Анекдот N 1166069

Как-то раз люди задали вопрос Господу.... - Почему на этой земле так много несправедливости, лжи, смертей, разврата, насилия и войн? - спросили у Бога люди. Бог, в свою очередь, удивленно посмотрел на людей и задал им вопрос: - Так вам что, разве не нравится все это??? - Ну, конечно же, нет, Господи! - закричали люди. Тогда Бог пожал плечами и ответил: - Ну, так не делайте этого!

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

люди бог вопрос нравится конечно разве господи

Источник: sporu.net от 2022-6-5

люди бог → Результатов: 126


1.

Как-то раз люди задали вопрос Господу.... - Почему на этой земле так много несправедливости, лжи, смертей, разврата, насилия и войн? спросили у Бога люди. Бог, в свою очередь, удивлённо посмотрел на людей и задал им вопрос: - Так вам что, разве не нравится всё это? - Ну, конечно же, нет, Господи! закричали люди. Тогда Бог пожал плечами и ответил: - Ну, так не делайте этого!

2.

Как-то раз люди задали вопрос Господу.... Почему на этой земле так много несправедливости, лжи, смертей, разврата, насилия и войн? спросили у Бога люди. Бог, в свою очередь, удивлённо посмотрел на людей и задал им вопрос: Так вам что, разве не нравится всё это??? Ну, конечно же, нет, Господи! закричали люди. Тогда Бог пожал плечами и ответил: Ну, так не делайте этого!

3.

Как-то раз люди задали вопрос Господу....
– Почему на этой земле так много несправедливости, лжи, смертей, разврата, насилия и войн? – спросили у Бога люди.
Бог, в свою очередь, удивлённо посмотрел на людей и задал им вопрос:
– Так вам что, разве не нравится всё это???
– Ну, конечно же, нет, Господи! – закричали люди.
Тогда Бог пожал плечами и ответил:
– Ну, так не делайте этого!

4.

На одном из совещаний офицерам предложили: "Кто хочет получить майорскую должность и звание майора, отправляйтесь в отдалённый гарнизон в Кюрдамир — это Азербайджан". Ребята, сидевшие рядом, сразу сказали: “Бог придумал мир, а чёрт - Кюрдамир...”. Но я подумал-подумал и решил — еду. До этого я служил в Грузии: благополучный гарнизон, люди живут нормальной человеческой жизнью, простор для творчества — я был комендантом гарнизона и начальником Дома офицеров дивизии.
И вот сел я в поезд. Кстати, специфика этих кавказских поездов тоже определённая: проводники - мужчины, грязь кругом страшная, никто ничего не убирает... Ранним утром приезжаю на какой-то полустанок, выхожу - на вокзале играет заунывная музыка мусульманского профиля, жара - просто дышать нечем, на дорогах, словно мёртвые, валяются коровы, собаки... Никто меня не встретил, хоть и должны были. Честно говоря, у меня тогда впервые в жизни мелькнула мысль: “Боярун, хватай чемодан, садись в поезд и беги отсюда!”. И только какое-то чувство ответственности заставило меня остановиться и не сказать: “Я не хочу здесь служить!”. Но самое, конечно, неприятное было потом. В гостинице мне говорят: “Мест нет”. А что собой представляет эта гостиница? Обычный деревянный барак.

Открываю дверь — между проходами дверей нет, висят марлевые занавески и торчат ноги — всё забито людьми, все скопом... Так меня временно поселили в санчасть — к больным. На улице москиты - а это не наши комары, которые, подлетая к тебе, пищат. Понимаешь, что тебя укусили, когда они уже отлетели в сторону. Ты начинаешь расчёсывать руки — становится больно. У маленьких детей на руках и ногах от этих укусов даже зияли настоящие язвы. И это ещё не всё. Пошел днём обедать, и, видно, офицеры решили меня разыграть. “Ребята, а вода кипяченая есть где-нибудь?” - спрашиваю. Да вот, говорят, стоит. А меня предупреждали, что воду сырую пить нельзя — чревато серьёзными последствиями.
Выпил, значит, (как оказалось, сырую) и через несколько часов потерял сознание — подхватил сильную кишечную инфекцию. Температура в тени доходила до пятидесяти градусов, земля вся в трещинах. А в дождь сапоги превращались в огромные галоши — моментально обрастали двух-трёхкилограммовым слоем грязи... В общем, начало моей службы в этом гарнизоне даже для меня, офицера, было жутковатым...

