Шутки про интересно - Свежие анекдоты |
453
Работаю в международной компании. Был у нас недавно совместный ужин. И моему соседу принесли пива. Тут к нему подходит китаец и спрашивает:
— Ты же из Алжира?
— Да.
— Ты мусульманин?
— Ну да, а что?
— Просто вижу, что пиво пьёшь, так интересно стало.
— А мне можно.
— У нас есть такая шутка про мусульман, ты только не обижайся. Когда мусульманин один, он ест всё. Когда мусульман двое — они не едят ничего.
|
454
- Серега? - я был немного удивлен его изменившимся внешним видом. Если бы не привычка ставить ступню одной ноги, носком, немного вовнутрь при шаге, мог бы и вообще не узнать. Гладко зачесанный назад волос, небольшая бородка, седина и морщины. В нем не осталось ничего от моего друга детства, юности и молодости — ну как ты дружище?
А, он распахнул объятия для обнимания.
- Все нормально, живу помаленьку. Извини, домой не могу пригласить, я сейчас его под гостиницу переделал, там клиентка. Пойдем в летнюю кухню, там и поговорим.
- Я, что-то не понял, что за гостиница, что за клиентка? - заходя в небольшое помещение, произнес я.
- Да бизнес у меня свой небольшой, жить-то как-то надо, - пояснил он.
- Бизнес? Это интересно, интересно. Что же это за бизнес в умирающем поселке, тут и домов-то с сотню осталось.
- Меня это не пугает, бизнес процветает. Очередь из клиентов на год вперед расписана, так что на мой век хватит.
- Ну-ка расскажи, если не секрет конечно, - загорелся я.
- Да какой секрет, с лечебного источника живу. Если не иссякнет, то до старости на хлеб с маслом хватит. Помнишь мы с тобой еще пацанами в ущелье родник нашли? Так вот он меня и кормит.
Что за родник и где мы его нашли, я конечно не помнил. Слишком много лет с того дня прошло.
- Ну ягодник там еще рядом такой огромный, - старался он разбудить мои воспоминания. - Вот когда работы лишился, завод закрылся я и понял, что этот ягодник единственный шанс, хоть как-то поправить финансовое положение. Сезонный конечно, но хоть что -то. Ягодка эта ведь всегда в цене была, да и сейчас принимают. В общем к концу лета рванул туда, заодно и родник нашел. Одна беда, после наводнения в восемьдесят первом году, дороги туда практически нет. Где размыло, где буреломом завалило, да и заросло все. Тринадцать километров приходится пехом топать. С трудом продираться, да еще и в гору.
Его откровения как-то не вязались с заявленным бизнесом о лечебном источнике. С его клиентами, хлебом с маслом, но через минуту он исправил положение.
- Вот собрался я туда, взял «баян», мне кажется ягоды там еще больше стало. В общем таскаю помаленьку, далеко и тяжело конечно, но ведра по три в день приношу. Это и Лидка, соседка моя, заметила. Возьми меня, говорит, с собой, тоже хочу на зиму ведерко сахаром присыпать. Ну мне не жалко, ягоды там всем хватит. Вот только сомнения одолевать начали, дойдет ли она в такую даль. Полненькая она, один кругозор кулаков на десять в ширину, - и Серега выставил вперед кулак довольно приличных размеров. По моим прикидкам получалось не меньше ширины журнального столика, если их десять в ряд сложить.
- Странная у тебя какая-то мера ширины и длины, - хмыкнул я.
- Я не столяр и не портной, рулетки или метра с собой не имею. Меряю, тем, что под рукой. Ну короче взял я ее. «Баянчик» ей небольшой нашел. Еле дошла. И падала и плакала, но я сказал, что возвращаться не буду. До родника только после обеда и дотелепались. Упала на землю, говорит ноги сводит, онемели. Ну пока я ей икры разминал у нее какие-то там чакры открылись. Ну мне такие пампушечки нравятся. Да и с женой года три как развелся. В общем не пожалел, что взял с собой. После всего, по ведерку только и успели набрать.
- Ну а родник-то при чем? - все еще не понимал я.
- Да при многом. Она ведь после всего этого, говорит, есть сильно хочу. А я отродясь с собой ничего из еды не брал. Говорю, вон водички с родника похлебай, да горсть ягоды в рот. Она попила, у меня говорит, прям второе дыхание открылось. Намекает, что неплохо было бы и повторить. Я ей, домой топать надо, а иначе по темноте глаза в лесу повыкалываем. А здесь мошка и комары сожрут до утра. В общем, еле дошла, думал, эх, лишился такого партнера. А она с утра сама прибежала, я говорит после той родниковой водички усталости не чувствую. Пойдем опять? Так месяца полтора со мной каждый день и телепалась. Но правда вначале только телепалась, а через месяц уже прыгала как лань через поваленные деревья, где раньше без моей помощи перелезть не могла. Да и я почувствовал, что раньше была как перина, а тут косточки прощупываться начали. Кругозор и тот кулака на четыре уменьшился. Говорю, кажется ты худеть начала. А она, так это водичка в роднике лечебная. Я и чувствую себя как в восемнадцать лет. Хотя нет, даже лучше.
Мне оставалось только хмыкнуть, но Серега продолжил:
- А тут зимой к ней сеструха приехала. Пампушечка еще та, Лидка и раньше с ней рядом не стояла. А она как Лидку увидела, чуть сознание не потеряла. Всю общупала, как тебе удалось говорит. Ну та и пояснила. Мол это все Серега, он источник с лечебной водой знает, вот меня в норму и привел. Ты не поверишь, тридцать кило скинула. Сеструха ко мне. На колени упала, говорит помоги эскулап, век благодарна буду. На родник что ли сводить, так без проблем, отвечаю. Приезжай по весне, свожу. В нем воды много. А сам с аппетитом посматриваю на ее кругозор. И все было бы хорошо, но когда сеструхи рядом не было, Лидка сказала, что меня в роднике утопит или яйца отрежет и не посмотрит, что я эскулап. Пришлось весной с этой сеструхой просто так телепаться. Ягоды и грибов по весне еще конечно не было, но я сказал, что водицу пить надо на восходе и на закате солнца. Только тогда она лечебные свойства имеет. Так и бегали утром и вечером. Пока она воду вкушала, я родничок облагородил. Углубил и сруб небольшой вокруг него возвел. Кружку из дому принес и цепочку. Даже иконку в уголок сруба поставил, в связи с новыми веяними. А когда сеструха в конце своего тридцати шестидневного отпуска выкатила мне двадцать тысяч я если честно охренел. Это говорит по тысяче за каждый килограмм, надеюсь вас устроит эскулап. А еще пообещала подругу подогнать. Тоже пухленькую. Я и понял, что масть мне покатила.
- Да, дела. - произнес я. - И давно ты этим занимаешься?
- Да уже лет около двадцати пяти. Сарафанное радио работает лучше чем реклама по первому каналу. Правила конечно немного я поменял. Вот домик под гостиницу переделал. Сказал, что из еды кушать у меня можно только то, что сами произвели или в лесу добыли. Посадили картошку и зелень, ее и едят. Насобирали грибов и ягод, пьют компот и едят «жарёху». Никаких колбас, да и вообще магазинного. Козу вот завел. Доят, пьют молоко и сметану. И хорошо так скидывают после этого. Миллионером конечно не стал, но мне хватает. Тариф я все тот же оставил, по тысяче за килограмм, за гостиницу по пятьсот рублей в сутки. Да грибов и ягод натаскивают столько, что на приемном пункте я сейчас в почете.
