Анекдоты про себе сейчас
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 2153

201

ШКОЛЬНЫЕ ГОДЫ- ЧУДЕСНЫЕ!
(Или как я был „телепатом“)

Хлынувший было поток теплых воспоминаний о школе увлек и меня. Долго пыжился с компактизацией изложения, но не очень-то в этом преуспел, поскольку явно напрашивалось описание сопутствующей атмосферы того времени. В итоге я прорубрицировал изложение так, чтобы желающие узнать непосредственно про сам случай "телепатии", без чтения про сопутствующую атмосферу того времени, во многом породившую сам случай, могут смело переходить ко второй части истории, сэкономив тем самым кучу времени.

1. АТМОСФЕРА ТОГО ВРЕМЕНИ. Мои детские и школьные года пришлись в основном на грандиозную по брожению умов эпоху после полета спутников, а вслед и Гагарина в космос,- эпоху грандиозных всесоюзных строек, и провозглашения Хрущевым, что нынешнее поколение будет жить при коммунизме!
В указанные „бродильные дрожжи“ общегосударственного брожения примешивались и другие, региональные, сопоставимые по силе, но более локализованные по ареалу. Мою бродильную емкость, состоявшую из двух полушарий, временами казалось, что вот-вот разорвет. Относительная географическая близость гагаринского и других стартов и нередко их последующих приземлений, как и возможность наблюдать воочию полеты ракет с Байконура, на темном целинном небосводе, будоражили тамошние юные умы еще больше. И радио подхлестывало это брожение, в те времена часто ротируемой песней со словами "Мысли пытливой нашей полет в завтрашний путь нацелен...". А чего стоили одни лишь запахи свежих журналов "Юный техник", "Юный моделист-конструктор", а также уже не юный "Моделист-конструктор", "Техника-молодежи", "Знание- сила", "Наука и жизнь"! Не говоря уж о журнале "Радио" и приложениях к нему. Эти запахи будоражили умы своей свежестью и новизной даже до открытия журналов. Они воспринимались запахами дерзновений! Некоторые из молодежи дерзили даже в реалиях,- выходом в эфир на считанные минуты на самопальной одноламповой приставке к радиоприемнику, превращавшей его в передатчик. К увлекшимся приезжали откуда-то на машине с радиопеленгатором и ощутимо штрафовали, предупреждая, что будет срок после двух рецидивов.
Ожиданием чуда или даже чудес, казалось, был пропитан весь воздух, гонимый ветрами эпохальных перемен! И даже наблюдаемые порой с другой стороны горизонта искорки с последующим формированием атомного гриба, в свою очередь трансформирующегося в свинцовые дождеподобные облака, проплывающие над нашими головами, силу ожидания чуда или чудес в наших подростковых головах не ослабляли. Не ослабляли их и слышимые порой очень озабоченные обрывки разговоров взрослых. Наоборот, чуть ли не распирало порой, что мы- в самой гуще грандиозных событий в стране! И даже сам товарищ Маленков, который после Сталина всем Советским Союзом руководил, работал потом на целине, посланный к нам, как сначала восприняли местные коммунисты, для укрепления периферии!(Руководил он большой ТЭЦ. Официально о нем не говорили, но в народе любительские фото с ним на целине ходили).
В глазах подрастающего поколения то было время ожидания чудесных жизненных превращений, „праздником ожидания праздника“, как выразился Фазиль Искандер, глубоко мысливший писатель, недавно ушедший.
Да что там подростки!- Оказавшись спустя небольшое время на производстве, уже в Сибири, увидел: во всю ширь большого цеха висел транспарант из красного кумача: „Это очень хорошо, что пока нам плохо!“
Наверное, концом праздника ожидания праздника явились хорошо организованные с осени 1973 года гонения на Сахарова и Солженицина. Дескать, потрепались с легкой руки Хрущева, и хватит, работать надо, коммунизм достраивать, а не лясы точить! Пошли анекдоты с новыми понятиями,- диссидентов, досидентов, сидентов, а также отсидентов. Пошел даже песенный фольклор:
Речи Брежнева очень мне нужны,
Я их выучу наизусть,
Через две зимы, через две весны
Отсижу как надо, и вернусь!...
(Более образное описание эпохи, от выхода первого спутника и до выхода республик из страны, я дал в https://www.anekdot.ru/id/1425445/ )

В одном из массовых цветных иллюстрированных журналов времени 60-x, возможно в "Огоньке", появился очерк или даже серия, о некой видящей через стены и через книги Розе Кулешовой, если не ошибаюсь. А концерты заезжих гастролеров, с демонстрацией неординарных умственных способностей, всегда сопровождались аншлагами в нашем захолустном Доме культуры. (Правда, об одном из таких гениев, с легкостью оперировавшим с многозначными числами на глазах изумленной до ошарашенности публики, прошел в скором времени слух, что его подловили и посадили в соседнем регионе за левые концерты.) Телевизоров показывающих тогда у жителей нашего селения еще не было. Но купленые уже начинали встречаться, для светлого будущего. Не то что приехавшие концерты, но даже и районные смотры художественной самодеятельности, и даже школьной самодеятельности шли тогда на ура! Шквал восторга обрушивался на школьников после исполнения ими танца "Молдовеняска", а также песни со словами "Где твой дом гуцулочка?- Карпаты...". Мночисленные стройотряды с разных уголков Союза радовали порой своими выступлениями. И даже Ансамбль песни и пляски ТуркВО несколько раз выступал. Он следовал за автомобильными частями, направляемыми в помошь для уборки урожая, если тот выдавался весьма знатным. Запредельная вышколенность, слаженность были в этом ансамбле! Глядя на его выступления, казалось, все зрители убеждались в непобедимости Советской Армии.
Под стать древним римлянам, целинники, понаехавшие с разных уголков страны и отведавшие прекрасного казахстанского хлеба, жаждали зрелищ!

Я был ошарашен одним иллюзионистом на концерте: он брал обычную газету, и на глазах у зрителей, не спеша и не суетясь, разрывал ее надвое, затем комкал в руках, сжимая комок с выражением усердия на лице. Усердно посжимав, аккуратно и не спеша разворачивал комок, и там оказывалась совершенно целая газета! И так несколько раз подряд! Проделывал он это так открыто и реалистично в моих глазах где-то четвероклассника, взятого взрослыми на вечерний концерт, что мне и в голову не пришло, что это- очередной изящный ахалай-махалай! (фокус-покус, то бишь). В моих глазах тогда это было чудо, творимое большой силой!
Придя домой, я тоже разорвал газету, потом скомкал ее своими подростковыми ручонками сколько мог, но она так и осталась разорванной. Повторил еще раз, пыжась до предела, результат оказался тот же. Крепко задумавшись, я решил, что силенок у меня пока маловато. Нашел на свалке подходящих железок с металлолома, и стал усердно и ежедневно тренироваться. Время от времени вновь пытаясь давлением страстить разорванную газету. Ничего не выходило.
По мере того, как росли и крепли мои руки, рос и крепчал во мне червь сомнения насчет правдивости того артиста. Так постепенно пришел к пониманию, что тот дядька просто изящно всех надул! Хотя это и было вечернее представление для взрослых. Но ведь артист сорвал тогда бурные аплодисменты (овации?) у всего зала! У взрослых! И я придумал свое изящное, на мой взляд, надувательство, в последнем или предпоследнем классе школы.

2. СОБСТВЕННО "ТЕЛЕПАТИЯ". К девочкам я не обращался с предложением посмотреть сеанс телепатии, поскольку я их уже раз надул, сфотографировавшись в сестринском прикиде, в платке, и уперщись кокетливо указательным пальцем в то место на щеке, где у девочек бывают очаровательные ямочки, и немного расфокусировав кадр. Снимок показал им как фото девочки, с которой дружу. Поверили поголовно все в лёгкую! Пытались расколоть меня, кто такая, откуда, как зовут, но я твердо отказался удовлетворить их любопытство. Дескать, очень дорожу нашей дружбой, и неважно, из какого она совхоза.
А ребятам я в один прекрасный день заявил, что один из нашего класса способен воспринимать мои мысли, которые я ему посылаю, на расстоянии аж до нескольких метров!
Для показа повел двух-трех изъявивших желание лично удостовериться, в комнату где-то размером с половину класса, сказав, что от присутствия многих человек поблизости, у принимающего мои мысли возникают помехи. Принимающий (П. для краткости далее) был очень близоруким, с сильными очками, но не заморыш, нормальный, подтянутый, хорошо бегал. Он становился лицом к стене, сняв очки и практически уткнувшись носом в стенку. Ему, с его близорукостью, было, судя по всему, без очков более комфортнее у стены. Я доставал колоду карт, обычных, 36 штук, и предлагал кому-нибудь из пришедших выбрать любую, на свое усмотрение, и молча показать мне. Я, находясь в двух-трех метрах от П, вперивал свой вгляд в эту карту, напрягался, как бы набычивался, затем поворочивался к П. и начинал телепатировать. П. продолжал стоять молча. Тогда я, напрягшись лицом, начинал делать делать замысловатые, но бесшумные пассажи руками в сторону П., как бы посылая ему свою мыслительную энергию. И командовал ему: "ДУМАЙ!". Через некоторое время П., не поворачиваясь, как бы нерешительно, как бы спрашивающе-заискивающе называл масть. И угадывал! -Я подтверждал правильность угадывания масти, и говорил, что продолжаю телепатировать. И вновь начинал посылать в его сторону энергичные беззвучные пассажи. П. вновь продолжал стоять молча. -ДУМАЙ!-восклицал вновь я, уже с отчаянием на лице, и уже почти в изнеможении продолжая посылать ему пассажи. И П. через некоторое время в такой же робкой как и прежде манере называл достоинство карты. -Правильно, молодец!- вопил я, чуть ли не валясь с ног от „полного истощения“ своих энергетических запасов, после столь интенсивного, как сейчас бы сказали, "энерго-информационного взаимодействия".
А П. поворачивался после этого лицом к зрителям, как бы беспомощно глядя выпуклыми больше обычного белками близоруких глаз, со стеснительной улыбкой, как бы извиняясь за привлечение к себе такого внимания, и как бы показывая всем своим видом, что он и сам не понимает, как это произошло. После чего достает из кармана брюк свои очки, надевает их, и вновь становится нашим обычным одноклассником. Зрители- в молчаливом ступоре, ни слова комментариев! Уходят молча.
В один из разов, вытащивший карту показал ее молча только мне, чтобы другие зрители не видели, и заложил ее отдельно в карман. И вновь телепатия успешно осуществилась! Обескураженный, он достал карту из кармана и показал остальным. И вновь зрители разошлись молча.
Я чуть не плакал от обиды,- где признание, где выражение восторга, где куча оваций??? Где, где, где???!!! (Вспоминая это тягостное молчание, невольно вспоминаю и случай гробового молчания в полном зале местного ДК, когда я сыграл там аж самого Ленина! ("Все мы родом из детства" https://www.anekdot.ru/id/1324499/ )
Не выдержав, я через несколько дней сам рассказал, как я их всех обдурил, надеясь, что они воздадут должное моей изобретательности и хитрости. Но не тут-то было! Оказывается, с их слов, они и до этого сами догадывались об этом, типа "Элементарно, Ватсон!" Никто не уронил своего достоинства, признав в чем-то мое превосходство.
У всех их амбиции оказались выше аммуниции. И это нахожу нормальным для ребят в пубертатном возрасте (и грустно глядеть на подобное пыженье на ярмарке тщеславия, с многими шумами из ничего, среди давно вышедших из этого возраста здесь, на сайте. Они, наверное, остаются еще юными духом. Или вновь становятся.).
Гением из класса никто не стал. И теперь, в оставшемся будущем, уже вряд ли станут. Девушки некоторые расцвели, и стали красавицами и добродетелями. Может, этому как-то поспособствовало отсутствие у них апломба на гениальность в юные годы?

3. ПРОМЕЖУТОЧНЫЙ ФИНИШ. Через день-два, если дотерплю столько держать интригу, раскрою тайну „телепатии“.
Но! Хотелось бы от читателей узнать их версии описанного фокуса-покуса, не давя на них суровой правдой. Далее, очень интересно мне было бы узнать потом, в череде дней и ночей, если кто из забугорных читателей сайта повторил бы этот сеанс телепатии среди заведомо не читающих данный сайт, и какова была реакция зрителей. И школьников, и повзрослей.
(Особо хочу обратить внимание на возможность повторения сеанса телепатии Тио Маркоса, из подбрюшья Штатов, где к нему на стрельбище приходит красавица, которой на соревнованиях по стрельбе из винтовки ну просто нет равных! Потому что среди женщин она одна в этом виде. Может, он своими открывшимися экстраординарными способностями пронзит стрелой Амура ее сердце. И станет для нее всем Макросом ее жизни, а она для него- его Ассемблером. А мне достанется от нее воздушный поцелуй.
А также деревенского костоправа, тоже из подбрюшья Штатов, с шоколадной дочкой. Она могла бы фурор в школе произвести,- вряд ли кто из ее школы данный сайт читает.).

202

Существует много людей, которые верят в теории заговоров. Для них за всякими событиями всегда стоят чьи-то тайные интересы. Бывает, что они правы, как известно, людей, страдающих манией преследования, иногда действительно убивают.
Я хочу рассказать про раскрытый мною заговор, который реально существует. Это заговор так называемых любителей мыться в бане. Почему так называемых? Потому что любить это невозможно.
Да, когда-то баня была необходимостью: для наших предков это был практически единственный способ содержать себя в чистоте. Но сегодня, чтобы стать чистым, достаточно провести десяток минут под душем. К чему все эти невыносимые банные ритуалы?
С детства помню, как мы с отцом ездили в Никулинскую колхозную баню, это неприятное ощущение от голых потных мужиков вокруг, от клубов пара, тоску и ожидание, когда же это всё закончится.
Прошло много лет, за это время я побывал во множестве разных бань: больших и небольших, общественных и частных, был в хамаме, сауне, соляной бане, и ещё Бог знает где. Кроме нашей страны бывал в банях в Германии и Швеции.
Везде одно и тоже: тоскливое ожидание, когда же это закончится, и можно будет вернуться к нормальному образу жизни.
Я пробовал нырять после парной в холодные и тёплые бассейны, пробовал русскую народную забаву «С голой жопой на мороз», пробовал нырять в прорубь. Ни одному нормальному человеку это понравиться не может. Ещё иногда меня били веником. Я не мазохист, мне не нравится, когда меня бьют.
При этом всюду я вижу, слышу, читаю радостные вопли: «Баня! Это так здорово!!» Я смотрю на всех этих людей и думаю: для чего они создают эту завесу обмана? Для чего вовлекают в свои нелепые действия других людей, которые, поддавшись стадному чувству, вынуждены изображать восторг и радость, желая побыстрее свалить оттуда?
Самое разумное объяснение, — это секта. Это всё объясняет. Да, сектанты во все времена увлекались противоестественными занятиями: носить вериги, голодать, отрезать себе яйца.
Других объяснений нет. Про пользу для здоровья пишут учёные, которых научили теоретически и практически обосновывать любое утверждение, равно как и противоположное.
Только секта! Да, некоторые украшают банные забавы эротическими игрищами или неумеренным употреблением алкоголя. Это не полезно, но придаёт действию хоть какой-то смысл, хотя потрахаться и бухнуть можно и без банных прелюдий.
Есть во всём этом и бизнес-составляющая: в любом большом магазине обязательно есть отдел с дурацкими колпаками в виде будённовок и глупыми надписями на табличках, всё это называется банными принадлежностями.
Но ни бизнес, ни оргии с пьянками не могут объяснить массовости всего этого. Кстати, холодное пиво после парилки даёт хоть какую-то мотивацию, но банные сектанты и тут вносят своё: пиво они заменяют отваром варёного сена.
Я пишу это и представляю, как сейчас сектанты кинутся поливать меня из своих ушатов и хлестать вениками. Они напишут, что я просто был в неправильной бане, с неправильными банщиками и пил отвар сена не с того пастбища.
Пусть нападают. Заодно раскроют свою сектантскую сущность! Очень этого жду.

203

Почти рождественская, почти сказка

Летом мне в личку написала одна из авторов сайта. Письмо начиналось со слов: «Мне неудобно просить, но вся надежда на тебя». Я была морально готова к заманчивому предложению открыть магазин запчастей Феррари в деревне Гадюкино или раздобыть выкройки и тайно наладить пошив штанов Прада в селе Горбунково. Нет, ничего подобного, я глубоко заблуждалась.
Пишу с позволения второй участницы этой истории. Итак, мне написала Алеся. Она родом с белорусского Полесья, из Мозыря, ребенком в конце 80 и в начале 90 она была много лет подряд в Италии в семье Винченцо и Марии, в тот момент им было примерно 50-55 лет. Тогда многие итальянские семьи принимали белорусских детей, было десятки фондов, которые возили чернобыльских детей по всему миру. Детей искренне любили и задаривали подарками, развлекали, как могли; семьи хотели, чтобы маленькие чернобыльские дети провели незабываемые каникулы. У Алеси остались самые теплые воспоминания об этих поездках, а вместе с ними и пришедшее со временем чувство вины. Весной 93 года у принимавшей семьи погиб единственный взрослый сын, но несмотря на такую личную трагедию семья решила не лишать Алесю возможности приехать еще раз в Италию. Тем летом они опекали ее больше обычного и установили кучу ненужных правил, не разрешали заплывать далеко на море, т.к боялись, что она утонет, не разрешали кататься на велосипеде по дороге, т.к боялись, что ее собьют, не отпускали играть вечером на улице с подружками, т.к боялись, что могут напасть преступники и т.д и т.п. В принципе я понимаю этих людей, они недавно потеряли сына и боялись потерять еще одного близкого человека. А у Алеси был переходный возраст, тот самый сложный для родителей период, когда подросток сам все знает лучше других, не хочет опеки, хочет все решать сам и каждый день набивает новые шишки и учится (или не учится) на собственных ошибках. Вместо приятного отдыха получился кошмар для всех с бесконечными криками, слезами и хлопаньем дверью. К сентябрю Алеся вернулась домой и даже не написала пару строк, что мол долетели хорошо, спасибо за все, родители и сестра благодярят за подарки. Она обиделась, что ей не прокололи уши и не купили сережки, что не поехали в аквапарк, что не разрешали гулять допозна и что не отпустили в горы с подружками, много обид было, поэтому она надулась и решила не писать. Телефона в семье не было. До этого перезванивались по такой схеме: Мария звонила в Мозырь на телефон подруги Алеси и говорила «Пронто! Италия, Мария, Алеся, зафтра шъэсть» и на завтра в 18.00 Алеся сидела у подруги и ждала звонка. Мария после отъезда Алеси несколько раз звонила, но Алеся не пришла к подруге ни в 6, ни в 7, ни завтра, ни послезавтра, ни через месяц. В декабре 1993 года пришла посылка с новогодними подарками и это по сути был последний раз, когда Алеся получала новости от итальянской семьи. Возможно, Мария и Винченцо продолжали писать ей письма, но на дворе был 93 год, почта ходила плохо.
Вскоре тяжело заболел папа Алеси и ей стало не до писем. После двух лет операций и химии папа умер и ей стало тем более не до писем... Потом мама вышла замуж и родила братика, и опять было некогда написать. Потом Алеся по чернобыльским льготам поступила в институт в Минске, быстро вышла замуж, родила и так же быстро развелась.. Тут уж точно некогда письма писать. Потом много было всего, как она сама сказала, 50 оттенков коричневого...
Потом она переехала в Москву, было очень сложно, работала с утра до ночи и опять руки не доходили написать письмо в Италию...
На сегодняшний день у нее муж, двое детей и хорошая работа. И вот сейчас, когда ее младший ребенок переживает подростковый кризис, она поняла многие из своих ошибок более чем 30-летней давности... И решила во что бы то ни стало извиниться и еще раз обнять Марию и Винченцо, они столько всего сделали для нее! Написала пару писем, увы без ответа. Самой Алесе уже прилично за сорок, а Винченцо и Марии должно быть примерно 80-85, что для Италии не рекорд, но вполне почтенный возраст. Фонд давно закрыт, домашний телефон в Италии отключен, на письма они не ответили. Алеся попросила меня разыскать старичков... Ну что же, почему бы и не помочь человеку, тем более для такого благородного поступка.
Алеся мне выдала все пароли и явки, имена, фамилии, адреса и несколько фотографий. К счастью, семья жила не в Риме или Милане, а в небольшом городишке прим в 60 км к югу от Римини. Я начала обзвон с парикмахерских, они обычно все про всех знают. К сожалению, те, кто стриг Марию в 90-х годах уже давно вышли на пенсию, а молодые парикмахеры не смогли мне помочь. В Италии бабушки обычно покупают еду в небольших магазинчиках возле дома, поэтому я обзвонила все хлебные, рыбные, мясные и овощные лавки. И тут я узнала, что во время ковида почти все маленькие магазинчики закрылись. После этого я открыла телефонный справочник и просто звонила на домашние номера всем подряд с ближайших улиц. Думала, что домашний телефон скорее всего остался у очень пожилых людей, наверняка могут помнить эту семью. Многие отказывались говорить или вешали трубку. Кто-то слушал, но не мог помочь. Примерно на тридцатом звонке, когда надежда угасла, мне ответили по существу. Женщина сказала, что она не местная, а вот ее свекровь наверняка будет помнить, она сама принимала белорусского мальчишку в 90-х. На следущий день мне перезвонили и сказали, что дедушка Винченцо умер примерно лет 8-10 назад от сердца, а бабушка переболела ковидом, сильно ослабла, перестала ходить, пару месяцев за ней ухаживала дома сиделка, а потом племянник сдал ее в дом престарелых, скорее всего в Римини, т.к он сам живет в Римини... Вот такие невеселые новости. Но я ведь вам обещала почти сказку?
Я не предполагала, что в Римини столько домов престарелых. От маленьких структур на 10 бодреньких старичков до огромных комплексов на 100 койко-мест для лежачих. Я им всем написала и приложила фотографию Марии в возрасте 50 лет. Мне ответили! Да, Мария находится в доме престарелых, она ходит с ходунками, у нее много болячек, но у нее крепкая память и отлично варит голова. Я попросила одну медсестру показать Марии фотографию, где она запечетлена с маленькой девочкой. Мол если она вспомнит эту девочку и если согласится на звонок, то пожалуйста скажите когда набрать...
Я позвонила в Москву и сказала «Пронто! Италия, Мария, Алеся, зафтра, шъэсть».
- Ты их нашла? У Алеси дрожал голос
- Да
- И они меня помнят?
- Да, Мария тебя помнит

Я коротко рассказала ей всю историю поиска... К этому звонку Алеся готовилась, как к самому важному экзамену, она вспоминала давно забытые слова, держала под рукой детские фотографии. Первый звонок был групповым и очень эмоциональным. Медсестра с телефоном перед Марией, я в качестве переводчика и сама Алеся с детским набором нужнейших фраз, таких как мороженое, купаться, сегодня жарко, красивый велосипед и очень вкусно. Но все на итальянском!
Последние месяцы они общались без меня и отлично понимали друг друга, Мария повеселела и прямо помолодела на глазах.
Вчера мне позвонил человек и вручил деньги. От Алеси. Она настаивала, что это от чистого сердца и я ей очень сильно помогла. Я отказалась. Вернее так, я сама захотела помочь и не думала об оплате. Эта не та цифра, которая изменит мою жизнь, поэтому мы с Алесей договорились, что на эту сумму я куплю подарков бабушкам и дедушкам и передам в дом престарелых. В понедельник в Римини уйдет посылка с новогодними сладостями для стариков и медсестер, а также с красивой теплой кофтой и помадой для Марии, чтоб она была самой красивой!
А весной Алеся обязательно приедет в Римини и сводит Марию на море, об этом они уже договорились.

П.С. Для тех, кто думает, что Алеся решила обмануть бабушку и завладеть имуществом, сразу скажу, что все имущество уже давно продал племянник. А для тех, кто верит в сказку, я оставлю надежду, что Алеся преодалеет все барьеры и сможет забрать бабушку к себе домой из дома престарелых, но тогда это будет совсем сказка, а не почти сказка

204

Навеяло историей "про уголь, платину, золото, алмазы и нефть".
Мой дед, закончивший химфак университета в 1930-м году, с 1935 года работал на одном из крупнейших химических заводов СССР, производящем, в частности, азотную кислоту.
Был он начальником цеховой лаборатории, под его началом работало 5 или 6 человек.
В июне 1941 года план по производству азотной кислоты - в связи понятно с чем - заводу был увеличен более чем в 2 раза. Закономерно увеличился и объем работы цеховой лаборатории. К сентябрю 1941 г. увеличилось психологическое напряжение в связи с подходом немцев к Москве.
Вдобавок, начались регулярные бомбежки немцами расположенного неподалеку автозавода, переключившегося на выпуск танков.
Практически каждую ночь, ровно в полночь, звено немецких бомбардировщиков направлялось в сторону автозавода.
По какой-то странной прихоти немцев (едва ли у них так плохо работала разведка, что они не знали, где у русских производится азотная кислота) на химический завод (находящийся ПО ПУТИ их самолетов к автозаводу) не была сброшена НИ ОДНА бомба за всю войну.
Судя по недавно рассекреченной статистике, в том городе производилась "начинка" практически для 40% всех советских боеприпасов, поставляемых Красной армии во время войны.
При этом для полного уничтожения и боеприпасов, и цехов, в которых они производились, достаточно было 5-6 бомб, попавших в цель.
Более того, в нескольких километрах от завода, производящего боеприпасы, находился еще и завод, производивший (и складировавший) иприт и фосген. Попадание в тот завод 1-2 бомб могло вообще оставить безжизненную пустыню на месте всего города со 100-тысячным населением.
Возможно, немцы опасались, что бомбежка завода, производящего химоружие, будет воспринята СССР как использование химоружия немцами, что подвигнет на СССР и их союзников на применение боевых ОВ уже против немецких войск и населения, а этого немцам точно не хотелось.
Мы с вами можем сейчас гадать о причинах столь "джентльменского" поведения немцев сколько угодно. Но в те годы - представьте себе состояние людей, еженощно вслушивающихся в гул немецких моторов над крышами своих домов и цехов - будут бомбить, не будут бомбить?
Нервное напряжение было очень высоко, а в этих условиях неизбежны ошибки, иногда - с серьезными последствиями.
Один из подчиненных деда, по фамилии, предположим, Рабинович, во время очередного пролета немцев над цехом, где находилась их лаборатория, не выдержал, рука у него дронула и - толуол из колбы, которую он держал, пролился на открытую спираль работавшей электроплитки. Рядом стояли другие растворители, пожар охватил всю лабораторию, практичеки уничтожив ее. Рабинович погиб, получив ожоги более 90% поверхности тела. На моего деда, зав. лабораторией, повесили "недостаточный контроль за ТБ в режимной лаборатории, что привело к гибели человека и уничтожению ценного оборудования".
Первая идея "возмездия" была - снять с деда бронь и отправить на фронт (на дворе - октябрь 1941 года...). Но потом здравый смысл возобладал, видимо, и инженера-химика отправили не в подмосковные окопы, а создавать новое химическое производство в далеком поселке Алга, Актюбинской области ("первый химический завод в Казахстане"). Через месяц к нему приехала и бабушка, с двумя дочками, 3 лет (моя мама) и 4 лет (моя тетя). Вернулись они уже после окончания строительства завода в Алге, в самом конце 40-х, дочки их пошли там в школу и потом долго вспоминали экзотические подробности своей жизни в Казахстане в 1940-е.
Завод в Алге, кстати, благополучно проработал до начала 1990-х, после чего, судя по информации из интернета, не менее благополучно был закрыт и растащен местными на металлолом. Правда, согласно "Википедии", производство взрывчатых веществ в Алге сохранилось до сих пор...
Как рассказывала мама, фамилия условного "Рабиновича" ее родителями произносилась с особым выражением на лице еще многие десятилетия спустя тех печальных событий. Толстая папка с бумагами по этому "Делу Рабиновича" (объяснительные, протоколы заседаний множества комиссий, выписки из их решений, приказ о переводе деда (а потом и бабушки, по ее просьбе) в Алгу) хранилась дедом всю жизнь - и вот дошла и до меня.

205

У нас в квартире живут 2 кота и 2 кошки, каждая со своим характером. Захотелось рассказать как они попали в нашу семью. У двоих история банальная, у двух других – мне кажется, что заслуживает внимания!

1. Кекс – рыжий красавец, 10 лет. Самый старший и самый трусливый! Просто взяли маленьким котенком у родственников. Вырос в большого пушистого кота. Боязливый до невозможности. Приходят гости – прячется в диван и несколько дней может не выходить! На руки не возьмешь, сразу начинает блажить, но когда сам прыгнет на колени - можно гладить пока ему не надоест. Его задирают другие домашние коты и кошки, сдачу не дает. Но когда кушает, еду не отнимешь, урчит. Любит залезть в ванну под кран, включаешь чтобы вода чуть капала, и он язычком слизывает.

2. Плюшка – рыжая миниатюрная кошечка. Совсем молодая. Также просто взяли себе с улицы. Получилось так, что подкинули котят, и…она появилась у нас в квартире! Остальные ушли в приют (договорился). Почему то не растет, остается мини))) С норовом. Везде нужно успеть, все нужно знать. Погладить можно, но когда ей не нравится – начинает шипеть! Гостей не боится) Любопытная….

Теперь про остальных двух, вот это действительно история….

