Шутки про такое - Свежие анекдоты |
3703
Я был очень близок со своим дедом и думал, что я знал о нём почти всё, но оказалось, это не так. После недавнего разговора с матерью и её двоюродным братом я выявил одну страницу его биографии, которой и делюсь с Вами. Мне кажется, что эта история интересна. Предупреждаю, будет очень длинно.
Все описываемые имена, места, и события подлинные.
"Памятник"
Эпиграф 1: "Делай, что должно, и будь, что будет" (Рыцарский девиз)
Эпиграф 2: "Если не я за себя, то кто за меня? А если я только за себя, то кто я? И если не сейчас, то когда?" (Гилель)
Эпиграф 3: "На чём проверяются люди, если Войны уже нет?" (В.С. Высоцкий)
Есть в Гомельщине недалеко от Рогачёва крупное село, Журавичи. Сейчас там проживает человек девятьсот, а когда-то, ещё до Войны там было почти две с половиной тысячи жителей. Из них процентов 60 - белорусы, с четверть - евреи, а остальные - русские, латыши, литовцы, поляки, и чехи. И цыгане - хоть и в селе не жили, но заходили табором нередко.
Место было живое, торговое. Мельницы, круподёрки, сукновальни, лавки, и, конечно, разные мастерские: портняжные, сапожные, кожевенные, стекольные, даже часовщик был. Так уж издревле повелось, белорусы и русские больше крестьянствовали, латыши и литовцы - молочные хозяйства вели, а поляки и евреи ремесленничали. Мой прадед, например, кузню держал. И прапрадед мой кузнецом был, и прапрапра тоже, а далее я не ведаю.
Кузнецы, народ смекалистый, свои кузни ставили на дорогах у самой окраины села, в отличие от других мастеров, что селились в центре, поближе к торговой площади. Смысл в этом был большой - крестьяне с хуторов, деревень, и фольварков в село направляются, так по пути, перед въездом, коней перекуют. Возвращаются, снова мимо проедут, прикупят треноги, кочерги, да ухваты, ведь таскать их по селу смысла нет.
Но главное - серпы, основной хлеб сельского кузнеца. Лишь кажется, что это вещь простая. Ан нет, хороший серп - работа штучная, сложная, больших денег стоит. Он должен быть и хватким, и острым, и заточку долго держать. Хороший крестьянин первый попавшийся серп никогда не возьмёт. Нет уж, он пойдёт к "своему" кузнецу, в качестве чьей работы уверен. И даже там он с десяток-два серпов пересмотрит и перещупает, пока не выберет.
Всю позднюю осень и зиму кузнец в работе, с утра до поздней ночи, к весне готовится. У крестьян весной часто денег не было, подрастратили за долгую зиму, так они серпы на зерно, на льняную ткань, или ещё на что-либо меняли. К примеру, в начале двадцатых, мой прадед раз за серп наган с тремя патронами заполучил. А коли крестьянин знакомый и надёжный, то и в долг товар отдавали, такое тоже бывало.
Прадед мой сына своего (моего деда) тоже в кузнецы прочил, да не срослось. Не захотел тот ремесло в руки брать, уехал в Ленинград в 1939-м, в институт поступать. Летом 40-го вернулся на пару месяцев, а осенью 1940-го был призван в РККА, 18-летним парнишкой. Ушёл он из родного села на долгие годы, к расстройству прадеда, так и не став кузнецом.
Впрочем, время дед мой зря не терял, следующие пяток лет было, чем заняться. Мотало его по всей стране, Ленинград, Кавказ, Крым, и снова Кавказ, Смоленск, Польша, Пруссия, Маньчжурия, Корея, Уссурийск. Больших чинов не нажил, с 41-го по 45-ый - взводный. Тот самый Ванька-взводный, что днюет и ночует с солдатами. Тот самый, что матерясь взвод в атаку поднимает. Тот самый, что на своём пузе на минное поле ползёт, ведь меньше взвода не пошлют. Тот самый, что на своих двоих километры меряет, ведь невелика шишка лейтенант, ему виллис не по ранжиру.
Попал дед в 1-ую ШИСБр (Штурмовая Инженерно-Сапёрная Бригада). Штурмовики - народ лихой, там слабаков не держат. Где жарко, туда их и посылают. И долго штурмовики не живут, средние потери 25-30% за задание. То, что дед там 2.5 года протянул (с перерывом на ранение) - везение, конечно. Не знаю если он в ШИСБр сильно геройствовал, но по наградным листам свои награды заработал честно. Даже на орден Суворова его представляли, что для лейтенанта-взводного случай наиредчайший. "Спины не гнул, прямым ходил. И в ус не дул, и жил как жил. И голове своей руками помогал."
Лишь в самом конце, уже на Японской, фартануло, назначили командиром ОЛПП (Отдельного Легкого Переправочного Парка). Своя печать, своё хозяйство, подчинение комбригу, то бишь по должности это как комбат. А вот звание не дали, как был вечный лейтенант, так и остался, хотя замполит у него старлей, а зампотех капитан. И такое бывало. Да и чёрт с ним, со званием, не звёздочки же на погонах главное. Выжил, хоть и штопаный, уже ладно.
Пролетело 6 лет, уже лето 1946-го. Первый отпуск за много лет. Куда ехать? Вопрос даже не стоит. Велика страна, но места нет милей, чем родные Журавичи. От Уссурийска до Гомельщины хоть не близкий свет, но летел как на крыльях. Только ехал домой уже совсем другой человек. Наивный мальчишка давно исчез, а появился матёрый мужик. Небольшого роста, но быстрый как ртуть и опасный как сжатая пружина. Так внешне вроде ничего особого, но вот взгляд говорил о многом без слов.
Ещё в 44-м, когда освобождали Белоруссию, удалось побывать в родном селе пару часов, так что он видел - отчий дом уцелел. Отписался родителям, что в эвакуации были - "немцев мы прогнали навсегда, хата на месте, можете возвращаться." Знал, что его родители и сёстры ждут, и всё же, что-то на душе было не так, а что - и сам понять не мог.
Вернулся в родной дом в конце августа 1946-го, душа пела. Мать и сёстры от радости сами не свои, отец обнял, долго отпускать не хотел, хоть на сантименты был скуп. Подарки раздал, отобедал, чем Господь благословил и пошёл хозяйство осматривать. Село разорено, голодновато, но ничего, прорвёмся, ведь дома и стены помогают.
А работы невпроворот. Отец помаленьку опять кузню развернул, по договору с колхозом стал работать и чуток частным образом. На селе без кузнеца никак, он всей округе нужен. А молотобойца где взять? Подкосила Война, здоровых мужиков мало осталось, все нарасхват. Отцу далеко за 50, в одиночку в кузне очень тяжело. Да и мелких дел вагон и маленькая тележка: ограду починить, стены подлатать, дров наколоть, деревья окопать, и т.д. Пацаном был, так хозяйственных дел чурался, одно шкодство, да гульки на уме, за что был отцом не раз порот. А тут руки, привыкшие за полдюжину лет к автомату и сапёрной лопатке, сами тянулись к инструментам. Целый день готов был работать без устали.
Всё славно, одно лишь плохо. Домой вернулся, слабину дал, и ночью начали одолевать сны. Редко хорошие, чаще тяжёлые. Снилось рытьё окопов и марш-бросок от Выборга до Ленинграда, дабы вырваться из сжимающегося кольца блокады. Снилась раскалённая Военно-Грузинская дорога и неутолимая жажда. Снился освобождённый лагерь смерти у города Прохладный и кучи обуви. Очень большие кучи. Снилась атака на высоту 244.3 у деревни Матвеевщина и оторванная напрочь голова Хорунженко, что бежал рядом. Снилась проклятая высота 199.0 у села Старая Трухиня, осветительные ракеты, свист мин, мокрая от крови гимнастёрка, и вздутые жилы на висках у ординарца Макарова, что шептал прямо в ухо - "не боись, командир, я тебя не брошу." Снились обмороженные чёрно-лиловые ноги с лопнувшей кожей ординарца Мешалкина. Снился орущий от боли ординарец Космачёв, что стоял рядом, когда его подстрелил снайпер. Снился ординарец Юхт, что грёб рядом на понтоне, срывая кожу с ладоней на коварном озере Ханко. Снился вечно улыбающийся ротный Оккерт, с дыркой во лбу. Снился разорванный в клочья ротный Марков, который оступился, показывая дорогу танку-тральщику. Снился лучший друг Танюшин, командир разведвзвода, что погиб в 45-м, возвращаясь с задания.
Снились горящие лодки у переправы через реку Нарев. Снились расстрелянные власовцы в белорусском лесочке, просящие о пощаде. Снился разбомблённый госпиталь у переправы через реку Муданьцзян. Снились три стакана с водкой до краёв, на донышке которых лежали ордена, и крики друзей-взводных "пей до дна".
Иногда снился он, самый жуткий из всех снов. Горящий пароход "Ейск" у мыса Хрони, усыпанный трупами заснеженный берег, немецкие пулемёты смотрящие в упор, и расстрельная шеренга мимо которой медленно едет эсэсовец на лошади и на хорошем русском орёт "коммунисты, командиры, и евреи - три шага вперёд."
И тогда он просыпался от собственного крика. И каждый раз рядом сидела мама. Она целовала ему шевелюру, на щёку капало что-то тёплое, и слышался шёпот "майн зунеле, майн тайер кинд" (мой сыночек, мой дорогой ребёнок).
- Ну что ты, мама. Я что, маленький? - смущённо отстранял он её. - Иди спать.
- Иду, иду, я так...
Она уходила вглубь дома и слышалось как она шептала те же самые слова субботнего благословения детям, что она говорила ему в той, прошлой, почти забытой довоенной жизни.
- Да осветит Его лицо тебя и помилует тебя. Да обратит Г-сподь лицо Своё к тебе и даст тебе мир.