- Все это хорошо, а как же зимой?
- Меня тоже этот вопрос лет двадцать назад мучал. Простаивал ведь. А потом в школе у Пашки надыбал совдеповские лыжи, "Усурийские". Забрал все, вместе с ботинками. Там на импортные перешли. А я, как только первый снежок, бью лыжню. А родник и зимой не замерзает. Так, что дела идут, плюс зимним продаю из пожрать то, что летние наготовили. Клиенток не обольщаю, староват уже, если только по взаимному согласию и желанию. Хотя тоже в лечебный курс надо было включать Вон Лидка-то замуж вышла, реально почувствовала себя восемнадцатилетней. Даже мужика моложе себя в городе нашла. С ним там и живет.
|
|
455
Скорее всего эта фишка знакома многим, но для меня это было интересно. Рассказал знакомый - бывший работник банка.
- Если ты хочешь, чтобы твою случайно потерянную банковскую карту заблокировал нашедший ее, но захотевший ею воспользоваться, то напиши на карте четырехзначный номер, но так чтобы некоторые числа были одновременно похожи на несколько. Например шестерку можно нарисовать как среднее между шестеркой и пятеркой, тройку похожей на восьмерку и т.д. Тогда пожелавший воспользоваться твоей картой будет думать, что на ней написан код и попытается ввести его. И после третей попытки скорее всего ее заблокирует.
Конечно есть и минусы этого способа.
|
|
462
Пусть этот эпизод будет называться – «баллада о социальном неравенстве».
Весной пятнадцатого года меня пригласили наши партнёры из Симферополя – прочесть курс семинаров по инновационным системам отопления. Крым только-только вернулся в Россию, помимо завязывания бизнес-контактов, предполагался большой обмен информацией – торговые марки, особенности технологий, возможности производства.
На Украине тогда это было несколько иным. Я работаю в фирме, занимающейся поставками всего необходимого для систем отопления, водоснабжения и канализации. Вот и поехал – поближе познакомиться и рассказать о наших возможностях.
В день вылета с утра нужно было зайти в офис – в аэропорт предполагалось ехать прямо оттуда. А тут возникла непредвиденная ситуация – один из наших постоянных клиентов слёзно просил доставить ему его заказ именно сегодня – иначе у него будут проблемы.
А ехать некому. Вообще. Ну и генеральный давай, значит, меня напрягать – ну сделай доброе дело, тебе же всё равно по пути, а там делов-то на три минуты?
- Да ну тебя на хрен, я на своей машине это не повезу. Во-первых, в салон не поместится, да и не суну я это в салон, а багажника у меня нет.
- Слушай, а возьми четвёрку? А твоя три дня здесь постоит?
В конторе был свой нормальный грузовой микроавтобус, при необходимости обращались к транспортным компаниям, но был и этот «ветеран» – пятнадцатилетняя ржавая (изначально тёмно-зелёная) четвёрка-жигули. Ездила с синим дымком, видать, подтраивала, со ржавыми дырами по всему периметру, колёса с лысой резиной разного профиля, разбитая подвеска, зеркала синей изолентой примотаны – ГАИшники с жалостью отворачивались, тарахтела, как балалайка, но на крыше был багажник. Куда можно было поместить требуемый заказ.
- Ладно, говорю, уговорил, с тебя бутылка. Надеюсь, это ведро не развалится по пути.
Я всё успел, поставил нашу ласточку на стоянку в Пулково и отправился в дорогу.
График был довольно напряжённый – на три дня пять семинаров по три-четыре часа, и в разных местах. Присутствовали от пятнадцати до тридцати человек – клиенты нашего партнёра. Как он это организовал, я не знаю, почему не получилось собрать всех в одном месте – тоже. Люди приезжали со всех концов полуострова – очевидно пришлось подстраиваться под их возможности.
Им было интересно послушать о возможном расширении ассортимента – при Украинской власти там никого особо не баловали богатством номенклатуры поставок, мне было интересно пообщаться. Три дня прошли весьма плодотворно.
И вот стою я в очереди на регистрацию обратного рейса, а рядом щебечут три девчонки – лет по восемнадцать? Из разговора слышно (а куда деваться, они же во весь голос журчат – на окружающих внимания не обращают), что очень рады, что первый раз летят в Питер, что это им безумно интересно, что от этой поездки предвкушают исключительные впечатления…
- А там же сейчас уже белые ночи, да?
- Белые ночи позже, в июне
- А погоду ты смотрела?
- А говорят у них почти всегда дождь?
- А он нас точно встретит?
Тут у меня в кармане звонит телефон. У приятеля небольшая проблема, надо проконсультировать его заказчика. Объясняет мне в чём дело, - а можно мы сейчас к тебе вместе с ним подъедем?
- Андреич, говорю – я сейчас в Крыму, в командировке. Судя по всему, этот дятел накосячил вот «…………………………………………………………………………» (немного сугубо технической информации). Вечером буду дома, созвонимся, в принципе проблема решаема, выясни, сколько он готов будет заплатить. Если угробит систему, заплатит раз в двадцать больше. Да решим, решим…
Слышу, девчонки приумолкли. Смотрят на меня с некоторым любопытством. Ну, как же – на семинарах выступать надо представительно, я в приличном костюме, рубашка, блин, белая. Не Ален Делон, но за пятьдесят сохранил вполне себе спортивную фигуру – а по разговору можно сделать вывод, что вообще - почти крутой бизнесмен. Да ещё и непонятными техническими терминами легко оперирует. Интерес я у них вызвал – да ещё и Питерский же.
Гм. Вот они значит какие, настоящие Питерские…
Немного неловко получилось. Но это вы ещё не знаете, что было дальше.
Все самолёты из Крыма на север летали тогда через Ростов и Краснодар – из-за событий на Донбассе. Это крюк, и почти на час дольше лететь. Пока летели, я и забыл про этих девиц.
Приземлились. На стоянке сажусь в наше ведро, выезжаю к шлагбауму. Оплатил, сажусь за руль –
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………
Готовы?
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
Слева от меня, в приличном таком кабриолете SAAB, сидят эти девицы – водитель оплачивает стоянку, а они ждут его, и смотрят на меня во всю глубину своих трёх пар глаз с НЕОПИСУЕМЫМИ чувствами.
Я, с каменной мордой, нажимаю на газ и двигаю вперёд.