5.

Кто есть кто в медицинской иерархии

Терапевт.
Это не врач, это менеджер. Он понятия не имеет, как вас лечить, но может сказать, кто это знает. Если знает, кто это знает. Но не факт, что тот, кого он знает, знает, как вас лечить. В общем, несмотря на то, что медицина шагнула далеко вперед, надежда остается по-прежнему только на Бога.

Хирург.
Хирург он как сапер. Ошибается только один раз. Правда, если сапер ошибается только один раз в своей жизни, то хирург ошибается только один раз в вашей жизни. Даже если после ошибки хирурга вам удалось сохранить жизнь, поверьте, она такая вам на хрен не нужна. Как и сапер, хирург руководствуется не накопленной информацией, а интуицией. И в этом наше счастье, поскольку в медицине интуиция по-прежнему куда надежнее.

Стоматолог.
Иногда, чтобы их сразу не распознали, они называют себя дантистами. Самые страшные врачи. Одно счастье, количество общений с ними у среднестатистического человека ограничено 32 визитами. А для тех, у кого нет зубов мудрости – 28 визитами.

Окулист.
Этим тоже показалось мало и они стали называть себя офтальмологами. Люди крайне неприятные, поскольку всегда хотят, чтобы вы видели то, на что глаза бы ваши не смотрели.

Гинекологи.
Самые обделенные врачи, поскольку у них в два раза меньше пациентов, чем у остальных эскулапов. Интересно, что среди гинекологов практически не встречаются мужчины. Поскольку в гинекологии все строго – либо ты мужчина, либо гинеколог. Попробуйте 61320 часов в год смотреть на самые интересные части тела женщин, и гарантирую вам, вы быстро потеряете к ним интерес. Нельзя превращать хобби в профессию.

Акушер.
Самый уважаемый в медицине врач. Именно он обеспечивает работой всех остальных врачей.

Венеролог.
Единственный врач, встреча с которым сопряжена хоть с чем-то приятным. Например, с приятными воспоминаниями. Это самый честный врач. Он – единственный, кому вы платите за удовольствие, даже, несмотря на то, что это удовольствие доставил вам не он.

Невролог.
Теоретически может вылечить все, кроме разве сифилиса и переломов, поскольку все болезни от нервов. Практически же абсолютно бесполезен. Он может вам сказать «Не нервничайте», но, так же как и вы, понятие не имеет, как этого добиться.

Аллерголог.
Абсолютно уверен (и надо отметить, у него есть на то основания), что все жители этой планеты являются его пациентами. Поэтому главная цель в жизни аллерголога – это найти у вас аллергию, пока вы от него не сбежали.

Психиатр.
В отличие от аллерголога, он только смутно догадывается, что все жители этой планеты являются его пациентами, и не хочет посмотреть правде в лицо. Пользы от него тоже немного. Ну, скажите, разве может больному помочь другой больной? Интересно, что психотерапевты существуют, а вот психохирурги так и не появились.

Реаниматолог.
Самый завистливый врач. Он просто не может допустить, чтобы вы были счастливы в то время, пока он вынужден оставаться в этом плохом мире.

Нарколог.
Нет, вру. Вот они точно самые завистливые, поскольку хотят лишить человека последней радости в жизни.

Сексопатолог.
Дай Бог вам так никогда и не узнать о его существовании.

Сексолог.
Это светлая сторона сексопатолога. Сексопатолог говорит вам о том, что у вас плохо. Сексолог говорит о том, как вам сделать это еще лучше. Вечная тема – борьба света и беспросветности.

Проктолог.
Несмотря на то, что медицина шагнула далеко вперед, это врача как были, так и остались в заднице.

