстаться. - жёстко заявил он. - Разумеется по хорошему. Он парень, в принципе, неплохой, но поляну не сечёт. Уподбляется глупой птице страусу, что зарывши голову в песок, не видит с высоты своего полёта, что за дебиторкой надо следить, и о проблемах сообщать сразу. Главное же не это. Хотя всё хорошо, что хорошо кончается, вчерашний "Гранд Операсион" чистой воды волюнтаризм и партизанщина. В следующий раз, может и не повезти. Надо подходить к вопросу более профессионально. Тем более, что чует моё сердце, в этом бизнесе нам предстоит немало конфискаций. А Максим молодец. Чётко проучил афериста, как думаешь?
- Наверно ты прав. Добро должно быть с кулаками. - ответил я.
- Это верно. Ищем нового генерального директора, - резюмировал Сёмка, и фальшиво запел:
"Чито Гврито, Чито маргалито да...."
|
|
5
Будете смеяться но говно таки да к деньгам.
Короче работал я в небольшой фирме по продаже компов, менеджером. Нас там всего было человек 20 вместе с директором. И однажды утром, а фирма располагалась в подвале жилого дома, засорилась канализация в подвале, и в итоге все пошло через унитаз прямо в главный коридор. Картина маслом, коридор затоплен на 5 сантиметров и плавают там какашки.Вот такое я увидел когда пришел на работу.
Штатная уборщица в тот день заболела, вонища стояла такая что о работе речи не было, и все притихли.
Руководство спешно искало пути решения. Короче, пошел я к главному и говорю "так и так, уберу сам".
Ну что, пошел купил две пары суровых перчаток и начал черпать это дело.
За два часа убрал все что плавало и булькало. Затем прошелся моющими средствами, и в принципе стало нормально. Ну директор заплатил там сколько то, типа премия за один рабочий день.
Но.. запомнил, через полгода он поручил мне закупки по контракту и не стал возражать когда я вставил в него свой процент, и получил я тогда 2500 штуки баксов с контракта. Наличкой, при зарплате в 80$.
Из чего я сделал два вывода, первое, говно к деньгам, второе, если припрет компанию надо выручать, а она в долгу не останется.
|
|
6
Системный администратор Вадик, сдавленно чертыхаясь, карабкался по водосточной трубе на второй этаж. Задача отчасти упрощалась тем, что офис располагался в старинном особняке, чей фасад украшало множество декоративных лепных элементов, за которые при необходимости можно было ухватиться. Вадик искренне надеялся, что такой необходимости все-таки не возникнет, ибо, несмотря на наличие внизу газона с аккуратно подстриженными сорняками, падать было бы высоко и больно. С другой стороны, определенную сложность процессу добавлял еще и тот факт, что размеренная сисадминская работа не располагала к совершенствованию акробатических навыков. Она располагала к философскому миросозерцанию под пиво с чипсами, и сама по себе стимулировала бурный рост исключительно пуза, но никак не мускулатуры плечевого пояса. Однако Вадик с упорством альпиниста-спасателя лез вверх — там, в приветливо распахнутом окне, его уже терпеливо дожидался заветный приз в лице главного бухгалтера фирмы — Валентины Александровны.
Этот рабочий день начался для Вадика не совсем традиционно, то есть, не с просмотра френдленты в «Фейсбуке» под чашечку кофе, а с пронзительного звука, прокатившегося по этажам офисного центра и затихшего гулким эхом где-то в районе переговорной. «Примерно так, наверное, должен звучать заводской гудок», — подумал Вадик, едва не пролив от неожиданности горячий кофе себе на штаны, — «или, как минимум, раненый бизон в брачный период». И хотя раньше он никогда не сталкивался с ранеными бизонами, но интенсивность звука в децибелах, а также его полифоническая насыщенность красноречиво свидетельствовали о том, что бизон, как минимум, крайне недоволен и очень агрессивен. Со вздохом оставив недопитый кофе, Вадик отправился на поиски источника аккустической аномалии.
