Результатов: 115

101

Наши грузинские девушки как правило очен скромные. Но иногда пападаются и не очен. Савсем мало, но попадаются. Была и у меня такая знакомая в молодые годы. Буду называть ее Наргизи, но это не настоящий имя. Красивая как джейран и ни в чем себе не отказывала. Мужчин меняла как перчатки. Один дурак из-за нее жизнь самоубийсвом покончил. Дорогие подарки, рестораны, шампанское как из рога. Сам панимаеш как это бывает. Наркотиков тогда не было, но все остальное имело место. Потом вышла замуж за еврея и уехала с ним в Израиль.
Через много лет я савсем случайно очутился у них в гостях. Большая богатая квартира, две дочки 13 и 15 лет такие же красивые как мама. Не могу сказать что очень скромные – смотрели на меня и не опускали глаза, но видно что хорошие девочки. Наргизи нашла момент, отозвала меня в сторону и говорит: «Смотри, не проговорись при девочках, что я курила».

102

6 КОПЕЕК

Жил-был Анатолий Иванович – хозяин и генеральный директор небольшого, но надежного предприятия. Жил, жил и угораздило его дожить до своего славного полувекового юбилея.
Собрались работники фирмы в полном составе – все двадцать человек и судорожно принялась думать: – Что подарить шефу?
Судили – рядили, скинулись по сотне долларов и порешили купить шикарное кожаное кресло - практически трон на колесиках.
Обрадовался Анатолий Иванович дорогому подарку, даже слезу пустил и свою старую, тоже, кстати, кожаную табуретку, торжественно вручил старушке – секретарше.
Но вот торжественная минутка закончилась, сотрудники разошлись по рабочим местам, и счастливый юбиляр остался один в кабинете.
Он покачался в новеньком кресле, подергал рычажки и регулировки, покатался вверх-вниз и открыл для себя один незначительный, но смертельный для педанта недостаток: в нормальном положении, сидение кресла стояло не горизонтально, а имело маленький наклончик вниз. Отклонение пару градусов всего, другой бы даже и не заметил, но Анатолий Иванович ни о чем другом больше думать не мог и чувствовал себя комом глины, который медленно, но неотвратимо скатывается вниз с мягкого, кожаного ковша экскаватора…
Подкладывать под себя подушечку на кресло за две штуки баксов, было совсем уж глупо.
Купить себе другой, нормальный стул и сидеть на нем, пока никто не видит… тоже не то.
Предложить сдать обратно в магазин? Народ обидится и правильно сделает.
Оставалось одно – ремонт, или скорее – модернизация.
Вызвонил по интернету мебельного мастера, специалист явился покрутил, подергал стул и сказал:
- С наклоном ничего сделать нельзя, конструкция такая – это никак не лечится, привыкните. А куда же вы в магазине смотрели? Ну, да ладно, с вас 1200 рублей за вызов…

Но бедный шеф не сдался и вызвал нового специалиста.
Новый полежал под стулом, посветил фонариком, потом уселся, пододвинулся к столу, схватил хозяйский «Паркер», чтобы было чем руки занять и выдал вердикт:
- Наклон, в принципе можно слегка исправить, придется на станке вытачивать новый кронштейн - это будет стоить… так, так, так, в районе 17 тысяч рублей. В течение недели будет готово.
- Ну, семнадцать, так семнадцать, недельку перекантуюсь.
- Плюс две тысячи транспортировка к нам…
- Э нет, я не хочу показывать людям, что их кресло уехало в ремонт.
- Тогда никак не получится, можно ошибиться в размерах, наклон станет еще хуже и что тогда? Это не серьезно.

Анатолий Иваныч опять остался один в кабинете и впал в легкую панику. Он даже подумывал, как бы на веревке из окна спустить проклятое кресло, чтобы сотрудники не заметили, а после ремонта таким же путем обратно. Сотрудники может и не заметят, а вот менты в будке через дорогу, которые посольство охраняют, наверняка засекут.