Анестезиолог.
Очень полезный врач. Он делает так, чтобы вы ничего не почувствовали. А если он ошибется – это даже к лучшему. В этом случае вы уже больше ничего не будете чувствовать.

Иммунолог.
Самый ленивый врач. Он всегда пытается переложить свою работу на ваш организм.

Пульмонолог.
Единственный врач, который не разделяет заблуждение своих коллег, что если бросить курить, все болезни пройдут сами собой.

Уролог.
Врач с очень узким кругозором. В отличие от сексопатолога и сексолога рассматривает ваше мужское достоинство исключительно с точки зрения его побочных функций.

Травматолог.
Эти врачи очень любят спорт. Практически всего его виды, за исключением разве шахмат.

Фармаколог.
Если большинство врачей занимаются тем, чтобы удалить из организма лишнее, то фармакологии наоборот пытаются запихнуть в него всего и побольше. И с интересом потом наблюдают, каким образом организм будет реагировать на издевательства над собой.

Токсиколог.
Благодаря фармакологам этот врач никогда не останется без работы. По крайней мере, на текущий момент фармакологии обеспечивают его работой более чем на 50%.

Вирусолог.
Очень общительный врач. Именно ему выпало на долю редкое счастье практически ежедневно расширять круг своего общения.

Эпидемиолог.
Тот же вирусолог, но страдающий манией величия.

Педиатр.
Очень жестокие люди. Если все остальные врачи достают нас уже в сознательном возрасте, то педиатры готовы лишить нас самых прекрасных дней нашей жизни – нашего детства.

Физиотерапевт.
По-моему это просто садист. Он почему-то уверен, что если вас хорошенько шарахнуть током, то вам станет намного легче. Видимо, в детстве эти врачи любили совать пальцы в розетку, и теперь считают, что и все остальные должны пройти через мучения, которые когда-то испытали они.

Судмедэксперт.
Единственный врач, который даже не пытается сделать вид, что он кого-то лечит.

6.

Было это в начале прошлого лета.
Еду в автобусе. Утро. Передо мной два датых мужичка, один алкаш непросыхающий, другой в более-менее цивильной одеже, но тоже лицом как шарпей. Один другому восторженно, на весь автобус, рассказывает:
- И вот племяш меня директором и назначил. Ну а как иначе, родной человек, да и потом, я ж раньше бухгалтером работал, в цифирях как бог, да и в людях тоже. Он это помнит. Вчера первый рабочий день был. С коллективом еще не познакомился, успею, просто отметили тихонько, по полстакана и все. А сегодня на работу. Галстук пришлось достать. Пока я не освоился, племяш будет всем заниматься, а я, как присмотрюсь, буду порядок наводить сам. У нас турфирма солидная, туры по всей Африке, особенно Южной, филиалов несколько.
- Небось солярий есть? - спрашивает собутыльник.
- Не солярий, а сафари, - поправляет. - А как же. Люди состоятельные приходят, по двести-триста тыщ платят, это не считая билетов. Для особо уважаемых у нас скидка. Ну я с ними общаться не буду, это дело племяша, да и пусть, раз дело налажено, чего мне-то лезть. Я руководить стану. Вот тебя думаю заместителем сделать. Ты работать каждый день сможешь?
- Наверное. А зарплата какая?
- Не пропьешь, - улыбается. - Мне вот пятьдесят тыщ пообещал, я только десять лет назад столько получал, ну когда бухгалтером был. И вот сейчас буду. А как же, родная кровь, ну и нюх на людей у меня. Буду племяшу помогать, а то ведь старается, работает за всех. Понимает, нужен ему свой человек в коллективе, чтоб не баловали. Вот я и буду.
И хотелось мне сказать, что зиц-председателем будет мужичок, и что потом на него банкротство фирмы повесят за здорово живешь, да так и не сказал. Уж больно радовался. Да и не поверил бы он незнакомому человеку.

7.

Оптимистическая трагедия.