А он потом ещё долго крутился в кровати. Ныло плохо зажившее плечо, зудел шрам на ноге, и саднила рука. Он шёл на улицу и слушал ночь. Потом шёл обратно, с трудом засыпал, и просыпался с первым лучом солнца, под шум цикад.
Днём он работал без устали, но ближе к вечеру шёл гулять по селу. Хотелось повидать друзей и одноклассников, учителей, и просто знакомых.
Многих увидеть не довелось. Из 20 пацанов-одноклассников, к 1946-му осталось трое. Включая его самого. А вот знакомых повстречал немало. Хоть часть домов была порушена или сожжена, и некоторые до сих пор стояли пустыми, жизнь возрождалась. Возвращались люди из армии, эвакуации, и германского рабства. Это было приятно видеть, и на сердце становилось легче.
Но вот одно тяготило, уж очень мало было слышно разговоров на идиш. До войны, на нём говорило большинство жителей села. Все евреи и многие белорусы, русские, поляки, и литовцы свободно говорили на этом языке, а тут как корова языком слизнула. Из более 600 аидов, что жили в Журавичах до войны, к лету 1946-го осталось не более сотни - те, кто вернулись из эвакуации. То же место, то же название, но вот село стало совсем другим, исчез привычный колорит.
Умом-то он понимал происходящее. Что творили немцы, за 4 года на фронте, повидал немало. А вот душа требовала ответа, хотелось знать, что же творилось в родном селе. Но вот удивительное дело, все знакомые, которых он встречал, бродя по селу, напрочь не хотели ничего говорить.
Они радостно встречали его, здоровались, улыбались, сердечно жали руку, даже обнимали. Многие расспрашивали о здоровье, о местах, куда заносила судьба, о полученных наградах, о службе, но вот о себе делились крайне скупо. Как только заходил разговор о событиях недавно минувших, все замыкались и пытались перевести разговор на другую тему. А ежели он продолжал интересоваться, то вдруг вспоминали про неотложные дела, что надо сделать прямо сейчас, вежливо прощались, и неискренне предлагали зайти в другой раз.
После долгих расспросов лишь одно удалось выяснить точно, сын Коршуновых при немцах служил полицаем. Коршуновы были соседи моих прадеда и прабабушки. Отец, мать и трое сыновей. С младшим, Витькой, что был лишь на год моложе, они дружили. Вместе раков ловили, рыбалили, грибы собирали, бегали аж в Довск поглазеть на самого маршала Ворошилова, да и что греха таить, нередко шкодничали - в колхозный сад лазили яблоки воровать. В 44-м, когда удалось на пару часов заглянуть в родное село, мельком он старого Коршунова видал, но поговорить не удалось. Ныне же дом стоял заколоченный.
Раз вечерком он зашёл в сельский клуб, где нередко бывали танцы под граммофон. Там он и повстречал свою бывшую одноклассницу, что стала моей бабушкой. Она тоже вернулась в село после 7-ми лет разлуки. Окончив мединститут, она работала хирургом во фронтовом госпитале. К 46-му раненых осталось в госпитале немного, и она поехала в отпуск. Её тоже, как и его, тянуло к родному дому.
От встречи до предложения три дня. От предложения до свадьбы шесть. Отпуск - он короткий, надо жить сейчас, ведь завтра может и не быть. Он то об этом хорошо знал. Днём работал и готовился к свадьбе, а вечерами встречались. За пару дней до свадьбы и произошло это.
В ту ночь он спал хорошо, тяжких снов не было. Вдруг неожиданно проснулся, кожей ощутив опасность. Сапёрская чуйка - это не хухры-мухры. Не будь её, давно бы сгинул где-нибудь на Кавказе, под Спас-Деменском, в Польше, или Пруссии. Рука сама нащупала парабеллум (какой же офицер вернётся с фронта без трофейного пистолета), обойма мягко встала в рукоятку, тихо лязгнул передёрнутый затвор, и он бесшумно вскочил с кровати.
Не подвела чуйка, буквально через минуту в дверь раздался тихий стук. Сёстры спали, а вот родители тут же вскочили. Мать зажгла керосиновую лампу. Он отошёл чуть в сторонку и отодвинул щеколоду. Дверь распахнулась, в дом зашёл человек, и дед, взглянув на него, аж отпрянул - это был Коршунов, тот самый.
Тот, увидев смотрящее на него дуло, тут же поднял руки.
- Вот и довелось свидеться. Эка ты товарища встречаешь, - сказал он.
- Ты зачем пришёл? - спросил мой прадед.
- Дядь Юдка, я с миром. Вы же меня всю жизнь, почитай с пелёнок, знаете. Можно я присяду?
- Садись. - разрешил прадед. Дед отошёл в сторону, но пистолет не убрал.
- Здрасте, тётя Бейла. - поприветствовал он мою прабабушку. - Рад, что ты выжил, - обратился он к моему деду, - братки мои, оба в Красной Армии сгинули. Дядь Юдка, просьба к Вам имеется. Продайте нашу хату.
- Что? - удивился прадед.
- Мать померла, братьев больше нету, мы с батькой к родне подались. Он болеет. Сюда возвращаться боязно, а денег нет. Продайте, хучь за сколько. И себе возьмите часть за труды. Вот все документы.
- Ты, говорят, у немцев служил? В полицаи подался? - пристально глянул на него дед
- Было дело. - хмуро признал он. - Только, бабушку твою я не трогал. Я что, Дину-Злату не знаю, сколько раз она нас дерунами со сметаной кормила. Это её соседи убили, хоть кого спроси.
- А сестру мою, Мате-Риве? А мужа её и детей? А Файвеля? Тоже не трогал? - тихо спросла прабабушка.
- Я ни в кого не стрелял, мамой клянусь, лишь отвозил туда, на телеге. Я же человек подневольный, мне приказали. Думаете я один такой? Ванька Шкабера, к примеру, тоже в полиции служил.
- Он? - вскипел дед
- Да не только он, батька его, дядя Коля, тоже. Всех перечислять устанешь.
- Сейчас ты мне всё расскажешь, как на духу, - свирепо приказал дед и поднял пистолет.
- Ты что, ты что. Не надо. - взмолился Коршунов. И поведал вещи страшные и немыслимые.
В начале июля 41-го был занят Рогачёв (это городок километров 40 от Журавичей), потом через пару недель его освободили. Примерно месяц было тревожно, но спокойно, хоть и власти, можно сказать, не было. Но в августе пришли немцы и начался ад. Как будто страшный вирус напал на людей, и слетели носимые десятилетиями маски. Казалось, кто-то повернул невидимый кран и стало МОЖНО.
Начали с цыган. По правде, на селе их никогда не жаловали. Бабы гадали и тряпки меняли, мужики коней лечили.. Если что-то плохо лежало, запросто могли украсть. Теперь же охотились за ними, как за зверьми, по всей округе. Спрятаться особо было негде, на севере Гомельской области больших лесов или болот нету. Многих уничтожали на месте. Кое-кого привозили в Журавичи, держали в амбаре и расстреляли чуть позже.
Дальше настало время евреев. В Журавичах, как и в многих других деревнях и сёлах Гомельщины, сначала гетто было открытым. Можно было сравнительно свободно передвигаться, но бежать было некуда. В лучшем случае, друзья, знакомые, и соседи равнодушно смотрели на происходящее. А в худшем, превратились в монстров. О помощи даже речь не шла.
Коршунов рассказал, что соседи моей прапрабабушки решили поживиться. Те самые соседи, которых она знала почти 60 лет, с тех пор как вышла замуж и зажила своим домом. Люди, с которыми, казалось бы, жили душа в душу, и при трёх царях, и в страшные годы Гражданской войны и позже, при большевиках. Когда она вышла из дома по делам, среди бела дня они начали выносить её нехитрый скарб. Цена ему копейка в базарный день, но вернувшись и увидев непотребство, конечно, она возмутилась. Её и зарубили на собственном дворе. И подобных случаев было немало.
В полицаи подались многие, особенно те, кто помоложе. Им обещали еду, деньги и барахлишко. Они-то, в основном, и ловили людей по окрестным деревням и хуторам. Осенью всех пойманных и местных согнали в один конец села, а чуть позже вывезли за село, в Больничный лес. Метров за двести от дороги, на опушке, был небольшой овражек, там и свершилось кровавое дело. Немцам даже возиться особо не пришлось, местных добровольцев хватало.
Коршунов закончил свой рассказ. Дед был хмур, уж слишком много знакомых имён Коршунов упомянул. И убитых и убийц.
- Так чего ты к нам пришёл? Чего к своим дружкам за помощью не подался? - спросил прадед.
- Дядя Юдка, так они же сволочи, меня Советам сдадут на раз-два. А если не сдадут, за дом все деньги заберут себе, а то я их не знаю. А вы человек честный. Помогите, мне не к кому податься.
Прадед не успел ответить, вмешался мой дед.
- Убирайся. У меня так и играет всё шлёпнуть тебя прямо сейчас. Но в память о братьях твоих, что честно сражались, и о былой дружбе, дам тебе уйти. На глаза мне больше не попадайся, а то будет худо. Пшёл вон.
- Эх. Не мы такие, жизнь такая, - понуро ответил Коршунов и исчез в ночи.
(К рассказу это почти не относится, но, чтобы поставить точку, расскажу. Коршунов пошёл к знакомым с той же просьбой. Они его и выдали. Был суд. За службу в полиции и прочие грехи он получил десятку плюс три по рогам. Дом конфисковали. Весь срок он не отсидел, по амнистии вышел раньше. В конце 50-х он вернулся в село и стал работать трактористом в колхозе.)
- Что мне с этим делать? - спросил мой дед у отца. - Как вспомню бабушку, Галю, Эдика, и всех остальных, сердце горит. Я должен что-то предпринять.
