Шутки про разве - Свежие анекдоты

Результатов: 2059

151

Ловля осьминогов чайниками

- Да, я в фильме каком-то французском видел: парочка приехала к берегу моря – костёр развели, чайник на леске сразу в воду закинули. И пока любовью на берегу занимались – осьминог уже в чайник и заполз. В этом же чайнике они его тут же и сварили.

Со знанием дела, казалось, говорил мой лепший друг Аркадий. Знавший жизнь не понаслышке, а всё больше по кинофильмам – преимущественно, западного производства: «За успех безнадёжного дела!» - так говорят американцы, и всё у них почему - то в конце концов сбывается – получается».

А наше дело, получалось, не было таким уж безнадёжным – напротив: прибыльным и верным сулило обернуться. Ловля осьминогов чайниками с борта стоящего на рейде мавританского Нуадибу судна – выгодный бизнес! Местные перекупщики за головоногих такие деньжищи отвалят!..

Признаться, я-то сомневался в ловле осьминога кустарным способом в промышленных объёмах. Но, напористый Аркадий развеивал всякие сомнения:

- Для осьминога чайник – лучшее убежище – пристанище! В такой козырной норе он себя в полной безопасности чувствует. Потому – заползёт сходу!

Мне всегда хотелось верить Аркадию. Тем более, что вполне серьезно мылился я старшему другу в зятья.

Беда была лишь в том, что чайник в рундуках и в недрах каютных диванов отыскался лишь один. Да и то – такой маленький, что приличный осьминог просто не смог бы туда даже втиснуться. Но, теперь меня уж было не остановить: в дело пошли и две трёхлитровые банки из-под «термоядерного» гранатового сока, что выдавали нам вместо положенных свежих фруктов. Этот, с позволения сказать, сок с просроченным сроком годности – кислота такая, что челюсти сводило! – взрывался уже в грузовых сетках при погрузке с транспорта. Наложив на пустые теперь банки крепкую «марку» ( подвязав надёжно особым морским манером), я смайнал – опустил на отдельных длиннющих штертах ( верёвках) две банки и чайник с кормы своего судна. Так, чтобы они легли на грунт – благо, небольшие глубины бухты позволяли.

Мурманские морячки с соседнего борта плавбазы, на которую мы выгружали рыбу, с неподдельным интересом проследили за диковинным процессом.

Учитесь деньги из воды делать, пентюхи!

Только осьминог почему-то ни в банки, ни в чайничек по-быстрому не лез. А может, я слишком скоро дёргал к подъёму свои ловушки – памятуя временной ориентир Аркадия: «Пока любовью занимались». Условный, конечно, был временной интервал - пойди, угадай, сколько французская парочка любовью занимается?.. Я надеялся на быстрое чувство. Но получалось невольно, что каждый раз с надеждой заглядывая за корму, словно беспардонно те камыши раздвигал:"Ну что - закончили, аль нет?",

Торопыга бесстыдный!

О, если бы я, невежественный, знал, что почти точно следую способу, описанному еще японским монахом Матиоки Мурасаки в начале 7 века, навыкам папуасов Папуа-Новой Гвинеи, и самому Миклухо-Маклаю, то безусловно придало бы мне духа. Для этого использовались многие сосуды, кто-то даже валенки умудрялся приспособить(наши, наверное). И обязательно надо было вкладывать внутрь духмянную еду - вот об этом-то Аркаша и не сказал.

Валенок!

Серьёзно ломали теперь головы над моим занятием и трое усатеньких «мурмашей» на соседнем борту: так оно их увлекло и озадачило, что не расходились – так и стояли у борта, покуривая и поплёвывая в затеявшуюся между бортами волну, легко и нежно – словно младенцев – качающую огромные скрипучие кранцы.

Бездельники!

Деятельный же ловец осьминогов чайниками и трёхлитровыми банками, в очередной раз выудив пустые ловушки, и терпеливо забросив их в воду вновь, поспешил к своему партнёру по семейному бизнесу за консультацией.

Найти «папу» удалось в салоне команды – с неподдельным интересом, в числе других моряков отдыхающей вахты, глядел он по видику новый голливудский фильм, что взяли по традиционному обмену на время выгрузки у мурмашей.

Потому, поведать проблему пришлось шепотом – и чтоб зрителям не мешать, и чтоб секрет фирмы не выдать.

Аркаша безмолвно пожал плечами. Не знал он в чем дело, не ведал. И вообще ему сейчас не до чайников с осьминогами – тут бы не пропустить, когда Ван Дамм всем злодеям по чайнику от души настучит!

- Стекло – оно прозрачное: он защиты в банке не чувствует, - не отрываясь от экрана, пояснил мне, настырному, наконец будущий тесть. – Надо как-то её затемнить, что ли?

Интересное кино!

Каким образом было затемнить банки? Обмотать, разве что, ветошью? Мысль придумал! Вот только, на осуществление этой блестящей идеи времени уже не оставалось – через час с с небольшим надо было спускаться в трюм. Так и забросил я в последний раз свои ловушки в мутную воду, да и пошел на ужин.

Выудил их уже в полночь – перед швартовкой: закончив выгрузку, отваливали мы от борта мурманской плавбазы. И банки, и чайничек оставались пусты – полный голяк!

Но, это от того, конечно, что не успел я стеклянные, прозрачные затемнить – обмотать. А чайничек всё же был непростительно мал для приличного осьминога. Ну, и приманку положить, конечно надо было: чего-чего, а протухающую рыбу, что стала бы настоящим деликатесом для головоногого, в закоулках промысловой палубы отыскать бы удалось без труда. И, глядишь - пошло бы дело, поехало: не успевал бы осьминог, всеми осьмью своими ногами впопыхах спотыкаясь, в ловушки заползать - запрыгивать, а мы с Аркадием прибыль считать!

Потому, как в следующий раз отправитесь на французскую Ривьеру или испанское побережье – обязательно чайник ( желательно побольше размером) не забудьте с дома прихватить: верится, промыслу осьминога я обучил вас в полной мере собственных знаний и опыта.

https://proza.ru/2024/07/19/1141

153

Георгий Товстоногов:

"Однажды вместе с другими артистами поехали на шефский концерт в ПТУ. Выходит артист Евгений Лебедев на сцену - в зале сидит человек пятьдесят угрюмых пэтэушников. Что же, думает, им такое показать, рассказать? Классику? Нет, не пойдет. Байки? Как-то несерьезно. Дай, говорит, расскажу, как я работаю над образом, как артист перевоплощается. "Вот стою я перед вами, обычный человек, и вдруг, - поворачивается, - и я уже какая-нибудь кикимора болотная. И, - рассказывает Женя, - заблажил я, показывая свою знаменитую кикимору. В зале какая-то тишина странная. На первом ряду сидит парень в телогрейке, в сапогах. И говорит: "Ты чего, отец, офонарел, что ли?" Ну, конечно, слово он другое сказал. Актеры за кулисами так грохнули, что Женя, бедный, испугался. Ну вот, придет он домой с такой байкой, только что с ним приключившейся, - разве не рассмеешься?"

154

Аргумент о том, что евреи жили на земле Израиля раньше, чем палестинцы, не может оправдывать текущую оккупацию ++++ Рассмешил мил человек, ей богу. У вас там что в фсб истории не учат? Разве можно оккупировать страну которой нет и небыло никогда?

155

День рождения коллеги.
Служба в милиции. Я – младший сержант, пом. деж. Вот-вот! Дежурная часть, Ленинский райотдел Новосибирска, конец октября 1992 года. Я помощник дежурного. Забот намного меньше, чем у дежурного, но, тоже хватает. Доставленные в отдел, по тем или иным основаниям люди, все на мне. Всех надо досмотреть, надо проверить документы, надо проверить основания для доставления, проверить всех по адресному бюро и по информационному центру, для этого у меня два городских телефона с дисковым номеронабирателем, дозвониться по которым до АБ или ИЦ вечером… это еще тот квест.
Да, по этим же телефонам в милицию звонят граждане, надо представиться, выяснить причины звонков, если что-то произошло, то необходимо перенаправить в нужный отдел или отделение, для этого, карту территории обязан знать наизусть, а уж улицы, по которым проходят границы территории, знать в подробности. Ну, а если на нашей территории, то, по возможности, либо пригласить в отдел, либо объяснить, где и когда ждать патрульную машину. Ах да, один из этих телефонов постоянно пишется на специальный магнитофон, днем прослушивается заместителем начальника отдела постоянно, ну а запись, по мере необходимости.
Кроме этого, по доставленным, необходимо определиться, кого куда. Кого в камеру, кого в уголовку, на кого просто составить протокол и отпустить, обязав явкой. По каждому собрать пакет документов, по арестованным, проверить отсутствие недозволенных вещей при себе… Для полноты картины, в придачу к двум городским, сорок внутренних телефонов, две стационарных радиостанции… Ну и так, для бодрости, время от времени визит прокурора, который, как раз и проверяет наличие оснований для задержания и водворения в камеру… Если выясняется, что кто-либо находится в камере дежурной части более трех часов без материала на него, то лицо немедленно выпускается на свободу, ну а мне готовится бодрящая клизма на пол ведра скипидара, настоянного на патефонных иглах. Эффект!!! Бл… Волшебный!!! Нет, я не жалуюсь… некогда, бл…У других коллег ведь не веселее.
Вечер был, как вечер, еще ни одного трупа, тьфу-тьфу. Пока ни одной шапки, тепло еще на улице… Квартирные кражи, в основном. Я одной рукой звонил, другой рукой писал, третьей рукой сигарету держал, четвертой рукой коллегам дверь открывал, нажимая на кнопку… Пятой рукой, ой, заврался, рук же у помощника дежурного всего четыре… Это только у старшего оперативного дежурного шесть рук, да еще два дополнительных глаза и одно ухо, на то он и старший дежурный! В отсутствие начальника райотдела, отдел подчиняется дежурному. Но и ответственность несет тоже дежурный по отделу. Не назначают на эту должность ни глупых, ни трусливых, ни карьеристов. Я работал в смене Петровича, человека грамотного, тертого, битого, работу свою (да и не только свою) знающего. Он мог сам отчитать (и крепко) накосячившего сотрудника, но, никогда не сдавал коллег начальству. Работать с ним было не просто, но надёжно.
Времени было уже около 23 часов, из следственного изолятора, находящегося в нашем же здании, дальше по коридору, позвонил дежурный по ИВС.
- Слушай, Виктор, сильно занят?
- Да, не особенно, Василий… Не больше, чем в прошлую пятницу, а что?
- Помощь твоя нужна… Жулика одного вытащить из камеры…
- Сейчас, у дежурного спрошу…
- Добро. Жду.
Дежурному: - Петрович, я в ИВС забегу?
- Что случилось?
- Да, я и сам не знаю, Василий помочь просил…
- Давай, только быстро, ещё надо срочно в адрес один выскочить, наши все на заявках, ты поедешь.
- Понял, я мигом.
В ИВС нельзя с оружием! Совсем! И никому!!! Ладно, я, вроде, это требование забыл… Ствол под курткой форменной, на животе, ближе к левому боку, в обрезанной кобуре, чтобы проще и быстрее было… Да и сзади никто до него не доберется.
- Ты что, левша? – как-то поинтересовался наш водитель.
- Почему ты так решил?
- Так ствол слева на животе…
- А у тебя по уставу, на правом боку?
- Ну да… Как положено.
- Ясно. Ты в дежурном Уазике мотаешься, сзади кто?
- Хы, кто… Сам не знаешь, разве. Жулики.
- Ну вот, а ствол твой где? Справа сзади? Между сидений? А ты баранку крутишь, а жулики сидят и на ствол облизываются… а ты его даже и не пристегиваешь ремешком… Что будет, если какой-нибудь жулик догадается ствол твой дюзнуть? Кто из вас до отдела доедет?
- А, е… Ах ты ж бл… а я и не думал никогда…
- А ты подумай!
Пару смен спустя, подошел он ко мне и рассказал, что ствол перевесил и понял, что так надежнее. Да и из-под одежды стало гораздо удобнее доставать… Ну и хорошо.
Ладно, бог с ним, со стволом. Я с ним в ИВС и пошел… Не видно под курткой, надеюсь.
Василий не так давно перевелся к нам в райотдел откуда-то из области, работал до это в ГАИ, не пацан зеленый, но дежурным по ИВС он стал с месяц назад. Встретил он меня в ИВС приветливо, попросил помочь вытащить заболевшего жулика из камеры, мол, живот у того разболелся, по всем симптомам, на аппендицит смахивает. Пошли с ним к камере. Камеры в ИВС без каких-либо удобств, размерами, примерно, четыре на четыре метра, в дальней половине камеры большая деревянная лежанка, на половину камеры. Что-то среднее между одним большим топчаном и полатями. Деревянное, сплошное возвышение, наверное, около полметра высотой. Дверь в камеру железная, с глазком. Дверь с ограничителем, распахнуть не получится, открывается она с таким расчетом, чтобы мог пройти человек, да и то, еле-еле. Василий отпер замок на двери и приоткрыл ее. Я заглянул внутрь. Там было человек семь или восемь, один лежал на лежанке, держался руками за живот и стонал. Стонал негромко, но, с чувством.
- Выносите его сюда, - сказал Василий в камеру.
- Оно нам надо, начальник? – ответил один из сидельцев, с синими от татуировок руками, - это тебе надо, ты его и вытаскивай, видишь, идти он сам не может. Загибается…
Не понял, почему, но ситуация мне не нравилась. Сильно. Надо что-то делать. Не дай бог, действительно аппендицит, может и умереть в камере. А за такое ЧП всем подарков надарит прокуратура.
- Так, уважаемые, - это уже я, - берем товарища и несем его сюда, к двери.
- Да вот уж х... ты угадал, начальник, - раздался ответ, - сами и тащите, вас вон двое.
- Ладно, не получается у нас нормальный разговор, - заметил я, - ну, раз так, намекаю, я сегодня как раз перед сменой новый баллон «Черемухи» у старшины получил… Я не жадный, поделюсь с вами… В камеру, сейчас, ополовиню, а дальше мы с Василием подождем за закрытой дверью, когда вам невмоготу там сидеть будет. Вот первым больного и примем, а дальше подумаем, что с вами делать.
- Да ты чо, начальник, в натуре попутал?!?!
Я достал баллон с «Черемухой» и поднес к дверному проему.
- Ну что, начинаем?
- Да пошел ты на х…, совсем менты ох… сейчас вытащим.
Матерясь и кряхтя, потащили соседи товарища своего к двери.
- Ближе, - говорю, - несите!
Подтащили и опустили страдальца на пол, рядом с дверью. Добро. Убрав «Черемуху» в карман куртки, вытащил из другого браслеты, перехватив у одного из «добровольных» помощников сжатую в кулак, правую руку страдальца, защелкнул на запястье браслет. Я за руки, соседи изнутри камеры за ноги, вытащили болезного в коридор, я застегнул вторую дужку браслетов на т-образном соединении трубы отопления, а Василий, стоявший у двери и контролировавший её, в этот момент захлопнул и запер дверь камеры. Стоим, соображаем. Страдалец извивается на полу, держится левой рукой за живот, не забывая стонать, умудряется еще и крыть нас отборным матом, за садизм, за… ну, за всё. Правая рука в браслете, сжата в кулак. Между пальцами какой-то белый порошок… Может ему таблетку, какую дали уже? Ладно… Некогда…
- Василий, - говорю, - я в адрес смотаюсь, оперативный дежурный направил. Этого не отстегивай, скорую вызови, благо, сегодня там Наседкина дежурит, знаменитый человек, доктора лучше прямо сюда проведи.
- Хорошо, - говорит, - ты без браслетов как?
- Да я у дежурного сейчас возьму, свои потом заберу у тебя.
- Ну, давай тогда…
Смотался я на выезд, даже не помню, что там было, наверное, очередной кухонный боксер… Вернулся в отдел, наверное, около часа ночи.
- Ты обедал? – спросил дежурный.
- Когда бы, Петрович, - ответил я.
- Я тоже не обедал. Поеду на хлебозавод, поем. Со мной поедешь?
- Нет, Петрович, спасибо, не хочу перед сном наедаться…
- Ха ха, сон на сутках, хорошая шутка, - сказал Петрович, - ладно, я уехал, здесь Андрей пока на пульте посидит. Да, Василий снова тебя искал, просил зайти.
- Андрей, - сказал я, - Петрович на обед поехал, я в ИВС зайду. Если что, звони туда.
- Угу, - хмуро сказал Андрей, - много не пей.
- Какое «пей» я же по делу… Да и не пью я на смене…
Постучав в дверь ИВС, дождался щелчка замка и зашел внутрь… Обалдеть, какой запах!!! Все, кто служил в армии, знают, что после отбоя «деды» лакомятся вкуснейшим деликатесом – жареной картошкой. Вот и сейчас запах жареной картошки напомнил и детство в поселке и армию… Здесь то почему так чудесно пахнет? Василий встретил меня еще более приветливо и повел в кабинет, откуда и доносился сумасшедший запах. На столе в кабинете, стояла большущая сковорода жареной картошки, рядом лежало толстенное соленое сало, нарезанное очень тонко, возле сала лежали дольки чеснока. В картошку были воткнуты две вилки. Это был пир! Вот только повод? Уселись за стол. С заговорщическим видом Василий достал из сейфа поллитровку и стаканы… Разлил. Оп-па?!?!? Это в честь чего?
- Давай за день рождения! – предложил он тост.
Чокнулись. Заели салом с чесноком. Я же обещал Андрею много не пить, но не говорил, про чуть-чуть… Вилки застучали по сковороде. М-м-м… Объеденье! А с салом! С чесночком! Да после рюмки… Да, учитывая, что завтрак был около семи утра, а обедать я с Петровичем не поехал…
- Слушай, - говорю, - а что ж ты не сказал про день рождения… Я бы что-нибудь в подарок сообразил, хоть зажигалку какую…
- Да я, - говорит, - и сам до вечера не знал. А подарок… Так ты мне его уже подарил!
- Как? - заинтригованно спросил я.
- Да, понимаешь, жулик сегодняшний, ну, этот, с больным животом…
- И что жулик больной?
- Да не больной он вовсе…
- В смысле?!?!?!
- Он по мокрухе попал сюда. Завтра ему обвинение предъявлять должны. Будет он обвиняемый. А пока он просто задержанный.
- Пока ничего не понятно, - помотал я головой.
- Сейчас по второй, дальше объясню, - сказал именинник.
- Ну так вот, слушай дальше… Всё дело в том, что уголовная ответственность за побег возникает только при определенных условиях, например, за побег, совершенный лицом, взятым под стражу, например, обвиняемым. А за побег задержанного, только штраф или пятнадцать суток максимум.
- Подожди, так ты говоришь, обвинение только завтра?
- В том и вопрос, а у «хозяина» он уже гостил, человек он бывалый… Да и в камере с ним ни одного первохода, подобралась публика, - Василий снова закурил…
- Скорая приехала, фельдшер его глянул, укольчик ему вкатил, мне потом сказал, мол, симулянт, и не сильно опытный… Никакого аппендицита, учитывая, что аппендэктомия была сделана жулику еще в школе…
- Чего сделано? – не понял я.
- Ну, аппендицит ему вырезали, короче.
- И что, ты его в камеру обратно?
- Конечно, но, только уже с бумажкой от скорой в деле. Ты слушай, дальше ещё интереснее… Я их разговоры в камере послушал, план у них был простой и реальный. Вызывают они меня, я естественно, должен меры принять, в камеру зайти и попытаться его вытащить. В правой руке у него зубной порошок был, он его мне в глаза собирался сыпануть… Пока бы я проморгался, в лучшем случае, в заложниках бы оказался. Терять им почти всем нечего. Ну а дальше, забирают они у меня ключи от камер, открывают двери и не торопясь выходят в коридор. Пользуясь ключами, открывают сейфы и дела с собой уносят. Дальше, в лучшем случае, так же спокойно, на улицу… Ну а там, дай бог ноги. В худшем, блокируют дверь в дежурку, у вас же там одна дверь, и та наружу открывается… а в окнах оргстекло вместо простого… Сидели бы вы там и смотрели, провода телефонные-то снаружи… Пока по рации с кем-нибудь связались бы… Вот и всё. Кто бы меня до утра хватился… а там, даже если и поймают, если я живой, то им по пятнадцать суток… Ну, а если…, то терять этим беспредельщикам все равно нечего.
- Ну ни х.. себе, - деликатно заметил я, - ну, тогда наливай, именинник! С днем рождения!
- Давай! С удовольствием. Да, ходит этот крендель потом по камере, кореша его пытают, мол, что же он не сделал, как планировали? Он поясняет, мол, и не думал, что не один, а двое придут… Что в камеру заходить откажутся… Что в двери ещё, браслеты на руку наденут и к батарее пристегнут… Что один со стволом будет… Стоял ты так, что добраться из камеры до тебя было не просто… Мог бы и завалить…
Призадумались… Вот как оказывается, а могли бы и не пить уже… Все под богом ходим. Да уж, за такое и водочки не грех…
- Ну что, добиваем?
- Ну, давай, да я пойду, а то я Андрею обещал много не пить…
- Да ладно, ведь за день рождения!
- Да уж!!! С днем рождения, здоровья тебе и долгих лет жизни, коллега!!!

156

Ехал в аэропорт на такси, водила азер (как потом выяснилось), но прилично выглядящий и на какомто нормально упакованном праворульном корыте. Ну и чет он носом клевал там, так что я даже пристегнулся и начал ему вопросы про город задавать, чтоб не уснул. Кстати, норм по-русски, балакает, почти без акцента.

Так вот. Хуё-моё, разговор зашел про Питер и отличия от Владивостока. Питер плоский как стол, а во Владике перепады высот ебейшие. Китайских туристов у них много, а у нас европейцы почти не едут после начала войны. Ну и так далее. Беседуем, крч, и тут он спрашивает че у нас с приезжими. Ну, я, чтоб ежели чего не драться с таксистом, максимально нейтрально поясняю, что их чуть меньше ляма за последний год, в основном таджики и узбеки. Вообще ни разу не разжигая, так как хуй его знает кто он там по национальности.