Короткое расследование привело Вадика к дверям бухгалтерии, расположенной на втором этаже. Двери были сварены из толстых стальных листов и покоились на массивных металлических петлях, которым наверняка позавидовали бы ворота небольшой средневековой крепости, а выходившее во двор окно было забрано сдвижной железной решеткой. Подобные меры предосторожности были отнюдь не лишними, ибо в небольшой каморке, где располагалась бухгалтерия, имелось целых две чрезвычайно значимых для фирмы ценности: огромный старинный сейф, в котором хранилась оборотная наличка, и главный, она же единственный, бухгалтер Валентина Александровна. Валентина Александровна вполне могла посоперничать с сейфом в монументальности, поэтому они оба успешно заполняли собою все полезное пространство помещения — ничего иного в этот скромный приют балансов и авансовых счетов попросту не помещалось.
С Валентиной Александровной у Вадика отношения не сложились как-то с самого начала. Главный бухгалтер высокомерно считала сисадмина чем-то средним между дворовой прислугой и мальчиком на побегушках, отдавая распоряжения «быстро все починить» брезгливым и не терпящим возражений тоном. При этом «что-нибудь» приходилось чинить довольно-таки часто, ибо Валентина Александровна являлась абсолютным рекордсменом города по скоростному запуску присланных по электронной почте вирусов, запихиванию в принтер бумаги со скрепками и выдергиванию каблуками витой пары из висящего на стене свитча. Вадик тоже не оставался в долгу: в ответ на претензии из серии «я опять не могу войти в бухгалтерию» он вежливо советовал Валентине Александровне сесть на диету, а заявку «купить что-нибудь, чтобы я могла нормально работать на компьютере» однажды отклонил с резолюцией «невозможно выполнить в связи с отсутствием в розничной продаже мозгов».
Сегодня Валентина Александровна явилась на работу пораньше, чтобы проверить подготовленные накануне отчеты в фонды, открыла магнитный замок бухгалтерии собственным электронным ключом и по привычке захлопнула за собою тяжелую металлическую дверь. Поскольку главный бухгалтер всегда самоотверженно стояла на страже финансовых интересов фирмы, и принципиально не оплачивала счетов, если принесший их сотрудник не был готов представить развернутое обоснование, зачем оно нужно и почему на этом нельзя сэкономить (а особенно, если этого сотрудника звали Вадик), в качестве системы контроля доступа на предприятии использовалась самые дешевые магнитные замки, которые Вадик только сумел раздобыть и приладить на двери кабинетов. Однако в этот раз природная прижимистость сыграла с Валентиной Александровной дурную шутку: едва ворота бухгалтерской цитадели замкнулись за ее могучей спиной, в компьютерных мозгах дешевого электронного замка произошел какой-то непредвиденный сбой и он полностью заблокировал дверь, отказываясь реагировать и на кнопку открывания, и на прикосновение электронного ключа. Валентина Александровна очутилась в ловушке.
— Что тут произошло? — Озабоченно поинтересовался директор, привлеченный на второй этаж подозрительным и весьма интенсивным шумом.
— Дверь заклинило, — мрачно отозвался Вадик. — И не сломаешь, крепкая, зараза.
— Выпустите! — Изнутри бухгалтерии на толстый металл градом сыпались гулкие удары. — Немедленно выпустите меня отсюда!
— Может, этаж обесточить? — Предложил директор. — Там есть рубильник, в щитке на лестничной клетке.
— Бесполезно, — отмахнулся Вадик, — магнитный замок запитан от аккумулятора, сам по себе он разрядится в лучшем случае через пару дней. А она там за это время помрет от голода. Или от стресса. Эй, послушайте! — Вадик попытался перекричать не на шутку разошедшуюся Валентину Александровну, которая, похоже, впала в настоящую истерику, — там на стене, справа от двери, висит металлический ящик. Откройте его, внутри черная батарея. Снимите с нее любую клемму и замок разблокируется!
— Вот еще! — Донеслось с той стороны. — Я вам не программист! Я в этом ничего не понимаю! Выпустите меня немедленно, слышите?
Вадик с директором тоскливо переглянулись.
— Валентина Александровна, — примирительно прокричал Вадик в дверь, — вы сможете открыть решетку на окне изнутри? Я сейчас влезу к вам по водосточной трубе и отключу батарею сам.
***
— Это все он! — Разгневанно направила дрожащий палец на Вадика растрепанная, раскрасневшаяся, но вызволенная из неволи Валентина Александровна. — Это он не справляется со своими непосредственными обязанностями, в результате чего я оказалась взаперти! Я требую немедленно принять меры административного характера!