- Ты должен жить. Жить и помнить о них. Это и будет наша победа. С мерзавцами власть посчитается, на то она и власть. А у тебя свадьба на носу.
После женитьбы дед уехал обратно служить в далёкий Уссурийск и в родное село вернулся лишь через несколько лет, всё недосуг было. В 47-м пытался в академию поступить, в 48-м бабушка была беременна, в 49-м моя мать только родилась, так что попал он обратно в Журавичи лишь в 50-м.
Ожило село, людьми пополнилось. Почти все отстроились. Послевоенной голодухи уже не было (впрочем, в Белоруссии всегда бульба с огорода спасала). Жизнь пошла своим чередом. Как и прежде пацаны купались в реке, девчонки вязали венки из одуванчиков, ходил по утрам пастух, собирая коров на выпас, и по субботам в клубе крутили кино. Только вот когда собирали ландыши, грибы, и землянику, на окраину Больничного леса старались не заходить.
"Вроде всё как всегда, снова небо, опять голубое. Тот же лес, тот же воздух, и та же вода...", но вот на душе у деда было как то муторно. Нет, конечное дело, навестить село, сестёр, которые к тому времени уже повыходили замуж, посмотреть на племяшей и внучку родителям показать было очень приятно и радостно. Только казалось, про страшные дела, что творились совсем недавно, все или позабыли или упорно делают вид, что не хотят вспоминать.
А так отпуск проходил очень хорошо. Отдыхал, помогал по хозяйству родителям, и с удовольствием нянчился с племянниками и моей мамой, ведь служба в Советской Армии далеко не сахар, времени на игры с ребёнком бывало не хватало. Всё замечательно, если бы не сны. Теперь, помимо всего прочего, ночами снилась бабушка, двое дядьёв, двое тётушек, и 5 двоюродных. Казалось, они старались ему что-то сказать, что-то важное, а он всё силился понять их слова.
В один день осенила мысль, и он отправился в сельсовет. Там работало немало знакомых, в том числе бывший квартирант родителей, Цулыгин, который когда-то, в 1941-м, и убедил моих прадеда и прабабушку эвакуироваться. Сам он, во время Войны был в партизанском отряде.
- Я тут подумал, - смущаясь сказал дед. - Ты же знаешь, сколько в нашем селе аидов и цыган убили. Давай памятник поставим. Чтобы помнили.
- Идея неплохая, - ответил ему Цулыгин. - Сейчас, правда, самая горячая пора. Осенью, когда всё подутихнет, обмозгуем, сделаем всё по-людски.
В 51-м семейство снова поехало в отпуск в Журавичи. Отпуск, можно сказать, проходил так же как и в прошлый раз. И снова дед пришёл в сельсовет.
- Как там насчёт памятника? - поинтересовался он.
- Видишь ли, - убедившись что их никто не слышит, пряча взгляд, ответил Цулыгин, - Момент сейчас не совсем правильный. Вся страна ведёт борьбу с агентами Джойнта. Ты пойми, памятник сейчас как бы ни к месту.
- А когда будет к месту?
- Посмотрим. - уклонился от прямого ответа он. - Ты это. Как его. С такими разговорами, особо ни к кому не подходи. Я то всё понимаю, но с другими будь поосторожнее. Сейчас время такое, сложное.
Время и впрямь стало сложное. В пылу борьбы с безродными космополитами, в армии начали копать личные дела, в итоге дедова пятая графа оказалась не совсем та, и его турнули из СА, так и не дав дослужить всего два года до пенсии. В 1953-м семья вернулась в Белоруссию, правда поехали не в Журавичи, а в другое место.
Надо было строить новую жизнь, погоны остались в прошлом. Работа, садик, магазин, школа, вторая дочка. Обыкновенная жизнь обыкновенного человека, с самыми обыкновенными заботами. Но вот сны, они продолжали беспокоить, когда чаще, когда реже, но вот уходить не желали.
В родное село стали ездить почти каждое лето. И каждый раз терзала мысль о том, что сотни людей погибли страшной смертью, а о них не то что не говорят, даже таблички нету. У деда крепко засела мысль, надо чтобы всё-таки памятник поставили, ведь времена, кажется, поменялись.
И он начал ходить с просьбами и писать письма. В райком, в обком, в сельсовет, в местную газету, и т.д. Регулярно и постоянно. Нет, он, конечно, не был подвижником. Естественно, он не посвящал всю жизнь и силы одной цели. Работа школьного учителя, далеко не легка, и если подходить к делу с душой, то требует немало времени. Да и повседневные семейные заботы никто не отменял. И всё же, когда была возможность и время, писал письмо за письмом в разные инстанции и изредка ходил на приёмы к важным и не важным чинушам.
Возможно, будь он крупным учёным, артистом, музыкантом, певцом, или ещё кем-либо, то его бы услышали. Но он был скромный учитель математики, а голоса простых людей редко доходит то ушей власть имущих. Проходил год за годом, письма не находили ответа, приёмы не давали пользы, и даже в тех же Журавичах о событиях 1941-го почти забыли. Кто постарше, многие умерли, разъехались, или просто, не желали прошлое ворошить. А для многих кто помладше, дела лет давно минувших особого интереса не представляли.
Хотя, безусловно, о Войне помнили, не смотря на то, что День Победы был обыкновенный рабочий день. Иногда проводились митинги, говорились правильные речи, но о никаких парадах с бряцаньем оружия и разгоном облаков даже речи не шло. Бывали и съезды ветеранов, дед и сам несколько раз ездил в Смоленск на такие.
На государственном уровне слагались поэмы о героизме советских солдат, ставились монументы, и снимались кино. Чем больше проходило времени, тем больше становилось героев, а вот о погибших за то что у них была неправильная национальность, практически никто и не вспоминал. Фильмы дед смотрел, книги читал, на встречи ездил и... продолжал просить о памятнике в родном селе. Когда он навещал Журавичи летом, некоторые даже хихикали ему вслед (в глаза опасались - задевать напрямую ШИСБровца, хотя и бывшего, было небезопасно). Наверное, его последний бой - бой за памятник - уже нужен был ему самому, ведь в его глазах это было правильно.
Правду говорят, чудеса редко, но случаются. В 1965-м памятник всё-таки поставили. Может к юбилею Победы, может просто время пришло, может кто-то важный разнарядку сверху дал, кто теперь скажет. Ясное дело, это не было нечто огромное и величественное. Унылый серый бетонный обелиск метра 2.5 высотой и несколько уклончивой надписью "Советским Гражданам, расстрелянным немецко-фашистскими захватчиками в годы Великой Отечественной Войны" Это было не совсем то, о чём мечтал дед, без имён, без описания событий, без речей, но главное всё же сбылось. Теперь было нечто, что будет стоять как память для живых о тех, кого нет, и вечный укор тем, кто творил зло. Будет место, куда можно принести букет цветов или положить камешек.
Конечно, я не могу утверждать, что памятник появился именно благодаря его усилиям, но мне хочется верить, что и его толика трудов в этом была. Я видел этот мемориал лет 30 назад, когда был младшеклассником. Не знаю почему, но он мне ярко запомнился. С тех пор, во время разных поездок я побывал в нескольких белорусских деревнях, и нигде подобных памятников не видел. Надеюсь, что они есть. Может, я просто в неправильные деревни заезжал.
Удивительное дело, но после того как обелиск поставили, плохие сны стали сниться деду намного реже, а вскоре почти ушли. В 2015-м в Журавичах поставили новый памятник. Красивый, из красного мрамора, с белыми буквами, со всеми грамотными словами. Хороший памятник. Наверное совпадение, но в том же году деда снова начали одолевать сны, которые он не видел почти 50 лет. Сны, это штука сложная, как их понять???
Вот собственно и всё. Закончу рассказ знаменитым изречением, автора которого я не знаю. Дед никогда не говорил эту фразу, но мне кажется, он ею жил.
"Не бойся врагов - в худшем случае они лишь могут тебя убить. Не бойся друзей - в худшем случае они лишь могут тебя предать. Но бойся равнодушных - они не убивают и не предают, но только с их молчаливого согласия существует на земле предательства и убийства."
|
3704
Любовь к жизни
Последняя неделя была для меня самой жуткой в ней. Я как будто побывал на космической станции. Сначала вообще не было времени толком ознакомиться с условиями карантина - срочная работа на удаленке, погода хреновая, запасы дома есть, и я точно знал, что карантин есть. Ну и чего из дома высовываться, у меня же нет собаки. А жену выгуливать запрещено. Некуда ехать, всё закрыто. То есть, нашей орбитальной станцией стала наша квартира. Нашим иллюминатором - окно во двор. Туда было лучше не смотреть. Похоже, вымерли даже собаки.
Но, как и полагается любой нормальной орбитальной станции, у нас были прекрасные бортовые компьютеры. Благодаря общению с друзьями и коллегами мы постоянно убеждались, что жизнь на планете Земля еще существует, и узнавали подробности карантина - у нас есть права! Мы можем выйти из дома! Не далее чем за 100 метров в ближайший продуктовый магазин или аптеку, по одному.
Но смысл? - пожали мы плечами. Зачем нам ходить по одному? Дома еще все есть. И этот пронзительный, непрерывный ветер. Собаку из дома не выгонишь. А я уже заметил, что у нас нет собаки.
На третий день авральная работа резко сократилась, и я обнаружил в себе квелость, неизъяснимую тоску и многочисленные заболевания. Я пытался с этим бороться - занимался гимнастикой Нурбекова и дыхательными упражнениями йоги. Засыпалось от этого хорошо, спалось долго, но всю ночь мучали кошмары и просыпалось с тяжелой головой.