3. Прохор (Шаляпин, как я его называю) или просто Прошка. Почти белый кот (немного рыжего), чутка косоглазый! Шесть лет назад спускался в подвал и…куча котят, врассыпную, не успел я войти. Дома поговорили и…приняли решение – берем одного точно! Дело было в новогодние каникулы! Десять дней я охотился за каким-нибудь из них. Никак! Только входил в подвал, они прятались в бревнах (лежала куча бревен у стены). Достать не удавалось. Пытался разбирать кучу, да куда там. Нереально. Пытался входить тихо…несколько раз в день. Входил без света! Нет! Оставлял еду, но поймать не удавалось. В принципе понял, что это нереально. Перед выходом на работу сказал сам себе! Последний раз! Не выйдет…тогда ладно! Как мышь вошел в подвал, не включая света и…..получилось!!!! Схватил самого как оказалось тормозного!!! Как он извивался и шипел, благо я был в перчатках! Дома в ванной жил какое то время, также шипел, но, в конце концов смирился) Сейчас это огромный вальяжный кот! Всех задирает, со всеми играет, есть хочет всегда!!! Когда идет в туалет слышно во всей квартире. Перевернет все что можно! Роет яму в этих гранулах!

4. Туча! Если предыдущие коты и кошки рыжие, рыжие с белым, то эта….ЧЕРНАЯ КАК СМОЛЬ…с небольшим белым пятнышком! История появления грустная…до слез( Дочка всегда хотела черного кота или кошку. Именно черного! В этом году на Пасху, шла у сараев и в коробке лежит, черная, месяца 2, жалобный писк и шевеление. Как оказалось сломаны обе передние лапы, каждая в 2 местах! Переломы нечеловеческие(((( Особенно один перелом( Страшный! Изверги, по-другому не скажу. Самой так сломать – невозможно! Брать не хотелось…и так три кошки-кота в доме! Когда увидел воочию - все сомнения отпали сами собой! Сам ветеринарный врач, но, с мелкими животными не работаю. Конечно есть знакомые врачи. Не думал, что кто-то бы взялся собирать такие ножки (толщина….с карандаш). Но, получилось договориться. Гений хирургии (по-другому не назову этого специалиста, низкий поклон) за 4 часа собрал обе лапки! К слову одну из спиц которые по факту тончайшие, так и не удалось вынуть из лапки, вросло капитально! Как пошутили с врачом – теперь металлоискатель не пройдет в аэропорту))) Теперь Тучка носится как угорелая по квартире, достает всех, но… полноправный член семьи. Как и Прохор всегда хочет есть, сколько бы не скушала. За кусочек желтка, продаст кого угодно))))

Все живы, сыты и здоровы! Дружная (почти) семья))) На фото Плюха маленькая и совсем взрослая)

206

Бомж-анестезиолог или искушение блудного сына.

Что-то на Сайте мне напомнило…охмурение Козлевича ксендзами…
И забуксовавшая было память достаточно долго не соглашалась выявить связь между классической сценой из «Золотого телёнка» и моей стародавней байкой о моём личном охмурении…
Начну я, пожалуй, с описания ситуации в американской медицине начала 90х, точнее — с объяснения системы интернатуры, резидентуры и феллоушипа.
Всё вместе — я бы перевёл как постдипломные тренировочные программы.
Итак, интернатура — обычно год, обычно самый тяжёлый год в тренировочных программах.
Интернатура может быть включенной в резидентуру и может быть отдельной, переходные программы для будущей специализации типа радиологии или анестезиологии.
Именно такая интернатура и была мне нужна — поскольку задача была после первого года поступить в трёхлетнюю программу по анестезиологии.
Всего 4 года, стало быть.
Но эти 4 года должны бы считаться как в Крымскую компанию, оборона Севастополя, где один год шёл за три… достаточно суровое дело…
И уж бы хрен со всеми сложностями — но даже устроиться в такие программы — было архисложно, по многим причинам.
Особенно в хирургические специальности и анестезиологию, где приоритетом приёма заслуженно пользовались самые лучшие выпускники лучших медицинских вузов страны
И уж потом — иностранные врачи, чей диплом был принят за отвечающий всем стандартам американских дипломов.
За аккредитацией следовали экзамены за весь курс медицинского вуза и экзамен на знание языка.
Директора тренировочных программ закономерно настороженно относились к иностранцам — просто не знали, что же им ожидать от них.
Да и проверить кандидата было просто невозможно — что с верностью до наоборот происходило при рассмотрении кандидатуры в программу американского выпускника — чего уж проще, снял трубку и поговорил с деканом.
Тем не менее — нужда во врачах была отчаянная, иностранные врачи потихоньку начали пробиваться в программы и доказывать свою способность к равному соревнованию.
На острие атаки находились индусы, пакистанцы, иранцы и филиппинцы — с превосходным английским и обучением по аналогичным американским учебникам, с той же программой и теми же экзаменами.
Врачам из СССР приходилось туго,особенно поначалу.
Языком мы владели слабо, система постдипломного обучения казалась сложной и непонятной.
Но: стоило одному из наших прорваться в программу — и в подавляющем числе случаев показать себя надёжным и трудолюбивым бойцом — как директор программы менял своё отношение и на будущий год брал в программу выпускников того же советского вуза.
Мне — нереально повезло.
Причём и с интернатурой и с резидентурой.
Интернатуру первыми проломили наши лучшие выпускники, знакомые мне ещё по Риге, ребята профессорского типа.
И я устремился в тот же пролом — достаточно успешно, после трёх поколений рижан директор программы увеличивал число интернов из Союза.
Ну, вкратце — интернатура вещь суровая, особенно для новобранца.
Не о ней речь, однако, расскажу в следующий раз.
А вот с резидентурой дело не вытанцовывалось…
Одна из наиболее популярных и желанных специальностей,анестезиология, похоже, была не для меня. Осложняло ситуацию непреклонность моей мамы — программа должна быть в Калифорнии, где жили её близкие родственники.
И я бы долго ещё ездил по интервью, безусловно безуспешно, самая горячая специальность в самом желаемом штате Союза — ну, это всё выглядело несбыточным…
С концепцией « чёрного лебедя» все знакомы?»
Ну так вот — чёрный лебедь прилетел к анестезиологии…
То ли из-за запланированных реформ в медицине то ли в силу манипуляций страховых компаний — но заработки в анестезиологии обрушились.
Американские выпускники с их обычным средним долгом за медицинское обучение в районе четверти миллиона( сейчас раза в два больше) — не могли себе позволить выбрать низкооплачиваемую специальность.
Рынок отреагировал быстро — гордые директора гордых и желаемых анестезиологических кафедр сломя голову гонялись за новыми кандидатами, по больше части — тщетно.
И, неожиданно, стали звонить и упрашивать приехать на интервью.
Два - в Калифорнии.
Первая вакансия мне не понравилась: буйный госпиталь, с перестрелкой в приёмном покое, с металлоискателями и обысками посетителей.
К тому же из 25 позиций первого года — у них заполнены только пять, что означало только одно — невероятную занятость резидентов, работающих за себя и « за того парня»…
Второе интервью было в благолепном университетским госпитале, принадлежащим адвентистам седьмого дня.
Куда меня и зачислили, довольно странно — с началом через полгода, посередине обычного учебного года. Это довольно хитрое решение проблемы « первого июля» — когда в госпитале смена часовых и вчерашние студенты становятся интернами, вчерашние интерны превращаются в резидентов, короче — июльский хаос, не рекомендую болеть в июле. К августу всё устаканится — тогда и добро пожаловать.
Январские новички смягчают напряжение — к июлю они уже зрелые резиденты и берут на себе более сложные задания.
Меня это устраивало: моя интернатура была согласна, чтобы я поработал там ещё несколько месяцев. После чего я планировал эвакуацию родителей из Латвии.
Затянулось предисловие, пора и к истории перейти.
Уж не знаю, чем — но я приглянулся преподам своей программы внутренних болезней.
То ли моя молчаливая невозмутимость, то ли нерушимый энтузиазм, то ли моя легендарная способность высыпаться за 5-10 минут и держать удар массовых поступлений — трудно сказать, я и сам не знаю.
И особенно мной был доволен директор программы, у нас были совместные пациенты, с их хвалебными отзывами, несколько дельных предложений, моих — и директор взял на себя обязательства переубедить меня в моём выборе специальности.
…Тогда был взят курс на переориентировку медицины — деньги, ресурсы - всё было направлено на создание семейного врача.
Растущие зарплаты общих врачей находились в списке пряников моего директора.
Да и резидентура у них короче.
Я уклонялся от таких разговоров — цель была опять стать анестезиологом, не семейным врачом. Оставшиеся месяцы я провёл в моём любимом отделении реанимации и интенсивной терапии, читал учебники по анестезиологии.
Директор, однако, приступил к охмурению достаточно серьёзно.
Он даже не поленился достать номер Уолл Стрит Джорнел — где описывался бездомный анестезиолог, Манхэттенский бомж, с зарплатой недостаточной для приличного существования. Что я помню из прочитанной статьи —он регулярно пользовался приютами, не голодал, просто ждал возможности снять квартиру.
Не подействовало.
Приближалась дата моего отъезда и доктор Робертс пошёл в банзай-атаку, откровенный разговор был неизбежен.
Пришёл к нему в кабинет, присел, приготовился к его аргументам.
« Так, оставим все эти прагматические доводы.
Давайте поговорим о вас и пациентах.
Пациенты наперебой хвалят вас, преподавательский состав выдал вам высокие оценки — и немудрено, дифференциальная диагностика — ваш любимый конёк.
Так?»
Я смущенно ответствовал , что, мол, это всё — иллюзии.
Робертс возразил: нет, не иллюзии, вот анкета, преподаватели и пациенты, их оценки — ошибки быть не может.
Мужик был убедительнее ксендзов, охмурявших Козлевича… я аж посочувствовал Адаму…
Так, надо объяснить человеку — почему анестезиология, а не внутренние болезни.
Вежливо, без напора: видите ли, моя природа, мои мозги моя биохимия — протестуют против сидения в офисе. Дюжины мелких нерешаемых проблем, упрямые и ограниченные пациенты… вот мы с вами вместе вели давеча приём… Какие ваши наблюдения?
«Зрелый и здравый врач, внимательный и ответственный.»
Приятно слышать, однако в районе середины этой лепоты, где-то около полудня — ваш покорный слуга серьёзно подумывал о самоубийстве…
И это не было преувеличением — я эффективен, решая одну проблему.
И я весьма неэффективен в случаях рассеивание моего внимания на множество проблем одновременно.
Моя природа, моя личность — я предпочитаю один большой стресс — не множественные мелкие стрессы.
Таким уж я рождён…
Он кивнул, я его убедил.
Пора было прощаться.
Он оказался весьма благородным в своей неудачной попытке:
« Миша, если по каким-то причинам не выйдет с анестезиологией - знайте, мы всегда будем рады зачислить вас в наши ряды.»
Я ушёл собираться… неведомо мне — он горячо рекомендовал меня моему новому директору.
Наши жизни разошлись.
И, о ирония - пятью годами позже я, клинический инструктор, памятуя о своём личном опыте — внушал зелёным новичкам: не гонитесь за модой или заработком, выбирайте медицинскую специальность согласно вашей природе.
…чёрный лебедь прилетел в самый нужный для меня момент… и так же вовремя улетел… рынок спружинил и на момент окончания моего контракта — анестезиология опять вошла в лигу наиболее желаемых специальностей.
Занавес!
Michael Ashnin@anekdot. ru.

207

ПОЛМОСТА

Гостил я на даче у старого друга, бывшего КГБиста Юрия Тарасовича.
Решили скромно, в узком кругу отметить скоропостижный конец лета.
Мясо замариновано, салаты нарезаны, мангал стоит. Общими усилиями приступили к рубке дров - Тарасыч мощно рубил, а я ловко уворачивался от летящих в меня щепок.
Прибыл первый, он же и последний гость - сосед Павел Валентинович - тщательно загорелый дед лет восьмидесяти.
Мы с этим дедом оказались почти коллегами, он сорок лет отработал оператором на центральном телевидении.
Слово – за слово, разговорились, зацепились и столкнулись на почве Советской власти.
Дед оказался ярым сталинистом, и его можно понять, Советская власть дала ему бурную молодость и по жене в каждом городе, а от нашего непонятного времени он получил лишь глубокую старость и катетер в мочевом пузыре. И неважно, что каждое лето Павел Валентинович проводит в Испании у детей, совершенно неважно. Как ни крути, но бурная безкатетерная молодость все же лучше.

Чтобы окончательно не разругаться, я не стал наступать старику на больные советские мозоли, а больше помалкивал и слушал.
А послушать было что:
- Да, уж, была жизнь. Я десять лет проработал в программе «Время» Вот где бурлила история страны. На карте СССР нет ни одного пятнышка, куда бы мы не прилетали и повсюду нас встречали хлебом – солью, как космонавтов, еще бы, если что не так о них снимем - секретарь райкома сразу лишался партбилета, а то и чего похуже.
Правда, мы всегда снимали «так, как нужно»
Бывало, приезжаем снимать передовой совхоз, победитель соцсоревнования, а у них ни хрена не выросло, голое поле, с жалким бурьянчиком. Но кого это волнует? Они победители и должны получить переходящее знамя. Срочно сажаем всех в военный вертолет и летим в другой совхоз за сто километров, где хоть что-то выросло и можно снимать.
Так и выкручивались, эфир не ждет, сдохни, а сними.
Один раз делали репортаж про комбайнера, героя соц.труда. По сценарию должны были снимать в поле, как первый секретарь райкома отрывает колосок, мнет его в руках и что-то показывает нашему герою и председателю колхоза – женщине, тоже герою соц.труда.
Приехали к полю, а пшеница у них слабенькая, сантиметров сорок всего. Нашему режиссеру это не понравилось и он как заорет: - «Все на колени!»
Они и бухнулись коленками в грязь. Представьте себе – трое взрослых заслуженных людей. Комбайнер-то ладно, он и так грязный, а секретарь и председательница в светлых костюмах стоят на коленках и друг другу колоски показывают. И смех и грех.
Зато сюжет получился отличный, пшеница всем по пояс, красота.
Просто люди были другими, ответственными, они понимали, что это наше общее дело.
Да что там, коленями в грязь, ерунда это. Однажды прилетели мы на БАМ, чтобы снять досрочное открытие нового моста, подарок строителей съезду партии.
У нас с собой были алые ленточки, надувные шарики, хлопушки, в тайге-то шариков нет. Единственное что у них было для праздника – это маленький духовой оркестр.
Прилетаем, смотрим… а нового железнодорожного моста через реку и нет. Нечего открывать.
То есть, кусок моста построен, а второй половины нету. Хоть криком кричи. А нам ведь кровь из носа нужно было выдать этот сюжет, его в Москве уже ждали.
Посидели, покумекали и надумали. Подогнали состав, натолкали в него праздничных строителей, раздали им шарики и заставили торчать из окон и радоваться своей трудовой победе.
Честь по чести сняли перерезание красной ленточки и проезд первого поезда по новому мосту.
Сейчас уже смешно вспомнить, а тогда было не до смеха – поезд едет, недостроенный мост весь ноет, трещит и раскачивается, бамовцы торчат с шариками из окон и от страха что есть силы матерятся. Хорошо, что из-под оркестра слов было не разобрать. Смех - смехом, но полмоста могли и не выдержать такой нагрузки.

Когда локомотив доехал до пропасти и остановился, я с камерой обошел его с другой стороны и стал снимать оттуда, как поезд опять возвращается к берегу.

А потом, на монтаже так приклеили, как будто поезд плавно прогрохотал мимо нас, с одного берега на другой.
Красивый сюжет получился.
Правда потом оказалось, что мы поездом сильно расшатали им полмоста и его пришлось долго ремонтировать, зато к эфиру успели и все прошло гладко.

А однажды в Ялте…

Я не выдержал и перебил Деда:
- Павел Валентинович, а вас после съемки, БАМовцы не убили за всю эту «туфту» и за испорченные полмоста?

Дед на «туфту» очень обиделся и ответил:
- Молод ты еще рассуждать об этих вещах. Не суди по себе - это же не нынешние хапуги, а советские люди... «убили»… да чтоб ты знал, они нас на руках потом носили.
Мы ведь их рабочую честь от позора спасли…

209

Лет 6-8 назад работал поваром в кафе-столовой, без шика.
кафе русское. Две девочки на баре - бармен, официантка, мы 2 повара, заведующая - русские. Только посудомойка - узбечка.
Обеды за счёт заведения, конечно, готовим стаф сами.
Мы все люди простые, изыскы не недо. Осталось со вчера солянка, пюрешка с котлетой - съели, все же свежее, хоть и не из-под ножа. Ну и готовили тоже
И вот картина - разогрел ту же солянку, стол накрыли, сели. Все едят, а эта, назовем "Зухра" сидит хлеб жуёт.
- Чего не ешь?
- Там ветчина, свинина, нельзя!
Тьфу , блять. Иду отдельно из заготовок грудку кур нарезаю, грею, пюре какое или кашу нахожу. Сидит ест.
Другой раз захотелось омлета с сосисками, по быстрому.
Опять сидит , капустой хрустит.
-там в сосисках свинина!
Снова лезешь ищешь что-то халяльное.
И так каждый раз.
Заведующей говорю - Заебало по два обеда готовить, пусть ест что есть?!
- Нет, мы же должны кормить сотрудников, а раз ей нельзя - значит готовьте отдельно
И вот, мы вчерашние котлеты едим, а ей то рыбу жарить, то окорочок размораживать
Говорю как-то - ты же в Россию ехала, знала что тут свинина в ходу, и вообще - ты не дома, тут наша культура, наши пищевые привычки и обычаи, я бы в Узбекии вашей сало на стол себе не требовал!
- Нельзя.
Тьфу блин!

Прошло время, перешёл на другую работу. Заготовочный мясной цех. Мясо все подряд - и говядина, и свинина и курица, и рыба. Наша задача - фарш накрутить, кубиком нарезать и прочие заготовки
Обеды за счёт компании.
Повар готовит просто но вкусно, разнообразно
Сегодня суп куриный, завтра гречка с гуляшом, то уха, то макароны флотские
В общем, что придумает. Что-то одно на всех - идёшь на кухню, сам себе в тарелку накидал. Мы в свой цех ходили обедать
А с нами узбек работал, взрослый, нормальный мужик. И смотрю - а он спокойно ест свинину.
Спрашиваю - Тебе же нельзя?
- Да, нельзя.
- Ну а по вкусу как? Может тебе свинина не нравится?
- Да нет, вкусно!
- А дома, в Узб, ты свинину ел?
- Нет, конечно, говорит
- Ну а почему сейчас ешь?
Он, ложку отложил и говорит:
- У мусульман есть такой закон, что если человек умирает или в пути - можно есть все!
А так как я далеко от дома, то я как бы в пути! Можно...

И вот. Риторический вопрос - если ОНИ ВСЕ ТУТ В ПУТИ - ЧЕГО Ж ИМ СВИНИНА НЕ ПРЁТ?!?

210

Начало века. С- Петербург. Все уважающие себя частные и государственные строительные и инженерные компании в обязательном порядке принимают участие в выставках – как минимум два раза в год требуется отрекомендоваться чтобы тебя помнили, да и посмотреть, чего новенького на рынке тоже не лишнее. В Питере тогда это происходило на Васильевском, в павильонах экспоцентра – сейчас их уже нет.

Наша контора регулярно принимала участие в этих мероприятиях - арендуется стенд на выставке, а дальше – у кого на сколько фантазии и денег хватит – вот стоим все в общем зале, и меряемся, у кого галифе шире. Иногда забавно получалось.

Одна из новых фирм, выходя на рынок, на выставках устраивала такой спектакль – человек двадцать сотрудников, построившись колонной, под горн и барабан, шествовали по залу, чеканя шаги, и выкрикивая речёвки по типу пионерских – «Это кто шагает в ряд? То элитный наш отряд!»

Мы несколько лет подряд приглашали к себе на стенд хорошеньких барышень из агентства по подготовке конкурсов красоты – им заказывались одинаковые костюмы и бейсболки с логотипом компании – это привлекает внимание. Да и девчонки были неглупые- интересно пообщаться. Ещё и красавицы.

Запомнилась у конкурентов девица с фантастически громадным бюстом – где они такое откопали? Причём сама довольно невысокая и сухощавая – а грудь такого размера, что это вызывало не эротические фантазии, а серьёзную озабоченность – как она ухитряется сохранять равновесие при ходьбе?

Но за всё время больше всего запомнился такой эпизод – по моему, эти переплюнули всех. Наши соседи по стенду, строительная фирма с рекламным лозунгом – «От самого маленького до самого большого» наняли для рекламы такую парочку - карлика ростом поменьше метра, и громадного парня- тяжеловеса культуриста, ростом около двух метров и весом должно быть килограмм полтораста– у него только бицепсы были с телячью голову. Им сшили одинаковые костюмы ярко красного цвета, украсили логотипом фирмы, а на спине разместили надписи – громиле – «от самого маленького», а карлику- «до самого большого».

Задачей парочки было вместе прогуливаться по залу – они не просто обращали на себя внимание – на них глазели вовсю. Эффект был размером с разорвавшуюся бомбу – ярче этой рекламы на выставке действительно не было.
Спортсмену было лет под тридцать, простоватый такой добрый парень по имени Василий – стенды- то наши были по соседству, вот мы и познакомились. Карлик представился – Алексей Михайлович, возраст далеко за пятьдесят, и совершенно невыносимый характер. Васька перед ним робел и заикался, а тот шипел на него, и норовил при случае побольнее ударить ботинком по лодыжке.

Выглядело это забавно. Карлик, злобным фальцетом-

- Ну ты, гондон, дылда сраный, тебе сколько раз повторять, ходи медленнее? Я, бл..дь, что за тобой бегать должен?

Василий в ответ тяжёлым басом-

- Алексей Михайлович, ну я..

- Головка от х…я! Смотри внимательнее, сука, отрастил ножищи, хер угонишься.

Вот примерно такие диалоги происходили на соседнем стенде, когда никто не видел. Ну мы- то соседи, от соседей не скроешься.

В число представительских расходов на выставке обязательно включался коньяк с лёгкой закуской – и не из худших. Вначале мы пригласили соседей на двадцать капель, познакомиться поближе, потом они нас. Алексей Михайлович это дело просёк мгновенно, и теперь они, сделав очередной круг по павильону, непременно подходили к нашему или своему стенду- освежить впечатление.

- Васька, ё…б твою мать, и себе наливай! Что я в одну харю накачиваться буду?

- Алексей Михайлович, ну не пью я! Спортсмен я, нельзя мне, да и не хочу!

- Сволочь здоровенная. Трезвенник, холера тебе в бок. Морковным соком пробавляется, зараза… Витаминов ему мало.

Часа через два Михалыча уже конкретно шатало. Василий, пригнувшись, пытался его поддерживать, на что тот вырывался, огрызаясь, и норовил посильнее ударить своего красного от смущения компаньона. Лозунги дурацкие выкрикивал-

- Стрроим любые объеккты! От саммого маленького! Морковным соком! До самого большого! Молчи, дылда, мморду набью! Витамины!

К этому добавлялась ни с чем не сравнимая манера маленького человека семенить ногами, цепляя одной за другую. Грешно смеяться над таким, но было действительно смешно. Всем, кроме Василия – он старался поддержать и успокоить разошедшегося карлика – и только в очередной раз получал в ответ поток ругани и ботинком по ноге.

Посетители выставки, глядя на этот цирк хохотали, сгибаясь пополам. Все же думали, что это постановка, спектакль. Успех был оглушительным.

Бенефис продолжался недолго – последние два круга по экспоцентру Михалыч уже не ходил, сидел у Василия на плече, и что- то тихонько помыкивал. Когда время работы выставки закончилось, Василий упаковал невменяемого партнёра в рюкзак, и понёс на выход – сам карлик передвигаться был не в состоянии.

А на следующий день он на выставку не явился. И больше мы его вообще не видели. Переодетый Вася грустно посидел часа полтора– ходить по павильону в одиночку не имело смысла, потом договорился со старшим на стенде и ушёл.

Старший- главный инженер строительной конторы- вполне разумный и адекватный человек- не стал устраивать из этого историю, он понимал, что второй раз такого эффекта в принципе не достигнешь, и хотя во время спектакля сам смеялся до слёз – но и доволен им был несказанно- никто не ожидал такого внимания к их компании- они там прямо на выставке несколько хороших контрактов заключили.

211

Зацепил мэм про литературу от Рыси (насчёт 12-летних, вынужденных врубаться в несчастную жизнь 30-летних алкоголиков и дегенератов, описанных в классической русской литературе). Вспомнился ряд историй, связанных со школьной литературой и моим её изучением в советской школе.
Должен сказать, что за всю свою жизнь я встретил только пару филологов, которые смогли мне рассказать про красоту русской классики. Остальные десятка два люто ненавидели классическую русскую литературу. Видимо, понимали свою убогость и никчёмность в сравнении с гениями.
Итак, история первая: мне, как и моему другу-однокласснику Юрке, по пятнадцать лет. Мы учимся в 9 классе и изучаем (точнее, пытаемся изучать) "Кому на Руси жить хорошо". Надо сказать, что Юрка был из простой рабочей семьи, в которой оба родителя работали на заводе, а всего детей в семье было пятеро. Юрка был старшим. Таким образом, с учёбой у него не клеилось, но его родители твёрдо решили дать парню среднее образование, чем сильно удивили школьное начальство.
Я, будучи изначально более успешным учащимся, с класса с седьмого негласно помогал Юрке делать уроки, на чём, собственно, и базировалась наша дружба. При этом Юрка был очень неглупым парнем с, как сказал бы Л.С. Выготский, "обширной зоной ближайшего развития". С ним было интересно, он много умел и знал (по сравнению с интеллигентским мальчонкой, коим был я).
Именно из-за Юрки история, собственно говоря, и случилась.
Читая безсмертную поэму, Юрка неожиданно выдал: «Чёт я не понял!», чем меня очень заинтересовал. На мой вопрос «Что тебе непонятно-то?» было сообщено: «Смотри: дед внучке хочет обувь купить за два двугривенных. Это ж вроде 40 копеек?» Я говорю: «Да, 40 копеек, а что?» «Да ничего, только мы тут собирались Светке (Юркина младшая сестра) ботинки покупать, так они сорок рублей стоят. Родители сказали пока погодить, походить в прежних». Я, весь из себя такой комсомолец: «Ты не сравнивай дореволюционные деньги с нашими! Тогда рабочие получали несколько рублей в месяц. Для них это 40 копеек были как сейчас 40 рублей». Юрка буркнул под нос и продолжил чтение. Как на грех, нам тогда нужно было прочитать третью и четвёртую главы. Я-то умный – читал только критику да то, что учебнике было про произведение, а Юрка – вдумчивый, ему читать само произведение было интересно. И вот он доходит в четвёртой главе до каменотёса, который в день до пяти рублей серебром наколачивал. А тут уже и мой комсомольский задор слегка поугасл: всё ж Некрасов, врать-то не будет, а не складывается по всем математическим нормам. За пять рублей можно 12 пар обуви купить и ещё два гривенника останется (20 копеек). И это в день!
Понятно, что на следующий день на уроке литературы сей литературоведческий факт был мною (Юрка на литературе всё больше отмалчивался, стеснялся высказываться, а излагать, как в учебнике, не умел) донесён до нашей учительницы русского языка и литературы, а по совместительству, классным руководителем нашего 9А класса (единственного в параллели).
То, что последовало вслед за этим, честно говоря, было для меня, тогда вполне себе идейного комсомольца, неожиданно. Я был обвинён ни много ни мало как идеологической слепоте и подрыве советского строя, возведении поклёпа на великого русского писателя и чего-то там ещё (местами филологиня переходила на ультразвук, поэтому я не расслышал). Короче, в тот же было созвано внеочередное комсомольское собрание нашего класса, на котором в присутствии завуча по воспитательной работе классуха требовала исключить меня из организации (что было невозможно из-за падения показателей социалистического соревнования между школами района), либо вкатить строгий-престрогий выговор. Завуч была в здравом уме, а потому спустила всё на тормозах, попросив меня дать честное комсомольское, что я больше так не буду. Пришлось торжественно обещать «не читать русскую классику в подлиннике». Причём, если завуч поняла стёб, то филологиня – вообще нет.
Более всех переживал Юрка, еле отговорил его выступать в мою защиту. Потому как, что простительно мальчику из интеллигентной семьи, совершенно непростительно мальчику из рабочей семьи. Правда, понял я это позже, в другое время и в другом месте, а тогда просто отговорил.

212

5 РУКОПОЖАТИЙ

«У меня зазвонил телефон.
- Кто говорит?
- Слон.
- Откуда?
- От верблюда.
- Что вам надо?
- Шоколада…»
(К.Чуковский)

Холодный дождь сменился мелким, но наглым градом и тогда я окончательно понял, что меня здесь забыли и бросили навсегда.
Наверное подумали, что я успел спуститься вниз на последнем фуникулере.
Но я не хрена не успел и одиноко стоял среди мокрого леса, в майке, шлепанцах и шортах, в кармане 200 рублей, а на плече футляр с объективом стоимостью 20 000 евро. Так уж получилось.
Это был очень длинный день: я проснулся в Москве в своей постели, потом была самолетная болтанка, разговорчивый таксист-армянин, душные пробки, заселение в гостиницу, и сходу в бой – съемка олимпийских объектов где-то в горах. И ведь ни одна собака не предупредила, что тут наверху в шортиках довольно холодновато, даже летом. Мой замороженный отряд наверняка заметил потерю своего режиссера, но, видимо, от холода решил, что – это я их бросил и сам давно уже отогреваюсь в гостинице.
Я немного потоптался, попрыгал, устроил пятиминутный бой с тенью своей съемочной группы, чуть согрелся и стал размышлять:
Мои плюсы:
1) Не ранен
2) Не особо голоден
3) Диких зверей пока не наблюдаю.
На этом перечень плюсов моего положения подошел к концу.