Честное слово, ржал всю обратную дорогу. И сейчас вспомнить смешно.
|
|
468
Перечитал недавно детектив Эрла Гарднера (действие происходит в 1950-е годы), и обнаружил там в описании одной легкомысленной дамы такую любопытную фразу: «На ней была очень короткая юбка, едва прикрывавшая колени». Задумался. Интересно, какой была бы эта фраза, если бы Эрл Гарднер писал в наши дни?
|
|
469
Самый центр Москвы, коммунальная квартира с видом на Кремль. Хозяйки - две интеллигентные столичные преподши. Для тренировки дома разговаривают на французском и по испански, а ругают власти из ТВ только по-английски. Тут по некоей известной причине к одной из преподш переезжает жить ее мама из далекой почти сельской провинции. Маме 8-й десяток. Деменция где-то в кустах. Из-за нее у дамы начинают отключаться текущие тормоза и включаться давно забытые привычки. Мама начинает наезжать на соседку с претензиями, что та тырит ее туалетную бумагу, лазает в ее кастрюли и куда-то прячет старушкин керогаз... Заканчивается все тем, что соседка продает свои две комнаты в центре с видом на Кремль семейке подмосковных многодетных алкашей, а сама исчезает в дальних средиземноморских краях. Оставшаяся преподша с мамашей очень скоро вынужденно ставят в свои комнаты железные двери и по стенке пытаются пробраться в свой красивый туалет с окном. С видом на госдуму. Недолго музыка играла. Наконец-то был найден вариант разьезда - и наша парочка наконец-то переехала в отдельную квартиру. В Бирюлево. С видом на промзону. Куда делись их соседи - совершенно не интересно. Такая вот столичная жизнь. Такая вот вечная музыка....
|
|
473
У каждого из нас есть знакомые – люди с непростой судьбой, вызывающие глубокое уважение.
Мне хочется поделиться историей о моём напарнике – звали его Борис Николаевич, для меня- просто Николаич. Работали вместе почти два года на теплотрассе.
Мужик был неленивый, добродушный и словоохотливый – правда с образованием слабовато. Но рассказывал интересно. Ему было уже за шестьдесят (действие происходило в середине восьмидесятых), до теплотрассы работал грузчиком – но тяжеловато должно быть стало, вот и сменил профессию.
Отступление. От своего отца, от матери, от материных братьев (все воевали) я никогда не слышал ни одного рассказа о войне – не желали рассказывать.
Отец один раз раскололся-
- Слушай, говорю, а можно такой вопрос, вы на передовой задницу чем вытирали?
- Зимой снегом, летом травой, листьями…
- А весной?
- Не помню, я в госпитале лежал…
Николаич же рассказывал много и охотно – пообщаться с ним было очень интересно.
Его призвали в июле сорок первого, и сразу отправили под Лугу – в оборону. Неразбериха, говорил была. На отделение выдали три винтовки, две сапёрные лопатки и гранату. Остальное по месту получите, сказали. Шли пешком – от Кировского завода в Ленинграде.
Фон Лееб рвался к городу, развивая наступление. Лужский рубеж удержал его больше чем на месяц – в Ленинграде успели подготовиться. Но враг тогда был сильнее.
После затяжных боёв, в сентябре, группа армий Север в нескольких местах прорвала фронт и двинулась к городу. Часть Николаича попала под сильный артобстрел, и почти полностью была уничтожена. Сам он рассказывал об этом так –
- Ночью прихожу в себя в полузасыпанном окопе – голова бл..дь, кружится, звенит, не вижу ни хера – но вроде живой.
Выкарабкался, винтовку откопал, вокруг полазил – может ещё кто жив? Никого не нашёл. Что делать не знаю, куда идти – тоже. Где Немцы, где наши – неизвестно. Бухает где- то вдалеке, но в стороне города, значит за линией фронта оказался – заеб..сь попал, надо к своим пробираться.
Пошёл. До Ленинграда оттуда около ста километров – шёл ночами, днём боялся. Так никого и не встретил. Винтовку и документы сохранил – значит не дезертир. Как- то удачно не нарвался ни на Немцев, ни на наши патрули – пришёл прямо к себе домой, помылся, поел, выспался и утром – в военкомат. Так мол и так, рядовой Ле…в, часть номер такой- то, прибыл вот– желаю значит, дальше Родину защищать.
- Какая часть, говоришь? … Из под Луги? Так нету такой части, погибла она.
-А в Луге Немцы. А ты сам случаем не диверсант? Ну- ка сидеть здесь, не шевелиться! Сейчас разберёмся, кто ты такой.
-Ну и сижу значит, там в коридоре, говорит. Ни винтовку, ни документы не отобрали- повезло. Дожидаюсь, а сам думаю – вот попал, так попал. Они же долго разбираться не будут- кто знает, чего от них ждать?
Из соседнего кабинета высовывается офицер – морда красная – от недосыпа, должно быть.
- Кто такой?
- Рядовой Ле…в, часть номер такой- то, часть уничтожили, прибыл за предписанием.
- Документы?
- В порядке. Оружие – вот винтовка, и полторы обоймы ещё осталось.
- Тебя- то мне и надо. Обстрелянный?
- Так точно.
Выписывает предписание – смотри – вон во дворе машину грузят, там офицер распоряжается, бегом марш к нему!
И Николаич попал в партизаны. Тогда действительно формировали армейские отряды для отправки в тыл к противнику. Предполагалось, что в тылу эти подразделения сами будут пополняться выходящими из окружений солдатами и местными жителями. Собственно, так оно и происходило в дальнейшем.
Нападали на Немецкие гарнизоны, пускали поезда под откос, мосты и железные дороги взрывали – когда было чем. Снабжение- по воздуху, самолётами, или управляйся сам – в основном- трофейным оружием, связь с центром нечасто и тайком, чтобы Немцы не запеленговали.
На такой огромной территории у Германии разумеется не хватало возможностей контролировать каждый населённый пункт. Вот и управлялись – по мере сил отравляя существование Вермахту. Иногда успешно, иногда – дай Бог только ноги унести.
Был приказ – встретить спецпоезд, пустить под откос, всё, что можно- уничтожить. Подобрались засветло, выставили караулы, линию заминировали, сами сели в засаду. Стемнело.
Но Немцы тоже не дураки были – пустили вперёд дрезину с двумя платформами и прожектором, пулемёты, и команда автоматчиков. Как они разглядели установленную мину? Остановились, полезли снимать. Командир скомандовал «Огонь», а много там навоюешь с винтовкой- то, против пулемёта? Треть отряда за пять минут полегло, остальные – врассыпную.
Автоматчики преследуют – видно приказ был уничтожить отряд – мы им тогда крепко уже насолили. Бежим, стало быть, спасаемся. Тут река впереди – неширокая, метров тридцать, но я ж, бл..дь, плавать- то не умею ни х..уя! Разделись, сапоги и одежду кульком на головы, винтовку на шею – вперёд. Как выше горла перехлёстывать стало- всё, думаю, отвоевался.
Руками ногами молочу, ничего не вижу, пузыри пускаю. Водички хлебнул, тут товарищ меня прихватил за шкирку, вытащил на твёрдое – только узел со шмотками я утопил. Так и идём дальше – он оделся и в обуви, а я в исподнем и босиком. До места базы отряда идти километров сорок – решили найти хоть какой угол, переночевать, барахла какого поискать- мне одеться, а утром – в отряд.
Подходим к деревне – вроде тихо, чужими не пахнет. Пробираемся тихонько – глядь – свет в окошке. Стучимся – слышим идёт кто- то к двери.
Открывает – Батюшка. Поп то есть. Смотрит на меня, мелко крестится, потом мычит, и в обморок. Что за оказия? Входим в хату – старушки ещё две, тоже смотрят на меня с ужасом. Посреди хаты, на столе стоит гроб. А в гробу- такой же рыжий, босой, и в исподнем – даже внешне немного похожи.
- Не пугайтесь, говорю, мы партизаны, а не привидения. Нам бы заночевать?