Вадик хранил молчание, понуро глядя в пол.
— Послушайте, Валентина Александровна, — устало прервал ее директор, — скажите, когда к вам в последний раз залезал в окно настоящий живой мужчина?
— Не помню… — Растерянно произнесла бухгалтер.
— Ну так вот и пользуйтесь моментом!
|
|
7
Жертва брендирования или история одного увольнения.
В первые годы после открытия наш тюменский филиал по продаже спецодежды показывал вполне неплохие результаты. Помните, как тогда было до кризиса? Оборот рос, ассортимент расширялся, все должники рассчитывались вовремя или почти вовремя. Главной задачей было лишь привезти товар на склад, а дальше можно было и расслабиться, чем все мы, в общем-то, и занимались во главе с нашим тогдашним директором.
Поставив продажи на поток, дальше он особо не напрягался и весь день сидел у себя шаря в интернете и лишь изредка выезжая к наиболее крупным клиентам на переговоры. Сам он за рулём с определённого момента почему-то не ездил, заведя себе для этого персонального водителя.
Где уж он его отыскал нам было неведомо, но крендель тот оказался редкостный. С виду маленький такой добродушный мужичонка возрастом под полтинник, но, несмотря на годы, жутко озабоченный и практически постоянно, выражаясь современным языком, находившийся в активном поиске.
По причине этой своей чрезмерной любвеобильности он регулярно попадал в различные роковые треугольники, из-за чего частенько проходил у чужих мужей курс лечения от половой зависимости. Но настроение это ему никак не портило, и он весело рассказывал нам какие-нибудь свои новые заморочки, совсем не унывая из-за очередного фингала под глазом.
Звали мы его Диваныч. На самом деле, был он Иван Иваныч, но поскольку всё своё свободное время он сидел возле секретарши на диване в холле, то это прозвище так к нему и прилипло. Дивану, кстати, он со временем изменил, перебравшись в коридор, чему предшествовало следующее.
По соседству с нашим офисом, в конце коридора долго пустовало помещение, которое всё же кто-то заарендил под студию йоги. Новые хозяева сделали там ремонт, повесили у входа шарики с фонариками и наклеили на дверь плакат с девушкой в длинном индийском платье. Ходили к ним, главным образом, какие-то молодые девчушки и волосатые пареньки ботанического вида. Из-за двери слышалась тихая приятная музыка, вкусно пахло ароматическими свечками и, зная пристрастие нашего водилы к таким вещам, кто-то напел Диванычу, что это открылся салон эротического массажа.
Вот с того времени тот обычно и торчал в нашем коридоре, нахально подмигивая приходившим на занятия девушкам, и понимающе похлопывая по плечу парней, сочувственно спрашивая самых худеньких:
– А чё даром-то…. не дают?
Словом, кадр он был ещё тот, но мне, честно говоря, нравился.
И вот однажды собралась к нам с контрольным визитом наша московская «генеральша». И хотя всё вроде у нас в филиале было нормально, но что в голове у начальства неизвестно, поэтому к её приезду мы готовились очень серьёзно.
Всем напечатали визитки, на входную дверь заказали новую табличку с нашим названием и слоганом «Спецодежда - дёшево!», в холле убрали со стен мишуру с новогоднего корпоратива и поставили пару стоек с образцами спецодежды.
Неожиданно высоко поднялся уровень санитарной культуры. В туалете починили шпингалет, обзавелись флакончиком с жидким мылом и даже начали класть в писсуар пахучие зелёные таблетки, которые, впрочем, несмотря на запрет директора, мы уже к обеду метко разбивали на атомы.
Диваныча, ввиду того, что по штатке его должность была нам не положена, загнали с коридора обратно в холл к стойкам со спецухой, дали в руки прайс и велели изображать продавца-консультанта, ответственного за работу с приходившими к нам клиентами.
Короче говоря, в нашем филиале происходило ровно всё то, что происходит в любой дочерней фирме, когда туда приезжает головное руководство.
Сама шефиня, по слухам, дама была неплохая, но строгая, и очень не любила бездельников. Поэтому всем нам было рекомендовано ни в коем случае не начинать рабочий день с чаепития и перманентно изображать какую-либо бурную деятельность.