Дежурство выдалось тяжёлым, последняя ситуация, и так очень серьёзная, осложнилась неожиданным для пациента открытием — тест на ковид пришёл положительным.
Что меняет ситуацию, в худшую сторону — как для пациента, так и для персонала.
Так, пациент поступил из приёмного покоя прямо в операционную, время подготовки свелось к минимуму, я ввёл его в наркоз в полном одиночестве, выгнав всех за стеклянную дверь, наблюдать( ввод в наркоз — наиболее опасный момент для персонала, концентрация вируса в воздухе операционной в это время наивысшая).
Я уже не говорю о защитных костюмах и двойных масках, далёких от комфортных.
Однако, выстояли, ночь прошла в операционной, к утру пациент стабилизировался, моя работа провести наркоз и стабилизировать пациента после пробуждения закончилась, я размылся, принял душ и поменял белье — домой!
Дома — пару эспрессо, покормил и выгулял собак, свободный день, настроение близкое к эйфории — ожидаемый результат от коктейля успеха и утомления.
Кстати, усталость и желание поспать — обычно подступает несколькими часами позже, когда адреналин покидает тело и я сдуваюсь и ложусь спать.
Зная всё это по опыту — пару часов у меня есть, дел невпроворот, накопились.
Первым делом — поменять шины, резина лысая, надо ехать.
Вот тут всё и началось…
Веду машину, припевая, солнечный день … и вижу самую худшую для собачника картину — маленький йорки бежит по обочине, без ошейника и хозяина.
Надо спасать, резко разворачиваюсь, прижимаюсь к обочине и выскакиваю из машины.
Ситуация для меня — далеко не первая и я хорошо к ней готов, в машине есть и вкусняшки и поводок с петлёй, пригодившиеся в прошлом.
Всё безуспешно.
Йорки — маленькая чепуховинка весом меньше килограмма — терьер.
Что синоним безумной храбрости, упрямства, независимости, автономности.
Судя по его виду — худой, шерсть свалялась, ошейника нет — он не первый день выживает бездомным.
А судя по его неприязни к людям — несладкая у него была жизнь…в руки не даётся, убегает, несмотря на вкусняшки….

В его спасение включалось всё больше и больше людей.
Так, водитель большого грузовика( спасибо тебе, мужик!) перекрыл часть дороги и спас йорки от неминуемой гибели под колёсами машин.
Женщина тормознула, включилась в погоню, он ушёл от нас в кустарник и густую траву, я было отчаялся, пока не увидел вдали — молодая девчонка выпрыгнула из машины и побежала за ним.
Всё это продолжалось минут 40, всё больше и больше людей включалось в операцию по спасению маленькой собачки.
В какой-то момент ситуация стала отчаянно опасной: он выскочил на фривей, большак без светофоров, машины мчатся с большой скоростью — йорки был обречён.
Та же молодая девушка остановила движение на одной стороне, мы — на другой, нам удалось оттеснить его на территорию кампуса колледжа, где к спасению присоединились будущие пожарные, молодые и здоровые ребята попытались помочь ситуации, я уже выбился из сил, набегавшись до хромоты и боли в боку.
Ушёл… проскользнул через цепь спасателей и ушёл в густой кустарник, чапарраль.
Всё, надежды поймать его там — никакой.
Отдышались, я поблагодарил всех за доброту и готовность помочь и похромал к своей машине, пару километров, набегавшись до изнеможения.
Уехал, настроение — сами понимаете, уже далёкое от прежней эйфории… покружил по окрестностям, йорки как сквозь землю провалился…
Судьба собаки на воле в наших местах — плачевная, окружающая нас дикая природа полна опасностей, главная из которых, конечно же, койоты.
Редкая собака, независимо от величины, выстоит против банды гопников— никаких собачьих ритуалов, они убивают практически мгновенно, заманивая в засаду и нападая всей бандой.
Тут, кстати, у малюсенького йорки — преимущество, он легко может спрятаться в непроходимых даже для койотов колючие кусты…
Всё, с тяжёлым сердцем поехал домой.