Утром местные собрали какой ни есть одежёнки, опорки на ноги, и мы пошли.
Командир отряда правильный был мужик, и справедливый. А вот политрука прислали – полного придурка. Всё политинформации проводил, лозунги вслух зачитывал- со значением. Надоел всем.
Остановились однажды на ночлег в деревеньке – пять домов, три бабки. Выставили караулы по дороге – с двух сторон. Бабуля смотрит на нашего – снег на дворе, а он с сентября в летних ботиночках ходит –
- Милок, ты же помёрзнешь весь, на- ко тебе – вот валенки от сына остались, сам- то он на фронте, бери, бери, ноги береги…
Ночью тревога – Немцы. Тот сторожевой, что на дороге стоял, откуда Немцы шли, вовремя тревогу поднял - успели уйти, а второй – что с другой стороны на этой же дороге- тот самый, что с валенками – куда ему деваться? Вместе с нами и побежал.
Добрались до отряда. Отдышались.
Политрук построил всех, смотрит –
- Откуда валенки у тебя?
- Так бабуля подарила.
- Мародёрствуешь, стало быть? Почему не вернул?
- Там немцы уже в деревне были. Да и не так просто взял, подарила она…
Вывел при всём строе, и застрелил из пистолета.
…………………………………………………………………………………………………………………………………..
Командир услышал выстрел, вылез из землянки, поняв, что произошло, посерел лицом.
Промолчал. Скомандовал –
- Вольно, разойтись.
Мы потом только издалека слышали – как он матом обкладывал этого политрука. Субординация называется. Нельзя командирам в присутствии рядовых ругаться.
А политрук потом глупо погиб – сам на мине подорвался. Невнимательный был.
Не поленились, собрали, что осталось, в плащ- палатку завернули, яму вырыли –чтоб похоронить достойно.
Постояли над холмиком, помолчали.
Командир говорит – Ну, жил, бл..дь, бестолково, и скончался непонятно. Да и х..й с ним. Другого пришлют –может лучше будет. Память ему – всё ж за Родину погиб.
- Смирно! Салют!
Стрельнули вверх. Потом по сто грамм выпили на помин души.
- А вообще везучий я, Николаич говорил.
Сколько раз ранили – и всё по пустяку – там царапнет, тут приложится – даже в медсанбат идти было лень – тряпкой замотаешь – само заживёт.
Николаич в начале сорок четвёртого, когда фронт двинулся на запад уже серьёзно, когда партизанские отряды стали расформировывать, попал в батальонную разведку – с его опытом войны в партизанах – бесценный был боец. Сколько раз за линию фронта хаживал – только он сам знает.
Из серьёзных ранений – осколком пересекло на левой руке кости. Два пальца (мизинец и безымянный) скрючились вовнутрь – но немного двигались – сжать кулак было можно.
А вот второе – как из анекдота – Николаич плохо выговаривал слова – гнусаво, и с придыханием.
Это, бл..дь, мне осколок прямо в язык попал. Пополам рассекло.
Врач, когда лечились, пинцетом тычет, гад, ковыряет, вытаскивает железяку из языка, больно, сука до слёз, а он хохочет в голос – Ты у меня, говорит третий такой, за всю войну.
Только тебе больше всех повезло – зубы все целы.
Первый говорил, что в атаку шли, рот открытый, вовсю орал -«За родину», второй- «За Сталина»! А ты что кричал?
- А я, бл..дь, кровью захлёбываюсь, булькаю, кашляю, но честно отвечаю- «Лёха, ё..б твою мать, патроны где»?
Таких анекдотов Николаич рассказывал десятки.
По доброму рассказывал – весело и простодушно. Слушать его было – как Твардовского читать – из Василия Тёркина. Ни злобы от него, ни обиды – просто человек жил так- правильно делал своё дело. Сложилось просто, что пришлось повоевать.
В мае восемьдесят пятого года, у нас (ну, как и везде) в конторе провели митинг памяти – всем ветеранам торжественно вручались ордена Отечественной войны на сорокалетие Победы.
В президиуме актового зала сидят уважаемые люди – с орденами, медалями, в хороших костюмах. По очереди говорят добрые и правильные слова – о памяти, о преемственности поколений, о том, что забыть пережитое нельзя. Правильно говорят. Вдумчиво, и справедливо.
Потом по очереди начинают вызывать из зала награждаемых.
- Орден Отечественной войны второй степени присваивается…..
- Орденом Отечественной войны второй степени награждается -
Очередной ветеран поднимается на сцену, получает награду, улыбается, произносит слова благодарности, все аплодируют.
И вдруг –
- Орденом Отечественной войны Первой степени награждается Л..в Борис Николаевич – и все так с удивлением смотрят – а почему это ему -первой?
Мы сидим рядом в зале, он так подрывается вскочить, я ему вслед – Николаич, блин, плащ сними, куда ты в плаще на хрен?
Снял. Мне отдал.
А под плащём - выцветший армейский китель без погон – он так всю войну и прошёл рядовым – и с обеих сторон – награды от плеч до карманов. Первую степень ему присвоили, потому, что орден Отечественной войны второй степени он получил ещё в сорок пятом.
Я успел разглядеть Славу, Красную звезду и Отечественной войны. А медали пересчитать – это надо было специально постараться. Но "за отвагу" - там было несколько.
Жаль. Я закончил институт и перешёл работать в проектный отдел с теплотрассы. Наши пути разошлись – и больше мы не встречались.
Но покуда жив – считаю своим долгом хранить память о таких людях – и стараться рассказать о них всем – чтобы не забывалось.
|
|
474
Солнечное раннее утро. Издалека залюбовался красоткой, резво трусящей по парковой аллее. Голые стройные ножки от ушей, небесно-голубые короткие шорты подчеркивали подпрыгивающую и перекатывающуюся при беге задницу. Побольше бы нам таких бегуний в парках! - задорно думал я - а то одни старушки и сонные дамы с собачками!
Когда впереди заблистала ширь пруда под пение птиц, девушка на ходу сорвала с себя майку и устремилась к воде, явив спину с прекрасной талией и без всякого бюстгалтера. В этих местах на заре, пока довольно безлюдно, это принято. Многие купаются топлес или вообще голыми. Меня лично это никак не оскорбляет - красивая девушка без лифчика выглядит безусловно лучше, чем с ним. Обгоняя, я обернулся к ней, чтобы сказать сердечное доброе утро, и вообще интересно было - сзади хороша, а спереди может крокодилица какая-то, и так бывает.
Но оказалось еще хуже. Это был мужик под 30, с короткой бородкой и начинающейся лысиной под спортивной кепкой. Ноги то ли бреет, то ли такие от природы. Сразу показался мне каким-то омерзительным уродом, хотя вроде бы в отличной форме.
- Вот же пидарас! - невольно мелькнула в голове мысль, абсолютно несправедливая, потому что он меня не подрезал и вообще я за толерантность.
|
|
475
Историей про учителей навеяло
Батя мой был военным, поэтому по гарнизонам я наездился.
Так получилось, что в седьмом классе учился я в военном городке Елань Свердловской (ныне Екатеринбургской) области.