Минусы:
1) Холодно
2) Дико холодно
3) А как совсем стемнеет, будет еще холоднее
4) Туман
5) Мой мобильник лежит сейчас разряженный на подушке в номере гостиницы (хоть кто-то лежит в тепле)
6) Даже если я чудом спущусь с этих проклятых гор обратно в лето, я все равно не знаю названия нашей гостиницы. Я даже не знаю - в Адлере она, или в Сочи, помню только нелепый рисунок обоев в номере…
Составление списка минусов, внезапно прервал таджик в рваном пуховике.
Он вынырнул из тумана и с разгона чуть не наступил своим грязным кирзовым сапогом на мой замерзший шлепанец.
Я бросился на него, умоляя одолжить спасительный мобильник, для судьбоносного звонка.
Таджик трубку дал и даже от двухсот рублей не отказался, только предупредил, что денег на его счету осталось рубля четыре, только на пару СМС-сок и хватит.
Я схватил телефон, моментально сконструировал очень обидный текст для моих любимых коллег и тут понял, что положение мое гораздо хуже, чем я думал…
До меня дошло, что я не знаю ни одного номера телефона. Вообще ни одного, даже номера своей собственной жены…
За долгие годы, мобильник абсолютно разбаловал меня и усыпил бдительность, делая все сам, вот и незачем мне было запоминать километры цифр, но пришел день расплаты.
Таджик выжидательно смотрел и нетерпеливо топтался на месте.
Несмотря на дикий холод, я попытался мыслить логически и даже вспомнил о теории «пяти рукопожатий», по которой все люди на Земле, не так уж и далеки друг от друга. Черт возьми, да я с самим Пушкиным знаком всего через четыре рукопожатия! Так не уж-то я не смогу дотянуться до каких-то мелких дезертиров на грязном джипе?!
К тому же я был не один, а значит одно "рукопожатие" было обеспечено.
Спрашиваю:

- Браток, ты откуда родом?
- Из Куляба.
- Мимо. А у тебя есть какие-нибудь друзья в Москве?
- Был братишка, но не в Москве, а в Туле, только его депортировали…
- Опять мимо.

С "рукопожатиями" как-то не клеилось.
Итак, я знал только один номер во всей вселенной – номер своего собственного телефона.
Но что мне это дает? Ничего.
Хотя.
И тут я вдруг вспомнил, как лет тринадцать тому назад, шел с приятелем по улице... Как же его звали? Саша, Сережа, Андрей? Точно – Андрей. И вот, этот самый Андрей, затянул меня в магазинчик, где тогда была акция и продавали коробочки с СИМ картами всего по одному рублю за штуку.
Он себе купил и меня соблазнил, да так с тех пор этот номер и прижился в моем телефоне.
Но главное я вспомнил, что номера наших СИМ-карт шли подряд и отличались всего на одну цифру, не помню в какую сторону, но точно - на одну.

Я быстро написал СМС:
«Андрюха, вопрос жизни и смерти! Срочно позвони мне на этот телефон, я все объясню.
Грубас»
Подождали пять минут – тишина. Сделал поправку в другую сторону, опять отправил и о чудо – телефон таджика ожил и заголосил, я взял трубку:
- Ало – это вы прислали СМС?
- Я! Я! Здорово Андрюха, ты не поверишь!
- Только я не Андрей, а его сын. Отец уже лет пять живет в Праге.
Мне ничего не оставалось, как зацепиться за эту соломинку и попросить написать папе в Прагу (сам я уже не мог – руки не слушались, да и на таджика надежды было мало)
Андрей перезвонил неожиданно быстро:
- Ало, Грубас, какими судьбами?
- Долго объяснять. У тебя случайно нет телефона моей жены?
- Так ты женился? Поздравляю! Я ее знаю?

- Ладно, зайдем с другой стороны: у тебя есть телефон моего брата?
- Вроде бы нету, но должен быть телефон его друга Аркаши…
Через пять минут позвонил Аркаша, еще через десять - брат, потом жена, а еще через полчаса, позвонили мои бессмысленные архаровцы, которые к тому времени уже почти доехали до гостиницы…

P.S.

Спустя час я уже почти совсем согрелся в теплой машине, когда у моего спасителя – таджика (мы взялись подвезти его к строительным вагончикам) запиликал телефон, звонили мне.
Это был Андрей из Праги.
Он с явной тревогой в голосе, без предисловий спросил:
- Я все понимаю – звоночки, СМС-ки, горы, Сочи, но вот только одного я понять не могу: Если мы с тобой не виделись уже лет десять, то откуда у тебя среди леса взялся номер моего сына, а ведь ты даже телефон собственного брата не помнишь…?

213

Из дорожных историй. В поездах действительно интересно бывает.

Девяностые. Вторая половина. Жена с детьми уехала отдыхать на лето к отцу - моему тестю- (Украина, Светловодск Кировоградской области). У него там свой дом с садом был. Пока девчонки не подросли, она не работала. Каждое лето жили там. Солнышко, пляж на Днепре, фрукты- овощи. Витамины детям.

Я вырывался к ним на недельку, дней на десять - больше не получалось. Красота, практически курорт, это водохранилище перед Кременчугской ГЭС называют Днепровское море. Кому доводилось спать в саду, под бездонным звёздным небом? И цикады потрескивают.

Поезд СПб- Днепропетровск, садишься в Питере днём часа в три, выходить в Кременчуге в четыре утра.

В тот раз мне не повезло. В купе уже сидели двое мужиков- как выяснилось, один- вдребезги пьяный Белорус, а второй- желающий ещё добавить Украинец. Убеждённый свидомый, как сейчас бы сказали. Как их в вагон- то пустили в таком состоянии?

Ну, правила существования в поездах мы ещё в СССР выучили - если есть, что съесть, а тем более выпить - ставь на общий стол - а кто откажется, с тем не общаемся.

У меня с собой было. Нет, не так -БЫЛО. Квасили мы вдумчиво и целеустремлённо. Белорус только мычал, нам обоим поддакивая, а Украинец весь день и вечер выносил мне мозги на тему - "Ты должен признать, что Украина лучше, чем Россия". Выпили два по 0,7 - моих. Правда, салом копчёным меня угостили.

Когда Белорус окончательно и полностью отключился, а у Украинца членораздельность речи превратилась в речераздельность члена, ой, извините, раздельночленство Сечи, (опять не попал), Сечеразчленство... тьфу, дискуссия сама как- то заглохла.

.....................................................................................................................................................................................................................................

НЕТ, в тот раз все идеи и лозунги, что сосед мне пытался в голову вдолбить, вызывали только вежливое отторжение - но, чтобы не обидеть его - я не выступал, честно дождался, пока и Украинец отключился. Не хамил, не обижал оппонента. Он мне слегка хамил, голос повышал – отчего это я с ним не согласен? Он же прав?

Дальше один туман... Спим. На удивление в вагоне никто не храпел.

На следующий день, пришедший в себя Белорус (Георгием звали) осчастливил нашу компанию литром крепкого первача собственного производства. Мероприятие продолжилось.

Аргументация в поддержку Украины становилась всё более изощрённой – и «незалэжность» у них в крови в отличие от Русских, и «всесоюзная житница», несправедливо эксплуатируемая Московскими властями, и вообще Украинский народ гораздо более добр и отзывчив, нежели угрюмые кацапы, привыкшие бедовать на своих северных болотах.

- Слышь, Коля…

- Не Коля! Мыкола!

- Хорошо, Мыкола. Мы не разные народы, мы даже не братские народы, мы один народ, хочешь ты этого или нет. Вот отсюда и пляши – и нечего проводить границу между Украиной и Россией. Кстати – и сама траектория этой границы крайне сомнительна. Ты помнишь, что государство Украина было создано в составе СССР, в двадцать втором году, и вошло в этот состав без Крыма, без Донбасса, без Львова, Галичины и Закарпатья?

- Вот потому вас, кацапов на Украине и не любят – присваиваете себе чужое, и пытаетесь убедить всех, что вы правы. То всё- исконно Украинские земли!

Не помню, то ли в Жлобине, то ли в Рогачёве я вышел на перрон, и купил у местной бабуси здоровенный пакет с замечательными пирожками- тёплые ещё, начинка- картошка с грибами и курятиной- во рту тают, пальчики оближешь, корочка хрустит – золотистого цвета. И ещё бутылку местной горилки.

Георгий аж прослезился-

- Такія выдатныя піражкі толькі ў нас, у Беларусі ўмеюць рабіць!

Слопали весь пакет на ура. И дискуссия продолжилась.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

- Проснулся я гораздо раньше, чем поезд должен был остановится в Кременчуге.

Проводник в вагоне тоже оказался пьян вдребезги - мои попытки его растолкать вообще не имели результата.

Поезд останавливается на промежуточной станции, пассажиры пытаются выйти - мне пришлось вытащить из кармана проводника ключ от двери вагона, отпереть её - да ещё и опустить лестницу вниз. А что делать? Он был вообще невменяем. Как мёртвый.

Открывать двери, и впускать и выпускать людей мне довелось на остановках ещё два раза - проводник точно сильно перебрал накануне- как и мы, впрочем.

Наконец приходит в себя- смотрит на меня мутным глазом, и хрипло спрашивает "Где мы?"

Я расхохотался.

- К Кременчугу подъезжаем.

- Как, уже? А Глобино и Подол проехали? Бля…

- Не расстраивайся, я за тебя поработал. Пятьдесят грамм будешь?

- А что, есть?

Пошли к нам в купе- там ещё оставалось маленько, грамм полтораста. Вот и употребили.

А теперь- вишенка на торте. Мне до выхода остаётся пятнадцать минут - поезд уже почти прибывает, просыпается тот самый мой сосед – Мыкола- Украинец и веско так, глядя на меня со значением, формулирует -

Готовы?

- Украина НИКОГДА не стремилась к мировому господству, а ваша Россия всегда к этому стремилась. Понял теперь, почему Украина лучше, чем Россия?

- Понял, понял. А ещё вы спиваете найкраще усiх.

..........................................................................................................................................................................

P.S. За полтора суток Мыкола положил на общий стол только шмат копчёного сала – грамм на двести.

P.P.S. Тесть встретил меня на машине- до Светловодска там ещё ехать через плотину, жена улыбалась, а сонные девчонки радовались, что папа приехал.

На фото- Светловодск и Днепровское море.

214

Люблю и обожаю свою кошку. Когда мне было двадцать лет, меня кинул мой парень, предварительно опустошив мою кредитку и стащив деньги на съём квартиры. А была я в чужом городе одна.
На тот момент у меня и появилась кошка, прибилась ко мне на улице. Я только-только нашла работу, за пока не очень большие деньги, но с хорошей карьерной перспективой. Помню, как питалась лишь на работе офисным печеньем и чаем, потому что больше было нечем. Деньги, что были, тратила на съём, проезд и питание для кошки, так как та была не виновата в случившемся. Как изредка брала себе самые дешёвые продукты, шампунь. В тот момент от стресса заработала кисту яичника, проблемы с желудком, от дешёвого шампуня всё время чесалась голова. Когда моя кошка заболела, то все деньги, что были, я спустила на её лечение и особое питание. Как ела через день, чтобы сэкономить. Как я ревела ночи напролёт.
В таком темпе я провела шесть месяцев, потом меня повысили, зарплата стала больше. И все это время я держалась ради кошки, потому что боялась, что ту выгонят на улицу, и она умрёт самой страшной смертью из всех возможных. А та всегда ждала меня, утешала, спала вместе со мной, даже когда болела.
Сейчас она уже старенькая, много спит, и я чувствую, что она скоро меня покинет. Но если бы она знала, как она любима, и как я ей благодарна за то, что её маленькая жизнь тогда спасла мою и не дала опустить руки. Буду любить её до конца, сколько смогу.

215

"Мир не без добрых людей" - так говорит моя мама. Не знаю как говорят чужие мамы, наверно тоже верят в это и пытаются соответствовать своим жизненным позициям, но могу сказать с уверенностью, что мир так же и не без злых людей. И спрося себя в данный момент, оглянувшись на прожитые года, кого было больше в твоей жизни, тех или этих , или быть может их было поровну? Трудно сказать, мне кажется они не равновесны. В жизни могут быть тысячи злых, меркантильных, безумных и агрессивных после взаимодействия с которыми теряешь веру во всех людей и может быть всего один человек искренне добрый и понимающий, который полностью может перекрыть ту бесконечную яму тьмы и грязи. Так со мной и случилось. Её звали Феофанной, а я называл её просто - Фея. Но это было потом, а сейчас мы с ней даже ещё не познакомились.
Было обычное, осеннее утро, дороги слегка подоморозило и я спокойно шёл, периодически проскальзывая ботинками, на работу. Работал , в те времена инженером на заводе по производству и выпуску ракетных комплексов С 300 б (с разными абривиаутурными окончаниями) их продавали за рубеж. Мой отдел занимался проектированием литьевых форм. Я был на хорошем счету, беспрекословно выполнял все требуемый от меня обязательства и кроме того мелкие поручения от начальства.
Дорога была, не сказать что бы близкая, около пяти остановок общественного транспорта, но я всегда и почти в любую погоду ходил пешком смотря на автобусы и троллейбусы в которых ехали заводчане со всех уголков города. В основном тротуар, по которому я каждый день добирался до работы, шёл вдоль дороги, но небольшой участок, как бы, не на долгое время, заныривал в парк с большим перепадом по высоте, который, как мне кажется, ни кто не собирался обустраивать лестницей с поручнями. И в этом месте люди очень часто падали, расшибали себе лбы, дети просто катились и скользили. Я же всегда обходил это место , обогнув его с права через густые ёлки. Этот раз не стал исключением, дойдя до нужной ели , я начал протискиваться, в этот момент об что то запнулся и упал в самую гущу, этим что то и оказалась моя Фея, которая тоже пытался обойти скользкий склон через ёлки и запутавшись в них, упала. Так мы и лежали несколько минут смотря друг на друга под елями.
Вот такое первое знакомство произошло с моей любимой Феей. А как у вас происходило первое знакомство, расскажите в комментариях.

216

Коллега Андрей звонит из соседней комнаты своему знакомому, которого тоже зовут Андреем. Ошибается номером, и попадает ко мне.
- Да.
- Андрей?
- Нет, одну секундочку, я его позову.
Правильно, у нас на фирме один Андрей, я за ним и пошёл. В соседнюю комнату. Прихожу и вижу, что он говорит по телефону (откуда ж я знаю, что СО МНОЙ!). Говорю:
- Андрей! Там тебя к телефону. У меня.
Он кивает и отвечает, зажимая трубку ладонью:
- Скажи - я сейчас, пусть подождут.
Я иду к себе, беру трубку. Говорю:
- Вы знаете, он сейчас говорит по другой линии, вы можете подождать немного?
- Да, хорошо.
Кладу трубку рядом, работаю дальше. Минута. Три. Андрей всё ещё ждёт сам себя к телефону. Потом не выдерживает, кладёт трубку, приходит ко мне. Видит трубу рядом с аппаратом, значит, что его ещё ждут. Поднимает:
- Алё?
Короткие гудки. Кладёт трубку. Некоторое время смотрит на меня в задумчивости.
- Это не ты только что был?
- Где?
- По телефону.
Вы когда-нибудь чувствовали себя абсолютным дебилом? А чтобы одновременно с кем-нибудь вдвоём?

217

Как быстро стать широко известной в узких кругах.

А утро, казалось сначала, было самым обычным. Живу одна с дочерью школьницей, и на сегодня договорились с ее классной руководительницей встретиться в школе, обговорить кой-какие классные дела. Я не вхожу в родительский актив, но иногда помогаю, чем могу, если есть у школы такая потребность. И хоть школа большая, классную и всех учителей, преподающих у нас, знаю. Классная сказала, что у нее как раз первого урока не будет, и решили, что я подскочу, порешаем проблемы, и потом сразу на работу поеду. Школа наша относительно недалеко и дочка ходит сама пешком, но сегодня поехали на машине. Погода не очень, темновато и снег ночью упал. Собирались долго, ехали аккуратно, но успели буквально за 3 минуты до звонка на первый урок. Притормозила у входа, дочь поскакала в школу, а я решила найти где можно припарковаться. Увы, первый круг вокруг школы был напрасным, второй тоже. Блин, настроение портится, захожу на третий. Замечаю, что ворота ограждения школы с тыльной стороны, выходящие на небольшой технический дворик, приоткрыты. Решила рискнуть, заехать на недолго и припарковаться в уголочке потихоньку. Стала в уголочке возле какой-то железной будки, похожей на металлический гараж, благо и снежок возле нее был как раз немножко почищен. В школу зашла когда первый урок уже минут 15 шел. На входе, как и положено, охрана, паспорт покажи, ФИО в журнал записали, куда и к кому иду - тоже. С классной порешали проблемы минут за 20, и я поспешила на работу. Выйдя из класса, понимаю, что в школу тоже спешила собираться, поэтому в туалет перед выходом не сходила, поэтому это лучше сделать здесь и сейчас, чем мучиться в машине по дороге. Нахожу женский туалет, заскакиваю и офигеваю… Осенний Лондон. Только в Лондоне, хоть туман и такой же, только он куревом не воняет. Заскакиваю в кабинку, стараюсь быстро сделать свои дела, но смог такой, что просто задыхаюсь. Ничего себе школьницы и порядки в школе, думаю себе. Чтобы хоть как-то продохнуть, решаю перед выходом из кабинки хотя бы дезиком из сумочки брызнуть. Брызгаю, выхожу… Перед дверцей стоит, видимо, техничка пред или пенсионного возраста в строгой кофте и со строгой гулькой на голове. И смотрит на меня неодобрительно. Я ей на ходу возмущенно замечаю «Проветрили бы лучше поскорее, чем просто стоять, а то скоро дети на перемену выйдут!» Выскочила в коридор и понеслась к выходу на свежий воздух. И тут на телефон приходит какое-то уведомление, на ходу смотрю, читаю. Штраф блин пришел, штаааааааф. Ну и как, блин, я могла по-другому там проехать, если впереди было все перекопано ? На эмоциях громко вырывается «Б-дь!!!» . И тут же резко торможу, чуть не врезавшись в стоящего передо мной. Поднимаю глаза и вижу какую-то старшеклассницу. Видос отпадный – юбка мини, блузка с большим декольте еле сдерживает грудь третьего размера, яркая помада и стрелки на глазах дополняют «портрет». А я еще удивлялась, что в туалете накурено. Почему уверена, что старшеклассница, - не мамаша чья-то, как я, так как без вещей, и не учительница младших классов , так как у тех дресс код классический и наша директриса следит за этим. Презрительно обхожу и быстренько к машине. Издалека замечаю, что на территорию школьного заднего дворика проник какой-то бомжик и теперь трется возле моей машины. Хорошо, что вовремя вышла, думаю. Ускоряюсь, чтобы подскочить и прогнать. Почти дойдя, замечаю, что лицо у него не пропитое, как обычно, да и трезвый вроде. Немного отлегло. Понимаю что не совсем бомж, что ничего не спер из машины и денег просить не будет. Уже хорошо. А так постарше меня будет, сутулый, унылое грустное лицо и прикинут в какой-то нелепый супер поношенный секонд. Подхожу к машине, открываю дверцу, а он стоит рядом и смотрит на меня. И тут начинает «Девушка, а можно …» Боже, со мной еще бомжи не знакомились! Хотела сразу послать, но, с трудом, сдержалась и решила помягче отшить. Говорю «Дорогой, конечно же нельзя, ты же не бухой и понимаешь, что далеко не прынц и шансов у тебя меньше чем ноль. А хочешь лямура, так остепенись, работу себе найди, помойся, приведи себя в порядок и одень что-то хоть чуток приличное. После этого, может какая-то нетребовательная клуша и снизойдет до тебя!». Довольная собой и окончанием школьной суеты прыгаю в машину и еду на работу. Через час на работе все это уже забылось, как обычная ежедневная текучка.
Вечером приезжаю домой, в коридор выскакивает встречать меня дочка. Видит меня, и у нее при этом глазки становятся как у какающей белочки. С ходу выдает «Мама, а что это такое было с тобой сегодня в школе?» Так, не поняла… «Давай подробнее рассказывай, что имеешь ввиду.» Та и рассказала. После второго урока ее нашла завуч старших классов и просила передать маме, что курить вообще вредно, а делать это в школьном туалете не только некультурно, но и запрещено, тем более после это просить ее еще и проветрить туалет. На попытку дочки оправдаться за меня и сказать, что мама не курит вообще-то, не поверила и только головой покачала. После четвертого урока ее нашла, как выяснилось, новая школьная психолог, которая пришла работать только четыре месяца назад сразу после окончания института. Та просила передать, что она достаточно взрослая, чтобы решать как одеваться и что носить, и не стоит по внешнему виду пытаться так строго судить о моральном облике человека. А уже после уроков на выходе из школы ее нашел, как выяснилось, школьный завхоз, муж их школьного врача. Тот просил передать маме, чтобы она больше не парковалась на школьном хоз дворе и не подпирала свой машиной вход в школьный технический склад, в который тот не смог с самого утра попасть, чтобы взять необходимое для сантехнических работ в школе. И когда он ей это говорил, она сказала, что был каким-то смущенным и смотрел при этом в сторону.
«Мама, что у тебя было сегодня такого в школе?» Все еще пыталась допытаться дочка. «Ничего, ничего» сьехала с темы я. И подумала, как легко, оказывается, быстро стать широко известной в узких кругах. И еще подумала, что это ж все трое сегодня не поленились через школьного охранника вычислить меня и мою дочку, чтобы передать эти «приветы».

218

Очередная чудесная трансформация мозга западного политика происходит на глазах.

Ну знаете, этот волшебный эффект, когда человек говорит одно, всякое "Мы побеждаем! Перемога! Насколько же всесокрушающий удар новым пакетом санкций сломает хребет тоталитарному режиму!", потом у него в титуле появляется слово "бывший" и он начинает говорить "Так-то жопа вообще, кризис, промышленность у нас обречена, с мигрантами хз что делать, а России как-то пох@й на наши потуги, позоримся только себе в убыток".

Бывший премьер Австралии, Малькольм, рассказывает про AUKUS.

Оказывается американцы взяли денег, пожали руку, сказали "Подлодки для сдерживания Китая скоро будут", и свалили в закат. Сроки "будут" уже раздвинуты до 2040 года. Поставок пока нет. В договоре обнаружены оговорки, что поставить подлодки можно только с прямого разрешения президента США, и если это действие не снизит обороноспособность США, и у США сейчас недобор 17 подлодок во флоте. СЕМНАДЦАТИ. А производится менее двух штук в год, что не просто мало, а меньше чем надо для удержания текущих позиций. Чтобы Австралии хоть что-то теоретически могло перепасть, США должны дико раскачать судоверфи, в кратчайший срок построить себе два десятка подлодок, и вот тогда что-то может отправиться в Австралию.

При этом с Китаем уже посрались, громогласно заявив "Мы тут в AUKUS главные против Китая в регионе", деньги США уже отправили (и график отправки денег не зависит от фактических поставок продукции, т.е. платить по договору надо).

В чём, так сказать, наш гешефт в этой блестящей ситуации? - спрашивает вслух бывший премьер. Нахрен вообще за лютые деньги накупать допотопных слонов 1980 годов дизайна, видимых на всём современном оборудовании, и понимая что у Китая подводные дроны активно делаются, против которых подлодка бессильна в принципе, она обречена против быстро движущегося подводного камикадзе, его нечем технически перехватывать/уничтожать в подводной обстановке.

Ответа нет. Официальные власти тоже не комментируют. Им и незачем - вы прикиньте какие там откаты за такое офигительное соглашение на общую сумму до 368 миллиардов долларов США, на минуточку. По которому платить обязаны, а подлодки можно и не поставлять...

219

ПРИШЕЛЬЦЫ

"Легенды часто разрушают те, кто докапывается до источников"
(Станислав Ежи Лец)

Вокруг, куда хватало прозрачности воздушного океана, простирались карпатские горы покрытые голубоватыми лесами. Красотища.
У старинного, заброшенного колодца хлопотали двое: отец и семилетний сын.
Километрах в двух, на пригорке, белели домики гуцульской деревни.
Отец деловито разматывал веревки, что-то доставал из своего огромного рюкзака, подтягивал и нервно дергал на себе альпинистское снаряжение, а сын, с малюсеньким рюкзачком за спиной, приложив к глазам руки, чтобы не мешал дневной свет, вглядывался в сырую и холодную пасть колодца.
Отец:
- Витя, не переваливайся так, а то и сам туда булькнешь!
- Папа, я кажется вижу, он нормальный…

Пастух, лет семидесяти, важно и неспешно спустил с пригорка стадо коров, подошел к незнакомым людям у колодца, поздоровался и сказал:
- Меня зовут дед Васыль, а вы откуда такие будете? Туристы?
Мужик в альпинистском снаряжении отложил бухту веревки, закурил и ответил:
- Я Сергей, а этот шалопай – Виктор, мы из Москвы.
- Из самой Москвы? Ого. И там уже про наш колодец знают?
Сергей с сыном переглянулись и хором спросили деда:
- А, что «знают»?
- Ну, как же, это просто страх Божий. Неделю назад, может чуть больше, пацаны тут вечером гуляли, случайно заглянули в колодец, а оттуда свет, такой, чуть синеватый. Да что я вам рассказываю, сами загляните, его даже сейчас чуть-чуть видно, а уж по ночам, так и вообще – глаза выедает.
Отец с сыном, в который раз за это утро, с интересом заглянули в колодец и Сергей спросил:
- Дед Васыль, А что, многие сюда заглядывали?
- Да все наше село, даже из соседних люди приходят. Вот и вы жеж из самой Москвы не просто так приехали, тоже ведь слышали.
Сергей сделал строгое лицо хихикающему сыну и снова обратился к пастуху:
- И что люди на это говорят?
- Ну, шо, разное. Одни говорят что - это злые духи и что колодец ведет прямо в Ад, другие, говорят – радиация, а там, кто ее бисову силу знает? Может так, а может и нет. Это ведь не просто колодец, он проклятый.
- Проклятый?
- Да, лет шестьдесят назад, хотя даже побольше, еще до войны - это был обычный колодец, аж пока в нем не утопилась дивчина с нашего села. Родители заставляли выйти замуж, а она не хотела, прыгнула и все. С тех пор и вода из него ушла, была и нет. Так, болото стоит после дождя, но воды уже не наберешь. А теперь, может - это душа дивчины светится, зовет кого? Кто ж ее знает? Другие говорят, что это инопланетяне высадились, понимаешь, сидят там и ждут чего-то.

Старик захихикал и продолжил:
- Радиация – не радиация, но штука опасная, это точно. У нас одна баба, моя соседка, в среду, или в четверг, заглянула туда и чуть не ослепла бедная от этого света. Давление поднялось, еле откачали, даже зрение ухудшилось, как от сварки. Вы бы малому не разрешали туда заглядывать.

Сергей строго сказал сыну:
- Витя, отойди оттуда!

А дед продолжил:
- Пан Сергей, ну так, а шо, вы собираетесь прямо к той холере на дно спускаться?
- Ну да, собираюсь.
- А если оно вас…? Ну, вы там смотрите, поосторожней с ним, мало ли. Ладно, с Богом, давайте потихоньку, не спешите, а я пойду пока.

Маленькая беспородная собачка, поняла хозяина с полуслова и принялась веселым лаем заворачивать стадо коров в сторону села…

… Через полчаса, Сергей уже весь грязный и злой вылезал из колодца, на его руке висели мокрые черные шлейки, а на шлейках болтался тускло горящий фонарик.
Сергей, не выключая, принялся поливать его из фляги, а сын, сидя на своем рюкзачке, виновато наблюдал со стороны:
- Вот видишь, папа, ничего с ним и не случилось, светит.
- Лучше молчи! Если бы ты меня попросил: - «Папа, дай мне свой фонарик, я хочу заглянуть в колодец. Что, я не дал бы?! Как ты не понимаешь, что твоя голова меньше моей, а шлейки отрегулированы под мою голову?! Конечно, фонарь сразу и слетел с твоей бестолковки!»
- Папа, но ты же обещал не ругать меня, если я признаюсь…

Сергей, несколько сбавив тон:
- Витя, я же тебя не ругаю, просто объясняю. Если бы ты сразу, в тот же день признался, я бы его тогда же и достал, а так – целую неделю без фонарика просидели как идиоты. Повезло еще, что мы за эти дни не перебрались на новое место. Ладно, проехали, пойдем быстрее, нас, наверное, там мама в палатке заждалась.

Витя:
- Но ведь все обошлось, фонарик не испортился, до сих пор светит, зато жизнь у местных людей стала немного веселее и интереснее, у них даже легенда про инопланетян появилась.