И тут случилась ДРУЖБА НАРОДОВ из палаты мер и весов. Диалоги эпохи, ептеть, прям как у Симоньян. Его аж перекосоебило всего и он выдал тираду, общий смысл которой: "ДА ЗАЕБАЛИ ОНИ ЕХАТЬ, СУКА, ВЕЗДЕ, БЛЯДЬ, ТАДЖИКИ И УЗБЕКИ, КУДА НИ КИНЬ, ВО ВЛАДИКЕ ОНИ, В ПИТЕРЕ ОНИ, СУКА, В КАБАРДИНО-БАЛКАРИЮ ПРИЕЗЖАЮ – ТОЖЕ ОНИ, ХУЙ ЕГО ЗНАЕТ ЧЕ ОНИ ТАМ ДЕЛАЮТ, ТАМ ЖЕ РАБОТЫ НЕТ, НО ЕДУТ И ЕДУТ!", ну и так далее. Он ещё минут пять злобно шипел вцепившись в баранку и вообще забыв про меня, походу дела. Потом чутка успокоился и пояснил, что хотел в Питер перебраться, томушта "эти заебали". И думал, что у нас их нет. Ну, я ему рассказал, что у нас +800к за год приехало и у них тут ещё всё кайф, относительно европейской части страны.

Но я прям угарнул с этой дистиллированной ненависти. Мы-то както привыкли под 282 ходить и даже мысли фильтровать. "Нет плохих национальностей, есть необразованный агрессивный кишлак, который сюда везут", вся хуйня. А у водилы такого травмирующего опыта нема, поэтому он в своем шовинизме искренен и ни в чем себе не отказывает. Разве что не зиганул.

Этим знанием следует дорожить.

157

История про Гошу.

Я не умею придумывать истории. Подрихтовать могу, но история обязательно должна была случиться в моей жизни. К сожалению, веселых историй было меньше, чем грустных, но грустные читать не любят. Может потому, что своих печалей хватает. Вот вспомнил еще одну, которая, кажется, подойдет для этого сайта.

Сыну подарили попугая. Попугай был породы жако - это такие серо-голубые с красной шапочкой, размером с голубя. Скорее всего прежние владельцы от него (попугая) просто хотели избавиться.

Попугаи этого вида обычно хорошо говорят, но Гоша говорить человеческим голосом не хотел, зато здорово подражал разным звукам. Он лаял совершено точно как наша собака Катя, чем первое время вводил ее в путаницу – она отвечала ему думая что есть веская причина полаять, но вскоре сообразила что к чему и вообще перестала лаять даже когда стоило.

Другим навыком Гоши было подражание человеческому смеху. Он так заразительно смеялся, что домашние без всякой причины начинали смеяться тоже, причем в отличии от Кати мы так и не научились игнорировать его смех, разве что останавливались когда уже сил смеяться не было. Помимо лая и смеха Гоша еще подражал крикам птиц, которые освоил когда клетку с ним мы выставили на балкон чтобы в доме было потише и почище.
Понятно, что на зиму Гошу пришлось забрать назад в дом. Вместе с Гошей в дом был внесен весь птичий гам – крики ворон, щебетание воробьев, песни скворцов и много еще каких уличных звуков только в десять раз громче. Свою какафонию Гоша начинал с восходом солнца, что не всегда совпадало с нашим утренним расписанием. Поэтому, чтобы выспаться мы стали с ночи накрывать Гошину клетку пледом – это давало возможность поспать чуть попозже.

Как-то приехала к нам в гости старая знакомая со своей дочкой. В то время все три сына жили с нами так что все спальни были заняты и гостей мы поселили в гостиной, где обитал Гоша.

Гостья эта с одной стороны заслуживает описания, а с другой стороны соблюдения конфиденциальности. Дело в том, что наши отношения сложились еще в моей прежней стране, где эта дама заведовала общенациональным собачим движением, да и сюда она приехала по собачим делам, а я ей содействовал по старой памяти.

Она была женщиной во всех отношениях, но женщиной с мужскими яйцами, т.е. умела добиваться своих деловых целей во чтобы то ни стало. А от женщины в ней была вся эта внешняя мишура – если встретишь ее днем обратишь на нее внимание, все на месте: и кудряшки и брови вразлет, и губки бабочкой, и наряды.

Например ее норковая шубка была очень хороша, правда когда она одела ее на Вестминстер-шоу все внимание окружающих было на ней – она была польщена этим не зная, что для любителей животных меховая шуба как красная тряпка для быка.

Так что в течение дня она была достаточно мила. Но однажды утром я выходил из ванной, а она туда хотела войти – я вскрикнул от ужаса: без парика, бровей, ресниц, помады передо мной был чистый Фантомас.

Однако я отвлекся от собственно истории о Гоше. В тот день нам всем нужно было уйти очень рано и я прокрался в гостиную, чтобы снять плед с Гошиной клетки – гостьи могли не сообразить и не гоже Гоше сидеть сутки в темноте.

Вечером приходим мы домой, а Гоша нас встречает не смехом, не свистом или лаем, а руганью:
- Сволочь! Заткнись уже! – и это голосом гостьи, но без мата, который я здесь опускаю.

Моя гостья заметалась:
- Ой что это он врет, я такое не говорила. – Ей было очень неудобно что она грубо разговаривала с птичкой гостеприимных хозяев.

К сожалению эта фраза на долго осталась в репертуаре Гоши, а то чему мы хотели его научить он игнорировал начисто.

159

За свою довольно долгую жизнь я побывал в разных ипостасях – одни чтобы удовлетворить свое эго, другие, чтобы содержать семью. Некоторые из них оставили почти философские воспоминания, другие – смешные казусы, которые подходят для данного форума.
Одной из этих ипостасей было заведование ветеринарной клиникой. Надо сказать, что клиенты такого бизнеса уже по определению специфические люди – любовь к животным дана избранным, а избранные не относятся к разряду обычных/нормальных.
В круг моих обязаностей входило разруливание нестандартных ситуаций, хотя их было так много, что уже не вполне корректно называть их нестандартными. Вот кратенький список первых пришедших в голову.
У вполне себе нормального, представительного вида мужчины умерла кошечка. Печально, но бывает. Дня три он ее держал дома, надеясь, что она передумает. Потом принес к нам. Доктор подтвердил, что кошечка давно умерла и остается только ее достойно похоронить. Такой сервис мы тоже оказывали. Слезы, долгое прощание и трупик идет в морг. Хозяин заказывает похороны по первому разряду, оплачивает и уходит.
На следующий день звонок от него:
- Я извиняюсь, там у вас моя кошечка. Она случайно не проснулась?
- К сожалению нет. Похоронное агентство заберет ее через пару дней т.к. очередь на выбранное вами кладбище.
- Спасибо... А можно я ее навещу?
- Конечно можно, но вы уверены, что хотите видеть замороженный труп?
Пришел. Мы кое-как привели труп в удобоваримый вид. Поплакал.
На следующий день звонок и точно такой же разговор. Пришел, поплакал. И на следующий день тоже.
Я позвонил в похоронное агентство и поторопил с забором тела. Мужчина опять пришел, узнал новости, взял телефон похоронного агентства и ушел. Больше я его не видел, но было интересно как долго он еще звонил туда выясняя не ожила ли кошечка. Смешно, грустно и трогательно.
Другой случай. Приносит человек собаку с проблемой. Доктор осмотрел, поставил диагноз и сообщил сколько это будет стоить. Хозяин собачки просит позвать менеджера, меня т.е.
- У меня выгодное предложение: давайте устроим бартер. Я пою в дорогом ресторане. Очень хорошо пою. Давайте я вам спою, а вы вылечите мне мою Жучку бесплатно.
От неожиданного предложения не сразу нашел что ответить. Договорились о дискаунте порядка 15% - ведь петь он будет без оркестра. Вечером он спел. Спел неплохо. Разве что прохожие и соседи удивлялись, слыша его пение из ветеринарного офиса.
Одной из функций ветеринара является искусственное осеменение. Бывает так что сватающаяся пара высокопородных собак живет по разные стороны континента и тогда ветеринар кобеля собирает сперму и отсылает ветеринару суки, а тот вводит ее куда надо и подписи ветеринаров заверяют сватовство.
В очередной раз за таким сервисом обратился хозяин овчарки.
- Доктор! Пожалуйста используйте самый толстый катетор. Мне совествно перед моей Альмой, что она забеременеет без удовольствия от секса...

Если не сильно раскритикуете напишу еще.

160

- Это у тебя что? - спросил Халфлинг, заметив в руках у Принцессы толстую пачку писем очень официального вида. - Это от кого?
Принцесса молча показала ему оттиснутый на конверте логотип отправителя.
- "СОППППППЛЯ"... - прочитал Халфлинг и поднял глаза на Принцессу. - И как оно переводится?
- "Святое Общество Противодействия Попыткам Похищения Прекрасных Принцесс Противными Летучими Ящерами", - расшифровала Принцесса.
- И чего этому Обществу от тебя надо?
Принцесса скривилась.
- Помнишь, меня не очень давно украл дракон?
- Помню... - мечтательно протянул Халфлинг. - Но потом ты набила ему морду и сбежала.
- Я ему все три морды набила, но суть не в этом. СОППППППЛЯ внимательно рассмотрело этот случай похищения и вынесло ряд постановлений для урегулирования конфликта между драконом и мной.
Халфлинг помолчал несколько секунд, задумчиво почесал волосатую пятку и изрёк:
- Чё..?
- Ну вот, смотри. - Принцесса развернула первое письмо. - СОППППППЛЯ выражает озабоченность участившимися случаями принцессокрадства, но ответственно заявляет, что мой случай не подпадает под это определение. Потому что и я, по их мнению, недостаточно прекрасная, и дракон недостаточно противный, и вообще, может, это я сама его спровоцировала.
- А ты его провоцировала? - заинтересовался Халфлинг.
- Нет! - отрезала Принцесса. - Но Обществу нужны твёрдые неопровержимые доказательства моей невиновности. У меня они есть, и две головы дракона тоже прямо заявляют, что это он меня похитил, но третья голова дала своё честное слово, что её там не было, так что СОППППППЛЯ отказывается рассматривать дело. У них полно других забот и без моих глупостей.
- А разве защищать принцесс от драконов не является их главной заботой?
- Ну что ты! Конечно же, нет! Они... минутку... вот! - Принцесса нашла в письме нужную строчку, - "...денно и нощно наводим мосты взаимопонимания между ящерами и принцессами, укрепляем деловые и культурные связи, улаживаем конфликты и способствуем принятию разумных компромиссов..." и т.д. и т.п. А я тут, понимаешь, морды драконам бью! Нарушаю гармонию! Более того, я же ещё и сбежала самовольно, не дожидаясь санкции Общества! А это вообще ни в какие ворота!
- Ага, кощунство и святотатство! - кивнул Халфлинг с пониманием. - Общество-то, как ни крути, Святое.
- Вот именно. - Принцесса показала другое письмо. - СОППППППЛЯ выражает протест против зверского уничтожения мной кладки драконьих яиц.
- И много там яиц было?
- Дракон был самец. Но согласно заявлению пострадавшей стороны, я перебила яиц не менее шести сотен. А вот другое постановление. О том, что раз уж я сожительствую с драконом, то обязана его кормить, поить, ласкать, и выгребать из пещеры его дерьмо. Я же баба! Это мой священный долг!
- Да, я помню, Общество Святое.
- Ну вот! Пока они там наводят мосты и принимают компромиссы, кто-то должен заниматься грязной работой и заботиться о драконе. А то, случись с ним что - и не с кем будет заключать компромисс, вся многолетняя подготовка насмарку. А вот ещё письмо, из отдела психологической поддержки при Обществе. Счёт от психологов.
- Ты проходила реабилитацию после похищения?
- Мне-то зачем? Это дракону нужна была реабилитация. Добыча сбежала, гордость попрана, душевная травма на всю жизнь. Вот, список психологических проблем, которые психологи выявили у дракона, полтора листа мелким шрифтом.
- Они обследовали дракона?! - удивился Халфлинг.
- Вот ещё! - фыркнула Принцесса. - Они психологи, а не психи. Собрались, посовещались, и поставили диагноз дистанционно. Мне - счёт за консультацию. Кто-то ведь должен оплатить их тяжкий труд, но не дракон же!
- А в остальных письмах что?
- По-разному, - пожала плечами Принцесса. - Гневные осуждения, суровые порицания, строгие взыскания и сдохнуть пожелания. Ах да, ещё о членских взносах напоминания. Всё в таком роде.
- За что они с тобой так сурово? - спросил подошедший незаметно Варвар.- Как-то неправильно это.
- А что ты знаешь о драконах и святых обществах? - быстро спросил Халфлинг, обернувшись к нему.
- С обществами дел не имел, - уклончиво ответил Варвар, - а о драконах знаю то же, что и все. Здоровенная кровожадная тварюга, летает где вздумается, сжигает всё вокруг, разрушает города, ворует скот и девушек, живёт в пещерах, спит на золоте...
- Вот то-то и оно, что драконы спят на золоте - перебил Варвара Халфлинг. - Кто, по-твоему, финансирует все Святые Общества?

161

Мама Вовочки пишет записку классному руководителю: « Марья Ивановна не смейте так сурово ругать нашего Вовочку! Он нежный, слабый и ранимый ребенок. Мы с мужем никогда его не били, ну, разве только в порядке самозащиты...»

162

Солдаты и награды-2
(Начало- в истории 1 год назад, 22.06.2023, в https://www.anekdot.ru/id/1401722/)

В предыдущей части я рассказал о трех наиболее необычных, на мой взгляд, случаях на ВОВ, о которых довелось узнать в конце 70-х и далее, в ходе личных встреч с участниками событий.
Сегодня решил написать еще о нескольких случаях, о каждом из которых узнал тоже на основе личных встреч с участниками событий в конце 70-х, каждый из случаев тоже по-своему необычен.
Нумерация случаев- сквозная, начиная с предыдущей истории.

СЛУЧАЙ 4. Как и в предыдущей истории, услышал о нем, когда составе группы студентов и недавних выпускников проехал на велике в конце 70-х по боевому пути 96-ой гвардейской Иловайской дивизии, изначально сформированной в Сибири, освобождавшей Донбасс, начав от Сталинграда, после пленения там группировки Паулюса. За давностью лет уже стерлось, было ли это рассказано на территории России или Украины. (Визуально тогда мало что менялось, при перемещении с Ростовской области, до которой мы доехали, на Донбасс. Разве что надпись на дорожных указателях на степной дороге, если вчитаться, оказывалась "Колгосп..." вместо "Колхоз...", причем форма и цвет указателей были везде совершенно идентичные. Да и ушами улавливалась мало чем отличающаяся речь здесь и там, но с появлением некоторых новых словечек и как бы с большей напевностью в голосах. Например, дошкольная и младшешкольная деревенская детвора, с интересом разглядывая для них ранее невиданную конструкцию с блоком звездочек на заднем колесе велосипедов, обсуждала: "...Цепка слета, цепка перелета...". Это вместо русского "Цепь соскакивает, цепь перескакивает", в котором, по сравнению с украинским, ощущался как бы официоз, канцеляризм.)

В одном из колхозов (или колгоспов), где была предварительно согласована ночевка (типично на матах в пустующем летом школьном спортзале или в вагончиках на полевом стане) мы по приезду встретились с председателем в его кабинете. Он сказал, что в их колхозе ветеранов той 96-ой дивизии, по боевому пути которой мы едем, нет. Но он организует нам встречу с участником обороны Сталинграда, а именно известного на всю страну дома Павлова. Завтра утром этот участник обороны придет для этого сюда в кабинет, приходите и вы.
Это был крепкий мужчина, так выглядели обычно телохранители, появившиеся позднее в 90-х. Никаких наградных знаков на нем не было,- он был в белой нейлоновой рубашке с закатанными по локоть рукавами и серых тщательно отутюженных брюках, которые почти что облегали накачанные ноги. Нетипичный для колхозника облик усиливала красивая грива на голове- зачесанные назад еще густые волосы, и, похоже, модельная стрижка. В колхозе! Похоже, он следил за своей внешностью и производил впечатление на женщин. Никаких следов пристрастия к зеленому змию на лице у него не было.
Начал он свои воспоминания "с места в карьер", огорошив меня тем, что никаким выдающимся этот дом в тех боях не был, там было много таких же домов, где так же воевали. Всего им хватало, сказал он,- и оружия, и боеприпасов, и воды, и еды. Про связь и медобслуживание он ничего не сказал, но, по-видимому, они тоже были ими обеспечены. Иначе, полагаю, он упомянул бы об испытываемых трудностях. Они отстреливались. В одну из ночей к ним пробрался корреспондент с газеты. Поговорили с ним, он убыл. Потом уже, когда этот корреспондент уже как бы и подзабылся, к ним пришла газета с публикацией этого корреспондента о них, где корреспондент назвал этот дом "домом Павлова". Бойцы, прочитав статью, шутливо стали подначивать Павлова, что у него, оказывается, недвижимость в Сталинграде есть, целый дом!
Так с легкой руки корреспондента появилось историческое понятие "дом Павлова". И закончил свой рассказ ветеран вновь подчеркиванием, что они в этом доме не были уникальными, так воевали тогда и в других домах, просто к ним выпал случай пробраться в ту ночь корреспонденту.
Этого ветерана я до сих пор временами вспоминаю как пример скромного и порядочного человека. Который воевал не за славу.

СЛУЧАЙ 5. Эта встреча произошла уже точно в "колгоспе", где нам тоже предстояла ночевка. Встретивший нас председатель тоже сказал, что у них ветеранов 96-ой дивизии нет, но сегодня вечером он нам организует встречу с бывшим узником концлагеря "Бухенвальд". У них возле центральной усадьбы есть красивый ставОк (слово "пруд" на Украине я не припоминаю в речи), там сегодня вечером мы можем посидеть с пивком и послушать бывшего узника. Поздно вечером, когда уже изрядно стемнело, приехала бортовая, похоже только освободилась после полевых работ (шла уборочная). С десятилитровой заготовленной бутылью пива, с председателем и подошедшим бывшим узником Бухенвальда мы приехали к ставку, живописность которого уже трудно было разглядеть из-за сгустившейся темноты. Первым делом принялись разливать пиво в одноразовые стаканчики, пока совсем не стемнело. И тут я заметил, что на лице председателя колгоспа отразилось явное волнение. -Хлопцы, так что же вы хотели от этого человека?!- громко воскликнул он. Стало неловко, мы начали говорить, что конечно же, послушать его воспоминания. Разлив пива прекратился, все повернулись к бывшему узнику.
Бывший узник выглядел невысоким грузным деревенским мужичком с большим пузом, весом навскидку 90-95 кг. Ничего не рассказав о себе до концлагеря, он сразу начал свой рассказ со времени пребывания в концлагере.
В бараке концлагеря всегда царили идеальные чистота и порядок. И все были здоровыми. Кто заболевал, почти незамедлительно "вылетал в трубу" (крематория). Среди узников лагеря выделялся один, бывший советский моряк, мощный и крепкий. При пленении его он оказал яростное сопротивление, раскидал полвзвода гитлеровцев. И его решили держать в лагере как возможного "племенного жеребца" на будущее. Он был единственный узник во всем лагере, который носил не лагерную одежду, а морскую тельняжку и что-то поверх нее тоже из морской формы. Звали его, как я запомнил рассказчка, Фима.
В один из разов в лагерь прибыл транспорт с людьми, среди конвоиров был полицай. Руководство лагеря определило его в барак вместе с заключенными (Может, это был транспорт с оставляемой территории?). Через некоторое время в барак пришел Фима, сходу двинул полицаю в физиономию, сказав "Сейчас ты у меня вылетишь в трубу!". И ушел. Вскоре пришли несколько человек и потащили этого полицая к крематорию.

Самое большое количество смертей, которое довелось видеть этому узнику в Бухенвальде, было в день освобождения лагеря американцами. Американцы стали раздавать еду. Через некоторое время повсюду стали валяться трупы умерших от заворота кишок.
На другие сутки американцы спохватились, и стали раздавать только черный кофе без сахара, а также сухие галеты, и только.
Выживших узников взвешивали. В рассказчике было на тот момент веса то ли 36 то ли 37 кг. Глядя на рассказчика, очень трудно было себе это представить. Наверное, главной наградой для него было возвращение домой живым.
В завершение рассказчик пожелал нам успехов в учебе и работе. Рассказывал он уже в почти кромешной тьме, может оттого и рассказ его хорошо запомнился. Пиво так и осталось невыпитым, держать водителя с уборочной, пока мы на берегу ставка попьем пивка, было бы явно неуместным.

Действия американцев со щедрой раздачей еды длительно голодающим до сих пор не выходят у меня из головы. Чудовищное невежество или чудовищный эксперимент?