Пожалуй, что, матьего, подушечка примотанная сраным скотчем – это не такой уж и плохой вариант.
Но тут Анатолию Ивановичу вдруг припомнилась давно забытая история десятилетней давности. Даже не история, а так, мелкий дорожный эпизод: - когда-то вечером 31-го декабря шеф пробирался с семьей на дачу и увидел в кювете «жигуль» мигавший аварийкой. Анатолий Иваныч остановился, подошел, заглянул. Внутри «жигуля» стучал зубами синий мужик по имени Миша. Он как и все, спешил на празднование Нового Года, но слегка переборщил со скоростью и чуть-чуть слетел в кювет.
Только, как назло машин было мало и за четыре часа ни одна собака не остановилась, чтобы помочь, да и печка весь бензин уже выжрала.
Оставалось только стучать зубами и надеяться на крепость эмали…
Анатолий Иваныч своим монстром с легкостью выволок бедолагу на твердую дорогу и даже дал отхлебнуть три литра бензина, чтобы хватило добраться до дачи.
Вот только, как замерзший спасенный не совал денег, спаситель наотрез от них отказывался. Не надо и все – порыв души деньгами не меряется. Но после долгих уговоров Мише все же удалось заплатить, и только за сам бензин, а за человеческий порыв сказал простое душевное спасибо и что он в неоплатном долгу.
На прощание спасенный пожал руку, вручил визитку и добавил что он вообще-то отличный автослесарь и если что, то в любое время суток…

…Шеф вытряхнул на стол содержимое выдвижного ящика и все же отыскал старую, замусоленную визитку. Десять лет – большой срок, может и телефон сменился. Позвонил:
- Але, добрый день – это Миша?
- Да, а кто это?
- Даже не знаю как сказать? Помните, лет десять назад, может одиннадцать, вы перед Новым Годом вылетели в кювет…
- Все, вспомнил! Чем могу вам помочь? С машиной что-то?
- Не то чтобы с машиной, с креслом, хотя оно стоит как машина.
- Не важно, говорите адрес, я сейчас же приеду, чем смогу – помогу.

Через час Миша с двумя большими ящиками инструментов был уже в кабинете.
Он десять раз сажал и поднимал шефа, что-то мерил штангенциркулем, потом снова сажал и снова поднимал. В конце концов, полностью разобрал кресло на винтики и уехал…
Через час Миша вернулся с третьим ящиком и наконец из отдельных железячек снова собрал кресло.
Наступил волнительный момент ходовых испытаний.
Шеф осторожно сел, поерзал, попрыгал и как маленький ребенок расплылся в счастливой улыбке. Как все-таки много нужно для полного счастья. Наклон сидения был идеален и выдержан с точностью до градуса, не больше, не меньше.

- Миша, вы монстр, волшебник, я только сейчас понял - какое оно удобное! Вы спасли меня!
Радостный шеф потянулся к кошельку, но мастер сурово на него посмотрел и сказал:
- Анатолий, денег я не возьму, ведь и вы с меня тогда не взяли. Просто скажите - спасибо и мне будет приятно.
- Миша, так нельзя, ведь вы же ехали ко мне, да и тут убили четыре часа, возьмите хоть это…

Анатолий Иваныч протянул три тысячи рублей.
- Не возьму, даже не уговаривайте. Ну, мне пора, рад был помочь.
- Подождите, Михаил, но ведь тогда на дороге я все же взял у вас деньги за бензин.
- Все правильно, ведь бензин денег стоит, а порыв души, как говорится…
- Тогда давайте так: за порыв души и саму работу огромное вам спасибо, но вот хотя бы за запчасти я все же заплачу.

Мастер неожиданно улыбнулся, поставил ящики на пол, крепко пожал Анатолию Ивановичу руку и сказал:
- Договорились, запчасти за ваш счет. Итого - с вас ровно 6 копеек, только, пожалуйста, без сдачи.
- Как 6 копеек, почему 6 копеек? Что это за запчасти, которые стоят 6 копеек?
- Все правильно, посчитайте сами: три монетки по копейке установлены с одной стороны наклонного механизма и три с другой. Итого…?