Сергей улыбнулся:
- Бери рюкзак, пойдем уже, пришельца кусок…

220

-= Не все кэшбеки одинаково полезны =-
Заказал я онлайн себе с дуру дебетовую карту в ГазМяс... извините, ГазПромБанке. Клюнул на бесплатный сыр в мышеловке, сейчас у них акция идет - кэшбэк 35% (до февраля 2025). Забегая вперед, сразу скажу, там надо кучу условий соблюдать, иначе не начислят, так что, если вы не самый отчаянный человек в мире, то даже не клюйте на эту замануху.
В назначенный день приехал курьер, вручил пластик, установили приложение, пытаюсь выполнить вход по номеру телефона - не могу, СМС с кодом подтверждения не приходит. Уже и так и сяк, список блокировок почистил, все равно не приходит. Курьер говорит, мол, подождите день, все заработает, а у меня сейчас есть еще очень много людей, которых тоже нужно осчастливить. И ушел делать свое благое дело.
Прошел день, воз и ныне там. Телефон горячей линии 400 говорит, что все операторы заняты, ждите 30-40-50-бесконечность минут. Поставил на громкую связь. Жду.
Робот изо всех сил подбадривает монотонной, заунывной песней, до безразличия радостно сообщая, сколько минут еще осталось ждать.
Последнюю минуту вообще ждать пришлось минут десять. Кое-как дозвонился. Стандартный ответ - "Ты кто такой? Давай до свидания!", не мешай людям работать, топай в местное отделение банка, там тебе все сделают по высшему разряду.
На следующий день поперся в банк. Прождал там еще полчаса из-за очень длинной очереди "в количестве один человеков". Так и не дождался. Благо открыли второе окно. Объясняю проблему - говорят, мол, у вас там счет, открытый много лет назад, вам надо номер телефона подтвердить. Счет действительно был, зарплатный, но его уже давно закрыли. По факту, оказывается, что счет все еще открыт.
- Давайте, подтверждайте телефон.
- Вам надо сфотографироваться.
- Зачем фотографироваться? Вот же паспорт. Вот я.
- Такие правила.
- Это какие-то ваши внутренние правила, я не обязан их соблюдать.
- Тогда мы не можем вас принять.
- Дайте ссылку на закон? Да и вообще, я не фотогеничен.
- Мы не можем вас принять.
Отступление. Я до этого читал в инете, что сбор биометрии особо не желателен. Утечет все это дело в неправославные руки, и будешь ты потом кому-то Мальдивы оплачивать.
Говорю:
- Вот паспорт, вот личное присутствие. В чем проблема?
- Такие правила.
Эпопея продолжается еще минут десять. В итоге я вспылил и говорю:
- Тогда закрывайте карту и счет! Не нужна она мне больше.
Ответ поразил меня до глубины души. Он был похож на все то, что творится сейчас в стране:
- Мы не можем это сделать, у вас телефон не подтвержден.
Я, уже совсем недружественным голосом, говорю:
- Телефон с тех пор ни разу не менялся, как он может быть не подтвержден? Подтверждайте и закрывайте.
- Для этого вам надо сфотографироваться.
Замкнутый круг. Стена. Глухая. Говорю:
- Тогда я сейчас достаю телефон и буду снимать ваши неправославные действия. Затем буду проверять их на правомерные действия в другом учреждении.
После этой фразы откуда-то телепортируется управляющий. Пытается замять конфликт. Созванивается с головной организацией. Пару минут и мой телефон подтвержден.
P.S. Теперь сижу, читаю правила получения кэшбека 35%. Учу МСС коды. Тчательно проверяю, какие кафе, такси, ЖКХ православные, а какие нет (к примеру, Uber нет). Ищу 30 тыщ на неснижаемый остаток для получения максимального кэшбека. Планирую свои траты не менее 5000 руб в месяц по карте. Запоминаю, где можно закупаться, а где теперь нельзя. И все это из-за мнимых, никем не гарантированных 5000 рублей кэшбека, который, оказывается, вовсе не в рублях, а в баллах... чего и вам не желаю!
P.S.S. Заплатить за газ так и не смог. Говорят, что мой номер лицевого счета не существует. С другой карты оплачивается нормально.

221

По образованию, да и по жизни, я технарь. Мистика, чертовщина и прочие мифы - это не мое. Логика, рациональное мышление, факты, эксперимент, все, где есть физика, математика, где интересный результат можно воспроизвести разными учеными, в разных лабораториях. Но, с другой стороны, нельзя отбрасывать явления, только потому, что пока нет разумного объяснения, но эти явления явно существуют. Раскажу о нескольких эпизодах, происшедшие со мной. Это не с чьх-то слов, не прочитанное. За каждое слово отвечаю, что это в действительно происходило.
Моя мама прожила долгую жизнь. Она ушла от нас в возрасте 97 лет. Последние годы она жила в Израиле с семьей моего брата. Снится мне сон. Приходит ко мне мама, молодая, как в детстве и говорит "Я ухожу, пришла проститься". Я совсем не удивлен, что мама молодая и как она оказалась в Лос-Анджелесе.
- Ты куда?
- К папе.
- Так папа умер.
- Я знаю.
Я проснулся и сказал жене
- Мама умерла.
- Тебе звонили из Израиля?
- Нет, но я знаю
Через полчаса позвонили. Я понимаю, что сейчас скептики скажут, что это совпадение, что нет никакой реальной связи между людьми, все это псевдонаука. Но существуют десятки тысяч случаев связи между мамой и сыном, мужем и женой, близнецами. Сестры Зайцевы рассказывают, что когда одна рожала в Америке, другая в Москве чувствовала схватки. Потом счастливая сказала. "Все, родили, сын". Мать получила похоронку на сына. Она не просто верила, ЗНАЛА, что сын жив. Все считали ее сумасшедшей. Но через несколько лет выяснилось, что сын, действительно, жив. Он попал в плен, его освободили американцы, он переехал в Америку. Через несколько лет дал о себе знать. Таких случаев десятки тысяч. Отмахиваться от них, только потому, что мы не знаем физики явления, нельзя.
Другой случай, тоже происшедший со мной. Перед защитой диссертации снится мне сон. Стою я на сцене, плакаты развешены, сидят члены Ученого совета. Председатель Совета, академик, Герой Соц. труда, задает вопрос. Я уверенно отвечаю. Защита проходит успешно, меня все поздравляют. Как говорится, сон в руку. И вот реальная защита. Та же сцена, плакаты, члены Ученого Совета. Но нет председателя. Я реально занервничал. Через несколько минут появился. Я моментально успокоился. Дальше все пошло согласно сну. Председетель задал вопрос, я уже знал, какой, знал и свой ответ. Скептик опять скажет, что это ни о чем не говорит. Но ведь мы знаем множество вещих снов, множество сбывшихся предсказаний. Каждый из нас сталкивался с явлением дежавю, хотя до сих пор не ясна физика процесса.
Я знаю, что скоро эти тайны будут раскрыты. И это будет революция в науке, подобная открытию квантовой фозики. Совет молодым ученым, дерзайте!

222

- Детство говоришь, золотое в СССР? Золотое оно не потому, что в СССР, а потому что ты сам ещё растёшь, всему веришь, смотришь на огромный мир раскрытыми глазами и радуешься. Ну мы- то с тобой знаем.

Так под коньячок разглагольствовал мой приятель- Миша, сидя в бане у меня на даче. Жёны наши- старинные подруги, колдовали на кухне, дожидаясь нас к обеду. А мы зацепились языками- о самых ярких воспоминаниях из детства.

- Родители наши развелись, когда мне пять лет было, а Вовке- младшему брату- три. Остались мы в двух комнатах, в коммунальной квартире на Фонтанке, с матерью и бабушкой. Отец заходил иногда в гости, брал нас с братом на прогулку – мы тогда не понимали, что у нас с семьёй, и как это всё будет выглядеть дальше- просто радовались его приходам. Ну как же- папа пришёл.

- Жили довольно скромно – алименты, материна зарплата и бабусина пенсия- не разгуляешься. Парадный костюм на все случаи жизни- школьная форма. Поход в кино- волнующая радость. Что ещё? День рождения, Новый Год, Седьмое ноября и Первое мая – вот и все праздники в году. Летом- пионерский лагерь.

- Утром чай с бутербродом, в школе обедом накормят, вечером дежурная котлета. Конфетами и фруктами экзотическими нас не баловали – да их особо в магазинах и не было. Отец принёс как- то целых четыре банана- такое счастье было. Бабушка две штуки нам с Вовкой сразу выдала, а остальные – через неделю. Растянули удовольствие.

- На новый, семьдесят четвёртый год, отец подарил нам с Вовкой по пригласительному билету на праздничный новогодний утренник аж в Аничков дворец. Не знаю, как он их раздобыл у себя в профкоме. Но это был настоящий праздник- одно дело просто в своей школе сходить на ёлку- а тут- мероприятие высшего городского уровня. Вовка чуть не расплакался от радости- пацан ещё, ему тогда девять лет было, а мне- уже одиннадцать.

- Эти две недели, до третьего января прошли в волнующем предвкушении. А после Нового года Вовка простудился. Третьего числа у него с утра уже была температура тридцать восемь – и когда я собирался на ёлку, он просто отвернулся к стене, ничего не говоря.

- Вовк, ну ты, это… Я тебе подарок принесу. Давай тут, не раскисай, выздоравливай.

- Он не ответил. Реветь, правда не стал. А что я сделаю?

- От перекрёстка Дзержинского (сейчас Гороховая) и Фонтанки по набережной до Аничкова дворца пешком минут десять – я пошёл самостоятельно. Нынешних пацанов трудно чем- то удивить, а тогда, помимо общей радостной атмосферы, во дворце действительно было несколько настоящих чудес.

- Вначале по программе- новогодний спектакль, где всем залом нужно было кричать «Ёлочка, гори!», потом- просто весёлая беготня вокруг ёлки и по залам с огромными зеркалами. Сколько там всего было навыдумано аттракционов– сразу и не расскажешь.

- Я тогда впервые увидел видеомагнитофон. Здоровенная телекамера, подключённая к какому- то шкафу толстым кабелем, оператор в наушниках – и выбранному из толпы счастливчику с сияющими глазами, предлагалось прочитать стишок или спеть песенку – а потом ПОСМОТРЕТЬ НА САМОГО СЕБЯ на экране телевизора. Для начала семидесятых это была просто фантастика.

- В живом уголке можно было увидеть настоящих хамелеонов, которые действительно меняли цвет, им там специально разноцветную панель в террариуме положили- ползёт так зверюга, и сам собой перекрашивается. Можно было пострелять в тире из воздушного ружья, пробками- попадаешь- выиграл подарок.

- У пригласительных билетов были два отрывных талончика- «Буфет» и «Подарок». В буфете тётечка в праздничном костюме выдала мне два пирожных и два стакана сока- которые я с удовольствием съел и выпил, рассудив, что Вовкину порцию всё равно домой не донесу.

- Музыка, хороводы, серпантин – праздник был организован с размахом. Дед Мороз с посохом и окладистой бородой, Снегурочка с косой до колен, клоуны, жонглирующие золотистыми булавами. Фокусник, вытащивший из шляпы настоящего кролика – его потом в живой уголок отнесли. А пацану, который накрывал шляпу платком, позволили скормить кролику капустный лист – все завидовали.

Пират с говорящим попугаем на плече– мне больше всего интересно было разглядеть – у него настоящая деревянная нога, или нет? Разглядел – нога была согнута в колене, плотно прибинтована к бедру и прикрыта камзолом– а от колена начинался фальшивый протез – ну не поверишь же, что ради детского праздника артист позволил отрезать себе ногу?

- Ещё знаешь, запомнилась такая штука – в одном из залов, посередине стоял настоящий арктический надувной спасательный плот- в форме блюдца диаметром метров пять, и с ярко- оранжевым тентом наверху. Сейчас бы сказали, что больше всего это напоминало гигантский гамбургер. Крышки лазов у тента были расшнурованы, получился такой короткий надувной тоннель из прорезиненного брезента, нужно было разбежаться и прыгнуть внутрь – вылезая сквозь раскрытую- даже не знаю, слово дверь как- то не подходит – с другой стороны. Я первый прыгнул не просто так, а кувырнувшись на спину- почти сальто – и после меня все стали прыгать так же.

- Потом по громкой связи прозвучало приглашение за подарками. Новогодние подарки- как же без них? Занавес в зале разъехался в стороны, и барышни в серебряных кокошниках, с нескольких украшенных столов – прилавками не назовёшь- стали выдавать эти самые подарки- больше всего похожие на саквояжики из яркого картона, с новогодними картинками. Внутри- подарочный набор – конфеты, шоколадки, пара мандаринов – там одна стенка прозрачная, видно было.

- Построилось несколько очередей. Я отстоял свою и протянул Снегурочке пригласительные билеты. Она оторвала талончики «Подарок» и протянула мне саквояж. «С Новым годом, мальчик!» Улыбнулась.

- А Вовке? Я же два билета…

- В одни руки один подарок, мальчик. Проходи, не задерживай.

- Вовка, брат мой младший! У него температура! Он дома, прийти не смог!

- Мальчик, проходи – видишь, какая очередь…

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

- Ты веришь, сейчас думаю, знал бы заранее, кто мне мешал просто отдать один билет, спокойно отстоять по соседству вторую очередь, и получить второй подарок?

- А тогда- будто потолок на голову упал, и весь воздух из меня выкачали. В глазах предательски защипало, я на ватных ногах дошёл до гардероба, напялил пальто, не застёгиваясь, и побрёл домой. Губы дрожали.

- От мороза немного в голове прояснилось, обидно, конечно до слёз – ну ладно, лучше останусь я без подарка – потому, что Вовку лишить этой толики радости было бы просто немыслимо – опять же- я ведь сожрал его пирожное?

…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

Дома меня ждали. Пока бабушка кормила обедом, счастливый Вовка со сверкающим взором ковырялся в своём саквояжике –

- Смотри, тут и Гулливер, и Мишка на Севере!* А у тебя такой же?

- Я уже слопал всё.

- И как там, тебе понравилось?

- Да ничего особенного. Строго очень – сюда нельзя, это не тронь, построились в хоровод, мальчики взяли за руки девочек и вокруг ёлки- шагом марш! - Нагло и равнодушно врал я. У нас в школе не хуже, ещё и мультики показывают. Так что ты не много потерял.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Миша помолчал.

- Пятьдесят лет прошло, я Вовке ничего не сказал- тебе вот первому рассказываю. Видишь, запомнилось… ну давай ещё по рюмочке – за лучшие детские воспоминания.

* Гулливер, и Мишка на Севере – популярные конфеты в СССР.

223

КОРМИЛЕЦ

"У многих катание на коньках производит одышку и трясение."
К.Прутков.

Я сидел на скамейке, отгонял газеткой комаров и наблюдал как мой велосипедист нарезал круги по парку.
Рядом пулями носились стайки разнокалиберных роллеров.
Одни; мама с дочкой, даже доверили мне кроссовки покараулить и тоже улетели вдаль на полусогнутых.
И тут я увидел эту странную «пулю» на излете, которая вот-вот должна была упасть. И действительно, она по-чаплински, отчаянно побарахталась в воздухе и больно упала копчиком на асфальт.
Странность этой «пули» заключалась не в ее внешнем виде (мужик азиатской внешности, лет тридцати, в пиджаке надетом поверх свитера, и с большой сумкой в руках) и даже не в том, что человек абсолютно не умел держаться на роликах, главное - он всем сердцем, всей душой ненавидел это свое катание, но ехал, падал, охал, сдавленно матерился, вставал и двигался дальше, чтобы опять катастрофически обрушиться через два с половиной метра.
На это катание было больно смотреть.
Наконец он упал так, что был слышен легкий биллиардный стук головы об асфальт, мужик схватился за затылок, прошипел несколько узбекских слов, знакомых мне по Советской Армии, снял с одной ноги роликовый ботинок и с силой швырнул его в кусты…
Я уже был не в силах выносить это жестокое ролико-харакировое зрелище, собрал вверенные мне кроссовки и направился к несчастному мужику.
Он беззвучно плакал, все так же сидя на асфальте, а мимо проносились смешливые роликовые «пули», оставляя после себя обрывки фраз:
- Мама, дядя упал.
- Смотри на дорогу, а то сама…

Я влез в кусты и принес мужику его роликовый ботинок, бедолага посмотрел на него с нескрываемой ненавистью, но все же надел, поблагодарил и мы разговорились.
Звали его Яша, он наполовину казах, наполовину русский. Яша рассказал, что его семью (жену, двоих детей и маму) выжили из Ташкента и они сидят сейчас где-то в Подмосковной деревне и ждут от своего кормильца кусок хлеба.
А кормильца, тем временем, выгнали со стройки, не заплатив за два месяца ни копейки и он пустился в страшную авантюру: на все последние деньги купил себе самые дешевые ролики и теперь отбивает на них копчик, почки и мозги.

Я не великий учитель катания на роликовых коньках, но как мог поддержал бедного Яшу:
- Не тушуйся и помни, ты научишься гораздо быстрее, чем учились все роллеры этого парка, ведь тебе больше всех надо…

Потом я рассказал ему, как когда-то и сам всю ночь с мокрой спиной ездил по двору, чтобы хоть чуть-чуть научиться водить машину, ведь утром мне предстояло одному отправиться в далекое-далекое путешествие…
А у Яши, до девяти утра в запасе не одна ночь, а целых полдня и еще вся ночь. Должен успеть, обязан, ведь семья надеется на него, своего защитника и кормильца.
Приободренный Яша доверил мне свою сумку, пиджак, и дело у него пошло чуть лучше, он стал падать пореже, только метров через десять, не чаще, но вот, с торможением и поворотами, конечно была беда…

… С тех пор прошло месяца два, и вот вчера в гипермаркете в меня на дикой скорости прилетело что-то большое, но в миллиметре от неизбежного столкновения остановилось как вкопанное. Я даже инстинктивно прикрыл голову.
Это был улыбающийся Яша на роликовых коньках, в фирменной магазинной майке и с картонной коробкой в руках.
До сих пор удивляюсь – И как это он меня узнал в толпе?

Яша протянул мне руку, сказал, что тогда в парке, он всю ночь катался под фонарем, побился весь, но до утра успел научиться сносно держаться за воздух и его одного из целой толпы отобрали на эту работу.
Так же стремительно, как и появился, Яша улетел в даль, с легкостью птицы, лавируя между людьми. Было заметно, что от катания на роликах он стал получать нескрываемое удовольствие…

224

За последнюю неделю на этом сайте появилась серия историй, как авторов мучили в детстве - кого классической гитарой, кого тромбоном или акробатикой. Читая, я испытывал не только сочувствие, но и светлейшую радость, что эта участь меня миновала. Но и вообще, восхитительно написано. Особенно у Garda Lake и Хренонимуса. Пережитые страдания отчеканились в искрометных, весьма эмоциональных текстах. А вот пародии на них потянулись беспомощные и унылые.

Тромбон меня заинтересовал насколько, что я почитал о нем самом. Оказывается, он возник как инструмент католического средневекового жульничества. Представьте - стоит такой хор папских кастратов на балкончике, мужички упитанные, но субтильные, мощности голоса на весь собор не хватает. И вот чудо! Поют сверхъестественно звучно, и как бы не совсем человеческими голосами, а скорее ангельскими. Это потому, что за ними спрятаны те, кто петь вообще не умеет. Зато мощно дуют и водят трубками, переставляя ноты. Громкость хора при этом удваивалась и даже учетверялась. А звук тромбона на высоких нотах практически неотличим от человеческого голоса, лишь более гладок и силен. То есть искусственная металлическая глотка частично заменила человеческую.

Эта находка развеселила меня и вовлекла в размышления о губительном воздействии профессионалов на детское развитие и творчество.

Вот бродили когда-то отроки пастухи по альпийским лугам, перекликались друг с дружкой, грозно или призывно орали на стада. Бегали за заблудшими баранами, махали кнутами - крепкие, подвижные ребята. Натурально голоса у них вырастали звонкие и сильные. Как у Орловой и Утесова в «Веселых ребятах». Пели эти пастухи-пастушки для своего удовольствия и развлечения. И чтобы очаровывать противоположный пол, как это свойственно даже птицам. Мелодичный мощный голос, желание петь от избытка сил и радости жизни - это как бы сертификат полного здоровья, нормального развития и темперамента.

Но самых звучных отроков подмечали коварные папские нунции, зазывали в церковный хор. Если выискивались таланты, ребят ждала ранняя певческая карьера в городах всё более крупных и прекрасных, восторг публики. И делать им там больше ничего было не надо, кроме как петь иногда. Сидеть учить слова, ноты. Лежать или кушать, отдыхая от столь невыносимого труда.

Но вот проходила всего пара-тройка лет, начинал ломаться голос, и для особых любителей такой жизни наступала полная катастрофа! Нет уж, лучше чики-чики, чем возвращаться баранов пасти - решали многие.

И эта кастратская традиция тянулась довольно долго, хотя сами кастраты не размножаются. Им постоянно требовалась свежая кровь в виде новых вовлеченных отроков.

Как только какие-то гуманисты ввели в моду оперы, в которых можно было петь и взрослым голосом, членовредительское музыкальное течение иссякло само собой.

Ту же эволюцию проделал и заменитель человеческой глотки тромбон. За несколько столетий он расползся по всем октавам и пребудет с человечеством навечно, пока существуют свадьбы и похороны, а на них традиция приглашать живых музыкантов. Но вместо веселого самостоятельного пения по альпийским лугам дуть в тромбон, таскать его и смазывать маслом - довольно тяжкий и скучный труд, новых учеников-отроков на который найти довольно трудно. Ряды тромбонистов нещадно косит алкоголизм, в рекордной степени среди всех духовых инструментов. Вот и остается мастерам охмурять мальцов, чтобы заполнить естественную убыль своих рядов в оркестре.

Но это я как бы притчу выдал, заведомо утрированную и упрощенную, а вот в какой степени профи-энтузиасты коснулись в детстве меня лично.

Меня музыкальная школа к счастью миновала, но мама однажды поддалась на заверения одной репетиторши, что она легко научит меня и сестру петь под пианино, играя при этом самому. Как собственно умели практически все дети из хороших семей до революции, так что родителям это показалось логичным - а чем советское культурное воспитание хуже старорежимного?

Но уроки репетиторша вела только на дому у заказчиков. Это было частью ее метода - чтобы талантливое дите в любой момент могло присесть за клавиши по своей охоте.

Так что первым делом пришлось купить пианино за 630 руб., но хорошие видимо начинались где-то тысяч с пяти. От этого же звук был просто мерзкий по сравнению с тем, что стояло у профи на концертах.

Я вспомнил приключения солдата Швейка и добросовестно симулировал музыкальный идиотизм, чтобы отвертеться от этих занятий, сэкономить родителям хоть деньги на них. Пианино всегда можно продать, а потраченных на уроки денег не воротишь! Орал как раненый слон, причинив этим видимо невыносимые музыкальные страдания репетиторше - она меня забраковала тут же.

Хотя петь до сих пор люблю, но только на свободе, не тревожа окружающих - носясь на велике по безлюдным паркам или плавая вдали в пруду.

Сестра же категорически отказалась петь сразу, однако игру на пианино добросовестно изучала еще года два. Видимо просто из чувства ответственности - деньги потрачены, пианино занимает изрядное место в доме, и все ради нас. Ну и жалко ей было репетиторшу - та же ничего больше не умеет, и звезды концертной из нее не вышло. В общем, сестра добралась до сложных классических произведений, но однажды вскипела и сказало свое твердое НЕТ. С тех пор не любит ни петь, ни играть.

С годами я понял, что у нас нормальный музыкальный слух, но потребительский, на восприятие. То есть мы оба любим слушать музыку, четко слышим, когда кто-то фальшивит. А меня лично вообще воротит, если сам фальшивлю, когда пытаюсь напеть понравившуюся мелодию. А если получается правильно - я в восторге, так что часто пробую. Сестра же оставила все попытки петь с детства, просто поверив авторитетному мнению профессионала - вокального таланта точно нет, а играть может и научится.

С детским спортом ровно тоже самое. По сравнению с пытками акробатики, мне достался спорт, скорее похожий на праздник - конькобежная секция на лучшем катке СССР, Медео. Там была поставлена уйма мировых рекордов скорости из-за разреженной атмосферы и льда, таящего нанослоем под ярким горным солнцем. В мае еще можно было кататься благодаря мощным холодильникам, установленным подо льдом по всей его поверхности. Это я любил особенно - катались голыми по пояс, приятно обдувало. После жаркой духоты города свежайший воздух и катание как танец - всегда играла зажигательная музыка. Даже хорошему танцору невозможно мчаться со скоростью коня, а у нас на коньках это получалось.

Фигуристы, мимо которых мы проносились, казались замершими на месте со всеми своими па и пируэтами - как и балет, это все-таки девчоночий вид спорта. Трудно и кропотливо им заниматься, зато приятно смотреть со стороны. Так что пока я носился кругами по 500-м треку, мимо меня мелькали черные пики гор, сверкающие ледники, сосновые рощи и красивые девчонки. Периодически взрывы смеха при одном только виде, как бегут мои товарищи-соперники.

Вот казалось бы, как можно испортить столь прекрасный вид спорта? Оказалось, можно! Видимо, задача любого тренера - научить терпеливо переносить боль и страдания. А если их нет, то надобно их создать. В максимально возможном количестве, качестве и ассортименте.

В июле, например, когда холодильники не выдерживали и каток закрывался, нас везли в сущности в рай - на озеро Иссык-Куль, где воздух и вода солоноваты как в море, вода чистейшая и прохладная даже в жару, а берега густо поросли абрикосами и черешней. Что делал бы там нормальный ребенок? Купался бы самозабвенно, нырял бы с высоченных вышек, поглощал бы фрукты пудами. Это очень способствует и физическому развитию, и обыкновенному здоровью.

Вместо этого под руководством опытного тренера мы долгие часы прыгали по песку лягушками вдоль берега. Оставаясь в спортивной одежде, чтобы не было соблазна окунуться в озеро хоть на минуту своевольно. Только в награду за результат!

Отчего так происходило? Узкая специализация спорта. Тренеру по конькобежке было абсолютно фиолетово, насколько хорошо мы плаваем, как здорово ныряем и тем более сколько фруктов мы сумеем сожрать - для прыжков лягушкой это только помеха.

Очевидно, мечта любого тренера - вырастить существа по своему образу и подобию. Олимпийского чемпиона, мирового рекордсмена. На худой конец, уйму мастеров спорта. Если уж довелось стать таковым самому, то на это понадобилось столько целеустремленности, что вот наш тренер например возможно вообще не умел плавать и нырять с высоты. Во всяком случае, в иссыкульскую воду он заходил крайне редко, только по грудь и всегда пешком. Ну и осторожность - если кто из подростков утопнет сдуру, отвечать ему. Вот лучше пусть не плавают вовсе.

Но даже на льду Медео тренер умудрялся превратить естественную радость быстрого качения в мучение. Подающий серьезные надежды конькобежец не должен отвлекаться на красоты вокруг, а уж на фигуристок тем более! Его задача - глядеть только вперед и думать только об одном - что покажет секундомер на следующем круге, как вынести эту невыносимую физическую усталость и мучительную одышку от скорости на пределе своих сил. Всегда требовалось чуть выше. Только начал кататься с радостной физиономией - вот тебе новая планка, чтобы ты стал снова полон страдания и волевого усилия.

Был и азарт - секция с прекрасным тренером, и при этом бесплатная. Меня переполняла гордость, что я экономлю деньги своим родителям, катаюсь на таком катке на халяву благодаря своему терпению к некоторым неприятным мелочам. А поездки на Иссык-куль вообще джекпот - туда не всех брали, а только самых болеустойчивых и подающих надежды на будущие чемпионы.

Я прокатился туда дважды. Но систематическое прыганье лягушкой по мокрому песку без возможности поплавать убило во мне всякое желание стоять под флагом при гимне с медалью на шее.

Ушел я из большого спорта мальком на выросте добровольно и внезапно для себя самого вчерашнего, как бывает в пору бунтарского отрочества, по случайной причине.

Родителям тогда навязали полную медицинскую энциклопедию за несколько томиков то ли Дюма, то ли Конан Дойля, то ли Стивенсона. Мне ее читать запретили, иначе бы и листать не стал. Но как добрался до статьи с непонятным словом мазохизм, решил что вот это оно и есть в нашей секции - боль себе в радость, официально признана извращением.

Когда объявил тренеру, что ухожу, он реагировал будто я его предал. Он так на меня надеялся! Уговаривал остаться так трогательно, что я чуть не сдался.

Вырвался оттуда как из секты. В ряды многообещающих конькобежных дарований я попал вероятно потому, что лет с двух люблю быстро ехать на велике. Тоже на пределе своих сил, но к какой-то увлекательной цели, чтобы добраться туда как можно быстрее. Цель могла быть купание, рыбалка, грибы, ягоды, костер с шашлыком или печеной картошкой, фруктовые сады, фехтование с друзьями, добраться до скалы, на которую интересно забраться, и еще множество, но главное, что они были! А тут, как ослик бегом за морковкой, вращаешься по Медео тысячами кругов, а вместо морковки тебе какой-то разряд по секундомеру.

Примерно в этом духе я и объяснил тренеру, почему ухожу.

Но сейчас, по прошествии почти полувека с тех времен, я понимаю, что он был просто мой спаситель, втянув в меня в эту секту. В гопницкие 90-е сильные меткие ноги не раз меня выручали, ударами в череп или по яйцам, или стремительным бегом при численном превосходстве противника.

Однако удивляюсь, почему родители до сих пор подписывают своих детей на мучительные виды спорта, когда есть уйма радостных.

"Малыш уж отморозил пальчик, ему и больно, и смешно, а мать грозит ему в окно" - вот что бывает, когда ребенок занят чем-то для него увлекательным.