163

Мансы Одесского Цирка
Был бы у Кадошки паспорт – была бы полноправным сотрудником цирка, а так как она собака паспорта ей не дали и в штат не зачислили. Кадошка была вышесреднего роста, скорее белой, чем серой и с черным пятном на правом ухе и левом боку. Ее обязанности были – после спектакля обойти зал ряд за рядом для проверки оставшихся посторонних, а еще полаять на тех, кто заходил в цирк днем, когда публики в нем не должно было быть.
В цирке есть буфет, а значит хороший шанс, что кто-нибудь, перебравши, заснет к концу представления и останется лежать между рядами. Снизу его не видно, а оставлять в цирке пьяного постороннего на ночь не хорошо. Ладно если что украдет или сломает, но ведь закулисами могут быть львы и другие серьезные звери. Вот Кадошка и обходил ряд за рядом с инспекцией. Мелкого нарушителя Кадошка мог и притащить вниз, а если найденыш покрупнее – звал лаем кого-нибудь на помощь.
За каждого найденного нарушителя порядка папа покупал Кадошке пирожное в буфете – заслуженная награда. Собственно имя Кадошка вроде как женское, но я за давностью лет не помню ее/его пола, да и в те времена я не заглядывал собакам под хвост. По крайней мере Кадошка никогда не имел потомства (иначе я бы обязательно взял себе Кадошкиного щенка – уговор такой с родителями был). И я не знаю откуда пошло это странное имя: одни говорили, что это исковерканное «кабы сдох», а другие уверяли, что это Карандаш (в миру известный артист Румянцев) его/ее так назвал в честь своих галошей.
Как я уже сказал, днем Кадошка (пусть для простоты дальше будет ОН) охранял центральный вход. Удивительным образом своих Кадошка знал хорошо, даже если они только на днях приехали. Может у цирковых запах особенный? В те времена, когда созвониться было большой проблемой, послать фото факсом вообще было невозможно узнавание своих было серьезнам делом даже для людей. Конвейер был огромный, в нем масса людей, которые чуть-ли не каждый месяц переезжали в другой город. Их встречали на вокзале, а для того, чтобы друг друга опознать встречающий стоял у выхода с перона и насвистывал: -« Фиу-фию» - уж не знаю как передать буквами этот свист (таким свистом в Одессе часто подзывали собаку), но любой цирковой знал этот пароль. Даже мы с братиком, если терялись в толпе, начинали насвистывать этот условный сигнал и нас тут же находили родители.
По-видимому, Кадошка тоже знал этот свист в качестве опознавательного сигнала для своих, но даже без него он легко отличал только что приехавшего артиста, идущего в цирк днем на репетицию или знакомиться с обстановкой в обычной одежде. А вот чужих встречал лаем. Не думаю, что его этому обучили чтобы предупреждать о визитах проверяющих из ОБХСС, партийных инстанций или других важных контор, но польза от этого была безусловно. Обычно никто на этот лай не обижался, зато визитера тут же кто-нибудь встречал и вел куда ему нужно – к директору, в бухгалтерию или еще куда.
Но нашелся дурак, которого Кадошкин лай оскорбил, и был этот дурак из очень влиятельной конторы: – Что вы себе позволяете! Культурное заведение, а посетителей встречает собака! А если она покусает кого-то?...
И накатал жалобу во все инстанции. Санэпидстанция, райком, чуть ли не КГБ занимались этой жалобой и приказали собаку убрать в клетку, а лучше усыпить.
Кадошку в клетку? Да ни за что – возмутились все цирковые. Все проблемы обычно решал папа. К сожалению, на низовом уровне жалобу важной персоны из влиятельной конторы погасить не удалось. Что делать?...
Пришлось папе идти с козырей.
За год до этого был такой случай. Один из секретарей горкома, кажется его фамилия была Борщ, регулярно приводил своих детей в цирк на каждое новое представление. Понятное дело, папа принимал высокое начальство по первому разряду: усаживал в центральную ложу, посылал буфетчицу с пирожными и лимонадом для детей, словом, оказывал всяческий кувет.
Потом Борща сняли – не знаю чем он провинился, возможно просто поддерживающий его суперначальник испарился. И вот, как-то зимой, папа видит этого Борща стоящим в очереди за билетами в кассу, как рядовой человек. Снять то его сняли, но дети у него остались и они по-прежнему хотели посетить цирковое представление. По моему даже в тот раз был аншлаг и билетов Борщу не хватило бы.
Папа подошел к Борщу и, как ни в чем не бывало, спросил его: - Чего вы тут делаете? Почему ко мне не обратились?
Взял его с детьми и посадил в ложу как всегда, да и пирожные с лимонадом прислал как прежде.
Всякое бывает - спустя пару месяцев Борщ опять попал в фавору. Более того, оказался на еще более важном посту в обкоме. И вот к нему-то и обратился папа с просьбой помиловать Кадошку.
- Ну разве я могу тебе в чем-то отказать?!. Во времена, когда от меня отвернулись все, ты принял меня со всеми почестями, хотя знал, что я вышел в тираж. Так что не обращай внимание – я сделаю пару нужных звонков и все будет в порядке.
Кадошка умер в очень преклонном возрасте, на посту как обычно.

164

Пятилетний пацан звонит в Швыдку Медычну Допомогу: - Алло, скорая? - Да, маленький, а что случилось? - Меня мамка бросила. - Печально, дитя, но разве в таких случаях звонят нам? - Вы не поняли, тетя: она именно бросила меня, а не ушла из семьи. БРОСИЛА. Похоже, у меня сломана рука...

165

Пятилетний пацан звонит 03: - Алло, скорая? - Да, маленький, а что случилось? - Меня мама бросила. - Печально, дитя, но разве в таких случаях звонят нам? - Вы не поняли, тетя. Она именно бросила меня, а не ушла из семьи. БРОСИЛА. Похоже, у меня сломана рука...

167

Когда я детстве путешествовал со своею Мариупольской бабкой по Дону, то одним солнечным утром нас навестила маман. Она как раз возвращалась с курорта на поезде "Адлер-Рига" и сошла по дороге в Белой Калитве. В привокзальном ларьке были только книги и сахарная вата. И вот так я получил в подарок кипу детской литературы местного издательства. Это были странные книжки по форме и содержанию. Бабка еще просила купить мне новые шорты, но таких в продаже не имелось и пришлось заказать у местной портнихи, которая их и пошила из старой наволочки.
Но возвращусь к книжкам. Они были напечатаны на серой оберточной бумаге в такой-же цветовой гамме. С пигментами видимо тоже была большая проблема. Красный был заменен грязно-малиновым, бежевый бурым, желтый каким-то поносным. Запомнилась одна с дурацким названием "Бибигон". В ней речь шла о каком-то гноме, упавшем с Луны во хлев, где он доставал какого-то местного индюка. Подоплеки событий я так и не понял. А еще был детский детектив о соревновании двух Черноморских городков за чистоту. По сюжету какой-то негодяй по утрам завозил мусор в чемоданах и разбрасывал по улицам, а пионеры его ловили.
Что в общем-то походило на правду. При пустых полках мусору там взятся было неоткуда, разве что было густо наплевано на тротуарах и ветер теребил шелуху от подсолнечных семечек. По ходу своего путешествия мы отправились в следующий городок и там я встретился с фанатами "Бибигона", троюродными братом и сестрой. Брат был на две недели младше меня, но важней и солидней. Родители-интеллигенты его следили, чтобы он поменьше общался со мной. А сестра вообще не обращала на меня внимания и носилась голышом по зарослям лопуха.
Потом мы вернулись, я отнес книги на мусорку и забыл про бибигонов. Пока спустя года таким же солнечным летним утром не посетил свою родную квартиру в Двинске. Я уже жил у староверов и пришел забрать кое-какие свои вещи. И вставив уже ключ в замочную скважину, услышал радостный вопль:
-Эдя!?
Я сразу узнал Бибигона из Горловки. Его невозможно было ни с кем спутать. Подобного я видел еще только одного. В 10м классе к нам пришел учиться "комсомолец из Бигосово". Ну еще потом по телевидению был показан олигарх Ходорковский. На Бибигоне был одет, невзирая на жару, костюм с галстуком, который несколько диссонировал с туфлями-говностопами и раздутой старушечьей кошелкой в руке.
Из кошелки был извлечен презент в виде двух пятилитровок варенья: черешневого и абрикосового. Я чуть не сблеванул. Варенье бибигоны варить не умели, не зная о пектине и ванили с корицей. Мятые ягоды просто плавали в сахарном сиропе.
- Ты бы лучше горилки привез!
Не обрадовался я. Потом я повел его в пивбар и показать город. Бибигон возмущался обшарпанными стенами подворотен и встреченными по пути красными мордами приезжих селян.
-Вижу, что тебе город особо не понравился? Завтра едем в Ригу, орган послушаем, в Юрмалу на пляж скатаем.
Заодно мне надо было посетить знакомого барыгу в Плевках-Плявниеках. Микрорайон был еще новый и до конца не благоустроен. Дорога от остановки представляла из себя два ряда бордюров с навезенными самосвалами посреди их куч щебенки. Мы пробирались вдоль бордюра и вдруг Бибигон скомандовал:
-Тримай саквояж, Эдя!
Я принял кошелку, а он резво взбежал на кучу щебенки, уселся на ее вершине, спустил штаны и стал наваливать на куче кучу. У меня отвалилась челюсть. Вечером странного брата, студента престижного вуза и любителя балтийских сыров я передал на попечение тетке.
Опять грядущие события перелистнули эту страницу моей памяти пока чрез несколько лет по приезду из Англии я не отправился погулять по своему городку со староверкой. Ей надо было выгулять наряды, а мне поразвеять ностальгию. По пути зашли в кинотеатр, в прокате шел фильм "Борат". Зашли от нечего делать, в зале сидела кучка народа. На экране начала идти какая-то муть и я уже было пожалел, как моя староверка толкнула меня в бок со словами:
-Смотри, наш Бибигон!
Я присмотрелся и грохнул со смеха. Потом зашелся в истерике. Кульминацией был тот момент, когда Борат Сагдиев снимает штаны и срет на улице Нью-Йорка.

168

Новороссийское высшее инженерное морское училище (НВИМУ), 1985 год.
Наконец-то наступил и для нас долгожданный четвертый курс.
Четыре лычки - это вам не жук на палочке.
Четыре лычки - это когда вместо полного построения потерявший всякую совесть дневальный кричит в коридор:
"В четырнадцатой роте вечерняя поверка произведена!"
Неужели теперь и на нашей улице?
Перед началом занятий, во время летнего отпуска, мы с другом отправились к нему на родину.
Неделя пролетела незаметно. Отлично провели время - поплавали в речке, погоняли на велосипедах, попутно снимая выдуманные нами цирковые велотрюки на мой недавно приобретённый фотоаппарат "Зенит". Обращамая плёнка Орвохром, сульфит натрия безводный, бромистый калий - вот это вот всё.
К концу поездки у меня всё-же оставалось ещё немало неотснятых кадров, поэтому я с нетерпением ждал новых ярких событий, чтобы завершить начатое.
И события эти не заставили себя долго ждать.
Ребята постарше готовились к выпуску - защищали дипломы, шли на распределение и, как оказалось, запасались альпинистским снаряжением.
Альпинизм в нашем училище по популярности уступал разве что спортивному ориентированию.
И вот тишина одного летнего утра была нарушена какой-то суетой и возгласами:
"Вы еще не видели? Идите скорее смотреть, пока не сняли!"
И мы с другом, вооружившись недавно приобретенным фотоаппаратом "Зенит", отправились на разведку.
Оказавшись снаружи, мы явились свидетелями событий, затмевающими своей яркостью любой из отснятых нами ранее велотрюков.
На высоте между четвертым и пятым этажом висела прибитая строительными гвоздями к бетонной стене курсантская форма. В те годы мы называли такие гвозди дюбелями.
Распятый "курсант" стоял (висел) в полный рост - брюки, фланка, гюйс, тельняшка - все дела.
Самым же вызывающим в той картине было, пожалуй, вопиющее нарушение ним формы одежды - фуражку-мичманку он держал под мышкой в правой руке.
Никакой норд-ост не спас бы незадачливого кадета от четырёх нарядов вне очереди, окажись тот в подобном виде перед лицом вышестоящего начальства.
Поддавшись охватившему нас всеобщему веселью, мы сделали несколько снимков вблизи, а затем отошли на сотню метров, чтобы заснять всю эту красоту панорамно, но были остановлены окриком:
"Стоять! Оба - ко мне!"
Кричавшим оказался дежурный по училищу капитан третьего ранга Присяжнюк.
Будучи дежурным по училищу, это он, выражаясь культурным морским языком, протабанил ночные события, ответственность за которые теперь возлагалась тяжким грузом на оба просвета его погон.
Однако четыре лычки - это вам не жук на палочке.
Четыре лычки - это когда вместо полного подчинения приказу уже хватает дерзости развернуться на необходимое количество градусов и рвануть наутёк, что мы с товарищем успешно и проделали.
И в самом деле - зря мы что ли все предыдущие три года бегали многокилометровые кроссы?
Шкаф бывало: "Я вас наказываю не за то, что вы совершили нарушение, а за то, что попались."
Но радость наша была преждевременной. Минут через пятнадцать в роте было объявлено срочное построение.
Перед строем возник уже упомянутый Присяжнюк, и потребовал:
"Старшина, отдай команду - фотографам выйти из строя!"
Один из наших товарищей решил, что фотографов ожидала какая-то шара (холява), и совсем уж собрался сделать шаг вперёд, но мы его опередили.
"Возьмите фотоаппарат и следуйте за мной", - приказал Присяжнюк,- "Сейчас я буду вас фотографировать.".
С этими словами он привёл нас в помещение, оказаться в котором опасались не только новоиспечённые четверокурсники, но даже и шестикурсники, которым до выпуска оставалось не более двух недель.
Присяжнюк завёл нас в кабинет начальника Организационно-строевого отдела (ОРСО) капитана первого ранга Бориса Николаевича Сверкунова.
Последний, сидя насупившись за своим столом, потребовал:
"Открывайте фотоаппарат, вынимайте плёнку, засвечивайте всю... Цветная, что ли?"
Утвердительный ответ вызвал на его лице некое смятение, напоминавщее своими очертаниями угрызения совести, однако полковник быстро овладел собой.
"А теперь идите, и снимайте со стены всю эту мерзость как хотите. Снимете - долОжите! Можете идти."
И, понурившись, мы с моим другом отправились выполнять полученный приказ.
Первая попытка зацепить с крыши злосчастное распятие куском подвернувшейся под руку проволоки успехом не увенчалась - проволока разгибалась как пластилиновая.
Пришлось идти на поклон к сварщику, который изготовил для нас из арматурной стали великолепный захват-"кошку", состоявший из трёх остро заточенных когтей.
Вооруженные верёвкой и полученным устройством, мы вернулись на крышу.
Первые попытки удачи тоже не принесли. "Кошка" попросту раздирала материю, и форма, освященная подвигом матроса Железняка, оставалась на своём месте - хоть и потрёпанной, но непобежденной.
Мало помалу, однако, лоскуты начали становиться всё тоньше и тоньше, и принялись отваливаться сами собой.
Примерно через час ткань со стены полностью исчезла; оставались только ремень, да проклятая фуражка.
Впоследствие нам довелось пообщаться с одним из тех альпинистов, который признался, что изначально планировал пропустить дюбель насквозь через бляху ремня, прихватив таким образом её к стене намертво, но затем отказался от этой затеи. Спасибо тебе, дорогой, друг Змей!
Еще через час удалось удалить и все остальные части, однако дюбеля так и остались торчать из стены немым укором, и, возможно, остаются на своих местах до сих пор.

Дня через три до нас донесли конфиденциальную информацию.
На собрании своих подчинённых начальник Организационно-строевого отдела (ОРСО) капитан первого ранга Борис Николаевич Сверкунов объявил:
"Ну, слава богу. Наконец-то хоть один выпуск догадался сделать хоть что-то оригинальное. А то вечно напьются, и бьют друг другу морды."

169

Есть в Харьковской области такой городок - Балаклея. Известен он тем, что улицы там усажены самой сладкой шелковицей в мире, и, пока по городу пройдешь, наешься этой шелковицы по самое не хочу, и ничего больше в жизни не надо.

А еше известен он складом артиллерийских боеприпасов и пороховым заводом, на котором в 2017 году произошел грандиозный взрыв и пожар и тем, что мы, студенты ЛТИ, задолго до этого на нем проходили военные сборы.

Время от времени устраивались марш-броски на 25км с полной выкладкой, в середине которых мы должны были отрывать окопы полного профиля в мягкой украинской земле и идти в атаку в ОЗК (общевойсковых защитных комплектах) и в противогазах , через дымовые завесы. Не знаю, был ли там настоящий слезоточивый газ, но через плохо пригнанные противогазы глаза выскакивали из орбит.

Господа офицеры, понятное дело, наблюдали за этим с проветриваемого пригорочка, покуривая, за что и получили от меня спизженную дымовую шашку прямо к ногам как нельзя вовремя приехавшего из Питера с инспекцией зав. военной кафедры полковника Блинова. Это вызвало моментальное поднятие боевого духа у всего подразделения, чего так долго и безуспешно добивались отцы-командиры.

После того, как они там промироточились (а заняло это довольно долго), они забегали, пытаясь выяснить, кто это учинил такой теракт. Но ребята, там же бой в Крыму, все в дыму, нихера не видно, все в одинаковых презервативах ОЗК и противогазах.

Совпадение или нет (а может, кто и заметил, стукачи-то у нас были), но на следующий день меня вызывают к полковнику Блинову. Ну вызывают так вызывают, у меня никогда особого страха перед начальством или пиетета не было, разве что любопытство.

Полковник мне зявляет, что моя родная тетка недавно уехала в Америку. Ну так я и сам это знаю. Но он, как отвергнутый любовник, пытается навязать мне беседу и разузнать, не собираюсь ли и я сделать то же самое. "Товарищ полковник, прошу считать, что я еще позавчера уехал", - подумал я, а вслух сказал: "Полковник, блядь, ты мою анкету читал? У меня папаша по полгода из командировок в Николаев не вылезает, строя Адмирала Кузнецова из говна и изоленты, мамаша на ЛОМО проектирует шестеренки для самых современных ракет, даже бабка, пенсионер союзного значения, перекладывает совсекретные документы с одного конца стола на другой на Темпе. У всех секретность, как у Железной Маски. Кто нас на хер выпустит отсюда?".

Были у меня друзья - четверка мушкетеров, земляков-ленинградцев, у которых я был чем-то вроде Де Тревиля. Вскоре после этого они все по отдельности подходят ко мне и говорят, меня, мол, вызывали к полковнику, и тот спрашивал, не собиратеся ли Jake свалить за бугор, не заговаривал ли он на эту тему? И требовал написать объяснительную записку.

Я всех собрал и сказал им примерно следующее: "Чуваки, посмотрите на меня. Вы видели, чтобы я когда-нибудь жувал жувачку или носил джинсы или курил Филип Моррис? Это надо только кринжовым лузерам, которые без этого не могут снять даже четверокурсницу. Вы же прекрасно знаете, что я не из таких. Я даже недавно заезжему американцу в Ханое в ухо засветил. Вы должны написать, что Jake предан идеалам мира и коммунизма и лично Коммунистической Партии и даже фельетонов в Изввестиях не читает".

Но тем не менее, на последующих гос. экззаменах по военной подготовке тот же полковник ставит мне двойку. Еще раз, чтобы дошло до центра мозжечка: На.Государственных.Экзаменах.По.Военной.Подготовке.Двойка. Это единственный случай в истории. Такого никогда не было ни до этого, ни после. И это значит автоматическое отчисление из института в конце семестра.

Я никому в семье об этом не говорил, они никогда не знали и теперь уже не узнают. Я считал, не знаю, верно или нет, что для моих это был бы колоссальный удар. Я носил это знание внутри себя, и это было непросто, поверьте мне. Для самого себя я воспринимал это как крупную неприятность, но не как катастрофу. Тогда шла Афганская война, я бы пошел в армию, а дальше все было неопределенно, но в молодости о таких вещах думают по-другому.

Через некоторое время в институтских коридорах я столкнулся с майором Деркачом с военной кафедры. Тот подозвал меня, убедился, что вокруг никого нет, и тихонько сказал: "Курсант Jake! Полковник уходит в отпуск с такого-то числа. На следующий день, немедленно, подавай на пересдачу", и исчез, не услышав моего "Так точно, товарищ майор".

Пересдачу принимали майор и подполковник Бельский, заместитель начальника кафедры. Происходила пересдача примерно так. Я вытянул билет (а там было устройство ударного взрывателя для гаубицы М-30/Д-30) и прочел вслух название билета, после чего был послал нахуй с тройкой в зачетке, а господа офицеры пошли пить спирт с чувством хорошо исполненного долга, я так думаю. И с кармой плюс сто, это точно.

170

Готов согласиться, что актеры отличаются от представителей других профессий. Не понимаю только, в каком месте умение с пафосом произносить чужие мысли и слова переходит в оголенную совесть и обостренное чувство справедливости... = Помнится, в филатовском фильме "Сукины дети" героиня Людмилы Зайцевой (советская аппаратчица) сказала такую фразу:"Знаете, а у меня создалось впечатление, что актеры немножко не люди. Похожи на людей. Очень похожи. Но не люди". Конечно. Разве может быть полноценным человеком тот, кто постоянно отключает собственную личность и "входит в образ" придуманных персонажей?

172

Племянника своего, Вовку, Григорий Иванович любил. Так получилось, что свои дети у него давно выросли, жили самостоятельно, а брат его младший семьёй и детьми обзавёлся поздно, да и неустроенный был – жизнь так складывалась. Поэтому шестилетний Вовка частенько гостил у дядюшки. Вот и в этот раз, на майские выходные он с удовольствием приехал к дяде Грише на дачу.

Парень был неглупый, смышлёный, вечно с вопросами приставал – видно, дома им не сильно занимались. И то сказать, отец с утра до вечера пашет – семью обеспечивать, а мама (бестолковая, с точки зрения Григория Ивановича) не работала, торчала с утра до вечера на собраниях своей дурной секты - не то сайентологов, не то свидетелей Иеговы – мы тут люди простые, в сортах дерьма не разбираемся.

- Вовка, ты где? Принеси мне шуруповёрт из сарая!

Надо было дверцу задней калитки поправить - покосилась.

- Дядь Гриша, можно спросить, а чудеса бывают?

- Конечно бывают. Ещё какие.

- А правда, какие?

- Какие? Ну ты вопросы задаёшь. Всякие. Бывают добрые - о таких потом всю жизнь с теплом вспоминаешь, бывают непонятные – только чувствуешь нечто потустороннее – вроде бы безвредное, но чужое и могучее настолько – аж страшно становится. А бывают и недобрые чудеса. Ледяные, злобные. С такими лучше не сталкиваться. Ну, от человека здесь мало что зависит. На то они и чудеса.

- А меня вот мама позавчера в магазин послала, ну я там на стойке её кошелёк и забыл - домой пришёл, она как раскричалась! Пришлось обратно идти. Кошелёк за стойку завалился, представляешь? И там лежит. Ну разве не чудо?

- Что же это за чудо? Просто стечение обстоятельств. Повезло.

- И что тогда настоящее чудо?

- Сложно сказать. Когда это происходит - понимаешь, что в нашем, привычном мире такого быть не может, а оно всё равно случается. Когда на тебя, как волной накатывает чувство, что ситуация – явно из потустороннего, и сделать ты с этим ничего не в состоянии, а в силах только ждать событий, и наваливается не то ужас, не то восторг – или и то и то вместе. Говорю же сложно объяснить.

- А с тобой так бывало?

- Бывало.

- Дядь Гриша, расскажи?

- Хех. Таких и слов–то нет в человеческом языке, чтобы это рассказать. Мне тогда лет было, как тебе теперь. А отца твоего ещё и вовсе на свете не было. Отправили меня на месяц под Зеленогорск - в детский санаторий. Ничего так, интересно. И Новый Год там встречали. Санки, лыжи, ёлка, снежная баба – красота.