103

Как Акунин себе на мебель зарабатывал

Во всех первых романах Бориса Акунина про Эраста Фандорина (кроме «Турецкого гамбита») упоминается имя «Мебиус» или «Мёбиус», просто мелькая в разговоре, или на какой-нибудь вывеске. Общим у этих «Мебиусов» было то, что они не оказывали никакого влияния на сюжет, и упоминались мимоходом.
В 2001 году на прямой вопрос «Почему во всех романах про Фандорина, кроме "Турецкого гамбита", встречается фамилия "Мёбиус"?», Акунин ответил: «Не скажу». Но этот вопрос заинтересовал многих, в том числе и меня, и я нашел ответ.
Андрей Станюкович в своей книге «Фандоринская Москва» выдвинул гипотезу, что это как-то связано с «листом Мёбиуса».
В посмертно опубликованной статье немецкого математика Августа Мёбиуса было описано, что если взять полоску бумаги и соединить её концы, предварительно перевернув один из них, то получится этакий знак бесконечности. По нему можно двигаться вечно, переходя из внутренней поверхности во внешнюю, и возвращаясь всегда в исходную точку. Но при этом идущий всегда будет двигаться чуточку иным путем, чем прошлый раз.
Якобы таким образом Акунин как бы намекает на существование переходящих друг в друга параллельных исторических пространств, у которых нет начала, конца и полного совпадения.
Эта гипотеза мне показалась слишком уж математической для «лирика» Акунина, и я стал копать дальше. Следующей шла версия, что у Григория Чхартишвили есть знакомый с этой фамилией – отсюда и «Мебиусы». Проводил же Акунин, как-то, в своём блоге конкурс, призом в котором было присвоение имени и фамилии победителя одному из персонажей своего будущего романа. Почему не предположить, что для него это не в новинку?
Но в Москве среди знакомцев Чхартишвили не оказалось людей с такой фамилией. Вернее был один, шапочный знакомый, Альберт Мебиус, но он эмигрировал в Германию еще в начале 90-х. С тех пор никаких отношений они не поддерживали, и Акунин наверняка о нем уже сам позабыл. И я стал копать дальше.
И раскопал – всё оказалось очень просто. В Москве есть такая компания по производству мебели – «Мебиус», которая увидев своё название в «Азазели» предложила Борису Акунину сделку. В соответствии с её условиями Акунин включает в каждую книгу серии «Новый детектив» об Эрасте Фандорине фамилию «Мебиус», а компания «Мебиус» расплачивается с ним за это своей мебелью.
При этом «Мебиус» это будет или «Мёбиус», не имело для них никакого значения – Интернет ставит знак равенства между «е» и «ё», а компании была важна именно частота употребления её названия в Интернете в размещенных там текстах книг Акунина. Это так называемая «узнаваемость бренда», и это оплачивается.
Зарабатывал тогда писатель не очень много, и полностью обновить свою домашнюю мебель за такую мелочь, как мимолетное упоминание чьей-то фамилии в тексте своих книг, показалось ему выгодной сделкой. И он согласился – тем более, что мебель-то была хорошая.
Включить в «Турецкий гамбит» Мебиуса Акунин не успел – книга уже была запущена в печать, – но писатель добросовестно исполнял договор вплоть до 2007 года. В том году Акунин также упомянул «фотографии Мебиуса» в своей новой книге «Нефритовые чётки».
Но кто-то из близких сказал писателю: «Гриша, ты самый успешный из российских литераторов, и на свои доходы сам можешь эту фабрику купить, вместе со всей её мебелью. Ну их…». Григорий Шалвович подумал-подумал, и убрал слова «фотографии Мебиуса» из текста своей книги.

