3101
Дело рассматривалось житейское. Девушка из Стерлитамака Лена Н. вышла на несколько месяцев замуж, приобрела норковую шубку, кучу золота и украшений… и почувствовала себя неспособной к дальнейшей семейной жизни. Уже после развода подала на незадачливого мужа в суд для раздела имущества. Квартира, к счастью, была записана на него давно, а вот автомобиль он успел обновить как раз во время короткого брака.
Уехавший по контракту в другой регион ответчик узнал о взыскании с него судьей Салишевой почти 200 тысяч рублей только по приезду в отпуск. Удивился, успешно отменил данное решение в том же суде в мае 2017 года, сходил к приставам и сообщил об этом, уточнив, что дело заново будет рассматриваться в другом регионе России по месту его работы. Кстати, заявление об этом вкупе с определением суда, как положено, зарегистрировал в отделе. Но Салишева «в отмене» об исполнительном производстве почему-то даже не упомянула, это и стало началом анекдота.
Вскоре состоялось повторное судебное заседание. Были шансы вообще отбиться от иска, так как «бедная девушка» денег на покупку машины не заработала, но ей все же пошли навстречу, правда, сумму уменьшили до 100 тысяч рублей.
Законопослушность сыграла с ответчиком злую шутку, вскоре он с изумлением обнаружил, что уфимские приставы, которым он сам сообщил свой новый адрес, стали брать с него 200 тыс, а по второму производству в «другом регионе» – еще 100 тысяч рублей. То есть в общей сложности 300 тысяч! Лене откровенно везло в жизни!
Абсурдность ситуации была настолько очевидной, что … еще год приставы продолжали снимать деньги по отмененному решению суда. Задолбив жалобами рядового пристава-исполнителя, который честно признался, что ничего не понимает, ответчик только после «звонка сверху» попал на прием к начальнику отделения судебных приставов. Показал ему неоднократно пересланное определение об отмене решения суда, сдал документы под подпись, попросил прекратить первое производство. Большой начальник долго думал, но… «Не буду, если судья не напишет, что надо отменить именно исполнительное производство». А сданные под подпись документы потом так и не обнаружились в деле.
В суде сильно удивись неразберихе в другом ведомстве, сказали, что это «дело на пять минут, напишите заявление и приходите завтра»… Через две недели после ежедневных звонков и часовых личных поисков по трем кабинетом удалось найти определение уже судьи Киекбаевой. Она отказывает в прекращении первого исполнительного производства, так как это должны сделать приставы… И даже предлагает обратиться в ВС. В ответ на это приставы читают только об отказе, посылают снова в суд… Круг замкнулся! Еще пару раз сбегав туда и обратно, ответчик пишет еще одно заявление об отмене исполнительного производства непосредственно судье Салишевой. Снова не отказывают! Предлагают приехать завтра, но и через две недели ответ не готов. Говорят, ищут дело…
Параллельно уходят жалобы на «горячую линию» судебных приставов – позитивной реакции нет, в прокуратуру – один звонок «правда что ли?» и тихо… Наконец, иск в суд на всю систему исполнительного производства. Его не принимают по формальным признакам, но тут от «запаха жаренного» просыпается Москва и обещает «замять дело без скандала»…
В результате разбираться с абсурдной ситуацией так никто и не стал! На этой неделе приставы, не прекратив первого исполнительного производства – по крайней мере, бумагу об этом не удалось получить, отправили дело в «другой регион России» - мол, пусть там расхлебывают заваренную нами кашу! Открытым остается вопрос, кто будет возвращать ответчику деньги, которые с него могли взять в тройном размере. С хронически неработающей Леной судиться бесперспективно. Все остальные действующие лица уверены, что действовали исключительно в рамкам своих должностных полномочий.
|