Шутки про офицеры - Свежие анекдоты

Результатов: 359

2

Немного слов о культурном коде. Читал как-то интересную дискуссию о том, как правильно называется пулемёт «Максим». Пулемёт, прямо скажем, легендарный, мало того, что он сыграл ключевую роль в Первой мировой и в Гражданской войнах, так ещё и запоминающиеся роли в таких культовых фильмах, как «Чапаев» и «Офицеры» (если помните, именно за отличную стрельбу из пулемёта курсант Алексей Трофимов был награждён красными революционными шароварами!)
Так вот: как правильно произносить, — МаксИм, или МАксим??? Ответ простой, — разумеется, МаксИм! И по фигу, что конструктора звали Хавьер МАксим, кого это волнует? Это в его Америке пусть его зовут, как хотят, пулемёт наш тут ни при чём!!
Но с пулемётом разобраться просто, с Шекспиром сложнее. Вильям наш Шекспир написал пьесу, которую назвал одним словом: «МакбЕт». Именно так, с ударением на втором слоге. Но вы опросите культурно продвинутых россиян, как называется сия пьеса (зумеров опрашивать не надо, они и про Шекспира-то не слышали), и подавляющее большинство вам скажут: «Леди МАкбет»!
Именно так. И я вам больше скажу: у Николая Семёновича Лескова есть произведение, которое называется «Леди МАкбет Мценского уезда». Именно так, назовёте иначе, — опозоритесь, кроме шуток.
Это культурный код. Он так написан, и не нам его переписывать!
Ну и в завершение театральная байка из времён Николая Семёновича Лескова. Приходит актёр устраиваться на службу в провинциальный театр. Театру актёры нужны, но профессионализм соискателя вызывает сомнения. Тот утверждает, что сценический опыт у него колоссальный. Его спрашивают:
— А в пьесах Шекспира играли?
— Во всех без исключения!!!
— Кого играли в «Гамлете»?
— Разумеется, Гамлета!
— А в «Отелло»?
— Конечно, Отелло!
— Ну, а в «Леди Макбет»?
— Ихнего мужа!!!!

3

Как же я тайгу валил без музык?
Как же я без джаза, сука, жил?!

Октябрь 1990-го... Было пасмурно, и была юность, и в воздухе витала вседозволенность и лёгкий намёк на грядущую всеобщую жоппу. Но было весело.

Звуки духового оркестра слышны ещё от метро. Музыканты облюбовали себе место на площадке у самого начала Арбата, чуть правее ресторана Прага. Лозунг того времени: "Разрешено всё, что не запрещено", хех. Скоро никто ни у кого не будет вообще никакого разрешения спрашивать. А пока еще жива страна моего детства, а перед играющим оркестром вместо нищенской шляпы стоит пустой тетрапакет из-под молока, в каких московские старушки возили в те времена на дачу суп, защепив его бельевой прищепкой. Зеваки стоят полукругом. Москва и не такое видела, воздух свободы пьянит.

Но главное представление дают даже не сами музыканты. На небольшом свободном пространстве прямо перед оркестром стоит мужик в сером ватнике, рабочих штанах и растоптанных кирзачах. Довершает полноту образа потрепанная рыжеватая ушанка.

Мужик пританцовывает лицом к оркестру и что-то такое делает руками. Он, наклонив голову, трясёт ею из стороны в сторону и тогда становится видно его похожее на грецкий орех лицо, всё в глубоких морщинах, какие вряд ли заработаешь сидя в библиотеке. Глаза его зажмурены от удовольствия, лицо и губы кривятся, он мычит мелодию в такт оркестру, всем телом он как бы впитывает музыкальные вибрации. Кто он? Музыкант, которого потрепала жизнь и исковеркала до неузнаваемости, превратив лицо в рельефную карту гулагов? Или просто любитель музыки, который вместо звуков медного джаза долгое время был вынужден слушать стук кирки и окрики караула?

Изредка подходят люди и бросают в тетрапак мелочь. Мужик же бросил мятую рублёвку и продолжил кайфовать. Через какое-то время в его руке появился зелёный трёшник. Под одобрительные возгласы, он наклонился к картонке и аккуратно опустил мятую бумажку внутрь, до последнего придерживая купюру за уголок.

Наконец, после еще трех минут лагерной джиги в кирзачах, за трёшкой последовала синяя пятёрка - так же, танцуя вокруг тетрапака, почти отпуская купюру и вновь выдёргивая. Мне даже на мгновение показалось, что ему жалко столько отдавать, что он с шутками-прибаутками выберет удобный момент, чтобы положить деньгу в карман и отвалить. Или даже, чем черт не шутит - а может он к кассе подбирается, сколько там уже в коробчонку накидали? Как же я был неправ...

Аплодисменты в толпе, никто никуда не торопится, толпа прибывает. Пошли элементы русской плясовой. На фоне черных фраков оркестрантов и блестящей меди инструментов, человек в ватнике идущий вприсядку производит впечатление полного сюра.

Красненький червонец встречен громкими хлопками и вскриками из толпы, как будто увидели киркорова в макдональдсе. Тем временем десятка сложена вдоль длинной стороны дважды (я позже видел в стрип-клубе в омереге такое проделывали с однодолларовой бумажкой, чтобы под резинку стриптизершам пихать, но это так, к делу не относится), получившаяся красная бумажная полоска - в руке у зека. Но в этот раз он выжимает из нее все. Он опускает ее в картонный колодец, сам в полуприсяде, голова склонена набок, свободная левая рука поднята над головой. Глаза по-прежнему зажмурены от кайфа. А купюра, как смычок, елозит взад-вперед по краю бывшей молочной упаковки... Кто-то хохочет, кто-то подбадривает, но никто не уходит. Как будто у всех появилась общая цель. Наконец, купюра упала на дно. Даже музыканты, кажется, выдувают свой джаз с каким-то облегчением.

...Четвертак он поднял над головой двумя руками, спиной ощущая толпу, собравшуюся сзади. Пальцы, которым привычнее было держать кувалду или гаечный ключ на 64, аккуратно расправили фиолетовую банкноту в лучах выглянувшего последнего осеннего солнышка. Аплодисменты были такой громкости, как будто объявили, что экономическая и политическая жопа кончилась победой наших, всем спасибо, все свободны. Ну, и Москва кураж любит. Радостно орали и улюлюкали все: студенты и домохозяйки, рабочие и служащие, домушники и строители, сталевары и шахтёры, откосившие и солдаты срочной службы, мичманы и офицеры, члены партии и сочувствующие, валютчики и банкиры, наперсточники и швеи, бандосы и менты, отличницы и проститутки - вся большая и радостная страна забыла на секунду, что стоит на краю пропасти... И несколько мгновений держал эту страну на своих плечах немолодой атлант в фуфайке. И был ритуальный танец с четвертаком, не менее креативный, чем с червонцем.

А вот до полтинника не дошло. Совершенно неожиданно он, ссутулясь, махнул рукой и ушёл, преобразившись из рок-звезды назад в побитого-пережёванного жизнью зека. И толпа тихо рассосалась, как бы очнувшись от коллективного сеанса гипноза...

35 лет спустя так и вспоминается этот день и вся эта эпоха - терпкими запахами осени, будоражащими звуками оркестра и фигурой зека-меломана с двадцатипятирублёвым билетом Государственного банка полумертвого СССР.

4

Сколь я себя помню, офицеры советской, а потом и российской армии подчёркивали первостепенную важность строевой подготовки. Для тех же молодых оболтусов, которые сомневаются в мудрости поколений и необходимости муштры, я позволю себе напомнить одну в принципе известную, но не очень афишируемую историю.

30 апреля 1945-го года в результате третьего по счёту штурма батальон капитана Степана Неустроева ворвался в здание рейхстага. Рота старшего сержанта Ильи Сьянова сколь возможно расчистила путь на крышу и знаменосцы младший сержант Кантария и рядовой Егоров под руководством лейтенанта Береста установили на фронтоне красный флаг. 2 мая они же перенесли на купол уже захваченного здания то, что отныне стало называться "Знамя Победы".

24 июня 1945-го года в Москве состоялся Парад Победы. На котором, конечно же, должны были пронести и Знамя Победы. Для этого в Москву откомандировали очевидную знаменную группу и она приступила к тренировкам, в ходе которых выяснились неприятные подробности. Предполагаемый знаменосец, капитан Степан Андреевич Неустроев, в свои двадцать два года имел пять ранений, в том числе тяжёлое в ногу, сильно хромал и был физически не способен день за днём отрабатывать строевой шаг. Ассистенты Берест, Кантария и Егоров также продемонстрировали недостаточный уровень строевой подготовки, поэтому в итоге парад решили провести без них, а заодно и без Знамени.

Так что запомните, дети, наша будущая краса, слава и доблесть. То, что именно в вас в наибольшей степени воплотился образ воина-победителя, ничего не стоит без умения чётко печатать шаг и красиво тянуть носочек.

5

Что-то вспомнилось, как нас крышевали в армии стройбатовцы.
После военной кафедры в МГТУ летом 1992-ого года поехали на сборы. Попали в учебный полк ПВО. Как там было "весело", я уже как-то рассказывал.
В общем из положенных 1500 призывников на момент нашего приезда в части их была от силы рота неполного состава (развал Союза, непонятки с призывом и т.п.)
В итоге за "студентов" взялись сразу по двум направлениям -- официальному, т.е. офицеры, которые от безделья уже вешались, а тут сразу несколько сотен "курсантов" (у нас взводами майоры командовали) и неофициальному (дедовщина), когда небольшое, но сплоченное землячество представителей народов с орлиным профилем, сидящих на теплых должностях каптерщиков, кладовщзиков и т.п., наехало на нас и попробовало взимать дань в денежном, продуктовом и натуральном (работы на их благо, а не то, что подумали) виде.
От офицеров, понятно, отбиться не удалось, так что полугодовой курс молодого бойца нам пришлось осилить за месяц. Причем со сдачей экзаменов как по ВУС, так и по общей подготовке. Слава богу шагистикой не мучали.
А вот с "дедами" пришлось вначале тяжело, правда те очень быстро сдулись -- сложно гнуть пальцы на "стрелке", когда твоих пришло человек десять, а "салабоны" почти в полном составе, так что все ограничилось воплями типа "Вы не мужчины, давайте один на один".
Попробовали зайти с другой стороны - стали ловить нас по одиночке.
Все прекратилось, когда однажды на помощь "курсанту" непонятно откуда вылез боец в форме старого образца, причем не первой свежести. Его слов: "Студентов не трогать. Мы с ними по вечерам в волейбол играем" хватило, чтобы деды с извинениями растворились в ближайших кустах.
Это оказался один из стройбатовцев, что жили в соседней с нами казарме и с которыми мы делили по вечерам ближайшие спортивные площадки, устраивая целые сражения в футбол и волейбол.

P.S. Стройбат к учебному полку отношения не имел, просто временно жили на территории, т.к. возводили очередные корпуса в военном городке.

6

Генералам вернули лампасы. Ну, вернули и вернули. Наверное, так надо, нам ли судить? Но в интернетах, разумеется, поднялся небольшой ажиотаж на тему, насколько это правильное решение и как оно способствует нашим победам. Как обычно, нашлись люди, которые уверены, что способствует: лампасы придают человеку уверенности и даже мудрости. Без них чего-то не хватает. Другие, напротив, толкуют о том, что лампасы лишь отвлекают человека и генерала от более важных дел, и лучше бы это решение отложить на потом.

Что я вам скажу? Как человек, много лет носивший форму и погоны, испытываю смешанное чувство (то самое, что в анекдоте про тёщу). Пока я служил в Советской армии, форма практически не менялась, всё было стабильно и консервативно. Не скажу, что она была удобной, но изменений практически не было. Тем более, что в авиации «повседневку» надевали редко, раз в месяц, гораздо удобнее «аэродромная» техничка, а тем более, лётная с карманами на молнии. А уж кожаная куртка!........

Впрочем, нет, кое-какие перемены случались. Когда министром обороны стал Язов, он запретил офицерам ходить по улицам в рубашках: только китель. Это была жесть: на улице +30, а то и больше, а по Москве (где свирепствует комендантский патруль) офицеры ходили в кителях, обливаясь потом, под мышками большие мокрые пятна, на голове обязательно фуражка, под которой кипят мозги (или что там есть в офицерской голове). Фамилию ЯЗОВ расшифровали так: «Я Заставлю Офицера Вспотеть». Впрочем, маршал был не глуп и быстро осознал свою ошибку. Приказ отменили, и в качестве компенсации ввели рубашки с коротким рукавом и без галстука. Это был праздник: в жару самое то, Язова сразу зауважали и забыли про его кителя.
А потом грянула перестройка и форму стали менять чаще чем министров. В авиации ввели синюю (раньше была зеленая с голубым кантом и околышем на фуражке). Потом придумали демисезонное полупальто (удобная вещь, гораздо лучше тяжеленной «николаевской» шинели, но ткань дрянная). Потом придумали и новый фасон шинели. Далее постоянно менялся вид головных уборов и особенно символика: то такие шевроны, то сякие, то введут «птички» на погонах, то отменят. То 25 мм от края погона до звёзд, то 30. Народ не успевал отслеживать эти бесконечные «совершенствования». А не отследишь – получишь взыскание за нарушение установленной формы одежды...

А потом пришел Сердюков и началось какое-то перманентное переодевание: полевая «цифра», один погон на груди, другой подмышкой(зачеркнуто) на рукаве (на американский манер). То на голову берет, то пилотку. Авиацию опять переодели в зеленое (объяснили, что так дешевле, меньше номенклатура вещевого имущества). Сердюков даже моряков собирался одеть в зеленое, но флот буквально восстал и его всё-таки смогли убедить в абсурдности этого шага: моряки готовы были увольняться. Апофеозом сердюковщины стал Парад Победы, где все были одеты в зеленую полевую «цифру» и береты: зеленые, черные и голубые (по видам ВС). Ваш покорный слуга тогда первый раз в жизни (и последний) одел голубой берет. Обидно было и лётчикам, и особенно десантуре. Для одних берет был гордостью и привилегией, других лишили знаменитой фуражки с «курицей», знакомой всем еще со сталинских времен и по многочисленным фильмам (у меня до сих пор такая хранится).
А дальше пришёл Шойгу с его «офисной» формой, футболками, свитерами, «мятыми» фуражками. Форма удобная, не спорю (впрочем, я ее уже, слава Богу, не застал). Но опять полная замена всего гардероба, разумеется в целях «дальнейшего совершенствования» нашей Несокрушимой и Легендарной.

А еще полковникам и выше вернули каракулевые папахи (то-то было радости!). Я даже не помню, при ком это произошло, кажется, при Шойгу. Страна потратилась на дорогой каракуль. Зачем? Не знаю: там наверху виднее.

Сейчас служивые жалуются на чуть ли не ежемесячное изменение символики: на шевроны то добавляют какую-нибудь деталь, то убирают. Шевроны теперь на обеих рукавах, но они разные. Эмблемки то такие, то немножко другие. Что они символизируют, не знаю, лень вникать, всё равно скоро поменяют. Расстояние от шеврона до плеча тоже меняют. Каждый раз служивый должен бежать в магазин, покупать уставные «украшения», перешивать, дабы явиться на построение без нарушения формы одежды. И так волна за волной: кто-то очень неплохо зарабатывает на этой бесконечной смене символики, оттенков и аксессуаров.
Теперь вот, стало быть, лампасы. Конечно, их обладатели будут довольны: человек в лампасах выглядит куда солиднее, чем без оных, это понятно. Теперь генерала опять будет видно за версту, и попавшиеся ему на пути младшие по званию успеют подтянуться и перейти на строевой шаг. Это не может не радовать.

Как скажется возвращение лампас на успехах сами знаете где, устрашится ли наш супостат при виде двух широких тканевых полос на форменных брюках, пока не известно. Будем посмотреть.

7

Если вам кажется, что дуэль - это удел пылких корнетов и подпоручиков, то вы ошибаетесь. Бывало, кровь бросалась в голову и более зрелым мужам, вынуждая их посылать обидчику картель. Дуэли между генералами за всю историю русской армии можно пересчитать по пальцам. Одна из них, состоявшаяся 5 марта 1908 года в Конногвардейском манеже, превратилась в трагифарс.
Всё началось с докладной записки бывшего коменданта крепости Порт-Артур генерала Константина Смирнова. Все знают, что у победы - много отцов, а поражение - всегда сирота. Бывший комендант решил обвинить в потере Порт-Артура генерала Фока. Александр Фок, начальник сухопутной обороны крепости, счёл себя оскорблённым и, недолго думая, вызвал Смирнова на дуэль. О дуэли сразу же узнали многие, посмотреть, как будут разбираться два генерала, проигравшие войну, пришли офицеры-конногвардейцы и даже некоторые светские дамы (!). По условиям поединка стреляли по очереди с 15 шагов до первой крови. Дуэлянты каждый сделали по 3 (!) выстрела, и все - мимо. Присутствующие насмешливо переглядывалась. Наконец четвёртым выстрелом Фок прострелил Смирнову ляжку и бледный, пошатываясь, покинул "поле боя". Смирнова унесли на носилках в лазарет, где подтвердили, что рана не опасна. Петербургская публика не скупилась на саркастические комментарии и вспоминала слова героя 1812 года Николая Тучкова: "Генералам драться на дуэли - только радовать неприятеля!".

8

Времена распада Союза +. Служили в в/ч два другана – лейтёха и капитан, который давно бы уже стал майором, если б не синька – это дело серьёзное. Не, ну в части все офицеры были не дураки выпить, но эти два персонажа были особые уникумы, по этой, таксазать, части. Как военспецы они отлично знали своё дело, но по пьяни иногда и партачили. За.бали КомЧасти такие расклады. Терпел-терпел, ну и ну его нах – вызвал обоих - так, бля, завтра отправляетесь на кодирование от алкоголизма, иначе под военный суд – натворили и так доху.ща. Ну тем делать нечего, баблос поднаскребли и отправились в город к экстрасенсу-кодировщику. Тот их за энную сумму закодировал, типа Всё! – хрен вам теперь, а не водяра… Но не учёл он, что имеет дело с военными...
Друганы на радостях сразу же отправились в ближайший ресторан – проверить крепкость гражданского кода от армейской тяги к спирту, а заодно и отпраздновать такое охрененное событие. Немного затянулось...
Прошло три дня…
Отправил КомЧасти в город одного из офицеров на розыски пропажи.
Сцена: воинский УАЗик подъезжает к штабу части. Вылазит из него тот самый офицер и вытаскивает сзади два в жопу пьяных тела. Принимайте своих закодированных.
История умалчивает, какими особо изощрёнными выражениями и какими обещаемыми карами - но КомуЧасти таки удалось убедить их стать на путь трезвости.. Вышли они от него с горящими оч(к)ами.. Правда опосля слабые рецидивы на ё.нуть по пять капель у этих кренделей порою и случалось. Но потом они (уже в сопровождении дежурного офицера) штабным УАЗом отправлялись в город на перекодировку. За свой счёт, разумеется. С вызубренной наизусть тыщу-раз книжкой "Трезвость - норма жизни".

9

НОРВЕЖСКИЕ ПОГРАНИЧНИКИ И ВИСКИ
История, которую не придумаешь...

- Хеллоу, сэр! - поздоровался со мной то ли пограничник, то ли таможенник на границе Норвегии, в паре десятков километров от самого северного города Европы Киркенеса.
Надо отдать ему должное, в отличие от российских пограничников, наследивших в салоне кемпера, даже не стряхнувших грязный снег с ботинок на коврике и ходивших по салону, то ли рассматривая автодом от любопытства, то ли выискивая повод придраться, норвежские офицеры вставали на коврик и оттуда просили открывать и показывать полки и ящики.
Может быть, поэтому в Заполярном улицы города были грязные и серые, а в Киркенесе чистые и освещённые сотней ламп?! Просто разное отношение людей к людям, страны к людям, людей к стране, а не климат и размер территорий, на что у нас любят ссылаться зомбаки.
Традиционно меня обвинят в ненависти к России, не желая пытаться понять, почему с одной стороны свинство, а с другой чистота. И, главное, не желая ничего менять, успокаивая себя тем, что в Детройте и в Париже ещё хуже и грязнее. А я традиционно пошлю обвинителей так далеко, куда Михайло Ломоносов не ходил. Но вернёмся к виски!
- У вас есть алкоголь? - спросил меня тот самый то ли пограничник, то ли таможенник.
А я вспомнил, как пересекал границу Финляндии и Норвегии. То есть, границы-то нет, а таможенный пункт есть, и он блюдёт перемещение бухла с одной стороны на другую. Пришлось честно рассказать, что имеется початая бутылка виски, из которой мы уже немного отхлебнули, но продавать в Норвегии её не собирались, ибо самим мало.
- Это совершенно нельзя! Абсолютли! - произнёс то ли пограничник, то ли таможенник.
- О'key, сэр, - ответил я, — сейчас я выброшу эту бутылку виски в помойку. Нет виски - нет проблем!
То ли пограничник, то ли таможенник поморщился:
- Оу, ноу! Это плохая идея, выбрасывать виски. Я позволю вам проехать так.
Не знаю, нарушил ли он правила, или эти правила были не такими уж строгими и допускали принятие решение самим офицером, но я был честен с ним, ничего не скрывая и даже показав квадрокоптер, хотя летать в Норвегии для россиян было уже запрещено, а он был честен со мной, поняв мои душевные терзания и оказавшись нормальным мужиком:
"Это плохая идея, выбрасывать виски!"
Пожалуй, теперь это будет моим девизом по жизни...