104

История из истории

Алексей Максимович Горький и Антон Павлович Чехов любили захаживать в этот красивый, славившийся своими архитектурными достоинствами и гостеприимством дом в старой Москве, что располагался на углу Петровки и Столешникова переулка. Потому почитатели таланта "буревестника революции" прозвали это славное местечко - "На дне"; те же, кто восторгался творчеством "совести русской интеллигенции" именовали сей приют - "Чайка". А вот официального названия это заведение, как и все остальные российские бордели, не имело.

105

Организация (крупная), где я сейчас работаю, имеет нехорошую привычку загонять сотрудников на эти свои корпоративы едва ли не директивно, почти под страхом взыскания, предлагая весьма сомнительную замануху в виде оплаты половины счета. Народ конечно ропщет, высказывается против, но все равно покорно топает.
Пришло время и мне кагбе "влиться" в карр-парар-рративные ряды. Стать тысзыть полноценным, повязанным градусом членом команды.
В ответ на вопрос, никакого ответа на который, как я уже говорил, не предполагается, я неожиданно произнес... "Спасибо, нет."
Повисла звенящая тишина. Слышно даже тиканье часов и участившееся биение сердца генерального. Стук падающего тела - это лишилась чувств секретарша. Генеральный дрожащей рукой пытается достать из кармана нитроглицерин, но не успевает - падает замертво. В кабинет врываются парни из охраны и берут меня на прицел... Всё! Это провал! - только успеваю подумать я... Выстрел...
Ну, не совсем так...
Но слух об этом невиданном демарше разлетелся моментально. В тот же день стал замечать, что люди в коридорах поглядывают на меня неоднозначно и слегка сторонятся. Словно видят надо мной проклятье какое-то. Кроме Традиции, я нарушил и патрицианский устав. Поскольку не было такого в истории ИТР этого предприятия, чтобы начальник отдела, если он не за границей, не в реанимации и вообще, жив, не явился на корпоратив...
Не знаю, чего там напридумывал народ, какие ужасы и напасти на мою голову рисовало сотрудникам воображение - на деле все это не имело ни малейших оснований.
Потому, что сила в правде. Я не стал выдумывать благовидный предлог для неучастия. Я просто пришел к генеральному и сознался во всем! Я признался, что не пью. Вообще никогда и ничего! Я сказал, что я, конечно приду, коли таков закон. Но удеру при первой возможности.
Генеральный очень хорошо и правильно понял моё заявление и не выставил никаких контрдоводов. Сказал, понимаю, мол, уважаю решение.
Конечно, сложившийся прецедент обсуждался. Конечно, многим было интересно, как это новый начальник ИТ отвертелся от корпоративного обряда, почему он до сих пор жив и главное - ЧТО ОН ТАКОГО СКАЗАЛ!?
Он сказал правду! - был ответ. Хотя правда эта не особенно подействовала. Пьешь-не пьешь- какая разница? Не можешь пить- ешь!
Генеральный, как хороший тактик и стратег мгновенно понял другое. Я буду единственным человеком, который совершенно четко будет помнить всё и всех и всё про всех. При этом сам он останется категорически не при делах. Даже краем не зацепит! Весь в белом!
А ОНО НАМ НАДО?

106

Не очень смешно, но как факт - забавно. Навеяно историей про тестирование специальных DVD-дисков, единственным представителем которых оказалась порнуха. Тестирование имело огромнейшую популярность..
Принес как-то парень диск. Болванку, с записанной порнухой (хотя это и не принципиально). И ему во что бы то ни стало что-то там посмотреть нужно было. То ли на спор, то ли еще что. Выручайте! А фигли нам, пацанам! Начали с приводов. Сували во все компы. Ошибка чтения.. Ошибка.. Нек, Пионер и даже Тик не шмогли... Интерес к эксперименту возрос. Азарт тоже. Ведь на чем то его читали? Поднялись к Хай-Файщикам (кто не знает - элитная техника: навороченные домашние кинотеатры, усилители, панели). Они прошлись по своей технике. Крутейшие представители стоимостью в три зарплаты говорили "Фи" и выплевывали диск.
Да гори он синим пламенем! Продавец злобно пихнул напоследок диск DVD-ку Elenberg (самый недорогой брэнд для привлечения низкой ценой). И, о чудо! Двоя кадры, рябя как советский "Горизонт" на домашней антенне, но он начал воспроизводить! Объяснение нашли в защите от ошибок. Там, где брэнды следили за качеством воспроизводимых дисков, Эленберг съэкономил. Мораль: много хорошо - тоже не хорошо)