Вообще учился я всегда неплохо, был хорошистом, а если бы не хроническое распиздяйство, мог бы быть и отличником. Приехав из достойной Питерской школы в какую-то занюханую точку "за хребтом", я к своему изумлению и ужасу быстро понял, что с трудом тяну на здешнего троечника.
Год, господа. Год взяло у питерского зазнайки поднятся до уровня средних хорошистов еланьской школы.
А теперь расскажу про учителей.
Математика. Ты мог знать все, и решить все правильно. Но. Пятерку по геометрии можно было получить только если задача была решена необычным способом. Разрешалось выдумывать что хочешь, работать в паре, соревноваться группа на группу кто быстрее и кто правильнее, разрешалось спорить с учителеницей, разрешалось дорисовать к какому -нибудь треугольнику хошь ромб, хошь куб, а хошь параллепипед. Решил оригинально-пять. Не решил- только четыре.
География. Самая молодая учительница. За урок вызывала к доске треть класса и гоняла по карте как вшивых по бане. Города и столицы, реки и моря, озера, горные массивы, проливы, острова. И тоже, можно было знать по теме все, не сдюжил у карты- только четыре. Мои дети до сих пор считают что я знаю географию лучше Гугл Мапс.
Английский. Всегда знал неплохо, читал и переводил. У этой еланьской англичанки говорили все. Она летала по классу, успевая между подачей темы поднять каждого, да и не по разу, перемежая вопросы на русском и на английском и надо было говорить, говорить, говорить. Она могла обьяснять про времена и вдруг ткнуть пальцем в кого-нибудь: Ты! Окно! Ты! Тable! И надо было быстро отвечать, переводить, спрашивать, говорить.
Физкультура. Всегда был парный урок. Сначала бегали, прыгали потом играли. Весь класс произвольно делился физруком на команды и шел играть. Футбол, волейбол, баскетбол. Зимой- лыжи и хоккей. В хоккей я когда-то пусть недолго, но играл, в школе питерского СКА. Но тут пришлось иметь дело с пацанами, которые не снимали коньков всю долгую уральскую зиму. В первой же игре меня пару раз бортанули от души и дали отползти отлежаться. За год я научился играть в футбол и баскетбол, причем научился играть в разных командах и с разными соперниками, что не раз помогало мне в жизни и не только в спорте.
Но самым страшным уроком была моя любимая История. Моя первая и искренняя любовь до сих пор. Единственный предмет, на который я шел гордо расправив плечи, думая что вот сейчас то... Ага. У исторички любимый вопрос был- почему? Знаешь даты и цифры? Хорошо. Когда было Ледовое побоище? А Почему? А что случилось? А предпосылки? А последствия? А почему ты так думаешь? Это был единственный предмет, из-за которого мы бегали спрашивать у страшекласников и даже, о боже, приходилось брать книги в библиотеке, кстати, то же отличной.
Еще момент- в классе не было двоечников. Были отличники, были хорошисты, были троечники. А вот двоечников не было. Была какая-то атмосфера что учились все. Плохо ли хорошо ли, но ни камчатки ни андерграундов на которых все махнули рукой и тащили из класса в класс из-за отчетности почему-то не было.
Через год я вернулся в Питерскую школу, обнаружив, что по всем предметам, особенно по английскому, я на голову выше всех в классе. Более того, учиться мне было не интересно- какое нудное мычание, скукота. Меня лично это поразило больше всего- в той школе учиться было адски трудно, но при этом как-то легко, все было весело, интересно, как бы сейчас сказали- был драйв. А в этой вроде легко, но как-то муторно.
Может поэтому я забросил учебу и переключился на девчонок. Но это уже другая история.
П.С : Повзрослев, я поинтересовался у мамы, как так, что школа в богом забытом гарнизоне была на голову выше питерской, причен далеко не худшей?
Ответ матушки был прост: Это военный гарнизон, а кто у жёны у офицеров? Или из Пед или из Мед... . Выбор у школы был огромный, они и выбирали лучших.
Ну и конечно, дети офицеров. А это значит дисциплину и папкин ремень, не педагогичный, но весомый, тоже никто не отменял.
|
|
478
Моя племяница (и крёстница) работала в знаменитом клубе "Челси". Веселило то, что она болела за "Ливерпуль" (к которому её "приучил" тогда ещё просто друг), в те годы боровшийся против "Челси" за первое место в "Барклай Лиге" и была верным болельщиком своей команды. Руководство "Челси" регулярно дарит своим работникам билеты на на матчи клуба, на очень хороших местах - т.н. "семейная трибуна", сразу за скамейкой игроков клуба. Вот и она получила билет на матч "Челси"-"Ливерпуль", место - в центре "челсевской" трибуны Stamford Bridge.
После матча, спрашиваю: ну, как там было?
Ужас, "Ливерпуль" выиграл 2:1, а когда он забивал голы, я даже радостно пикнуть не могла, ведь вокруг меня - 40 тысяч "вражеских" болельщиков!!! Хуже этого было, когда "Челси" забил ответный гол, а я должна была изображать радость...
Интересно, за кого болеют её подрастающие сыновья, активные футболисты школьных команд?
А вот её муж - ВООБЩЕ не футбольный болельщик! Это в Британии даже не просто белая ворона, а какая-то бело-зелёно-фиолетовая, второго такого не найдёшь во всём королевстве.
|
|
483
Мне часто непонятно, зачем люди едут на экскурсию, если им изначально ничего не нравится, ничего не интересно, все и всё раздражает. Едем в Сахару на комфортабельном автобусе. Позади меня сидит ворчливая тётка. Ей всё не так – автобус, гид, вид за окном.
— Дорогие друзья, — обращается гид к туристам. – Сейчас мы сделаем остановку возле оазиса. Кто хочет сходить и посмотреть небольшой зоопарк и шоу с пресмыкающимися, нужно доплатить 6 динаров.
— Зачем мне зоопарк, — шипит тётка позади меня. - Да я в Московском зоопарке была. У нас там даже крысы есть!
— Как вы употребляете финики? – задаёт вопрос гид. – Сейчас я расскажу, как их можно есть вместе с миндалем.
— Зачем мне финики, у меня изюм, — шипит тётка позади меня.
Не выдерживаю, оборачиваюсь, чтобы посмотреть на столь ворчливое и недовольное существо. Упс… а это не тётка, а девушка лет 20-ти. Тётка, это не возраст. Это состояние души. У некоторых она стареет с рождения.
|
|
487
«Мы живем, под собою не чуя страны»
90е. 1я чеченская, 2я чеченская… захваты заложников, взрывы в метро.
БЫЛО ВАЩЕ ПОБОКУ. 5 минут поговорили и забыли. Эмоциональной вовлеченности ноль. Не до того .У меня через день свое взятие Грозного. Или грозное взятие. Это когда ты Ваху, Магу и Зелимхана кинул на 160 тонн зелени и вся диаспора о тебе вслух мечтает.
После хитрые нохчи через прокладок попытались выманить нас на кис кис кис, мы запросили предоплату, получили и смылись заново.
Еще плюс 20 кусков в фонд еврейско-вайнахской дружы.
Мне кажется, что наши изваяния взволнованные горцы использовали для ритуала джумры.
Плюс мелкие неурядицы не давали нервничать о политике. Когда сваливаешь от мусоров на 200 км в час, а из документов на машину только комсомольский значок, а в багажнике подаренные знакомым опером 5 кило травы, как то не до проблем родной державы. Свои б решить.