10

Дорожная

Эта история, почти мистическая, приключилась со мной зимой, на первом курсе мореходки. Тем вечером, уже в сумерках, я добирался из Стрельны домой, в город, и остановил на Леншоссе попутную грузовую машину. За рулем сидел, как мне показалось, молодой парень, чуть старше меня. В кабине было сильно натоплено: я снял шапку и расстегнул шинель. Он предложил папиросу. Я не курю, но почему-то, наверное, из вежливости, согласился. Мы задымили.
Водитель спросил: «Как служится?»
Ответил, что: «Больше учится, чем служится».

Его звали Петром, и он начал рассказывать, как ему служится, вернее, служилось. Как задолбали офицеры, которые заставляли весь день куда-то идти, а потом всю ночь рыть окопы, а утром опять надо было куда-то идти и следующей ночью снова рыть окопы, но уже в другом месте. Рассказал, что ППС таскать гораздо удобнее, чем ППШ и что он мечтал служить в автобате и как ему потом повезло, когда его, после ранения и госпиталя, наконец-то, отправили в автороту. Как летом 45-го года замполит возил их всех на экскурсию в Берлин и как он расписался на Рейхстаге.

Это была совсем не та история о войне, которую я много раз слышал в школе на встречах с ветеранами. Это был трёп приятеля в курилке, рассказ курсанта из соседней роты, безо всякого учета разности в возрасте поколений, как сверстника со сверстником.

Я был ошарашен той встречей. Та далекая война вдруг оказалась совсем рядом, а седые ветераны неожиданно, на мгновение, стали моими ровесниками.

11

Оказывается, способ прохождения по трубам использовался еще в Великую Отечественную! Правда, трубы были другие - канализационные.
Именно в такой операции во время освобождения Будапешта вместе со своими бойцами участвовала Евдокия Завалий - единственная за всю войну женщина - командир взвода морской пехоты.
Она родилась на Украине, ушла на фронт санитаркой, была ранена, в госпитале спасла из-под бомбежки офицера.
Приняв девушку за юношу, ее взяли в морскую пехоту: офицеры прочитали в документах «Завалий Евдок. Ник.» и сочли, что перед ними Евдоким.
Истина открылась только через восемь месяцев, когда Евдокия снова была ранена и попала в госпиталь. К тому времени девушка зарекомендовала себя как бесстрашный боец и настоящий герой. А после выписки ее отправили на офицерские курсы.
Немцы прозвали Евдокию «Фрау Черная Смерть», а ее бойцов - «черными комиссарами». В Будапеште в начале 1945-го взвод лейтенанта Завалий получил данные разведки о местонахождении штабного бункера фашистов. Всего-то несколько сотен метров, но на них - танки, огневые точки, снайперы. И тогда «Дуськин взвод» раздобыл трофейные кислородные подушки и полез в трубу канализации. Темнота, вонючая жижа, подушки по одной на двоих: вдохнул - передай товарищу. Но эти сотни метров Завалий с бойцами преодолели и вынырнули из люка у самого бункера. Говорят, командовавший там генерал очень сокрушался, что его взяла в плен женщина.
За свои подвиги Евдокия была награждена четырьмя боевыми орденами и почти 40 медалями.
После войны Евдокия Завалий жила в Киеве. Вышла замуж, родила двоих детей. Работала директором продуктового магазина.

12

В 1997 г. итальянский режиссёр Роберто Бениньи снял фильм «Жизнь прекрасна» - о судьбе еврея, скрывающего своего 5-летнего сына в нацистском концлагере. По сюжету, узник объясняет ребёнку: это игра. Следует избегать эсэсовцев, нельзя ныть, жаловаться и просить кушать, тогда он наберёт очки и заработает приз - настоящий танк. Бениньи получил три премии «Оскар», прославившись на весь мир. Однако, считая свою историю вымышленной, режиссёр не догадывался, что такой случай имел место на самом деле.

Янек Шляйфштайн родился 7 марта 1941 г. в еврейском гетто города Сандомир, расположенного на юго-востоке оккупированной Польши. Впервые родителям пришлось спрятать его, когда мальчику был всего годик от роду: узников гетто перевезли в Ченстохову в качестве рабов для фабрики вооружений HASAG. В первый же день эсэсовцы забрали всех детей как «бесполезных для работы» - малышей отослали в Освенцим. Мать Янека успела увести ребёнка в подвал, и там он прожил целых 18 месяцев в полной темноте: свет появлялся лишь тогда, когда спускались родители с едой и свечами. Они приучили мальчика к молчанию - ведь звуки могли привлечь солдат, - а также завели кошку, чтобы та ловила мышей, которые могли покусать Янека.

В сентябре 1943 г. персонал фабрики заменили поляками, а евреев отправили в концлагерь Бухенвальд - тот самый, чьи ворота украшала зловещая надпись «Edem das Seine» - «Каждому своё». Именно тогда Израиль Шляйфштайн сказал своему 2,5-летнему сыну: «Сейчас мы сыграем в интересную игру. Я обещаю тебе вечером три кусочка сахара. Условия такие - ты не будешь плакать, что бы ни случилось». Сахар был громадной ценностью, и едва умеющий говорить Янек тут же согласился. Отец сделал большой мешок с дырками для воздуха, посадил внутрь сына, накрыв сверху одеждой, и забросил «сумку» на плечи.

- В Бухенвальде семью разлучили, - рассказывает исследователь Второй мировой войны Тадеуш Каминьский. - Мать Янека увезли в другой концлагерь - Берген-Бельзен, а стариков и детей, прибывших из других гетто, расстреляли тут же у поезда, на глазах у заключённых. Комендант лагеря, штандартенфюрер СС Герман Пистер заявил: «Нам нужны работники, а не дармоеды». Израиль Шляйф­штайн тайком пронёс сына в барак, где встал вопрос: что делать дальше? Два немца-коммуниста помогли спрятать мальчика. Малышу отдавали кусочки хлеба из скудной лагерной пайки, тайком приносили дождевую воду. Один из узников выточил из дерева игрушку - крохотную лошадку. Ребёнок всегда разговаривал только шёпотом и никогда не плакал. «Нужно, чтобы плохие дяди не нашли тебя, - объяснял отец. - Иначе они увезут нас к злой колдунье».

…В итоге эта деревянная игрушка сослужила плохую службу: лошадку обнаружил во время осмотра барака охранник, 30-летний роттенфюрер СС. Он подверг помещение обыску и наткнулся на тайник, где скрывался малыш. И тут произошло реальное чудо - у эсэсовца был сын возраста Янека, и ему понравился крохотный, неулыбчивый мальчик. Роттенфюрер не стал докладывать коменданту о своей находке, а оставил ребёнка в бараке, назвав «талисманом Бухенвальда». Более того, распорядился пошить ему «дет­скую» лагерную робу. Маленького узника отныне вызывали на утреннюю поверку, чтобы тот рапортовал в конце: «Все заключённые подсчитаны!» Однако, когда в барак являлись высокопоставленные офицеры СС, ребёнка снова помещали в тайник: все дети в Бухенвальде подлежали уничтожению.

Как-то раз (уже в феврале 1945 г.) Янек случайно остался без присмотра, вышел поиграть во двор и попался на глаза заместителю начальника лагеря. Тот пришёл в бешенство, приказав «переместить мелкого еврея туда, где ему самое место»… Мальчика схватили, чтобы увести в газовую камеру, но его отец вымолил пару суток для прощания с малышом, обещав взамен изготовить для эсэсовца (страстного любителя лошадей) красивое седло. И вновь счастливое совпадение - через два дня нациста отправили на Восточный фронт. Израиль Шляйфштайн, поблагодарив Бога за удачу, спрятал сына в лагерной больнице, где ребёнка и скрывали до 11 апреля 1945 г., когда заключённые Бухенвальда подняли восстание, захватив в плен охрану СС.

- Это просто фантастика - сказочное, небывалое везение, - считает американский историк Джейкоб Медельман. - Как говорится, Янек Шляйфштайн «родился в рубашке». Ведь для малыша шанс выжить среди эсэсовских убийц был минимален - всё равно что уцелеть в стае голодных волков. После войны выяснилось, что мать мальчика спаслась - её нашли в Дахау. Восстановив здоровье, в 1948 г. вся семья выехала в Америку: их случай стал известен после фильма Бениньи, когда в госархиве США была обнаружена история Янека. Дав единственное интервью журналистам, самый маленький узник Бухенвальда устранился от общения с прессой. Ему тяжело вспоминать подробности.

…74-летний (теперь ему 84) Янек Шляйф­штайн и сейчас живёт в Нью-Йорке. Он рассказал, что всю жизнь спит с включённым светом, ибо боится темноты: сказалось пребывание в подвалах Ченстоховы и тёмных углах барака. В 1947 г. 6-летний узник концлагеря стал самым юным свидетелем на судебном процессе против охранников Бухенвальда, опознав четырёх эсэсовцев, наиболее жестоко обращавшихся с заключёнными. По итогам этого процесса 22 сотрудника охраны были приговорены к повешению, 11 из них казнены, а комендант Бухенвальда Герман Пистер, ожидая казни, умер от инфаркта в тюремной камере. Получается, на белом свете существует не только сказочное везение, но также и справедливость…

Георгий Зотов

13

История из моей жизни.
Военный гарнизон мотострелкового полка . Джульфа. Граница с Ираном по реке Аракс. 1983 год . Я служу уже 8 месяцев, в должности командира взвода. За хорошую службу , повесили мою фотографию в клубе , на доске почета. Ну висит и висит. Июнь, июль, август в полку идет учеба:стрельбы, кроссы, марши на БТРах. Короче , все в мыле. Жара 45-55 градусов каждый день. Пыльные бури. Местных на улицах нет. Работают на виноградниках и полях с рассвета и до 9 утра. А мы на полигоне. Стреляем. И тут командир полка объявляет всем выходной: мыться , бриться и приводить все в порядок- через день приезжает командующий армией генерал-майор , скажем, Петров... Или Иванов.
Плац , огромная асфальтовая площадка, метется дюжиной солдат с загорелыми лицами в панамах. Из казарм , человек двадцать, носят ведрами воду и моют заметенное. По аллее,в тени дерев, ходит невысокий полковник Кондратьев( фамилия изменена) , со сдвинутой набекрень фуражкой и тыкает комбатов носами в разные недоделки. Только заканчивают мыть плац, дается команда на построение. В основном , все уже готовы- одеты, побриты, сапоги начищены. Через 10 минут полк( примерно 1000 человек) стоит по-батальонно и ждет прибытия командующего. Наконец , к плацу подъезжает УАЗик из которого шустро выскакивает генерал. К нему , звонко печатая шаг, подходит наш комполка и отдавая честь, приветствует начальство. С генералом свита. Он здоровается с полком. Все громко отвечают. Генерал крепкий малорослый толстяк, с короткими ногами, обутый в мягкие , удобные хромовые сапоги. Обходя батальоны, он четко идет строевым шагом, громко здоровается с каждым подразделением. Наш комбат Шевченко, сдвинув фуражку на глаза, покусывает черные хохляцкие усы и спокойно следит за передвижением генерала. Тот подходит , здоровается. Ему громогласно , с кавказским акцентом, отвечает наш батальон. Довольный, он идет дальше, здороваясь с каждым подразделением. И наконец , подходит к клубу, расположенному в конце плаца. За ним спешит свита и командир полка.Все офицеры входят в клуб за генералом. Он дает команду: -товарищи офицеры ...и все садятся. Генерал начинает что-то говорить о проклятых империалистах из США, чьи корабли зашли в Персидский залив и необходимости повышенной готовности, но его речь прерывается скрипом тяжеленной трехметровой двери, в которую протискивается Вовочка-афганец , капитан и орденоносец и пытается незаметно сесть в задних рядах. Генерал сурово рычит : - кто это там мнется? Света в зале нет, освещена только сцена, поэтому генерал и не видит вошедшего. Вовочка кадровый офицер, двухметрового роста капитан , награжденный в Афгане орденом Ленина уверенно клал на все полковое начальство свой прибор и ему никто ничего не мог сделать. И никто не хотел его трогать , даже комполка.
-- Ну-ка покажись , страдалец ,- рыкнул генерал.
Вовочка нехотя поднялся и чеканя шаг сапогами 47 размера, подошел к столу где сидели генерал , начштаба комдив и комполка. Я видел как комполка отстраненно чухал репу, а начштаба просто опустил глаза в пол.
--- Товарищ генерал майор, член сборной СССР по хоккею капитан Голиков по вашему приказанию явился - громогласно объявил Вовочка(ходила в полку легенда , что Вовочка играл за ЦСКА и сборную по хоккею десять лет назад, но правда это или нет никто точно не знал).
Генерал замялся. Видно было , что ему не часто приходилось бывать в похожей ситуации. Поэтому он повернулся к командиру полка и коротко сказал :-разберитесь.
А Голикову кивнул сурово:-Вольно, садитесь.
Инцидент был исчерпан. Потом еще выступали комдив, начштаба и говорили о задачах полка по выполнению исторических решений, кажется 26 съезда КПСС. В общем несли пургу. Наконец , генералу Петрову(или Иванову) разговоры надоели. И он предчувствуя хорошую выпивку, что-то тихо сказал командиру полка. Тот поднялся и дал команду:-товарищи офицеры. Все встали. Поднялся и генерал. И первым пошел к выходу. За ним , в узком проходе, потянулось дивизионное и полковое начальство, а потом скрипя сиденьями встали и двинулись остальные офицеры. Генерал вышел из зала и покрутив головой обратил внимание на стенд с фотографиями передовиков, так сказать, военного производства. Моя фотография висела слева. Несмотря на свои 23 года , я выглядел пацаном. Он прочел надпись под фотографией и спросил командира полка кто таков. Кондратьев ответил- неплохой офицер, не пьет( он просто не догадывался) правда двухгодичник.
Генерал повертел головой, снял фуражку, вытер пот и сказал: - пригласите. -Посмотреть хочу на орла. Меня вытолкнули из толпы и я строевым подошел и представился. Генералу понравилось. Он повернулся к комполка : - и не скажешь, что двухгодичник.
- Ну как служится?
В мозгу пронеслось слово за.... сь, но я сказал : нормально.
- Хочешь стать кадровым офицером?- и ожидая от меня утвердительного ответа, повернулся к комполка Кондратьеву. Но я вспотел больше прежнего ,начал что-то мямлить. Короче испужался.
--Пройдемте к Вам домой , я хочу посмотреть , как живет лучший молодой офицер полка.
Это была засада... В двухкомнатной квартире, куда мы вселились неделю назад с моим товарищем, был полнейший бардак, доставшийся нам от предыдущих кадровых жильцов. Все бутылки от спиртного(122 шт.) мы уже упаковали в мешки и собирались сдать через пару дней. Но не успели, поленились.
Командир полка, угрожающе сверкая глазами, исподтишка поглядывал на меня. Вся процессия из 7 человек, двинулась в городок к моему дому. Впереди выступал генерал- майор, уверенно топча азербайджанскую землю.
Я всё-таки исхитрился вырваться вперед, и когда группа инспектирующих остановилась у КПП полка, осматривая его , за минуту добежал на четвертый этаж и ворвался в свою комнату. Быстро застелил кровать, убрал вонючие носки в фанерный казенный шкаф, выбросил две бутылки на балкон, закрыв его шторами.... И тут услышал, как в открытую дверь , в коридор ввалился генерал- колобок со свитой.
Не разуваясь они зашли из коридора в мою комнату и ошалело огляделись... На них, со всех стен смотрели с фотографий певцы deep purple, pink Floyd и Beatles.
А в центре, на двери шкафа, была приклеена фотография с изображением Леннона, сидящего на унитазе в квартире Йоко.
Сказать , что генерал ... негативно возбудился, значит не сказать ничего. Заикаясь, он начал тыкать толстым указательным пальцем в Леннона и как рыба карась, открывал рот не произнося ни слова. Наконец я услышал: - кто эттоо?
Я не замедлил с ответом:- это певец Леннон.
Генерал набычился , пытаясь больше вдохнуть воздуха. Очевидно ему послышалась другая фамилия...
-- Снять к уйам, лейтенант,- свирепо заорал он на меня.
..... И тут вишенка на тортике. Мой товарищ из соседней комнаты, отдыхавший после караула, имел две неотразимые привычки. В связи с 50 градусной жарой он любил ходить по квартире нагишом и курить сигары "Ромео и Джульетта", коими были забиты все магазины в СССР Проснувшись и прикурив сигару , он пошел в ванную, где обнаружил в самой ванне, наполненной водой, плавающую мышь. Вода у нас была два часа в день, поэтому запас ее держали в ванне. А мылись на кухне в тазике.

И вот увидев мышь, он схватил ее рукой за шкирку(она уже утопилась) и с сигарой в другой руке, голый пошел ко мне в комнату, где приезжий генералитет драл меня за Леннона.
Состоялась продолжительная немая сцена: генералы при параде и напротив них голый джентльмен с сигарой и дохлой мышью.
После некоторых раздумий, генералом было произнесено несколько идиоматических выражений, закончившихся указанием на полное название романа Горького Мать.
Но генерал всё-таки оказался благоразумным человеком.Как мы узнали позже, он несколькими словами убедил командира полка дать нам по две недели , чтобы привезти жен.
Ты свою...... шь, а они?? Если не хочешь конкуренции- пусть привезут жен.
И мы поехали... За любимыми женами.

14

В больницу на майора Гаврилова приезжали посмотреть немецкие офицеры, удивленные его стойкостью. Благодаря его подвигу Брестская крепость оборонялась более месяца.

Петр Михайлович Гаврилов родился 17 (30) июня 1900 г. в селе Альвидино Казанской губернии (ныне Пестричинский район республики Татарстан). Принимал участие в Гражданской войне. С сентября 1925 г. на службе в Красной Армии. После окончания в 1939 г. военной академии имени Фрунзе Петру Михайловичу было присвоено звание майор.
Весной 1941-го он был переведен на службу в район Бреста. Так Петр Михайлович оказался рядом с Брестской крепостью незадолго до 22 июня 1941 года.

Подчиненные его называли «въедливым» начальником, потому что он вникал во все мелочи быта. Вникал дотошно, настойчиво, придирчиво. Он готовил их к войне безжалостно, предчувствуя ее приближение. Личный боевой опыт двух войн, строевой опыт и два военных образования, в том числе высшее, давали ему на это полное право. Знающие Гаврилова командиры считали его грамотным, требовательным, трудолюбивым, заботливым и пунктуальным.

Накануне войны майор Гаврилов не раз в своих беседах с бойцами и командирами откровенно говорил, что война вот-вот начнется, так как Гитлеру ничего не стоит нарушить акт о ненападении. Кто-то из любителей писать доносы на этот раз написал заявление в дивизионную партийную комиссию. Петра Михайловича обвинили в распространении тревожных слухов среди подчиненных. Ему грозило вполне серьезное партийное взыскание. Слушание персонального дела коммуниста Гаврилова было назначено на 27 июня 1941 года.
Но гораздо раньше началась война...

После нападения немцев на Брест Петр Михайлович сплотил вокруг себя советских бойцов и более месяца с 22 июня по 23 июля руководил обороной Восточного форта Брестской крепости.

День ото дня усиливался артиллерийский обстрел, все более жестокими становились бомбежки. А в форту кончились запасы пищи, не было воды, люди выходили из строя. Время от времени автоматчики врывались на гребень внешнего вала и кидали оттуда гранаты в подковообразный дворик. 29 июня гитлеровцы предъявили защитникам Восточного форта ультиматум — в течение часа выдать Гаврилова и его заместителя по политической части и сложить оружие.

После сильной бомбардировки 30 июня сопротивление защитников Восточного флота было окончательно сломлено, и те, кто уцелел, оказались в плену. Автоматчики обшаривали один каземат за другим — искали Гаврилова. Офицеры настойчиво допрашивали пленных об их командире, но точно о нем никто не знал. Некоторые видели, как майор уже в конце боя вбежал в каземат, откуда тотчас же раздался выстрел. «Майор застрелился», — говорили они. Другие уверяли, что он взорвал себя связкой гранат. Как бы то ни было, найти Гаврилова не удалось, и немцы пришли к заключению, что он покончил с собой.

Но Петр Михайлович продолжал сопротивление, укрывшись с остатками своей группы (12 человек с четырьмя пулеметами) в казематах. Оставшись один, 23 июля тяжело раненым попадает в плен.

Немецкие офицеры, восхищаясь его мужеством, сохранили ему жизнь и отвезли в военный госпиталь, где рассказали врачу, что «этот человек, в чьем теле уже едва-едва теплилась жизнь, всего час тому назад, когда они застигли его в одном из казематов крепости, в одиночку принял с ними бой, бросал гранаты, стрелял из пистолета и убил и ранил нескольких гитлеровцев».

В последующие дни в военный лазарет не раз приезжали немецкие офицеры посмотреть на советского героя, который проявил удивительную стойкость и волю к борьбе с врагом.

После выздоровления оказался в нацистских концлагерях, был освобожден только в мае 1945 г. После спецпроверки Петр Михайлович был восстановлен в звании, но исключен из партии из-за попадания в плен.Послевоенная жизнь для Петра Михайловича Гаврилова стала еще одним испытанием на прочность.