108

В общем было так.
Еще в совковые времена в стандартном панельном доме был нелегально
захвачен малюсенький карманчик с электрощитком. Все так делали и у всех
в таких домах есть такие кармашки. Освещение естественно бесплатное из
щитка и никакие службы претензий не предъявляли т. к. там и так должна
гореть лампочка. Застаревшая многолетняя проблема состояла только в том,
что в отличии от всех остальных помещений это имело одновременно вход и
выход изменяющиеся по функционалу в процессе использования т. е. где
поставить выключатель совершенно непонятно. В подъезде нонсенс, в
квартире решение наполовину, внутри кармана - искать каждый раз наощупь.
Проблема тогда еще была решена гениально просто по совковски лампочка
горела круглые сутки и даже выключателя не было. Неудобство состояло
только в частой смене лампочек, т. к. даже энергосберегающих в таком
режиме хватало относительно не надолго.
Так вот.
В свете чудовищного прорыва в науке, не нашей нано, а простой китайской,
в продаже появился простой приборчик который реагирует на движение и
звук. Путем тщательнейших расчетов экономической целесообразности и
собственного нездорового интереса ко всякой технике был куплен таковой и
успешно установлен.
Но не все оказалось так просто. Для нормальной работы устройства
пришлось потратить путем проб и ошибок для настройки прибора в оптиуме.
Сейчас все работает идеально, но до этого иногда для повторного
включения погасшей лампочки приходилось гостям, членам семьи и детям (по
моей рекомендации) взмахивать рукой. Так вот "систему" за это успели
прозвать "хайль гитлер".

109

ЯПОНА МАМА

Если вам кто-нибудь когда-нибудь скажет, что изменить мировоззрение
человека невозможно… тем более быстро… Ответьте ему – это на тебя
повлиять нельзя - идиоты неисправимы. А на обычных людей влиять можно и
зачастую даже нужно для их же пользы.