На четвертый день я высунулся из окна и обнаружил, что ветер стал еще более пронзительным и холодным. Двор оставался необитаем. Повсюду носились торпеды короновируса. Черт ли бы меня кто выгнал с моей уютной орбитальной станции. Но.. Знаете ли вы, как прорывается одуванчик сквозь асфальт? Что такое любовь к жизни? Ворочаясь от кошмаров в поту посреди хорошо проветриваемой спальни, я застудил себе бок. Он заболел. Идея! Аптека! Вот для чего мне нужно наружу! Без всякой собаки!
Через минуту подо мной весело выл электромотор, а я вовсю нажимал педали. Мускулы пели мне гимны, свежий ветер бил в лицо. Доехал до аптеки, купил какую-то мазь. И тут же мысль - да нормальная же погода! +6, ветер 7 м/c. Я всю зиму на околоноля проездил, хоть сквозь пургу и по свежему насту. А сейчас никакого снега, но я совсем расквас. Долбаный карантин! Надо найти место, где я точно ни от кого не заражусь. Мое преимущество - хреновая погода. Это должно быть место, где никого не будет. Нужен повод - просчитываю условия карантина. Желательно я должен следовать в аптеку. Но почему не в эту? Если спросит полиция.
Вспомнил - я же спрашивал еще и согревающий поясничный бандаж. Чтобы опять свой бок не застудить. А его не оказалось. Вернулся в аптеку, спросил, где его можно найти. Аптекарша созвонилась по своей сети, узнала адрес. Он оказался на Садовом кольце, километрах в шести. Ну и прекрасно. Если знать, как сделать из шести километров тридцать.
Извилиста набережная реки Яузы. Москва-река кидает петли. Долго я подбирался к Садовому кольцу по пустынным любимым переулкам. Столь причудливый анабасис я учудил только потому, что уже к третьей полицейской машине и к первому встречному велосипедисту понял - мир полон разумных людей, и никто меня арестовывать не собирается. Вернулся домой счастливым человеком и поспал наконец без всяких кошмаров. Бок прошел сам собой, все остальные болячки тоже. Ну и от кого я мог на всем пути подхватить заразу больше, чем в своей аптеке?
|
|
3706
Приходит раввин к священнику и говорит: - Вот, типа, такое дело - у меня велосипед сперли. Причем сделал это кто-то из моей общины! Вот ты, типа, тоже направляешь своих прихожан на путь истинный. Вот дай совет - как найти вора среди своих? - Это просто, - отвечает священник, - надо всех собрать и зачесть перед ними 10 заповедей. Вот когда дойдешь до "не укради", внимательно смотри людям в глаза, и кто глаза потупит, тот и вор. Через день приходит снова раввин к нему с букетом цветов. - Ну что, мой совет помог? - интересуется священник. - Ну не совсем, в общем, но идея сработала. - Не, ну так как все получилось? - Да не, неважно. - Ну все-таки? - настаивает священник. - Ну понимаешь как, вот созвал общину, начал зачитывать заповеди, а когда дошел до "не прелюбодействуй", то вспомнил, где я велосипед оставил.
|
|
3707
Декамерон в поезде. Хочу поддержать идею Михаила, расскажу врачебный Декамерон в поезде. Послало нас как-то руководство в столицу на однодневную учебу. Мы - это семь врачей (хирург, онколог, эндоскопист, гинеколог, уролог, анестезиологов было два). Все мужчины. И я, сотрудница администрации. На собрании перед поездкой начала им говорить о командировочных, билетах, прочих бумагах: поймав удивленные взгляды, поняла, что с этой мутатенью они не справятся, кого-то потеряем. Ладно, сделала все сама, централизовано так сказать. Наступил вечер отъезда. Как пионервожатая по списку всех собрала на платформе. Тут же рядом, смотрим, наш главный патанатом едет. И главный сексопатолог областной. О, думаю, случись чего, нет такого вида помощи медицинской, который в вагоне не смогут оказать. Из приключений только уролог поезд перепутал, пытался прорваться в северобайкальский, ну устал с дежурства. Но я его отловила и последнего доставила в вагон. Ну, думаю, по купе - и спать. Захожу с урологом в купе, а там все (патонатом с сексопатологом уклонись). Когда я думала, что готовилась одна, то ошиблась, готовились все. Мои попутчики сделали совершенно синхронное движение, открыв сумки и поставив заготовленное на стол. Плюс лежало яблочко. От неожиданности, я яблочко тут же схрумала, за что была награждена неодобрительными взглядами. Но эндоскопист спас положение, достав шоколадку. Через час и приключится Декамерон на тему: самые запомнившиеся подарки пациентов. Первый Анестезиолог: «начинал я в 90-е на скорой. Вызывают в гостиницу, в люкс. А там сотрудник посольства страны из Бенилюкса, лежит с почечной коликой. Вокруг бегают Секретарь и переводчик. Мужик лежит богатый, холёный. Через переводчика транслирует, что бывает с ним такое редко, но спасает одно волшебное средство, но вот ампулу разбили при неумелом введении. Что, говорю за средство. Секретарь протягивает портсигар, желтый, тяжелый, старинный. Классика сразу вспомнил. В жизни больше такого портсигара не видел. А в нем ампула разбитая от баралгина. Ну, такое средство мы для Вас найдём, говорю. Купирую колику, все хорошо. Переводчик меня провожает, и говорит, что пациент был так доволен, что хочет сказать спасибо. Даёт мне 50 рублей. Неденоминированных. 50 копеек наверное на наши деньги. Я тут гордо отвечаю: русские врачи не берут денег у пациентов! И ушёл так гордо, пусть знают наших». Эндоскопист. «А я начинал в маленьком городке. Хлеб завозили к обеду и в течение часа разбирали. А мне продавщица оставляла буханку серого. И после работы мне доставала из-под прилавка. Вкусный был!!! Сейчас нет такого вкусного хлеба». Гинеколог. «Тоже на скорой. На севере. Привезли меня к авторитету, богатый дом, охрана вокруг. Как положено, цепи золотые, пиджаки малиновые. Помог. Мне шоколадку выдают. Тьфу, думаю, но побоялся обидеть, сунул в карман. Отдал медсёстрам, развернули фольгу, а плитка надкусана...». Хирург. «А кому дарили бутылку водки, разбавленную и бумажкой заткнутую? Все хором: мне!!! « Онколог. «А я вот как первую мастэктомию сделал, мне пациентка пакет принесла, полный творожных масс. Работала она на молокозаводе. Времена голодные были, с сёстрами поделился и домой понёс. Годы прошли, мир повидали, много ресторанов посетили. Но эти массы жена, вечно на диете сидящая, помнит до сих пор, какие были вкусные творожные массы с изюмом. У пациентки, кстати, все хорошо...» Анестезиолог 2. «А я вспомнил про подарок, который я сам сделал. Летали недавно в соседнее государство,,...стан. Солдатика подстрелили на границе, спасали. Вот их анестезиолог и просит: коллега, а у Вас есть воздуховод с манжеткой? Есть, конечно! А мне можете подарить? Берите. А даа? Берите. Ура, говорит, я теперь большой человек! Коллега, говорю, а Вы знаете, что они одноразовые? Ну, я то, говорит, знаю. А остальные - нет!» Уролог спал. Оставалась два часа до Москвы, пришла проводница, поворчала, типа шума от нас много. Купили у неё лотерейные билетики. Утром эндоскопист забыл телефон под подушкой. Проводница бежала за ним по перрону, отдала средство связи... вот. Резюме: берегите люди врачей. Ну никак без них, оказывается!
|
|
3709
Как и многие сижу в самоизоляции.
Как и многие шарился по ютубу в поисках развлечений.
Наткнулся на фильм "Ловушка времени" - https://www.youtube.com/watch?v=Y5qOrXRg7ZQ - и сразу утонул в комментах... за последний месяц нигде еще не видел столько любви и позитива.
Ребята, нас таки много во всем мире и мы все-таки добрые по сути и очень любим друг друга... по всему миру мы связаны навсегда...
=
Эта история написанна лет 20 назад, но мне кажется сегодня она так же актуальна как и тогда
=
Ностальжи...
Недавно мы обнаружили по соседству небольшой ...парк, не парк, так, ухоженное место под высоковольткой. Очень похоже на такие же места в России, где обычно выгуливаются своры собачников с питомцами. Отличается лишь тем, что через весь "парк" проложена извилистая асфальтовая дорожка, травка вся подстрижена, кусты ежевики заботливо обкромсаны круглыми островками, так, чтобы можно было пощипать ягод не влезая в заросли, а просто гуляя вокруг.
На входе в парк висит фанерка с нехитрыми правилами: спиртное не бухать, костры не разводить, собак с поводка не спускать и подбирать... продукты жизнедеятельности. Тут же рулончик чистеньких, новеньких, черных пластиковых пакетиков, а по всему парку расставлены урны, куда эти мешочки можно выбросить уже наполнеными.
Ну это все была присказка, не сказка, сказка будет впереди.
Гуляю сегодня с бассетом, она девушка застенчивая и пугливая как газель, или смольнинская институтка, поэтому завидя очередную псю с хозяином, интересуемся, дружелюбны ли они...
Навстречу нам идет небольшого роста пожилой джентельмен, в отутюженной белоснежной шелковой бобочке, брюках со стрелочками и итальянских туфлях. Кто живет в штатах, поймет почему я акцентируюсь на деталях одежды. Идет он с огромной, великолепной, почти черной, немецкой овчаркой. Ухи - ВО! Морда - ВО! Хвост - мохнатая шашка Буденого.
Ну я, естесственно, интересуюсь издалека, дружелюбны ли они к сосисетам и другим представителям животного мира. На что немедленно получаю вопрос: "А какой у вас родной язык?". Ничтоже сумняще я нагло отвечаю: "русский, а у вас?".
- Вы знаете - вежливо говорит джентельмен - Я родом из Манчестера, а жена у меня француженка, мы дома говорим только по-французски, поэтому пся моя, английских слов не понимает.