Учительница младших классов Альвединской школы Анна Козлова с горечью рассказывала:

«Наша первая встреча с Петром Михайловичем состоялась в 1947 году. Петр Гаврилов, встреченный жителями села как враг народа, стал жить в землянке с матерью. Работал пастухом, помогал собирать колхозный картофель. Мы дружили семьями. О войне он говорить не любил. Лишь изредка, после дотошных расспросов, рассказывал, что ему пришлось перенести. Вспоминаю случай. Осень. Идет уборка второго хлеба на колхозных полях. Лошадь тащит за собой телегу, из которой выпадает картофель. Петр Михайлович идет следом и собирает его. А люди, видя это, подкидывают ему еще: мол, «на, ешь, враг народа»! Самые наглые позволяли себе подойти сзади и пнуть его».
После выхода в 1956 г. книги историка Сергея Смирнова «Брестская крепость» восстановлен в партии и награжден орденом Ленина и удостоен звания Героя Советского Союза.
Петр Михайлович Гаврилов скончался 26 января 1979 года. Похоронен в Бресте. Имя героя носят улицы в Казани, Бресте, Краснодаре и Пестрецах.

Из Сети

15

- Товарищи офицеры! Сегодня мы провожаем на заслуженный отдых помощника начальник тыла эскадры, военную карьеру которого можно охарактеризовать короткой, но ёмкой фразой - жизнь прошла как смазанный оргазм.

16

Орёл без свастики

Хайнц Кесслер родился в 1920 году в Нижней Силезии в городке Лаубан. Рос он в семье убеждённых коммунистов. Ещё в детстве Хайнц читал сочинения Ленина, Карла Маркса, Фридриха Энгельса и дрался на улицах с мальчишками из гитлеровской организации “юнгфольк”.

В ноябре 1940 года Кесслера призвали в вермахт, а 15 июля 1941 года Хайнц перешёл, как он сам заявлял: “На сторону правды”.
Сотрудники НКВД ему долго не верили - случай был необычным. Из лагеря для военнопленных Кесслер без конца слал письма Сталину и требовал пустить его воевать против Гитлера, сражаться за новую социалистическую Германию.

В декабре 1942 года Хайнц Кесслер выехал на фронт и обращался там через громкоговоритель к немецким войскам, державшим оборону под Великими Луками: "Ребята, я немец и клянусь вам: русские хорошо обращаются с пленными. Задумайтесь, на кой черт вам сдался Гитлер! Пока вы страдаете от обморожений в окопах, ваши офицеры пьют шампанское и едят лосося".
Нацисты в бешенстве открывали по "предателю” огонь. Кесслер же требовал дать ему винтовку и начинал стрелять в ответ.

В Восточной Германии Хайнц Кесслер сделал блестящую карьеру, став министром национальной обороны ГДР и генералом армии. После падения Берлинской стены и объединения двух Германий его приговорили к заключению - якобы Кесслер приказывал пограничникам убивать перебежчиков в Западный Берлин. Генерал вины не признал, заявив, что он велел останавливать нарушителей границы, расстреливать же приказа не было.
“Вот забавно, - вздыхал Кесслер. - При Гитлере я в тюрьму не попал, а при демократической власти - сразу на нары. Прекрасная вещь ваша демократия: вся разница, что орёл без свастики”.

В 1998 году, после шести лет заключения, Хайнц Кесслер был освобождён из тюрьмы по состоянию здоровья. В 2015 году он, вместе с другими бывшими высокопоставленными офицерами ГДР, подписал открытое обращение к НАТО, заявив: «Национальная народная армия ГДР никогда не участвовала в конфликтах, нашим приоритетом был мир. Мы против того, что война стала инструментом политики!»

Хайнц Кесслер умер 2 мая 2017 года, а 9 мая его портрет пронесли в рядах Бессмертного полка по Красной площади.

17

Не моё!

Про верблюда.

Продолжу серию рассказов про животных на подводных лодках.
Как ветеран и один из отцов основателей верблюжьего движения на славном Северном флоте, расскажу вам чистую правду.

После столкновения 24 марта 1994 года Б-138 с Гаджиевским БДР Командира убрали, и весь экипаж, который очень уважал Александра Сергеевича Стахеева начал быстро рассасываться по ходовым экипажам.

У всех было по несколько автономок, солидный опыт и неплохая репутация у флагманских специалистов. Народ расхватывали как горячие пирожки. Через год осталось человек 15 из старого экипажа, и то, на многих, в том числе и на меня были приказы на перевод.

Выход в Североморск на погрузку мин был для меня последним с 505 экипажем. Новый командир очень обидно обзывал экипаж туркменами, А мы гордившиеся своими традициями страшно бесились.

Август, лучшее время на Севере. Можно просто сняв ватник тупо пялиться на солнышко, срывать морошку и периодически шлепать по щекам, убивая комаров. Благодать. Быстро загрузив боезапас, остатки стахеевцев с примкнувшим помохой, Игорь Саленко, которго я знал еще с училища, решили пожарить на сопках шашлычок. У командира есть десять минут чтобы доложить решение на боевой поход Командующему. У нас решение заняло 3 минуты.

Через полчаса на сопке в Окольной сидело человек 10 крайне счастливых подводников, вокруг валялись не нужные ватники, а на мангале из камней жарился восхитительный шашлык. Кушая свежайший шашлык, запивая помошническим вином и минерским шилом господа офицеры с удовольствием, во взятую с корабля биноклю, рассматривали, как боцман Коля Штаненко тырит со стоявшего рядом списанного СКР 1135 проета здоровенный прожектор.

Естественно разговор перешел на то, что храниции надо традить или традиции надо хранить. Народ возмутился. Первая автономка РФ!!! Какого хрена!!!.
Короче еще после пары бутылок вина и литра шила, мрачно отправились на корабль, по пути помогли боцману затащить на корпус ПЛ охренительных размеров прожектор, который он привязал к лееру.
У самого старшего и уважаемого управленца Димы по кличке Слон нашлась пачка от Кэмела. Штурман Паша притащил МНК и на торпедной палубе группа злоумышленников начала свое черное дело.

Естественно, двухгорбый верблюд подводников не удовлетворил. Трафарет был сделан трехгорбым.
Где-то часа в три ночи мы вылезли на палубу и на правом борту через трафарет, моей белой минерской краской, которую я экономил, что бы покрасить окно на кухне сделали зоонатюрморт.

Естественно при всем этом процессе, было выпито все. Поэтому с утра: ввод, приготовление, переход в Лицу все участники славного мероприятия забыли, что они творили ночью.

Для тех кто не знает, дверь в ограждение на РТМК по левому борту, белый трехгорбый верблюд на правом борту ограждения. Где крайне редко кто-то ходит, а в Лице к 7-му мы швартовались с зюйда, то есть правым бортом. Представьте, командир дивизии Валерий Николаевич Агафонов и офицеры штаба счастливо ржали так, что я слышал в прочном корпусе.

P.S. После этого в 505 экипаже началось верблюжье движение, на аварийных буях, кроме бортового номера наносился маленький красный верблюдик, Все боевые листки выходили с эмблемой ордена красной звезды с верблюдиком в центре. Верблюд даже был на тортах, для именинников. Кстати именно в этом походе героически погиб мой кот Клаус.

Да, забыл сказать, что стыренный боцманом гигантский прожектор смыло где-то в районе Выев-наволока.

18

Пусть эта история будет называться – небольшой частный взгляд в ИСТОРИЮ, ну, и в её последствия, разумеется.

Тётка моя- материна старшая сестра, Екатерина Павловна- жила под Ленинградом, в посёлке Дибуны – это семь километров от Белоострова – где, по реке Сестре, в тридцать девятом году проходила граница между СССР и Финляндией. Свой дом.

Два слова о почти неизвестной сейчас «Зимней войне». Talvisota- это по Фински.

Краткая историческая справка-

После Гитлеровских аншлюсов, раздела Польши, после пакта Молотов- Риббентроп, когда всем в мире стало ясно, что очередная война неизбежна – в Кремле серьёзно обеспокоились расположением границ, и возможных угроз потенциальной военной агрессии.

От Белоострова до центра Ленинграда всего около тридцати километров – а бывший Российский генерал, командующий вооружёнными силами Финляндии- Карл Густав Маннергейм- ещё с двадцатых годов на всю Европу звонил, что готовится к Советской (Российской) агрессии – отнюдь не исключая варианта краха и развала СССР, при котором свежевылупившаяся независимая Финляндия получит возможность отхватить у России громадные территории – север от Архангельска до Урала – а что, в Коми же живут Финно- Угорские народы – отчего бы не помечтать? Вдруг и в самом деле большевики прогнутся? В Бресте же прогнулись? Украину Немцам отдали в восемнадцатом?

Ни хрена не помечталось. Амбиции генерала были сильнее реальности.

У нас тогда уже рассуждали немного иначе. Поэтому осенью тридцать девятого, бывшей Российской провинции - княжеству Финляндскому, был озвучен пока весьма доброжелательный ультиматум – СССР готов отказаться в Карелии от территорий в три раза больших- в пользу Финляндии – за то, чтобы отодвинуть границу от Ленинграда за Выборг (Viipuri).

Но.

Маннергейм уже принял решение – никаких договоров с Советами – ориентация на Европу – а значит, союз с Гитлером.

Иметь союзника Гитлеровской Германии в тридцати километрах от Ленинграда, зная, что война неизбежна- никак не входило в планы Советского правительства.

Пришлось принимать меры.

Командовать операцией по принуждению к миру и согласию бывшую Российскую провинцию был назначен маршал К.Е. Ворошилов. При всех его положительных качествах- личное бесстрашие, имидж боевого командира– человек это был малообразованный, амбициозный и слегка зазнавшийся. Ну нельзя бывшего слесаря сразу в маршалы- накосячит. Вот и накосячил.

Глупее того, что он придумал- трудно было сделать даже в серьёзном алкогольном опьянении – из лучших дивизий, лучших полков страны было взято по одному лучшему батальону – и все они отправились на Карельский перешеек, в принципе не подозревая, что это – учения, мероприятия по охране границы, или возможные военные действия?

Бардак стоял несусветнейший- никто никого не знает, никто не знает, что и как предстоит сделать, кто вообще всем командует, кто его непосредственный командир, и зачем это всё надо? Осень на дворе, даже палаток не хватает- личный состав разместить.

Поэтому начало так называемой «Зимней войны» было довольно бесславно. Надобно отдать должное Кремлёвским военачальникам – перезагрузка была осуществлена быстро и эффективно, Ворошилова деликатно отстранили от командования, и к марту 1940- го года операция была победно завершена. Граница отодвинута от Ленинграда более, чем на сто километров.

…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

А теперь- частный взгляд. И мой- отчасти.

Соседка моей тётки в Дибунах была баба Маня – я так её называл – дома стояли рядом. Как получилось, что офицеры со всей страны, прибывавшие на будущий фронт, не зная, что их ждёт, ехали с семьями, тащили с собой всё нажитое имущество, и поскользнувшись о строгий приказ о готовности к военным действиям, были вынуждены срочно решать бытовые проблемы?

Не знаю. Но знаю, что в доме у бабы Мани, две комнаты были целиком завалены чемоданами – под потолок. На сохранение оставили. Предполагалось, что по возвращению, это имущество будет хозяевам возвращено.

Никто не вернулся.

Вообще.

Баба Маня честно ждала хозяев почти до сорок шестого года – а потом стала потихоньку открывать чемоданы.

........................................................................................................

Я застал эту ситуацию уже во второй половине шестидесятых – когда из самого раннего детства перебрался в просто детство, и стал помаленьку адекватно оценивать происходящее вокруг. Я частенько гостил у тётки, поэтому кое что видел, и немного сам зрительно помню.

Сын бабы Мани – для меня дядя Толя – добрейший славный мужик с потухшими глазами– к тому времени спившийся уже до полного изумления, полуседой ветеран войны – с трудом выходил на улицу два- три раза в неделю, не чаще. Медали у него на пиджаке звякали.

- Пей, Толька! Тут на три жизни хватит – это баба Маня говорила. Я слышал. Не моё дело, у них такие отношения были в семье.

Баба Маня и сама к стакану с удовольствием прислонялась. В доме стены в саже, печка угольная чугунная – и посуду грязную моют в тазике пару раз в неделю.

Пёс у них был цепной- Дружок, помоями всякими кормили. Я как- то попросился-

- Баба Маня, а можно я Дружку поесть отнесу?

И вот с этой лоханью, чуть не спотыкаясь, с трудом подхожу к будке - нести- то тяжело- пёс поворчал, вылезает, встаёт, смотрит на меня - это мне уже лет шесть было, сознательный такой человек- не забуду, что Дружок смотрел на меня СВЕРХУ ВНИЗ - такая громадная зверюга.

Дядя Толя был мастер с золотыми руками – инструментальщик высшего разряда – он работал (числился) на том самом оружейном заводе в Сестрорецке, где когда- то родилась трёхлинейка Мосина. Его там настолько ценили, что при необходимости в Дибуны отправлялась машина скорой помощи, врачи пинками выводили дядю Толю из очередного запоя, везли на завод, он делал там то, что кроме него никто не смог бы вообще, получал зарплату, и опять проваливался в привычное небытие.

Дядя Толя недолго был женат, сын у него где- то присутствовал, но после развода, от его постоянного пьянства, в Дибунах не появлялся.

Вот такие соседи. Баба Маня даже купила сыну машину - опель тридцать шестого вроде бы года? Но дядя Толя никогда на ней не ездил – по причине постоянных глухих запоев. Опель так и стоял в сарае. Почти сорок лет. Пылью покрывался.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

Вторая половина восьмидесятых. Прошло время, не стало бабы Мани, ушёл в лучший мир так и не нашедший себя в этой жизни добрый алкоголик дядя Толя.

Сын его, как наследник недвижимости, со скучающей физиономией осматривал грязно- серого цвета кривой дом и сарайки – вообще- то печальное зрелище- хозяевам было совершенно недосуг заниматься ремонтом, всё пришло в совершенный упадок. Продать это можно было только как официально задокументированный объект капитального строительства – под снос, если кто- то пожелает поставить новый дом на участке.

В покосившемся сарае был обнаружен тот самый опель- который даже удалось завести- и проехать немного по улице. Насколько я понимаю, сыну дяди Толи (ну не помню я, как его звали) машина даже понравилась – и он всерьёз взялся за реанимацию.

А дальнейшее осталось в памяти жителей посёлка, как забавная Рождественская история – сынуля, мужик с руками – в отца пошёл, разобрал и собрал машину от начала до конца – и, не имея возможности заменить несколько родных оригинальных деталей, написал в Германию, на завод – с просьбой поставить такие же, или подходящие аналоги.

В Рюссельхайме (Германия, завод Опель) вначале не поверили, а потом в Дибуны приехала комиссия инженеров и менеджеров – посмотреть на свою машину, которая, несмотря на ПОЛВЕКА эксплуатации в экстремальных условиях Российской действительности, до сих пор в состоянии ездить.

Телевидение присутствовало. Машина действительно была в довольно приличном виде – и, насколько мне известно, владельцу было предложено на выбор – любой новый автомобиль с завода в обмен на ветерана. Это же какой силы рекламная акция!

К сожалению, тётка продала свой дом, переехала в Питер – и я не застал конца этой истории. Но вот запомнилось…

На фото - вроде бы такой же автомобиль.

19

Женщины поколения моих бабушек говорили: "Чтобы стать женой генерала, нужно выйти замуж за лейтенанта". Мои сверстницы в один голос утверждают, что этот способ ни фига не работает. Я же родился и вырос в генеральском доме, я видел и слышал добрую сотню реальных генеральских жён, и я совершенно точно могу сказать, почему у моих сверстниц этот способ не работает. Потому что женщинам поколения моих бабушек и в голову не приходило, что достаточно выйти замуж за лейтенанта - и сделав это, самое время сесть на диван, начать выносить мозг и требовать причитающиеся им законные шубы, машины и бриллианты.

Если вы видели советский фильм "Офицеры" - вы видели абсолютно точный портрет женщин, которые становились реальными хозяйками генеральских квартир. Мои сверстницы обычно говорят - мол, будешь впахивать, отдашь ему всю себя, а он кинет, разведётся и женится на молодой. Я в ответ загадочно улыбаюсь. Какой смысл рассказывать им, что моего деда однажды поставили перед прямым выбором - либо разводишься с политически неудачной женой, либо кладёшь партбилет на стол? Спасибо Сталину - вовремя умер и избавил деда от последствий второго варианта. Но какой смысл рассказывать это тем женщинам, которые, окажись в той же ситуации, менее чем за секунду выберут первый?

20

На младших курсах я частенько косил и забивал, предпочитая тусить в конно-спортивной школе. Там происходило много нетривиальных, любопытных событий. Так, время от времени нас отправляли на какие-либо киносъёмки, в основном – кого-то верхом разгонять, куда-то не пущать, заушать шашками и нагайками, короче говоря, изображать всяческих неприятных врагов трудового народа. И вот однажды послали нас своим ходом километров этак за 25, на очередные съёмки в Зеленогорск. Кавалькада – человек 8-10 всадников, и карета, в которой расположились тренер и старший конюх. Времени в пути они даром не теряли, бурно отмечать начали сразу же, едва наша кавалькада выехала из манежа. За долгий путь весьма в этом преуспели. Бойцы это были закалённые, но и груз приняли непомерный, так что на подступах к месту съёмок зелёный змей их всё же заборол и усыпил.

Мы, всадники, тоже по дороге несколько того, этого, погусарствовали, но в сёдлах держались крепко и соображали более или менее отчётливо. Однако же режиссерскую диспозицию уловили с трудом и нашли довольно-таки дурацкой. По его задумке, некий граф садится в карету и уезжает прочь, а вслед за ним справа по двое заезжают в колонну отрицательные офицеры. И таким вот странным порядком удаляются – в закат, в эмиграцию или фиг его там знает куда, но куда-то вдаль. Форму нам раздали на редкость эклектичную – разномастную, фрагментами от самых разных родов войск и эпох. Ну, видимо, чем богаты. Меня, юного первокурсника, вообще полковником нарядили. Да и ладно, в закат – так в закат, полковником – так полковником, главное, чтобы деньги не забыли выплатить.

И вот уже снимается дубль первый. Граф шествует к карете. Форейтор, грум или ещё какая-то шестёрка с поклоном открывает ему дверцу. И тут из чрева кареты навстречу графу вдруг высовывается злобная, сонная, красная морда забытого там тренера, облепленная соломой. А человек он был нецеремонный, грубый донской казак, дядька решительный и угрюмый, особливо ежели неожиданно разбуженный с сильного бодуна. И вот задает он графу хриплым голосом прямой и конкретный вопрос: "Ты кто, б...?!" На что обалдевший граф, недоумевая, прилежно отвечает, что он, собственно, граф. И тут тренер громко, отчётливо резюмирует: "ну и пошёл ты нах...!" И яростно, громко захлопывает каретную дверцу перед самым графским носом. Кони шарахаются, карета трогается прочь, и нам ничего другого не остается, как вслед за ней тоже попарно двинуться в закат мимо вконец охреневшего сиятельства.

А самое-то интересное, что помощнику режиссера эта импровизация даже понравилась. Он восторженно заявил нам, что очень убедительно всё это получилось: экспрессивно, лапидарно, выразительно была передана самая суть революции.

21

В Израиле на 86-м году жизни умер советский диссидент и писатель Эдуард Кузнецов.

Эдуард родился в 1939 году в Москве, учился на философском факультете МГУ. Ещё в молодости он стал активистом самиздата. За это в 1961 году его арестовали и приговорили к семи годам лишения свободы по статье об антисоветской агитации.

Отбыв свой срок, Кузнецов пытался переехать в Израиль вместе с женой, но советские власти отказывали ему в разрешении на выезд. Кузнецов с женой примкнули к группе "отказников", решивших захватить и угнать в Израиль пассажирский самолёт.

Начало 1970-го. Группа евреев-отказников из Ленинграда и Риги, мечтавших во что бы то ни стало эмигрировать в Израиль, от полного отчаяния решила захватить самолет.

Во главе операции стоял Эдуард Кузнецов. Идеологическим вдохновителем группы и автором «Обращения к западной общественности» был Иосиф Менделевич.

Управлять самолетом должен был Марк Дымшиц – бывший летчик, уволенный из авиации по «пятому пункту». По легенде группа друзей летела погулять на еврейской свадьбе – отсюда и название операции. Всего в операции «Свадьба» принимали участие 16 человек.

На первых порах было решено захватить большой пассажирский лайнер типа Ту-104 или что-нибудь в этом роде. Но потом на всякий случай по каким-то сложным каналам запросили круги, близкие к израильскому правительству – мол, как там отнесутся к такой решительной акции?

Израиль ответил отрицательно. Он был категорически против всякого терроризма, захвата самолетов и прочих действий, связанных с насилием.

Тогда потенциальные беглецы приняли другое решение: они закупают все билеты на маленький Ан-2 местной авиалинии, который выполняет рейс из Ленинграда в райцентр Приозерск, летят туда, а после посадки в Приозерске связывают двух пилотов и оставляют их лежать в спальных мешках (не дай Б-г замерзнут) на летном поле, а сами берут курс на Швецию. Ну, а уж из Швеции в Израиль добраться пара пустяков.

План сей с самого начала был обречен.

Никто из группы не скрывал своих намерений. Более того, их дети даже попрощались со своими одноклассниками в школе. Участники операции прямо на улицах Риги опрашивали людей – а не хотели бы вы убежать в Израиль? Дескать, мы вам можем помочь в этом благородном деле.

Почему вели себя так неосторожно? Лучше всего на этот вопрос отвечает организатор операции Эдуард Кузнецов: «Это была акция, нацеленная на привлечение внимания Запада к запрету эмиграции из СССР. И она оказалась успешной — после международного скандала, вызванного смертным приговором Марку Дымшицу и мне, Кремль сильно попятился в вопросе о выезде из страны. Именно тогда и началась массовая эмиграция евреев и русских немцев».
А тогда, 15 июня 1970 года, всех арестовали при посадке на самолет. КГБ устроил целый спектакль — с собаками, войсковыми частями и толпой любопытных.