- Однажды ночью я сам не понял, от чего проснулся. Не то тревога непонятная, беспокойно. Будто что-то происходит, а что - не пойму. Прилип носом к окну и гляжу на улицу. Ночь, снег, полная луна светит ярко, как прожектор, небо чистое, звёздное, для Ленобласти это редкость. Заснеженная ровная поляна и тишина. И вроде как никого вокруг – один я на всём белом свете.

- Вот от этой тишины и чувства одиночества полезли мне в голову мысли всякие – о бесконечности. Это точно кто-то свыше на меня посмотрел – откуда у шестилетнего пацана такие мысли? Я сейчас могу это сформулировать – а тогда и слов-то таких не знал.

- Как попробовать представить себе, где кончается космос? И как уложить в голове понимание, что он не кончается нигде? И что время тоже бесконечно? И чем больше я об этом думал, тем больше приходил в состояние безумного восторга – было ощущение, что прикоснулся к чему- то настолько громадному и великому, что становилось жутко страшно – вот именно так – смесь мистического страха и звенящего восторга. А оно, это великое, вовсе оказалось и не страшное совсем– будто кто- то улыбался сверху, подбадривал меня извне– не бойся, это мир так устроен, а сегодня ты с ним познакомился. Переворот сознания.

- Долго смотрел. Как заснул – сам не помню. А проснулся с ощущением радости и тепла– хожу и всем улыбаюсь как дурак- от уха до уха. Несколько дней потом эта радость во мне сидела, пока не растаяла. Но на всю жизнь осталась память, что в детстве довелось душой прикоснуться к такому- великому.

- И ещё – с той поры способность у меня чудная появилась – если рассказываешь что- то, или сам для себя фантазируешь, можно представить всё это так, что почти неотличимо от реальности получается – говоришь смешное, становится смешно, страшное – страшно, мелодраму представляешь – чуть ли не слёзы на глаза наворачиваются - эмоции испытываешь самые настоящие. Это вроде как подарок получился – в память о пережитом. Вот такое было у меня в детстве настоящее доброе чудо.

- Здорово. Дядь Гриша, а мне так можно?

- Не знаю, наверное можно. Говорю же – от человека это не зависит. Чудеса помимо нас происходят- на то они и чудеса.

- А злые чудеса, они какие? Ты таких не встречал?

Григорий Иванович помолчал. Вздохнул печально-

- Я не встречал. А вот тётка моя, твоя двоюродная бабушка рассказывала. В блокаду, в сорок втором году, они снимали дом недалеко от Финской границы – по реке Сестре. Войны там почти не было, было вроде противостояние. Постреливали иногда, но не часто. Батальон, в котором служил её муж, стоял совсем недалеко от них – всего пять километров. Можно было повидаться.

- Злое чудо- это очень страшно. Не дай Бог такое пережить.

Снится ей сон – будто бы муж дома, сидит на лавке и переобувается. Чистые портянки намотал. Улыбка на лице странная- тётка говорит- я смотрю, а он свои старые сапоги надевает.

- Серёжа, робко так говорю, что же ты эти сапоги взял, они же тебе малы стали? Вот же новые есть?

- А он так взглянул в глаза и отвечает – Катюша, а мне теперь уже всё равно… и таким тоном, вроде добрым, но оторопь берёт- до жути.

- Сказал, а мне будто иголку ледяную в сердце вонзили. Проснулась, вся в поту, руки трясутся, взгляд этот до дрожи пробирает. Так до утра и проворочалась, заснуть не получилось.

Не так что- то, что- то случилось, неспроста такой сон.

Как рассвело, тётка пошла к военной части. Её знали там, встретили. Командир в глаза не смотрит, фуражку снял-

- Горькая весть у меня для вас, Екатерина Павловна. Сергея больше нет, погиб. Одно утешает, если можно так сказать – во сне погиб, не мучился. В блиндаж попал снаряд, товарища его пополам, а ему ноги оторвало.

Он говорит, а тётка рот руками закрывает чтоб не закричать, зубы сводит, зажмурилась от ужаса, и только мысль стучит – так вот почему тесные- то сапоги в пору пришлись!

- А во сколько это случилось?

- Сегодня ночью, около трёх часов.

Именно тогда, когда сон этот проклятый приснился.

Похоронили там же, в Белоострове. Тётка, пока жива была, ездила на могилу, ухаживала. А мне рассказывала, что сон тот забыть не может, и взгляд его- прямо в глаза, и фразу - …мне теперь всё равно.

...............................

- Вот такие «чудеса» тоже бывают, Вовка. Пошли обедать. Ты «Незнайку» дочитал? Нет? Вот после обеда будешь мне читать вслух. Там все чудеса добрые…

- Дядь Гриша, а ты говорил, ещё безвредные чудеса бывают, расскажи, а?

- Ну ты пристал. Они не безвредные, они просто сами по себе. Иногда случайно столкнёшься непонятно с чем – потом думаешь – бррр, не то нечисть, не то вообще дурь какая- то.

- Лет десять назад, или побольше, не помню уже, ехали мы с Украины, с самого Закарпатья в Питер. Выехали рано, утром, часов в пять – повезло что вовремя успели – потом буран начался, и перевал на Карпатах закрыли. Сестра твоя там концерт давала – играла на пианино в Чинадиевском замке. Из за этого задержались, и пришлось спешить – Новогодние выходные кончаются, на работу пора.

Поэтому по пути решили не останавливаться на ночёвку- в принципе проехать можно, хоть и далеко для одного раза. От Мукачево на Брест, дальше Минск, Витебск, Псков и домой. Всего около тысячи восьмисот километров - это кстати, мой рекорд по продолжительности езды без отдыха.

Останавливались только на заправках и пару раз перекусить. От Бреста до Минска дорога ровная и пустая- я решил поспать, и отдал руль дочке. Ни фига не подремалось – не могу я заснуть, она тогда ещё неопытный водитель была – волновался за неё- как тут заснёшь? И ехала гораздо медленнее меня – километров восемьдесят, а я- то гнал сто сорок.

- После Витебска, к границе Белоруссии подъехали уже глухой ночью. От границы до первого Российского посёлка – Опочка называется, дорога платная, но скверная – хуже нет. Узкая, без обочин, не остановишься – а ну, как кто за тобой едет, не разглядит, и в задницу влетит со всего маха?

Жена с дочкой повалились, спят без задних ног, разморило, я вцепился в руль, стараюсь не заснуть. Там всего километров сорок по глухому лесу.

Но эти сорок километров мне надолго запомнились. Когда сморило за рулём, что только не придумаешь, чтоб не заснуть – я и семечки грыз, и анекдоты себе вслух рассказывал, отключил печку и приоткрыл окно – ветром физиономию обдувает, вроде пободрее.

- Вот так эта борьба со сном и продолжалась – ну не могу, клинит и клинит- глаза сами закрываются. А дальше вообще мистика началась – то в реальность качнёт, то в потусторонщину – гляжу, натурально лешие из за стволов выглядывают – мохнатые такие, черти, глаза у них красные, светятся. Любопытствуют, глядя на нас.

- Деревья ветвями машут, переговариваются – что этому дураку надо здесь в такую пору? Заснёт, разобьётся же, и семью угробит.

- Нет, эти люди странный народец- не берегут себя совершенно. Им и так в мире недолгий срок отмерян, а они и того не хранят.

- Дядь Гриш, что, деревья ПРАВДА разговаривали? В самом деле? Так бывает?

- Ну ясно, разговаривали. Как помню. Оно же мне чудилось – но голоса вроде слышал отчётливо, и видел, как они двигались. Только что дорогу не перебегали.
Скорость сбросил, глаза выпучил, страшновато – вроде и не сплю, но точно одновременно пребываю в двух параллельных реальностях.
Как доехал до Опочки, не помню. Остановился на первой же заправке, часа полтора вмёртвую спал, отключился. Потом кофе горячего попили, позавтракали. А на свежую голову я эти оставшиеся четыреста километров запросто проехал.

Вовка смотрит с широченными глазами-

- Так значит, всё, что в сказках про леших, водяных и кикиморов пишут- правда?

- Конечно правда. Пошли обедать, говорю, а потом Незнайку читать будем.

Вот такой, понимаете ли, племянник любознательный… Всё ему сразу расскажи.

А то, что жена у Григория Ивановича (тётушка Вовкина) – настоящая ведьма, что на все воспоминания мужа о сверхъестественном, смотрит немного свысока, и снисходительно, она- то гораздо ближе ко всем этим параллельным мирам – колдануть может так, что любому не поздоровится- об этом помолчим.

Но хороший племянник растёт - наш парень. И с тётушкой дружит – есть, кому способности передать…

173

Коррупция есть везде, она неистребима.
В юности я захотел тоже иметь коллекцию. Многие друзья уже увлеклись таким хобби – кто-то собирал марки, кто-то монеты, кто-то фантики от конфет и т.д. Мне хотелось собирать нечто такое, чего никто не собирал. И я додумался собирать коллекцию «левых» заработков. Для этого я находил соответствующего «специалиста», готового откровенничать со мной, и записывал все секреты таких способов. Увлекся и тетрадка заполнялась такими откровениями, хотя как и любому другому коллекционеру приходилось потрудиться, проявить смекалку для пополнения коллекции.
По молодости я был наивен и допускал промахи. Так, однажды, беря интервью и поварихи детского госпиталя, я возмутился: - «Как можно забирать мясо у больных детей?!» - на что получил ответ: - «А что? Мои дети должны быть голодными?...»
В другой раз, распрашивая продавщицу гастронома, я не выдержал: - Но это же постоянное обкрадывание людей! Продавщица ответила что да, это воровство но узаконенное: - «Вы что думаете ОНИ не знают? Разве можно стоять за прилавком на ногах по десять часов в день за 70 рублей? Само собой подразумевается обвешивание и обсчет».
Это оказалось правдой – один мой знакомый, связанный с КГБ так мне и сказал: - «Это заложено системой. Пока продавщица ворует потихоньку и молчит мы закрываем глаза. Вот если она, что-то вякнет против системы мы возьмем ее за задницу не по политическим мотивам, а за воровство. И она молчит о политике пока получает мизерную зарплату на которую прожить невозможно.»
К сожалению ту тетрадку пришлось сжечь – мой друг, которому я ее показал, объяснил мне мою глупость – это замечательный донос на тех, кто тебе доверился, с именами, адресами, датами и фактами.
Приехав в Америку, я первое время удивлялся отсутствию коррупции. ТАМ меня трижды в неделю по дороге на работу или с нее останавливал полицейский, хотя расстояние было чуть более одного километра и каждая остановка мне что-то стоила. Я правда тоже наловчился – тогда такая остановка стоила 3 рубля (суммарно за месяц довольно заметный вычет из моей, приличной по тем временам, зарплаты. Так вот я спрашивал полицейского можно ли расчитаться бутылкой, на что любой из них соглашался. А у меня в бардачке лежали мерзавчики (это такие малюсенькие бутылочки грамм по 80-100. Они стоили рубль с копейками). Слово есть слово и полицейский получал бутылку, а я экономил почти два рубля. Так вот в Америке ни один полицейский меня не останавливал просто так и тем более не вымогал взятку. Да дай я взятку он же меня закует в наручники и отправит в тюрьму! И так во всем: пришел инспектор в бизнес – не дай Бог предложить ему хотя бы чашку кофе! Будет считаться попытка взятки и он же первый накажет.
Это все пока ты внизу, в рутине обычной жизни. А вот в высоких кругах коррупция процветает. Еще как! Вот, например, принято горсоветом решение переделать подступы к пешеходным переходам на углах улиц. Мол, там обязательно должны быть пупырышки, чтобы слепой ощутил их ногами перед тем как ступить на дорогу. Легенда замечательная – забота об инвалидах!
И вот все переходы (а это 4 на каждом углу квартала - !) независимо от прежде существовавшего их качества подлежат серьезной реконструкции. А это деньги из бюджета, и не маленькие: экскаватор, человек пять работников, бетон плюс 2-3 регулировщика, которые страхуют водителей и пешеходов в зоне ремонта. Да на эти деньги можно было бы нанять каждому слепому в городе по два-три опекуна, которые бы его сопровождали!
Я так понимаю, что в горсовете при принятии такого решения имелись лобисты, которые дали заработок компаниям, занимающимися дорожными работами. Скорее всего никто никому деньги под полом не совал – все чинно: был взнос в избирательную компанию, были отчисления за лицензии и прочие допуски к конкурсу, с этих взносов и донатов были уплачены налоги, с заработков компаний и их работников тоже взяты налоги. Да и перекрестки стали чуть лучше.
ТАМ такое делается через распил, откаты или как оно там называется. ТАМ выделенная сумма просто половинится (в лучшем случае) и некая сумма идет в карманы решателей и исполнителей, а реальная работа не выполняется или выполняется символически. Все довольны, кроме, конечно, населения. К сожалению в больших верхах я еще не побывал, но глядя на многие «государственные» решения кажется что работает та же схема – или поддержка на выборах, или отсроченные пряники (например, избрание в совет директоров после окончания срока полномочий), или еще как. Но все легально!
Да и как может быть иначе пока управление в руках человеков с их естественными свойствами – ну как не порадеть родному человечку или себе-любимому. Святых на земле очень мало и они редко идут во власть любого уровня.
И полицейский ЗДЕСЬ не святее, чем ТАМ. Ему просто не выгодно взять пару копеек из моих рук и рисковать хорошей зарплатой, ранней и очень приличной пенсией. Нет инструкции меня остановить – на фиг ему напрягаться лишний раз.
Так что коррупция всегда и везде, она неистребима, она также естественна как желание каждого кушать, просто ее регуляция должна быть формализована, тогда она хоть как-то ведет к хорошему.

174

Веселиться ли 9 Мая?
Я не знаю.
Когда я был совершенный идиот, я спросил у бабки, а чего это мы, брежневские пионеры, ликуем и машем, кричим ура и едим шашлыки? Разве можно радоваться? Надлежит быть в торжественной печали.

Бабка неторопливо допила коньяк, закурила и сказала:

«В печали сегодня должны быть те, кого мы победили, их дети, их внуки. А мы будем радоваться. Пока я жива. Понял?»

Не знаю, понял ли я.

Джон Шемякин

175

От множества пороков мы зависим,
На те же грабли наступаем вновь,
Но все-таки идти на компромиссы
Не разум вынуждает, а любовь…
Hop-za-za

Началось все так: он мне нахамил. Эта светловолосая тварь — при том, что мне всегда нравились черненькие — вела себя со мной совершенно неадекватно. В бешеной и непререкаемой уверенности в своем превосходстве, он попытался меня обоссать. Конечно, я возмутилась. Мне сказали, не бзди, ты ему понравилась. Я ответила, бздила, бздю, и буду бздеть. Моё святое право. А иногда даже обязанность. Но присмотрелась повнимательнее.

Тварь бесновалась на всех. Не только на меня. Вокруг твари было насрано. Это было мучительно видеть, потому что тварь была красивая. И дикая. И несчастная. Я сказала, я займусь. Мне ответили — ты дура штоль? Я пожала плечами: ну, не настолько дура, чтобы быть умной. Ты для него никто, сказали умные люди. Дело не только в нем, ответила я. Но поумнеть таки надо было, так что были подняты книги, выслушаны люди, и приняты решения.

Учиться на ошибках это очень больно. При этом, без ошибок нет обучения. Каждый самостоятельный выход в космос это риск. Тем не менее, за несколько месяцев нерегулярных — два-четыре раза в неделю — прогулок по полтора часа, мне удалось: 1) наладить питание; 2) вакцинировать, обработать от клещей, проглистогонить сколько надо; 3) приучить к провисшему поводку; 4) приучить к командам «сюда», «нет», «гулять», «назад», «стой», «сидеть», «лежать», «лапу», «направо»; 5) приучить к машинам; 6) снизить уровень зооагрессии до контролируемого; 7) надеть намордник.

А как прекрасен он, как прекрасен! Вот, он идет, скачет по горам, прыгает по холмам. Похож на молодого волка. Вот, он стоит за стеною, заглядывает в окно, мелькает сквозь решетку. Пёс (не мой) рыж и умён, и когда просит лакомство, поднимает лапу. Он лучше десяти тысяч и (до скольки там умели считать между Синаем и Евфратом в те времена) тьмы тьмущей других, и нет ему равных. И хоть хозяева у него и есть, да только боятся они его до судорог, а заботиться о нем не умеют.

Это был тяжелый день. Был тяжелый день и у меня, и у него. После недолгой прогулки (он не нагулялся), он как обычно брякнулся на спину, и, зажав мою руку в пасти, развалился чтобы я чесала ему пузико. Последние несколько недель, прежде чем я выйду из вольера, он перегораживает мне выход, обрушивается всей тушей на пол, и подставляет чесать брюхо. Иногда берет мою руку в пасть, и тихонько, щекотно, ее покусывает. Все так вначале было и в этот раз.

И тут он — атаковал. Впервые за все несколько месяцев, что я им занимаюсь. После нескольких недель подставления пузика, скулежа, когда я ухожу из вольера, счастливых прыжков, когда видит меня с поводком. Я вытащила руку из морды, присмотрелась к пузу, попыталась разгладить шерсть, не клещ ли — и вдруг он бросился на меня. Это была атака, это не была игра. Он трепал меня, как акула треплет жертву, как медведь треплет добычу. Укус, отскок, укус, отскок, укус. Рык, отскок, укус, рык. И ушел к своей жратве.

Нет, он ничего не повредил, по большому счету. Ну разве что я вся синяя и в желто-зелено-черных разводах. Ну разве что теперь, читая рассказы про умных и преданных собак, я улыбаюсь: знаем, знаем. Не наш случай. Не надо очеловечивать собак, сказали мне друзья. Вы как всегда правы, ответила я.

Чтобы поднять себе настроение, я посидела на сайте. Анекдоты ж, истории веселые. Искрометное собрание отредактированных токсиков и грустных мудрых остряков. Настроение поднялось, спасибо Диме Вернеру и его команде))) Вывод, который я сделала для себя на данном этапе своего развития — не надо очеловечивать собак, но еще глупее — так это очеловечивать людей. «Не Стреляйте в Собаку!» Весьма рекомендую.

176

Однажды...
Недавно мне нужно было в пристрое подшить потолок осб плитой. Дело конечно не очень трудное, но в одиночку не совсем удобное. Лист осб 2,5 на 1,25 метра, держать такой одной рукой, а второй пользоваться шуруповертом на высоте 2. 5 метров не совсем удобно. Надо было нанимать помощников или подумать над приспособой. Я конечно склонялся к приспособлению, ведь любая работа в не слаженном коллективе в восьмидесяти процентов рабочего времени уходит на споры. Старший пацан тоже готовится к экзаменам, для него сейчас это важнее поэтому решил его не дергать. Задумался. Приспособление вышло элементарным, но продуктивным. С помощью его за пару рабочих смен с перекурами мне довольно легко удалось закрепить шестнадцать плит осб. Зашедшая через пару дней в помещение жена не поверила глазам.
-Как ты умудрился? - воскликнула она.
-Да Архимед посоветовал. - буркнул я.
-Кто такой Архимед? - еще больше опешила она.
-Да один древнегреческий ученый, - продолжил я, но взглянув на еще более удивленное лицо, добавил — а ты разве не знаешь его выражение "Дайте мне точку опоры, и я сдвину Землю"?
-Слышала, но при чем здесь это? - пришлось показать как все работает в натуре. Чем и вызвал ее неподдельный восторг. - Интересно, а сын эти Архимедовы лайфхаки знает? Ему то они в жизни пригодятся.
-Так придет, спроси. Наверняка в интернете встречал.
Часа через два пришел пацан.
-Сынок, а ты Архимеда знаешь? - тот с непониманием от такого вопроса матери, но все же кивнул головой положительно. - А какие нибудь его цитаты, ну или крылатые выражения? - и пацан заулыбался.
-Ну конечно. Вот например эту: «После сытного обеда по закону Архимеда полагается поспать.»
-И все? - приуныла мать.
-Нет конечно, она немного длиннее: «После сытного обеда по закону Архимеда полагается поспать. А потом идти гулять» - и пацан зашарил глазами по столу и плите.

177

Это реальная история из деревенской глубинки, где было порядка 100 домов и все друг-друга знали в лицо!
Был где-то 1998 год. Мой брат очередной раз скучал на работе в сельской котельной, но тут раздался звонок!

Алло, Миша? Это с бухгалтерии (администрации) звонят, прийди зарплату получи!

Радостный он побежал в здание Администрации за своими заработанными. Зашел в бухгалтерию, а там сидят бухгалтерши, попивая чаёк, обсуждают какие у них мужики не толковые в деревне.

Получив из кассы деньги Миша решил невзначай спросить:

- А почему у вас двери в Администрацию не закрыты изнутри? Разве не слыхали новость?

- Какую новость??

- Да вы чего? Весь поселок на ушах, а вы сидите здесь, как у Бога за пазухой!

- У Стасика Тырлина крыша поехала, белку поймал!! Бегает по поселку с ломиком и ломится в дома, орет на всю деревню и обещает убить всех!! До сих пор не поймали.

Аппетит у бухгалтерш походу сразу пропал, т.к. они поставили чашки с чаем прямо на бутерброды и глазами начали коситься то на окно, то на дверь.

- В общем я вас предупредил! Спасибо за зарплату! До скорой встречи!

- И не забудьте закрыть за мной дверь!!!

Ну и пошел спокойно на работу!

Через какое то время пришел Мишин напарник на смену - Стас Тырлин!

- Стас, тут позвонили с Администрации, у них батарея провисла и труба потекла, нужно срочно взять ломик и пойти к ним, приподнять трубу и перемотать течь на время.

- Да, чуть не забыл, у них еще беда с входной дверью. Походу перекосило здание и дверь клинит, да так, что не открывается. Ты попробуй ногой сильнее толкнуть, если не откроется, попробуй ломиком приподнять, чтобы сдвинуть ее.

Обрадовавшись столь ответственному заданию, да еще и в Администрации, где одни женщины, Стас схватил ломик и чуть ли не вприпрыжку побежал чинить батарею, ну и дверь если не откроется.

Только Стас скрылся с горизонта, Миша набрал Администрацию по телефону.

- Алло! Это Миша! Тут мужики сказали, что рядом с вашей Администрацией видели Стаса! Вы дверь закрыли!?

- Да, сразу как ты ушел!

- Ну ладно, держите оборону! Пока!

Прошло минут 30, звонок в котельную!!

- МИША, БЛЯ****Ь!!! ТЫ СОВСЕМ ЕБ***СЯ!??