Восемь лет назад понесли меня черти на край географии – дальше только
Северный полюс. На поезде, двое суток в пути. Когда еду одна да ещё и
долго, то всегда предпочитаю плацкартный вагон – так веселее. Но на сей
раз соседи попались – скучнее не придумаешь. Мама с «сыночечкой».
Последнее чудо природы имело под сто кэгэ веса, было старше меня лет на
пять и намеревалось служить по контракту подводником.
Сперва я лениво, вполглаза, наблюдала шоу, как мамочка стелит сыночку
белье на верхней полке, «тело» - слава богу, самостоятельно и без замены
памперса туда заползает, потом мамуля распаковывает объемистую и
спортивную сумку (а их багаж занял всё что только можно в этом «загоне»)
и начинает организовывать на столике ресторанное изобилие.
И начинается… «Сыночка, вот курочка… вот йогурт, а вот салатик надо
съесть, а то испортится… а вот картошечка. Ну спустись, покушай!». И
так стенает целый час, настаивая, чтоб её старания были оценены.
«Сыночечка» рычит сверху, мол, отвали. И заваливается спать.
Я достаю из своего единственного рюкзачка банку пива, бутерброд, журнал
и карандаш. И с головой ухожу в своё занятие. «Малышочек» уже успел
предупредить мамулю, что если она ещё раз с ложечкой сунется, то получит
по голове ботинком. Мама сидит и страдает. Чуть не плачет от отсутствия
объекта для заботы.
В её поле зрения попадаю я – с журналом и карандашом.
Ерзает не менее получаса – ну на лбу написано, не привыкла женщина легко
знакомиться с людьми, а посему никак не может решиться. Не-не-не,
навстречу не пойдем! Подождем. Пусть проявит такой героизм и хоть что-то
мне скажет.
Аааа-га!!! Вот. Дождалась!
- А… простите пожалуйста… я наверное невежливо… и не в свое дело лезу…
нооо… - писк больного котенка, а далее – как прыжок в пропасть:
- Мне очень интересно, а что это вы с журналом делаете?
Я поднимаю голову, дружелюбно улыбаюсь:
- Кроссворд разгадываю.
- Какой же это кроссворд? – от того, что я её не покусала, тетка
начинает говорить капельку увереннее. – Тут же сплошная таблица с
квадратиками. Как тут разгадать? И что разгадывать надо?
- А это японский кроссворд. В итоге должна получиться картинка. Идите
сюда. Я вам покажу…
После десятиминутного объяснения «самоуверенности» тетки хватило даже на
«а можно я попробую?». Торжественно всучив ей журнал и карандаш, я
попёрлась знакомиться с вагоном.
Вернулась я через сутки.
За это время перезнакомилась с кучей самых разных людей, получила массу
полезных сведений о местах в которые ехала, едва не отстала от поезда,
нашла милого молодого человека (ну это чтоб ночью скучно не было),
помогла проводнице с добычей дров, а то холодно… попробовать местную
таранку, выиграть в карты ящик пива, который всё равно тут же вместе и
выпили… Короче ни единой скучной минутки.
Итак, возвращаюсь. Довольная всем и вся.
И застаю картину «бутербродом по обоям»:
- Мать, а мать? Ты меня кормить думаешь? – басит «детеныш» с верхней
полки.
- Слазь и жри чего осталось, - торопливо, не отрываясь, кажется уже от
десятого подобного журнала.
- Да тут мало…
Уже конкретный «рявк»:
- ТАК СХОДИ И ПОИЩИ, ГДЕ ПОБОЛЬШЕ!

Ошарашенный сынуля ломится мимо меня. Ловлю, и улыбаюсь как чеширский
кот:
- Через десять минут остановка. Там и купишь. Да, матери очередной
журнал не забудь, как видишь, ей понравилось…

Хотите секрет? А никакого секрета здесь нет. Просто иногда люди не
понимают, что жить надо прежде всего СВОЕЙ СОБСТВЕННОЙ жизнью. А чтоб
поняли – зачастую нужно очень немного, уж поверьте… И всем окружающим –
только на пользу. А для того чтобы это объяснить иногда и маленького,
даже крошечного толчка достаточно…

110

Тоже из рассказов деда. Конец лета 1944 г., война близится к
логическому финалу. Немцам ловить уже нечего, но воюют зверски. Наши,
впрочем, им не уступают. На фронте кратковременное затишье, танковая
бригада стоит в довольно крупном польском селе. Это село имело крупную
железнодорожную станцию, и находилось на перекрестке важных дорог. Через
него постоянно двигались колонны пехоты, бронетехники, снабжения. Как
вспоминал дед, из-за этого в селе было больше СМЕРШевцев и особистов,
чем обычных солдат.
Вечер. С краю села стоит огромный, высоченный и раскидистый дуб. Идут
два офицера-танкиста. Спорят о том кто лучше стреляет.
- Чего ты мне говоришь, я ещё в 38-м "Ворошиловского стрелка" получил!
- Подумаешь! Я с семи лет с отцом на охоту ходил, мы белку в глаз били!
- В глаз, ага! А слабо вон в ту ворону попасть?- и показывает на сидящую
на вышеупомянутом дубе ворону. Расстояние приличное.
- Легко! Эй, боец, а ну-ка дай винтовку!- обращается к какому-то
солдатику. Передергивает затвор, целится... Ба-бах!
Ворона говорит презрительное "Кар-р" и улетает. Крона дуба зашевелилась,
и на землю свалился немец в камуфляжном комбинезоне, с замазанным
зеленью лицом. На груди смертельная рана... На дереве нашли портативную
радиостанцию, по которой он передавал сообщения о перемещениях наших
войск. Глупая смерть для диверсанта...