Из воспоминаний Йосифа Менделевича:

«Пересекаю калитку. Вдруг кто-то крепко хватает меня с двух сторон, дают подножку и кидают на землю. Голову прижали к земле – очки стали, изогнувшись, поперек лица и царапают кожу… Завели мне руки за спину и вяжут веревкой…

… вооруженные офицеры, пограничники с собаками и автоматами, военные автобусы – подготовились старательно. Мимо меня проводят Марка… Глаз у него начинает заплывать, по лицу сочится кровь. Все ребята в наручниках или со связанными руками стоят дальше от меня, почти у самого самолета, внешне спокойны… Меня приводят в дощатый барак диспетчерской. Сижу на стуле, рядом охрана. Чего-то ждут. Руки начинают отекать, но это ерунда. Входит старший лейтенант КГБ… Предъявляет ордер на задержание – измена и пр. Отказываюсь подписать…».

В декабре начался суд. Судили беглецов сразу по трем статьям Уголовного кодекса – измена Родине, хищение в особо крупных размерах, антисоветская агитация.

Адвокаты возражали — какая измена Родине, если подсудимые уже не раз обращались к советским властям с просьбой о разрешении на выезд? Получается, что они уведомляли власти о своем решении «изменить Родине». Нелогично.

Но судей эти мелочи не интересовали. Им дали указание вынести приговор по максимуму. Вот они и старались.

Старались и другие «правоохранительные» органы. Ленинградский городской суд был оцеплен тройным милицейским кордоном, а зал заседаний был заполнен тщательно отобранной публикой. Правда, пускали и родственников подсудимых, но их сумки и портфели тщательнейшим образом обыскивали: не принесли ли они какие-нибудь звукозаписывающие приборы?

Но что самое удивительное — весь процесс как раз был записан на аудиокассеты, и фрагменты этой записи позднее передавались в Израиле.

Судейский состав возглавлял сам председатель городского суда Ермаков, а обвинение поддерживал прокурор города Ленинграда Соловьев, известный своим антисемитизмом.

Приговор, вынесенный «угонщикам» в декабре 1970 года, отличался необычайной суровостью, если учесть, что угон самолета не состоялся, и никто не пострадал. Дымшиц и Кузнецов были осуждены к расстрелу, все остальные — к 10-15 годам заключения в исправительно-трудовых лагерях особого и строгого режима.
Из воспоминаний Эдуарда Кузнецова «Шаг влево, шаг вправо»:
«22.12. Вчера было не до записей: прокурор потребовал нам с Дымшицем расстрела, Юрке и Иосифу по 15 лет, Алику — 14 и т.д. Даже Сильве — 10. То, что приговор суда будет полнейшим образом отвечать пожеланиям прокурора, для меня несомненно – ведется крупная политическая игра…

…Дымшиц пригрозил, что если вы, дескать, расстреляв нас, думаете припугнуть этим других будущих беглецов, то просчитаетесь — они пойдут не с кастетом, как мы, а с автоматами, потому что терять им будет нечего. (Тут он, по-моему, хватил через край. Выходит, и мы, знай о расстреле, взялись бы за автоматы. Но все же он молодец. Дело тут не в логике, а в несокрушимости духа.) Потом он поблагодарил всех нас, сказав: «Я благодарен друзьям по несчастью. Большинство из них я увидел впервые в день ареста, на аэродроме, однако мы не превратились в пауков в банке, не валили вину друг на друга». Из остальных выступлений мне больше всего понравилось выступление Альтмана…»

И тут, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. В Испании баскские националисты осуществляют теракт — вооруженное нападение на самолет. Накануне рождества диктатор Франко милует террористов, заменив смертную казнь тюремным заключением. Пример «кровавого каудильо» подействовал на Брежнева, к которому обратились главы более 20 стран. Об этих обращениях знал весь мир. Но далеко не все знали, что Голда Меир направила к генералу Франко секретного посланника, сыграв на том, что «однажды Франко уже оказал услугу еврейскому народу, не выдав Гитлеру испанских евреев». Когда Франко помиловал террористов, советскому руководству не оставалось ничего другого, как помиловать угонщиков. Смертная казнь Кузнецову и Дымшицу была заменена на 15 лет лишения свободы.

Вслед за первым ленинградским процессом последовал второй – над людьми, никак не причастными к попытке захвата самолета. Процессы прошли в Кишиневе, Риге, Одессе. Десятки активистов были осуждены. Но это не помогло – наоборот, лишь усилило стремление к эмиграции. В феврале 1971-го прошла демонстрация отказников в приемной Президиума Верховного Совета СССР, в июне 1971-го — массовая голодовка на Центральном телеграфе.
К проблеме отказников было привлечено внимание, и властям пришлось приоткрыть выезд. Все равно выезд был весьма и весьма затруднен, но стал возможен. Стал возможен благодаря этим шестнадцати.

20 мая 1978-го в США был задержан советский шпион Владимир Зинякин, прямо у тайника с секретными материалами. Появилась возможность обмена. Так 27 апреля 1979 года в Нью-Йорке приземлился самолет с Марком Дымшицем и Эдуардом Кузнецовым. А 28 мая 1981-го президент США Рональд Рейган принял в Белом доме Иосифа Менделевича.

Ни до «самолетного дела», ни после него – никому из достойнейших людей, боровшихся за свободу, не удалось привлечь столько внимания, как участникам операции «Свадьба».

Выступления подсудимых и их защитников, обвинительное заключение – все это вызвало такой мощный резонанс как за рубежом, так и внутри страны, что СССР вынужден был открыть границы, и в последующие 10 лет оттуда выехали по разным оценкам от ста до ста пятидесяти тысяч человек.

Советский Союз в бедности и горе дожил до 1991 года, тогда и скончался...

22

Недавно день рождения у кума случился. Нам уже по 60. Собрались самые близкие. Кум Толик, полковник запаса МЧС. Рост два метра, вес 150 кг. Вспоминаем как учились в местном институте. Толя и рассказывает, хряпнув рюмочку водочки:
— А был у нас такой случай (учились на вечернем). Однажды нас с Игорем выгнали с лекции. Мы в военных мундирах, офицеры, здоровенные бугаи (Игорь тоже под два метра). Причина: баловались на лекции. Лектор заставила идти к декану вечернего факультета писать объяснительную. Декан просто оуйел, когда у видел двух тридцатилетних старлеев, пришедших каяться в баловстве. Долго ржали.

23

В 1984 г. нам от военной кафедры универа предстояло пройти полуторамесячные военные сборы в славном городе-герое Новороссийске для получения лейтенантского звания. Тогда было принято называть таких студентов, как мы, курсантами. А курсантам из экономии наверное ввиду ограниченного срока пребывания в военной части вообще не полагалась свежая военная форма. Другими словами: обмундирование выдавалось уже ношеное кем-то задолго до нас (вплоть до портянок). И при этом не полагалось никаких знаков отличия типа погонов, нашивок и т.п.

Также в армии той поры была еще одна аналогичная категория временно служащих, кому тоже ничего такого из формы одежды не полагалось. Это были старые (как бы просроченные) срочники в возрасте кажется до 35 лет, которых вызвали на дополнительные сборы якобы для повышения квалификации. Таких ребят тогда называли партизанами. И это был столь контрастный контингент, которого побаивались иногда даже некоторые офицеры. Но самое главное в этой истории то, что по форме одежды курсанты тогда вообще ничем не отличались от партизан.

И вот в один прекрасный день выпала "честь" вашему покорному слуге (т.е. мне) с несколькими его однокурсниками дежурить по кухне. После ужина, если я чего-то не упустил, там оставалось лишь помыть посуду. Но и это заняло достаточно много времени, поскольку к моменту окончания работ уже определенно стемнело. И это все, заметьте - по южному климату, ибо например в Мурманске тогда уже была самая глубокая ночь. Ну и все дежурившие однокурсники по окончании работ сразу же отправились обратно в казарму. Ну за двумя разве что исключениями. Дескать проверить все равно трудно, когда кто реально освободился. Да и кому это не в лом - проверять такое?

Дежурили мы в тот день на кухне с одним однокурсником по имени Кирилл, которого чаще называли Кирьяном. Кстати, это были годы борьбы Горбачева с алкоголизмом и советским народом. Поэтому тогда купить в магазинах такую продукцию наверное по всей стране было весьма проблематично. А мы тут по причине военных сборов уже наверное целый месяц просыхали. Ну и Кирьян предложил мне после освобождения от кухонного дежурства совершить самоволку в город как раз с этой целью - для пополнения в крови изрядно упавшей концентрации алкоголя.

Сейчас я уже точно не помню, каким образом нам удалось проникнуть за пределы нашей военной части, которая столь любезно приютила нас ажно на полтора месяца. Да и географию славного города Новороссийска мы оба не знали совсем. Поэтому, двинувшись по улице, где располагалась наша военная часть (в направлении к морю), мы рассчитывали лишь на ближайший винно-водочный магазин. Однако ничего похожего на нашем пути почему-то не попадалось, и мы продолжали упорное движение вперед.

Постепенно по краям улицы стали появляться жилые дома, а на улицах - прохожие, среди которых попадались среди прочих и красивые девушки.

Идет солдат по городу, по незнакомой улице,
И от улыбок девичьих вся улица светла.

Ну как-то приблизительно так. Но только мне лично почему-то вдруг стало стыдновато, что мы в военной форме. И ничего более глупого я тогда не смог придумать, как произвести некоторые манипуляции со своей пилоткой. Я ее снял и отогнул один из ее боковых краев так, что она стала похожа на кепку с козырьком сбоку. И так ее и надел на голову поперек - козырьком вперед. Ну, а Кирьяну эта идея очень даже понравилась, и он поступил аналогичным образом сразу же вслед за мной.

И вот в таком приблизительно виде мы на пару продолжаем движение вдоль по неизвестной нам улице. Соответственных требуемых нами магазинов по-прежнему не попадалось, но освещенность улицы постепенно улучшается, заметно увеличивается также количество прохожих, а на противоположной стороне улицы вырисовывается даже какой-то парк.

И тут мы вдруг оба на пару с Кирьяном замечаем, что по тротуару прямо навстречу нам идет какой-то офицер в военной форме. Признаться, мы не успев обмолвиться друг с другом ни словом, почти-что обделались, ожидая самого сурового наказания за самоволку. Однако, этот офицер тоже повел себя как-то на наш тогдашний взгляд не вполне адекватно. Увидев нас издали, он как-то нерешительно приостановил свое движение и неуверенно заметался из стороны в сторону, как будто тоже был чем-то испуган. И в результате он быстро шмыгнул в первую же попавшуюся дверь дома вдоль улицы. Когда мы с Кирьяном подошли к этой двери, то на вывеске рядом с ней прочли: штаб новороссийской военно-морской базы.

Вот так мы с Кирьяном единственный и очевидно последний раз в жизни оказались партизанами, сами даже не подозревая о том.

24

От Питера до Красноярска самолёт летит четыре часа. Дело в том, что разница во времени у нас тоже четыре часа – получается забавно – летишь в Сибирь, сел в самолёт в два, вышел в двадцать два. А летишь обратно – сел в два, и выходишь в два.

В самом начале девяносто второго года мы с приятелем- Максом отправились туда по делам - заработать маленько. Макс там сидел когда- то, сохранил старые связи – по телефону выяснили, что там есть, и чего не хватает, набили несколько здоровых коробок товаром, и пустились в негоцию- покорять бескрайние просторы Сибири.

Надобно отметить, что смотреть на тайгу из иллюминатора- завораживающее зрелище. Ленобласть от отсутствия леса тоже не страдает, но такого его количества мне раньше видеть не доводилось. Это не море- это совершенно бескрайний зелёный океан.

В аэропорту нас встретили, сразу забрали часть поклажи, и подвезли к гостинице. В Красноярске, на одном из островов посреди Енисея стоит стадион, где выделена небольшая жилая зона- номеров на шесть- восемь. Вот там мы и остановились.

Рулил всей процедурой Макс, я был на подхвате, и в качестве личного представителя кредитора, что оплатил большую часть товара. В одиночку перетаскивать этот груз всё равно было нереально.

На улице минус тридцать по Цельсию, солнце слепит, как на сварку смотреть, и не холодно – для Питера минус тридцать- это почти апокалипсис- из за высокой влажности. А в Сибири – хоть бы что.

Четверо суток мы с Максом гоняли по городу и окрестностям, пристраивая привезённое. Основные покупатели- бывшие зэки, устроившиеся вольняшками в посёлках возле зон, занимающиеся полулегальными поставками требуемого и необходимого- за колючую проволоку.

Офицеры охраны тоже были замазаны в этом бизнесе. Последняя коробка ушла в посёлке- не помню названия. Рядом была зона общего режима, посредник радовался как ребёнок – всего навсего двенадцати килограммам жевательных конфет – но там такого просто никогда не видели. Заплатил почти в полтора раза больше, чем договаривались- там цены другие, не то, что в Европейской части.

- Да у меня это с руками оторвут! Везите ещё, тут озолотиться можно!

Домой возвращались под утро – надобно отметить, почти сутки не жравши. Водитель с армейского грузовика высадил нас возле открытого не пойми, то ли кафе, то ли просто обжорки- но там был свет в полпятого утра.

Кафе оказалось Корейским, и ночная смена по- Русски могла произнести только «Зрасти» и «Кушать».

Что это было, и как называлось, я произнести не могу. Глиняный кувшин, объёмом поменьше литра, внутри крепчайший горячий бульон, мясо, лапша, овощи какие- то, вкусно и сытно невообразимо… кто пробовал хаш на Кавказе, или бограч в Закарпатье, меня поймёт. Колобки (вроде рисовые?) в качестве хлеба на столе. Мы думали с голодухи, что маловато будет, но доедали уже с трудом, тяжело дыша и обливаясь потом. Был ещё зелёный чай – с непривычки та ещё отрава, но потом затягивает – если маленькими глотками.

Появляется хозяин – глазки вразрез, как положено, но хоть по- Русски говорит- а то у его девчонок мы даже добиться не могли – сколько должны- то?

Рассчитались. Весьма недорого получилось. Макс, по своей привычке всех подкалывать, пристал – а что мы такое съели?

- Собак небось на свалках отстреливаешь, потому так и дёшево?

- Нет свалка, нет свалка, своя ферма выращиваем. Собасика, осень фкуссно…
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………….

Немного поспали, и двинули к Максову приятелю – на охотничью заимку. Дело сделано, можно отдохнуть. Я так понял, что это была частная полу гостиница, полу комплекс для отдыха местных администраций и представителей криминалитета.

Построено не просто с размахом- воображение поражает сруб из лиственницы, каждое бревно побольше полуметра диаметром. Высокий забор – тоже из брёвен, холл с камином – кабана можно целиком зажарить, рубленые лавки – не подвинуть, не поднять, столы такие же. Шкуры медвежьи, головы кабаньи на стенах – бегемот рядом моськой покажется, там клыки сантиметров по пятнадцать.

Баня на берегу Енисея – такая же по- Сибирски основательная, как и все остальные постройки. Веники- не то можжевеловые, не то из лиственницы – если при ста градусах подкинуть на каменку, и пройтись веничком – впечатление, что шкуру сдирают. Но не ударишь же в грязь лицом перед хозяевами? И дух такой – голова кружится.

Купаться в реке- тоже лицом в грязь не ударишь. Пришлось соответствовать. Процедура происходила таким образом – к омовению допускались только по двое- трое. Техника безопасности. У Енисея очень сильное течение – затянет под лёд – хоронить нечего будет. Вода ледяная. Во льду выпилена полынья, обматываешь на руке потуже пеньковый трос, ныряешь с головой, ощущение – как в кипяток опустили, а потом те, кто наверху, помогают тебе подняться по лестнице – причём нижние ступеньки обледеневшие. Меня фактически выдернули из воды за верёвку- ну, мужики поздоровее меня будут – я там в компании был самый дохлый (85 кг).

- А ничего, Питерский, могёт…

Хозяйка накрыла на стол – вкуснее всего была какая- то сырая мороженая рыба, строганина- и фантастический местный соус к ней – не то брусника, не то облепиха. Пили, разумеется спирт. Мне удалось заслужить каплю уважения собравшихся тем, что я не стал его запивать, махнул залпом с треть стакана, выдохнул, и рыбки.

И ещё вкуснейший квас- самодельный из лесных ягод.

А вот от чифиря с чайными камушками отказался – это не напиток, а вырвиглаз. Поближе к огню в монументальном камине ставится стальная кружка объёмом на литр, в жестяном лотке для промывки золота, на огне раскаляется десяток речных камней с ноготь размером, когда густое коричневое варево закипает, камушки высыпаются в кружку. Завораживает смотреть, насколько МЕДЛЕННО всплывают и лопаются пузыри.

Как это можно пить – вообще не представляю. Но Ефим- приятель Макса, с рыжей бородой и весь в тюремных наколках- пил с удовольствием, отдуваясь и ухая.

Утром меня отвезли в город – нам с Максом не удалось взять билеты на один рейс, я улетал раньше, а Макс остался пьянствовать у Ефима, поэтому не застал тот безумный скандал в аэропорту, которому мне довелось быть свидетелем…

ИЛ 86 рейсом Красноярск- Санкт- Петербург прошёл по рулёжке к началу взлётной полосы – не знаю, как сейчас, а тогда она была единственная, и остановился. Через полчаса пилот объявил, что вылет откладывается. Минут через сорок открыл аппарели, и выпустил пассажиров – дышать в салоне стоящего судна с выключенными двигателями было невозможно. Повезло, что это был именно Ил – в Туполевском самолёте пришлось бы сидеть до обмороков – или двигать обратно к аэропорту.

Оказалось вот что – группа пассажиров с транзитного рейса - Владивосток- Хабаровск- Иркутск- Красноярск- Екатеринбург – Петербург (вроде бы так, но могу и ошибиться) уже четвёртые сутки пыталась двигаться этим маршрутом.

То неисправен самолёт, то нет погодных условий, то ещё что - пассажиров довели уже до белого каления. Когда в Красноярске им объявили, что рейс опять задерживается на неопределённое время по непонятным обстоятельствам и выдали багаж, случился настоящий взрыв- критическая масса бешенства была преодолена. В группе присутствовали несколько охотников, они распаковали из багажа ружья и карабины, и встали поперёк взлётной полосы с требованием –

- Пока не улетим мы, отсюда не улетит никто. Попробуете нас остановить- открываем огонь.

К тому времени, что наш самолёт сделал попытку взлететь, скандал за пару часов уже набрал приличные обороты. Какой- то мент вовсю орал что- то в мегафон, рядом, не вмешиваясь и посмеиваясь, стоял вооружённый наряд охраны, даже не делая попыток достать оружие- себе дороже, один выстрел, и неизвестно, кто кого положит – а охотники стреляют так, что ментам и не снилось.

Надобно отдать должное мужикам – каждый час, на пятнадцать минут они освобождали полосу – чтобы дать возможность посадки кружившим в небе прибывающим бортам.

- Ещё раз говорю, разойдитесь! Последствия могут быть непредсказуемыми! Ваш вопрос уже решается! Обещаю, что меры будут приняты в кратчайшее время! Разойдитесь, и администрация согласна считать инцидент мелким хулиганством безо всяких последствий! В противном случае ваш поступок будет квалифицирован, как попытка вооружённого захвата аэропорта! Уже вызваны подразделения внутренних войск, РАЗОЙДИТЕСЬ!!!

- Да пошёл ты на х..й, мудак! Я ещё три дня назад должен был быть в Питере по важному делу. А если я скажу, что за дело, и кто меня там ждёт, вы тут все вообще обосрётесь!

Мы курили неподалёку- и всё слышали.

- Мужики, а вы что, в Питер летите?

- Думали, бл..дь, что летим. Как видишь, думать у нас вредно.

- Так вот же борт в Питер – у нас полсалона пустует. Залезайте, да полетели.

Как был решён вопрос с местными, я не знаю, но уже через полчаса все, кто из этой компании летел в Питер, грузились в наш ИЛ, провожаемые завистливыми взглядами пассажиров, летящих только до Екатеринбурга. Полосу освободили, бойни с перестрелкой не случилось. Уф.

Мы благополучно прибыли в Питер в тот же час, в который вылетели.

Да, а хитрюга Макс свою долю у Ефима получил соболиными шкурками от браконьерства, и продал в Питере втридорога. Думаю, он поэтому и остался, а не оттого, что билетов не было. Это у него вроде как параллельный гешефт. В конце концов, имеет право- идея и воплощение всей сделки принадлежали ему.