Рвануло метро: ну так я там лет 6 не был, Норд Ост? -мюзикл не мой вид искусства, взорвали Гурьянова, а , это ж не мой район…
Хасавюрт, мы просрали войну, вообще прошло мимо.
Мага с Зелимом на радостях протаранили Камаз и ушли к гуриям, Ваху застрелили в пустяшной перебранке азера, ура, выходим из андеграунда, пора по пабам!
Как то события эти проходили мимо, не задевая лобных долей.
Ну и , наверное, подсознательно понимали, что стране-каюк. Вокруг пир во время чумы , за окном Рагнарек и все это накануне Армагеддона.
Сейчас любая неудача на фронте воспринимается, как личная трагедия.
То ли нервы стали ни к черту, то ли булки расслабил, то ли появилось, что терять.
Странное дело. Пока плясал фокстрот с дьяволом на палубе «Титаника» , зажав зубами абордажную саблю для пущей авантажности, нервы не давали о себе знать вовсе. Ты просто не знал, что они у тебя есть. Просто держал ритм и орал «асса!» для куражу.
Как выбрался на берег, построил лавочку по продаже нижнего белья. выброшенного на берег после кораблекрушения-стал сентиментальным.
Нудных мудаков мы называли нудаками….
Интересно-это у меня одного так? Или это поколенческий недуг?
Может, это симптомы надвигающейся деменции и маразма? У вас как с этим?
|
|
490
Приходит женщина к хирургу: - Доктор, пересадите моему мужу новый член! А то этим он меня только раз в год может! - Нет проблем! Приводите мужа. В общем, пересадил ему новый член. Через год прибегает та же женщина: - Доктор, совсем плохо! Этим он меня вообще не может! - Интересно! Приводите мужа. Привела. - Голубчик, в чем ваши проблемы? Член плохо работает? - Да что вы, доктор! Утром секретаршу, в обед кого-нибудь из сотрудниц, вечером жену друга... - Гм... А вы не могли бы хоть что-нибудь для своей жены оставить? - Да мне не жалко, просто у меня барьер! - Какой такой барьер?! - Психологический! Ну не могу я свою жену чужим членом.
|
|
492
Наверное, каждый рыболов слышал споры, влияет или не влияет на клёв на водных каналах процесс прохождения по ним судов.
Кто-то утверждает, что после прохода теплохода надо подождать некоторое время - мол, только тогда клёв нормализуется.
Кто-то отмахивается - говорит, что канальная рыба уже ко всему привычная, и ей суда вообще пофигу.
У меня вчера на канальной части Волго-Донского канала окуни опровергли обе эти теории. Подчистую.
Вся группа в полосатых купальниках из 10 хвостов была выловлена ТОЛЬКО после прохода теплоходов.
И размер окуня от размера только что прошедшего судна вообще не зависел.
При этом на моём берегу не то что ни одного рыболова за несколько часов не было, а и ни одной живой души.
Зато на противоположном паслись десятка два будущих бифштексов и шашлыков, сопровождаемых РЕАЛЬНО великим актёром.
Ну вот кто кроме него единственные произносимые за время моей рыбалки ДВА слова "Куда, б**?" смог бы произносить с СОТНЯМИ разных интонаций?
Нет, вы попробуйте :)
От аплодирования меня удерживало только удилище в руках. Интересно, пастух сам задумывался, почём на ТАКОЕ билеты надо продавать? :)
И самое главное, от прохождения теплоходов это искусство абсолютно не зависит :)
|
|
495
Ностальгия по социализму – тем, кто помнит…
"Но в это просто никто не поверит, если написать..."
Попробую написать, может и поверят? Честно говоря, я и сам не очень верю в правдивость своих приключений, оборачиваясь назад… Хотя ведь было же.
Лето восьмидесятого года, я- слесарь по ремонту котельного оборудования. Аж могучего третьего разряда. В основном – подай- принеси, подержи фонарик, вон туда слазай, мне самому лень. Каунасэнергоремонт.
За выход на работу в субботу, или воскресенье полагалось два отгула. Это был способ накопить отгулов, чтобы от души побездельничать. Пару раз я так устраивал себе отпуск – даже в Ленинград слетал однажды – домой.
А в посёлке всё равно не разгонишься – по выходным делать особо нечего. Можно в Каунас или в Вильнюс съездить прогуляться- а так скучно. Посёлок небольшой, всё знакомо и надоело. Вот и работал по выходным – во всяком случае не отказывался, если приглашали.
В ту субботу меня уговорил выйти на работу сосед по общаге – Йоська. На самом деле Юозас. Юозас Жвирблис – в переводе на Русский его фамилия звучала «Воробышек». Мужик рыжий, мелкий, наглый и царапучий. Манера общения не просто агрессивная, а супер вызывающая. Как ему морду не били ежедневно? Если не знать, что в общем- то, он был нормальный адекватный мужик, выдержать его ехидные эпитеты – надо было терпение.
Ну, для примера – криком - «Что, бл..дь? Куда ты лезешь, на х..й? Ты это руками собрался двигать? Здесь автокрана мало, мудило! Если ты это сдвинуть сумеешь, я тебе, бл..дь, своё левое яйцо откусить дам!» - речь идёт всего лишь о небольшой металлической дверце, которую заклинило, но надо открыть.
Запускали один из блоков – котёл- турбина. После ремонта. По штатному расписанию, должны были присутствовать двое слесарей – мало ли что произойдёт? Вот мы значит и присутствовали.
Сидим в пультовой, смотрим лениво на работу операторов блока. Неподготовленному зрителю было бы очень интересно – внешне этот пульт напоминает космический центр – сотни рукояток, лампочек и прочих умных прибамбасов. Строго по инструкции проверяются и опробываются по очереди все системы управления котлом и турбиной. Не быстрая процедура.
Так. Оператор третий раз пытается открыть шибера в дымовом коробе. Зелёненькая лампочка включаться не хочет – горит красная. Стало быть, нештатная ситуация, стало быть нам надо лезть, и выяснять в чём дело.
Пошли. Дотопали до лаза, поотвинчивали гаечки на двери, повесили табличку – «Не закрывать, работают люди». Полезли. Сечение дымохода – камаз проедет. И идти от лаза до шиберов – метров восемьдесят. С двумя поворотами. Ага, ну так и есть – просто шлак попал в механизм поворота – вот шибера и не открываются. Размолотили в труху, пошевелили – действует. Можно возвращаться. С чувством выполненного долга лениво идём обратно. Открытую дверь по идее должно быть видно издалека – но что- то не виднеется. Куда она на хрен делась?
Светим фонарями – закрыто. Вот она, но закрытая, и похоже, завинчены запирающие болты. Что за …………? Какой мудак постарался? Таблички не видел? Йоська начинает лупить по двери молотком, сопровождая свои действия отборным матом. Эффект ноль. Я присоединяюсь. Вместе грохочем минут десять – никакой реакции.
Это сейчас у каждого телефон в кармане, и подобные ситуации разруливаются мгновенно. А тогда мы, как два дурака оказались запертыми в дымоходе – и хрен до кого достучишься. Ситуация. Что делать- то, блин? Постучали ещё. Посидели, покурили. Ещё постучали. Йоська в изощрённой форме развивает матом перспективы – что он сделает с тем мудаком, который… Ну вы понимаете.