111

Про заначку

Шел 1992. Для тех, кто забыл - эпоха Минфина Павлова, который начал с
денежной реформы и кончил ГКЧП. Впрочем, на его отношения с ГКЧП мне
плевать. И то, как это ГКЧП теперь расшифровывается - тем более. Я, в
основном - по первому вопросу. О том, как человека кинули, а он думал -
счастье.
За три дня до того. То есть когда Минфин Павлов решил это с нами
сделать. То есть понес в народ реформу. Меня уже унесло в Чехию. То есть
Чехия - она сейчас. В тот раз еще было: Чехословатская Советская
Социалистическая... Ну, и т. п. А пиво все равно хорошее наливали. И для
нас - инкубаторских - была своя, но все же заграница.
А я к тому времени уже в Германию съездить успел, где вообще было две
страны, один народ, общие деньги, и куча вьетнамцев, которые тут же
стали согражданами. Не хуже турок. И граница как бы была, но уже нет. И
все гоняли туда сюда. Кто - приникнуть к отеческим гробам. Кто -
насладиться буржуазным бытом.
И когда на западные автобаны выкатились ге-де-эровсие "Трабанты" (такие
мотороллеры, замаскированные под автомобиль), то там наступил полный
капец. Это в нынешних оборотах. Тогда даже немцы круче выражались.
Но я же опять не о том.
В то самое время меня как раз угораздило жениться. Не роптал. С мыслью
свыкся. Но заначку все равно сберег. Все накопления на мотоцикл. С
детства мечтал. Кто же голубые мечты так просто оставить может?
Так вот, укатил я в Чехию, а заначку дома оставил - греться за батареей.
Компактную такую - в пачке из сторублевок.
Сижу себе в Чехии. Пиво пью. И вот на тебе - сразу новость: обмен
сторублевых банкнот в двухдневный срок. И это все уже там, пока я сам
все еще здесь. А здесь - это Прага. И домой вернуться - никакой
возможности нет.
Возникшая дилемма могла быть решена двумя способами:
1. Расколоться жене по поводу заначки. Наврать в три короба, что копил
ей на подарок к серебряной свадьбе. И быть направленным очень далеко.
Даже дальше. Туда, где хоронят мифы о семейном взаимопонимании.
2. Послать к едрене фене свою мечту в лице мотоцикла. Перевести
стремление к материальному благополучию в плоскость хранения макулатуры.
И оставить супругу в блаженном неведении по поводу возможной траты
совместных ценностей.
Такая вот выходила экзистенция..
В моих думах возникла пробоина размером в Суэцкий канал. Вопрос
измывался надо мной на протяжении двух кружек пива. К третьей мозги
прояснились. Точку в вопросе поставила теща. Если точнее - светлый ее
лик в моей голове.
То ощущение в себе, которое я приобрел еще со времен похода на смотрины,
имело примерно следующее содержание:
"Умеет же докопаться! Неужели и дочка в нее?"
Последняя фраза относилась, понятно, к той, где все это было в
потенциале. Но я решил: авось, пронесет - по юношеской наивности.
Когда же великая житейская правда пришла ко мне как яблоко от яблони с
биномом Ньютона, в меня вселился дух Прометея. Так что, то, чем меня
долбили по самую печень, компенсировалось тотальной регенерацией
организма.
Эта стратегия называлась: "Как с гуся вода", и объединяла под своим
лозунгом все мужиковствующее население этой планеты.
В итоге вопрос: "Кошелек или жизнь" решился в духе позитивизма. Я залил
его еще парой кружек, где он и утоп под причитания официанта: "Зачем я
выпиваю в такую познь. И несу всякую чушь". Другой логикой пришлось
пренебречь.
Я выбрался в ночь и двинул в дальнейшую жизнь без всяких на то полезных
целей.
На этом история могла б и закончиться.
Только недавно изобразил я портрет одной дамы с веером a la Glasunoff.
Веер, понятное дело, исполнил из сторублевок. Тех самых. Откопал их в
ремонт и был несказанно рад. Как будто в той пачке всамделишний клад.
Так вот, приклеил их к пальцам моей модели в форме коллажа - как
памятник собственной неосмотрительности.
Портрет понравился. Особенно сторублевки. Они придавали образу шарм
позднего социализма. Того, что с человеческим лицом.
За веер в итоге рассчитались со мной дополнительно, по курсу сбербанка в
валютном эквиваленте.
На мотоцикл не хватило.
Так что теперь снова не знаю: оставить их на подарок жене к серебряной
свадьбе, как изначально планировал. Или на пиво спустить, что тоже не
очень плохо.