Такие небольшие очерки – просто дань моих воспоминаний о могучей Сибири. Суровый край, суровые порядки, суровые жители…

25

СЛУЧАЙ С ТОПОРАМИ
Было это в начале Корейской войны. В одном из истребительных авиаполков Тихоокеанского (а тогда 5-го флота) служил командиром эскадрильи капитан Дмитрий Симонов. Он был опытным пилотом, окончил лётную школу ещё до войны и вполне естественно, что командование послало его переучиваться с "Кингкобр" на МиГ-15 в первой группе дальневосточных морских летчиков. Симонов был человеком немногословным, очень серьёзным и обстоятельным, чем и выделялся в коллективе лётной молодёжи, всё время подшучивавших друг над другом и устраивавших разные проказы. Авиация вообще весёлый род войск, где субординация среди пилотов никогда не считалась делом строго обязательным, а о человеке судили не по звёздочкам, а по его делам.
Итак, группа дальневосточников на "перекладных" Ли-2 добралась до Ленинграда, где и был центр переподготовки морской авиации. Начались интенсивные полёты с инструкторами на УТИ МиГ-15, нагрузка была большой, но лётчики не унывали. Не миновали шутки молодняка и Симонова. Он с пониманием к ним относился, хотя и не особенно одобрял.
Однажды, уже в конце обучения, когда через неделю им надо было лететь обратно на своих МиГ-15 , к ним присоединили и группу лётчиков с Балтийского флота, которые должны были вместе с ними перегнать на Дальний Восток новые МиГи. Естественно, что никто из них раньше там не бывал, и они с интересом расспрашивали о тамошней жизни.
Тут-то Симонов и отыгрался. С самым серьёзным видом он рассказал разинувшим рот балтийцам, что на их аэродроме, в Унашах, взлётная полоса прорублена в тайге, где полно тигров и медведей. Они терроризируют местное население, воруют с постов вооружённых часовых. Со стоянок самолётов до городка тоже надо добираться через дремучий лес. Потому-де офицеры ходят группами, с автоматами и топорами - пистолет ТТ против тигра бесполезен. А все местные жители поголовно, включая женщин и детей, ходят по улицам с топорами, потому что из ружья ничего с тиграми не сделаешь. Поэтому в Унашах и окрестностях топоры в жутком дефиците и за них всегда можно выручить много денег или выгодно обменять на местную самогонку. И продемонстрировал им свой топор, который недавно купил и хранил под матрасом в офицерском общежитии. Ленинградцы, хотя и были ошарашены, но сделали соответствующие выводы.
Вскоре эскадрилья Симонова и группа перегонщиков с промежуточными посадками полетела на Дальний Восток. Когда самолёты сели на металлическую полосу вполне благоустроенного аэродрома в Унашах, встречающие офицеры и механики были ужасно удивлены, увидев вылезающих из кабин ленинградских пилотов, опасливо озирающихся и держащих в руках топоры. Кое-кто из наиболее предприимчивых прихватил с собой по нескольку штук. А из кабины головного МиГа вылез совершенно серьёзный капитан Симонов и только искорки смеха поблескивали в глубине глаз. Из других самолётов доносилось дружное ржание молодняка - не было сил выйти. То-то было в полку и курилках окрестных лётных гарнизонов радости - умыли питерцев.
А через несколько месяцев морской авиаполк убыл в Корею, где храбро дрался с американскими самолётами. На счету капитана Симонова к концу войны был один подбитый и два сбитых "Сейбра". Без шуток...

26

Что мы узнаем из Голливудских фильмов. 1. Полицейские, проводя любого рода расследования, хотя бы один раз обязательно зайдут в стрип-клуб. 2. Иностранцы, даже оставшись одни, все равно предпочитают говорить по- английски. 3. Спасаясь от погони нужно спрятаться в толпе проходящего мимо парада. Какой- нибудь парад непременно будет. 4. На каждой кровати лежит L-образное одеяло, закрывающее мужчину до пояса, а женщину до подбородка. 5. Лучшего детектива постоянно отстраняют от работы или дают 48 часов, чтобы закончить дело. 6. Посадить самолет может каждый. 7. Система вентиляции любого здания лучшее место чтобы спрятаться, никому и в голову не придет искать вас там, зато по ней можно беспрепятственно попасть в любую часть здания. 8. Эйфелева башня в Париже видна из КАЖДОГО окна. 9. Любая бомба с часовым механизмом оснащена индикатором с большими красными цифрами, чтобы все видели, сколько времени осталось до взрыва. 10. Офицеры Вермахта не обязательно должны знать немецкий язык, достаточно говорить по-английски с немецким акцентом. 11. В кухнях не бывает освещения. Если герою ночью нужен свет на кухне, то он открывает дверцу холодильника. 12. Оставшись одна ночевать в темном и мрачном здании и услышав подозрительный звук, героиня идет узнавать в чем дело, надев самое роскошное и соблазнительное белье. 13. Столкнувшиеся автомобили всегда взрываются и горят. 14. У средневековых и даже первобытных жителей всегда блестящие, ухоженнные роскошные волосы и великолепные зубы. 15. Если вы подверглись нападению более чем одного противника, нападать все равно будут по одному, а остальные в это время совершают угрожающие телодвижения. 16. Если даже машина едет по ровной и прямой дороге, руль все равно нужно яростно крутить из стороны в сторону. 17. Любой замок открывается скрепкой, шпилькой или кредитной карточкой. Исключение составляют случаи, когда в доме, где заперт маленький ребенок, начинается пожар. 18. Губная помада не стирается, даже если героиня моется в душе или ныряет с аквалангом.

28

Звонок из глубины океана, длиною двое суток и ценою 28 жизней

Это история об очень длинном телефонном звонке. Именно звонке — это
когда телефонный аппарат издает звенящий звук «др-р-р-р-р-ринь».
Пожалуй, это был самый длинный телефонный вызов в мире, но, к
сожалению, представителей Книги рекордов Гиннесса не было рядом, чтобы
зафиксировать это.

Вот представьте себе картину: Северная Атлантика, бескрайний океан
спокоен и ленив, и среди ледяных волн плавает буй, на котором стоит
старинный телефон и бесконечно звонит. Кристально чистый воздух
разносит на несколько кабельтовых эту леденящую душу трель, эту мольбу
о помощи. На другом конце провода… на глубине 60 метров… 28 человек
очень надеются, что кто-то услышит этот звонок, поднимет трубку и
спасет их. Это был звонок длиною двое суток. И ценою в 28 жизней. Вам
интересно? Итак, обо всем по порядку.

В начале XX века в Соединенных Штатах Америки строились подводные
лодки серии S. Их было выпущено 36 штук. Для своего времени это был
вполне удачный проект. Некоторые субмарины серии S дожили до 40-х
годов и даже принимали участие во Второй мировой войне — барражировали
в районе Алеутских и Соломоновых островов в Тихом океане.

На палубе субмарины под номером S-1 был оборудован цилиндрический
ангар. В нем размещался сборно-разборный биплан Martin MS-1. Но
дальнейшие испытания не показали никаких достоинств подлодки в
комплекте с гидросамолетом, и эксперименты в этом направлении
прекратили. Моряки попозировали на его фоне для потомков, и его
отправили в утиль.

Субмарина — героиня рассказа носила номер S-5. Она была спущена на
воду в 1919 году, а в августе 20-го приступила к ходовым испытаниям.
Проверка всех систем и механизмов проходила в Северной Атлантике,
недалеко от мыса Делавэр. Все шло своим чередом, экипаж привыкал к
своему боевому кораблю и четко выполнял приказы капитана. Все задачи
были выполнены, и остался только последний экзамен — экстренное
погружение.

Капитан корабля Чарльз Кук дал команду на погружение. При этой команде
самое главное — не забыть закрыть клапан главной вентиляционной
магистрали, которая снабжает подлодку наружным воздухом. Но старшина,
который заведовал этим клапаном, то ли замешкался, то ли растерялся,
то ли думал о чем-то сухопутном и приятном.

И он не успел его закрыть. Случилось cтрашное: одновременно во все
отсеки лодки через систему вентиляции мощным потоком хлынула вода.
Пока все нужные клапаны не перекрыли, лодка набрала много тонн воды и
легла на дно. Больше всего пострадал носовой отсек с торпедными
аппаратами — он был полностью затоплен. Глубина в том месте оказалась
небольшой — всего 60 метров, но это мало добавляло оптимизма. Потому
как подать радиосигнал бедствия через толщу воды тогда было технически
невозможно. Экипаж прекрасно понимал, что их никто и никогда не найдет
на этом богом забытом дне у мыса Делавэр.

Вы не знаете, есть ли в английском языке аналог фамилии Кулибин? Ну, если есть Мистер Been, почему бы не быть мистеру Cool-i-Been-у. В общем, в экипаже субмарины S-5 нашелся свой Coolibeen. Вероятнее всего это был либо радист, либо электрик. Он нашел длинный кабель,
подсоединил его к корабельному телефону, прикрепил телефон к
сигнальному бую и отправил его на поверхность. Вот так в открытом
океане раздался обычный телефонный звонок. Ледяные хрустальные волны,
и над ними леденящий душу «др-р-р-р-ринь!».

Телефонный сигнал «Спасите наши души!» раздавался долго. Очень долго.
Десять часов. Для людей, запертых на глубине, каждая минута тянется
как вечность. Проблема усугублялась тем, что тот район был
малосудоходным, и телефонный СОС могли услышать только чайки да
альбатросы. И тогда капитан, носящий замечательную морскую фамилию
Кук, принял очень важное и волевое решение. Если говорить по-русски,
то он решил поставить свой корабль «на попа». Глубина — 60 метров, а
длина подлодки — 70, а это значит, если удастся поставить ее
вертикально, носом на грунт, то кормовая часть будет выдаваться над
водой. А это уже кое-что — такой «поплавок» трудно не заметить.

Идея, конечно, очень рискованная. Главная опасность при таком маневре
— это кислотный электролит из аккумуляторов, который может разлиться и
своими ядовитыми парами отравить людей. Но экипаж поверил своему
капитану. Сообща офицеры и механики разработали подробный порядок
действий для каждого моряка, и оставалось только надеяться на точный
расчет и слаженность действий всей команды.

И вот раздалась неслыханная до сих пор в морской практике команда:
«Приготовиться к всплытию кормой!» Стальная сигара подлодки плавно
пошевелила кормой, та стала подниматься… и через несколько минут
субмарина уже стояла практически вертикально, с небольшим наклоном,
мягко опираясь носом на грунт. Вы представляете, что в это время
творилось внутри? Тонны воды хлынули в носовые отсеки, сметая все на
своем пути. Стоявшие наготове моряки выдернули за руки последнего
моториста и с трудом успели задраить люк, ведущий теперь уже вниз.
Экипаж собрался в кормовом отсеке-поплавке. Живы были все. А над
океаном продолжал раздаваться одинокий и печальный телефонный звонок…
Он пугал пролетающих мимо чаек и проплывающих косаток почти двое
суток.

И тут подводникам несказанно повезло — по удачной случайности
неподалеку проходил военный транспорт «Алантус».

Сначала вахтенный увидел на поверхности огромный буй удивительной
конструкции с торчащими винтами, а потом услышал звонок телефона.
Тогда матрос решил, что сходит с ума.

Когда моряки «Алантуса» подошли на шлюпке, один из них снял трубку и
спросил: «Алло, а что это за судно?»

Ему ответили: «Американская субмарина S-5»…

Матрос с трубкой был крайне удивлен, растерян и обескуражен, но вслух
сказал совсем другие слова (матерно-морские), а потом ничего лучше не
придумал, как спросить: «Куда вы направляетесь?»

На что получил шикарный американский ответ: «Прямо в ад!»

В этот день ни черти в аду, ни ангелы в раю так и не дождались 28
человек, уже внесенных в их списки. Командир подлодки и моряки
«Алантуса» нарушили все их планы. Подводники были спасены. Последним
свой корабль покинул капитан Кук. Этот отважный и смекалистый офицер
спустя 20 лет станет командиром линкора «Пенсильвания» и вместе с ним
переживет воздушную атаку японских камикадзе в Пёрл-Харборе После
войны Чарльз Мейнард Кук-младший дослужился до звания адмирала и был
назначен командующим 7-м американским флотом в Тихом океане.

29

Строевой смотр

Строевой смотр грянул внезапно. Для свежеиспечённых курсантов 1 курса 12 роты Новороссийского высшего инженерного морского училища набора 1980 года это было тревожно. Во-первых, всё, что в первый раз, напрягает. Во-вторых, отцы-командиры требовали безупречного шага и такого же безупречного пения – проход был в сопровождении строевой песни. Надо ли говорить, что курсанты радиотехнического факультета отбирались далеко не по вокальным данным, и опыт хорового пения у многих последний раз был в детском саду, когда пели «В лесу родилась ёлочка».

Проблемы начались сразу. Ещё полбеды было научиться шагать – на это быстро натаскали. Сложнее было с репертуаром. Предполагалось, что он будет стандартным: «У солдата выходной» или «День Победы». Это было банально и потому не годилось. К тому же требовалось много репетиций, а времени не было. Сто двадцать человек, из которых в лучшем случае 50 могли сносно петь хором, да ещё на ходу, нереально было за кроткий срок заставить выучить наизусть несколько куплетов и все их спеть так, чтобы начальство было довольным. Провал грозил серьёзными проблемами, тухлыми яйцами тут бы не обошлось. Срочно нужно было найти выход.

Решение нашлось неожиданно. Ссылаясь на прошлый лагерный опыт (речь шла о пионерском лагере «Орлёнок», в котором в детстве отбывал срок один из курсантов), поступило предложение пройти с русской народной песней, удобной для марша и, со слов бывшего сидельца, уже исполнявшейся в Орлёнке во время аналогичного смотра.

Правда, результат исполнения не назывался, но это было неважно. Самым удобным было то, что 1. быть запевалой вызвался сам предлагавший песню и 2. слова учить вообще было не нужно, так как он всё пел сам, а строй только хором подпевал две последних строчки припева.

На том и порешили.

Надо сказать, что песня братву позабавила. Её нашли весёлой. Возникли некоторые сомнения, что её примет худсовет в лице начальника ОРСО (организационно-строевого отдела) и его заместителя, не говоря уже о командире роты, который в вопросе выбора репертуара положился на курсантов, но решили рискнуть. Какие претензии к народной песне? Ну, а то, что её привезли аж из международного пионерлагеря, сразу обрывало всю критику. В общем, песню быстро отработали и доложили о готовности.

Разумеется, перед смотром комсостав училища решил провести генеральную репетицию. Прослушивание было назначено на плацу, где рота за ротой проходили другие курсы с одним и тем же репертуаром. После того, как уже сбились со счёта от бесконечного прослушивания «Дня Победы» и «У солдата выходной», жюри размякло под солнцем и заскучало. Офицеры беседовало между собой, вполуха слушая приближающееся каре радистов-первокурсников. Благо, они заходили издалека, и первые куплеты были не слышны.

Но то, что расслышали, было необычным. Это была какая-то неизвестная песня. Офицеры, не прекращая беседы, лениво повернули головы. Рота приближалась.

Спрятанный в середине строя запевала старательно выводил:
«Пошли девки да покупаться,
Пошли девки да покупаться, эх,
Пчёлушка, пчёлушка, чудо-чудо удалушка,
То ж было, это ж было, гоп, гоп, гоп!».

Старательно печатающие шаг со свирепыми лицами, курсанты хором подхватили:

«Пчёлушка, пчёлушка, чудо-чудо удалушка,
То ж было, это ж было, гоп, гоп, гоп!».

Благостыне лица офицеров, разобравших лишь припев, светились благословляющими улыбками. Ребята раскопали что-то народное, почти историческое, вроде «Ой, вы сени мои, сени», под которые лихо маршировал через австрийскую деревню строй русских солдат в известном фильме Бондарчука «Война и мир». Хорошо, молодцы. Лихо шагают.

«Поскидали да рубашонки,
Поскидали да рубашонки, эх,
Пчёлушка, пчёлушка, чудо-чудо удалушка,
То ж было, это ж было, гоп, гоп, гоп!».

И 120 молодых лужёных глоток хором повторили задорный припев.

Безмятежность командиров по инерции катилась, как мяч по полю, тем более что было далеко, и они уловили лишь что-то про рубашонки, пчёлушку и гоп-гоп-гоп. Ненаказуемо. Никакой крамолы пока не было, но командир роты кап-три Виктор Петрович Василюк уже сердцем почуял неладное. Он был единственным, кто не улыбался, потому что уже успел узнать свои кадры, и интуиция подсказывала ему, что надо ждать какого-то сюрприза. Скорее всего, неприятного. Его лицо не изменилось, но он не улыбался в усы, а напряжённо вслушивался в слова, наверное, в душе сожалея, что не проверил тест в последний момент.

Рота приближалась к принимавшим парад, и уже не только припев, но и сами слова песни были довольно внятно слышны.

«Подкрался к ним да вор Игнашка,
Подкрался к ним да вор Игнашка, эх,
Пчёлушка, пчёлушка, чудо-чудо удалушка,
То ж было, это ж было, гоп, гоп, гоп!».

«Пчёлушка, пчёлушка, чудо-чудо удалушка,
То ж было, это ж было, гоп, гоп, гоп!» - эхом отзеркалил припев печатающий шаг строй.

«Покрал вор да рубашонки,
Покрал вор да рубашонки, эх,
Пчёлушка, пчёлушка, чудо-чудо удалушка,
То ж было, это ж было, гоп, гоп, гоп!».

« Пчёлушка, пчёлушка, чудо-чудо удалушка,
То ж было, это ж было, гоп, гоп, гоп!» - раскалёнными гвоздями вбивались в головы шокированных офицеров слова припева. Судя по лицам, они не знали, как реагировать и что делать. Это был самый настоящий транс.

«Посмелее одна нашлася,
За Игнашкою погналася, эх,
Пчёлушка, пчёлушка, чудо-чудо удалушка,
То ж было, это ж было, гоп, гоп, гоп!».

Рота завершала проход мимо остолбеневших офицеров, начавших понимать, что что-то происходит, что-то рушится, большое, глобальное, но что делать, пока неясно. И останавливать проход нельзя, и слушать дальше нельзя. Транс продолжался.

«Эй, кума, прикрой миронью
Своей белою ладонью, эх,
Пчёлушка, пчёлушка, чудо-чудо удалушка,
То ж было, это ж было, гоп, гоп, гоп!» - горланил запевала, скрытый в глубине строя, и уже прошедший трибуну квадрат добил оторопело повернувших головы вслед отцов-командиров:

«Пчёлушка, пчёлушка, чудо-чудо удалушка,
То ж было, это ж было, гоп, гоп, гоп».

Немая сцена из ревизора повисла над тем местом на плацу, где стоял комсостав. Можно догадаться, какие смешанные чувства им владели. Строевая машина-начальник ОРСО Борис Николаевич Сверкунов задумчиво смотрел вслед удаляющихся бритых затылков и, наверное, был рад, что предусмотрительно проверил готовность к смотру. Что творилось на душе у командира роты, решительно неизвестно.

Но и перегибать палку было нельзя. Хулигански-эротическая народная песня рвала шаблоны, но не позволяла отнести дело к идеологической диверсии. Большой разбор полётов был вреден. Легче было всё отнести к разряду обычных курсантских шалостей. Так, видимо, и решили. Во всяком случае, что там было дальше у офицеров, курсанты не видели. Они смотрели друг на друга с видом сыгравших спектакль актёров в ожидании решения худсовета. Шалость удалась, но смеяться особо не хотелось. Все ждали реакции Системы.

На следующий день роту построили в экипаже.

То, что следствие решили не проводить, все поняли уже по внешнему виду командира. Его лицо не было злым, глаза не метали молнии, он не смотрел в лица курсантов и, глядя в пол, сообщил, что общие решением комсостава песню решено заменить. Как не подходящую для строевого смотра. Надо сказать, что строй стоял, не дыша, и вопрос не последовало.

На вопрос «Какие есть варианты, времени мало», запевала, справедливо опасавшийся из-за гнева командира ближайший месяц не вылезать из нарядов, на свой страх и риск брякнул из строя: «Можно «Варяг», товарищ командир!».

«А слова успеете выучить?» - в голосе командира была усталость. Он, видимо, уже не ждал от своей роты ничего хорошего.

«Так точно, успеем» - заверил запевала. «Там учить нечего, я всё спою, а подпевать придётся только последние две строчки.»

«Как в этой, что вы пели? – командир явно сомневался.

«Так точно! То есть никак нет. То есть там слова другие!».

«Я знаю», – сказал командир и подвёл черту прениям: «На это раз чтобы без сюрпризов. Приступайте немедленно, прямо сейчас на тумбочке скажите всем текст и уточните, что поют все. Пусть все возьмут листки бумаги и ручки. После этого – на плац. Старшина Шабатура, организуйте занятия!»

«Есть» – мрачно ответил старшина.

Рота поняла, что шутки кончились.

С «Варягом» всё было легче лёгкого. Прошли хорошо, запевала смывал подозрения чуть ли не кровью, строй повторял лишь последнюю строчку, и всё прошло благополучно. Офицеры были настороже, но как-то обошлось. Замечаний не было.

Похвал, правда, тоже.

После этого почему-то училище больше не проводило конкурсов строевой песни до самого выпуска 12 роты. Руководство, видимо, утратило интерес к этому жанру. Курсанты отнеслись к такому решения с явным пониманием.