- Ах, как я вас понимаю - говорю я, - моя пся тоже по-английски ни бум-бум, но по-русски рубит даже в интонациях.
- А вы из какого русского города будете? - интересуется он
- А я буду из Ленинграда - отвечаю я.
- Ах! - говорит он, - так вы тоже из Европы!
- Да, - говорю я интеллигентно, - мы вроде даже как почти соседи по европейской карте.
- Вы знаете такое слово "ностальжи" - вдруг спрашивает он меня.
- Знаю, - говорю я.
- А вам нравится Америка? - спрашивает он - Вы можете сказать то, что думаете, я не обижусь ни на какой ответ.
- Мне здесь хорошо. - говорю я.
- А мне, знаете ли, не нравится. Я здесь 45 лет. Вот раньше было хорошо, а теперь мне все время снится Манчестер. Ностальжи...
- Может быть это не Америка? - спрашиваю я - Может это вы скучаете по тому времени когда вы были молоды?
- Вы знаете, - говорит он, - мои дети выросли здесь и закончили колледжи, у меня хороший дом, у меня прекрасная машина, у меня есть деньги... а моя жена во сне говорит по-французки... она, знаете ли француженка... а мне снится Манчестер, в котором я играю в детские игры...
- Ностальжи - говорю я
- Да, моя собака ни слова не понимает по-английски - говорит он и глаза его уплывают в Манчестер...
- Моя тоже - говорю я.
- Язык это наша ностальжи - говорит он.
Он берет мою руку и давит ее слабым старческим пожатием, похожим на прикосновение ребенка и что-то по-французски говорит своей собаке и они уходят, по той дорожке, по которой мы только что пришли.
- Ну что, пошли домой - по-русски говорю я своему колбассету и мы уходим из парка не оглядываясь...
© Харлампий
|
|
3710
Как и многие сижу в самоизоляции.
Как и многие шарился по ютубу в поисках развлечений.
Наткнулся на фильм "Ловушка времени" - https://www.youtube.com/watch?v=Y5qOrXRg7ZQ - и сразу утонул в комментах... за последний месяц нигде еще не видел столько любви и позитива.
Ребята, нас таки много во всем мире и мы все-таки добрые по сути и очень любим друг друга... по всему миру мы связаны навсегда...
Эта история написанна лет 20 назад, но мне кажется сегодня она так же актуальна как и тогда
Ностальжи...
Недавно мы обнаружили по соседству небольшой ...парк, не парк, так, ухоженное место под высоковольткой. Очень похоже на такие же места в России, где обычно выгуливаются своры собачников с питомцами. Отличается лишь тем, что через весь "парк" проложена извилистая асфальтовая дорожка, травка вся подстрижена, кусты ежевики заботливо обкромсаны круглыми островками, так, чтобы можно было пощипать ягод не влезая в заросли, а просто гуляя вокруг.
На входе в парк висит фанерка с нехитрыми правилами: спиртное не бухать, костры не разводить, собак с поводка не спускать и подбирать... продукты жизнедеятельности. Тут же рулончик чистеньких, новеньких, черных пластиковых пакетиков, а по всему парку расставлены урны, куда эти мешочки можно выбросить уже наполнеными.
Ну это все была присказка, не сказка, сказка будет впереди.
Гуляю сегодня с бассетом, она девушка застенчивая и пугливая как газель, или смольнинская институтка, поэтому завидя очередную псю с хозяином, интересуемся, дружелюбны ли они...
Навстречу нам идет небольшого роста пожилой джентельмен, в отутюженной белоснежной шелковой бобочке, брюках со стрелочками и итальянских туфлях. Кто живет в штатах, поймет почему я акцентируюсь на деталях одежды. Идет он с огромной, великолепной, почти черной, немецкой овчаркой. Ухи - ВО! Морда - ВО! Хвост - мохнатая шашка Буденого.
Ну я, естесственно, интересуюсь издалека, дружелюбны ли они к сосисетам и другим представителям животного мира. На что немедленно получаю вопрос: "А какой у вас родной язык?". Ничтоже сумняще я нагло отвечаю: "русский, а у вас?".
- Вы знаете - вежливо говорит джентельмен - Я родом из Манчестера, а жена у меня француженка, мы дома говорим только по-французски, поэтому пся моя, английских слов не понимает.
- Ах, как я вас понимаю - говорю я, - моя пся тоже по-английски ни бум-бум, но по-русски рубит даже в интонациях.
- А вы из какого русского города будете? - интересуется он
- А я буду из Ленинграда - отвечаю я.
- Ах! - говорит он, - так вы тоже из Европы!
- Да, - говорю я интеллигентно, - мы вроде даже как почти соседи по европейской карте.
- Вы знаете такое слово "ностальжи" - вдруг спрашивает он меня.
- Знаю, - говорю я.
- А вам нравится Америка? - спрашивает он - Вы можете сказать то, что думаете, я не обижусь ни на какой ответ.
- Мне здесь хорошо. - говорю я.
- А мне, знаете ли, не нравится. Я здесь 45 лет. Вот раньше было хорошо, а теперь мне все время снится Манчестер. Ностальжи...
- Может быть это не Америка? - спрашиваю я - Может это вы скучаете по тому времени когда вы были молоды?
- Вы знаете, - говорит он, - мои дети выросли здесь и закончили колледжи, у меня хороший дом, у меня прекрасная машина, у меня есть деньги... а моя жена во сне говорит по-французки... она, знаете ли француженка... а мне снится Манчестер, в котором я играю в детские игры...
- Ностальжи - говорю я
- Да, моя собака ни слова не понимает по-английски - говорит он и глаза его уплывают в Манчестер...
- Моя тоже - говорю я.
- Язык это наша ностальжи - говорит он.
Он берет мою руку и давит ее слабым старческим пожатием, похожим на прикосновение ребенка и что-то по-французски говорит своей собаке и они уходят, по той дорожке, по которой мы только что пришли.
- Ну что, пошли домой - по-русски говорю я своему колбассету и мы уходим из парка не оглядываясь...
© Харлампий
|
|
3711
ххх: Вы, кстати, в курсе, что у нас корень имбиря продают по 5000-7000 за кг?
Какой-то хер ляпнул, что он помогает от вирусов и понеслоооось
ууу: У сестры вообще такое выражение появилось: сосите имбирь ))
Это после того, как их работодатель отказался им дезинфекторы и средства защиты покупать - мол, сосите имбирь - поможет) сестра в магазине работает.
|
|
3712
Парень купил билет на финал Чемпионата Мира по футболу. Когда он пришел на стадион, его место оказалось на самом последнем ряду и к тому же в углу. Через некоторое время он заметил в бинокль, что одно место свободно, в 10-ом ряду от поля и прямо по центру! Он решил рискнуть и, проскользнув мимо полицейских, сел на это место. Садясь, он спросил мужчину по соседству, не занято ли это место. Сосед сказал, что нет. Парень: - Это так удивительно! Кто бы мог, имея такое место, не использовать его! Ведь это же Кубок Мира! Сосед: - Вообще-то, это место я купил задолго до матча для своей жены но она, увы, скончалась. Это первый Кубок Мира, на котором я без неe. Парень: - Очень жаль, соболезную. Но неужели вы не могли найти кого-нибудь на это место? Может, друга или родственника? - Нет... Они сейчас все на еe похоронах.
|
|
3713
Встречаются два давних друга:
Ооооо, Юрец, привет!
Васееек, здорова! Ты как вообще?
Да порядок: семья, дети! Сам то как?
Да тож все нормуль, вот дело свое открыл, прикинь!
Да ты че?! Че за дело такое?
Та дом публичный замутил!
Хера се! И че у тебя услуги стоят, ну там оральный скока?
500 рублей
Ага... . А анал скока?
Та 1500!
А классика?!
А классики нет... , я пока один работаю... . .
|
|
3714
Кому-то санкции, кому короновирус...
Такое Трампу в страшном сне не снилось.
Живём на шарике в квартире коммунальной:
Не плюй соседу в суп,веди себя нормально.
Случись беда- бежишь, дрожа, к соседу.
"Братишка выручай!" Сосед: "Садись обедать".
|
|
3715
Мои знакомые - типичные менеджеры "новой волны". Он из под Самары, она - из Томска, оба приехали в столицу поступать, выучились, отстажировались в крупной компании, где и познакомились, и как то незаметно стали жить вместе. Аренда меньше да и время экономится. Типичная московская история - два трудоголика под одной крышей. Через пару лет тихо расписались, но вот незадача - у него сразу после свадьбы срочная командировка, а после - у неё завершение проекта, и никакой возможности отпуска. Но - в день свадьбы он пообещал ей, что у них обязательно будет Медовый месяц. Пусть не сейчас - но будет. И этот медовый месяц будет как в сказке - он дает её слово. А пока, милая, нужно ещё потрудиться - ипотека и все такое прочее. Прошло 5 лет. Месяц назад он завершил в компании крупный проект, получил бонус, и через неделю они вдвоем свалили в долгожданный двухнедельный отпуск к теплому морю. Ребята бесстрашные, вируса не боятся.
Но по окончанию 2 недель выяснилось, что с рейсами из их локации совсем туго, по ипотеке даюсь отсрочку, а её вообще предложили сократить с выплатой 3 окладов ( крупная компания). И тут он говорит ей:
- Дорогая, помнишь день нашей свадьбы?
- Да!
- Я тебе обещал медовый месяц?
- Обещал!
- Так вот, я свое слово держу!
Парень взял отпуск за своей счет, они сняли домик у моря на маленьком острове, где почти нет жителей, и затарились продуктами на месяц. Связи на островке нет, полиции - тоже, рыбу можно ловить с берега. Виза действует ещё 2 месяца.
Мужик сказал- мужик сделал.