Я морозил пальчики на руле велика, оттого они и горячи до сих пор в холодную пору. И при беге на коньках пальцы рук мерзли, потому что были в бездействии, но как-то выучились греться сами.

Секции и секты - примерно одно и тоже. Идиотская с виду вера дает иногда полезные плоды.

225

Вот были люди в наше время!
один печальный факт констатирую: целые профессии исчезают почти бесследно, оставляя лишь жалкую тень. А с ними и люди - великое множество людей! - что могли бы плодотворно и честно трудиться на своём рабочем месте, радовать результатом своих трудов окружающих.

Вместо того они, лишенные теперь своих промыслов навсегда и пущенные по миру, за своей ненужностью, влачат жалкое существование «лузеров» и неудачников: а могли бы достойно жить и чувствовать себя Людьми…

Обидно, да!

Скажем, кто такой сейчас музыкант в ресторане? «Лабух»! И сохранились ли они вообще – я точно не могу сказать. А в былые-то, застойные (достойные!): музыкант в ресторане! Да это же золотое дно, Клондайк, Эльдорадо! Каждый вечер суют тебе пьяненькие посетители деньги за пазуху: «Сыграй для меня, пожалуйста!». Да, ресторанные музыканты дома тогда себе строили - не хуже сегодняшних барыг, и были те дома – полная чаша!

Или, положим, швейцар на дверях того же ресторана – Петрович, какой-нибудь, или Кузьмич. Да, у него власти было – как у Первого секретаря обкома партии. Только что, на того-то можно было какую-никакую управу по случаю найти: выше пожаловаться. А Кузьмич если заартачился, да решил тебя сегодня в ресторан не пущать – физиономия, может, твоя не понравилась, - так уже и не пустит: «Нет мест, говорю!». И моли бога, чтоб не заприметил тебя, не запомнил: сроду ты больше в этот кабак не попадёшь!

И тут, как раз кстати, о физиономиях: случалось, что в честь швейцара того и ресторан начинали именовать. Да – в нашем морском городе морячки так кабак в центре города и прозвали: «Свиное рыло». По сходству чисто внешнему швейцара тамошнего. «Ну, чего – в Свиное рыло нынче ужинать едем?». Швейцар тот давно исчез от дверей, а название так и прижилось, да осталось: вот, как человека труда в те времена увековечивали!

Ну, а про грузчиков мебели уже и куры не поют! Исчезла каста небожителей - напрочь. Ездит сейчас какой-нибудь притихший грузчик – доставщик мебели рядом с водителем мебельного автофургона, а то и сами сборщики мебели заказ доставляют.

А вот был у нас в рейсе в середине восьмидесятых Жора – грузчик мебельного магазина: человек! Затесался в ряды моряков загранплавания, пролез. Ненадолго, правда – на один, буквально, рейс. Чтобы магнитофон «Шарп», значит, в загранпорту Лас-Пальмас за причитающуюся валюту приобрести.

- Так ты бы, дурень, в комиссионку, вон, пошел, да купил – при таких-то калымах!

- Нет, я фирменный хочу! – крутил нос Жорик.

«Фирменный», имелось в виду – купленный не в индусской лавке «Супер Перрис», или «Маршал Жуков» ( с буквой «л» наизнанку на вывеске ), что теснили друг друга на улице Альбареда солнечного Лас-Пальмаса, а в самом фирменном магазине «Совиспан» (которым лихо и умело заправляли такие же индусы), ориентированным исключительно на советских моряков.

Та же лавка, только большая и централизованная.

Правда, в тот свой единственный рейс Жорик морским грузчиком работать не пожелал: в трюме же работа на износ – не его это было. Они в мебельном магазине своей шайкой по-другому орудовали. Привезут, скажем, купленное добрыми людьми пианино к подъезду дома панельного:

- Ну, что, хозяин, сколько даёшь, чтоб мы на твой пятый этаж его вручную запёрли? В лифте-то нельзя – не положено!

- Червонец.

- Ну, это нам только из кузова на асфальт выгрузить.

- Пятнадцать.

- Там же стоит.

В итоге, догоняли таксу до двадцати пяти рублей, и, без затей затолкав пианино в лифт, профессионалы своего дела выгружали тяжеленный инструмент на нужном этаже и заносили в квартиру.

И все были счастливы.

https://proza.ru/2023/10/15/774

226

От Питера до Красноярска самолёт летит четыре часа. Дело в том, что разница во времени у нас тоже четыре часа – получается забавно – летишь в Сибирь, сел в самолёт в два, вышел в двадцать два. А летишь обратно – сел в два, и выходишь в два.

В самом начале девяносто второго года мы с приятелем- Максом отправились туда по делам - заработать маленько. Макс там сидел когда- то, сохранил старые связи – по телефону выяснили, что там есть, и чего не хватает, набили несколько здоровых коробок товаром, и пустились в негоцию- покорять бескрайние просторы Сибири.

Надобно отметить, что смотреть на тайгу из иллюминатора- завораживающее зрелище. Ленобласть от отсутствия леса тоже не страдает, но такого его количества мне раньше видеть не доводилось. Это не море- это совершенно бескрайний зелёный океан.

В аэропорту нас встретили, сразу забрали часть поклажи, и подвезли к гостинице. В Красноярске, на одном из островов посреди Енисея стоит стадион, где выделена небольшая жилая зона- номеров на шесть- восемь. Вот там мы и остановились.

Рулил всей процедурой Макс, я был на подхвате, и в качестве личного представителя кредитора, что оплатил большую часть товара. В одиночку перетаскивать этот груз всё равно было нереально.

На улице минус тридцать по Цельсию, солнце слепит, как на сварку смотреть, и не холодно – для Питера минус тридцать- это почти апокалипсис- из за высокой влажности. А в Сибири – хоть бы что.

Четверо суток мы с Максом гоняли по городу и окрестностям, пристраивая привезённое. Основные покупатели- бывшие зэки, устроившиеся вольняшками в посёлках возле зон, занимающиеся полулегальными поставками требуемого и необходимого- за колючую проволоку.

Офицеры охраны тоже были замазаны в этом бизнесе. Последняя коробка ушла в посёлке- не помню названия. Рядом была зона общего режима, посредник радовался как ребёнок – всего навсего двенадцати килограммам жевательных конфет – но там такого просто никогда не видели. Заплатил почти в полтора раза больше, чем договаривались- там цены другие, не то, что в Европейской части.

- Да у меня это с руками оторвут! Везите ещё, тут озолотиться можно!

Домой возвращались под утро – надобно отметить, почти сутки не жравши. Водитель с армейского грузовика высадил нас возле открытого не пойми, то ли кафе, то ли просто обжорки- но там был свет в полпятого утра.

Кафе оказалось Корейским, и ночная смена по- Русски могла произнести только «Зрасти» и «Кушать».

Что это было, и как называлось, я произнести не могу. Глиняный кувшин, объёмом поменьше литра, внутри крепчайший горячий бульон, мясо, лапша, овощи какие- то, вкусно и сытно невообразимо… кто пробовал хаш на Кавказе, или бограч в Закарпатье, меня поймёт. Колобки (вроде рисовые?) в качестве хлеба на столе. Мы думали с голодухи, что маловато будет, но доедали уже с трудом, тяжело дыша и обливаясь потом. Был ещё зелёный чай – с непривычки та ещё отрава, но потом затягивает – если маленькими глотками.

Появляется хозяин – глазки вразрез, как положено, но хоть по- Русски говорит- а то у его девчонок мы даже добиться не могли – сколько должны- то?

Рассчитались. Весьма недорого получилось. Макс, по своей привычке всех подкалывать, пристал – а что мы такое съели?

- Собак небось на свалках отстреливаешь, потому так и дёшево?

- Нет свалка, нет свалка, своя ферма выращиваем. Собасика, осень фкуссно…
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

Немного поспали, и двинули к Максову приятелю – на охотничью заимку. Дело сделано, можно отдохнуть. Я так понял, что это была частная полу гостиница, полу комплекс для отдыха местных администраций и представителей криминалитета.

Построено не просто с размахом- воображение поражает сруб из лиственницы, каждое бревно побольше полуметра диаметром. Высокий забор – тоже из брёвен, холл с камином – кабана можно целиком зажарить, рубленые лавки – не подвинуть, не поднять, столы такие же. Шкуры медвежьи, головы кабаньи на стенах – бегемот рядом моськой покажется, там клыки сантиметров по пятнадцать.

Баня на берегу Енисея – такая же по- Сибирски основательная, как и все остальные постройки. Веники- не то можжевеловые, не то из лиственницы – если при ста градусах подкинуть на каменку, и пройтись веничком – впечатление, что шкуру сдирают. Но не ударишь же в грязь лицом перед хозяевами? И дух такой – голова кружится.

Купаться в реке- тоже лицом в грязь не ударишь. Пришлось соответствовать. Процедура происходила таким образом – к омовению допускались только по двое- трое. Техника безопасности. У Енисея очень сильное течение – затянет под лёд – хоронить нечего будет. Вода ледяная. Во льду выпилена полынья, обматываешь на руке потуже пеньковый трос, ныряешь с головой, ощущение – как в кипяток опустили, а потом те, кто наверху, помогают тебе подняться по лестнице – причём нижние ступеньки обледеневшие. Меня фактически выдернули из воды за верёвку- ну, мужики поздоровее меня будут – я там в компании был самый дохлый (85 кг).

- А ничего, Питерский, могёт…

Хозяйка накрыла на стол – вкуснее всего была какая- то сырая мороженая рыба, строганина- и фантастический местный соус к ней – не то брусника, не то облепиха. Пили, разумеется спирт. Мне удалось заслужить каплю уважения собравшихся тем, что я не стал его запивать, махнул залпом с треть стакана, выдохнул, и рыбки.

И ещё вкуснейший квас- самодельный из лесных ягод.

А вот от чифиря с чайными камушками отказался – это не напиток, а вырвиглаз. Поближе к огню в монументальном камине ставится стальная кружка объёмом на литр, в жестяном лотке для промывки золота, на огне раскаляется десяток речных камней с ноготь размером, когда густое коричневое варево закипает, камушки высыпаются в кружку. Завораживает смотреть, насколько МЕДЛЕННО всплывают и лопаются пузыри.

Как это можно пить – вообще не представляю. Но Ефим- приятель Макса, с рыжей бородой и весь в тюремных наколках- пил с удовольствием, отдуваясь и ухая.

Утром меня отвезли в город – нам с Максом не удалось взять билеты на один рейс, я улетал раньше, а Макс остался пьянствовать у Ефима, поэтому не застал тот безумный скандал в аэропорту, которому мне довелось быть свидетелем…

ИЛ 86 рейсом Красноярск- Санкт- Петербург прошёл по рулёжке к началу взлётной полосы – не знаю, как сейчас, а тогда она была единственная, и остановился. Через полчаса пилот объявил, что вылет откладывается. Минут через сорок открыл аппарели, и выпустил пассажиров – дышать в салоне стоящего судна с выключенными двигателями было невозможно. Повезло, что это был именно Ил – в Туполевском самолёте пришлось бы сидеть до обмороков – или двигать обратно к аэропорту.

Оказалось вот что – группа пассажиров с транзитного рейса - Владивосток- Хабаровск- Иркутск- Красноярск- Екатеринбург – Петербург (вроде бы так, но могу и ошибиться) уже четвёртые сутки пыталась двигаться этим маршрутом.

То неисправен самолёт, то нет погодных условий, то ещё что - пассажиров довели уже до белого каления. Когда в Красноярске им объявили, что рейс опять задерживается на неопределённое время по непонятным обстоятельствам и выдали багаж, случился настоящий взрыв- критическая масса бешенства была преодолена. В группе присутствовали несколько охотников, они распаковали из багажа ружья и карабины, и встали поперёк взлётной полосы с требованием –

- Пока не улетим мы, отсюда не улетит никто. Попробуете нас остановить- открываем огонь.

К тому времени, что наш самолёт сделал попытку взлететь, скандал за пару часов уже набрал приличные обороты. Какой- то мент вовсю орал что- то в мегафон, рядом, не вмешиваясь и посмеиваясь, стоял вооружённый наряд охраны, даже не делая попыток достать оружие- себе дороже, один выстрел, и неизвестно, кто кого положит – а охотники стреляют так, что ментам и не снилось.

Надобно отдать должное мужикам – каждый час, на пятнадцать минут они освобождали полосу – чтобы дать возможность посадки кружившим в небе прибывающим бортам.

- Ещё раз говорю, разойдитесь! Последствия могут быть непредсказуемыми! Ваш вопрос уже решается! Обещаю, что меры будут приняты в кратчайшее время! Разойдитесь, и администрация согласна считать инцидент мелким хулиганством безо всяких последствий! В противном случае ваш поступок будет квалифицирован, как попытка вооружённого захвата аэропорта! Уже вызваны подразделения внутренних войск, РАЗОЙДИТЕСЬ!!!

- Да пошёл ты на х..й, мудак! Я ещё три дня назад должен был быть в Питере по важному делу. А если я скажу, что за дело, и кто меня там ждёт, вы тут все вообще обосрётесь!

Мы курили неподалёку- и всё слышали.

- Мужики, а вы что, в Питер летите?

- Думали, бл..дь, что летим. Как видишь, думать у нас вредно.

- Так вот же борт в Питер – у нас полсалона пустует. Залезайте, да полетели.

Как был решён вопрос с местными, я не знаю, но уже через полчаса все, кто из этой компании летел в Питер, грузились в наш ИЛ, провожаемые завистливыми взглядами пассажиров, летящих только до Екатеринбурга. Полосу освободили, бойни с перестрелкой не случилось. Уф.

Мы благополучно прибыли в Питер в тот же час, в который вылетели.

Да, а хитрюга Макс свою долю у Ефима получил соболиными шкурками от браконьерства, и продал в Питере втридорога. Думаю, он поэтому и остался, а не оттого, что билетов не было. Это у него вроде как параллельный гешефт. В конце концов, имеет право- идея и воплощение всей сделки принадлежали ему.

Такие небольшие очерки – просто дань моих воспоминаний о могучей Сибири. Суровый край, суровые порядки, суровые жители…

227

Банальная мысль, что места безмятежные, расслабленные, обсыпанные белыми пляжами, нередко и совсем не так давно были по уши в крoвищe, и никто не знал там слова «баунти», и все работали тяжело и жарко и только успевали уворачиваться от великих народов, пинающих друг другу, как футбольный мячик, их маленькие острова и их малостоящие aзиaтскиe жизни. Иногда я думаю, что в отпуске историей страны лучше не интересоваться.
Раньше про Албанию рассказывали с ужасом. Где-то там, в горах, прячется страна-затворник, и нищие крестьяне, не ведающие электричества, уныло ковыряют землю на осликах и волах. На самом деле этот затворник всем и всегда был позарез необходим. И грекам, и римлянам, и вандалам, и болгарам, и туркам, и сербам, и итальянцам, и немцам, всем. Маленькая страна с выходом на Адриатику и Ионическое море - это вам не кусок хмурой тундры. Как мы поняли из отрывочных и поверхностных сведений, на момент окончания Второй Мировой, пережив последовательно несколько оккупаций, албанцы были обреченно бедными аграриями, безграмотными на 98 процентов. И на этом фоне к власти пришли коммунисты. Сами пришли, в отличие от соседей, без братской помощи, своими силами справились, своими домашними пассионариями обошлись, добровольно и с песней, по принципу «хуже уже быть не может».
Тут можно было бы написать, что дальше все было предсказуемо, но кто в самом жутком помутнении разума может предсказать страну-концлагерь, тридцать седьмой год длиной в сорок четыре, добровольную изоляцию от всего мира, где даже Советский Союз и Китай - это прeдaтeли, приспешники Запада, вpaги, растоптавшие идеалы сталинизма? Больше, больше aдa, «уголовные статьи должны быть жестче и строже сталинских», оборвем все связи, нароем инфернальное количество бункеров по всей стране, чтобы торчал такой в каждом дворе, чтобы страх и паранойя подмешивались в чай; репрессии пятидесятых, репрессии шестидесятых, семидесятых, восьмидесятых, этнические чистки по принципу борьбы с партизанами - рот открыл один, а мы пoкapaeм всю область, будем силкoм paзъeдинять ceмьи, вышлeм их в труднодоступные районы, чтобы пoлзaли там от дома до поля под надзором полиции. Казалось бы, куда ж высылать-то, страна с гулькин нос. Ничего, выкрутились, нашли места. Тайная полиция в каждом окне, и от этой жути ты уже готов донести сам на себя. Ждали нaпaдeния вpaгoв-югocлaвoв, голодали, боялись, умиpaли, пытaли друг друга, сходили с ума. Только по официальным данным репрессиям подверглась треть страны. Объявив первое в Европе атеистическое государство, взopвaли цepкви, взopвaли мeчeти, верить запретили, за крeщeниe kaзнили. Едешь сегодня по деревням и думаешь, что ведь пейзажи кажутся такими близкими, итальянскими, но что-то все равно не то. А церквей нет. Ни в одной деревне не торчат ни шпили, ни минареты, только в больших городах строят их заново - новые и глянцевые.
Машина, рояль, магнитофон не просто были недоступны, а запрещены. И ясно, что их всё равно было ни купить, ни достать, но даже свались они с неба, владеть «буржуйским» считалось преступлением, и аскетизм вынужденный умножался на насаждаемый.
А потом рабочие, чьи условия труда в статьях про Албанию сейчас называют «диккенсовскими», с диким остервенением лoмaли, кpyшили, жгли, рвaли и кpoмcaли все памятники Энверу Ходже, все его портреты, книги, его изречения, высеченные на камне, его цитаты на красных тряпках, натянутых над сценами в дворцах культуры. От этих дворцов сейчас тоже торчат одни остовы. Иногда попадается по дороге такое страшное: полуразрушенные колонны, кривой фасад, куски гипсовых пионеров с ржавыми горнами, призрак сталинской городской архитектуры, останки социалистической жути.
А потом к ним пришли девяностые и они все чуть не умepли. Деньги одномоментно исчезли. Ни пенсий, ни накоплений, ни еды, ни работы. Армия и полиция разбежались. Из тюрем ушла охрана, открыв двери, и арестанты однажды утром обнаружили, что они больше никого не интересуют. Орды мафиозных группировок рвaли остатки страны между собой. Молодые люди бросились прочь, и это самый тяжелый и непоправимый урон, который был нанесен Албании. Немецкий обозреватель в докладе CDU употребил ветхозаветное слово Exodus, «a tremendous loss», сказал он. Бежали подросшие дети, одни, без родителей. Я вообще не могу себе этого представить. Это как?? «Мы с папой не можем, бабушка и дедушка больны, мы их не бросим, беги один, ты уже почти взрослый мальчик, тебе повезет.» Так? В страну вошли итальянские войска, они не могли и не пытались навести порядок, они просто охраняли грузовики с гуманитарной едой.
У нас говорят “there is no business like show business”. Но я бы сказала то же самое про туризм.
Вдруг в какой-то момент выяснилось, что весь этот ад происходит в совершенно райских декорациях - длинные изящные галечные пляжи, теплое-теплое море со всеми подходящими сюда идеальными цветовыми эпитетами - и темно-голубое, и светло-зеленое, и лазурное, и изумрудное, и бирюзовое, и какое угодно, и вода такая чистая, как бывает только на островах, и дивный климат, полугреческий, полуитальянский. Оказывается, не нужно пахать на волах, вот же он, Клондайк, лежит под ногами, и потянулись туристы, и запрыгали по склонам белые отели, их широкие длинные балконы напоминают по форме волны, спускаются ступенчато, красиво, никаких больше коробок и прямых углов, изыск, мягкость линий, открыточный и манящий курортный дизайн, и вдоль каждого белая лестница, и над ней цветы, и кругом цветы, и на каждый этаж можно попасть с улицы, как часто строят на побережьях. Террасы, завтраки на море, кофе, ступеньки прямо на пляж, зонтики, и вдоль берега вся кухня итальянская, и на гриле дымятся осьминоги и кальмары, и официанты носятся с ведерками и бокалами, а чуть уедешь вглубь - на вертелах крутятся бараны целиком, пекутся слоеные пироги и албанский сыр, и везде хорошее вино, и улыбки, и радостная доброжелательность удивленной свалившимся счастьем и еще не перекормленной туристами страны.
Народу в сентябре совсем мало, пляжи тихие, а бархатный сезон по-настоящему бархатный, не только по календарю, как в Испании, когда что август, что сентябрь - здравствуй, сковородка раскаленная. Жары нет, а море теплое, почти тропическое. В предпоследний день после обеда вдруг полил дождина, загоральщики разбежались, наши дети уползли в отель, и на всем длинном берегу остались только мы, сидящие в бурлящей воде, как в теплой ванне, ошалевшие от блаженства, а еще два грустных бармена, которые не смогли бросить нас на произвол стихии, без внимания, заботы, тепла, любви и мохито.
Смотришь на это и думаешь, что море лечит шрамы любого масштаба. Еще немного, и всё затянется, забудется, и будет тут маленький тихий филиал рая, весь из волн, пляжных зонтиков, белых платьев и бугенвиллей.

Lisa Sallier

228

Друзья жены пригласили нас всей семьей к себе на дачу. Она говорит, хорошие ребята, сын у них ровесник Артёму нашему, правда, давно их не видела, лет десять, как среди друзей и полагается.

Для меня новые знакомства с шести лет стресс, я упирался, говорил, что я уже знаю двух людей, ее и Артёма, мне больше не надо. А жена настаивала, мол, ей нужна светская жизнь. Я решил, пусть уж лучше ведёт свою светскую жизнь под присмотром, и сдался.

Хозяйка дома встретила нас у ворот в холщовом сарафане в пол, и я понял, что мы попали.

Формально это была не дача, а деревня старообрядцев. Хозяин повсюду носил с собой топор. По двору бегали куры. Все семейство натурально ходило в лаптях. Собственно, этим они и зарабатывали теперь на жизнь, как выяснилось. Раньше эти двое прозябали, как все нормальные взрослые несчастные люди, в офисе, а сейчас плетут корзинки и лапти на продажу.

Приставка «эко» в их доме полагалась практически всем существительным без исключения. Любимая присказка хозяйки — «матушка-природа этого не любит». Так она ответила на мой вопрос, есть ли здесь wi-fi.

— Пусть мужчины похлопочут по хозяйству, детишки поиграют, а женщины займутся обедом, — провозгласила хозяйка.

Я еще не закончил постигать сакральный смысл идиомы «хлопоты по хозяйству», как уже обнаружил себя и хозяина за починкой какого-то плетня. В процессе я посадил три занозы в неочевидных местах и прищемил голову.

Под «детишки поиграют» подразумевались Артём и их сын, которые два часа ходили по двору кругами и монотонно дули в попу деревянным свистулькам. Это были единственные игрушки в доме.

Что касается обеда… Жена потом рассказывала, крестясь, что она повидала на своём веку немало кулинарных аномалий, но технику приготовления супа путём баскетбольного метания в кастрюлю цельных картофелин, кабачков и качанов капусты она встретила впервые.

Ели мы этот деревянный (по вкусу) эко-суп из деревянных эко-мисок деревянными эко-ложками, разрисованными, судя по экспрессивным разводам, здесь же.

На десерт подали арбуз. Артём откусил его и заплакал — арбуз оказался солёным (так его еще наши предки вятичи засаливали). Тут жена незаметно наклонилась ко мне и шепнула:

— Прости, я не знала, что они чокнулись.

В этот момент, по иронии судьбы, хозяева и правда чокнулись двумя вёдрами кваса.

— Не говори так, — шепнул я жене в ответ, — матушка-природа этого не любит.

Вечером мы честно хотели уехать, но хозяин дома вежливо сказал, что он нас не отпускает, при этом у него в руке по-прежнему был топор.

Мы сидели у костра, хозяева пели что-то акапелла на древнеславянском, и тут я заметил на плече хозяйки жирного комара. Я попытался его убить, но хозяйка погрозила мне пальчиком и продолжила петь, а комар — сосать.

— Папа, я боюсь эту тетю, — прошептал Артём.

Спать мы улеглись в большой избе без комнат (сооружение было целиком вырублено из векового дуба) все вместе вповалку с петухами и курами.

Через пять минут захрапел хозяин, через десять хозяйка, через пятнадцать сын, так и не выпустивший деревянную свистульку изо рта, чем многократно усилил эффект, а через двадцать петух, который при этом ещё и подкукарекивал во сне.

— Ты спишь? — спросил я жену.

— Очень смешно, — ответила она.

— Что происходит? У них наследованное апноэ сна?

— Ты ничего не понимаешь. Это эко-храп.

— Пап, а до Москвы отсюда далеко? — раздался из темноты голос Артёма.

Мы уходили на цыпочках по вечерней росе. В том месте, где плетень чинил я, зияла спасительная брешь.

Оказавшись в машине, я хотел на прощание посигналить у них под окнами, чтобы петух проорал хозяину прямо в ухо. Но не стал.

Ведь матушка-природа этого не любит.

© Олег Батлук

229

До-ре-ми-фа-соль-ля-си, кошка села на такси
История из моего далёкого детства.

Я окончила второй класс, весело провела каникулы у бабушки в деревне и в конце августа вернулась домой, где меня ждал сюрприз, прям сюрпризище. Незадолго до моего возвращения мама встретила тетю Люду, которая с гордостью сказала, что дочка поступила в музыкальную школу, а днем ранее моя мама встретила тетю Машу, дочка которой тоже поступила в музыкальную школу на скрипку. В разговоре выяснилось, что даже бездарь и тупица- дочка Марии Петровны пошла в музыкальную школу. Мама решила, что такой талантливый ребенок, как я, просто обязан получить музыкальное образование. Мое мнение вообще не принималось в расчет, да и спорить с родителями у нас было не принято. Это был мой смертный приговор...
Благодаря связям моей мамы, меня взяли без экзаменов и уже после начала учебного года. Мама пришла радостная домой и объявила: «Доченька, ты с понедельника идешь играть на гитаре!». Выбор инструмента был не случайным, пианино просто не поместилось бы в нашей хрущевке, от воя скрипки нас бы убили соседи, а аккордеон я бы просто не унесла. Я была довольно высокой, но худенькой и хрупкой девочкой, сейчас бы сказали анорексичного телосложения, но тогда таких слов не знали.
Папа хмуро спросил «Сколько?». Мама радостно ответила, что для любимого ребенка никаких денег не жалко.
Я противилась, как могла. Но у мамы были железные аргументы, самый лучший из которых, что вот пойдете в поход с друзьями, а ты вечером возле костра достанешь гитару, сыграешь пару аккордов и споешь всем «Солнышко лесное».
Именно поэтому меня записали на КЛАССИЧЕСКУЮ гитару. Никаких аккордов и барре, никакого «Солнышка лесного», просто перебираем струны пальчиками. Вернее даже так, села аккуратно, плечи прямые, левую ногу на подставку, левая кисть бубликом (это мой преподаватель так говорил), большой палец внизу грифа, правая рука расслаблена, пальцы крабиком (опять таки его слова) и перебираем струны. Ми-си-соль-ре-ля-ми. Это названия струн, сколько лет прошло, а до сих пор помню. Четвертая ре у меня чаще других рвалась, но это я отвлеклась.
В ноябре мне подарили гитару и синтетические струны со словами «Дарим сегодня, но это тебе подарок на Новый Год, Дед Мороз передал». Наверное тогда я полностью утратила веру в Деда Мороза, он бы так подло не поступил.
Обучение гитаре шло в пакете с сольфеджио и с вокалом. О сольфеджио скажу коротко, у меня наверное была нотная дизлексия, но тогда таких слов не знали. В сегодняшней Европе мне бы сделали упрощенную программу для дизлексиков и я была бы круглой отличницей по программе для специальных детей, но и такого слова тогда не было, все программы были одинаковыми и все дети были нормальными или просто лентяями и двоечниками. В ноты я попадала с вероятностью попадания спортлото. Довольно часто один номер (нота в моем случае), реже два, раз в год даже три номера, а уж пять никогда. Наверное у моей мамы были очень хорошие связи, коль меня оттуда не выгнали после первого же занятия.
Петь мне нравилось. У меня не было особого таланта, но в целом было терпимо. Я и сейчас после лишней рюмки могу в караоке спеть. В любом случае, в хор меня взяли мгновенно. Сейчас я понимаю, что взяли меня только из-за размера одежды. У девочек в хоре был бордовый сарафан и розовая блузка с бантом, это была собственность музыкальной школы, но на протяжении поколений эту одежду давали домой, где мамы заботливыми руками стирали, гладили и пришивали оторванные пуговицы. Лет за 5 до этого какая-то мама сильно заузила сарафан для своей слишком худой дочки и не оставила запаса в швах, поэтому для этого сарафана искали самую худенькую девочку, так я прошла кастинг и стала хористкой.
С инструментом все шло очень плохо. Я не различала ноты и путала пальцы, сбивалась с ритма и пропускала целые строки, меня ругали каждый день и за все время у меня была лишь одна четверка. Это был позор, особенно учитывая, что в школе я была круглой отличницей.
Все остальные дети быстро осваивали инструмент и уже играли Н.Паганини, а я была на уровне «во поле березка стояла» и, как в видеоигре не могла пройти этот уровень. К тому же у меня было много пропусков из-за болезни,я часто простывала и сидела на больничном. Кроме этого, я однажды обожгла палец и меня освободили от гитары. Один раз, помогая папе, сильно попала молотком по пальцу, тоже на пару недель освободили. Так что интерес к мужским работам у меня стал развиваться примерно в тот период.
Да, отдельным бонусом к музыкальной школе шел запрет на мороженное. Нет, это не рекомендации педагогов, а частная инициатива моей мамы, мол чтоб горло не заболело, а то опять неделю на больничном сидеть.
Сейчас я не могу вспомнить, два года или три длился этот кошмар, но я точно помню день, когда моя музыкальная карьера завершилась. В конце года организовали концерт для родителей. Большинство детей выступали малыми группами, запомнилось трио скрипачей Майя Каждан, Боря Рингель и и Лена Кац. С учетом моего уровня, найти мне место в квартете или квинтете представлялось сложным, поэтому мне выделили сольный номер. На репетициях мой преподователь ругал меня, но был вынужден постоянно снижать планку. Первые 5 предложенных композиций я даже не смогла начать толком. Выбор остановился на «К Элизе» Бетховена, ми-ре-ми-ре-ми-си-ре-до-ля. Дальше этого пактически дело не шло. Выступление было под вопросом. Преподаваль вынес приговор безнадежному больному: «играй, что умеешь» и это было его роковой ошибкой.
В день концерта моя мама, к моей превеликой радости, была в командировке, поэтому в музыкальную школу меня повел папа. Взял отгул на работе, одолжил у коллеги фотоаппарат, чтобы сделать фотографии для мамы и стал готовиться вытирать слезы радости. Мужчины иногда плачут от радости, это очень трогательно. За компанию взяли мою лучшую подругу, такие эмоции надо разделить с близкими людьми. И вот он мой звездный момент. После всех детей, которые уверенно сыграли очень сложные фуги и увертюры, на сцену выходит худенькая хрупкая девочка, грациозно садится на стульчик (вот за осанку меня никогда не ругали!) и как заправский урка лабает «чижик-пыжик, где ты был». Зал не взорвался смехом только из-за врожденной интеллигентности слушателей, они закрывали рот кулаком, краснели и потели от приступов смеха, вытирали слезы, но стойко держались. У папы точно лились слезы, наверное растрогался, говорю ж вам, мужчины плачут от радости. Свидетелей моего позора было двое- мой папа и моя лучшая подруга Наташа, которая ввиду полного отсутствия музыкального слуха до сих пор уверенна, что я отлично сыграла.
Когда мы вышли после концерта, мой папа предложил отметить это дело. Мы пошли в детское кафе (были такие в наше время) и после котлеты «ниф-ниф» с гарниром из морковки «братец кролик» мой папа заказал нам 2 огромных мороженных с шоколадом, мое счастье было безграничным, я столько лет его не ела. Это была полная и безоговорочная победа! Я-гитара 1:0!
Не знаю, о чем и как папа говорил с мамой, но на следущий год меня отдали на плавание, а высвободившиеся от музыкальной школы деньги пошли на покупку обоев и ремонт квартиры. Моя музыкальная карьера была завершена на самом пике и я оставила о себе неизгладимое воспоминание в стенах школы. Гитара до сих пор хранится где-то у родителей как напоминание о бесцельно потраченных ресурсах.
П.С. Да, мой муж играет на гитаре, а вот сын пошел в маму... Круглый отличник.