- МЫ ТУТ ОТ СТРАХА В ОКНА ЧУТЬ НЕ ПОВЫПРЫГИВАЛИ!!!

- СТАС ДВЕРЬ НАМ СЛОМАЛ, ВОРВАЛСЯ ВНУТРЬ И С ЛОМИКОМ В РУКАХ ГОВОРИТ: "НУ ЧТО, БАБОНЬКИ, ДОЖДАЛИСЬ МЕНЯ!!"

Ржали, конечно, всем селом, но дверь Мише пришлось чинить одному!

178

Если бы фильмы "Брат" и "Брат-2" снимали в Золотой Орде

- Астрахань... Красивый город, но провинция. В Сарай-Бату двигать надо. Там вся сила.

- А Новгород хитрый. Сам не пришёл:  Александра Ярославича вместо себя послал.

- А до Перекопа довезёт?
- Довезёт до Кафы и обратно! Мы, монголы, не обманываем друг друга.

- Малай, араки нам принеси, мы домой скачем.

- Вы ушкуйники?
- Нет, мы русские.

— Не, хан Батый мне не нравится. Басурманин он какой-то, кочевой весь, в халате как баба… Одно слово — кипчак.
— Так он монгол.
— Да? Какая разница?

- В чем сила кунак?
- В туменах вся сила кунак и у кого туменов больше, тот и сильнее!
- ну вот будет у тебя много туменов и что?
- До последнего моря дойду, весь Мир покорю!
- и меня покоришь?

- Мать писала, на войне был, к Последнему морю ходил?
- Да не... Возле кошмы хана там отсиделся, писарем...

- Слышь, земляк, где тут русские живут?
- Московиты мне не земляки!
- Хазары что ль??
- Чивоо??

- Да скоро всей вашей Золотой Орде кирдык!...
- Что ты к нему пристал? Он вообще сельджук.

- Скажи мне, половчанин, в чем сила? Разве в деньгах? Вот и Мамай говорит, что деньгах. Я думаю, что сила в Ясе, кто чтит Ясу - тот и сильней.

180

Однажды я на глазах у жены провёл эксперимент. Взял в одну руку свой телефон, в другую - её. Оба были подключены к одному оператору на одном тарифе. Оба показывали четыре палки, то есть наилучшее качество связи, и, скорее всего, обслуживались одной и той же базовой станцией. Позвонил с первого на второй - гудки сменились хорошо знакомым "Абонент вне зоны действия сети". Ещё раз показал на втором четыре палки (следов звонка там, разумеется, не было). Позвонил со второго на первый - "Абонент вне зоны действия сети". Пляшем, братцы.

На самом деле я тогда знал разгадку. МТС добрых полгода мучился и никак не мог толком ввести в строй новый коммутатор. Купленную за бешеные бабки железяку всё никак не могли сконфигурировать так, чтобы она гладко и ровно встроилась в систему, а без неё мощностей тупо не хватало на то, чтобы обслуживать набранных абонентов. Продавцы работали и работали, абоненты появлялись и появлялись и в часы пиковой нагрузки отказы в обслуживании шли всё чаще и чаще. Но разве может уважающий себя коммерсант признаться "Мы обосрались и не можем сделать того, что обещали?" Гораздо проще взять и скопировать один файл, вставив в слот ошибки "коммутатор отказал в соединении" звук от ошибки "абонент вне зоны действия сети".

182

Когда-то в начале двухтысячных, в Интернете был форум аудиофилов, широко в узких кругах. Люди на форуме тусовались весьма душевные, образованные, в основном ведущие высокопарные беседы о всяком там «теплом ламповом звуке», «бездушной цифре» и разных последних достижениях аудиофильских технологий. Администрировали форум пара модераторов, которые ака боги, свысока наблюдали за копошением людишек внизу и карающей дланью жестко пресекали ихние непотребства.
Среди форумчан тусовался один рядовой юзерок, с ником, ну скажем, дядя Вася. Не то чтоб он был широко известен на форуме, но в меру своего разумения участвовал в разных дискуссиях, писал всякие посты, а однажды в качестве показателя своей крутости выложил на форуме список стоящей у него аудиоаппаратуры. К своему удивлению, на следующий день попытавшись зайти на форум, дядя Вася осознал, что забанен на форуме навсегда.
Отошедши немного от первоначального шока, все-таки несколько лет тусовался на форуме и без замечаний, дядя Вася послал модераторам письмо: мол, чего это вы тут беспредельничаете, ничего запретного я не писал, все в пределах правил, мол приезжайте и убедитесь: вот моя аппаратура у меня стоит! На что получил ответное письмо: «Мол, уважаемый дядя Вася, что у вас стоит это ваше личное дело! А вот аппаратура из перечня стоит сама по себе космос и появилась на рынке всего пару месяцев назад, и ты ее, нищеброд, никак не можешь в наличии иметь! Ее, мож, у Рокфеллеров - от силы штуки три! Поэтому за наглое вранье мы тебя баним - бессрочно. Аливедерчи!!! Твои модераторы.»
Спустя существенное время, за которое про дядю Васю успели уже позабыть, модераторы с утречка попытались как обычно залогиниться на своем форуме и Боже! Что они видят! На форум их не пускает, он ругается, что таких пользователей не существует. Взявши себя в руки и поскрипев мозгами, модераторы начинают названивать вебмастеру форума. Дозвонившись, они начинают немедленно орать в телефон, что мол форум взломан - все пропало, гипс снимают, клиент уезжает!!! А главное! Их на форум не пускает никак.
На что вебмастер спокойным голосом ответствует, мол все в порядке, никаких мер принимать не требуется и форум функционирует в штатном режиме. А то, что зайти не могете, так это новый хозяин форума так приказал. Личную почту нужно почаще просматривать, письмо вам отправлено еще вчера.
- Какой-такой новый хозяин форума? – переспросили модераторы.
- Самый обыкновенный, небедный, - зевнул админ, - купил его намедни и сразу новые порядки навел.
- А нас за что выкинули? Чего он на нас взъелся? – не унимались бывшие модераторы.
- Я не в курсе. У хозяина логин «дядя Вася», мож вы ему дорогу перешли где-то. Кстати, просил вам передать на словах, что: «Хамить не надо по Интернету и лгать не надо по Интернету! Понятно?», - с удовольствием процитировал нового хозяина вебмастер. Хозяин сразу ему поднял зарплату и у вебмастера к нему была уважуха.
«Понятно…» - грустно сказали бывшие модераторы и навеки отключились.
К вечеру того же дня новый владелец форума прикрепил топик с фотографией высокого разрешения для тех лет, где он на фоне своей аппаратуры в умопомрачительном костюме в комнате с потрясающей аудиоподготовкой, улыбался на камеру и ниже в подписи к снимку просил форумчан не волноваться, потому как форум продолжит работу в штатном режиме и изменения будут минимальные. Разве что модераторы будут новые, поумнее…
При дяде Васе форум просуществовал еще несколько лет, пока не пришла эпоха социальных сетей, которая похерила одиноко стоящие форумы нахер. А вы говорите Илон Маск, Илон Маск…

184

Прочел в истории от 31 марта:

*Невозможно отделаться от мысли, что вороны умнее людей. Всякие яжемамочки и прочие неумные - стопудово проигрывают.

Меткое наблюдение! Только не ворОны, а вОроны, это совсем другой вид птиц.

Мозг у них настроен на точное распознавание и копирование довольно сложных моделей поведения от родителей. А поведение это сформировано природной нишей воронов за миллионы лет эволюции - как бы обмануть более сильных хищников или слямзить какой сочный фрукт под носом у мощного, но зазевавшегося рогатого скота. В сущности, полная цыганщина.

Если в роли родителей выступают люди, то есть подкармливают и учат трюкам с птенцового возраста, результаты могут быть феноменальны.

Знал я чувака, который выдрессировал свою птицу до уровня ксерокса. Покажет, к примеру, ворону кольцо с бриллиантом - тот улетает, возвращается с таким же. Покажет магнитик с видом Петербурга - тот какой попало город в дом не притащит, в случае крайней непрухи разве что заменит вид Зимнего дворца Летним, царскосельским. Если все форточки в округе закрыты, тащит заказанное у самого хозяина, приносит кося глазом язвительно - не уследил!

Самый цимес наступил, когда хозяин научил его запоминать цифры в количестве 4 сразу, вставлять карточку в банкомат и тыкать клювом в нужные места меню. С тех пор жизнь мужика безбедна - покажет ворону свою карточку, тот возвращается с крупной пачкой купюр в клюве.

Но хозяин заколебался учить его не каркать торжествующе еще во дворе, подлетая к родной форточке. В этом дворе деньги периодически сыплются прямо с неба.

Адрес двора я вам разумеется не скажу. С 1 апреля!

185

Как-то раз люди задали вопрос Господу.... - Почему на этой земле так много несправедливости, лжи, смертей, разврата, насилия и войн? спросили у Бога люди. Бог, в свою очередь, удивлённо посмотрел на людей и задал им вопрос: - Так вам что, разве не нравится всё это? - Ну, конечно же, нет, Господи! закричали люди. Тогда Бог пожал плечами и ответил: - Ну, так не делайте этого!

186

Ищу жену. Высокий, сильный, стройный, В еде разборчив, но не чересчур. Коль не тревожить, то вполне спокойный, Спортивный, ловкий, быстрый, как лемур. Люблю лесные, долгие прогулки, Охоту уважаю и бега. Со мной не страшно в темном переулке Случайно натолкнуться на врага. Не агрессивен, интеллектуален, Привязан к дому, буду и к жене. Хочу детей. В любви я гениален, Коль нам дадут побыть наедине. Люблю природу, кошек ненавижу, Дом - небольшой, но разве в этом цель? Ищу я ласки. Мухи не обижу! Окрас пятнистый. Далматин. Кобель.

187

Случилась со мною такая история: перечитал я рассказ Чехова «Крыжовник».
Рассказ этот никто не помнит, зато все знают цитату из него: «Надо, чтобы за дверью каждого довольного, счастливого человека стоял кто-нибудь с молоточком и постоянно напоминал бы стуком, что есть несчастные, что как бы он ни был счастлив, жизнь рано или поздно покажет ему свои когти, стрясётся беда — болезнь, бедность, потери, и его никто не увидит и не услышит, как теперь он не видит и не слышит других. Но человека с молоточком нет, счастливый живет себе, и мелкие житейские заботы волнуют его слегка, как ветер осину…»
Обычно эту цитату предваряют словами: Как говорил Антон Павлович Чехов: «надо, чтобы за дверью каждого счастливого человека…» и т.д.
Надо же, однако, признать, что это не слова Антона Павловича Чехова! Это слова Ивана Ивановича Чимша-Гималайского, чеховского персонажа.
А персонажей у Чехова пруд-пруди, но почему-то слова одних персонажей ему приписывают, а других — нет.
Никто никогда не напишет: «Как бы чего не вышло», — говорил Антон Павлович Чехов! А почему? «Как бы чего не вышло», — это любимая фраза учителя Беликова, персонажа рассказа «Человек в футляре». Но все почему-то понимают, что Беликов, это Беликов, а вот про человека с молоточком — сам Чехов говорит! Хм...
Но я отвлёкся, хотел написать совсем про другое.
В этом рассказе, «Крыжовник», обнаружил я удивительный и интересный момент. Там по сюжету два приятеля, Иван Иванович Чимша-Гималайский и учитель Буркин заходят переночевать к помещику Алехину. Кстати, Иван Иванович и Буркин, — это те же люди, которые обсуждают Беликова в рассказе «Человек в футляре», там Иван Иванович говорит ещё одну интересную мысль: «А то, что мы проводим всю жизнь среди бездельников, сутяг, глупых, праздных женщин, говорим и слушаем разный вздор — разве это не футляр?»
Тьфу, никак не перейду к главному.
У этого помещика, Алехина, есть горничная Пелагея. Вот тут надо дать слово Чехову: «Ивана Иваныча и Буркина встретила в доме горничная, молодая женщина, такая красивая, что они оба разом остановились и поглядели друг на друга».
Каково, а?
В последующем тексте рассказа Пелагея упоминается ещё не раз, всегда с эпитетом «красивая»: «Красивая Пелагея подала чай…», «Красивая Пелагея постелила свежее постельное бельё…»
Блин, как же хороша была, должно быть, эта Пелагея, если Чехов целый рассказ придумал. И человечка с молоточком тоже прописал… пока вспоминал Пелагею! Красивую Пелагею…

188

На разъезде у полярного круга

Озеро-Ругозеро и вытекающий из него ручей, который впадает в одноимённую губу Белого моря. Где-то вдали за ручьём несколько жилых домов барачного типа, оставшихся от бывшего леспромхоза. Леспромхоз тот разорил окрестность, хапнул денег и исчез, переместился в другое место и продолжал валить тайгу; а никому не нужные бараки вместе с бесполезными с точки зрения леспромхоза стариками застряли в Пояконде. К слову сказать, бараки те были построены крепко, простояли долго, и никогда не пустовали: в дальнейшем туда заселялись и молодые семьи.

Магистральная железная дорога Петербург – Мурманск, построенная во время Первой Мировой войны. Грохочущие сверхтяжёлые поезда, загруженные доверху никелевой рудой и апатитами, время от времени проносящиеся с севера на юг. Небольшое здание станции из светло-серого силикатного кирпича, где висит расписание поездов, где можно согреться, отдохнуть и купить билеты на поезд. Если ехать с юга, из Карелии, то эта станция – первая в Заполярье и первая же при въезде в Мурманскую область. А раньше областная граница и вовсе проходила по ручью посередине Пояконды, леспромхоз обитал в Мурманской области, а в магазин работники бегали в Карелию.

Два-три жилых двухэтажных кирпичных дома. Крошечные огороды. Десятка полтора-два всё больше небогатых, а иногда откровенно убогих бревенчатых изб. Избы те рассажены далеко друг от друга среди скалистых взгорков – не докричишься, если что. Между домами тянется железнодорожная ветка к берегу морского залива. Один из домов – крытая рубероидом хибара – стоит почти вплотную к рельсам, от насыпи к дому ведёт деревянный настил со ступеньками, а рядом установлены вечные козлы, на которых несменяемая старушка ежедневно пилит в одиночку дрова двуручной пилой.

Ветка кончается тупиком, где навеки застрял полуразвалившийся заржавевший вагон. Вокруг какие-то сараи, склады, штабеля из кирпича. В море выдаётся небольшой, вечно перекошенный причал. Поодаль от причала, и слева и справа прикорнули на якорях лодки: старые деревянные поморские вперемешку с новыми дюральками. Чуть в стороне над низким травянистым берегом поднимается невысокий гладко отшлифованный гранитный лоб, который по краям зарос вкусной, но мелкой княженикой; в жаркую погоду на этом бугре хорошо поваляться в ожидании катера.

Призрачный, эфемерный свет белой ночи. Едва-едва видимый легчайший туман над водой. Свежий запах моря, тревожащий сердце и душу, зовущий вдаль к неизвестным островам. Чайки. Тишина.

Мощная тяговая электроподстанция железной дороги, которая по ночам заливает ярчайшим светом окрестности и даёт людям работу, а, значит, и жизнь. Не будь этой подстанции, Пояконда скукожилась бы на много лет раньше.

Разъезд. На этом скромном полустанке издавна был разъезд, потому что по пути с севера на юг поезда в районе Пояконды преодолевают крутой подъём, и раньше, когда в качестве локомотивов работали паровозы, на запасном пути дежурил маневровый паровоз, который подцеплялся к составу и помогал втащить его на горку. Паровозов давно уже нет, и сейчас на этом пути останавливаются электрички и «весёлый» поезд.

Примерно сто шестьдесят человек постоянных жителей и северная тайга вокруг.

Пояконда прославилась тем, что там родился любимый многими русский писатель Венедикт Ерофеев; а также тем, что отсюда начинается морской путь к Беломорской биостанции МГУ.

Автомобильную трассу, связывающую Кольский полуостров с центром страны, построили лет так на шестьдесят позже, чем железную дорогу. Поэтому больше полувека все деревушки, посёлки и даже города, раскинувшиеся между Петрозаводском и Мурманском, снабжались исключительно по железной дороге, для чего там ходил специальный, так называемый «весёлый» поезд, в составе которого были и почтовые, и пассажирские вагоны, и вагон-магазин. «Весёлый» останавливался решительно на каждом полустанке и стоял всё время, пока шла торговля. А на таких сравнительно крупных станциях, как та же Пояконда, где были свои торговые точки, из поезда товары выгружались и затаскивались в магазин. Поезд ходил ежедневно, но развозил продукты он далеко не каждый день, поэтому день приёмки товаров становился маленьким праздником для окрестного населения. Задолго до подхода заветного состава у магазина скапливалась небольшая говорливая толпа, состоящая в основном из женщин и стариков-пенсионеров. В ненастную погоду, в дождь или пургу народ набивался внутрь, а летом, в теплынь люди рассаживались на ящиках, досках и просто на камнях на площадке перед деревянным зданием магазина и не спеша перемусоливали весь ворох местных новостей.

Работа местного магазина осложнялась тем, что пути железной дороги в данной точке проходили, да и сейчас проходят, в довольно глубокой выемке, а само здание располагалось в стороне, на взгорке, поэтому хлеб, масло, молоко, крупы, сапоги, валенки, лопаты, стиральный порошок, мыло, духи и прочие необходимые в ежедневном быту товары сначала наскоро выгружались из вагона и раскладывались прямо на путях, а уже потом перевозились к магазину.

Для этой цели от здания до железнодорожных путей по косогору были проложены рельсы. В верхней точке, возле магазина стоял мощный электромотор, который крутил барабан с тросом. К тросу крепилась железная сварная тележка весьма внушительных размеров. Из дополнительного оборудования стоит упомянуть маленький щиток-пускатель с двумя кнопками: «вперёд» и «назад», а точнее вниз-вверх, а также мощный крюк на конце короткой цепи. Эта цепь с крюком удерживала тележку, когда та оказывалась в верхней точке. Для полноты картины стоит добавить, что в том магазине работали две продавщицы и средних лет мужик «на все руки», основными обязанностями которого были колка дров и топка печи, а также погрузка-выгрузка бесконечных коробок и ящиков с продуктами.

В тот злосчастный день ни на небе, ни на земле не наблюдалось решительно никаких предвестников предстоящего происшествия. Это был обычный летний день, разве что немного жарковатый для Пояконды; сухой тёплый ветер гонял августовскую пыль, пригибал уже посеревшие, а то и пожелтевшие кустики мелкой северной травы, теребил косынки на женских головах. Люди наслаждались нежданным теплом. А народу, как мужиков, так и особенно тёток разного возраста в тот день у магазина собралось много: ожидался большой завоз.

Маленькая толпа волновалась, женщины, как всегда, обсуждали разные новости и слухи, и сегодня жители Пояконды были непривычно взбудоражены: пару дней назад в посёлке закрылся детский сад. Приезжая санитарная инспекция решила, что вода в водопроводе не годится для питья и прикрыла садик. Это был серьёзный удар, детей теперь приходилось оставлять на день со всякими знакомыми бабушками. Но что самое поразительное, в воде обнаружили ни много ни мало нефть. Откуда она могла появиться в водопроводной скважине решительно никто понять не мог, ведь северная Карелия стоит, как известно, на балтийском щите, а проще говоря, на скалах, и никакой нефти там быть не может по определению. Тем не менее немногочисленные мужики, которые расселись на брёвнышках поодаль покурить да почесать языки, шутили насчёт будущих бурильных установок, нефтедобычи и материального процветания. Нефть нефтью, но откуда теперь добывать чистую воду оставалось неясным, и перспективы у детского сада вырисовывались мрачноватые. При этом действия чиновников, может быть, и правильные согласно каким-то формальным бумажным предписаниям, выглядели совершенно абсурдными: те же дети, живущие в квартирах, дома могли пить водопроводную воду, а в садике эту же воду им пить запрещалось.

Тем временем с юга из-за сопки вытянулся «весёлый»; он плавно затормозил, и, едва-едва вращая колёсами («весёлый» никогда никуда не торопился!) и лязгая буферами, подогнал вагон-магазин точно к месту выгрузки, где, наконец, затормозил окончательно.

Едва ли не весь народ, включая старшую продавщицу и грузчика спустился под гору к путям, благо люди искренне хотели помочь с разгрузкой. Наверху остались лишь Валентина, пожилая вторая продавщица, несколько старушек, да случайно затесавшийся парень с Беломорской биостанции. Он уже пару лет жил на биостанции, часто бывал в Пояконде, и все его знали. Тем не менее, будучи не совсем «своим», он решил, что без него внизу обойдутся и оставался наблюдателем.

Товара в тот день привезли так много, что в тележку он явно не влезал. Возле вагона возникла некоторая дискуссия, но большинством голосов решили всё ж-таки не делать два рейса и нагрузили тележку сверх всякой меры, соорудив высоченный воз. Причина данного не совсем разумного поведения была на самом деле очевидна: в центре тележки были аккуратно и почти любовно установлены несколько ящиков с недорогим креплёным вином, а попросту «бормотухой». Это событие было просто исключительным в тяжёлые годы борьбы с пьянством и алкоголизмом. А какой же ненормальный человек пойдёт за грузом во второй раз, коли всё, что требуется, уже привезено. И продавщица это прекрасно понимала.

Тележку внизу ещё утрамбовывали, когда Валентина крикнула парню: «Коль, давай поднимай телегу!» – и ушла в магазин, она тоже торопилась. И тут Коля совершил ошибку. Он несколько раз видел, как работает подъёмное устройство: телега едет вверх, цепляет концевой выключатель и замирает на натянутом тросу. После чего грузчик не спеша надевает страховочный крюк с цепью – и ребёнок справится! Кроме того, в нём сидело желание помочь хоть чем-нибудь, он и так на разгрузку не пошёл.

Коля подошёл к двигателю, спокойно нажал верхнюю кнопку на щитке, и тележка не спеша поползла по рельсам, дошла до верха, придавила выключатель и не остановилась. Мотор продолжал крутиться, натягивая трос на барабан. Понимая, что трос вот-вот лопнет, Коля лихорадочно надавил на нижнюю кнопку, и тяжеленная повозка весьма охотно и послушно двинулась вниз. В панике парень снова нажал верхнюю кнопку, двигатель громко щёлкнул, взвыл и рванул груз обратно вверх. Трос зазвенел. Бабки рядом заохали, закричали: «Бери крюк!» Но Коля, тоже понимая, что спасение в крюке, попросту ничего не успел сделать и снова надавил нижнюю кнопку, одновременно хватая цепь с крюком. Приготовив страховку, он быстро, уже в третий раз надавил на кнопку «вверх». Телега снова дёрнулась и вроде поехала, но в этот момент трос не выдержал издевательства и со звоном лопнул.