P.S. Надеюсь что обратно полетят уже с ожидаемым прибавлением в семействе:))
|
|
3716
Одна женщина жалуется другой: У меня муж совсем вялый. - А ты его собачьим шампунем помой. Я своего помыла - как кобель стал. На меня наскочил - чуть на части не разорвал. Встречаются опять через два дня: - Ну, ты мне и на советовала: - А что такое? - Всю колбасу в доме сожрал, меня за жопу укусил и к соседке убежал
|
|
3717
В кафе за столиком двое. Он, судя по очкам, запонкам, часам и ярким носкам в хороших ботинках, явно состоявшийся. Она, конечно же, соблюдая законы жанра: юная, изящная, трепетная, губастенькая, глазастенькая.
Она ответственно смотрит ему глубоко в глаза. Кивает головой. Он скупо и устало цедит:
- Очень...устал...столько дел...не высыпаюсь...
- Ты такой молодец. Горжусь тобой!!!
- Очень...устал. Состояние - разбитое.
- Состояние?
- Физически себя чувствую опустошённым....
- Опустошённым,- эхом вторит она ему.
- Такое ощущение, что меня били.... понимаешь?
- Нет,- искренне отвечают ему нежные коралловые уста.
- В смысле - нет?
- Не пониманию. Меня просто ни разу не колотили. Не, ну - ремни, плетки, дидло - это было. Но ты наверное про другое?
|
|
3719
xxx:
Когда-то по рен-тв рассказывали о бредовой теории, что вирусы разумны и попав в тушку хомо сапиенсов захватывают их мозги и начинают управлять носителями, выгоняя тех в людные места, чтобы вирус мог размножаться. Тогда было смешно. Сейчас, глядя, как люди сбегают с карантина и бегут в ТЦ, как заболевшие коронавирусом пытаются (некоторые - успешно) шляться по публичным мероприятиям, понимаю - рен-тв были правы! Вирус гонит носителей в людные места! И носители считают такое поведение единственно верным! В них говорит затаившийся вирус! Что ещё НЕ выдумали рен-тв?
|
|
3720
Значит дело такое, пошел мужик набрать червей на рыбалку, набрал и смотрит: один червяк маленький такой, что он решил его пока у себя оставить откармить. Через год пошел на рыбалку с этим откормленным червем, насадил его на крючок, закинул удочку в прорубь, где-то минуты через две выныривает червяк с двумя лещами в зубах, и говорит:
Петрович, они же могли во время купания меня съесть!
|
|
3721
Я к чему это вспомнил, да в связи с этой напастью вирусной. Я конечно уверенным быть не могу, исследований не проводил, но вот температура погибания вируса меня смущает. Какой то он слабый, дохлый, может быть и кашляющий. Вот если его в нашу баньку русскую запихать, да парком, что уже с каменки вылетает в виде субстанции, отдельно кислородом и водородом, сколько он протянет? Не, тело до такой степени когда он погибает я нагревать не буду, самому бы ластами не щелкнуть. Но об этом позже, а вот его вальнуть если он где снаружи прилип ненароком или там на слизистой еще да в дыхательных путях, на мой взгляд можно. Я такое уже наблюдал:
Пацаном, меня друган в баню пригласил. Обычная такая банька, да только друган беспредельщик. Не успели в парилку зайти, он хренак ковш на каменку Походу замахнулся еще вторым, но я этого уже не видел. Срубило как при нокауте, а это чувство мне знакомо. В общем с трудом я оклемался, с огромным трудом поднялся сначала на четвереньки, но так и застыл. Потому что... потому что я увидел кота. Здоровенного такого сибирского кота сидящего на верхней полке парилки. Он так и был в своей природной шубе, если вы вдруг подумали, что он был бритый. Первая мысль была - глюк! Я оттирал застилающий мне глаза пот и пробовал собрать расплавленные мозги хотя бы в одну мысль. Ни то ни другое не получалось, но и кот не пропадал. Хотя, чуть позже, я мог бы предположить, что по идее он должен был хотя бы расплавиться. Собрав последние силы, я ударил пяткой в дверь парилки и сдал назад на четвереньках, не задумываясь ни о какой безопасности. Вылил на себя пару ковшей холодной воды и обратился к мылящемуся другану:
-Кот который там на полке, это глюк?
-Почему глюк, мой кот, настоящий, задремал наверно, - без эмоций пояснил мне друган.
-Ммм... - только и промычал я, решив взять паузу, после чего произнес, - и долго он там будет дремать?!
-А что мешает? - друган встал, проследовал в парилку и вытащил за загривок этого самого кота, который реально был не глюком. Вытащил, бросил к дверям, но кот не среагировал, наверно задремал крепко.
-А он не сдох? - на всякий случай поинтересовался я. Как-то не приходилось мне еще париться с покойником, пусть даже животного происхождения.
-Да не, он постоянно так блох травит, - на полном серьезе произнес друган.
-Каких блох? - еще больше опешил я, на всякий случай пошевелив кота ногой. Кот приоткрыл какой-то немного осоловевший глаз и посмотрел на меня недовольно.
-Обычных блох, - пояснил друган, - он как хорошую температуру наберет, они с него в разные стороны прут, как крысы с тонущего корабля. Ну ты напарился или тебе еще ковшичек плескануть?
Не-не! - посмотрев на него точно так же как кот на меня, произнес я. - У меня блох нету! - и пошел одеваться.
Вот я и думаю, если блохи не выдерживали неужели какой то вирус, тем более импортного производства выдержит? Кстати, история эта, специально для Ostа, никаких литературных потугов. Если где мат попадется, то от души и без всякого злого умысла. И под тем же ником, чтобы не нервничал насчет пропавшего Дома.
|
|
3722
Один гражданин на волне нынешнего дефицита и подорожания медицинских масок, додумался шить их для продажи. Ничего необычного, просто бизнес, «спрос рождает предложение» и все такое, и все бы ничего, но… он звонит своей бывшей, которая воспитывает их совместную дочь, и предлагает купить маски. Мне-то не нужно, отвечает та ему, но вот доченьке возьму несколько штук на всякий случай. Хорошо, говорит, завтра отправлю, деньги на карту кинь.
Вот такая история из жизни… из этой гребаной жизни... простите за эмоции.
|
|
3724
Рабинович заходит в продуктовую лавку, воровато оглядывается по сторонам и спрашивает: - Сколько стоит ветчина? Едва он выходит на улицу, начинается гроза. Молнии сверкают со всех сторон. Мощный удар грома сотрясает окрестности. Рабинович поднимает взгляд к небу и примирительным тоном говорит: - А что такое? Уже даже и спросить нельзя?
|
|
3725
-= Директор аэропорта =-
Фукуок. Небольшой вьетнамский остров с небольшим и единственным аэропортом (это важно). Канун нового 2020 года.
Еду с семьей на пляж на таксишке - такой маааленькой машинке типа хундай гетц (это тоже важно). Впереди пост, платная дорога, взымают мзду. Все машины стоят в одной общей очереди, ждут. Таксист, веселый молодой парень (всего 44 лет отроду), сходу выруливает на параллельный проезд, закрытый шлагбаумом, подъезжает к будке, балакает что то на своем родном вьетнамском языке сидящему там охраннику, оба громко ржут, охранник поднимает шлагбаум, и мы спокойно проезжаем без очереди. Спрашиваю таксиста, что он ему такое сказал? Отвечает: "Сказал, что директора аэропорта везу".
|
|
3726
На встрече с депутатом вопрос из зала: Вот скажите мне, государство, взимая с меня налоги, обязалось обеспечить достойную пенсию, бесплатное образование и медицину. А на самом деле, я должен платить и за образование, и за медицину, да еще и на пенсию должен сам копить! А налоги продолжают с меня исправно собирать! Так вот зачем такое государство? Депутат, ни на секунду не замешкавшись: Вы сами ответили на свой вопрос собирать налоги.
|
|
3727
По длинной, дикой, утомительной дороге шел человек с собакой. Шел он себе шел, устал, собака тоже устала. Вдруг перед ним оазис! Прекрасные ворота, за оградой музыка, цветы, журчание ручья, словом, отдых. "Что это такое?" спросил путешественник у привратника. "Это рай, ты уже умер, и теперь можешь войти и отдохнуть по-настоящему". "А есть там вода?" "Сколько угодно: чистые фонтаны, прохладные бассейны..." "А поесть дадут?" "Все, что захочешь". "Но со мной собака". "Сожалею сэр, с собаками нельзя. Ее придется оставить здесь". И путешественник пошел мимо. Через некоторое время дорога привела его на ферму. У ворот тоже сидел привратник. "Я хочу пить" попросил путешественник. "Заходи, во дворе есть колодец" "А моя собака?" "Возле колодца увидишь поилку". "А поесть?" "Могу угостить тебя ужином". "А собаке?" "Найдется косточка". "А что это за место?" "Это рай". "Как так? Привратник у дворца неподалеку сказал мне, что рай там". "Врет он все. Там ад". "Как же вы, в раю, это терпите?" "Это нам очень полезно. До рая доходят только те, кто не бросает своих друзей". anekdotov.net
|
|
3732
Мужик пришел в пивнуху, говорит:
- Мне две бутылки водки без закуски.
- Куда тебе столько, упьешься!
- Да горе у меня. Узнал, что мой старший сын - педик.
На следующий день:
- Две бутылки без закуски. Горе опять - узнал, что средний сын гомик.
Напился опять. На следующий день:
- Мне пять бутылок. Как всегда. Без закуски.
- Че такое?!
- Узнал, что и младший сын - голубой.
Бармен припух, спрашивает:
- Слуш, мжик, ну у тя и семейка! У вас вообще с бабами кто-нибудь спит?
- Жена...
|
|
3733
Петька читает газету, встречает незнакомое слово и спрашивает Чапаева:
- Василий Иванович, а как это понять "ЗА РУБЕЖОМ"?