230

На мой взгляд, синоптики, выдающие прогнозы температуры «по ощущениям», занимаются ярко выраженной лженаукой. Потому что вряд ли существуют дипломированные специалисты ощущологи типа сомелье, которые испытывают погоду на себе и свои личные ощущения публикуют. Скорее всего, существуют псевдоматематические формулы, связывающие температуру по ощущениям со скоростью ветра, влажностью и тому подобным. Но в этом случае их результаты явно нелепы!

Вот сейчас, утром 14 октября, Гидромет считает, что температура по ощущениям в моем районе 0С, в то время как нормальная физическая +3. Разница всего в три градуса возможна только в том случае, если горожанин, тепло одевшись и предельно закутавшись, идет всего несколько минут до парковки или ближайшей остановки общественного транспорта, выставив наружу из-под шарфа только глаза и нос. Примерно так космонавт в открытом космосе чувствует себя примерно одинаково что при +200 на солнце, что при -100 в тени.

Мои же ощущения в это хмурое утро были сродни ощущению любого человека, работающего или отдыхающего на свежем воздухе, а не взаперти в хорошо отапливаемом помещении. Выехав на электровелике одетым в плотную куртку, свитер, шарф на поллица и зимние перчатки, я буквально задубел уже минут за десять, потому что сидел почти неподвижно при скорости 40-45. По личным моим ощущениям, вокруг была лютая зима где-нибудь в Антарктиде, на Колыме или в Питере.

Тогда я выключил мотор и бешено завертел педалями, просто чтобы согреться. Телу сразу стало тепло, а вот пальцы рук продолжали отмерзать. Доехав до места, я побежал, часто и крепко сжимая и разжимая кисти рук, как с эспандером. Натурально, они тут же согрелись. Еще через четверть часа я стоял голый, с полотенцем вокруг чресел, в тихом безветренном месте у сходней в воду, и мне было жарко! Потому что накануне при погружении в эту воду организм ужаснулся, что его хотят то ли утопить, то ли заморозить насмерть, так что запустил сердце на полную катушку согревать все конечности. Вода с наскоро обтертого полотенцем тела быстро испарилась, но мне опять стало холодно! Потому что я пару минут постоял без движения, любуясь рассветом. Далее в обратной последовательности - как я ни кутался, возвращаясь домой опять окоченел, потому что сидел неподвижно, внимательно следя за дорогой.

Но в дороге этой мне попался навстречу негр с курьерским ящиком за плечами, на электомокике вообще без педалей, едущий с дикой скоростью. По всем законам физики он обязан был замерзнуть! Но его лицо было совершенно счастливо и безмятежно. Наверно, наслаждался прохладой после своей Африки. Вспомнилось, что у южных народов ад - это очень жаркое место, а вот у эскимосов и чукчей ледяное. Таковы нормальные человеческие ощущения :)

231

Как молоды мы были…

В восьмидесятые годы срок обучения на вечерних факультетах в институтах составлял шесть лет, не знаю, как сейчас.

Первым, кто попробовал провести эксперимент по его снижению, был ЛПИ им. Калинина – Ленинградский Политех – во всяком случае у нас в городе, мне так кажется. Чтобы попасть на эту программу, надо было иметь Ленинградскую прописку, и диплом о среднем техническом образовании (техникум) по выбранной специальности.

Первой экспериментальной группе курс отмерили в одиннадцать семестров, я попал во вторую – нам нарезали десять – то есть пять лет вместо шести. Реально программы курсов не стали меньше, просто преподавателям приходилось утаптывать материал в более короткие сроки.

Все, кому довелось заканчивать вечерний, помнят, насколько этот режим дисциплинирует. В среднем в сутки минут пятнадцать свободного времени, и вечно хочется спать. Для себя я решил эту проблему так – часа три- четыре ночью, и часа полтора днём- в обеденный перерыв на работе – благо, обстоятельства позволяли. Когда сутки делятся пополам, времени на сон на самом деле требуется меньше.

Поначалу, когда с непривычки входишь в этот режим – он кажется просто кошмаром по безумному, как Ниагара, уровню потока информации, но со временем втягиваешься. И если на первом курсе, на лекциях по высшей математике, я с ужасом старался успеть законспектировать хотя бы самое основное, что наш преподаватель – замечательный добрейший мужик, доцент Егоров Андрей Фёдорович, мгновенно выписывал мелом на доске, и так же мгновенно стирал, когда ему требовалось свободное место, то на третьем обнаглел уже настолько, что мог себе позволить демонстративно зевнуть, лениво произнося-

- Андрей Фёдорович, а можно чуть побыстрее? Засыпаем…

Все хохотали – это было вроде небольшой разрядки – но он действительно читал так быстро, что неподготовленному студенту предлагался выбор – или слушать, пытаться понять и запомнить, или истерически стараться записывать в конспект всё, что появляется на доске, не успевая даже понять смысл произносимого вслух.

С середины третьего курса учебные планы поменялись, и наша, «ускоренная» группа вылетела из общего потока – отныне нам читались лекции и проводились практические занятия отдельно – не знаю, чем это было вызвано.

Ждём. Честно приходим на занятия. Преподавателя нет. Неделя, вторая, наконец является – бабе лет возле сорока, внешние данные – Джина Лоллобриджида, глаза ледяные, взгляд надменный и изумлённый – «это что, я тут ВАМ что ли, лекции ДОЛЖНА читать?» Ей бы к этому взгляду ещё форму эсэсовскую.

Открывает журнал. Проверка присутствующих по фамилиям называется.

- Артемьев.

- Я.

- Борисова

- Я.

Открывается дверь, и в аудиторию входит опоздавший – Мишка Яковлев – хохмач и задира.

- Почему опаздываете на занятия?

- Что? Это вы мне? Да, там у трамвая колесо спустило. Я уж как старался…

- КАКОЕ КОЛЕСО? Вы что себе позволяете?

Мишка, повышая тон –

- А я откуда знаю? Я что, вагоновожатый? Встал трамвай посреди дороги, говорят колесо – вам его сюда что ли принести для оправдания?

- Садитесь – ледяным тоном.

- Вешников

- Я.

- Володина

- Я.

Снова открывается дверь, и в аудиторию входит последний опоздавший – Серёга Иванов – он в порту работал такелажником, часто опаздывал – там при аврале пока не закончишь, не уйдёшь – а авралы через день.

- Разрешите? Извините, опоздал…

- Да что это такое? ЧТО У ВАС ТУТ ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ? ПОЧЕМУ ОПАЗДЫВАЕТЕ НА ЗАНЯТИЯ?

- Скажите спасибо, что вообще пришёл. – мрачно, сквозь зубы, таким тоном, что оторопь берёт.

Тяжёлое молчание. Серёга- мужик здоровенный, после армии, в Афгане воевал, ему просто так в глаза посмотреть – поёжишься.

- Колесникова

- Я.

- И ИЗВОЛЬТЕ ВСТАВАТЬ, когда я называю вашу фамилию!

Ленка встаёт, неловко смотрит вокруг – такого у нас ещё никогда не было. Следующая фамилия по алфавиту моя –

- М…в

Вот уж хер. Я сидя, нагло поднимаю ладошку и делаю несколько доброжелательных помахиваний –

- Я. Присутствую, как видите.

Тишина. Проглотила. Поскользнулась маленько – но с нами на таком уровне действительно никто из преподавателей никогда не разговаривал – мы вечерники, стипендию не получаем, общагой не пользуемся, армией нас не запугаешь – да я за всё время обучения в деканате не был ни разу – и даже не знал, где он находится. Ну не прищемить нас ничем, кроме отчисления.

Больше на перекличке не встал никто.

Не сложились у нас отношения с самого начала. Вот так и пошло. Включилась работать фрау ефрейтор, однако, как показало дальнейшее – запомнила.

Надобно отдать тётке должное – материал она знала прекрасно, лекции и практические занятия вела идеально, если не принимать близко к сердцу этот тон свысока. В том семестре нам по учебному плану втоптали почти невпихуемое – системы дифференциальных уравнений, кратные и криволинейные интегралы, и теорию поля. Кто помнит, что такое дивергенция?

На всё- четыре месяца. По две лекции в неделю.

Зачёт я ей сдавал двенадцать раз. Всего пять задач – и у всей группы зачёт принимался дифференцированно, сегодня одна задача- один балл, послезавтра вторая – ещё балл, на следующей неделе третья –

- Вам тройки достаточно? Давайте зачётку.

Я решал ВСЕ задачи, она находила малейшую ошибку, и следующий раз приходилось опять решать ВСЁ целиком. Ну к примеру – если в итоговую функцию входит синус 45 градусов, она не ставила зачёт оттого, что я оставил это значение нераскрытым – а когда посчитал его на калькуляторе, и написал константой – этого, блин, недостаточно, цифра её не устраивает, точность, мать её, не та – нужно было написать корень из двух на два, а не 0,707.

Вот так и бодались. Последний раз она вообще маленько сподличала. При определении объёма и площади поверхности фигур, описанных формулами с тремя неизвестными (криволинейные интегралы) их, при пересечении, хотя бы можно представить – в трёхмерном пространстве. Она задала мне фигуры с пятью неизвестными – давай, оттопыривайся, а я посмотрю. Фантастика.

Я любил и неплохо знал математику – но с этим едва справился, на грани желания скомкать листок, и запустить ей в физиономию. Осилил. И зачёт получил.

Экзамен.

- Я понимаю, что требовать от вас идеальных знаний достаточно сложно. Поэтому предложение такое – все, кто сомневается в своих способностях, могут пользоваться учебниками, конспектами, шпаргалками – чем угодно, кто запасся. Следить не буду– но. Максимальный балл при таком раскладе – тройка. Одна ошибка – минус один балл. Кто ошибается– на переэкзаменовку.

- Если есть желающие побороться за более высокую оценку – прошу с чистым листом бумаги и ручкой- на первый ряд.

Кроме меня нашёлся ещё один романтик, но внимательно прочитав здание по билету, скромно пересел назад. Моя очередь выходить к барьеру- беру билет -

- Я готов.

Без подготовки, без размышлений – вот сейчас и посмотрим, знаю я математику, или нет.

Лёгкое изумление на лице – берёт мою зачётку, смотрит, что троек у меня минимум – только по общественным дисциплинам – ну а кто тогда всерьёз относился к «истории партии» или «Капиталу» Маркса?

Сорок восемь минут – я включил секундомер – ровно сорок восемь минут я отвечал. Задачу к билету решил вообще устно. Ни одной ошибки, мы даже не посмотрели, что было написано в билете – по ВСЕМУ курсу, по КАЖДОЙ теме, исчерпывающие точные ответы. Надобно отдать должное ефрейтору – за пределы курса она не заходила с вопросами. Знаете, как шарик летает по теннисному столу? Вот так и у нас – вопрос- ответ, вопрос- ответ. Сорок восемь минут.

Всё, спрашивать больше нечего. Курс исчерпан.

- Гм. Неплохо. Что же вы так беспомощно зачёты сдавали?

…………………………………………………….. твою же мать! …………………………………………………….

- Не высыпаюсь я. Нелегко на вечернем.

- Слушайте, мы с вами столько времени потеряли, я боюсь, что не успею нормально принять экзамен у остальной группы. Вам какую оценку ставить- четыре или пять?

- Мне безразлично. Готов хоть на тройку, при условии, что группе вы подпишете зачётки, просто посмотрев на сделанные задания.

Мадам ухмыльнулась, поставила мне четвёрку, и подписала зачётки всем остальным, вообще не глядя.

Это был наш последний экзамен по высшей математике. На четвёртом курсе была ещё прикладная – но факультативом, без экзамена.
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

P.S.
На первом курсе в группе было тридцать два человека, из академок восстановились двое – итого тридцать четыре. До диплома добрались девять, защитились восемь.

Из восьмерых – шестеро составили семейные пары, а двое уже были с колечками.

Ленинградский Политех, 1982 – 87.

233

Так вышло, что у меня два папы.
Мой родной отец погиб в Чечне в 96 году. Он накрыл собой гранату, спасая двух своих товарищей. Одним из них был папин лучший друг - Олег. Мне было четыре года, когда папа погиб, но я хорошо его помню. Мать очень быстро вышла замуж снова, даже года не прошло. Вскоре она родила двойняшек - моих брата и сестру, и с тех пор я стала лишней в их семье. Мать занималась только малышами, а отчим изо всех сил игнорировал меня. Мы могли не разговаривать по несколько дней, хотя жили под одной крышей. Мать говорила, что я слишком похожа на папу, и от этого на неё будто покойник смотрит.
Практически всю мою жизнь Олег был рядом. Сначала он приезжал по выходным, а потом купил квартиру по соседству, и мы стали видеться каждый день. Он делал со мной уроки, водил на английский, учил плавать, кататься на велике, печь пироги, играть на гитаре, чинить машину, водить, выхаживал все мои простуды и ушибы. Благодаря ему у меня было всё: начиная едой, одеждой и игрушками, заканчивая репетиторами в старших классах. Я никогда не чувствовала себя безотцовщиной или сиротой, потому что у меня был самый настоящий папа, пусть и не родной по крови.
Когда мне было 16, мать сказала, чтобы я съезжала из её квартиры, потому что младших нужно расселить по разным комнатам, и Олег забрал меня к себе. У меня появилась полноценная семья и дом, который действительно стал моей крепостью. С матерью с тех пор мы общаемся всего пару раз в год, и то по телефону.
Наши близкие и друзья знают эту историю и воспринимают её спокойно. С неприятием я столкнулась всего один раз - мой молодой человек спустя полгода наших отношений спросил, почему я Владимировна, если папу зовут Олег. Я рассказала ему всё, и его реакцией был вопрос: "А ты никогда не думала, что он латентный педофил?". Отправила его к чёртовой матери и ни капли не жалею.
Олег так и не женился, у него нет родных детей, есть только пожилая мама, которую я зову бабулей, а она меня - внучкой. Я очень люблю их обоих и знаю, что они любят меня, но порой накатывает какое-то смутное чувство вины, что из-за меня он живет не так, как, возможно, хотел. Сейчас у нас всё отлично: Олег занимается бизнесом, я работаю на хорошей должности в крупной компании, мы строим дом за городом. Но иногда всё же мелькает мысль: а если бы не было той гранаты и вообще той войны...

234

В Германии есть провинция Шлезвиг-Гольштейн. А в ней залив Шлей. Через залив ходит... Впрочем нет, уже не ходит. Паром там ходил. Мизунд-2. Пересекал залив на участке шириной в сто метров, перевозил ежегодно 120 тыс автомобилей и 50 тыс велосипедов.

Больше не ходит. Нет, не сломался. Но дизель в зелёной экологичной Европе нынче некошерен, всё переводят на электричество, что можно, и что нельзя. Нынешний герцог Гольштейн-Готторпский - ну или как тамошних главнюков сейчас называют, очень волнуется за природу и желает, чтобы в его владениях все было на зелёной бездумной, простите, бездымной энергии, не выделяющей углекислый газ.

За три с лишним миллиона евро заказали новый паром. С блекжеком и шлюхами, простите, с электромотором и солнечными панелями на крыше. В январе паром пришел. Старый же, абсолютно исправный паром, продали всего за 17 тысяч евро. Новый владелец поставил его на прикол, и без постоянного обслуживания и присмотра судёнышко немедленно пришло в негодность.

А новый паром оказался нерабочим. Слабенький, но тяжеленный электромотор не выгребает против волны и течения и требует переделки носовой части, а направляющие кабели его массу не выдерживают, и потому необходимо серьезно перестроить причалы.

Старый паром на приколе, новый не работает, люди добираются в объезд по мосту за 30 км. Как-то не очень экологично получилось.

Итого:

1) Переделка нового парома и перестройка причалов обойдется минимум в 8 миллионов евро. Это если разрешение на укрупнение причалов вообще дадут, там охраняемая береговая зона и тоже сплошная экологичность

2) Старый паром купили обратно. Но владелец оказался не дурак и выторговал себе 100 тыс евро против уплаченных 17 тыс

3) Ремонт и восстановление старого парома обойдется в почти 2 миллиона евро

4) В то, что новый солнечный паром заработает, не верит никто, потому что лицензию старому дизельному восстановили аж до 2028 года

235

Юрий Антонов. «Дети не хотят с ним общаться, все жёны от него ушли, поэтому любовь он отдаёт более ста животным, живущим с ним в одном доме».
В восьмидесятые годы сложно было представить, что Юрий Антонов, исполнитель знаменитых песен: "Крыша дома твоего", "Как прекрасен этот мир", "Не рвите цветы", "Родные места", будет проживать свою старость в одиночестве. Хотя семья-то у него есть и довольно большая: более сорока кошек, двадцать собак, около тридцати белок, три павлина, утка, петух и несколько других видов птиц. С такой компанией явно не заскучаешь, но всё же всем нам хочется человеческого тепла, поддержки и любви близких, а у Юрия Антонова этого нет. Дети не особо хотят с ним общаться, а все жёны от него ушли. Как так вышло? Расскажем в статье. Приятного чтения!
Про творчество Юрия Антонова говорить можно очень долго. Его лирические песни проникали в душу слушателей, да и как человек он был многим приятен: простой, добрый, мудрый и, что важно, семейный. Вот только личная жизнь у него не складывалась. Ещё в двадцать три года Юрий впервые женился на сотруднице "Ленконцерта" Анастасии. Любовь была большая и страстная. Жена помогала певцу с развитием музыкальной карьеры: писала вместе с ним песни, занималась организацией его концертов, подбирала для выступлений одежду, и, при всём этом, занималась домашним бытом. Между ними никогда не возникали разногласия, не было никаких споров, обид. Юрия Антонова в супруге раздражало только одно - её желание переехать в Нью-Йорк. Она была одержима этой идеей. Раз за разом она пыталась уговорить мужа переехать, а он хоть и злился в глубине души, но спокойно ей отвечал: "Если хочешь - обязательно переедем, но чуточку позже". Юрий Антонов постоянно и нарочно переносил дату переезда, надеясь, что жена со временем оставит мысли о переезде позади. Твёрдо и решительно сказать ей что-то вроде: "Никуда мы не поедем!" он не мог, так как не хотел огорчать супругу. Он, правда, любил её с невероятной силой. В какой-то момент жена устала от его обещаний и поставила перед ним выбор: "либо мы переезжаем прямо сейчас, либо расходимся навсегда". Певец ответил, что в таком случае он в первую очередь должен попрощаться с родственниками, и когда встретится со всеми - купит билеты и начнёт собирать вещи.
Поговорив с родственниками, Юрий Антонов понял, что не готов от них уезжать. Он абсолютно точно начал бы по ним безумно тосковать, да ещё и карьера на Родине складывалась более, чем удачно, а что его ждало в Нью-Йорке? Говорил он только на русском языке, знакомых за рубежом у него не было, а работу там ему никто не предлагал. Да, жену он любил, но жертвовать ради неё всем было, мягко говоря, нелогично. Поэтому он вернулся домой и грустно, чуть ли не плача, сказал жене: "В общем, езжай в свой Нью-Йорк одна". И она уехала, причём сразу же, как только с ним развелась. Это был один из самых продуктивных периодов работы Юрия Антонова. Он специально нагружал себя гастролями, а в свободное время только и делал, что писал новые песни, чтобы забыть о предавшей его жене. Вскоре в его жизни появилась ещё одна женщина - Ирина Безладнова. Официально певец с ней не расписывался, но долго жил с ней под одной крышей в гражданском браке. "Нас не столько связала любовь друг к другу, сколько творчество" - вспоминала сама Ирина - "Я приложила руку к написанию нескольких его песен, но на одной только музыке семью не построить. Мы разошлись, потому что не было сильных чувств".
Опять Юрий Антонов остался один, но ненадолго. В тот момент, когда певец расстался с Ириной, о нём знала уже вся страна, а также он был невероятно богат, потому что буквально все его концерты собирали аншлаги. И это не просто какие-то ресторанные или концертные заведения, а огромные стадионы! Понятное дело, что у такого успешного певца были миллионы фанаток, которые с радостью согласились бы лечь с ним в постель, а уж стать его женой и подавно. Сам же Юрий Антонов ответственно подходил к выбору пассий. Интрижки и скоротечные романы его не интересовали. Он хотел по примеру своих родителей построить крепкую семью. Как-то во время концерта певец обратил внимание на милую девушку нерусской внешности. Это была его большая поклонница Мирослава Бобанович, которая приехала из Югославии специально, чтобы увидеть кумира вживую. После концерта, девушка получила разрешение пройти к артисту и его команде в гримёрку. Юрий Антонов, как он сам говорил, влюбился моментально. Мало того, что Мирослава ему сильно понравилась внешне, так у неё ещё был и ангельский голосок, который хотелось слушать бесконечно, а ещё певец надолго запомнил её неповторимый приятный запах, напоминающий смесь весенних цветов. Юрий видел её в первый раз, но уже готов был пойти за ней на край света. Всего через пару недель после знакомства он поехал за ней в Югославию. Там же певец сыграл с ней свадьбу, но совместная жизнь продлилась всего семь месяцев. Так вышло, потому что Юрий Антонов быстро заскучал по Родине, а Мирослава хоть и любила его, но навсегда переезжать из Югославии отказывалась. Но отношения на этом не закончились. Они ещё долго общались - теперь, как друзья.
Третий официальный брак Юрия Антонова с женщиной по имени Анна стал последним. Певец наивно верил, что с Анной-то он точно проживёт до самого конца своей жизни. Вскоре у них родилась дочь Люда. В семье всё было прекрасно, но в итоге брак всё равно распался. Снова инициатором развода стала жена, которая, как и самая первая любовь артиста, мечтала переехать за рубеж, а именно - в Париж. Юрий Антонов сразу поставил её перед фактом, что никуда он переезжать не будет и переубедить его не получится, а она в ответ заявила: "Ну, тогда - развод. Здесь я жить не собираюсь и оставаться здесь дочке не позволю". Нужно отметить, что решение о переезде она приняла не просто так. Всё-таки это были лихие девяностые и ситуация в стране стремительно ухудшалась с каждым днём, а Анна действительно переживала за будущее их общего с певцом ребёнка, поэтому и уехала в Париж, где, по её мнению, было безопасно и спокойно. С тех самых пор и по сей день Юрий Антонов высылает для дочери деньги, но повзрослевшая Людмила, кажется, не особо это ценит. Она крайне редко приезжает к отцу, да и не особо желает общаться с ним по телефону.
Ещё у Юрия Антонова есть внебрачный сын Миша. С ним у певца сложились более хорошие отношения, нежели с дочкой, но это отнюдь не значит, что они часто видятся. В одно время Антонова "съедало" чувство одиночества, ведь ему не с кем было поговорить, кроме друзей, да и те постоянно заняты работой и далеко не всегда могут с ним встретиться. В этот депрессивный период певцу пришла идея - купить огромный коттедж, который смог стать бы домом не только для него, но и для брошенных животных. Таким образом он хотел избавиться от одиночества. Примечательно, что он был очень богат ещё с советских времён, но на роскошь деньги не тратил. Коттедж в престижном столичном районе Грибово - это его единственная большая покупка за всё время, не считая автомобиля и двухкомнатной квартиры, которую он приобрёл ещё на заре своей карьеры, чтобы съехать от родителей. Большая часть скопленных за всё время денег ушла на удобные вольеры. В них со временем поселились более ста животных: кошки, собаки, белки, птицы разного вида. Только ночью он держит их в вольерах, а утром, когда просыпается, отпускает на волю. Они безумно его любят, а он любит их.
Юрий Антонов говорил: "Представляете, как тяжело запомнить всех их поимённо? Двадцать четыре на семь с ними нахожусь, но до сих пор путаюсь в именах. Думаю, что они не обижаются. Они лучше меня живут - забочусь о них больше, чем о себе". В возрасте 79 лет следить за таким количеством животных, конечно, сложно, поэтому певцу время от времени помогает двоюродная сестра, которая поселилась от него неподалёку, да и сын Миша, хоть и редко, но всё же приезжает помочь отцу. Юрий Антонов считает себя счастливым человеком, но, по его словам, женской любви сильно не хватает, и чувство одиночества, несмотря на жизнь среди сотни животных, никуда не делось.

Текст взят из сети

236

Мои пять копеек в вековом противостоянии между сторонниками содержания кошек и собак.

По секрету – мне вообще кажется, что в городских условиях естественное существование животных сильно ущемлено – вот если частный дом с участком – там и кошкам и собакам раздолье. Так что в городе я вообще противник заводить зверьё. Так и говорил детям- никакого зверья, только после моей смерти.

Жизнь, однако, любит распоряжаться по своему.

При одном из переездов, от прежних хозяев нам досталась в наследство кошечка- более бестолкового создания я себе представить не могу. Прежний жилец из жалости подобрал котёнка на помойке- а так как сам вёл достаточно рассеянный образ жизни, то и зверёныш приохотилась к свободе и вседоступности.

Первое, что мне пришлось делать – вычищать продукты её жизнедеятельности из пространства между рам (а накопилось изрядно), затем ставить стекло, вместо расколотого – кошка весьма удивилась, и вероятно обиделась, вскочив с размаху на подоконник, и не найдя там привычного лаза в свой туалет.

Я поставил ей две кюветы в коридоре, возле двери в санузел – эпоха была начало девяностых, покупать специально кошачие наполнители многим казалось дикостью – я просто рвал ей туда газеты в клочья, и менял их периодически.
Кошка быстро поняла, для чего служат сии приспособления – и больше ни одной лужи на полу у нас не появилось.

Но.

Твёрдый продукт выкладывался не в кювету, а исключительно и принципиально под дверь – каждое утро начиналось с одной и той же процедуры – дверь была слегка перекошена и скребла по полу, аккуратно размазывая ровным слоем на площади в половину квадратного метра то, чем нас одарила эта легкомысленная дрянь.

Кошка отлавливалась, ей вежливо читалась нотация – слегка повозив мордой по изгаженному полу, потом я усаживал её в чистую кювету и всеми доступными способами в очередной раз пытался объяснить принцип применения девайса.

- Слушай, может она по Русски не понимает? Что- то в ней есть от Перса – это жена ехидничает.

- Я не знаю, как сказать на Фарси - «Срать надо только сюда». Ну отливать же правильно научилась? Не понимаю…

Пол тщательно отмывался, кошка уходила заниматься гигиеническими процедурами, а на следующее утро всё повторялось опять.