Во время всех этих манипуляций встревоженные люди уже бежали снизу вверх по косогору, и впереди всех грузчик, вообще-то отвечающий за эту операцию. А поезд? Поезд, к счастью, тронулся и довольно быстро набирал ход.

Картина событий, произошедших в следующие десять-пятнадцать секунд, впечатляла. Десятка два человек, застывших в разных позах на склоне между магазином и железной дорогой. Зелёные вагоны «весёлого» поезда, уходящие на север. И перегруженная железная самодельная телега, летящая вниз всё быстрее и быстрее. И каждый из очевидцев успел представить себе как банки и бутылки разбиваются о железную стенку вагона. Но в ту самую секунду, когда этот снаряд достиг нижнего упора, последний вагон проскочил мимо. Повезло!

И тут почудилось, что время остановилось. Было видно, как от удара телега медленно-медленно подлетает вверх, раскидывая вокруг бутылки с молоком, духи, женские сапоги, ящики с хлебом, макароны, топоры, банки консервов, цветастые кофточки, стиральный порошок и прочее, прочее, прочее. Этот фонтан поднимается и плавно опускается на железные рельсы, щебёнку и бетонные шпалы. Поезд исчез, и на мгновение образовалась просто невероятная тишина, даже в ушах зазвенело, и ветер стих, и небо застыло. Больше всего потрясала эта тишина и сильнейший запах то ли духов, то ли одеколона – коробки с парфюмерией оказались на самом верху и пострадали больше всех.

Спустя пару секунд тишину прорвал даже не крик, а истошный бабий вой, перешедший в неудержимый хохот.

А что касается ящиков с заветным вином, то они, заботливо уложенные в самом низу, ничуть не пострадали, они даже не вылетели никуда, просто подпрыгнули вместе с телегой и опустились обратно. Ни одна бутылка не разбилась. Честно сказать, именно это обстоятельство и спасло Николая, ибо, если б вино пропало, то ему точно несдобровать бы. А так ничего, народ на северах отходчивый и с юмором.

Продукты и прочий товар часа два всей гурьбой собирали по путям и таскали на себе в гору. Обе продавщицы запаслись тетрадками и пытались пересчитать разбившиеся склянки. Убытков, на удивление, вышло сравнительно немного, но хохоту хватило на весь день. Коля постарался хотя бы в ближайшие недели не появляться в посёлке, а железнодорожное начальство выделило магазину новый, густо смазанный маслом трос для лебёдки и путейский башмак (даже два!) для удержания тележки.

История с летающей телегой постепенно стала забываться, жизнь на станции Пояконда вернулась к норме, правда нефть почему-то не нашли, и детский садик снова открыли.

189

А ЧТО Я ТАКОГО СКАЗАЛА? ИЛИ РАЗНИЦА МЕНТАЛИТЕТОВ 2

Значит так. Сидим все и болтаем. Все европейцы и только я - русская. Одна немолодая европейка рассказывает, как впервые в молодости посетила Париж: «Это было так романтично! Ко мне подошел молодой человек и пригласил меня сходить в кафе! Вы только представьте себе! Париж! Город влюбленных! И незнакомый мужчина приглашает меня в кафе! Но я, конечно же, отказалась.»
Я удивленно спрашиваю: «А почему вы отказались? Я бы согласилась. Меня в России часто так на улице приглашали в кафе, и я НИКОГДА не отказывалась».
Все смотрят на меня в состоянии глубокого шока. Типа: а что, разве так можно было?

190

Служить под крышей Васьки — а именно так звали моего телохранителя назначенного прапором, было в принципе неплохо. Были конечно свои минусы, но как без них. Во-первых он требовал с меня все по Уставу. Вместе со всеми приходилось мыть полы, бегать с утра на обязательную пробежку и бля, бриться ежедневно. Но разве это шло в сравнение с тем, что лелеяли в душе многие ко мне без его крыши. Но фазаны, деды, дембеля ничто по сравнению с той проблемой с чем сталкиваешься в армии. И все это хрень, что поят каким-то бромом или еще чем-то. Месяца через два-три начинаешь понимать что женщин в доступности нет и не предвидится. Это охренительно действует на нервы. Мало того что в часть не приведешь так еще и ПГТ где наша часть была забазированна на восемьдесят процентов состоял из военных и большинстве своем офицеров ВМФ. Конечно у них были жены, дочери и возможно даже любовницы, но к солдатам было отношение не ахти. В общем даже если бы я вдруг каким-то чудом попал в увольнение ничего хорошего мне не светило. И в перспективе это два года. ДВА ГОДА!
В этом отношении мою жизнь круто изменил ефрейтор Гефель, я такого уже упоминал. Чтобы нивелировать ваши сексуальные фантазии расскажу поподробней. А то действительно эта сексуальная тема звучит так, что...
Короче. В один вечер на вечерней поверке когда мы выстроились в казарме в две шеренги, а поверку делал дежурный по роте сержант, все и произошло. А произошло многое. Как всегда я встал во вторую шеренгу хотя молодняку это запрещено, но я же борзый. Да и мой крыша-куратор такое конечно не поощрял, но и особых претензий не предъявлял. Да его там вообще в этот вечер не было, то ли в наряде, то ли еще где. Да я особо и не вникал.
И вот стою я такой расслабленный, ноги слегка расставлены. В общем все по фэншую, хотя я в то время и понятия об это не имел, но оказывается доминировал по всем канонам этой хрени. В общем стою и жду когда назовут мою фамилию чтобы успеть вовремя сказать — Я! И ничего плохого даже не ожидал. И тут у меня в голове замелькали то ли искры то ли звезды. Красиво бля! Но через секунду я понял что меня охватил столбняк. Не стояк, а натуральный столбняк. Все тело прям онемело. У вас был когда нибудь столбняк со звездами? Нет? Ну тогда вам не понять. И тут через этот фейерверк пробился чей-то голос. Что он там говорил я понимал плохо, но некоторые слова типа салабон я понял как угрозу. И постарался развернуться к голосу. Вышло у меня это очень даже неуклюже, но вы ж мое состояние понимаете? Это был Гефель планировавший скоро стать дедом и возможно даже младшим или старшим сержантом. Вот и шарахался позади шеренги, бонусы себе зарабатывал. Он-то вероятно меня в кобчик и пнул начищенным до блеска сапогом. Мне ничего не оставалось делать как вцепится ему в горло. Заваливаясь на него всем телом как рухнувший столб. Он не выдержал такого напора и хотел облокотится на стену но за его спиной была дверь в ленинскую комнату. Туда мы вместе и рухнули. Хотя его горло я не отпустил даже при падении. Сжимая за кадык.
Кто-то меня херачил сверху табуреткой, кто-то разжимал руку, остальные просто пинали, но я слышал хрипение Гефеля. И не было для меня ничего слаще издаваемых им звуков. Поэтому я лишь ниже опускал голову чтобы удар табуретки приходился на плечи. На остальное просто не обращал внимание. Когда его хрип перешел на какое-то умиротворенное шипение меня все же от него оторвали и отбросили в сторону. А его начали отливать водой. Из чего уж не помню. Но он несколько раз конвульсивно дернулся и с хрипом глубоко вздохнул.
-Выжил — подумал я, а вслух добавил — один хер добью. - за что сразу получил пинком в живот. Я тоже тяжело выдохнул и продолжил — будешь вторым! - и постарался ответить бьющему аналогично попутно осматривая помещение в поисках чего нибудь опасного для выравнивания хоть каких-то шансов.
Где-то в казарме загремел голос дежурного по части офицера
-Прекратить! Разойтись! - народ ломанулся из ленинской. А потом туда заскочил офицер. Увидев меня и мокрого но живого Гефеля, он взревел — опять ты!
-Вы лучше с ним попрощайтесь, он до утра вряд-ли доживет! - как мог успокоил его я.
Так я второй раз попал в «холодную». Немножко было неудобно перед Васькой, но в чем моя вина? А утром меня потащили к замполиту части.

Вы конечно спросите как Гефель помог мне решить проблему с женщинами, а это все впереди. Но то что он приложил к этому содействие, однозначно.

191

Возьму пол-литру, и не пожалею. Мазну с палитры женщин галерею...

Хотя в этом году день защитника отечества и женский день отделены друг от друга количеством дней больше обычного, воспринимаются они как единый день защитников отечества и женщин.
Может, оттого и возникло поначалу желание выписать галерею замечательных внешне и духом женщин, которых близко знал, и которые были близки к защитникам отечества. Заголовок стал уже вырисовываться,- "Афганка", либо "Женщина и военщина". Но потом поставил на этой затее жирный крест, чтобы не устраивать стриптиза личных отношений. И навспоминал галерею образов, с которыми у меня не было личных отношений,- из увиденного в жизни мной самим или знакомыми.

1. Транссиб, последние годы брежневского правления, или после него, но до Горбачева. Вовращаясь со служебной поездки, зимним вечером забираюсь в общий вагон проходящего поезда. Заплатив проводнику больше, чем по билету. (Проводники тогда, бывало, наглели, требуя денег "со штрафом", т.е. с суммой штрафа, которую они якобы отдадут контролеру за провоз безбилетника, ежели контролер объявится в вагоне).
Первый отсек от входа, сразу за каморкой проводника, был густо заполнен солдатами с лычками на погонах, среди которых выделялись погоны одного майора. Переместившись ко второму отсеку, тоже увидел солдат, но без офицера. Спросил, можно ли присесть, кивнули. Присел, ибо неизвестно, что дальше по вагону, а за мной шли еще вошедшие, был риск "провыбираться". Солдаты были и на первой, и на второй, и даже на третьей полках, и все на вид трезвые и молчаливые.

Топили в вагоне хорошо, ночь прокемарил не помню уже как. На следующее утро, направляясь из отсека, чтобы покурить в тамбуре, заметил молоденькую стройную девушку, стоящую в коридоре, лицом к первому отсеку, и вроде с кем-то в отсеке по-свойски расслабленно говорившую. Земляка/ов, наверное, встретила- подумалось мне. Картина эта выглядела в цветовой гамме как бы фантасмагорически, как фотошоп: пыльный и грязный общий вагон приглушенно-землистых тонов, где липкость почти всего, к чему ни прикоснись, казалось бы, даже передавалась висящим в воздухе пылинкам, солдат на солдате, и вдруг вкрапление усеянного цветами летнего луга! То было платье на стоявшей в проходе девушке. Преобладали как бы синие лепестки на белом фоне, местами красные элементики присутствовали. Праздничное платье с коротким рукавчиком, из добротной объемной синтетики, нормальной длины, прекрасно облегающее её фигуру. На ногах были ничем не примечательные, кроме облегаемых ими крепких стройных ног, однотонные рейтузы. Девушка была юна, на вид лет 17-19, стройна как статуэтка и приветливо-миловидна лицом.
Через некоторое время девушка возникла и перед нашим отсеком, и, мельком окинув всех в нем (я сидел внизу с краю у прохода) прошла вглубь к одному солдату, лежащему на полке, о чем-то кратко с ним неслышно для меня переговорила и ушла. Вблизи она тоже была красива фигурой, а лицо источало неподдельную доброту и приветливость.
Через непродолжитеьное время, может, минут через 20, девушка вновь возникла перед нашим отсеком. Я на этот раз не сидел, а стоял,- наверное, вернувшись с перекура. Она, как бы протискиваясь мимо меня вглубь отсека, прильнула ко мне упругой грудью, и, заглядывая мне в глаза, туго и плавно проскользнула мимо меня. Вновь о чем-то коротко переговорила с одним из солдатов на полке и ушла. Почти что повторяемость событий привлекла к себе внимание, и я заметил, что этот солдатик вскоре спрыгнул с полки, вышел, и через непродолжительное время вновь вернулся на полку.
Еще через некоторое время девушка вновь возникла перед нашим отсеком, и я в этот момент вновь стоял. Она еще более плотно прильнула ко мне грудью, как бы протискиваясь в глубь, и с еще большей тугостью протерлась об меня, откровенно заглядывая мне в глаза. Вновь после короткого разговора с очередным солдатиком вышла, а через некоторое время вышел и солдатик, вскоре вернувшись назад.

Поезд доехал до городского вокзала, где мне надо было выходить. К моему удивлению, эта девушка тоже выходила. Солдаты поехали дальше. Вид у девуши резко переменился: на ней было простое ширпотребное малинового света пальто из синтетики, с как бы прозрачными волосками начеса (редкостная затрапезность!) и незамысловатые сапоги и что-то на голове, небольшая сумка в руках. Типичная замухрышка из глубинки. Пояснила мне, что едет проведать брата, он унее милиционером прямо на этом вокзале и служит. В здании вокзала она окликнула первого увиденного милиционера и спросила его о чем-то, я толком не расслышал, народу было много, мешал гул. Милиционер ответил четко, слышно, что такого-то сейчас на вокзале нет, появится через три часа. Я повернулся к девушке, чтобы попрощаться, и услышал от нее: "А сейчас мы поедем к тебе". Чистый девичий голосок, с нотками нежности и стремления к гармонии. После короткого вихря мыслей в голове я ей ответил, что это, в силу обстоятельств, не представляется возможным. Никакого намека на оскорбительную реакцию на ее лице! То же приветливое спокойствие. Постояв с секунду, она полезла в карман пальто, и вытащила оттуда ворох дензнаков- трешки, пятерки. ни рублей, ни купюр иного достоинства там не было. Глядя на них с выражением, напонинающим девочку, собирающую фантики, она немного их пораспрямила, но не особо, и вновь засунула в карман. Я сказал ей прощальные слова и повернулся, чтобы уходить, и тут ощутил на своей ушной раковине поцелуй ее губ. А она тем временем своим язычком ласково по кругу облизала мне вход в ухо. Искусница! Показала, что она на меня не в обиде, и что я, цивильный и восточный, а не военный и славянского вида, ей тоже интересен. На том и расстались, и больше я ее не встречал.

Как относиться к ней? Кинуть в нее камень у меня рука не поднимается. А назвать девушкой с пониженной социальной ответственностью язык не поворачивается. Ну разве что девушкой с повышенной сексуальной отзывчивостью.
На мой взляд, ей очень нравилось, что она делала, и она бы это делала и без сования ей трешек-пятерок. Причем у нее это была не абстрактная похоть, а всегда личностно-ориентированное на кого-нибудь чувство. Эдакий любовный блиц-роман. Для сравнения, опишу рассказ своего знакомого, который после военной кафедры прослужил два года комвзвода. На тропинке утренней пробежки его солдат поджидала девушка. Весь или почти весь взвод совершал с ней соитие, а она в это время находилась в неизменной позе раком. А одно время прямо уже в здание казармы повадилась ходить одна барышня. Солдаты любили ее в подвале. Мой знакомый, узнав об этом, решил прекратить этот бардак. И вечером он взял солдатика, и отправился с ним обследовать подвал. В глубине подвала было очень темно. Вдруг куда-то исчез солдатик. Мой знакомый включил фонарик, который был у него, и нашел солдата, уже примостившегося сзади к девахе, стоявшей раком.
-Товарищ лейтенант, я ее поймал!- бодро и по-военному четко отрапортовал засвеченный солдатик.

2. Задумывающийся десантник.
Как соотносится нравственность вышеописанной девушки с нравственностъю девушки из истории ниже, я по прошествию десятков лет все еще затрудняюсь определить. Историю рассказал мне бывший десантник во время вступительных экзаменов, мы жили в одной комнате общаги. Он тогда не поступил. Может, и к лучшему. Наверное, это было не его. Он много задумывался о жизни, наверное, с него вышел бы писатель. А может, и вышел. Других столь крепко задумывавшихся о жизни десантников я не встречал.
В подразделении, где он служил, один из солдат получил письмо от девушки. В котором она сообщала, что так мол и так, встретила на своем жизненном пути другого и полюбила его, извини. На следующий день, на занятиях по огневой подготовке, этот солдат вдруг направляет ствол автомата себе в живот и делает одиночный выстрел. И через считанные секунды вдруг начинает палить вокруг. -Ля, мы во все щели попрятались!- Видать, агония, осознал, что умирает, решил других с собой утащить- сказал десантник. Офицер скомандовал пристрелить самострельщика. Подошел к трупу и сказал: "Собаке- собачья смерть!" Занятия продолжились. Никаких комментариев к этой истории десантник не выдал.
В один из следующих дней он рассказал другую историю. Начальство отрядило как-то раз его и еще нескольких затащить пианино на один из этажей дома, где жили семьи офицеров. Это пианино купила вдова разбившегося летчика из их части. Она осталась жить одна, без детей, после гибели мужа, никуда не уехала. Красивая, молодая и интеллигентная женщина. Они втащили пианино в гостиную. Там на одной из стен, во всю высоту, от пола до потолка, находилось фото мужа в форме, с улыбкой. Хозяйка усадила солдат за стол с чаем и сдобой к нему. Молодые здоровые парни пьют чай и пялятся на эту красивую одинокую хозяйку. Возникла как бы неоднозначная пауза. Наконец один из солдат, тщательно подбирая слова, начинает ей уважительно говорить, что Вы вот остались одна, а кругом столько достойных мужчин, Вы ведь могли бы устроить свою жизнь...
На что она спокойным обыденным голосом отвечает: "Ну как я могу, когда он у меня перед глазами стоит".
-Наверное, все-таки любовь есть- задумчиво прокомментировал на сей раз историю десантник.

3. Тени подзабытых предков.
3.1 В 1967 или 1968 году (н.э.) ехал я на поезде в общем вагоне где-то посреди между Москвой и Уралом в рамках летней школьной экскурсии. Эти поездки были громаднейшим окном в мир, ибо телевидение в наши края тогда не доходило. Я жадно вглядывался и впитывал все увиденное. Народ в общих вагонах зачастую вел неторопливые и нехитрые жизненно-бытовые разговоры. В один из моментов на боковых сиденьях напротив нашего отсека сидят две женщины средних лет, одна- лет 45-50, богато фигуристая и с приятным лицом тетенька. И эта тетенька, на вопрос соседки насчет мужа, отвечает: "Воюет еще. Как на войну ушел, так до сих пор не воротился". Через 22 или 23 года после войны! Ждет еще.
3.2 В Порт-Артуре (сейчас переименован в Лю-Шунь) есть русское кладбище, состоящее из двух частей,- дореволюционной и после, начиная с 1945 года. На дореволюционном, кроме многочисленных однотипных братских могил павшим в русско-японской войне, есть и индивидуальные размомастные захоронения. На одном из них видно внушительное каменное надгробие, а рядом с ним скромное надгробие на основе деревянного креста. Под первым покоится прах полковника царской армии, раненного на той войне. В русском госпитале там за ним ухаживала сестра милосердия, на 12 или 13 лет его старше. Она его выходила, стала его женой. Они прожили некоторое время вместе, до его кончины. На памятник ему она отдала все или почти все имеющиеся у нее средства. Остаток дней своих она прозябала там в бедности. Когда умерла, русская община там собирала деньги на скромное погребение. Эти две могилы зовут могилой влюбленных.
Прочел в интернете, что теперь служащие кладбища не пускают на дореволюционную часть группы туристов из России, говоря, что это уже не их история. Но у меня сложилось впечатление о душевности служащих, и что с ними при желании можно договориться.

За сим галерею образов женских прерываю, по причине перебора объема. До следующего раза.

В этот день, Восьмого марта,
Когда снега еще видны,
Поздравляю вас, девчата,
С лучшим праздником весны!

Вы всегда душою юны,
Сердцем пылким- горячи,
Вы- серебряные струны
И скрипичный ключ в ночи!

192

Кто такой загадочный актёр эпизодов Р.Хобуа в комедиях Данелии и почему он ни разу не появился в кадре?

Великий кинорежиссёр и сценарист Георгий Николаевич Данелия обладал великолепным чувством юмора. В его фильмах этот юмор проявлялся даже в малозаметных мелочах и коротких эпизодах.

Вы наверняка замечали, что любимый актёр Данелии – Евгений Леонов – в каждой картине мастера пел одну и ту же русскую народную песню про Марусеньку: «На речке, на речке, на том бережочке, мыла Марусенька белые ноги…».

Если я сейчас начну перечислять все эти фильмы и роли в них Леонова – вы устанете читать.

На самом деле речь в этой заметке пойдёт не о музыкальной шутке Данелии про Марусеньку и её сурового свёкра, а о другой его шутейной придумке – о человеке, обозначенном в титрах как актёр эпизода, но который ни разу не появился в кадре.

Итак, обратите внимание:
- в комедийно-драматическом художественном фильме «Не горюй!»
- в лидере проката 1975 года – трагикомедии «Афоня»
- в душевной киноистории о грузинском лётчике Валико Мизандари «Мимино»
- в шедевральной трагикомедии, снятой в жанре фантастической антиутопии «Кин-дза-дза!»
- а также в других фильмах Данелии в титрах указан один и тот же человек – некий «Р.Хобуа»...

Странно и загадочно – ведь артистов с такой фамилией никогда не было в Советском Союзе! Более того, пусть даже не актёр, а самый простой человек по имени Р.Хобуа, который мог совершенно случайно попасть на съёмки эпизодов, никогда и ни в каких фильмах Данелии не снимался. Кто же этот таинственный и вездесущий Р.Хобуа?...

Оказывается, шутейная традиция указывать загадочное имя в титрах произошла из одного курьёзного случая.

Как-то раз Георгий Данелия на пару со сценаристом Резо Габриадзе проживал в одной из гостиниц Тбилиси. Два грузина писали киносценарий на русском языке. Специально обращаю ваше внимание на этот забавный факт, а вот почему – вы поймёте немного позже.

Во время ужина в гостиничном кафе Данелия и Габриадзе познакомились со скромным строителем из города Зугдиди. Слово за слово – и Георгий с Резо потащили своего нового приятеля в гостиничный номер для того, чтобы поделиться с ним своими творческими наработками.