«Пи...ц, яйца оторву и сожрать заставлю» - самое гуманное из его обещаний.
Ожидание чередуется приступами злобы – колотить в дверь молотком начинает уже надоедать, но больше развлечься нечем. Если бы это был рабочий день, нас бы давно услышали и выпустили – но в субботу на станции кроме эксплуатационного персонала и обходчиков никого нет. Котельный зал – двенадцать котлов, от начала до конца больше километра – нас решительно никто не слышит.
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………здесь не просто непечатно, а непечатно совершенно. Даже для такого матерщинника, как Йоська.
А вот когда включились вентиляторы, и до нас дошло, что это уже запуск котла, все прежние слова стали пресными и скучными. Как бы и не ругань вовсе. Топку перед запуском полагается провентилировать. Уходит на это от пяти до десяти минут – именно столько жить нам и осталось. И деваться некуда. Йоська что- то бешено орёт, побежали в одну сторону, в другую, ещё постучали в дверь – уже на грани истерики.
Есть такая штука – называется взрывной клапан. Это обычное отверстие побольше окна, закрытое листом асбеста, и оцинкованной жестью, с просечкой крест- накрест. Служит для нештатных ситуаций – если в коробе взрыв – пусто лучше вскроет клапан, чем разворотит сам короб.
- Иди сюда, орёт мой напарник, вставай! – я не сразу разглядел этот клапан – на высоте примерно два с половиной метра. Я раскорячился, упёрся ногами и руками, Йоська влез мне на спину, в несколько бешеных ударов разнёс эту конструкцию на куски, потом спрыгнул.
А вот теперь оцените, насколько правильный и порядочный оказался мужик – вначале он подсадил меня, потом выкинул сумку с инструментами. Как он сам сумел допрыгнуть до отверстия – я не видел. Я сильно порезал руку об жестяную закраину, и грохнувшись с этой высоты ещё и ногу подвернул.
Валяюсь, дышу. Гляжу – вылезает рыжий. Сполз, целый. Трясёт обоих так, что зубы лязгают. Вот тут как раз и полыхнуло. Успели, блин. Чудом.
Как от него потом убегал оператор блока, который должен был убедиться, что мы вернулись, прежде чем запускать котёл, как прятался обходчик, не заметивший таблички «Не закрывать», и заперший нас в коробе – отдельная история.
Я этот спектакль наблюдал уже успокоившись – Йоська, размахивающий молотком, и побелевший от страха оператор. Сколько лет прошло, а вспомнить приятно – как заново родились…
Инструкции по технике безопасности написаны кровью – и это не преувеличение.
|
|
496
Водитель полицейского автобуса разгадывает кроссворд, к нему в кабину залезает оперативник. Водитель: - Слышь, Петрович, "ночной наряд"? - Обход. - Не, не то. - Вылазка. - Не подходит. - А ты в ответах посмотри. - Так нечестно будет. - Смотри, мне самому интересно стало! - Слушай, оказывается ночной наряд - это пижама!
|
|
497
Хочу рассказать тебе о Бетпак-Дала – знаменитой Голодной Степи Казахстана. Знаменитой для тех, кто туда попадал в недобрый час. Кстати, это одно из последних мест, где мне довелось побывать в командировках. Ты представь себе необъятную степь размером в сорок семь тысяч квадратных километров хоть зимой (минус сорок), хоть летом (плюс пятьдесят). И вечные ветра. Рай для экстремалов. Ни одного ориентира для попаданца в эти «райские» кущи. Только бескрайняя степь, кое-где приподнимающая свою грудь небольшими холмами, или опускающая ее в огромнейших низинах.
Лично я вижу всего один ориентир для выхода к цивилизации: найди хоть один столбик с электропроводами, прижмись к нему и, если повезет, рассмотри следующий. И так, от столбика к столбику, двигайся к цели. Пройдешь пару сотен километров и вот она, цивилизация (во всяком случае, люди)!
Хотя, есть еще одно средство для спасения. Если наткнулся на стадо верблюдов, с виду неповоротливых и ленивых жителей степи, то можно прибиться к ним, соблюдая дистанцию(к незнакомцам относятся весьма враждебно). Через пару-тройку недель, если не иссякнет твой энтузиазм, тебя подберут пастухи. Почему так долго? Так ведь никто животину не украдет, просто некому…
Смех-смехом, но это единственно приемлемые способы выжить. Ну, не нравится, то шагай вперед и с песней, если тебе дадут дойти до цели представители местной фауны.
Например, пустынный волк. Он хоть и невелик по размерам, но прожорлив не хуже своих собратьев из лесного края. Тем более бегает в таких же стаях, что и остальные представители этого вида. Боится только такой же стаи людей, эти ему не совсем по вкусу. О шакалах я и не говорю. Они хотя и трусливы, но дай им знать, что у тебя маловато силенок и все: ты их законная добыча.
Но это явные представители поголовья местной фауны, а сколько мелких и не столь значительных.
Например, змеи или пауки. Я не буду рассказывать об эфах, гюрзах и восточном удавчике, они довольно примечательны и заметны. А вот местную гадючку, «стрелу-змею» так просто и не заметишь. Небольшой укол и все, хорошо, если сутки протянешь.
Не буду говорить и о варанчиках, небольших ящерицах. Они здесь совсем не опасны, слишком мелковаты. Но при нечаянном причинении боли особи, так цапнут, что ого-го. Никакого яда, ничего, кроме гнилостных трупных останков в их зубах тебе не грозит, во всяком случае в первые (и последние) дни. Вот на юге страны, в песках, встречаются особи покрупнее.
Ну что я все о грустном. Есть темы и повеселее. Например, насекомые и веселая стайка членистоногих. Опять-таки не говорю о фалангах и скорпионах. Мерзость еще та, но довольно крупная. А вот каракурты и клещи – это особая статья. Каракурт мелок, невесом и крайне подвижен, так что обнаружить его на теле сходу не получится. Только потом, когда уже приходится констатировать его подлый укус, пытаешься вспомнить, потея, где же ты его зацепил. В общем, весело. О клещах говорить не буду, они везде одинаковы, если интересно, смотри в ютубе.
Хотя, бывают случаи, когда запросто происходят совместные «посиделки» и даже «полежалки» с самыми неприятными особями. Сам забирался в тень под рабочий Камаз в разгар полуденной жары и засыпал в относительной прохладе, а просыпаясь, видел под задним колесом свернувшуюся гюрзу, а под передним капотом стайку воробышек. Всем бывает жарко.
Короче, если не хочешь испытывать судьбу - не теряйся в Бетпак-Дале. Хотя, не теряйся вообще. Человек существо стадное, как бы оскорбительно это для кого-то ни звучало.
|
|
498
Моим самым памятным отдыхом на природе был отдых на Дарье. Не подумай ничего пошлого, извиняюсь, - ударение на последнем слоге. Так мы вкратце называем реку Сыр-Дарья.
Прямо скажу, я не рыбак. Хотя, естественно, знаком с этим процессом.
Чтобы мне поудить рыбку, нужно кое-кому немного постараться.