Эта пушистая дрянь, привыкнув к моему неодобрительному отношению, научилась прятаться, когда меня видела. Это при том, что и воду в миску, и положить пожрать зверюге- было моей обязанностью.

Хотя, в общем, тварь была невредная, своевольная только. Обои не драла, обувь хозяевам и гостям не метила, вела себя в общем- то вежливо- не царапалась, не кусалась. Правда на руки не шла, и гладить себя детям особо не позволяла. Не то, чтобы шипела, просто уворачивалась, и забиралась на кухне под плиту – там у неё убежище было.

Старшая дочка придумала ей кличку - Мазонт. Что это значило, не знал никто, у барышни в шесть лет была такая фантазия.

Время шло, я злобно продолжал по утрам мыть пол в коридоре, Мазонт продолжала прятаться от меня под плитой.
Как- то мне повезло купить на ужин здоровенную форель. Я бросил рыбину на стол–

- Жена, посмотри в кухне, что у нас на ужин нынче! А сам в прихожую – переодеваться.

Напоминаю, начало девяностых, в магазинах просто ничего нет.

- Что на ужин? Тут нет ничего.

Иду на кухню-

- Как нет?

На полу валяется форель, с аккуратно обожранным хребтом – от головы до хвоста. Рядом, вжимая голову в плечи, и поджавши хвост, уже понимая, что сейчас последует, сидит Мазонт с крайне виноватым видом.

После того, как я взял мерзавку за шкирку, собираясь примерно наказать, она выпучила глаза и от всей души выдала сольную оперную арию – это никак не походило на мяв, больше было похоже на нечто среднее между воем и рыданием – перевожу с кошачьего-

- Хозяин! Милый! Ну не смогла я! Не устояла перед искушением! Не наказывайте слишком строго! Я больше никогда, никогда!!!

И обосралась.

Я швырнул эту сволочь под плиту, мучиться угрызениями совести и зализывать душевные раны, а сам пошёл за тряпкой, убирать с пола продукты её жизнедеятельности.

Жена смеётся.

То, что осталось от рыбины, семья есть, разумеется отказалась. Я запихнул останки в пакет- утром выкину на помойку, и мы стали фантазировать, что можно приготовить на ужин – жрать- то хочется…

Ночью слышу- на кухне какая- то возня. Встаю, включаю свет – Мазонт, пригласивши в гости двоих котов со двора – мы жили тогда на первом этаже, и форточки были открыты, весёлой компанией доедают на полу то, что осталось от рыбы.

Ну это уже просто наглость.

Коты, обгоняя друг друга, стартанули в форточку со свистом, Мазонт смотрит на меня со смесью виноватого недоумения –

- Дык, а что? Ну раз вы не стали есть, не пропадать же добру? Ну я живу ведь здесь, что мне уж и гостей пригласить нельзя?

И шмыг к себе, под плиту. Дрянь.

Утром я выкинул на помойку обглоданный рыбий скелет. Мазонт высунулась из под плиты, и проводила его печальным взглядом.

История наших взаимоотношений закончилась неожиданно – я точно не знаю, но вроде, если у кошки нет усов, она теряет ориентацию в пространстве? Кто из детей пошутил – обстриг усы животной? Не знаю. Она и раньше иногда уходила погулять во двор- но всегда возвращалась. А в тот раз не вернулась. Предпочла свободу крыше над головой? Выбрала для себя более естественную среду обитания? Может влюбилась, и потеряв голову от страсти, ушла жить к своему избраннику на соседнюю помойку? А может вообще имел место какой- нибудь несчастный случай?

Не знаю. Но надеюсь, её кошачий бог не дал ей бесславно сгинуть в суровых городских джунглях…

P.S. Прошло много лет. Дети выросли, давно живут самостоятельно.

У младшей дочки проживает кошачья семья – двое громадных Майн- Кунов- килограммов по восемь- десять живого веса.

А старшая завела Сеттера- Гордона, но вышла замуж и уехала в Европу. Так что, теперь это моя собака. Дружим. Зимой пёсу будет уже двенадцать лет…

237

Поцелуй от меня Магнуса

Он был похож на здоровенного казака из советско-украинского мультика про казаков, где они еще с англичанами в футбол играли. Одежду Казак носил пятьдесят шестого размера, на животе она висела, а на груди и плечах испуганно натягивалась. От тестостерона он рано облысел, поэтому ходил с бритым опасной бритвой черепом в шрамах от недружественных монтировок и приветов от асфальта и одного поребрика. Живот его выпирал, кто-то думал, что от беляшей, хотя такого никто не думал, это он думал, что кто-то такое думает, но никто о его животе не думал, стоило ли втягивать? Живот его выпирал от тугого переплетения мышц, такого тугого, что не всякий паталогоанатом распутает, не говоря - прозектор.
Казак жил в Санкт-Петербурге. Она жила в Санкт-Петербурге. Вся эта история произошла в Санкт-Петербурге.
Идешь, бывает, по Санкт-Петербургу, третий день хочешь вытрясти из себя душу хоть бы и в петельке, но вдруг поднимаешь глаза и видишь, как солнечный луч узкой ладонью ложится на коринфскую колонну Казанского собора и гладит ее, как девушка. И хочется стать колонной, девушкой, лучом, упасть хочется, солнцем умыться, а про петельку забыл.
Казак ехал в автобусе из Кудрово к метро Дыбенко. За окном плыл март 2024 года. Ехал он от друга, с которым вчера отмечал его день рождения, а сейчас возвращался к себе в Девяткино. Это важно, ведь он ехал не своим обычным маршрутом, а ехал на другом конце Петербурга. Его занесло.
В автобус набилось очень много народа. Будто в этом автобусе мечтало оказаться всё Кудрово, но пробрались лучшие из лучших. Его сжали со всех сторон, только рука, как мачта, цеплялась за поручень неба. Усилия народных масс развернули его к парню лет тридцати, с челкой, разделенной надвое оранжевыми и фиолетовыми волосами. В носу у парня висело кольцо и в ушах тоже, а само лицо было таким узким, словно даже и топор. Парень вольготно сидел на сидении, а потом достал телефон и принял вызов:
- Привет, Кать.
Казак невольно обратился в слух. Его жену тоже звали Катя.
- Попробую. Зачем тебе айтишная ипотека, ты же собираешься уходить от него? Мне кажется, ты из-за чувства вины постоянно о ней говоришь.
Казак вздрогнул. Его Катя была программисткой, они хотели взять айтишника ипотеку.
- Слушай, ну вы взрослые люди. Я бы говорил правду. Мы не виноваты, что влюбились друг в друга. Хочешь, я с ним поговорю? Да не убьет он меня. Качки все трусоваты. А он такой качок, что похож на латентного гомосексуала.
Казак потолкался, вытащил телефон и одной рукой позвонил жене - короткие гудки.
- Скажи ему, что идешь на депиляцию, а сама приезжай ко мне, как в тот раз. Да он опять не поймет, что ты сама побрила ноги! Поговори с ним в выходной, я могу приехать. Я его не боюсь. Слушай, он даже в постели не может тебя удовлетворить, нафиг он нужен! Поцелуй от меня Магнуса.
На Казака опустилась ночь. Магнус - это их с Катей кот британской породы.
- Пока, любимая. До депиляции.
Автобус подъехал на станцию Дыбенко. Казак шел за парнем, тасуя тяжелыми руками встречных прохожих. Потом ехал с ним в одном вагоне. Он всё время смотрел на него, ожидая, что тот его узнает, однако, парень смотрел куда угодно, но не на него. Они поднялись наверх на станции Маяковская. Дошли до кафе «Бекицер» на Рубинштейна. Парень скрылся за дверьми. Казак закурил и позвонил жене:
- Катя, привет.
- Привет.
- У тебя кто-то есть?
- С чего ты взял?
- Вместо депиляции ты ходила к нему, потом сама побрила ноги и обманула меня.
Катя испугалась и замолотила:
- Да нет. Это мой знакомый по работе. Я специально с ним общаюсь, чтоб он помог мне взять айтишную ипотеку. Ты же знаешь, у меня зарплата сто тридцать, а надо сто пятьдесят. Он мне ее поднимет. Ну, поможет поднять. Я тебе не говорила, чтоб ты не нервничал. Подожди, откуда ты..?
Казак заговорил с жутким кривлянием:
- «Да он опять не поймет, что ты сама побрила ноги. Поговори с ним в выходной. Он даже в постели не может тебя удовлетворить».
- Господи… Где ты? Пожалуйста… Коля!
- Поцелуй от меня Магнуса.
Казак бросил телефон в мусорку и вошел в кафе.

Павел Селуков

238

Я ветеринар, часто беру на передержку животных. Сейчас у меня обезьяна, она была нелегально ввезена в страну, содержалась в ужасных условиях, у неё истощение и повреждена лапа. Да и вообще она сама по себе достаточно агрессивная.
Ко мне пришла подруга с 10-летней дочерью. Они часто ко мне приходят поиграться с животными, я не против, особенно, когда звери здоровы и дружелюбны. В этот раз я предупредила не приближаться к вольеру (обезьяна нервничает) и, тем более, не заходить. Мне пришлось выйти из дома буквально на несколько минут. Так за это время моя подруга вопреки предупреждению зашла в вольер, и обезьяна на неё кинулась. Хорошенько укусила, а подруга, пока отбивалась, сильно зацепила лапу - обезьяне теперь требуется более долгий курс реабилитации. Единственно, что забавно в этой ситуации - дочь подруги теперь с ней не разговаривает, потому что "я же говорила делать так, как тётя говорит!". С подругой разругались в пух и прах, я оказалась виновата в этой ситуации. А на следующий день дочь подруги приехала ко мне сама (в первый раз) - извиняться за маму. Интересовалась самочувствием мартышки.

239

Ребенок-овощ и усыновление...

"Не хочу никого обвинять. Пишу, простите, с чужих слов, выслушав только одну сторону, и не проверяя верность рассказанных мне юридических подробностей.

В семье родился первенец. Инвалид. Что называется - "ребёнок-овощ". Вначале, как обычно, на что-то надеются, мечутся по клиникам-врачам-бабкам, потом осознают, что это навсегда. В семье разлад, муж уходит. Мать остаётся с ребёнком.
Обычное дело.
Он готов помогать финансово. Приходит - приносит деньги, подарки. Она не открывает ему дверь, отказывается общаться на улице, ничего не принимает.
Он прекращает эти попытки.
Женится вторым браком..
Прошло несколько лет этого его второго брака - детей нет.
Его вторая жена и он решают взять в семью ребёнка из детдома.
Подают соответствующие документы, проходят курсы приёмных родителей, ждут своей очереди, ездят даже уже по детдомам, присматриваются к детишкам.
Очередь на усыновление здоровых и относительно здоровых детей в Москве и области огромная. Ходят неясные слухи о взятках в несколько сот тысяч рублей. Они начинают объезжать детдома других регионов.
В одном из домов малютки знакомятся с двухлетним мальчишкой, родители которого лишены родительских прав.
Оформляют документы об опеке, несколько раз в месяц ездят к нему.
В этот период мальчику исполняется три года, Его переводят из дома малютки в детский дом. Где (!) живёт его восьмилетняя сестра.
Будущие приёмные родители знакомятся с ней, начинают оформлять опекунство и в отношении девочки.
Каждые выходные приезжают повидаться, раз в месяц забирают обоих детей на выходные к себе.
Сейчас мальчик уже в семье. Девочка должна была покинуть детдом 1 августа.
Но она ещё там.

Первая жена, оставшаяся одна с ребёнком-инвалидом, узнав о том, что отец её ребёнка становится усыновителем, подала на него в суд заявление о лишении родительских прав.
До принятия судом решения оформление опеки на девочку приостановлено.
Девочка этого не понимает. Она ждала 1 августа. Когда она уедет из детдома к папе, маме и братику.
А ей не могут назвать другую дату.
Потому что лишённые родительских прав не могут выступать опекунами или усыновителями.
Опекунство на мальчика будет переоформлено на одну только приёмную маму. А второго ребёнка, пусть это даже родная сестра первого, на одного человека не оформят.
Брат с сестрой будут разлучены.
Девочка, останется в детдоме, и будет ждать других усыновителей и опекунов, чтобы теперь их называть папой и мамой".
...
Чищу почту. Переполнена.
Использовал ее всегда и в качестве записной книжки. Пишу "письмо себе" - отправляю себе текст или фото-видео.
И нашел такое "письмо себе" от 2000 лохматого года. Весь текст над троеточием - то самое письмо.
Откуда у меня эта информация, с чьих слов её записал - не помню. Но вижу, что при написании текста сделал невозможной идентификацию людей. Никаких привязок! Значит, так было надо.

240

Эдик как- то под коньячок рассказал- приятель мой. Далее с его слов от первого лица. С лица (того самого, первого) при рассказе не сходило какое- то непонятное полудосадливо- полумечтательное выражение.

- Она соседка моей первой жены была. Янка звали. Янина Слуцкая. Шкодливая такая девчонка, весёлая. Мы тогда ещё не женаты были, я только с армии пришёл, а ей шесть лет. В гости к будущей жене заходила- они дружили.

- А ты кто, говорит? И смотрит так внимательно. Голову наклонила.

- А ты как думаешь?

- А давай, ты будешь моим папой?

- Ну, это только если понарошку. У тебя же есть свой настоящий папа?

На самом деле родители её были в разводе, девочка жила с мамой. Мама пахала на двух работах, старалась обеспечить дочери достойное будущее. Янке дома было одной скучно, вот она и повадилась в гости к соседке. Мы с ней в шахматы играли, я научил – неплохо сражалась для её возраста, неглупая была.

А кличка «папа» так ко мне и прилипла. Она меня иначе не называла.

Мы с будущей женой совместными усилиями, прилагательное «будущая» превратили в «настоящая» и переехали. А Янка осталась.

За следующие годы произошли несколько значимых событий. Я закончил муху (художественное училище им. Мухиной), что на Соляном, факультет «архитектура и дизайн интерьеров», мы своей компанией зарегистрировали фирму- занялись строительством. С женой развёлся- так получилось.

Конец восьмидесятых, перестройка, в стране появляется всё больше состоятельных людей, которых уже не устраивает Советский уровень жизни- хотят, как на Западе. Поэтому услуги нашей фирмы были довольно востребованы- мы приводили в божеский вид частные дома, квартиры, офисы, небольшие кафе- всего не перечислишь.

Неплохо приводили.

Очередная заказчица назначила мне встречу в ресторане. Я взял альбом с фотографиями наших объектов– слева- как было, справа- как стало. Портфолио называется. Сидим, общаемся.

- Молодой человек, не хотите вашей даме подарить цветы? – это мне в спину. Поворачиваюсь – симпатичная такая молодая барышня- лет пятнадцати, с корзинкой- это тогда такой побочный бизнес по ресторанам был. Вдруг радостно-

- Папа!

И барышня вешается мне на шею, отставив корзинку с цветами. Потом сразу берёт себя в руки-

- Ой, извините, говорит моей спутнице. Та смеётся.

Я купил букетик фиалок и подарил заказчице, объяснив в двух словах двусмысленность ситуации. Улыбнулась. Контакт достигнут. Ура. Объект наш – ресторан на Васильевском.

А Янке я просто написал свой номер телефона – я тогда один жил в двухкомнатной на Художников – первая жена к своим родителям уехала. Скучновато было одному по вечерам- я такой себе тест выдумал- вхожу в парадную, вызываю лифт, и бегом через две ступеньки к себе- на четвёртый этаж. Если успеваю, покуда лифт внизу не остановится- значит вечер будет интересный. Если не успеваю- придётся скучать.

В тот раз успел. Только вхожу в квартиру- звонит телефон. Янка.

Поговорили. Назвал ей адрес, где живу.

- Папа, а можно к тебе?

- Да запросто. Приезжай в гости – ужином накормлю.

За ужином Янка рассказывала, как живёт. Невесело в общем. Школу бросила, дома кривой дурдом в лёгкой форме – у матери вдруг завёлся хахаль, держит себя хозяином, общается свысока, нотации читает. И ногти стрижёт прямо на ковёр. Говнюк.

Мать его терпит по только ей понятным причинам. Подали заявления на отъезд – я не говорил, что Янка принадлежала к той самой Богоизбранной нации? Принадлежала.

Но корни Польские – Семитского в ней было- только лёгкая горбинка на носу, и, если присмотреться к глубине голубых глаз – там тихонько сверкает оттенок вековой скорби Еврейского народа. Ну, коли на тех чёртиков, что у неё в глазах постоянно плясали, внимания не обращать. Фигура фотомодели, пепельно- русые волосы, походка танцовщицы.

Нашла себе работу- цветочками, блин торговать – ни учиться, ни заняться чем- то серьёзным не хочет – вот уедем, там видно будет. Хахаль материн о планируемом отъезде не знает- если узнает, будет большой скандал. Чтоб не с мордобоем.

- Папа, а можно я у тебя переночую?

- Да ради Бога. Вон комната свободная, диван, подушка, одеяло. Я уйду рано, ты ещё спать будешь – найдёшь, чем позавтракать в холодильнике- будешь уходить, просто захлопни дверь.

Так и повелось. Примерно с полгода два- три раза в месяц Янка приходила ко мне в гости, ужинала, рассказывала о своих заботах, а утром просто захлопывала дверь. У меня тогда было много работы, приходилось вставать в полшестого. Ну а что? Плохо дома девочке – вот нашла себе отдушину- отдохнуть, перезагрузиться.

Последний раз пришла грустная. Всё, говорит, в понедельник самолёт. Документы оформлены, билеты куплены. Вещей минимум –хахалю сказали, что на три дня в гости к родне в Тулу едем. Да, собственно- и особо тащить- то с собой нечего, не нажили. Квартира продана, письмо с инструкциями ему написано – оставим, когда уедем.
А то он новым владельцам устроит под настроение весёлуху вприсядку, пока поймёт, как его кинули. Так- то мужик вроде ничего, амбиций только многовато.

- Ну ты не грусти, у тебя новая жизнь начинается. Удачи тебе.

Янка потёрлась носом мне о плечо. Улыбнулась.

- Папа, я буду там тебя вспоминать.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Прошло ещё несколько лет. Фирма наша прочно встала на ноги – очередь из заказчиков не пересыхала, к нам записывались заранее и готовы были ждать. У меня появилась новая семья, достаток, дети учились в хорошей гимназии, в отпуск можно было попутешествовать по свету.

Идём с женой по Суворовскому, она домой, а мне ещё в магазин забежать- и вдруг –

- Папа!

Поворачиваюсь – Янка. Похорошела, элегантно выглядит, глазами радостно сверкает – вот ведь какая встреча.
Жена у меня человек деликатный, пробурчала что- то вежливо- доброжелательное и ретировалась. Типа – не портить встречу старых знакомых.

Старые знакомые посидели в кафе, обменялись новостями. Рассказала о себе.

Янке родня приготовила на исторической родине жениха. Постарше её и посостоятельнее. Она, как увидела это субтильное сокровище в роговых очках, и с каплей на кривом носу, послала всех на хер, развернулась и пошла в отдел министерства абсорбции- устраиваться самостоятельно.

Устроилась – кибуц почти в пустыне, домик, как избушка на курьих ножках- на четверых. Три девицы, кроме неё. Одна из Грузии, одна из Эфиопии, и ещё одна из Китая. Китаянка с Уссури - по Русски маленько говорила. А с негритянкой- только жестами.

- А ты не знал, что бывают и Китайские и негритянские Евреи?

- Соседи- мягко говоря, простоватые. Не то, что бы совсем уж тупые, но деревенщина конкретная. Скучно. Поговорить не с кем и не о чём. Работа – в местном ресторане – это у той местной тошниловки такое гордое название было. Хозяин- бывший Одессит, настолько душный- сил нет. Каждый шекель по три раза пересчитывал. Больше всего жадничал за расход воды- она там привозная, дороже бензина. Посуду мыла.

- Кто пробовал перемыть до блеска тридцать тарелок в пяти литрах воды? Чуть пальцы себе не отрезала однажды на овощерезке. Освоилась маленько, стала искать чего получше. У меня ведь даже школьных аттестатов не было.

- Нашла какую- то ешиву* полузаочную – сидела вечерами, училась. На меня смотрели, как на чокнутую- вместо чтобы отдохнуть, она зубрит.

- Получила аттестат. По объявлению нашла себе место секретарши в небольшой фирме- зато в Холоне, это почти Тель-Авив.

- Дальше что? Работала, сняла комнатку с кухней, устроилась, стала осматриваться на предмет дальнейшей карьеры. А потом гляжу- шеф на меня неровно дышит. Ему под сорок, неженат, живёт с мамой.

- Короче, кончила тем, с чего начинала. Вышла замуж за довольно обеспеченного мужика, и существую вот теперь без особенных хлопот. Колледж посещаю. Дочка у нас – папа с неё глаз не сводит, и пылинки сдувает. А главное – бабушка растаяла. Ты знаешь, что такое Еврейская мама, если сын настоял, и женился не по её выбору? Ого, не дай бог узнать. Первое время я её просто боялась. А сейчас- живём душа в душу.

- Было там ещё обстоятельство. Деликатное, правда- ну да ладно, открою тебе секрет. Я ведь в Израиль девственницей уехала, и так и прожила там в кибуце. Муж нынешний у меня первый. Он, когда маме это рассказал, та полдня довольная ухала. Пирог мне испекла.

- Так что сволочь ты, папа Эдик, редкостная. Ты что думаешь, я к тебе ужинать полгода ездила? Хоть бы раз посмотрел, как мужчина.

- Ну знаешь, я к тебе как к дочке относился- назвала папой, не удивляйся- я ещё ту козу шестилетнюю помнил, с которой мы в шахматы играли.

- А я так надеялась… Хотя, если бы у нас тогда было что- нибудь, я бы сейчас так не жила.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Вот теперь и думаю, говорит Эдька, правильно я поступил, или упустил что- то?

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

- Эдик, а что это у тебя рожа такая мечтательная?

- Хе. Янка вчера звонила. Приезжает в Питер- дня на три. У шефа(мужа) её тут дела какие- то, сам бросить контору не может, вот её посылает. В командировку. Встретиться предложила. Мои на даче- буду реабилитироваться…

…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
Ешива* - школа

241

“Plata o plomo”
«Серебро или свинец» - одна из любимых поговорок П. Эскобара

Лет пять назад мне позвонил близкий друг и попросили заехать в гости в одну крупную контору. Встретиться с местным начальником ИТ отдела и поговорить с ним за безопасность. Детали не раскрывались и мне стало любопытно – профиль явно не мой, а начальник и сам неплохо в ИТ безопасности разбирался.

- Леший, у нас тут ситуация. Есть утечка конфиденциальной информации, мы подозреваем определенных людей, но нужно проверить офис на наличие прослушки и переговорить с персоналом.
- Яныч, ты тут розыгрыши начал снимать для ютуба? Ты знаешь, что я этим не занимаюсь.
- Мне сказали, что можешь помочь.
- Могу, но я этим не занимаюсь – это регулируемая деятельность и использование спец. средств. Я могу помочь сформулировать задачу и пригласить специалистов. Пошли обедать, расскажешь.
- Зачем? Там будут люди!
- Вот и отлично. Чем больше шума, тем хуже слышно. Не в офисе же с потенциальной прослушкой нам это обсуждать. Да и время обеденное.

- Рассказывай.

Янка рассказывал долго и много. Я улыбался, кивал, хмыкал, крякал и всячески поддерживал беседу.
Янка рассказывал о уборщицах - предателях, о Кевине Митнике и том, как он получал доступы, о новейших прослушках и трекерах с булавку, о том, что у них проводятся важные собрания и информация с них попадает конкурентам, о том, что перемещения владельца отслеживаются и что наверняка кто-то что-то прилепил в автосервисе.
Было видно, что человек уже представил себе, как продавшаяся конкурентам уборщица ставит трекер в машину владельца и незаметно развешивает жучки по офисным пальмам. Как продажный автомеханик, злобно хихикая ставит трекер под панель. Было скучно и искренне жаль уборщицу с автомехаником. Пришло время начинать заканчивать, я погасил улыбку, приготовился блефовать и холодно посмотрел Янке в глаза.

Все мы носим маски. Для кого-то ты жесткий и расчетливый бизнесмен, а для кого-то ты «Зая, привези из магазина клубники, мне грустно». Умные люди говорят, что их две и они есть у каждого. Повторюсь, у каждого.

Публичная – та, которую мы надеваем, когда выходим на улицу. Она говорит и показывает то, какими мы хотим, чтобы нас видело общество. Улыбается, машет, говорит спасибо и пожалуйста.

Семейная – та, которую мы надеваем дома и с друзьями. Она говорит и показывает, какими мы хотим быть с близкими нам людьми. Радуется, грустит, травит пошлые анекдоты, пердит в кровати и бухтит на тещу.

А есть – ты. Со своими поступками, мыслями, победами и поражениями, страхами о которых ты, скорее всего, никогда и никому не расскажешь. А рассказав – подаришь тому человеку безграничную власть над собой. Иногда - случайно.

- Янка, как твоя семья?
- Ээээ… Все хорошо. Спасибо…
- Ты уверен?
- Да?...
- Т.б. они не знают. Когда ты планируешь им рассказать?
- Эм… Нет?... Причем тут моя семья? Что рассказать?
- А что коллеги об этом скажут?
- …Ты о чем?
- О мелочах и стыдных глупостях. Неважно. В общем, не будем тратить время, обед как-никак. Мне нужен удаленный доступ админа к серверам и схема твоей сети. Организуй, пожалуйста.
- ??? нет.
- Ну вот. Зачем ты сразу так? Не торопись с ответом. Ты думал, что я просто взял и поехал на встречу, не зная к кому, не подготовившись? Обдумай хорошо. Ты – толковый и, в целом, неплохой парень, у тебя хорошая карьера. Жена у тебя просто красавица и добрая. Почему ты хочешь ее расстраивать? Рисковать своей карьерой. Ведь это мелочи! Удаленный доступ и схема сети! Скажешь, что взломали твой портативник и делов-то!
- Нет!
(ерзает, но не уходит)
- Ты уверен? Ты можешь встать и уйти прямо сейчас, но я бы на твоем месте не стал этого делать. Тем более, что я знаю - начальство у тебя прижимистое.
(достаю из рюкзака небольшой пакет на полкило и кладу на стол – ехал с бригадиром строителей рассчитываться). Я не с пустыми руками приехал.
- Что это?
- Твои отпускные, чтобы подлечить нервы. 25 тыс. евро. Этого будет достаточно.
- … …
(Все. Пора. Иначе он реально сейчас мне доступы будет выдавать! Убираю пакет со стола.)
- А теперь забудь про этот разговор. Кофе пей – уже остыл и пошли твой офис посмотрим, дам рекомендации и ребят приглашу.
- ????!!! Я нихрена не понял!!!
- Яныч, теперь я твой самый близкий друг. Я знаю один из твоих самых больших секретов. Зачем я это сделал? Чтобы ты понял раз и навсегда: что уборщица – человек без доступов, брать у нее нечего, да и незачем. Что деньги – очень плохой мотиватор по-отдельности и позволяет шантажировать обратно. Что мы с тобой пообщались всего пятнадцать минут, а у меня уже были доступы в кармане. Зачем мне уборщица, если я могу получить доступ на самый верх? Что прав был Пабло Эскобар, предлагая выбор между серебром и свинцом.

Утечку мы нашли. Владелец завел себе запасной аэродром, да вот только заходил на посадку как в свой родной, не погасив огней. В результате его засекла на радарах как его жена, работающая фин. директором, так и главный диспетчер запасного аэродрома. Жена – обналичивала фишки и сливала информацию конкурентам, а главный диспетчер просто катался за ним по городу на каршеринге и пугал сообщениями с незнакомых номеров.

Ну ничего. В следующий раз точно будет уборщица и автомеханик!

242

Питерские городские зарисовки. Событию – уже почти двадцать лет.

Почему вдруг вспомнилось – шёл сегодня гулять с собакой, шуганул двух пацанов, с энтузиазмом рисовавших что- то на стене дома маркером. Терпеть не могу, когда на стенах рисуют. Эти бы граффити им на физиономиях татуировками исполнить - для красоты. То- то бы порадовались.

- Джентльмены, у вас ничего не щемит? Ведь эту срань потом кому- то закрашивать придётся?

Может у меня голос сильно скрипучий, может собака (добрее зайца зверя нет!) грозно выглядит, он вообще- то здоровый, сорок килограмм – оробели отроки – причём им- то под двадцать, а мне за шестьдесят – при остром конфликте расклад явно не в мою пользу. А от собаки точно толку не будет – он только руки облизать может, не боец. Такой вот пёс.

Однако безобразничать прекратили, и ретировались.

Итак, история.

Дочка моя младшая, после гимназии нацелилась поступать в фармацевтическую академию, что на Петроградской, на улице профессора Попова – ну, который радио.

Волновалась очень – там тогда конкурс был не маленький - профессия престижная, желающих много. Жена нашла ей репетитора – из этой же академии – стоило недёшево, но надо было позаниматься, барышня в гимназии особым рвением к учёбе не отличалась.

Ходила, занималась – но глядя со стороны, у меня складывалось впечатление, что особого сверкающего эффекта от этих занятий ждать не придётся – как- то невесело она с уроков возвращалась. А что я могу? Только заплатить преподавателю. Сам- то давно забыл школьную физику, химию и биологию.

Небольшое отступление – у нас в парадной все стены были исписаны и изрисованы всякой дрянью – входная дверь не запиралась, на третьем этаже жила, что называется «неблагополучная семья», и гопников по лестнице шастало в достатке. Неприятно, конечно, но всех дураков не исправишь. Спасибо, что не ссали по углам.