Они пытались «испытать» на нём свой сценарий – им было интересно посмотреть, как простой рабочий человек из провинции отреагирует на их произведение: будет ли смеяться в смешных местах и грустить в грустных? Несколько часов кряду они читали ему свои тексты, на что строитель раз за разом восхищённо восклицал: – Гадасаревиа!...
По-грузински это превосходнейшая, великолепнейшая степень похвалы, которая означает: так хорошо, что с ума сойти можно!

Кинодеятели радовались столь бурной реакции, ну раз народу зашло – значит и правда сценарий хороший – рассудили они. Короче говоря, все разошлись довольными.

На следующий день Данелии захотелось ещё разок послушать мнение народного «эксперта», благо новые сцены уже подоспели – и режиссёр со сценаристом опять пригласили строителя к себе в номер. Тот пришёл и… очень сильно огорчил творческих работников… помявшись, он признался, что плохо понимает по-русски – и поэтому он вообще не понял, о чём в сценарии идёт речь. Кинематографисты были ошеломлены: – Если не понимал, то зачем хвалил? Зачем восхищался? Зачем говорил «гадасаревиа»?

Человек из народа ответил: – Такие уважаемые люди написали! Конечно, гадасаревиа! Разве может быть по-другому?

После чего «эксперт», увидев, что невольно расстроил таких уважаемых людей, тихо ретировался. А Резо Габриадзе сказал Георгию Данелии: – Он столько с нами мучился, а мы ему даже спасибо не сказали. Давай запишем его имя в титрах, в эпизодах. Он посмотрит у себя в Зугдиди картину – и ему будет приятно!

Звали этого восхищённого строителя Рене Хобуа. С тех пор так и повелось, что в каждом фильме Данелии в эпизодах числился «Р.Хобуа».

Вот такая вот «фишка» великого мастера кино, наряду с песней про Марусеньку, моющую в речке белые ноги...

193

«В блокадных днях мы так и не узнали
Меж юностью и детством где черта
Нам в сорок третьем выдали медали
И только в сорок пятом паспорта»
Ю. Воронов.
Посвящается военному поколению Ленинградцев с непростыми судьбами.

Когда началась война, Игорю только исполнилось тринадцать лет. Как и все Ленинградские мальчишки его возраста, он мечтал убежать на фронт бить фашистов, тем более, что его старшие братья воевали – оба на флоте, как и все, он старался помогать взрослым – дежурил на крышах во время налётов, тушил зажигалки, помогал разбирать завалы после обстрелов, как и все, голодал.

Они били из рогаток голубей на чердаках, пытались ловить даже кошек – но и голуби и прочая живность в блокадном городе скоро пропали. Ловили рыбу на Неве, летом ухаживали за огородами – даже сквер возле Исаакиевского собора был засажен.
За всю блокаду Игорь только один раз серьёзно испугался – попал под обстрел на Литейном.

Ахнуло так, что уши заложило. Кувырнулся на землю, в башке звенит. Обвалилась часть стены дома, вылетели стёкла в доме напротив. Легковой автомобиль, проезжавший мимо, взрывной волной швырнуло на телеграфный столб. Водителя выбросило на асфальт, машина загорелась. Пассажир в салоне без сознания. В несколько ударов Игорю удалось открыть заклинившую дверцу и вытащить пассажира. Военный, звёзды на петлицах – чуть не генерал?

- Портфель, портфель – хрипит. С ушей кровь, глаза мутные, но хрипит так, будто приказ отдаёт.

Игорь бросился к двери, и в последний момент успел выхватить кожаный портфель с заднего сидения – а потом полыхнул бензобак, и к машине было уже близко не сунуться.

Шатаясь, подходит водитель.

- Товарищ комбриг, как вы? Вы целы?

- Вон, парню скажи спасибо, вытащил. И документы спас. Герой. Ты вот что пацан, скажи, как зовут тебя, и где живёшь. Шевчук, запиши. За такое одного спасибо мало.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………

Ещё Игорь мечтал стать моряком – как его братья. Кончилась война, старший брат – он был подводник- остался служить на Тихоокеанском флоте, а второй пошёл на сверхсрочную – и для него война продолжалась до начала пятидесятых – они разминировали Финский залив и Балтику.

- На флот хочешь? Что ж, дело правильное. Видать в нашей семье у всех мужиков море в душе.

Игорь поступил в Макаровское училище. С гордостью носил тельняшки и брюки клёш – когда первый раз прошёл по Невскому в форме, аж глаза закрывал от удовольствия – казалось, будто все на него смотрят и завидуют.

Учился без троек, в меру хулиганил – как и все пацаны его возраста и поколения. Однажды на спор, в конце сентября переплыл Неву – течением уволокло почти на три километра – от Финляндского железнодорожного моста до Большеохтинского.

Жизнь налаживалась, в сорок седьмом году отменили карточки на продукты, город приходил в себя после блокады, Игорь продолжал учиться.

А потом всё пошло кувырком.

Актовый зал Макаровки находится на самом верхнем этаже, и под большим красивым стеклянным куполом. Кому пришла в голову дурная идея на праздник устроить фейерверк? Компания курсантов – и Игорь в том числе, в мастерских расточили из бронзы небольшую пушку, артиллерийского пороха тогда везде было навалом – только война кончилась, забили доверху ствол конфетти, и когда начальник училища, по завершении официальной части праздника взмахнул рукой, произнеся-

- А теперь танцы!

Бахнули под потолок. БУМММ…АХХХ…

Купол рухнул на собравшихся. Заряд не рассчитали, многовато пороху положили.

Скандал гремел до небес, хулиганов с позором выгнали из училища. Всё, бля. Приехали. От мечты всей жизни остались только китель без погон, тельняшка и расклёшенные брюки.

Игорёха страшно переживал, не разговаривал ни с кем, ходил мрачный и злой. Надо было что- то делать, искать работу, устраиваться.

Однако, судьба подстерегала его с ещё одним сюрпризом. Парень он был для своего возраста здоровенный, кряжистый и очень сильный. Поэтому его участие в дворовых разборках- район на район весьма ценилось – мало кто мог устоять в драке против него.

Ну и вот, значит, происходит очередное столкновение. Игорёха лупил кулаками с лютым остервенением, а как ещё попробовать забыть, что с ним случилось? Противник его помутнел глазами, поскользнулся, упал, но поднимаясь, весь в крови, потащил нож из- за голенища. Игорь саданул мерзавцу камнем по голове. Вот теперь действительно всё, бля.

…………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
- Подсудимый Л..н, вы признаны виновным по статье 137 Уголовного кодекса РСФСР………предумышленное убийство…………сроком на семь лет с отбыванием наказания в колонии строгого режима.
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Срок он отбыл полностью, и потом никогда никому не рассказывал, какую школу ему пришлось там пройти. Послевоенные колонии – это отдельная тема. В войну уголовный мир раскололся на два лагеря – «воров» и «сук». По воровским понятиям, служить государству было не просто западло, а каралось смертью.

Поэтому те из блатных, кто пошёл воевать, защищая свою землю от фашистов, подлежали безжалостному уничтожению. Противостояние было смертельным, никакая охрана лагерей ничего с этим сделать не могла – и можно представить, какая там царила атмосфера.

Работать Игорёхе пришлось на шахте – вначале киркой, а под конец срока - уже отбойным молотком. С лёгкой руки алкоголика Стаханова по всей стране раззвонили тот объём, что он якобы осилил вырубить за смену, и нормы выработки для шахтёров были установлены конские- почти неподъёмные. Выручала природная силушка – не многие в отряде могли справляться с работой, так как Игорь.

Блатные вначале попробовали присматриваться к здоровяку, да и статья у него была уважаемая- в смысле – не принять ли его в свою кампанию, но после нескольких разборок отстали. Однако, в нескольких кровавых бойнях – барак на барак- ему пришлось поучаствовать.

К своему освобождению он был уже бригадиром, и простое имя Игорь превратилось в уважительное- «Палыч».

Выйдя на свободу, какое- то время работал вольняшкой на той же шахте, снял комнату в Кемерово- жизнь- то продолжается. Двадцать семь лет от роду, образования – школа и два с половиной курса училища, моряка из него не получилось, но шахтёрскую профессию Палыч освоил уверенно.

И если семь лет назад он считался крепким парнем, то сейчас силищей обладал просто медвежьей. Там же, в Кемерово, познакомился со своей будущей женой – симпатичной доброй барышней родом из Донецка – её семья как выехала в эвакуацию в сорок первом, так на Кузбассе и осталась.

Откуда стало известно, что зарплаты на сланцевых шахтах в Эстонии в разы больше чем здесь, а работа намного легче? Палыч долго не раздумывал, и они с супругой поехали через всю страну – устраивать жизнь по своему.

Уже в Эстонии, в пути, произошёл неприятный инцидент. Трое оболтусов- Эстонцев, лет за двадцать дуракам по возрасту, прямо в автобусе начали играть в мяч – и довольно сильно попали жене Палыча по лицу. Палыч взял мяч, установил его в углу возле входной двери, и ударом ноги превратил в блин. А потом бросил в физиономию самому наглому. Те начали орать что- то по своему, водитель остановил автобус.

- Не выходиитте с ниими, говорит одна из пассажирок по- Русски. Они вас убиить сговаариваюттся.

Эстония всего десять лет, как окончательно стала Советской республикой, и национализма там ещё вот как хватало. Многим местным поперёк горла было отвыкать от своих привычных традиций- и большинство всех Русских называли оккупантами.

Палыч-то был выйти ВОООВСЕ не против – эти щенки не знали же, с кем имеют дело? Пассажиры, однако вмешались, скандал погасили. Но запомнилось.

Зарплата на шахте действительно была намного больше, чем в Кемерово, и сланец рубить значительно легче, чем уголь. Но вот незадача – в бригаде половина Эстонцы, половина Русские, маркшейдер Эстонец, бригадный мастер Эстонец. Работают все одинаково, а платят Русским раза в два меньше. Это как же понимать? Отвели мастера в сторонку, задали вопрос.

-Ты как наряды закрываешь?

Тот вначале делал вид что по Русски вообще не понимает, потом начал пороть какую- то чушь, что на такой выгодной работе принято делиться с начальством… Палыч поднял его за воротник-

- Ну мы тебя предупредили.

Снова получка, и снова у Эстонской половины бригады она намного больше.

Так. Придётся воспитывать говнюка.

Мастер после смены обязан обойти забой. Мужики связали вместе несколько динамитных патронов, вставили бикфордов шнур подлиннее – метр с лишним. Дождались этого засранца – хорошенько врезали под дых, связали, укрепили патроны на пузе, подожгли шнур, и сделали вид, что убежали. Ногами потопали.

Метр шнура горит около полутора минут. За это время мастер выдал такой сольный концерт, что нарочно не придумаешь. Он орал, матерился, плакал, сучил ногами, визжал, катаясь по полу, под конец стал выть совершенно по звериному – уши закладывало. Шнур догорел, его развязали. Стоять не может, падает, коленки дрожат от истерики. Воняет от него жутко – штаны полные навалил. Зубы стучат.

- Ну что, научился по Русски- то разговаривать? Не обижайся, но если ещё будет такая зарплата, в следующий раз придётся ставить шнур с детонатором.

Бросили его в забое, и ушли. Мужичок хлипкий оказался, не смог больше работать, уволился. А новый мастер принялся за то же самое – не так нагло, как предыдущий, обосравшийся, но всё равно своим предпочтение отдавалось постоянно.

Палыч супруге говорит –

- Слушай, тут конечно неплохо, но дома лучше. Не станем мы тут своими никогда.

- Ну и хрен с ними, мне тоже тут не нравится. А поехали к нам, на Донбасс?

На Донбасс уезжать пришлось гораздо раньше, чем планировалось, и в срочном порядке- потому что однажды вечером в парке, Палыч случайно встретил двоих из той компании из автобуса- с мячом. Жене он об этом не сказал, однако уезжал довольный – с ооочень глубоким удовлетворением.

Обосновались в Енакиево, устроились на работу. Поначалу была комната в рабочем общежитии, потом, когда появились дети, сняли полдома у хозяев. А через несколько лет построили свой дом.

На работе Палычу все относились с уважением – за несколько лет он заработал прочный авторитет.

Бригадир на косых пластах – а это самое опасное, что вообще может быть в забое- и все в бригаде знали, что этот никогда не подведёт, что на него действительно можно положиться.

Один из случаев, который в посёлке передаётся, наверное, ещё и сегодня- как легенда памяти знаменитого бригадира-

В очередной раз ухнуло, и порода сыграла- там это постоянно случается, небольшой обвал, часть выработанного забоя засыпало, крепь пополам с каменной крошкой повалилась вниз – забой шёл примерно градусов под сорок к горизонту. Вся бригада ломанула к главному стволу – внизу остались трое – Палыч, ниже его метров на пятьдесят Ашот- мужик лет тридцати с дурацкой для его имени фамилией Иванов, и Колька – парень только после армии.

Ашот орёт-

- Палыч, бляяя, скинь шланг, мой порвало!

Когда в штреке завал, всё деревянное трещит и сыплется, выбраться можно только цепляясь за шланг от отбойника – как по верёвке.

- Колька где?

-Х-й его знает, крепью завалило! Скинь шланг, иначе мне тут сейчас пи…дец настанет! Палыч!

- Пи…дец тебе настанет, если без Кольки попробуешь выбраться! Давай, откапывай!

Порода продолжает ходить ходуном, все понимают, что ещё немного- и это будет их могила. Ашот бешено расковыривает и отбрасывает камни и доски, минут за пять, показавшимся им всем вечностью, вытаскивает пацана. Без сознания, ноги переломаны, но дышит. Палыч бросает вниз шланг.

- Привязывай его!

- А я? Ты что, меня бросить решил? Палыч! Палыыыч!

- Привязывай, говорю! Быстрей, бля, давай, скоро тут всё на хер повалится!

Вначале он бешеными рывками выволок ободранного Кольку, потом сбросил шланг Ашоту. Тот обезьяной взлетел на уровень, и без оглядки, где бегом, где на карачках, понёсся к главному стволу.

Палыч закинул Кольку на спину и тоже рванул – успели. Штрек, длиной около трёхсот метров, полностью завалило минут через пять. Всё. Только пыль летает.

Палыч с Колькой поднимаются на поверхность.

Там Ашоту разве что морду не бьют.

- Ты что оставил их там? Где напарник твой, где бригадир, бля?

- Чо орёте, бля, сами-то первыми удрали?

- Спокойно, мужики – это Палыч говорит- всё в порядке, все живы. Скорую вызывайте, с парнем плохо.

Ашот –

- Палыч, ты это, извини, забудь, психанул я – слишком страшно стало. А если бы и меня завалило, ты что бы там делать стал?

- Ты же знаешь. Полез бы вниз, вас откапывать.
……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Уже в восьмидесятые, когда Палычу стало всё тяжелее спускаться в шахту – сказались годы работы на Кузбассе, ноги болели, в спину стреляло- директор шахты говорит –

- Игорь Палыч, ты же в войну в Ленинграде был? Блокаду пережил? Так тебе же льготная пенсия полагается? Бери- ка ты отпуск, и поезжай оформлять документы.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Это был уже совсем другой Ленинград. Палыч долго стоял на набережной, возле Макаровского училища – когда он там учился, моста Александра Невского ещё не было. Не было тогда метро рядом, не было такого человеческого потока – отвык он от многолюдности за свою жизнь. Постоял, посмотрел печально, вздохнул, ну и пошёл собирать справки-

- Это вам надо в горвоенкомат, на Маклина (ныне -Английский проспект), в архиве запрос делать. Свидетельство о рождении у вас сохранилось? А штампы о прописке? Вот и поезжайте туда.

Палыч, особо ни на что не надеясь в общении с бюрократами, отстоял в очереди, написал заявление, заплатил за ксерокопии документов, и стал ждать. Ответ обещали дать через три дня. Скучно конечно, ну хоть по городу можно походить – посмотреть, вспомнить.

И вот срок настал. Что это у военкоматского капитана взгляд какой- то радостный?

- Уважаемый Игорь Павлович! Я искренно рад, что именно мне довелось ответить по вашему обращению!

- Позвольте поздравить вас с получением статуса ветерана- блокадника, и вручить вам заслуженные награды. Представление на вас было подано комбригом Сорокиным ещё в сорок третьем- вот тут его подпись, но согласовано только в сорок седьмом. И тут же в деле- справки об обращении к розыску – вас просто не смогли найти. Почти сорок лет прошло!

Ну не мог же Палыч ответить сияющему инспектору -

- В сорок седьмом я сидел в тюрьме.

Домой, на Донбасс Палыч ехал, рассматривая своё новенькое удостоверение ветерана войны, и две медали – «За боевые заслуги», и «За оборону Ленинграда».

194

Бомба на контрольной
"Если хочешь что-то как следует спрятать, положи на самое видное место"

Вы пользовались шпаргалками на контрольных или экзаменах? Нет? Да ладно! Вы просто монстр интеллекта.
А вот некоторым приходится хитрить.

Однажды в старших классах была контрольная по алгебре. Можно было, конечно, постараться подглянуть в тетрадку и найти похожую задачку. Но некоторые просекли (я так еще в пятом классе) такую фишку: учителя брали условия задач для контрольных из сборника дидактических материалов. Таким образом, можно было заранее задачки перерешать.
Оставалось только принести готовое решение и списать.

Вы точно не писали шпаргалки в школе? Я - нет. Просто Валентина Алексеевна Голосеева замечательный учитель математики и мне не нужно было прибегать к фокусам со шпаргалками.

А вот некоторые готовили на контрольную бомбу.

Это заранее написанный готовый ответ на вопрос экзамена или готовое решение задачки. Очень полезная вещь, в вузе на экзамене часто выручала.
Когда сдаешь болтологический предмет, бомбы и шпаргалки не нужны, разве что зафиксировать жутко нужную информацию о том, на каком съезде чего порешали. Нам всем эта информация, как вы знаете, круто в жизни пригодилась.

Когда в билете три вопроса из 150, и там сплошные формулы и графики, без бомб никуда. Плюс пока пишешь бомбы, работает сразу моторная, зрительная и прочая память.

Так вот, открытие о пользе бомб на экзаменых было сделано мной еще в школе, когда одноклассник (кто именно - уже забыл) продемонстрировал бомбёжку.

Пока все шуршали шпорами и пытались куда-то там заглянуть, привлекая внимание Валентины Алексеевны, этот товарищ просто положил бомбу сверху раскрытых листов тетради. Такие же листки, как в самой тетради. И сдувал.

Правда, в вузе на экзамен приходится нести с собой гораздо больше листков. Как их спрятать и достать нужный - совсем другая история.

Источник: https://ok.ru/group/70000005030819/topic/155672448586659

195

Давным-давно, когда я только начинал мотаться вдоль М-5 между Уфой и Челябинском по своим строительным объектам, то обо всем интересном у водителя спрашивал. Я-то не местный, а он там сто раз вдоль и поперек катался.

Вот едем мы зимой, тихонько едем потому что лед, холодно и снег идет, а впереди люди стоят руками машут лучше, чем птицы крыльями. Лучше - это потому что амплитуда на треть больше птичьей. Разве что взлететь не получается, но уже высоко подпрыгивают.

- Это кто такие, - спрашиваю шофера, - размашистые?

- Гаишники, - говорит, - им холодно, они греются.

Конечно гаишники, думаю, мог бы и сам понять, элементарно ведь.

Километров через пятьдесят снова люди на обочине руками вовсю машут. Устали, махавши, даже подпрыгнуть не выходит.

- Смотри, - показываю, - еще гаишники замерзли.

- Нет, - отвечает водитель, - это не гаишники, это бизнесмены. Они чеки продают. Чтоб за подотчетные деньги отчитываться.

И точно. Какие из них гаишники, очевидно же, мог и сам сообразить.

И километров через сто опять на дороге бизнесмены руками машут.

- О! Еще бизнесмены. Нам чеки не нужны ведь?

- Какие это бизнесмены?! Это психи так сигареты просят. Тут дурдом рядом, их на прогулку выпустили.

И точно психи, некоторые в больничных пижамах, надетых на телогрейку.

- Слушай, - говорю драйверу, - как вы их отличаете-то?

- Да просто все, - отвечает, - раз дурдом рядом – это психи руками машут. А коли дурдома рядом нет, то или гаишники замерзли, или чеки продают. Понятно же все.

Конечно понятно. С тех пор, когда мимо психушки хожу, руками стараюсь не размахивать, чтоб за гаишника не приняли. Потому что это не правильно. Дурдом-то рядом.

196

> США инвестируют $5 млрд в разработку чипов из-за отставания в области полупроводниковых инноваций.

> США не смогли профинансировать «научную часть» CHIPS и Закона о науке.

Очередной эпизод бразильского телесериала "Хуан Антонио и потерянные дети Марианны переносят высокотехнологичные производства в США" вышел на экраны, сообщает ArsTechnica.

Краткое содержимое всех предыдущих серий, в смысле каждой из них, т.к. они одинаковы до мелочей.

Пролог: Пустая сцена с флагами США, гимн, текст на фоне что гегемон стронг, абсолютно лидирует в технологиях всего и вся, все остальные лохи и отстали на 50-100 лет, сами ничего разработать не могут (ибо лохи), могут лишь выклянчить технологии у гегемона или украсть оные;

Завязка конфликта: Поэтому гегемон в очередной раз пытается построить у себя технологичное производство хоть чего-нибудь сложнее придорожной бургерной;

Акт 1: Выходит шеренга политиков и рассказывает, что теперь начнётся новая эра, новый этап, новый уровень (штуки подобного рода отлично заходят на геймифицированную аудиторию, в переводе на её язык это "можно забывать что до этого было, как карту предыдущего уровня в игре"), потому что мы начали Возвращение Производств в США. Куда они до этого делись и почему - заминается. Политики добавляют "и на это выделено много денег". Все показушно улыбаются и аплодируют сами себе.

Акт 2: Выбегает ватага клоунов-плакальщиков. Они кричат всякое типа "Да США выделили 50 с лишним миллиардов долларов по CHIPS Act!!!" (в августе 2022, ага), "Да вы понимаете какие это деньжищи, да вы понимаете насколько мы в жопе, да они сейчас такое ультрапрорывное сделают что только рыдать и останется!!!". Клоуны переключаются в режим плакальщиков и добавляют "А мы всё просрали. А у нас безысходность. А мы ничего не можем. Опять сверкающий поезд в будущее промчался мимо нас. А у нас бы всё разворовали. А у нас бы ничего не построили. А тут считай всё уже готово - такие-то деньги выделены, всё идеально освоят и с опережением графика построят сверхзаводы, мы обречены...".