Вы можете спросить — так почему же я назвал эту очевидную трагедию « оптимистической трагедией»?
Оптимизму всегда есть место, судите сами:
никто не возмутился, когда пожилой седой дядька принялся вмешиваться в движения, водители беспрекословно останавливались, совершенно незнакомые мне люди бросали свои дела и бежали помогать спасти маленькую бродячую животинку.
Спасибо вам, добрые люди, спасибо от всего сердца!
И, насчёт сердца: отдельная персональная благодарность моему кардиологу, крохотному индусу с золотыми руками и сердцем, так хорошо починившему моё, тикает безукоризненно, выдерживая даже такие километровые пробежки.

Послесловие.
Фото называется « Бессоница», собаки залезли на кровать — меня утешить и убаюкать.
Немного утешили, убаюкать, однако, не удалось.
Задрыхли сами, меня среди них нет, не сплю, вспоминаю о маленькой одинокой собаке, ночи стоят холодные и лунные, нехорошо на душе, неспокойно, думаю о нём… может, пока я о нём думаю… он жив и невредим… дай-то бог, дай-то бог…

8.

Как встретишь новый год, таким год и будет.
Не знаю, кто это сказал и, почему, но не дай Бог. Остаётся только проверить.
Зимний вечер после работы сулил тепло домашнего уюта. Следующий предновогодний день сделали не рабочим и, я уже обдумывал все предпраздничные дела. На душе был покой и тихая радость, что в канун Нового года успел завершить затянувшийся ремонт. Открыл дверь в коридор и окунулся в океан приятных глазу мелочей продуманного интерьера и дизайнерских находок.
Бог мой, что это? В голове ураганом пронеслись немыслимые версия произошедшего в доме и, все они моментом рассыпались, как несостоятельные. Самые больные фантазии и предположения сюда не вписывались. Уходя утром на работу, я с удовлетворением смотрел на две беленькие, матовые, аккуратненькие и выстраданные двери ванны и туалета, которые были установлены накануне. А прошлым вечером я, ползая на коленях, спешно прилаживал плинтусы в тон дверям по цвету и фактуре. Это было вчера. А сегодня, дверь в туалет и косяк представляли собой,…. ничего они не представляли. Замок и плинтус были варварски выломаны и, тот, кто это смог сделать наверняка был госпитализирован. Тихо разделся, заглянул из коридора на кухню.
За столом сидела жена со своими вечными судоку, дочь слушала новости по телеку. Эй, ненаглядные. Все живы? После небольшой паузы жена, не поднимая головы, тихо сказала, Галя в гости приходила.
Галя. Гаааля, это периодически возникающее явление в нашей квартире относилось к понятию бывшая коллега жены по работе. Своё имя Галя произносила так, что ни в одном языке мира таких букв нету. Так смачно это имя произносят в Украине, где вместо буквы Г произносится нечто, с последующей долгой буквой А. Я относился к ней с юмором и легкой боязнью. Про себя называл её 7 на 8. Толстой она не была, но при невысоком росте по ширине и объему она была героических размеров. К этому остаётся добавить её всегда восторженные глаза через толстые линзы очков и, сочный громкий бас, которого пугались дети. Дело в том, что Галя закончила пед и, по началу, преподавала в школе математику. Вот если бы она отдавала команды на палубе корабля в штормовую погоду ночью, то цены ей бы не было. А вот учительницей в 5-6 классах, как то не получалось. Нет, у неё то получалось всё, а вот детки математику не усваивали, все без исключения. Волей судеб оказалась она в вычислительном центре, где и работала моя жена. Галя была хорошим и открытым человеком, и общалась со всеми громко и радостно. Семёёёён бросалась она с объятиями на меня. И радость её была искренней и неуёмной, так что я, поддаваясь её чувствам на всякий случай весь группировался, сжимался, напружинивался и, это помогало. Слегка помятый я также реагировал на её появление в нашем доме, изображая как мог, алаверды.