С утра в день приезда нас потихоньку лихорадило. Ожидая начальство все бродили по офису с деловым и независимым видом, отворачиваясь друг от друга, словно танцоры танго. Наконец директриса прибыла, оказавшись довольно крупной средних лет женщиной, с приятным лицом и крепкой деловой хваткой, которую она начала сходу нам демонстрировать, с порога раздевшись прямо в холле и дотошно изучив взятый у Диваныча прайс.
Мы уже испугались, что сейчас она устроит ему допрос, но тут на наше счастье, явно польстившись на нашу новую вывеску, к нам забрели какие-то две тётки барыжного вида. Тётки были довольно симпатичные и Диваныч, не изменяя своим принципам, тут же принялся их обхаживать, предлагая приобрести что-либо из нашего ассортимента.
Директорша, одобрительно посмотрев на это его рвение, решила ему не мешать и прошла к нам, менеджерам, где в течение часа довольно обстоятельно с нами общалась. После чего она проследовала в кабинет директора выйдя оттуда вместе с ним только к обеду.
Пообедать они собрались где-то в городе и почти уже туда отправились, как вдруг выяснилось, что, пока наша гостья ходила по кабинетам, куда-то исчез её плащ, который она повесила в нашем холле на стойку со спецодеждой.
Разыскивать пропажу вышел весь наш коллектив, во главе с директором.
- Светлый такой с поясом – растерянно объясняла «генеральша», обращаясь преимущественно к нашим девушкам – подкладка в клетку…. с красным…..
При словах про подкладку откуда-то сзади послышался вздох и приглушённый матерок, заставив всех присутствующих оглянуться на стоявшего там Диваныча.
- Откуда ж я знал – виновато забубнил тот – она сперва тёмный хотела… маркий, мол.. ваш-то.… А потом говорит, ладно, давай этот, больно уж подклад красивый…
Оказалось, что пока директриса вела с нами беседы, наш водитель, применив всё своё обаяние, умудрился впарить её плащ одной из двух зашедших к нам на вывеску тёток, перепутав его с рабочим влагостойким плащом ценою в четыреста рублей, указанным в прайсе.
В холле случилась немая сцена. Все с ужасом уставились на Диваныча, который, смутившись покраснел и лишь молча разводил руками, словно стюардесса, показывающая основные и запасные выходы.
- Это же Барберри.. – оторопело произнесла наконец «генеральша» непонятное Диванычу слово - оригинальный.. я ж в Милане… во флагманском бутике покупала….
Впрочем, в этот момент вперёд уже выдвинулся наш директор, переведя Диванычу сказанное в кратко-неприличных, но уже понятных ему терминах.
Ситуация была хуже не придумаешь. Пришлось срочно менять планы и ехать по магазинам, которые оставили в душе нашей проверяющей далеко не лучшие впечатления. Кое-как она подобрала себе какую-то курточку, и, отказавшись от обеда, вернулась к нам в офис в скверном и дурном настроении.
Насчёт Диваныча всё решилось однозначно:
- Уволить – распорядилась она нашему директору – это у вас не менеджер. Он плащ рабочий от Барберри отличить не может, Кто, вообще, такого тупака на продажи поставил!?
Вот так мы тогда и остались без Диваныча, о чём впоследствии даже жалели, хороший был мужик, позитивный.
А почему мне вспомнилась эта история?
Да просто иду на днях с гаража, слышу вроде окликает кто-то, смотрю – Диваныч. Постарел немного, поседел, но такой же весёлый. Сидит в каком-то минивэне, рот до ушей, а за ним полный салон девок.
- Ух, ты – говорю, когда он вылез – это что у тебя за девичник?
- Каждый день – смеётся – да через день у меня такой девичник.
Оказалось, трудится он сейчас водилой в фирме «по вызову». Сутки отработал, вторые дома. Жизнью доволен чрезвычайно.
- Девок сейчас у меня как пыли, хочешь подгоню тебе кого по старой памяти? Вон – кивнул он головой - сейчас в машине смена сидит с Екатеринбурга. Они дома на «Конфи» трудятся, а здесь подрабатывают, не поверишь – конфетами пахнут!!
- Спасибо – говорю – подумаю, если конфетами.
Поболтали мы с ним, попрощались и я дальше домой двинул. А по пути даже порадовался за него, честно говоря…. Оно ведь всегда хорошо, когда человек на своём месте.
|
|