- Хрен его знает, Петька. Спроси лучше Анку, она у нас девка грамотная, наверняка это слово знает.
Пошел Петька к Анке, а она ему:
- Ой, Петенька, спроси что-нибудь полегче. ЗА ТРЕШКУ РАКОМ - это я хорошо знаю, но как это ЗА РУБ - ЕЖОМ - я такое даже представить себе не могу
|
|
3734
Старый индеец приходит в банк и просит займ на 500 долларов. Банковский работник начинает оформлять бумаги. - Что ты собираешься делать с этими деньгами? - спрашивает он индейца. - Я поеду в город продавать украшения, которые я сделал. - Что у тебя есть для обеспечения залога? - Я не знаю, что такое "Залог", - говорит индеец. - Ну залог это нечто такое, что имеет ценность и может покрыть стоимость займа. У тебя есть автомобиль? - Есть, грузовичок 1949 года выпуска... - Нет, это не годится, - говорит банковский работник, - может, у тебя есть скот? - Да, у меня есть лошадь... - Сколько ей лет? - Не знаю, у нее уже нет зубов, чтоб определить... В конце концов индейцу оформляют займ и выдают 500 долларов. Спустя несколько недель индеец снова приходит в банк, достает пачку денег и возвращает займ. - Что ты собираешься делать с остальными деньгами? - спрашивает его тот же работник. - Положу в вигвам, - говорит индеец. - Ты можешь сделать депозит в нашем банке. - Я не знаю, что такое "Депозит", - отвечает индеец - Ну ты отдаешь свои деньги банку, банк заботится о них, а когда тебе нужны деньги, ты их можешь взять... Старый индеец подумал и спросил: - А что у банка есть в залог?
|
|
3737
Заходил тут по своим делам в полицию. На входе - два офицера, общение начинается с того, что тебя дезинфицируют.
Говорю им:
- Знаете, что такое "Прекрасный новый мир"? К вам приводят алкаша-хулигана, он привычным жестом протягивает руки, а ему вместо наручников на них спирт наливают.
Потом смотрел - минут пять ржали и, кажется, всем рассказывали.
Так что если выйдет в Инет, можно иметь в виду, пошло отсюда. :)
|
|
3738
"В чем дело, боец?
- Ссусь, товарищ полковник!
- Это ничего. Я тоже ссусь. И комдив ссытся. Эпидемиологическая обстановка сейчас такая!"
(С) ДМБ
У друга небольшое производство ещё с кооперативных времен. Классическая история про рабочего из НИИ (как главный герой "Москва слезам не верит"), который больше не про бизнес, а поработать руками, но так как кушать хочется пришлось крутиться...
Специфика бизнеса в том, что крайне сложно найти рукастого мастера за адекватные деньги. В силу этого держит людей вне зависимости от возраста, политических взглядов и судимостей. Место под цех арендует уже давно, "прирос" к нему душой и телом, но вот незадача - систематические проверки самого разного типа приходят почти каждую неделю. Причем нередко рассказывает о ведомствах, представителей которых я видел только на картинках в интернете. А у него они живее всех живых, стоят в очереди и всем чего то от него бедного нужно.
Звоню сегодня с утра:
- Привет!
-Здорово!
- Ну как жизнь?
- Не поверишь, но первый раз с конца нулевых могу сказать, что хорошо!
-Да ладно , у нас же тут такое творится! Ты что не читаешь, не смотришь?
- А зачем? Я сужу по фактам.
За 2 недели - НИ одного гостя варяжского. Ни одной проверки. Ни одного звонка тревожного. Я впервые за долгие годы могу Просто, б..дь, РАБОТАТЬ!
- А как же карантин? Не боишься?
- А че карантин? На улице сейчас уже тепло будет, у меня мужики не привередливые, всякое повидали, раскладушки с матрасами я закупил, крупы тоже, сало в морозильнике есть. Продержимся! Главное, что доить не будут! Это ж РАЙ!
|
|
3741
Ехал я в маршрутке, на Васильевский.
На сиденье рядом бушевал ребенок, лет шести.
Его мама безучастно смотрела в окно, не реагировала. А он дергал и дергал ее за рукав.
За окном проплывали деревья, дождик моросил, серо было.
Ребенок что–то требовал, или, что–то утверждал.
И тут вдруг, она, как развернется от окна к нему, как дернет его за руку на себя, и как прошипит ему,
— Что ты хочешь от меня?!
Он запнулся.
– Что ты хочешь, я тебя спрашиваю?! Да ты вообще знаешь, кто ты такой?! Ты никто! Понял!? Ты никто–о! – она это выдохнула ему в лицо, просто выплеснула.
Мальчик смотрел на нее, и мне показалось, у него дрожит голова.
Или это я дрожал. Почувствовал, как потеет спина.
Помню первую мысль: Неужели это она ему говорит?! О ком она думает в этот момент?!
— Видеть тебя не могу, — прошептала она.
— «Ты же убила его!», — сказал я, но никто меня не услышал.
В маршрутке, как ни в чем не бывало, продолжали дремать люди.
Я сидел, не шевелясь.
А мальчик не плакал. Она отбросила его руку и снова развернулась к окну.
Он уже не бушевал, притих, как–то сразу. Смотрел в разорванную спинку сиденья напротив и молчал.
А у меня было желание встать и при всех, вот сейчас, просто разорвать ее на части! Сказать ей, — Это ты … последняя! Это ты никто! Ты же убила его!
Клянусь, я бы сделал это!.. Мальчик сдерживал меня.
Я закрыл глаза, стал глубоко дышать, чтобы успокоиться как–то.
А когда открыл их, увидел конфету.
Молодой парень, похоже, студент, такой светлый, кучерявый, в джинсовом костюме, протягивал конфету мальчику.
Он еще встряхнул рукой, сказал, — Бери, это тебе.
Тот взял. И тут же парень протянул ему вторую конфету.
Мальчик помедлил и взял вторую.
Дальше происходило действие, вспоминая которое, я еле сдерживаю слезы.
Мальчик не стал есть, он коснулся маминой руки.
Она не сразу повернула к нему лицо. Но, все–таки, повернула. И видно хотела добить его.
Но он протягивал ей конфету.
Она посмотрела на него, на конфету, я видел, она недоумевает.
Тогда он вложил ей конфету в руку. Она, как обожглась, быстро
вернула ему.
— Я не хочу, — сказала.
Две конфеты лежали у него на ладони.
Руку он не опускал.
— Ешь сам, — сказала она и тихо добавила, — Я не хочу… Честное слово.
Тогда он положил конфету к ней на колени.
Никогда не забуду эту паузу. И эту взрослость. Передо мной за несколько минут этих мальчик стал мужчиной, а она, из злой, раздраженной стервы, стала красивой молодой женщиной. Во всяком случае, это я так почувствовал.
Она молчала. Долго–долго молчала. Смотрела на него так, словно только увидела.
Потом обняла.
И он ее обнял.
Потом он развернул конфету и дал ей.
И пока она не положила ее в рот, сам не ел.
Вы представляете такое?!
Это был еще один шок, но уже другой.
Я тогда подумал о себе.
Я подумал, вот ты сидишь, такой праведник, ты хотел встать, обвинить, ты хотел ее «разорвать», переделать. И ты бы, ничего не добился кроме скандала и брани. А этот мальчик, посмотри, насколько он мудр, как он велик, этот мальчик, он взял другим. И пронял до самых печенок, до сердца, до слез.
А еще, этот молодой парень, который дал ему две конфеты, — подумал я, — он ведь не просто так дал две.
Я огляделся…
В заднем стекле маршрутки увидел этого молодого парня, он уходил вдаль по «моросящей» улице.
А мама и сын сидели, склонив головы, друг к другу. Как молодые влюбленные, ей богу!
Тут водитель объявил мою остановку.
Я, выходя, дотронулся до руки мальчика.
Я этим сказал ему «спасибо».
Не думаю, что он понял, но это и не важно.
Я навсегда запомнил этот урок.
Запомнил–то, запомнил, но должны были пройти годы, чтобы я его осознал.
Что это и есть настоящее воспитание. О котором не все взрослые знают.
Что только примером и воспитывают. Не криком, не обвинениями, не битьем, нет. Только пример работает, больше ничто.
И мальчик этот показал пример. И ей, и мне. И он изменил нас.
Где он, этот мальчик?!
Где ты, мальчик?! Что с тобой сегодня? Как же ты нам нужен всем, а?!
Мы ведь без тебя пропадем.
(с) Семен Винокур
|
|
3742
Папа, я тебя люблю!
.......................
Как-то встал за сыном так, чтобы он меня не видел и наблюдаю. Особая осторожность, чтобы сынишка меня не заметил и не нужна. Занятый делом ребёнок обращает внимание на окружающее не более глухаря на току. Гляжу на ломкое тельце, склонившееся за столом. Часто рука помогает шее держать голову. Да, тело ещё по-детски хрупкое. Но уже проглядывает каркас из мышечной ткани. Тут же вспоминается совсем уже из нашего с ним детства - напряжение бицепса сыном и задорное: "Смотри, как он у меня надулся!". И моё: "Догоняешь...", вместе с преувеличенной озабоченностью объёмом согнутого мизинца.
Смотрю на белокурые кудри, не желающие подчиняться ни расчёске, ни тем более руке. А в это время нежность теплом омывает меня и гордость отцовская - "вон он какой у меня вырос". Улыбка сама по себе проклёвывается на лице...
Но тут Димка, а именно такое имя носит мой сын, видимо почуяв что-то, полуобернулся.
- Папа, ты чего?..
Именно полуобернулся. Пальцы всё так же крепко сжимают шариковую ручку, почти касающуюся остриём поверхности плотного листа. Плечи только неодобрительно качнулись - им мешают заниматься делом. На лице мечтательная улыбка...