30

Про военную кафедру вспомнилось...
Преподавали полковники, подполковники (по-нашему, по-морскому, капитаны первого и второго ранга). Приехали на сборы, встретил нас старший мичман (старший прапор). Мы, будущие офицеры-студенты, таких погонов-то отродясь не видели, естественно, никто на него даже внимания не обратил. Мы тогда не поняли, что он кадровый, хоть и мичман, а те были хоть и офицеры, но в отставке... 30 суток выкапывали бетонные столбы, вот такие военные сборы ))

31

К вчерашней истории про "задержаться на работе после 18:00". Этот дебилизм во многих конторах есть - как гос., так и частных - принято задержаться и поработать на благо родного предприятия. Ага, щаз. Дома дел хватает. Расскажу две своих.
1) Служил в армии, и вот не приказом, конечно но неформальное обязательное требование комполка (редкостная гнида, объективно был), чтобы офицеры ещё минимум час задерживались. Я же принципиально ложил болт. И выхожу как-то ровно в 18:00 из штаба, иду к КПП. В курилке стоит начштаба (мой непосредственный начальник, и тупой мажор, который за счет папы-генерала только на такую должность молодым попал)- Тащ капитан, куда Вы так рано идёте? положено же на час задерживаться. Я и отвечаю: - По приказу комполка каждые два часа разрешено выходить на 15 минут покурить. Вы курите, я нет. Вот вы своё время, проведённое в курилке, и отрабатываете. А я работал без перерыва и сейчас иду домой. Начштаба даже них.. не смог мне ответить, молча так и остался стоять, по нему было видно, что от моей наглости у него дар речи отнялся. А первый зам (норм мужик был, справедливый и не тупой), который рядом стоял, только заржал, ещё как-то и подначил начштаба.
2) Работал в одной конторе, платили очень даже неплохо, но опять также - полчасика-час должен задержаться поработать, директор это любит. Причем никто результатов работы этого часа не требовал, хоть анекдоты читай, главное - выйти попозже. Потом директору ложится на стол распечатка с автоматизированным временем прихода/ухода, и он делает выводы, кто хорошо работает, патриот предприятия, а кто ленится. Бл...яяяя. Тупизм.
Ну я поначалу оставался, мне нужно было отрабатывать время - параллельно учился в автошколе, и задерживался по утрам. Потом перестал оставаться. Проходит время, я заработал авторитет, набрался опыта, выполнил несколько уникальных проектов и т.п. И мне как-то высказывает своё "фе" замдиректора, вредная склочная баба - что вот руководство видит, как я ровно в 18:00 домой ухожу. А многие мои коллеги сидят ещё полчаса/час. Вот им не пох.. на предприятие, а я себя выказываю плохо. Ну я и отвечаю, что всю свою работу выполняю, всегда в срок, хвостов нет, показатели у меня отличные, и она сама с директором прекрасно знает, какие серьёзные проекты я выполнил. А те, кто остаются, у них у всех хвосты, невыполнение плана и т.д. и т.п. Так что я вот хорошо работаю, а они - плохо, вот и компенсируют свою работу большим временем. Ну и та старая тупая п..да ничего не смогла мне ответить, потому что по факту так. Ещё потом не раз были такие попытки со стороны руководства, отвечал также. Выгнала она меня потом через несколько лет за отсутствие шершавого языка, но тогда это уже было к лучшему )

32

Чудеса медицины.
Конец августа 1990 года был в Новосибирске теплым. В Сибири и так климат резко континентальный, лето жаркое, все лето 1990 года было великолепным! Работал я тогда техником-криминалистом в Ленинском райотделе. Выездов было много, осмотры мест преступлений один за одним. Бывало, что в общежитие добирался часам к двум ночи. Но, было очень интересно. Как оказалось, меньше работы было на убийствах, больше всего на квартирных кражах в частном секторе. Научился уже и пальчики у жмуриков катать и еще много чему. До сих пор некоторые навыки выручают.
В один из теплых августовских дней, сильно после обеда, когда конец рабочего дня уже неотвратимо приближался, на столе в кримлаборатории зазвонил телефон прямой связи с дежуркой. В телефоне знакомый голос дежурного…
- Да, Сергей Иваныч, слушаю… Что случилось? Жмурик? Машина есть? За судмедэкспертом ушла, а я как? А, жмурик рядом? Пол квартала… Понял, а следак, прокурорский, опер, а… Что, все уже внизу меня ждут? Пешком пойдем? Понял. Сейчас.
Схватив следственный чемодан с криминалистическим набором, я повернулся к шефу:
- Борисыч, я на площадь, жмурик там…
- Дуй, смотри внимательно.
Опергруппа курила возле входной двери на скамейке.
- Ну, ты где, мы тебя ждем уже…
- Да бегу я, бегу.
Спустившись вниз до площади, мы перешли дорогу. Навстречу уже шел урядник…Урядник, это если по-простому, вообще это участковый инспектор.
- Мужики, у меня на территории, в строительном вагончике, похоже ножевое…
- Ну, пошли, показывай, - сказал следователь прокуратуры, в просторечии прокурорский. В опергруппе главный, это следователь. На убийства ездили следователи прокуратуры, на остальное, свои милицейские.
Строительный вагончик стоял во дворе здания, дверь была открыта, колеса были спущены. Ну да, чего их накачивать, ехать ему некуда еще год – два.
- Так, мужики, стоп, - это уже я, - сначала сфотографирую следы.
Следов было много. Нет, не так, следов было дох… как и на каждой стройке… Относились ли они хоть как-то к делу, этого ещё никто не знал. Следователь прокуратуры решив начать осмотр, попросил урядника организовать парочку понятых.
- Да вот они, понятые, сторож со стройки и электрик местный. Трезвые!!!
- Добро. Ну, давай внутри посмотрим.
Внутри было… Ой, очень много всего… Такое впечатление, что в вагончике был глобальный праздник, была пьянка со всеми в прямом смысле вытекающими последствиями, а потом, одного из празднующих раздели догола и потрясли в этом вагончике, примерно, как взбивают коктейли в шейкере… Осколки бутылок вперемешку с бычками и остатками закуски были везде… Даже на потолке… Стулья и стол были разломаны в мелкие куски и тоже равномерно распределены внутри вагончика. Одежда… В смысле, то, что было одеждой когда-то раньше, возможно еще сегодня утром, было самым причудливым образом разорвано на куски и тоже живописно валялось везде. Завершало эту картину тело! Лежавшее на боку тело, очевидно было мужское, о чем деликатно намекало мужское достоинство… Да, тело было обнажено, полностью и целиком. Далее, повторюсь, тело было какой-то чудовищной силой так сильно взболтано вместе с содержимым вагончика, что тоже было покрыто остатками закуски, бычками, чем-то коричневым, ну и кровью (или это были останки килек в томате?)… Весу в теле было очень много, я так думаю, что около полутора центнеров…
- А может он того, пьяный? – с надеждой в голосе проговорил прокурорский, - такое тоже бывает.
- Нет, - уныло сказал урядник, - я уже все способы проверял, и под ухом ногтем тоже давил… Бесполезно. Не дышит.
- Ясно, - разочарованно протянул прокурорский, ему, как и нам, совершенно не хотелось остаток вечера провести в компании нашей и жмурика, - где судмедэксперт? Не подъехал еще?
- Нет, - сказал урядник, - я нашему водителю всё объяснил, он его прямо во двор к вагончику привезет.
- Ладно, погнали… Осмотр производится в сухую солнечную погоду, в дневное время, в условиях достаточной естественной освещенности. Время начала осмотра… О, слышу Уазик… Судмедэксперт приехал? Давай, - обратился прокурорский к уряднику, - веди его сюда!
- Васильич, категорически приветствую! Давно не виделись! – обрадовано начал прокурорский.
Судмедэксперт сарказма не оценил, - какой х.. давно, вчера только на Осипенко, в частном секторе, на пожаре жмурик был, работали, ты что, забыл уже?
- Вот я и говорю, давно… Почти сутки уже прошли, - ехидничал дальше прокурорский.
- Ладно, кто тут у вас? – хмуро проворчал судмедэксперт, - показывайте.
- Да вот, тело…
- Точно преставился?
- Да, вроде, точно, - выступил вперед урядник, - я уж чего только…
- Ладно, дайте пройти, будем время смерти определять, - с этими словами судмедэксперт открыл свой чемоданчик и достал оттуда обычный ртутный медицинский термометр. Для незнающих, поясню. После смерти человека, температура тела падает. Измерив реальную температуру тела и зная нормальную температуру, можно по разности температур, с поправкой на окружающую, приблизительно определить время смерти. На самом деле, немного сложнее, но, для понимания так. Всё бы ничего, но, температура тела измеряется не привычным для всех нас способом, под мышкой, а ректально. Ну, в ж… короче.
Мы все ждали. Судмедэксперт обошел тело, хрустя битыми бутылками, примерился и… стал измерять температуру. Ну, в смысле, стал засовывать градусник в ж…. для измерения температуры. И вот здесь!!! Прошло тридцать четыре года, но, и сейчас от этого леденящего душу вопля у меня кровь в жилах стынет. В радиусе трех – четырех кварталов присели все пешеходы, заглохли моторы машин, у троллейбусов и трамваев кончился ток в проводах… Вороны и голуби обгадились на лету… Мелочь, типа синиц и воробьев, подохла прямо в небе… Собаки завыли, кошки зашипели, словом, это был ужасный, нечеловеческий, душераздирающий вопль! Источником этого вопля было тело! При первых же звуках, всю опергруппу вынесло на улицу. Мы с судмедэкспертом, выскочили в дверь в обнимку с чемоданами. Урядник с опером умудрились выпасть в зарешеченное окно вагончика. Пркурорский встречал нас на улице, как он оказался там раньше нас, никто до сих пор не понял. А тело в вагончике орало и бушевало!
- Васильич, а ты у него в ж… градусник не забыл?
- Вроде, нет, - трясущимися губами сказал Васильич, глядя на градусник в дрожащей руке…
- Мужики, да как же так? Я же его и пинал и ногтем… Он же не дышал…- урядник трясся весь.
- Ну, дышал, не дышал, а покушения на свою мужскую честь, даже мертвый не выдержит, - сказал прокурорский.
- Мужики, а может, по паре капель, за чудодейственную силу медицины? – предложил Васильич, - у меня с собой…
- Да ну тебя на х…, потом опять выяснится, что у тебя спирт из препаратов лабораторных, как в прошлый раз, - ехидно заметил прокурорский.
- Не из, а для, - обиделся Васильич, - не хотите, как хотите.
- Да ладно, Васильич, уж и пошутить нельзя… доставай, - согласился прокурорский.
Мы стояли на улице и тряслись. Ну и дела! Кому рассказать, не поверят. Вопль в вагончике стихал. Урядник опасливо подошел к вагончику и осторожно заглянул внутрь. Тело сидело на полу, тихонько раскачивалось из стороны в сторону и о чем-то бессвязно материлось. Глаза уже были открыты, но взгляд еще не был осмысленным. Ну да ничего, самое главное, жить будет!
- Живой!!! – восхищенно воскликнул урядник, - мужики, живой!!! Ей богу, живой!!! Ведь может медицина чудеса творить, сам бы не видел, ни в жизнь не поверил бы! Васильич, ты, где там, наливай!
- Сейчас налью, а ты бы пока трезвяк вызвал, - сказал Васильич, - слава богу, их клиент, не наш.
- Товарищи офицеры, - скомандовал Васильич, - за чудеса медицины, которая и простым градусником воскрешать умеет! Стоя и до дна!!!

33

Теплый летний день в городе у Белого моря, можно сказать жарковатый. Но в спертом воздухе витает и незримый признак другой жары о которой не подозревают лениво шляющиеся обыватели, возможно завтрашние шкварки. Или же при благополучном исходе дела зашкварятся обыватели за океаном в окрестностях города Яблока. Поэтому лежим на крыше сарая с самолетными чехлами с армейским другом с лежащими рядом карабинами и дожидаемся прилета самолета зам. министра обороны СССР товарища Огаркова. Грядет большое совещание в штабе армии и утверждение особо секретного плана. Мы уже в курсе.
На первые подступы выдвинуты продвинутые во всех отношениях люди. Родители друга серебряные призеры СССР по одному из видов зимнего спорта, он тоже держит форму и ежедневно подтягивает меня. Бегаем по 3 километра в любую погоду по его методике. Я здоровею день ото дня ибо методика правильная. Впоследствии дочка друга победит три года подряд в соревнованиях "Айрон мен" во Флориде.
Наконец прилетает и выруливает персональный самолет Огаркова. Из него появляются офицеры обслуги в белоснежных техничках, стремянку устилают красной ковровой дорожкой. А у рулежки выстроена шеренга из автомобилей "УАЗ" и "Волг" у которых стоят генералы и полковники из штабов и частей армии. Зам. министра с достоинством вышагивая и окруженный свитой выдвигается к ним для приветствия. В тоже время со стороны гражданского аэропорта замечаем движущийся неопознанный объект. В той зоне выставлено несколько наших армян, но объект пересекает беспрепятственно это заграждение. Мы уже в состоянии его разглядеть и наблюдаем приближающийся к автомобильной шеренге мопед.
Огарков тем временем проходит мимо строя высоких чинов, здороваясь с каждым за руку и перебрасываясь парой слов.
Наконец свита доходит до последней "Волги" и церемония приветствия почти заканчивается, но не совсем. За "Волгой" оказывается прапорщик у мопеда. Пьяный в дупель он протягивает маршалу "краба" со словами:
-Здорова были!
Огарков слегка охуевает, но реагирует молниеносно:
-Десять суток ареста!
Обслуга тут же хватает бедолагу под мышки и забрасывает в первый же подвернувшийся "УАЗик", за прапором следует мопед. Генеральские авто выстраиваются в колонну и начинают движение в направлении штаба армии. Во главе колонны "УАЗик" с торчащими из-под брезента ногой в яловом сапоге и колесом мопеда.

34

Есть в Харьковской области такой городок - Балаклея. Известен он тем, что улицы там усажены самой сладкой шелковицей в мире, и, пока по городу пройдешь, наешься этой шелковицы по самое не хочу, и ничего больше в жизни не надо.

А еше известен он складом артиллерийских боеприпасов и пороховым заводом, на котором в 2017 году произошел грандиозный взрыв и пожар и тем, что мы, студенты ЛТИ, задолго до этого на нем проходили военные сборы.

Время от времени устраивались марш-броски на 25км с полной выкладкой, в середине которых мы должны были отрывать окопы полного профиля в мягкой украинской земле и идти в атаку в ОЗК (общевойсковых защитных комплектах) и в противогазах , через дымовые завесы. Не знаю, был ли там настоящий слезоточивый газ, но через плохо пригнанные противогазы глаза выскакивали из орбит.

Господа офицеры, понятное дело, наблюдали за этим с проветриваемого пригорочка, покуривая, за что и получили от меня спизженную дымовую шашку прямо к ногам как нельзя вовремя приехавшего из Питера с инспекцией зав. военной кафедры полковника Блинова. Это вызвало моментальное поднятие боевого духа у всего подразделения, чего так долго и безуспешно добивались отцы-командиры.

После того, как они там промироточились (а заняло это довольно долго), они забегали, пытаясь выяснить, кто это учинил такой теракт. Но ребята, там же бой в Крыму, все в дыму, нихера не видно, все в одинаковых презервативах ОЗК и противогазах.

Совпадение или нет (а может, кто и заметил, стукачи-то у нас были), но на следующий день меня вызывают к полковнику Блинову. Ну вызывают так вызывают, у меня никогда особого страха перед начальством или пиетета не было, разве что любопытство.

Полковник мне зявляет, что моя родная тетка недавно уехала в Америку. Ну так я и сам это знаю. Но он, как отвергнутый любовник, пытается навязать мне беседу и разузнать, не собираюсь ли и я сделать то же самое. "Товарищ полковник, прошу считать, что я еще позавчера уехал", - подумал я, а вслух сказал: "Полковник, блядь, ты мою анкету читал? У меня папаша по полгода из командировок в Николаев не вылезает, строя Адмирала Кузнецова из говна и изоленты, мамаша на ЛОМО проектирует шестеренки для самых современных ракет, даже бабка, пенсионер союзного значения, перекладывает совсекретные документы с одного конца стола на другой на Темпе. У всех секретность, как у Железной Маски. Кто нас на хер выпустит отсюда?".

Были у меня друзья - четверка мушкетеров, земляков-ленинградцев, у которых я был чем-то вроде Де Тревиля. Вскоре после этого они все по отдельности подходят ко мне и говорят, меня, мол, вызывали к полковнику, и тот спрашивал, не собиратеся ли Jake свалить за бугор, не заговаривал ли он на эту тему? И требовал написать объяснительную записку.

Я всех собрал и сказал им примерно следующее: "Чуваки, посмотрите на меня. Вы видели, чтобы я когда-нибудь жувал жувачку или носил джинсы или курил Филип Моррис? Это надо только кринжовым лузерам, которые без этого не могут снять даже четверокурсницу. Вы же прекрасно знаете, что я не из таких. Я даже недавно заезжему американцу в Ханое в ухо засветил. Вы должны написать, что Jake предан идеалам мира и коммунизма и лично Коммунистической Партии и даже фельетонов в Изввестиях не читает".

Но тем не менее, на последующих гос. экззаменах по военной подготовке тот же полковник ставит мне двойку. Еще раз, чтобы дошло до центра мозжечка: На.Государственных.Экзаменах.По.Военной.Подготовке.Двойка. Это единственный случай в истории. Такого никогда не было ни до этого, ни после. И это значит автоматическое отчисление из института в конце семестра.

Я никому в семье об этом не говорил, они никогда не знали и теперь уже не узнают. Я считал, не знаю, верно или нет, что для моих это был бы колоссальный удар. Я носил это знание внутри себя, и это было непросто, поверьте мне. Для самого себя я воспринимал это как крупную неприятность, но не как катастрофу. Тогда шла Афганская война, я бы пошел в армию, а дальше все было неопределенно, но в молодости о таких вещах думают по-другому.

Через некоторое время в институтских коридорах я столкнулся с майором Деркачом с военной кафедры. Тот подозвал меня, убедился, что вокруг никого нет, и тихонько сказал: "Курсант Jake! Полковник уходит в отпуск с такого-то числа. На следующий день, немедленно, подавай на пересдачу", и исчез, не услышав моего "Так точно, товарищ майор".

Пересдачу принимали майор и подполковник Бельский, заместитель начальника кафедры. Происходила пересдача примерно так. Я вытянул билет (а там было устройство ударного взрывателя для гаубицы М-30/Д-30) и прочел вслух название билета, после чего был послал нахуй с тройкой в зачетке, а господа офицеры пошли пить спирт с чувством хорошо исполненного долга, я так думаю. И с кармой плюс сто, это точно.

35

А служил я в войсках ПВО под Москвой.
И была у нас в казарме одна очень мощная железная дверь с множеством замков.
И окошко с железной решёткой в толстенной стене. Там хранилась вся секретная техническая документация ЗРК.
Каждое рабочее утро офицеры с РЛС, отправляясь на занятия, получали документацию через это окошко, а вечером возвращали обратно.
Конечно должен быть и человек, который выдавал и принимал назад эти строго секретные бумаги. Человек, надо полагать, на особом доверии у начальства.
Да. Это был один еврейчик из Москвы, по фамилии Пейсиков. (Привет, может читаешь сейчас.)
Надо полагать имел влиятельных родителей.
Захлопнув окошко, он целый день был предоставлен самому себе. В основном читал книжки, но и без того был весьма умён. Не был ни разу ни в наряде, ни в карауле, о строевой и военной подготовке даже не упоминаем.
Уж не помню как мы с ним сдружились, на общей волне битломании.
Я стучал в окошко условленным кодом, когда у меня было свободное время, он отворял бронированную дверь, я потихоньку входил и мы там играли на гитарах, благо изоляция была превосходной. А так очень много просто болтали, знаниями он обладал недюжинными.
Вот так, в пору холодной войны, в секретной комнате, куда даже командиру полка вход был запрещён, в части войск на важнейшем направлении защиты столицы, сидели немец и еврей и пели аглицкие песни.

36

СССР, 1979 год, Кировабад, Азербайджан, окружные сборы новых офицеров-двухгодичников. После местной выпивки/закуски заимел колики и ночью был доствлен в военный госпиталь. По дороге думал, что ночной город из окна уазика - последее, что вижу в жизни.
Дежурного врача нет. Привезли его только к утру. А у меня всё прошло - как отрезало. Врач упорно допытывался действительно ли, и убедившись, сказал, что оставляет меня в госпитале недели на две у себя(!).
Ну, в офицерской палате на четверых по-любому лучше, чем в казарме на сотню-другую мест (на сборах). Затем две недели приятного времяпрепровождения: соседи-офицеры местные делились вкусняшками, полковники брали с осбой в отличную сауну - и никаких процедур. Когда выписывали, оказалось, что мой - тот еще доктор, мало того, что военный, так еще из местных. Как меня выписывать, если за всё это время ни одного назначения? С матами, назначения сделал зав отделением.
Дальше сюр усилился. Утром приходит медсестра, без особых разговоров подходит к моей кровати, делает укол мне в ягодицу и спрашивает, а кто (называет мою фамилию). Называюсь. Немного смущается и успокивает, что, хоть это было назначено моему соседу, но витамины мол всем не помешают и быстренько уходит. Затем приходит другая и опять без разговоров уводит другого соседа на клизму или промывание желудка - не помню. Через какое-то время опять и так раза три, причем с последней процедуры он приходит держась за стеночки. Мы с остальными решаем, что его так к операции готовят. На следующее утро иду на завтрак, а меня останавливает врач и спрашивает почему я нарушаю голодание - ведь меня (вчера) промывали для рентгена желудка сегодня. После скандала он меня успокоил тем, что мне не вЫрезали (зашили?) же грыжу соседа - и нечего возникать. Ренген с бариевой кашей он мне всё же сделал тут же и выписал почти сразу же с открытой датой (я ему телевизор починил раньше). Я остался доволен и вместо сборов рванул домой в Харьков на Новый год.
С собой было несколько бутылок местного коньяка. Он пригодился. В самолетике (ЯК40, и тогда можно было) распили с соседом лейтенантом, и когда стюардесса объявила, что посадка в Харькове по погодным условиям отменяется - рейс был с несколькими посадками - на голубом глазу попросил её передать пилотам коньяк. Не знаю, может погода улучшилась или что, но вскоре последовало объявление что посадка в Харькове состоится. Возвратился где-то во вторую неделю января и узнал, что на Новый год отлучка домой была категорически запрещена командованием, но большинство проигнорировало. Правда, первых вернувшихся отправили на губу, тем, что посрединке ничего не было, кроме мата. А последнему из вернувшихся полковник лично пожал руку перед строем, сказав что из таких получаются герои (или дезертиры - добавил тихо наш майор).