И вот однажды возвращаюсь домой- глядь, меньшая в полной депрессии, со слезами на глазах, отмывает стену от наскальных надписей. Это при том, что трудолюбием- в смысле хозяйственных забот она вовсе не страдала. Водичкой с тряпочкой. Ага- маркеры. Водичкой.

На мой немой вопрос- чуть не плача-

- Папа, я себе зарок дала – если отмою все стены в парадной, то точно в академию поступлю.

Да, думаю, при такой эффективности отмывания, в следующем году точно поступишь.

Вслух я этого, разумеется не сказал. Зашёл домой, переоделся, налил ведро горячей воды, сыпанул туда какого- то порошка, не знаю, что за дрянь, но жена им пользовалась только в перчатках – вырви глаз назывался, и присоединился, так сказать, к трудовому процессу.

Дело пошло живее. За час примерно мы отмыли два пролёта – действительно чисто стало. Соседка снизу поднимается-

- Ой, какие вы молодцы! Погодите, я сейчас переоденусь-

И выходит через десять минут со своим ведром, щёткой и порошком. В перчатках – кстати, её порошок оказался существенно поэффективнее нашего, она успевала отмыть пролёт, пока мы с дочкой вдвоём оттирали половину.

Потом присоединилась ещё семья – муж с женой с четвёртого этажа, а дочка их по лестнице бегала, всем воду горячую в вёдрах меняла. Соседкин порошок сыпали уже во все вёдра – она ещё пакет принесла – видать запасливая.

Часа за два с половиной мы отмыли ВСЕ похабные надписи и картинки на ВСЕХ стенах в парадной – с чердака до первого этажа и спуска в подвал. Субботник, блин…

К слову – дом, так называемая «Сталинка», пять этажей, но потолки по три с половиной метра – есть где разгуляться.
Разошлись довольные- на лестнице стало чисто. Позже мы скинулись всей парадной на нормальную дверь, поставили домофоны – двадцать лет прошло, на стенах ни одной надписи.

В академию дочка поступила.

P.S.- не закончила, правда. Но так увлеклась дизайном костюмов, что сейчас у неё своя фирма, раскрученная студия с большим собственным производством – там только швей человек двадцать работает, интернет магазин, зарегистрированный в ЕС, и большие интересные перспективы – а дипломы дизайнера по костюмам она получала в Лондоне и в Киото.

Эта барышня вообще с характером - умеет своего добиваться.

Дружим, общаемся. Недавно напомнила мне ту акцию – с отмыванием стен. Говорит – я тогда правда была чуть не в отчаянии, спасибо, что поддержал.

P.P.S. - на фото -похожая картина.

243

ЧЕРЕПАХА
 
 В важных вопросах жизни мы всегда одни и наша настоящая история почти никогда не может быть понята другими.
(Лев Толстой)
 
Тетю Таню я знаю всю свою жизнь, она подружка моей мамы.
 
Когда-то, лет пятьдесят назад, тетя Таня была вполне эффектной барышней в вельветовых джинсах, а теперь ей уж  за восемьдесят. Живет она почти в самом центре Львова,  в старом,  польском доме в двухкомнатной квартире с высокими потолками. Живет одна, мужа давно похоронила, но я и  родителей ее помню, они рано  умерли, еще в конце семидесятых. Дети выросли, разъехались кто-куда, переженились и даже  не по одному разу,  конечно, нарожали кучу внуков.  Старший внук тоже уже   успел жениться.
 
И вот,  в один, прекрасный, летний вечер, у  Татьяны - мамы и бабушки,  собралась почти  вся ее большая семья и собралась по важному делу – на какой-то срочный семейный совет.
 
 Первым начал радостный и взволнованный зять:
 
 - Татьяна Сергеевна, я сразу,  без предисловий – наконец,  настал ваш звездный час, который бывает только раз в жизни и то, не у каждого. Один очень богатый человек, знакомый моих знакомых, хочет купить еще одну квартиру и   обязательно  в этом доме, ваша ему как раз идеально подходит.
 
- В смысле, подходит? Я ведь, вроде,  ее не продаю и не собиралась даже.
 
- Да  понятно,  но тут совсем не в этом дело…
 
 Зятя перебила дочка:
 
 - Мама, твою квартиру могут купить за нереальные, баснословные  деньги, если только правильно поторговаться. Для этого покупателя,  цена  вообще дело десятое, а на  вырученные  деньги ты можешь взять себе две такие же двушки на любой соседней улице. Да, вообще где угодно, одну будешь сдавать, например. Этот покупатель хочет заселить в наш дом всю свою родню, или что-то в этом роде, короче,  он за ценой не постоит.
 
Если хочешь, можем взять тебе двушку  в доме где хлебный, а на оставшиеся мы тебе еще и дачу  купим. Представляешь?
 
- Дача – это,  конечно,   хорошо, но мне не нужна квартира в хлебном доме, у меня есть  моя квартира.
 
- Татьяна Сергеевна, вы наверное не понимаете, фортуна сама стучится к вам  дверь, а вы упираетесь. Вы ведь совершенно ничего не теряете,  наоборот,   с такими деньгами вы  даже можете купить четырехкомнатную вон в том доме,  через дорогу и жить себе припеваючи. С двумя балконами. Теперь понимаете?
 
- Прекрасно понимаю, но свою квартиру я продавать не стану; ни задешево, ни задорого, ни за очень дорого. Все, а теперь сменим уже тему и давайте пить чай с плюшками. Дети, тащите из кухни все табуретки.
 
- Мама, подожди. Как сменим тему? Ну,  ты ведь не темная, сельская бабка, ты же всю жизнь учителем в школе проработала, между прочем,  географии. Почему ты так узко смотришь на вещи?
Думаешь, что нам нужны твои деньги и квартиры? Дай бог тебе здоровья. Если хочешь, купишь себе двушку  в своем районе, а оставшиеся деньги потратишь хоть  на  круизы по Карибскому морю. Да вообще, как захочешь. Просто глупо упускать такую возможность, Мама.
 
- Татьяна Сергеевна, ну правда же – это шанс, обидно его терять.  Соглашайтесь, хлопоты мы возьмем на себя и переезд полностью   организуем. Ну, решайтесь.
 
- Все, хватит! Не может быть и речи. Мне переехать отсюда - это все равно, что вам сейчас ноги отрезать.
 
- В смысле, ноги отрезать? Мама, у тебя ведь появится  другая квартира, гораздо больше этой.
 
- А если вам ноги отрезать и пришить другие, гораздо большего размера, вы согласитесь?
 Может вы забыли,  или не знали, но  я ведь в своей жизни, ни дня не жила   даже в  студенческом общежитии, а если и уезжала, так только в отпуск,   недели на две. Я  родилась в этой квартире и  за свои восемьдесят три года   никогда   не жила где-то еще. Никогда. Так получилось. Я не умею и уже не научусь жить без моего дома, я состою из него, а он из меня. Скорее черепаха согласится продать свой панцирь, чем я соглашусь продать свой дом.

Дом,  тоже  что-то сказал недовольным   боем  старинных  часов.
После   длинной  паузы,  старшая дочь спросила:
 
 - Мам, ну… где твои  плюшки? Что-то мы и вправду увлеклись  фантазиями. Не переживай , черепашка, никто и никогда не тронет твой домик. Давайте  уже пить чай. Дети, бегом на кухню за табуретками…

244

- а вы знаете что никто не может дотянуться языком до носа и укусить себя за локоть - (Про себя - Ах Вы так??! Вслух:) Это все фигня, сейчас все разжирели, даже мало кто способен засунуть указательный палец себе в задницу

245

Второй день рождения.

Этой истории недавно исполнилось восемнадцать лет- совершеннолетняя стало быть, можно поделиться. Мы с женой занимались просмотрами загородной недвижимости –дом себе подбирали.

В тот раз жена со мной не поехала, мы поехали вдвоём с риэлтершой – Жанна её звали. Посмотрели дом, я поснимал видео- жене показать. Дом неплохой, и место приличное- река рядом, лес сосновый, можно и по шоссе добираться, и на поезде. Цена приемлемая.

Обещал дать ответ на следующий день.

- А вы в какую сторону сейчас едете?

Мы поехали на моей машине, и я обещал подкинуть её до Московского шоссе – муж там встречает. Ехать недалеко – километров двадцать пять- тридцать, но шоссейка узкая, двухрядка и почти без обочин. Ну и еду где- то под сотню. Машин нет.

Впереди на дороге появляются три пустых лесовоза. Мы их догоняем, дорога прямая как стрела, видимость прекрасная, включаю левый поворот, вежливо обгоняю первого, второго, собираюсь обходить третьего – в это время второй резко увеличивает скорость – мне уже деваться некуда, тоже добавляю, и начинаю обходить третьего – который возглавлял колонну.

Все машины с прицепами, это значит, что длина каждого автопоезда примерно метров двадцать. И когда я добрался до половины длины переднего лесовоза, этот гондон просто вильнул налево. Не оставив мне места на дороге вообще. Не верю, что он меня не видел.

- Да что ж они, суки, делают?

Пришлось резко увеличивать скорость – фактически спасаться. Тормознуть не получилось бы- задний (который увеличил скорость) прижался к переднему так, что места для ещё одной машины уже не осталось, и тоже слегка сдал налево, на встречку. По правилам движения можно было бы побибикать, не уходя из ряда, но тогда, вероятнее всего я получил бы в бочину грузовиком и грохнулся в канаву слева.

Примерно на ста сорока я вырвался- таки вперёд, левые колёса на травке, правые на асфальте.

А дальше так – машину занесло, развернуло задницей вперёд – это всё перед бампером лесовоза, мы пронеслись юзом метров шестьдесят- семьдесят, и свалились в канаву справа. Скорость он не сбросил.

Но.

Нам повезло, что мы не полетели кувырком – третий Пассат очень устойчивая машина, а благодаря этой эквилибристике была погашена скорость, и заглох двигатель. Если бы вектор движения (машина была неуправляема) лёг чуть левее, вообще бы никакой аварии не произошло – машина просто остановилась бы на обочине. А так мы мягко перевернулись на крышу - всё, приехали. Можно вылезать.

Это не просто везение, это почти чудо. Вылети мы на левую обочину на ста сорока, там, чтобы похоронить то, что осталось бы в салоне, пришлось вероятно проводить генетическую экспертизу – где фарш от меня, а где от Жанны.

Вылезли, отряхнулись. Это неправда, что в такие моменты вся жизнь перед глазами проносится. За те несколько секунд, что нас крутило, я успел только злобно выругаться на лесовозов, предвкушая, что будет дальше, и во что мне обойдётся ремонт. Обошлось даже без адреналина- только досада – «вот попал, блин»…

Лесовозы – а эти гады видели наши цирковые пируэты- не остановились – проехали вперёд, как ни в чём не бывало.

Так. Машина помята, но не сильно, на нас ни синяка, ни царапины – только Жанну немного трясёт.

Я позвонил в ГАИ, позвонил в страховку, вызвал эвакуатор. Жанна позвонила мужу, чтоб подъехал.

Ждём.

В такие моменты остро начинаешь понимать, насколько у нас всё же порядочные люди в стране живут. Каждый третий водитель останавливался, предлагая помощь. Врач, на машине с красным крестом на стекле не поленился померить Жанне давление, и дать какую- то таблетку – волновалась она всё же.

А вот когда мимо проезжал автобус с солдатами, прапорщик со мной даже разговаривать не стал на тему – «Спасибо, ничего не надо, я сам»- скомандовал своим архаровцам, и они дружно переставили машину с головы на ноги, а потом выдернули из канавы.

Жаннин муж забрал свою пришедшую в себя супругу, и они уехали.

Появилась госавтоинспекция. Я изложил ситуацию. Инспектор-

- Бл…дь, опять эти ублюдки из Любанского лесхоза – они, суки, трезвыми вообще не ездят. Развлекаются, не первый раз уже.

- Слушай, если бы у тебя на бочине хоть царапина была, можно было бы что- нибудь придумать, ну подставить там кого- то. А так я тебе в протоколе могу написать только «Не справился с управлением», или «Скользкая дорога». Ну для страховой, протокол всё равно оформлять придётся.

- Спасибо, лейтенант, если бы я «справился с управлением»- то есть ехал точно по правилам, ты бы меня сейчас от деревьев отскребал.

Оформили протокол и он уехал.

Эвакуатор, на стоянку, договорился со знакомым авторемонтом, съездил в страховую… рутина.

Разбита фара, ветровое стекло, слегка помята крыша, и оторван передний бампер. Не вот какой дорогой ремонт.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

А ровно через год я позвонил Жанне – дом мы купили не тот, что тогда смотрели, а другой, но всё равно у неё – и номер телефона у меня остался.

Поздравил её с днём рождения. Она вначале не поняла, кто звонит, и какой ещё день рождения? Второй, говорю, второй. Посмеялись.

- Точно, говорит, я теперь всегда его отмечать буду.

246

Агент глубокого внедрения

Мой хороший товарищ последних лет 10 хотел въехать в настоящий ведомственный дом в Москве. И вот наконец- аллилуйя, таки смог.
Домов таких в столице всего 3, конкретно в этом - 2 уровня охраны ФСО плюс каждый этаж в лифте на специальном ключе, без которого как в дорогом отеле- увы и ах, лифт не поедет. Заявку на вход гостя по телефону дать нельзя - только лично спуститься встретить. Иными словами - все очень строго.
Справляя новоселье, товарищ пригласил к себе друга из соседнего ведомства- прекрасного мужчину в самом расцвете сил.
Договорились они на точное время встречи, в которое товарищ выйдет на внешний периметр и заберет гостя. Минут за 20 до встречи товарища "дернули" по работе- это когда отказаться нельзя от слова вообще. Гость, прибывший на место, получает информацию что пригласивший в 7 минутах от дома, и можно подъехать туда- а обратно до дома неспешно прогуляться. Отвечает на это предложение положительно и выдвигается. Минут через 15, обеспокоенный отсутствием гостя, товарищ начинает ему названивать, но тот не берет телефон. В среде товарища, как и в среде общения гостя, такое крайне неодобряется. Как говорится, " пропал человек". Закончив срочную встречу, товарищ выдвигается к себе домой. Приходит, переодевается в домашнее и получает вызов на мобильный от гостя.
На вопрос, что случилось, гость отвечает: спускайся в холл, сейчас все расскажу.
Товарищ резко оседает на диван, пытаясь осмыслить хотя бы теоретический способ проникновения в дом через кордон охраны ФСО. Затем приходит в себя, спускается и под очень странный взгляды охраны заводит к себе домой очень довольного, но сильно раскрасневшегося гостя, от которого идет ещё и приятный коньячный шлейф...
- Итак, рассказывай!
- Я уже почти сел в авто чтобы ехать к тебе по адресу, но тут.... короче, из калитки дома выпархивают две чудесных феи! Ну я же сразу реагирую - тыры пыры, одна из них уходит гулять, а вторая минут через 10 общения приглашает подняться на чай... Много чего в жизни видел, дорогой друг, что чтобы через 10 минут общения в таком доме с тебя самостоятельно снимали штаны, давали презик и поили коньяком - это впервые, брат, впервые....

P.S. Девушка моложе героя- любовника лет на 10 и весьма симпатична:)

https://www.anekdot.ru/an/an1602/o160223;100.html#10

247

Помню забавный момент со школы где в актовом зале загорелась большая музыкальная колонка, её накрывали тряпками, обдували бумажками, носили к ней воду, но никто из нас не взял огнетушитель который был на стене. За такую безолаберность от ОБЖешкика мы получили люлей.

Спустя 2 года в кабинете информатики загорелся проектор, самый безбашенный схватил огнетушитель и по инструкции потушил огонь, за что получил люлей от ОБЖешкика, ведь ему сейчас нужно вести огнетушитель на зарядку в пожарную часть, пожарники потребуют отчет куда он был применён,а если указать,что было возгорание, то придёт проверка которая точно найдет до чего докопаться и штрафануть, в итоге вызвали родителей безбашенного смельчака, отчитали за то, что "в этом случае ничего тушить не следовало", а пустой огнетушитель списали на детское хулиганство.

Противопожарный инвентарь, штука неприкосновенная...

- И зачем тогда огнетушитель? Он на балансе школы, использовался по назначению. С хрена ли? Директор упорствует - пишем в РОНО.
- Есть правовая база, а есть реалии 90-х. И с обеспечением школ, и с тем, основываясь на чём формировалось отношение учителей и руководства к ученикам.
- А вы всерьёз не представляете себе, как директор и учителя могли испортить жизнь школьнику, чьи родители не возместили какие-то расходы или на что-то не скинулись? Представьте себе, в школах вымогали деньги у родителей тех, кто отлично учился и шёл на золотую медаль, иначе начинали занижать оценки ровно настолько, чтобы медаль их дети не получили. Могли не отправить на олимпиаду, конференцию или творческий конкурс, просто предпочитали кого-то другого. Могли высмеивать и унижать при классе. Вешать любые косяки и не слушать, что это сделал не он и не виноват. Простора и для психологического прессинга, и для невозможности самовыражаться и пожинать плоды этого – огромны. В то время мало кто думал о том, как себя будет чувствовать дитятко, и любые проверки заканчивались дружеским чаепитием с директором, после которого никакие нарушения не выявлялись, а даже наоборот – проблемы могли начаться у родителей, которые якобы ребёнка воспитывают хулиганом. Как сейчас – не в курсе. Я всегда был почти круглым отличником, например. Но сломал позвоночник в 11 классе. Так ко мне на домашнее не приходили несколько учителей. И потом выяснилось, что именно они нарисовали в журналах трояки, якобы полученные за контрольные в последние недели перед моим отсутствием, а дальше оценок просто не было, и из-за этого вышли четвёрки за год. Ничего личного, как говорится, просто бизнес. Родители решили не скидываться на "нужды школы и класса", пока я дома лежу на спине, не вставая с кровати. Угу. Буквально выполз из школы без золотой медали. Хотя отношения с учителями были прекрасные. Но им дали указку, как сделать. И ничего уже не докажешь – что там было несколько месяцев назад в тех контрольных, сданных на листочках. Отсутствие медали на мне никак не сказалось, всё равно поступил на бюджет в вуз, о котором мечтал, но запомнил этот урок на всю жизнь. А вы говорите – что сделает директор. Да это было его бабло. Да, малое, но это лишь часть распила. Давно расписанная на постройку личной дачи. А тут ты со своим огнетушителем нарисовался. Пофиг ему на тебя, у него интерес. И пока он над тобой, а не ты над ним, и повлиять ни на что не можешь при помощи компетентных органов, которым на тебя в 90-е похуй было – лучше не ломать ребёнку нормальное детство из-за этого ссаного огнетушителя, а купить и забыть.

248

Правильно ли я поступил... верно ли... Наш голландский повар-кок спросил меня, что следует говорить русскоязычным группам, когда сервируешь еду? Конечно, я ответил...
Как то раз занесла меня судьба на Колымский тракт. Мы ехали от Якутска до Томтора (Оймякона), на так называемый «Полюс холода» (самая холодная точка северного полушария Земли). Зимой, на велосипедах. В принципе, Колымский тракт, вполне себе дорога. Уже тогда была. И, как-то, на дороге, встретилось нам кафе. 100 км в одну сторону ничего, в другую и того больше. Подъезжаем, выскакивает навстречу хозяйка в длинной лисьей шубе.
-Гости дорогие! Добро пожаловать! Видела по ТВ ваш старт в Якутске. Вы гости мои, буду вас кормить!
Кормить, так кормить. Где наша не пропадала. Давай! Корми!
На первое был суп, название которого я не запомнил. Меж собой мы назвали его «жидкая смерть». В горячем жидком жире плавали куски твердого жира и субпродуктов. Какая-то кожа, внутренности животных. Жуть! Но когда крутишь педали на 25 градусах мороза, а ночуешь на минус 40, то от такого супа не умираешь. Второе — жаркое из лося. Наконец, подошла очередь чая.
- Ребята, сейчас принесу чай! Чай!! В мире есть два народа, которые всегда пьют чай с молоком. Это англичане и якуты.
Я поймал ход мысли хозяйки и забеспокоился. Я не якут, не англичанин. Молоко на дух не переношу.
- А можно мне без молока?
Улыбнулась хозяйка, потрепала меня по плечу отечески. Или, правильнее сказать, матерински? Не важно. И сказала… А что сказала?
Представьте ситуацию. Стоит одинокий дом на Колымской дороге. Мимо проезжают брутальные дальнобойщики. Мороз дикий. Где ближайшая консерватория? Где театр оперы и балета? Я даже не спрашиваю, где театр драмы, так как жизнь в этом месте сама по себе драма. Где библиотека?
Нету. Ну и люди тут соответственные. Радушные, добрые. Но — немного брутальные. Учившиеся по Пушкину «чему нибудь и как нибудь».
Улыбнулась мне хозяйка, потрепала по-матерински по плечу. И молвила:
- Жри что дают!
Я взял из ее рук чай с молоком и широко улыбнулся в ответ. Ну и, да простят меня люди, живущие ближе 100 км от консерватории, «жрал» я этот чай, ибо я «гость дорогой»! Отказаться — обидеть!

Z.Gurevich

249

А замечал ли кто, как странно выглядит ваш город ночью? Как меняются, казалось бы, знакомые до мелочей места?
Или, уволишься вот с работы, где провел годы, излазив всё, а через месяцок потом забежишь за справкой, и видишь все по-другому? И тут или вздохнешь ностальгически, или сплюнешь, увидев, на какую хрень потратил часть жизни.

Много, много удивительного вокруг. Вот, вроде трезвый, стоишь на балконе, и наслаждаешься единственной в день сигаретой. Заходишь обратно. И вдруг видишь жену новыми глазами. И вспоминаешь внезапно, что вы вместе уже больше сорока лет. И то, как она тебя лечила. И от пьянства спасла. И от самоубийства, когда все потерял и светила зона. И детей практически сама вырастила, пока ты все гнался за рублями. Или спасал производство неделями. Как была равнодушна к ювелирке. И что не истерила никогда о загубленной жизни. И как сейчас она целыми днями хлопочет, готовит, и уютничает. И как тебе вообще повезло с ней. И как ты, скотина, воспринимал это, как должное.
А сейчас сидит на кухне, щурясь в свой старый крохотный телефон, и сюсюкает с внуками по сети...

И вдруг подавишь непроизвольный всхлип. И тихо скользишь к себе за стол. Где никто не увидит слез. И, не раздумывая, покупаешь ей самый новый айфон. С самым большим экраном. И похрен, что в кредит, и что здоровье не то, и денег - от пенсии до пенсии...

Как-нибудь вывернусь.
Ее радость стоит дороже.

250

Из рубрики – почти Рождественские сказки.

Тем не менее, история совершенно правдивая – часть эпизодов рассказал мой тесть, часть- жена. Эта женщина- Амалия Марковна, была соседкой моего тестя – через дом по улице. Я её и видел- то раза два, когда в гостях у тестя был. Городок небольшой, все всё про всех знают, и обсуждают. Много глупостей и лишнего судачат. Гадости от зависти тоже, как же без этого?

Я постарался изложить всё более- менее связно и правдиво – как сам услышал и понял.

Правый берег Днепра. Полудеревня, полупосёлок, название- Табурище. Это примерно напротив Кременчуга- через Днепр. В 1928 году, в семье агронома родилась девочка- Полиной назвали. Славная такая, коса пшеничного цвета с руку толщиной – росла себе довольная, счастливое Советское детство. Пионерка.

Детство закончилось в сорок первом году. Отец в июне ушёл на фронт и пропал без вести. Эвакуироваться они не успели, и осенью попали с матерью и бабушкой в зону оккупации. На домик их- мазанку фашисты не прельстились, слишком скромно выглядел, поэтому семья жила не в землянке. Голодали, выживали как могли- война идёт.

А в самом начале сорок третьего Полина попала в списки отправляемых в Германию. И жизнь переломилась пополам. История умалчивает, как она жила, и что делала два года в Германии. Там вроде было большое фермерское хозяйство, частная территория на полторы сотни гектаров, всякая живность- кормить надо, ухаживать.

Сын хозяина хоть и был по возрасту призван в Вермахт, но служил связистом на телефонной станции при какой- то Немецкой комендатуре во Франции. Не воевал. А в сорок пятом, когда война заканчивалась, бросил всё, и свалил домой – подальше от боевых действий. Густав его звали.

Что там было дальше – Полина никогда и никому не рассказывала. Но сумев правдами и неправдами пробраться в эшелон, которым временно перемещённые отправлялись домой, в СССР, только через полтора месяца, вернувшись в свою мазанку на Табурище, поняла, что беременна.

Это была беда. Если в НКВД узнают – гарантирована пятьдесят восьмая статья за пособничество, и лет десять лагерей, а ребёнок с рождения в детский дом – больше никогда его не увидишь.

Ни матери, ни бабушки она в живых не застала. Дом покосился, пообтрепался, но ещё стоял. Дальнейшее напоминает ловкую авантюру. А куда ей было деваться?

Председателем колхоза тогда был весёлый разбитной мужик- инвалид, Марк Соломонович. Именем вроде как Иудейской нации, но по матери Русский, да ещё крещёный. Левую стопу ему в сорок втором миной оторвало- ходил на протезе и с палочкой. Хозяйственный был, оборотистый. Но самогонку любил, и ни одной юбки не пропускал- мужиков мало, с фронта многие не вернулись- вот он и распространялся по мере сил и желания. Как его жена это терпела?

Полина подошла к нему-

- Соломоныч, мне бы мазанку подремонтировать, стройматериалом не подсобишь?

- Дык подсобить- то можно, а что я за это буду иметь?

И вся деревня была теперь уверена, что отцом родившейся в сорок шестом году девочки был именно охальник- председатель. Имя Полина ей дала- Амалия, по отчеству- Марковна. Никто и не удивлялся- вроде как созвучно.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………
Прошло сорок лет.
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
Важные события за это время- в начале шестидесятых, при строительстве дамбы для Кременчугской ГЭС деревня попала в зону затопления будущим водохранилищем. Всем жителям выделили участки земли поблизости, приличные суммы денег в компенсацию, и беспроцентные ссуды желающим – для строительства новых домов.

Даже останки усопших родственников для тех, кто об этом заявил, были эксгумированы и перенесены на высокий берег – у вновь строящегося города сразу появилось своё кладбище.

А Полина с Амалией из ветхой мазанки переехали в хороший кирпичный дом.

С замужеством у Амалии не сложилось – и уже далеко за тридцать она родила- таки дочку – назвала Полиной, в честь бабушки.

Бабушка чувствовала себя всё хуже и хуже – со здоровьем у неё было не очень, сказались военные годы, и ближе к концу восьмидесятых она как- то усадила дочку за стол и почти торжественно начала-

- Маличка, нам надо очень серьёзно поговорить. Очень – пока я ещё могу тебе рассказать всё это. Я сорок лет молчала – вначале боялась, потом неудобно было- да и привыкли все. В общем, отец твой настоящий не этот Марк, полуеврей, которого посадили за растрату – да ты его никогда и не видела, отец твой немец, зовут его Густав, вот адрес – думаю, он ещё там живёт, ему сейчас за шестьдесят – а парень был крепкий, вряд ли стоптался.

- Хочешь, напиши, может помнит ещё, ответит? Или давай я напишу – только перевести бы кому? Он же по- Русски ни слова, а я по Немецки писать не умею, да и говорить забыла…

Письмо было написано, переведено и отправлено. Конец восьмидесятых- перестройка, гласность, то, что было невозможным в СССР, стало вполне доступным. Бабушка Полина с нетерпением ждала ответа.

И ответ пришёл. Густав был жив, здоров, вежливо представился, но по существу написал только одну строчку –

- Какие глаза у девочки?

А у Амалии действительно была гетерохромия – левый глаз голубой, а правый карий. Это передаётся по наследству – и через два месяца Амалия с маленькой Полиной (у которой тоже были такие глаза), получив вызов, отправились в Германию- знакомиться с далёким родственником.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Это сейчас существует генетическая экспертиза- а тогда, со слов соседей, Амалия вернулась вся в слезах – фотографию показывала – они с дочкой и Густав – но все как на одно лицо.

Она только плакала и повторяла-

- У меня есть папа. У МЕНЯ ЕСТЬ ПАПА.

Густав не говорил по Русски, Амалия- по Немецки. Но в соседнем доме от Амалии, в посёлке жила дружная Еврейская семья, между собой общавшаяся исключительно на Идиш – а маленькая Полина дружила с соседями, и к шести годам вполне освоила незнакомый язык. Надо отметить, что Идиш и Немецкий- довольно близки друг к другу по лексике, и Полина невольно стала переводчиком между матерью и вновь обретённым дедушкой.

Густав несколько лет назад овдовел, дети его выросли и разъехались жить самостоятельно, вначале он с некоторой опаской отнёсся к непонятно откуда взявшейся через столько лет родне, но потом совершенно искренно влюбился в свою очаровательную внучку с разными глазами- Полли он её называл.

К сожалению, бабушка Полина не дожила до того момента, когда непременное желание Густава – «Переезжайте жить ко мне» было исполнено.

А Амалию с маленькой Полиной я последний раз видел, когда она хлопотала, продавая дом – соседкой моего тестя была, я упоминал.

Да, город на берегу Днепра называется Светловодск, Кировоградской области. Думаю, там и сейчас ещё живы свидетели этой истории.

12345678910 → дальше →

Партнеры

Реклама