Акт 3: Длинный, идёт месяцами, сопровождается победоносными реляциями "Всё строится, раз новостей нет, всё шикарно у них, это ж не мы, у нас-то полстраны в дырку в полу ходит, крымнаш и скрепы. А я верую что у ребят всё получится. А я и в марсианскую ракету Илона Маска к 2018 году верую". Реляции озвучивают специальные пидорасы-суфлёры.

Акт 4: Через год с лишним них@я не построено, бабло освоено на 100%, всё распилено на бесконечном консалтинге. Выяснения "кто виноват" ни к чему не приводят - политиков обвинять нельзя, распильщиков на консалтинге "как построить заводы" тоже (всё они дети и племянники тех политиков), пидорасов само собой тоже. Обвинить Путина сходу не выходит.

Далее немая сцена, на фоне слышны звуки воровства денег.

Всё готово к следующей серии, где события повторятся.

Особенность этой разве что в том, что невозможность найти кадры "кто подпишется под разработку" выдаётся за "не смогли профинансировать". Формулировка мягче чем реальность "мы любые зарплаты предлагаем, да никто не соглашается", поэтому считается приемлемой.

Очередной привет верующим в "да они просто денег донапечатают и всё решат", в общем. Stay tuned, следующая серия стартует уже скоро.

197

СЛУЧАЙНАЯ ВСТРЕЧА

Женщина была очень старой — ей было, по всей видимости, около 90. Я же был молод — мне было всего 17. Наша случайная встреча произошла на песчаном левом берегу Днепра, как раз напротив чудной холмистой панорамы правобережного Киева.

Был солнечный летний день 1952 года. Я играл с друзьями в футбол прямо на пляжном песке. Мы хохотали и орали что есть мочи.

Старая женщина, одетая в цветастый, до пят, сарафан, лежала, скрываясь от солнца, неподалеку, под матерчатым навесом, читая книгу. Было весьма вероятно, что наш старый потрёпанный мяч рано или поздно врежется в этот лёгкий навес, покоившийся на тонких деревянных столбиках. Но мы были беззаботными юнцами, и нас это совсем не беспокоило. И в конце концов, мяч действительно врезался в хрупкое убежище старой женщины! Мяч ударил по навесу с такой силой, что всё шаткое сооружение тут же рухнуло, почти похоронив под собой несчастную старушку.

Я был в ужасе. Я подбежал к ней, быстро убрал столбики и оттащил в сторону навес.

— Бабушка, — сказал я, помогая ей подняться на ноги, — простите.

— Я вам не бабушка, молодой человек, — сказала она со спокойным достоинством в голосе, отряхивая песок со своего сарафана.
— Пожалуйста, не называйте меня бабушкой. Для взаимного общения, юноша, существуют имена. Меня зовут Анна Николаевна Воронцова.

Хорошо помню, что я был поражён высокопарным стилем её речи. Никто из моих знакомых и близких никогда не сказал бы так: «Для взаимного общения, юноша, существуют имена...«Эта старушка явно была странной женщиной. И к тому же она имела очень громкое имя — Воронцова! Я был начитанным парнем, и я, конечно, знал, что это имя принадлежало знаменитой династии дореволюционных российских аристократов. Я никогда не слыхал о простых людях с такой изысканной фамилией.

— Простите, Анна Николаевна.
Она улыбнулась.
— Мне кажется, вы хороший юноша, — сказала она. — Как вас зовут?
— Алексей. Алёша.
— Отличное имя, — похвалила она. — У Анны Карениной был любимый человек, которого звали, как и вас, Алексей.
— Анна Николаевна подняла книгу, лежавшую в песке; это была «Анна Каренина». — Их любовь была трагической — и результатом была её смерть. Вы читали Льва Толстого?

— Конечно, — сказал я и добавил с гордостью: — Я прочёл всю русскую классику — от Пушкина до Чехова.

Она кивнула.

— Давным-давно, ещё до революции, я была знакома со многими русскими аристократами, которых Толстой сделал героями своих романов.

… Современному читателю, я думаю, трудно понять те смешанные чувства, которые я испытал, услышав эти слова. Ведь я был истинным комсомольцем, твёрдо знающим, что русские аристократы были заклятыми врагами трудового народа, презренными белогвардейцами, предателями России. А тут эта женщина, эта хрупкая симпатичная старушка, улыбаясь, бесстрашно сообщает мне, незнакомому парню, что она была знакома с этими отщепенцами! И, наверное, даже дружила с ними, угнетателями простого народа!..

Моим первым побуждением было прервать это странное — и даже, возможно, опасное! -— неожиданное знакомство и вернуться к моим футбольным друзьям, но непреодолимое любопытство, которому я никогда не мог сопротивляться, взяло верх, и я нерешительно спросил её, понизив голос:

— Анна Николаевна, Воронцовы, мне кажется, были князьями, верно?
Она засмеялась.
— Нет, Алёша. Мой отец, Николай Александрович, был графом.

— … Лёшка! — кричали мои товарищи. — Что ты там делаешь? Ты будешь играть или нет?

— Нет! — заорал я в ответ. Я был занят восстановлением разрушенного убежища моей новой знакомой — и не просто знакомой, а русской графини!-— и мне было не до моих футбольных друзей.

— Оставьте его в покое, — объявил один из моих дружков. — Он нашёл себе подружку. И они расхохотались.

Женщина тоже засмеялась.

— Я немного стара, чтобы быть чьей-либо подружкой, — сказала она, и я заметил лёгкий иностранный акцент в её произношении. — У вас есть подружка, Алёша? Вы влюблены в неё?

Я смутился.
— Нет, — сказал я. — Мне ведь только 17. И я никогда ещё не был влюблён, по правде говоря.

— Молодец! — промолвила Анна Николаевна. — Вы ещё слишком юны, чтобы понять, что такое настоящая любовь. Она может быть опасной, странной и непредсказуемой.
Когда я была в вашем возрасте, я почти влюбилась в мужчину, который был старше меня на 48 лет. Это была самая страшная встреча во всей моей жизни. Слава Богу, она длилась всего лишь 3 часа.

Я почувствовал, что эта разговорчивая старая женщина вот-вот расскажет мне какую-то удивительную и трагическую историю.

Мы уже сидели под восстановленным навесом и ели яблоки.

— Анна Николаевна, вы знаете, я заметил у вас какой-то иностранный акцент. Это французский?

Она улыбнулась.
— Да, конечно. Французский для меня такой же родной, как и русский…
Тот человек, в которого я почти влюбилась, тоже заметил мой акцент. Но мой акцент тогда был иным, и иным был мой ответ. И последствия этого ответа были ужасными! — Она помолчала несколько секунд, а затем добавила:
— Это случилось в 1877 году, в Париже. Мне было 17; ему было 65…

* * *
Вот что рассказала мне Анна Николаевна Воронцова в тот тихий летний день на песчаном берегу Днепра:

— … Он был очень красив — пожалуй, самый красивый изо всех мужчин, которых я встречала до и после него — высокий, подтянутый, широкоплечий, с копной не тронутых сединой волос. Я не знала его возраста, но он был очень моложавым и казался мне мужчиной средних лет. И с первых же минут нашего знакомства мне стало ясно, что это был умнейший, образованный и обаятельный человек.

В Париже был канун Рождества. Мой отец, граф Николай Александрович Воронцов, был в то время послом России во Франции; и было неудивительно, что его пригласили, вместе с семьёй, на празднование Рождества в здании французского Министерства Иностранных Дел.

Вы помните, Алёша, как Лев Толстой описал в «Войне и Мире» первое появление Наташи Ростовой на московском балу, когда ей было шестнадцать, — её страхи, её волнение, её предчувствия?.. Вот точно так же чувствовала себя я, ступив на паркетный пол министерства, расположенного на великолепной набережной Кэ д’Орсе.

Он пригласил меня на танец, а затем на другой, а потом на третий… Мы танцевали, раговаривали, смеялись, шутили — и с каждой минутой я ощущала, что я впервые встретила мужчину, который возбудил во мне неясное, но восхитительное предчувствие любви!

Разумеется, мы говорили по-французски. Я уже знала, что его зовут Жорж, и что он является сенатором во французском парламенте. Мы отдыхали в креслах после бешеного кружения в вальсе, когда он задал мне тот самый вопрос, который вы, Алёша, задали мне.

— Анна, — сказал он, — у вас какой-то странный акцент. Вы немка?
Я рассмеялась.
— Голландка? Шведка? — спрашивал он.
— Не угадали.
— Гречанка, полька, испанка?
— Нет, — сказала я. — Я русская.

Он резко повернулся и взглянул на меня со странным выражением широко раскрытых глаз -— растерянным и в то же время ошеломлённым.
— Русская… — еле слышно пробормотал он.
— Кстати, — сказала я, — я не знаю вашей фамилии, Жорж. Кто вы, таинственный незнакомец?

Он помолчал, явно собираясь с мыслями, а затем промолвил, понизив голос:
— Я не могу назвать вам мою фамилию, Анна.
— Почему?
— Не могу.
— Но почему? — настаивала я.
Он опять замолчал.
— Не допытывайтесь, Анна, — тихо произнёс он.

Мы спорили несколько минут. Я настаивала. Он отказывался.

— Анна, — сказал он, — не просите. Если я назову вам мою фамилию, то вы немедленно встанете, покините этот зал, и я не увижу вас больше никогда.
— Нет! Нет! — почти закричала я.
— Да, — сказал он с грустной улыбкой, взяв меня за руку. — Поверьте мне.
— Клянусь! — воскликнула я. — Что бы ни случилось, я навсегда останусь вашим другом!
— Не клянитесь, Анна. Возьмите назад свою клятву, умоляю вас.

С этими словами он полуотвернулся от меня и еле слышно произнёс:
— Меня зовут Жорж Дантес. Сорок лет тому назад я убил на дуэли Пушкина…

Он повернулся ко мне. Лицо его изменилось. Это был внезапно постаревший человек; у него обозначились тёмные круги под глазами; лоб перерезали морщины страдания; глаза были полны слёз…

Я смотрела на него в неверии и ужасе. Неужели этот человек, сидевший рядом со мной, был убийцей гения русской литературы!? Я вдруг почувствовала острую боль в сердце. Разве это мыслимо?! Разве это возможно!? Этот человек, в чьих объятьях я кружилась в беззаботном вальсе всего лишь двадцать минут тому назад, этот обаятельный мужчина безжалостно прервал жизнь легендарного Александра Пушкина, чьё имя известно каждому русскому человеку — молодому и старому, бедному и богатому, простому крестьянину и знатному аристократу…

Я вырвала свою ладонь из его руки и порывисто встала. Не произнеся ни слова, я повернулась и выбежала из зала, пронеслась вниз по лестнице, пересекла набережную и прислонилась к дереву. Мои глаза были залиты слезами.

Я явственно чувствовала его правую руку, лежавшую на моей талии, когда мы кружились с ним в стремительном вальсе…Ту самую руку, что держала пистолет, направленный на Пушкина!
Ту самую руку, что послала пулю, убившую великого поэта!

Сквозь пелену слёз я видела смертельно раненного Пушкина, с трудом приподнявшегося на локте и пытавшегося выстрелить в противника… И рухнувшего в отчаянии в снег после неудачного выстрела… И похороненного через несколько дней, не успев написать и половины того, на что он был способен…
Я безудержно рыдала.

… Несколько дней спустя я получила от Дантеса письмо. Хотели бы вы увидеть это письмо, Алёша? Приходите в понедельник, в полдень, ко мне на чашку чая, и я покажу вам это письмо. И сотни редких книг, и десятки прекрасных картин.

* * *
Через три дня я постучался в дверь её квартиры. Мне открыл мужчина лет шестидесяти.
— Вы Алёша? — спросил он.
— Да.
— Анна Николаевна находится в больнице с тяжёлой формой воспаления лёгких. Я её сын. Она просила передать вам это письмо. И он протянул мне конверт. Я пошёл в соседний парк, откуда открывалась изумительная панорама Днепра. Прямо передо мной, на противоположной стороне, раскинулся песчаный берег, где три дня тому назад я услышал невероятную историю, случившуюся с семнадцатилетней девушкой в далёком Париже семьдесят пять лет тому назад. Я открыл конверт и вынул два
листа. Один был желтоватый, почти истлевший от старости листок, заполненный непонятными строками на французском языке. Другой, на русском, был исписан колеблющимся старческим почерком. Это был перевод французского текста. Я прочёл:

Париж
30 декабря 1877-го года

Дорогая Анна!

Я не прошу прощения, ибо никакое прощение, пусть даже самое искреннее, не сможет стереть то страшное преступление, которое я совершил сорок лет тому назад, когда моей жертве, великому Александру Пушкину, было тридцать семь, а мне было двадцать пять. Сорок лет — 14600 дней и ночей! — я живу с этим невыносимым грузом. Нельзя пересчитать ночей, когда он являлся — живой или мёртвый — в моих снах.

За тридцать семь лет своей жизни он создал огромный мир стихов, поэм, сказок и драм. Великие композиторы написали оперы по его произведениям. Проживи он ещё тридцать семь лет, он бы удвоил этот великолепный мир, — но он не сделал этого, потому что я убил его самого и вместе с ним уничтожил его будущее творчество.

Мне шестьдесят пять лет, и я полностью здоров. Я убеждён, Анна, что сам Бог даровал мне долгую жизнь, чтобы я постоянно — изо дня в день — мучился страшным сознанием того, что я хладнокровный убийца гения.

Прощайте, Анна!

Жорж Дантес.

P.S. Я знаю, что для блага человечества было бы лучше, если б погиб я, а не он. Но разве возможно, стоя под дулом дуэльного пистолета и готовясь к смерти, думать о благе человечества?

Ж. Д.

Ниже его подписи стояла приписка, сделанная тем же колеблющимся старческим почерком:

Сенатор и кавалер Ордена Почётного Легиона Жорж Дантес умер в 1895-м году, мирно, в своём доме, окружённый детьми и внуками. Ему было 83 года.

* * *

Графиня Анна Николаевна Воронцова скончалась в июле 1952-го года, через 10 дней после нашей встречи. Ей было 92 года.

Автор: Александр Левковский

Красивая история, которую нам поведал Александр Левковский ...
В предисловии к этому рассказу он пишет , что в 2012 году , в поезде Киев-Москва его попутчиком оказался пожилой мужчина, который и рассказал писателю об удивительном случае, произошедшем в его детстве...

"Я пересказываю её почти дословно по моим записям, лишь опустив второстепенные детали и придав литературную форму его излишне эмоциональным высказываниям. Правдива или нет, эта история несёт, я думаю, определённый этический заряд – и, значит, может быть интересна читателям».

198

В тему пожара на Вайлдберриз. И не только.

Делал как-то сеть в школе. В процессе осмотра серверной задаю вопрос - а откуда брать 220. Ибо надо не просто розетку, а чтоб нормальные автоматы, земля и всё такое. Сисадмин тычет пальцем в щиток. Я открываю эту прелесть образца аж 1968 года (вычеканка внутри с датой), и охреневаю. Внутри сплетения-переплетения из алюминия и меди, рассыпавшиеся автоматы, оплавленные скрутки, подпалины от коротких замыканий, голые торчащие концы, в общем, полный набор, только что дыма и искр нет.
Поворачиваюсь к сисадмину, и говорю - значит, так. Вызываете электриков, древний ужас заменить на приличный щиток. И это не обсуждается даже. Тот забегал, привел завхоза и директора. Ой денег нет, ой а электрика нет, ой а может как-нибудь, ой ну что вы так, работает же. Обьясняю, что во первых, сажать дорогое оборудование на это г.. мне не позволяет ни совесть ни правила безопасности. А во вторых, у вас тут уже сидит компьютерный класс, и от повышения нагрузки все эти скрутки могут просто полыхнуть. А вот тогда уже будет полная жопа, ибо серверная ко всему прочему хорошо так забита какими-то картонками-плакатами-учебниками. Высохшими, и ждущими мало-мальского огонька.
Через три дня старый распредщиток был демонтирован, и установлен нормальный современный.Ну и легковоспламеняющийся мусор убрали. А вспомнилось это дело почему. Школа! Заведение которое каждый год перед началом учебного года трясут всевозможные комиссии. В том числе пожарные и МЧС. Но хрен знает за сколько лет ни один из проверяющих не удосужился заглянуть внутрь распределительного щитка в компьютерном классе. Да и в саму серверную, скорее всего. Хотя там все орало в голос о пожароопасной ситуации. И не увидеть это могли разве что Ллойд и Гарри (Тупой и еще тупее)
Не удивлюсь, если абсолютное большинство всех этих комиссий работает по принципу "пришёл-получил-подписал". И неважно, школа это, огромный склад, или оборонное предприятие. Разница только в толщине конверта.

Напоследок анекдот. Сидит чукча в своем чуме. Вбегает его сосед.
— Там твой олень в пропасть прыгнул!
Чукча сидит молча.
— Там два твоих оленя в пропасть прыгнули!
Чукча ноль эмоций.
— Там три твоих оленя в пропасть прыгнули!
Чукча поднимает палец:
— Однако — тенденция!

Стадо большое у чукчи. Гореть, то бишь прыгать, будет долго. Но вот если все стадо в пропасть прыгнет, то чукче будет хреново. Однако!

200

В США есть такое понятие – детские садики для пожилых. Говорят, в России тоже кое-где появились. Это место, куда на день привозят стариков и старушек из социального жилья, кто еще не совсем в деменции и ходячий, или по крайней мере сидячий в кресле-каталке. Они там занимаются примерно тем же, чем дети в обычном садике: общаются, делают гимнастику, что-то лепят, вырезают, раскрашивают, поют хором, играют в простые игры. Считается профилактикой Альцгеймера.

Я одно время волонтерничал в таком садике для русскоязычных. Давно, еще до ковида. Проводил какие-то викторины и, конечно, разговаривал с посетителями. Им там любые свежие уши в радость, не отпустят, пока не выложат всю биографию. Вот, рассказ одного старика запал в душу. Если бы я захотел сочинить что-то подобное, постеснялся бы настолько прямолинейной морали. Но жизнь – она не стесняется. Дед был совсем древний, совсем глухой, со слуховыми аппаратами на каждом ухе, но рассказывал живо и связно. Дальше от его лица.

«Мы с моей Гелей, то есть Ангелиной, прожили без малого шестьдесят лет. Она была исключительная красавица в молодости, но характерец... Мать-командирша. Всё знала лучше всех и всем раздавала ЦУ, то есть ценные указания. Мне первому, конечно. Пойди туда, принеси то, и почему принёс не то, кефир должен быть с зеленой крышечкой, а не с полосатой, а мясо – разве это мясо? Это же кости! Как будто кто-то тогда видел другое.

Пиво с друзьями, конечно, ни-ни, вот тебе клюковка, смородиновка и хреновуха, сиди и пей дома. По части наливок она была мастерица, и готовила всегда на ять, этим и держала. Я с ней не спорил никогда, если ЦУ не нравились, то просто пропускал мимо ушей. Когда совсем доставала, уезжал на рыбалку. То есть это я ей так говорил – на рыбалку. На самом деле такие рыбоньки иногда ловились, просто ах. С вот такими жабрами. Но рыбки рыбками, а возвращался всегда в семью.

Потом дочка с зятем приехали сюда и нас следом привезли, помогать с внуками. Тут она еще больше раскомандовалась, но и выполнять ЦУ стало проще. Мясо без костей в любом магазине, йогурт хоть с зеленой крышкой, хоть с красной, хоть с серо-буро-малиновой. Вырастили внуков, а правнуков нам уже не доверили. Да и сдавать она стала. Вроде не болела ничем особенным, ну, диабет, ну, давление, у кого их нет? Но я еще ходил по три мили каждое утро, а она – сначала с палочкой стала ходить, потом с волкером, то есть с ходунками, потом только по квартире, а потом упала в туалете и вообще перестала вставать. Нет, я понимаю, что толстым сложнее, она сильно располнела в Америке, на фудстемты много продуктов можно купить, все вкусные и все вредные.

Когда она слегла, мне совсем житья не стало. Каждые три минуты: Миша, Миша! Лекарство подай, памперс поменяй, воды принеси, нет, эта уже холодная, форточку открой, форточку закрой, подушку повыше, нет, теперь пониже. А если просить было не о чем, то послушай, тут по телевизору про Собчак такое рассказали!

И в конце концов я взбунтовался. Хватит, говорю. Всю жизнь ты меня гоняла как попку, дай хоть дожить спокойно. Без ухода ты не останешься, у нас хоматендка, то есть хожалка, работает по шесть часов в день, и дочка забегает каждый вечер, и внуки когда-никогда. Вот ими и командуй, а меня уволь.

Демонстративно снял слуховой аппарат – я тогда без него уже не слышал – и ушел в ливинг. Ну, знаешь наши пенсионерские квартиры, они маленькие, но как бы двухкомнатные, отдельно спальня, отдельно ливинг-рум, то есть зал-кухня-прихожая. И целый год к ней днем не подходил, наслаждался свободой. С утра снимал аппарат и сидел в ливинге за компьютером. Зять научил, как смотреть разные передачи с субтитрами и играть в шахматы по интернету. Бывало, если что-то позарез нужно, а хожалка уже ушла, Геля звонила дочке, дочка мне текстала, то есть писала на телефон, я тогда шел из ливинга в спальню и что надо делал. Но это раз в день, а не каждые три минуты.

А потом дочка зашла, как всегда, после работы, заглянула к маме в спальню и мне показывает: мол, надень аппарат, что-то сказать надо. Но я и сам уже понял. Отмучилась моя Геля. Может, ушла во сне, как праведница. А может, звала меня, помочь или попрощаться, но не дозвалась.

Пять лет уже, как ее не стало. И все пять лет, каждую ночь, она мне снится. Приходит и что-то говорит. Что-то очень-очень важное. А я не слышу! И слухового аппарата во сне у меня нет. Ищу его, ищу. Наконец нахожу: вот он! А я, оказывается, уже проснулся. А Геля осталась там, во сне».

Я больше не видел этого человека. Вскоре началась пандемия, садики для стариков закрылись. Он уже тогда был очень стар и вряд ли пережил эти четыре года. Но я надеюсь, что однажды он все же нашел во сне свой слуховой аппарат и услышал то, что жена хотела ему сказать. Что она его любит и прощает.

12345678910 → дальше →

Партнеры

Реклама