37

Голосование

Мне нынешняя российская оппозиция живо напоминает русскую эмиграцию из фильма “Корона Российской Империи”. Последний пример с “голосованием” этому подтверждение. Придём все дружно в 12! Пришли? Уточек не забыли, шарики надули, ботиночки перед залезанием на скамеечку сняли? Как там говорил лавров-конь?
Ладно. Я почему про 12 часов вспомнил.
Году так в 84 в Военном Институте, где я имел честь числиться слушателем, проходили выборы в Верховный Совет. Как вы помните голосовали всегда за единого кандидата от блока коммунистов и беспартийных (до сих пор меня радует это формулировка). А так как Институт военный, то 1) должны проголосовать все 100 процентов списочного состава 2) часов так до 9 утра все списки должны быть проверены, закрыты и переданы в Главное Политическое Управление Красной Армии. Потому как иначе быть не может - красноармейцы голосуют всегда, все и за тех кого надо. А в Главпуре соревнование начальников Политотдела ВВУЗов – кто быстрее подастся.
Курсантов поднимали строго в 6.00, и в 6.30 все курсанты уже отдавали свой голос (завтракали уже потом - с дополнительным куском масла и яйцом вкрутую – праздник же, мать его!, зарядки не было). Чуть позже, часам к 8-ми, подтягивался преподавательский состав, офицеры-слушатели и заочники. К 8.30 акт слияния партийных и блока должен был быть закончен.
Служил в это же время со мною такой себе старший лейтенант Ион Гуцу (он же Ваня). У нас на курсе было 2 молдаванина (Ион Гуцу и Гриша Бостан) + 1 гагауз (Миша Кыльчик). Ну это так, к слову. Ваня в свои 22 или 23 года уже подбирался к капитану, ибо будучи выпуском 10 месячных курсов военного перевода персидского языка 81-го года получил после по завершению обучения звание младшего лейтенанта и провёл 2 года в Афганистане, где день шёл за три в определенных местах. А он как раз, по своему молдавскому везению, все 2 года в таких местах и провёл, и лейтенанта получил уже через год, а старлея, сразу по возвращению.
Но вот закавыка - Ваня Гуцу решил, что ему
1) одной командировки в НРА хватит
2) никакой Красной Армии и капитана ему не надо. А надо домой, в район города Флорешти - у него там трактор и спокойная работа в поле. Отпустите меня по добру по здорову, товарищи военные!
Однако 10-е Главное Управление ГШ МО СССР такому волеизъявлению было не радо –
1) офицера до пенсии можно уволить только в случае смерти
2) офицера с боевым опытом вообще увольнять нельзя.
В общем Ване показали шиш, и пояснили, что Родине он должен много и навсегда. Служи, сука!
Ваня был упрям. Перепробовал много вариантов – начиная от пьянок до сексуально-бытовой распущенности, но 10-ка крепилась и его не отпускала, только журила и воспитывала ценного кадра.
И вот, в день голосования в 8 утра начинается бодрый подсчёт голосов и оказывается, что ОДНОГО не хватает! И в 8.30. И даже в 9! Бля….. Замполиты всех рангов, начальник курса и факультета судорожно пытаются найти Ваню. К нему на квартиру посылают курьера - гонца, а там нет никого. В 12 часов ясно, что Военный Институт окончательно просрал выборы в этом году, потому что один офицер-слушатель не проголосовал. Начальник Политотдела походил на предводителя Орков – плевался слюной, рычал, орал и краснел мордой.
Скоро надо закрывать и опечатывать урны, заканчивать процесс волеизъявления (часов в шесть, кажется). И тут, в 5.45 через КПП неспешно проследовал Ваня, вальяжно покурил в курилке перед входом в Клуб. В это время вокруг него уже собралась толпа беснующихся старших офицеров и генералов, с различными пожеланиями, рекомендациями и предсказаниями. Ион Гуцу выкурил сигарету и в 5.55. бросил бюллетень в ящик. После чего развернулся и убыл домой (день-то выходной!).
На последующих разборках, на офицерском собрании товарищ старший лейтенант Гуцу на визг начальника Политотдела – “Пааачччиму Вы не проголосовали в 8.00?” спокойно спросил у генерал-лейтенанта – не занимается ли он очковтирательством, ведь проголосовали-то все, согласно букве закона, и он, Гуцу, в том числе. Зал ответил тихим гулом понимания и явного одобрения.
Уехал Ион в Молдавию, не рискнули его более оставлять в рядах Красной Армии.
А вы говорите – “Давайте покажем, как нас много!”. Русские – явно не румыны.

38

- Поручик, поделитесь секретом, почему вы пользуетесь такой популярностью у женщин??? - оживлённо обступили молодые офицеры Ржевского.. - Ну... я просто подхожу к даме и напрямую спрашиваю: "Сударыня, разрешите вам впендюрить..." -??? Но ведь так можно и по морде получить.... - Можно.... но можно и впендюрить.

39

Тистык.

Карантин я и ещё двое бедолаг из ОРАТО проходили в ОБАТО. Поясню.
ОРАТО – отдельная рота аэродромно-технического обслуживания.
ОБАТО – отдельный батальон аэродромно-технического обслуживания.
В нашей отдельной роте солдат и сержантов было человек 50 максимум, в батальоне намного больше.
Из-за трёх человек заморачиваться с карантином никто не захотел и нас спихнули в соседнюю родственную часть, где было много новобранцев.
В конце карантина сарафанное радио донесло, что в ОРАТО один солдат, который отслужил год (черпак), зарезал штык-ножом бойца, прослужившего полгода (бык).
Нас троих по такому случаю даже прессовать в карантине перестали, типа: «отстань от них, они же с ОРАТО, им там и так вешаться придётся, пусть хоть тут последние деньки «потащатся»».
С одной стороны, конечно, приятно почувствовать себя человеком в армии, но с другой – несколько дискомфортно когда на тебя смотрят как на смертника, причём все: и сержанты, и товарищи по карантину, и офицеры. Как-то даже ссыкотно стало ехать после присяги к месту приписки.

В ОРАТО было три взвода: автовзвод – самый большой, человек 25, взвод охраны человек 20 и взвод связи – три человека. Командиром роты, он же командир части был майор. Автовзводом командовал старший прапорщик, взводом охраны – прапорщик, а у взвода связи (три человека) командиром был целый капитан! Не ищите логику, в армии её нет.
Я как владелец водительского удостоверения категории «С» попал в автовзвод, а мои товарищи – один в охрану, а второй в связисты.
В автовзводе машин на всех не хватало. Солдат с машиной считался элитой! У кого не было машины - ходил в наряды: дневальным по роте, дневальным по автопарку, в наряд по столовой и иногда в патруль по городу. Так повелось, что на первом году службы машину солдату не доверяли. Но мне повезло: меня сразу после карантина прикрепили стажёром к тезисту Скворцову (тезист – водитель топливозаправщика, ТЗ), который должен был научить меня премудрости заправлять керосином летательные аппараты.
Своё наставничество он начал с прайслиста:
- Государственная цена на керосин - 80 рублей за тысячу литров, мы продаём в два раза дешевле, по сорок рублей. Меньше нельзя – свои же побъют, а дороже не получится, потому что все цену знают. У нас ТЗ-7.5, что значит бочка объёмом 7,5 тысяч литров. Цена бочки – 300 рублей.
Потом он показывал как подкладывать колодку под колесо, ставить заземление, разматывать рукав, включать насос... и прочую муть.
Я слушал своего наставника в пол-уха, т.к. прекрасно понимал, что ближайшие полгода никто машину мне не доверит.
Улучив момент, я спросил Скворцова:
- Говорят, у вас тут кто-то кого-то зарезал. А кто и кого?
- Да, это чмо болотное Тистык меня в спину штык-ножом пырнул.
- Тистык?
- Ну, да фамилия у придурка такая – Тистык.
На самом деле Тистык, конечно, никаким придурком не был, иначе его не призвали бы в армию. Он был не таким как все, другим. Невысокий, тщедушный примерно 160 см ростом и 55 кг весом. С большими глазами, вылитый кот из «Шрека». У него не было друзей, его все гнобили: и старший призыв, и свой, и даже те, кто призвались на полгода позже. Тистык, хоть и прослужил больше года, так и не стал «черпаком», к нему все относились как к «духу». Каждый, проходя мимо Тистыка, отвешивал ему либо «леща», либо «поджопник». А он терпел и лишь иногда тихим голосом удивлялся: «почему вы надо мною издеваетесь, я ведь ничего плохого вам не сделал?» Святой человек, ну или «терпила», кому как...
И, что самое интересное, с ним никто даже не пытался поговорить по-человечески. Даже замполит, хотя это его прямая обязанность. Никто не интересовался его семьёй, о чём он думает, какие у него любимые книги...
Тистык был никому неинтересен ровно до того дня, когда он воткнул штык-нож в спину Скворцова.
Всё было как всегда: Тистык стоял дневальным «на тумбочке», мимо проходил Скворцов и походя, как это не раз бывало, отвесил Тистыку щелбан. Но на этот раз Тистык не стерпел и ударил Скворцова штык-ножом в спину в районе левой лопатки. Рана получилась неглубокой, т.к. штык-ножи у наших дневальных были очень тупыми. Но Скворцову всё-таки пришлось обратиться в санчасть, дело замять не удалось и в ОРАТО приехало несколько военных дознавателей.

40

СУДЬБА КРАСНОАРМЕЙЦА

Многие слышали о печальной судьбе китайских красноармейцев в советских СМИ - чтобы не позорить это высокое звание, перевели как есть, хунвейбинами, то есть вообще без перевода. Доверились народному чутью, как их обзывать.

А вот о красноармейцах Баварской советской республики вообще глухо. Сама она упоминалась как-то вскользь даже на школьных уроках истории в мое советское время - ну была, подавлена быстро, чего о ней говорить. Героически пала в неравной борьбе с империалистами. Но чуть сунься в детали - тут же всплывет фигура одного удивительного красноармейца.

Вообще история Баварии той поры охренительна. Точная копия судьбы Российской империи с февраля по ноябрь 1917, просто с полуторагодовой задержкой. Даже по хронометру совпадает. Как будто бикфордов шнур зажгли той же длины к такому же ящику.

Ноябрь 1918 - свергнута германская монархия, как местная баварская, так и имперская. Вместо нее образовано Временное правительство из людей солидных, образованных и состоятельных. Чисто параллельно власть на местах стали брать вооруженные банды под названием Советы рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, одержимые коммунистическими идеями. В их ряды охотно вступали представители всех этих сословий, которым нечего терять, кроме своих цепей и задолженностей в банке. К апрелю 1919 волна народного негодования в виде Съезда Советов, то есть тысячи разъяренных чуваков с пистолетами и пулеметами, провозгласила эту самую Баварскую Советскую Республику. Далее всё как по писаному - экспроприации, конфискации, налеты на банки, расстрелы заложников из членов семей скрывшихся.

Ну и разумеется, тут же была учреждена Красная Армия! Надо же было этих бандитов как-то оформить. Банкиры содрогнулись и отдавали ключи от сейфов беспрекословно. У них армий не было, только охранники и семьи. На них не обычный налет, а по официальному распоряжению Советского правительства.

Первое правительство Баварской советской республики возглавил 25-летний яростный коммунист и пара самых буйных анархистов. Дисциплинированным бюргерам они показались кому мессиями, кому исчадиями ада, в общем лучше не связываться.

До 29 апреля 1919 года срочно организованная Баварская Красная армия во главе с коммунистом Эгльгофером вела успешные бои за установление контроля над территорией Баварии, успешно отразив атаку очень малочисленных войск - гласит википедия. Если в одной строчке дважды упомянуто про успешность - значит писал человек сочувствующий, гласит здравый смысл.

Но есть и другие источники. Не смолчал один образцовый бюргер - из зажиточной семьи и сам состоятельный. Вероятно, он разговорился в силу немецкой добросовестности и чести профессии - ему случилось быть профессиональным литератором. Раз суждено реалистическому писателю быть зеркалом окружающей его действительности, он осмелился стать зеркалом революции, завидев ее у себя вокруг дома. Ну и пусть пристрелят, если догонят - главное, описать что видит. Бунин и Аверченко в России поступили точно так же.

Всегда политкорректный, нейтральный и выдержанный Томас Манн вдруг выдал такое:
«Против этого типа мечтательных, фанатичных, христоподобных еврейских революционеров может помочь лишь расстрел на месте»

Прогремело на всю Германию. Далее произошло то же самое, что и в советской России - самые неприкаянные и боеспособные безработные, а именно офицеры, юнкеры и ефрейторы, не приученные ни к какому практически полезному делу, кроме как убивать и защищать свою страну, сформировали свой вариант добровольческой белой гвардии и отправились свергать баварских красных, прежде чем перестреляют их самих по одиночке.

К несчастью для будущей судьбы еврейской нации и всего мира, во главе Советской Баварской Республики оказались евреи, большей частью неизвестно откуда взявшиеся. Так два героя романа "Аэлита" устроили пролетарскую революцию даже на Марсе, теми же методами. Реально вирус, чисто идеологический, но с наганами в упор или в затылок тем, кто вздумает сопротивляться.

Судьба Германии могла оказаться ровно такой же, как и России, со всеми этими голодоморами и отстрелами несогласных по подвалам. Но иногда средство лечения оказывается еще хуже, чем сама болезнь.

Пока реакционные добровольческие силы просачивались в Баварию по подложным паспортам с твердым намерением свергнуть советское правительство, жизнь в ней текла своим мирным бюрократическим чередом, которым заразились и сами революционеры. Власть установлена, банки вычищены, и раз уже это называется властью рабочих, крестьян и солдат, то от каждого этого сословия должны быть избраны депутаты. От солдат особенно. По депутату от каждого батальона. После Версальского мира их осталось немного. Тем более значимы были оставшиеся, могли и свергнуть.

Солдаты одного из батальонов избрали в депутаты самого говорливого и харизматичного ефрейтора, вызывавшего простое человеческое сочувствие - мужественно воевал, мучительно отхаркивался легкими, отравленными газами. Куда такому служить - пусть представляет батальон на заседаниях депутатов.

Другой бюрократической процедурой все армейские силы самообороны, оказавшиеся на территории Баварии, были разумеется зачислены в ряды Красной Армии Советской Баварской Республики.

Так Адольф Гитлер стал красноармейцем и советским депутатом-активистом.

Его чуть не расстреляли за это. Зверства белых превзошли красных, почти дотянулись по масштабам до хунты Пиночета. Расстреляно было около тысячи активистов, без особого разбора, в основном по этническому признаку - явно не немец, а устроил тут советскую Россию в Германии.

К несчастью для последующих сотен миллионов судеб людей практически всех народов, главой одного из карательных белых отрядов оказался отъявленный наци Рём. За секунды до того, как отправить Гитлера на тот свет, он разглядел в нем немца. А этот чудак что тут делает? - вероятно, удивился он. Пощадил, к сожалению.

А тот принялся каяться и оправдываться, что угодил в красноармейцы, и как дурят головы евреи, в своей печально известной книжке Майн Кампф. Благодаря этому бестселлеру с 1933 по 1945 фюрер стал богатым человеком просто на гонорар от своей книги. Ее вручали даже молодоженам на свадьбу вместо Библии.

Но судьба мемуаров незадачливого красноармейца не закончилась с его уходом на тот свет ко всеобщему счастью под залпы советской артиллерии.

В 2018 году группа учёных, раздосадованная политкорректностью редколлегий мировых научных журналов, переписала 12 главу «Майн Кампф» (3000 слов), заменила евреев на мужчин в целом, убрала явные анахронизмы. Мужчины оказались повсюду у власти, всюду лезли и творили безобразия. Размышления Гитлера в новом виде представительницы пострадавших от насилия и обмана баб явились перед глазами опытных экспертов. А те реагировали на феминистскую ярость примерно так же, как бюргеры на красноармейцев - лучше не связываться. Статья была принята к печати!

Скептики-гуглеведы могут ознакомиться с мистификацией «Исследования обид». До ее разоблачения, несколько фейковых статей, написанных тем же методом, успели выйти в печать, а одна даже победить в конкурсе.

На обиженных воду возят, говорит мудрая пословица. К сожалению, не только воду.

41

КГБ СС.
Именно так был обозначен род войск в моем военном билете. Впрочем, не волнуйтесь. Это всего лишь спец. связь. Мы белые телефончики с гербом в палатки генералов ставили на учениях.
Зато уж секретными были - по самое не балуйся. Целая машина набитая допотопной ламповой аппаратурой засекречивала речь генералов, превращая ее в невнятное кваканье после рассекречивания.
И не дай бог, враг проник бы на этот склад антиквариата. На этот случай весь кузов был нашпигован толовыми шашками. А у оператора под рукой находилась большая красная кнопка. Ежели враг ворвется, оператор должен был кнопочку нажать. И стать героем, посмертно. Проводка была изношенная, сплошь перемотанная изолентой. А солдаты - поголовно пьяные дебилы. Поэтому мудрые офицеры кнопочку отсоединили, а тол из корпуса повыковыривали, на предмет рыбалки.
Однако, советская техника славилась надежностью. Которую обеспечивали несколько дублирующих контуров. И, на случай если кнопка не сработает, в крепежах болталась красная канистра с бензином. По идее, оператор должен был эту канистру схватить, плеснуть на аппаратуру, врага и себя. И чиркнуть спичкой.
Я в Карпатах служил. Мы там бензин меняли на вино. Двадцать литров на семь литров. Поэтому в канистре давно уже плескалась вода.
Но разработчики защиты станции тоже в Союзе выросли и жили.
И в углу, наглухо приваренная к стойке с аппаратурой стояла КРАСНАЯ КУВАЛДА. На вид, пудовая, не меньше. Так сказать, последний аргумент. Пропить или в хозяйстве приспособить ее было не реально. Поэтому ее даже оторвать от стойки никто не пытался.

Макс Репин

42

Генерал: - Ну что там, товарищи офицеры, продвигается дело о найденных 124-х миллионах долларов в мешках? Офицеры: - Так точно, товарищ генерал, 110 миллионов найдены, описаны и переданы как вещественное доказательство. Генерал: - Хорошо-хорошо, а товарищи прокуроры что скажут об этих 89-ти миллионах? Прокурор: - Ну, 63 миллиона тянут на особо крупный размер, да, товарищ судья? Судья: - С чего вы взяли, что 46 миллионов - это крупный размер? Даже адвокат настаивает на домашнем аресте. Адвокат: - Ну конечно! У нас до 37 миллионов - можно и под залог выйти. Тут как следователи решат. Следователь: - Вот мы ещё из-за каких-то 4-х миллионов дело открывать будем! Пусть проходит как свидетель! Свидетель: - Да я эти сто тысяч долларов вообще впервые вижу! Генерал: - Ну вот и хорошо.

43

Вышедший в 1994 году первый альбом только что вернувшегося из эмиграции в Россию Михаила Шуфутинского "Гуляй, душа" включал в себя песню на стихи Игоря Николаева "третье сентября", автором музыки был Игорь Крутой.
Именно она попала в ротации фм-радиостанций и к сентябрю 1994 года успела порядком надоесть.

А наша история начинается в Санкт-Петербурге, где в полночь со второго на третье сентября 1994 года в одном морском учебном заведении сидящий на вахте в одном из учебных корпусов скучающий курсант вывел в журнале дежурств "00:00 - календарь перевернут согласно завету Михаила Шуфутинского".

В принципе, он бы и забыл о своей шутке, но журнал, как назло, взял на проверку кто-то из старших офицеров. Курсант, скорее всего, получил по ушам, но про историю узнало гораздо больше людей. И ровно через год надпись появилась уже в нескольких журналах дежурств.
В общем, шутка стала потихоньку расползаться, и к 1997-98 году офицеры уже специально проверяли журналы утром третьего сентября. Наряды вне очереди раздавались направо и налево, но... Тут очень хорошо подошла бы одна курсантская поговорка о бесполезности наказаний личного состава, но в ней только одно приличное слово.

В итоге, в огромном учебном заведении, корпуса которого расположены по разным районам Петербурга, переворачивание календаря с записью в журнале стало традицией. Приходящие первокурсники узнавали о ней почти в самом начале учёбы, и с удовольствием подхватывали этот флаг.

А потом курсанты заканчивали учёбу, получали рабочие дипломы, и разъезжались по всему миру на пароходы российских и иностранных компаний.
Обязательное ведение судовой документации давало повод раз в год пошалить.

Тем, кто о традиции забывал - напоминали. Однажды, например, среди сотен судов в очереди на рейде Панамского канала кто-то в полночь произнёс по русски на 16 канале УКВ: "Полночь! Перевернуть не забудьте!".

Надпись на фото: "00:00. Вахта принята. Выгрузка и приём балласта. Пароход пришвартован на терминале Эл Сегундо. Календарь перевернут согласно завету М.Шуфутинского "

Гоколиный слаз

44

Зам. начальника ракетного училища культурно выпивал в гараже с младшими по званию офицерами. А как раз за его гаражом была дыра в заборе, через которую курсанты бегали в самоволку. Сидят, значит, офицеры, выпивают, и тут из-за гаража вырисовывается толпа курсантов. Курсантов необычно много (для разового похода в самоволку). Стороны замечают друг друга. Что делать, не ясно. Ситуация не по уставу: начальство не при погонах и выпивает. Но и курсанты явно не правы. Зам начальника посмотрел на них задумчиво и говорит: - Ну вы б, блин, хоть строем шли...