Независимо от желаний, у меня с лицом произошла метаморфоза. Улыбку как ветром сдуло. Точнее, она превратилась в эдакую ухмылочку.
- Что, уроки делаешь?
- Нет, рисую... , - со вздохом промолвил сын. Улыбка испарилась и с его чела.
- Мы же договорились, что сначала ты делаешь уроки. А только потом, если останется время, займёшься чем захочешь.
Говорю, в голосе металл и абсолютная уверенность в правоте. Дорого же она мне обходится, эта самая уверенность. Потому что внутри, копнув совсем чуть-чуть, уверенностью и не пахнет. А вместо неё тоска...
Тоска по тому времени, когда общались с сынишкой легко, с радостью. Когда между нами не толпилось множество условий и договорённостей. Вместе с тоской, плечо к плечу стоит страх. Страх того, что чего-то делаю не так, как надо. Что задавил своим воспитанием Димкину самобытность. И того, что постоянный пресс полного контроля лишает самого дорогого мне человека какой-либо инициативности.
Смотрю, как сын со злобой сминает лист на котором "творил" и ищет школьные тетрадки. Это ему даётся с трудом - творческий беспорядок на письменном столе требует усердности в этом занятии. При этом он весь, от затылка до спрятавшихся где-то внизу пяток, излучает неудовольствие своим отцом, то бишь мной...
И теперь, вспоминая не такие уж далёкие времена, начинаю сомневаться. Сомневаться в том, что передо мною именно тот самый маленький человечек, который соскучившись за день, подпрыгивал, пытаясь повиснуть на мне, и категорически-серьёзно заявлял:
- Папа, я тебя люблю!
Сын притих за столом. Он опять занят делом - решает задачки и примеры. И вновь полное погружение в проблему. Снова вспомнилось сравнение с глухарём и улыбка вернулась ко мне. Наверное эта самая улыбка, ведь от неё становится всем светлей, полностью изменила направленность мыслей. Да, возможно, я излишне требователен к Димону. Зарядка, уроки, работа по дому, секция - может это и слишком много для 10-летнего парня. Хотя, как обойтись без всего этого? Современный мир слишком сложен и с добротной подготовкой будет проще шагать по жизни.
И очень много, если не всё, будет зависеть только от меня. Превратится ли трещина противоречий в пропасть между нами. Или мне, как более старшему и, надеюсь, более мудрому, удастся соединить мостом взаимопонимания. Мостом, зацементированного общими интересами и заботами друг о друге. Осознать возникшую проблему - это уже наполовину решит её. И, кажется, я знаю, куда двигаться дальше. Больше общаться с сыном. Не стесняться напоминать о своей любви, чтобы он был уверен в ней на все сто. И, главное, не давить, а незаметно подталкивать в нужную сторону. Поменьше приказного тона при общении...
На душе стало совсем легко и я, не удержавшись, потрепал сынулю по макушке. Пальцы погрузились в мягкие волосы. Димка затряс головой, пытаясь сбросить возникшую тяжесть. Одновременно развернулся ко мне и вопросительно процедил:
- Ну, что ещё?
В глазах ярость. Веснушки, к осени почти незаметные, отчётливо проявились. Убедившись, что ничего особенного не случилось, Дима устыдился прорвавшийся резкости, черты лица разгладились. Вновь промолвил, уже мягче:
- Ладно, пап, не мешай...
Я отошёл, пальцы ещё помнили щёлк Димкиных волос, а в голове отчаянная мысль: "Забыл!". Да, забыл самое главное. Без чего мостки, даже если их и наведёшь, то сохранить вряд ли удастся. И это главное - терпение. Не вытерпишь, сорвёшься, накричишь и пару месяцев из жизни вынь да положь на восстановление доверия ребёнка. Терпение и сдержанность - это главные инструменты процесса воспитания Мужчины, настоящего человека, из пацана.
И как хорошо, что я это осознал. Пусть поздно, на пятом десятке. Но, возможно и у меня всё ещё есть шанс услышать из уст сына искренне, от души:
- Папа, я тебя люблю!!!
......
Александр САН
|
|
3744
Суббота, Изя выходит из синагоги, одет очень плохо, небрит, пейсы растрепаны - всю жизнь живет бедно. Идет по улице, видит, лежит кошелек. Что делать, в субботу деньги нельзя брать в руки? А, ладно, Бог простит, дай попробую. Поднимает кошелек, а он - полный денег, решил зайти в магазин, такое раз в жизни бывает. Заходит в магазин, ему предлагают самый дорогой костюм, ботинки, а заодно предлагают побриться. Вышел на улицу, нарядный, бритый, благоухает, денег в кошельке еще полно, девушки начинают на него заглядываться, и тут его сбивает насмерть машина. На том свете: Господи, за что? Я все заповеди исполнял, каждую субботу в синагогу ходил! Бог ему: - Изя, так это ты?! Извини, но тебя просто не узнать!
|
|
3745
Эту мансу мой брат рассказывает лучше меня – я сам люблю послушать его когда появляется новое ухо и он вновь и вновь рассказывает эту историю. Но брат не любит писать, так что изложу ее я.
Рядом с цирком «Новый рынок». Кроме еды там еще торговали с рук всякими вещами. Некоторые сотрудники подрабатывали там. Какой самый одесский приработок? Правильно – купи-продай. Это очень не простой бизнес и в нем были свои чемпионы. Одним таким чемпионом был Балабус.
Все знали, что Балабус может продать что угодно, но это как-то фигурально воспринималось, а вот однажды на эту тему был спор не на шутку. Дело было в мясном корпусе, куда я зашел за мясом для своей собаки и встретил там знакомых из цирка.
Мясник с «Нового рынка», отоваривавший всех цирковых вырезкой из-под полы, кличка у него была Коля-морда, причем он не обижался когда его так звали в глаза, выразил оскорбительное сомнение в таланте Балабуса: - Ну так уж и любой товар! Давай пари, что дам тебе товар, который продать невозможно!
Присутствовавшие цирковые разделились во мнениях – кто-то просто хихикал, кто-то взял сторону Коли-морды, но многие, и я в том числе, верили в Балабуса. В конце концов с обоих сторон были сделаны ставки и ставки немалые.
Выбор непродаваемого товара был, естественно, за Колей-мордой. Берет Коля из вчерашних остатков Балабусовского товара макинтош мышинного цвета, вынимает огромный топор и на колодке, где рубят туши, одним махом разрубает этот макинтош пополам. Для тех, кто не в курсе, поясняю: макинтош – это такой прорезиненный плащ, который в то время носили свежесозданные интеллигенты, пованивал он основательно, но в комплекте со шляпой придавал носившим макинтоши много солидности.
Так вот, одну половину плаща-макинтоша Коля сразу выбрасывает, а вторую вручает Балабусу с очень нехорошей улыбкой. Мы, те кто поставили на талант Балабуса, попробовали возражать, но формально Коля-морда был в своем праве – он приготовил товар, который никому не нужен, как и было сказано в начале спора. Мы-то расстроились очевидному проигрышу пари, а Балабус нет.
Берет он пол макинтоша, аккуратно складывает его в кулек и идет в ряды, где торгуют вещами, разведчики-свидетели, понятное дело, за ним, хотя и издали. Пошатавшись по рядам Балабус вроде как наметил покупателя: с легким налетом недавней деревенщины здоровый лоб под два метра роста, косая сажень в плечах на фоне щуплого Балабуса смотрелся просто богатырем.
Балабус шопотом: - Есть шикарная вещь на тебя. Давай отойдем.
Отходят они в ближайшую подворотню (время было такое, что власти не приветствовали торговлю с рук). Балабус показывает бугаю плащ в пакете, вернее ту его половину, которая осталась: - Смотри, цвет твой, твоего размера...
Покупатель говорит: - Да, мне такой нужен, дай примерять...
- А как же без примерки. Всенепременно.
Бугай начинает засовывать руку в одинственный оставшийся рукав и тут, подпрыгнув, балабус бьет бугая в морду и сразу начинает кричать: - Помогите! Убивают! Грабят!..
Сбежались зрители, выскочили соседи, жившие в подворотне, разняли Балабуса и бугая, который выругавшись по матушке сразу ушел.
Спорщики, поставившие на Балабуса уже приготовились отдать проигранное пари, а тот говорит: - Погодите, еще не вечер...
Складывает он обрубок макинтоша назад в пакет и идет опять в торговые ряды. Находит бугая и говорит: - Ну что? Брать будешь?
- Да ты идиот! Ты чего меня ударил?...
- Понимаешь, посмотри на себя и на меня. Я думал что ты сейчас наденешь плащ и уйдешь. Что я, такой плюгавенький тебе сделаю? А плащ хорош, на тебе сидит как вылитый – ты сам видел. А мне за него нужно кучу денег отдать хозяину. Ладно, раз вышла такая накладка – извини, зато скину тебе десятку, раз уж я тебя ударил... Только забирай быстро, а то вон уже мент поглядывает...
Бугай сует требуемую сумму, забирает пакет с пол-плащом и Балабус исчезает. Вот так мы, поставившие на Балабуса, выиграли пари, а Балабус подтвердил статус гения-барышника.
|
|
3748
— Мамочка, а что такое «@бать-колотить»?
— Боже, доченька, где ты это услышала?
— Нигде не слышала. Смотрю вокруг и само на ум приходит…
|
|
3749
— Мамочка, а что такое «@бать-колотить»?
— Боже, доченька, где ты это услышала?
— Нигде не слышала. Смотрю вокруг и само на ум приходит…
Запись Маленькая девочка спрашивает впервые опубликована на сайте АНЕКДОТЫ ПрО ВсеХ.
|
|
3750
— Мамочка, а что такое «@бать-колотить»?
— Боже, доченька, где ты это услышала?
— Нигде не слышала. Смотрю вокруг и само на ум приходит…
|
|