112

Однажды наблюдал в естественных природных условиях главу одной не самой
большой, но достаточно известной церкви. Для миллионов своих прихожан он
вроде папы римского, а то и выше. Глава одиноко брёл на отдалении по
парковой дорожке возле своего храма. Голова главы была брита наголо,
круглое как пятак лицо имело весьма благочестивое выражение, очи подняты
к небу, я бы даже сказал - к Небу. Губы его шевелились, к толстому уху
он прижимал очень непростую мобилу. «Боюсь даже подумать, с кем он
сейчас разговаривает» - почтительно прошептал мой спутник…

113

По поводу русских ненормативных слов.
В эстонском школьном учебнике русского языка используется слово "Бля".
В защиту этого замечательного слова, которое большинство носителей
русского языка высказался публично один из иерархов русской православной
церкви г-н Кураев. По его мнению слово "Блядь" вполне литературное,
поскольку активно используется в священном писании. Действительно,
старое значение этого слова означало - заблуждающийся человек (от слова
"блядовати" - заблуждаться). Причем слово "блядовать" имело оттенок
более пристойный, чем "блудить". Видимо лет 200 назад произошло
смысловое смещение этих 2-х слов. Но, поскольку РПЦ придерживается
ортодоксальных взглядов, то для них "блядь" - по-прежнему вполне
легальное для языка верующего человека слово: этакий взгляд из глубины
веков.
В свое время известный русский юрист А. Ф. Кони раздражался, когда
слышал фразу: "Я ему обязательно набью морду". Дело в том, что во время
юности г-на Кони слово "Обязательный" означало "вежливый,
предупредительный".
Кони возмущался: "Как можно вежливо набить морду?!"

114

Высокомерие Барятинского - более чем высокомерие, чванливость
- не имело границ; в другом человеке, имевшем более обширное влияние
не только на дела русские, но и на политику всего мира и занимавшем
еще большее положение в свете, чем Барятинский,- в канцлере князе
Александре Михайловиче Горчакове это чувство было развито до
мелочности, до последних пределов. Однажды, во время последней
Турецкой войны, в Бухаресте, я зашел к нему вечером; разговор коснулся
бывшей в течение дня духовной процессии, причем канцлер заметил, что
митрополит приказал шествию пройти мимо дома, занимаемого князем,
и остановить на время перед ним раку, вмещавшую в себе мощи
блаженного Дмитрия.
- Ваша светлость! - невольно вскрикнул я.- Так уж не вы к мощам,
а мощи к вам прикладываются!..

115

Пошли слухи, что академик Амбарцумяк выиграл в спортлото сто
тысяч рублей. Коллектив кожгалантерейной фабрики решил обратиться
в одно солидное издание за подтверждением. Оттуда вскоре пришел
ответ: "Да, действительно, дело имело место. Был выигрыш, только не
в слортлото,а в очко, и не сто тысяч, а десять рублей, и не выиграл, а
проиграл, и не академик Амбарцумян, а парикмахер Акопян".

123