45

Зам. начальника ракетного училища культурно выпивал в гараже с младшими по званию офицерами. А как раз за его гаражом была дыра в заборе, через которую курсанты бегали в самоволку. Сидят, значит, офицеры, выпивают, и тут из-за гаража вырисовывается толпа курсантов. Курсантов необычно много (для разового похода в самоволку). Стороны замечают друг друга. Что делать, не ясно. Ситуация не по уставу: начальство не при погонах и выпивает. Но и курсанты явно не правы. Зам начальника посмотрел на них задумчиво и говорит: - Ну вы б, блин, хоть строем шли

46

В 1964 году на съёмках отечественного фильма "Свет далёкой звезды" произошла заминка. Один из главных актёров растянул себе ногу поскользнувшись на пустом месте и вся съёмочная группа вынуждена была ждать пока доктора поставят его на ноги. Вот такая тавтология. Съёмки были за городом, на натуре, сроки горели поэтому артисты, костюмеры, гримёры и военные-консультанты принимавшие непосредственное участие в создании киноленты четверо суток не знали чем себя занять. Про военных консультантов можете не удивляться во времена СССР к киношникам целые реальные подразделения армии приписывали для достоверности, для массовки и так далее и тому подобное.

Ну как водится каскадёры и военные заскучали, немного выпили. Без фанатизма, но достаточно для того чтобы офицеры - капитан и старший лейтенант решили прямо в поле пострелять по банкам и другому мусору из ППШ имеющегося у них на вооружении и из недавно принятого АК. За всем этим весельем наблюдала почти вся съёмочная группа. И даже актёр Евгений Яковлевич Весник отпущенное ему время тративший с немалой пользой - разучивая новую роль для другого фильма. Дабы войти образ он даже нацепил на нос пенсне, манишку и дурацкую соломенную шляпу.

Наблюдая за стрельбой военных, а также за тем как старлей с ППШ явно проигрывает по очкам капитану Весник смешно пошевелил наклеенными усами и подошёл к старлею.

- Ну кто так стреляет? Дай, я тебе покажу мальчик как это делается, - сказал Евгений Яковлевич сноровисто беря в руки ППШ и бодро в несколько коротких очередей с ювелирной точностью сбил все мишени.

На этом он не остановился. Под удивлёнными взглядами он подошёл к капитану взял в руки новенький АК и сделал несколько выстрелов из него.

- Дааа... - заключил он рассматривая оружие. - Из этого конечно куда сподручнее. Хорошая машинка.

Военным (и не только военным) с отвисшими челюстями, в отличии от директора каскадёрской группы Мезенцева, было невдомёк что этот смешной мужичок в пенсне и соломенной шляпке ветеран войны имеющий потрясающий калейдоскоп наград полученных за такие подвиги о которых кино снимают.

Напоследок довольный произведённым эффектом Весник обернулся и сказал:

- Если вы попросите покидать меня гранаты, пострелять из миномёта или пушки, то я всё это умею, но делать не буду. У меня теперь другая профессия....

47

Осторожно, Йурик!

Йурика приволок один из многочисленных одноклассников Бегемота. Тот был его сводным братом по 2му отчиму от первой жены...или троюродным племянником снохи его деверя...
В общем, что-то очень сложное для славянина из Средне-Русской возвышенности, но вполне ясное родство для выходцев из Ашхабада. Там русские люди быстро переняли местное кумовство. Забегая вперед, могу сказать , что по результатам Йуриных свершений мы не раз интересовались , в какой школе для дефективных детей они с Бегиным свели знакомство? Их портреты рядом на доске почета висели? Ими гордилась школа? Бегемот вяло отбрехивался, что в детстве Йура так ярко не блистал умом и сообразительностью. "Бедный Йурик- кивали мы- он знал его ребенком"
Судьба понаехавшего Йуру не жаловала. Дело в том, что он был беспримесной, кристаллический дурень, и при этом еще и дико невезуч.
Йура умудрялся цепануть жесточайший триппер за день перед соревнованиями, из за чего его вазюкали по борцовскому ковру, как Тузик-Мурзика.
От Йуры залетали все телки, мимо которых он проходил с эротическими мыслями. Глядя на эдакую фертильность, я понимал почему на Руси дурачья на 300 лет вперед припасено. Они ж как грипп. Чихнул-и нате.
Причем, некоторые бабы от Йуры перлись. Вспоминалась цитата из "Гаваны" Поллака. "Ничего нет лучше женщины. Или двух. Они любят мужчин. Даже круглых дураков. У самого большого, абсолютного идиота есть женщина, которая его таковым не считает"
Но и тут у Йуры все выходило по йуриному.
Как-то Йурик попал в амор-де-труа. Затургенился парень . Как известно, Иван Сергеевич жил дружной семьей с Полиной Виардо, ее мужем Луи и рандомными детьми, которых хрен разберешь- Иванычи они али Луивичи.
Муж местной Полины Виардо вяло сопротивлялся разврату, видимо , и не без основания, опасаясь йуриного помета в своем гнезде. Ну и его несколько напрягало то, что зубоскалы с Соколиной горы (его малой родины) Луем кликать начали. Спрягая.
Так и говорили, мол, где этот Луй с горы? Не заходил?
В результате долгих интриг супруг Луи (в миру -Петрович) таки почти сплавил Йуру в Вятку. Дал денег на билет. И всей семьей поехали Йурика провожать.
Возвращается одна Света (Полина Виардо которая).К Смолину. Там все мы, как обычно :" Живем в достатке, пьем сладко, хороним совести остатки"
Света смотрит в наши сальные рыла и вдруг начинает рыдать взахлеб.
Мы сочувственно молчим. Не знали, что расставание с нашим дурнем так ее заденет.
Бегемот бормочет "Ум -хорошо, а хуй-лучше"
Света воет. Просит воды. Наливаем водки. Стучит зубами по стакану. И выдает , икая от хохота, историю прощанья. Оказывается, это она так ржет, а не воет по дроле.
"Едем. Везем наше семейное достояние. Петрович (муж) за рулем извелся весь. Аж жопой по сиденью елозит. "
-Йура!
-Ы?
-Ты билет взял?
-Ну.
-Поезд точно в час-пятнадцать уходит?
-Ну.
Петрович нервно смотрит на часы. Пятый раз за две минуты. Успокаивается. Секунд на 30.
-Вагон проверил?
-Ну.
-А поезд точно в Вятку?
-Не.
-ЧТО ЕЩЕ?
-В Киров он.
-Фффу....День точно тот?
-Ну.
-Хуле-ну! Проверь еще.
Йура послушно проверяет.
Петрович никак не угомонится.
-Йура!
-Ы?
-А паспорт ты взял?
-Ну.
-А поезд номер тот?
-Ну.
-А отправление..
-Ну.
-Нет, проверь еще раз!
Опять- "господа офицеры, сверим часы"
Проверяет.
И так всю дорогу. Петрович суетится так, будто его замуж выдают. И он Грейс Келли.
-Приезжаем...
Света опять воет. Суем стакан. Не может попасть в него ртом. Тушь течет ручьями.
-Света-не томи! Что было то?!
-ВОКЗАЛ НЕ ТОТ!!!!!
Тут уже начинаем подвывать мы.
Бегемот, всхлипывая, запевает- "На палубу вышел, а палубы нет"

С трудовыми свершениями у героя все было так же, как с личной жизнью.
Эпохальные успехи и достижения.
Какой-то Йурин дружбан-огнепоклонник устроиил Йуру водилой на БЕНЗОВОЗ.
-Ну все. Пропал Калабуховский дом- пригорюнились мы с Бегемотом.
Но запасливо купили канистры.
Наивные.
Спереть бензину у Йуры выходило крайне редко- его нонстоп ловили мусора . Брали отступного бензином.
Йурик, кстати, порассказал много интересного.
Оказывается- торговля топливом это одно большое наеДалово. Изначальное. Почему?
Потому что топливо продается не в килограммах. А В ЛИТРАХ. Понимаете? В ЛИТРАХ.
А закона сохранения объема в природе нет.
Потому под многими бензохранилищами на заправках стоят нагреватели. Поняли?
"Партия учит нас, что тела при нагревании расширяются"
Вот и...
В Йуриной машине искрило отвсюду и жутко воняло бензином. От постоянного воздействия паров на и без того ослабленный мозг, Йурик водил машину в полубреду.
Мы ждали огненной драмы.
Вышла комедия.
Йура слил 10 тонн 95го в чужую заправку. В чеченскую заправку, уточню. То есть вернуть свой бензин из черной дыры шансов было б поболе, чем оттуда. "Что с лоха снято, то свято"
Наверное, он представился тамошним бензопродавцам неким подобием Спасителя с его хлебами и рыбами. Или антропоморфным лотерейным билетом. Сосудом Грааля.
Лохом повышенной сладости.
Как это чудо вышло?
Да как обычно. Ну ошибся человек. С кем не бывает.
Мы с Бегиным рыдали друг у друга на плечах.
-ААААААА!!!!- аакал Бегемот.
-ЫЫЫЫЫЫ!!!!- ыыкал я в ответ.
-Вввввыыдители ящично-разливочной тары Ларионов и Кутько! Ик!-орал Бегемот.
-Тоже взяли на себя... Завозить точно в указанный в путевом листе магазин с максимальным попаданием в него! -выл в ответ я.
-Ну чо вы- смущался безработный Йура. Он, наверное, ждал сочувствия.
-Водители Ларионов и Кутько, используя слабые места и встречный план !!!
- А также порожняк! -хрипел я в ответ.
-Где и ночуют, не заходя домой уже второй месяц!!! -икал Бегемот.
-Обтирая самосвал ветошью из своих одежд!!!!
-ААААААА!!!!- аакал Бегемот.
-ЫЫЫЫЫЫ!!!!- ыыкал я в ответ.

Йуру, понятно, выпнули из нефтерынка кхуямъ. Отобрав его ВАЗ 2101. Правда, он был не его, а бывшего друга. Друг , ясное дело, стал бывшим сразу после утраты.
-Йуродивого обидели, отняли копеечку!- прокомментировали мы сие безобразие, утирая слезы.
Но Москва недолго смогла обходиться без трудовых навыков такого ценного специалиста.

Йура , будучи в состоянии "положения риз" на своей "Четверке(ВАЗ 2104) " впиливается в машину попа. Поп, поглядев, да послушав Йуру, совершает череду христианских деяний , не сходя с места.
А именно: отказывается вызывать ментов. И берет Йуру на работу. Водителем.
Поступок, достойный "Жития святых" . Вот, что такое настоящее "Credo quia absurdum! " , а не это вот все.
Вряд ли Тертуллиан осилил бы такой крестный подвиг.
Возил Йура каких-то радиопопов (Пастыри окормляли мятежные народы через бесовское изобретение Маркони)
Уверовали все. Те, кто верил ранее Йуриного трудоустройства , утвердились в вере несказанно. Еще бы!
С Йурой за рулем и язычник к Богу придет кратчайшим путем, а уж священнослужителю-так вообще деваться некуда. Особенно после того, как Йурик заново крестил духовенство. В ноябрьской Яузе. Впятером.
Йурик их туда бултых на повороте-святые отцы не токмо "Господипомилуй!"- "мяу" сказать не успели. Но выжили все. Правда, из реки они вылезли обновленными. По воде, аки посуху прошедшими. Не такими, как прежде. Прозревшими.
Йуру они крыли богомерзкими словесами на три голоса и акафистом. В ля-мажоре.
Отжимая друг дружке рясы и бороды. Менты прыскали в кулаки при виде влажного клира, изрыгающего хулу.
Йуру главпоп не уволил! Объяснил клиру, что йуродивый сей дан им во искупление грехов тяжких и ради испытания крепости духа.
Советовал бороться с наваждением постом и молитвой. Попы резко схуднули ликами.
Мы с Бегиным бились в пароксизме.
-ЫЫЫЫОаннн Креститель ты наш, плакал Бегемот в стену...
Сгубили Йурину карьеру бесы. Ну, то есть опять же мы.
Сначала маечку ему "Алисы" подогнали. С пентаграммоЙ, РАЗУМЕЕТСЯ.
Пусть на работе атмосферу чутка взбодрит.
Потом в салоне святой колесницы малеха серу пожгли. Для пущего аромату. Чертика с качающеся башкой на торпеду прилепили. Дали кассету группы "Хуй забей"
Ну что б святые отцы были в курсе новых веяний в молодежной субкультуре.
Попы, и раньше садившиеся в машину со словами "Со святыми упокой!" , на трясущихся устах- тут начали терять дар речи. После покатух на этой адовой колеснице с посланником аццкого сотоны за рулем , да под "Хуй забей" один проповедник онемел.
Буквально.
Всю передачу интервьюер заливался соловьем, пытаясь выдавить из отца Прокопия хоть звук-и не преуспел вы этом. Тот не разомкнул уста. Только трясся. И молчал.
Как паркопану отведамши . Отец Паркопий. Настоятель циклодолового прихода.
В секту шейкеров, видать, подался, что в нашем Богоспасаемом отечестве "Трясунами-молчальниками" звались.
В конце авторской передачи хитрожопый диджей заявил, что все мы , мол, получили ответы на многие волнующие нас вопросы, ибо сказано, что "Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого."
А отец Прокопий , епта, и дальше пошел, ибо в душе каждый знает ответ- "Да" или "нет" на любой вопрос бытия и мироздания.
Спас передачу, молорик.
Почти.
Йура внизу , за баранкой, нетерпеливо поглядывал на часы. Интервью затягивалось. А жрать хотелось все сильнее.
Решил позырить, долго ли там , в студии, пастыри пиздеть еще будут. Зашел.
Услышал монолог. Неожиданно вспомнил вчерашние застольные беседы с бесами.(нами)
И влез в прямой эфир.
-А у меня есть предложение!!!!- неожиданно ворвался Йурин жизнерадостный баритон в благостный монолог православного бубнилы.
Тот онемел вслед за Прокопием. Прокопий так вообще превратился в Лотову жену. Только солено потел и глаза на Йуру пучил.
-Я ПРИДУМАЛ НОВОЕ НАЗВАНИЕ ДЛЯ НАШЕЙ ПЕРЕДАЧИ!-заливался никем не останавливаемый кретин.
Ведущий в ужасе закрыл глаза. Вознес молитву, что б эта мудила заткнулась.
Не помогло.
-ХРИСТАРАДИО!!!
За сценой глухо, по деревянному, рухнул звукорежиссер. Завыл матерно Отец Прокопий . Он неожиданно резво отринул аскезу и попытался лично преподнести Йуре добро с кулаками. А так же Благую Весть и Тяжкие Телесные.
Но Йура уже мчался на воздуся. Ему было рано надевать на себя клобук.
Мирская жизнь еще не опостылела подвижнику.

Пы-Сы
Не собирался я издавать ничего. Ибо, ну это как за анекдоты рассказанные в компании деньги клянчить. Маразм. Но тут меня опередили. Более того , литрес прислал МНЕ письмо, что б я убрал МОИ рассказы из сети, посколь их опубликовал их настоящий (хуясе) автор. Это таки подняло мя на дыбы. Ибо одно дело, когда ты бесплатно байки травишь, народ веселя, другое- когда из тебя литературного негра сделали явочным порядком.
Пришлось издавать самому. Еле влезло в 4 сборника. Оказывается, я чрезвычайно плодовит. Набит бредом по самые бакенбарды.
Если кому делать нечего- вот ссыль на изданное. Про бумажную версию пока не знаю.
https://ridero.ru/author/kamerer_maksim_zelqw/
.

48

И снова пистон в сторону ПМ.
В 2007м году я дослуживал на пункте пропуска через Границу. Большинство должностей у нас были старшинские, но тот год запомнился оргштатными мероприятиями, в результате которых моя должность поднялась до "прапорской". Учебные центры тогда чуть не лопнули - везде где только можно велась ускоренная доподготовка на прапорщиков. И вот, мы отученные, и получившие звёздочки узнаём, что теперь за нами закрепляют помимо АК-74 ещё и ПМ. Ну надо так надо, офицеры исправно проводят занятия, меры безопасности, чистка, разборка...

Канун стрельб, мне почти в 23.00 звонят сослуживцы, сообщают, что в городе ткнули ножом одного из наших, по прозвищу Чука. Он жил рядом с гостинкой, в которую постоянно летали то менты, то скорая, то всё сразу. Контингент там был криминальный, Чука прошел мимо них в темноте сверкнув мобильником. Ножевое пришлось в левую широчайшую мышцу спины. Глубоко. Среди откликнувшихся разные были, в том числе и ветераны - рану обработали, зашили сами. Возились почти до 2 ночи, анестезия - водкой. Чука, узнав, что ни сосуды, ни сухожилия не задеты, наотрез отказался ехать в скорую и докладывать наверх. Тогда риторика руководства была такая: на каждое ваше место десять человек в очереди стоит. Выгоняли за всё. Тем более, начальник у нас был очень едкий...

Стрельбы, ПМ, 3 патрона. Начальник ещё раз показал положение для стрельбы, отстрелялся, 28 очков. Командует нами. Чука стоял справа от меня. Положение для стрельбы он мог удерживать секунд пять, постоянно крючило его влево, и левую руку поджимал к груди. И ещё его шатает. Начальник одергивал, болезненный вид Чуки его совершенно не смущал. Но Чука снова свертывался в сторону раненой мышцы. А по щеке скупая катится. Начальник махнул на его положение, скомандовал "огонь". Я из ПМ впервые стрелял, в мишени всего одна пробоина. Да как и у всех почти. У Чуки 30. Это 10,10,10. Начальник выехал, сказав, что если вам удобно другое положение для стрельбы, и вы можете из него показать результат, то пожалуйста.

Рана благополучно потом зажила. Начальство не узнало. И стрелял товарищ тоже впервые. Ну, у нас была шутка, что если Чуку как следует напугать, то он всё может. Позже он научился стрелять, в том числе на отлично. Но не так идеально. За время, которое я его знал, свой результат он повторить не смог.

49

С Алисами, Сири и прочими Биксби все наигрались?

А вот я, похоже, нет.

Сижу вчера вечером, смотрю по телику какой-то боевик. Там все как положено: стрельба, беготня, вопли "call 911!" и прочее.

Вдруг звонит мой телефон, я думаю: "совсем спамеры охренели, в двенадцатом часу ночи звонить..." Телефон беру с жестким намерением говнюков обматерить, а там диспетчерша из полиции:

- Мы выслали к вам наряд, в доме есть посторонние? Спрячьтесь в безопасном месте, наши офицеры приедут через две минуты...

Я охреневаю: "Какую машину, куда?!"

Мне: "С Вашего номера поступил звонок, мы услышали стрельбу, сейчас Вам помогут."

- Блин, да какую стрельбу, я телевизор смотрю, никому не звонил!..

Отделался легким испугом, к счастью убедил диспетчершу, что тревога ложная, вызов отменили.

Потом разобрался, что на самом деле произошло. Моя дура Биксби, которая в телефоне живет, восприняла какую-то фразу из телевизора как "Hi Bixby". И, тупица чертова, проснулась. А следом из ТВ видимо то самое "call 911" прозвучало. Так она, скотина, взяла да и позвонила.

А я ж не в курсе, что она пакостничает, сижу себе, в телик пялюсь на все эти пьяу-пьяу. Диспетчер на звонок ответил, услышал что-кто истошным голосом орет и стрельба вроде как. Ну и...

Ладно, пронесло, но Биксби эту я к чертям собачьим снес.

50

- А теперь смотрите, салаги! - заявил майор Назарчук, горестно наглядевшись, как весь вверенный ему взвод курсантов пульнул из Макарова в консервную банку с 15 метров по пять пуль, так и не добившись результата.

Я лично делал всё правильно, как учили - уверенно поймал банку в мушку, твердо держал руку, нажал курок. Мимо!

Я выступал одним из последних, сделал выводы из предыдущей безуспешной стрельбы всего взвода, и выбрал на последних выстрелах решение нестандартное - целил в двухметровой ширины дуб, на ветви которого покоилась окаянная банка, надеясь, что щепа от коры собьет-таки ее. Моя стрельба оказалась наиболее успешной - банка изрядно покачивалась, чуть не упала, но устояла зараза. Без пяти минут лейтенант с высшим образованием и четырехлетней военной выучкой, с Дираком и Ландау в башке, так и не смог поразить цель практически в упор, строго следуя всем инструкциям. Как и все мои собратья по взводу, многие друзья. Все мимо.

Мы с восхищением наблюдали, как за дело берется настоящий профессионал. Этот самый майор Назарчук. Уверенная походка, твердо поставленная рука, прищур, бабах, и - мимо! Акелла промахнулся!

В ярости он расстрелял три обоймы, но так и не попал. Спасая свой авторитет, заявил педагогически:
- Теперь вы поняли? Макаров - это настоящее оружие для боевого офицера! Из него хорошо застрелиться, если грозит плен. Ни для чего иного оно не предназначено.

Часом ранее всё тот же университетский взвод мазил-дебилов вполне успешно отстрелялся из калашей по мишеням, установленным на расстоянии 500 метров. В прицеле все эти тарелки были отчетливо видны, реально трудно промахнуться. Ни единая пуля не ушла в молоко. Офицеры на месте определяли, кто там сколько баллов набрал ближе к яблочку. Лучше всех отстрелялся майор Назарчук, далеко превзойдя весь взвод.

С тех пор я понял - есть надежное оружие для убийства, но есть и Макаров для самоубийства.

12345678 дальше →

Партнеры

Реклама