Впрочем, для моего рыболовного процесса необходимо минимальное количество условий. Во-первых – удобный стульчик или что-нибудь подходящее. Во-вторых – тень от деревца, зонтика и т.п. В-третьих – какое-нибудь средство от мух, комаров и прочей надоедливой мошкары. В-четвертых – немножко пива, желательно холодного, (количество литров зависит от продолжительности рыбалки). И это всего лишь. Ах да, чуть не забыл – еще удочка…
Так что немногие соглашаются со мной разделить удовольствие от рыбалки.
Но я знаю человека, который согласен терпеть все мои немногочисленные капризы и претензии. Это мой сын, Славка.
А начиналась его всепрощающая рыболовная страсть так.
Я как-то обмолвился в разговоре со своей бригадой о своем знакомстве с егерем на угодьях реки Сыр-Дарьи. В то время каждая уважающая себя организация имела собственную зону отдыха, чтобы коллективу можно было после трудов праведных хотя бы иногда хоть немного расслабиться и отдохнуть.
Мой егерь заведовал такой базой отдыха от профсоюза телеремонтной фирмы «Гарант». У него на базе даже банька была, сложенная почти вся из отслуживших свой срок кинескопов. Кинескоп – это такая большая электронная лампа. Ну, не важно, поймешь ты это или нет, важно только, что лампа была вакуумной и большой, поэтому в смысле теплопроводности являлась идеальным изделием для баньки или чего-то подобного. Один недостаток, что изделие это стеклянное, и потому хрупкое.
Так вот, после моего нечаянного замечания о знакомом егере, двоих из нашей бригады словно подменили. Они к месту и не к месту стали вспоминать замечательную реку Сыр-Дарью, какой там клев, какая рыбка, а уж ночка… А какая там зорька поутру, а какой закат… В общем, ныли до тех пор, пока я не сдался и не пообещал поговорить со своим знакомым о предоставлении бригаде местечка в своих угодьях на ночку-другую.
Дело было поставлено на солидную основу. В обмен на гостевую визу егерь потребовал бартерную компенсацию: три литра уксусной эссенции и десять – подсолнечного масла. К моему удивлению, у членов бригады это вызвало легкую эйфорию:
- И всего-то?
Может быть потому, что они оба проживали в пригороде Чапаевка, около рыбзавода, не знаю, но подтверждение сделки было тут же получено. Я еще удивился: мол, нафиг вам рыбалка, если рыбзавод рядом. На меня посмотрели, как на ненормального: что, по твоему, нафиг иметь любовницу, коли жена есть?
Итак, в ближайшую пятницу мы на служебной машине с будкой (на той, что была вторым домом в наших командировках) отправились на рыбалку. Правда, моя жена, видимо, не очень доверяя моему рыбацкому энтузиазму, приплюсовала к бригаде и моего малолетнего сына, Славика. Она-то знала егеря не хуже меня и обязала его присматривать за нами обоими.
Приехали, быстро расположились, и пока суть да дело, снарядили сынку удочку и отправили его порыбачить в пределах видимости. Дело было к обеду, егерь принес нам шампуры для шашлыка, и пока мы разводили костер, мой наследник появился рядом, весь сияющий и с подлещиком грамм на двести в руках.
- Уже поймал? Вот умница, держи обмыв. – Антон, наш бригадир торжественно вручил мальчишке бутылку лимонада.
А пацан аж приплясывает около меня:
- Пап, ну пойдем со мной, там знаешь, как интересно…
Уговорил, я взял удочку и присоединился к нему. И что интересно, вроде рядом сидим, и наживка одинаковая, но у него клюет, а у меня поплавок даже не шевелится.
Ну да ладно, пообедали мы, и тогда за дело взялись наши зубры, прожженные рыбаки. Лично я выбрал местечко потенистее и до самого вечера отдыхал на лоне природы.
К вечеру появились добытчики и притащили приличного сомика, килограмм на десять весом.
Ну все, хватит и на уху, и на жареху, и на шашлык, и еще на завтрак останется. Поутру пришла пора собираться в обратный путь.
Егерь нас еще накануне предупредил о сокращении времени нашего отдыха.
- Вы уж извините, но начальство собирается приехать. Порыбачить, банька и все такое. Так что не обессудьте. Но наш уговор в силе, если что, я вам еще ночку должен…
Поэтому наши рыбаки поутру поплыли проверять свои закидушки на предмет добычи, а я сказал:
- Славка, пойдем и мы порыбачим еще немного. Там, левее вдоль берега, я видел неплохую заводь.
Уселись на бережке и принялись удить. Егерь, от нечего делать, увязался с нами.
- Вы подлиннее леску отпускайте, сейчас хищницы после сна, прожорливые, может, что и поймаете. – советовал он.
- Пап, у меня леска зацепилась. – сказал сын, - Вообще не вытаскивается.
Эх, молодо-зелено. Придется лезть в воду, ничего не попишешь, и я стал раздеваться.
- Стой, погоди. – засуетился егерь. – Сейчас проверим…
Спустился к нам с косогора и подошел к корню иволги. К корню была привязана веревка, я думал, от прежних рыбаков осталась.
Потянул он за веревочку и нам открылась такая пасть, что дух захватило. И что самое интересное, из этой пасти тянулась леска от удочки моего мальчишки.
- Я этого сома поймал дня два назад и привязал к ивушке. Эх, оголодал, однако. Я его не кормил, чтобы ослаб, не особо сопротивлялся при выемке, - посетовал егерь. – Сомик, он ведь тварь такая, чуть что не по нему, так такого жару задаст… Как раз его я и обещал начальству.
Подумав немного, вынес вердикт:
- Кто поймал, того и добыча. Забирай, Славик, свой улов. А начальству я что-нибудь совру. Или сорвался, или украли…
Так что, благодаря сыну, мы вернулись домой с небывалой добычей. На всех хватило!
С тех пор сын стал заядлым рыбаком, можно сказать, на грани безумства. Мне кажется, после обильного дождя, обходя огромные лужи на асфальте, он с горящими глазами прикидывает, какая наживка здесь подойдет и с какого края выгоднее сделать заброс.
|
|
500
Лет двадцать назад, будучи в состоянии «слегка навеселе», встретился около вокзала с цыганками из серии «дай погадаю, всю правду скажу».
Настроение было веселое, поэтому не послал их как обычно в эротическое путешествие, а вступил в контакт. Деталей не помню, но нужно было дать гадалке бумажную денежку. Стало интересно, как она ее попытается заныкать (лето, день, все на виду). Дал ей в руки стольник, других не было. Она как-то потерла ручонки друг о друга, пошептала что-то типа «алалай-балалай», дунула на них и продемонстрировала мне пустые ладони. Денег не было!
Едрит твою ангидрид! Все же было у меня перед глазами!
- Куда деньги дела?
- Улетели. Ничего не знаю.
Тут меня заело. Да еще вспомнил, что мне нужно было что-то купить, а налички больше не было.
Взял дамочку очень крепко за запястье и на полном серьезе сказал, что она сейчас очутится на нарах (отдел милиции был рядом), и я реально мог это организовать.
Гадалка это угадала и со словами «у, жадина» достала оказавшийся у нее между пальцами и ладонью злополучный стольник, скатанный в маленький шарик. Я даже подумать не мог, что купюра может принять такой вид.
Расстались мирно, признав, что фокус не удался.
А скольких доверчивых граждан так накалывают до сих пор?
|
|