Спрашиваю, Галя я вижу уже ушла, а чего меня не дождалась? И как Галю совместить с дверью. А сам мерзко про себя подумал, 300 баксов ремонт, и когда это всё делать? И тут у женщин началась тихая истерика. Попытки рассказать сочетались и перемежались с зажатым до слез хохотом и покраснением лиц. После длительных попыток услышать внятный рассказ ситуация стала мне понятна.
Ситуация проста, если и придумывать сюжет, то в голову не придёт, то что преподносит нам его сиятельство случай. У нас дома два породистых кота, короткошерстные британцы. Папа-кот, с трудно запоминаемым именем, поэтому в быту называемым Пикля, и его сынок, уже входящий возраст молодой кот Дениска. Племенной Пикля имел все стати, которые приводили в восторг хозяев кошечек, приносимых нам для трехдневного проживания. Там было на что посмотреть. Загривок, который не прикрывался моей ладонью и, как говорится здоровенная морда лица. Но он уже выходил в тираж, и дочь, опытный кошковед с двадцатилетним стажем, решила оставить его кровь, в виде его самого удачного сыночка. Естественно, хозяин в доме должен быть один, поэтому в часы активности Пикли, Дениску отсаживали в ванную.
И тут пришла Галя, которая не была у нас уже больше года. С дороги она зашла в ванную и увидела Дениску. Ахи, охи, тормошение и оглаживание спящего кота. И вот Дениска в центре внимания, практически на столе с угощением, на коленях у Гали, весь обласкан и, в полном параксизме удовольствий. Но все мы люди, и раскрасневшаяся от угощений и выпитого Галя поднимается в туалет и, по своей оригинальной привычке продолжает общение и досказывание из туалета. А что Дениска, неожиданно брошенный и оставленный без внимания этой мягкой, теплой и шикарной во всех отношениях особой, куда она делась?
А, вот же она. Он слышит её голос, но вот непонятно, что-то говорит, наверное его зовёт, а дверь закрыта. Логика кота проста. Я здесь, я слышу твой зов. Быстро под ванну, а там, в стенке между туалетом и ванной пролаз, не заделанный. Трубы конечно мешают, но что может мужика остановить? И вот он уже в туалете за стенкой и, от Гали, его отделяет только легкая дверка в пластмассовой стенки. Семь килограммов пылкого кошачьего тела бросаются вверх, и в прыжке вышибают дверку. То, что потом рассказывала о своих ощущениях, активно успокаиваемая женщинами Галя, трудно воспроизвести. Нужен большой талант и глубокое знание русского языка, великого и могучего со всем его богатством выражений и лексик всех видов. Праздничное вино помогало слабо, поэтому такой стресс можно было перешибить только средством из запотевшей со льда бутылки. Судя по остаткам в бутылке, стресс у Гали был серьезный. И я её понимаю, представив себя в сидящего в тепле, чистоте и в благодушном настроении, когда за спиной что - то громко хлопает и, на спину сваливается нечто тяжелое. Я бы не дверь с косяком вынес, она у меня с петель бы слетела до середины коридора, перебив все зеркальные, раздвижные шкафы. Как пережил стресс Дениска, я не знаю, но в тот вечер он тихо сидел под ванной, поскольку был коварно сброшен со спины в унитаз, а потом многажды мыт и выполоскан.
Вот и верь после этого женщинам. Так полагаю, он в тот вечер думал под ванной. А что касается меня, то помятуя известную пословицу, я ремонт перед новым годом оставил на потом. Вот встретим Новый год, а потом и старый Новый год, вот тогда и возвратимся к делам нашим скорбным. Если деньги останутся.
Писано вечером 14 января 2022
Анвер ( Семён) Стеблов

9.

xxx: госпади боже дай мне дожить до отпуска я обещаю вести себя хорошо и кушать всё что даёт мама аминь.
yyy: держись
yyy: у меня отпуск тока в августе
zzz: *стикер в поддержку*
yyy: да пофиг, еботека не дает булки разжать
xxx: она тебя и от короны защитила
xxx: представляю картину: апокалипсис, вокруг разруха, взрывы, зомбаки нападают, одна %yyy_name% такая идёт, за ней зомби, но как в Том и Джерри они то спотыкаются, пытаясь напасть на неё, то в столб врезаются, то на грабли наступают. Люди такие смотрят на неё О_о и такие "бог?" А она такая "ипотека" и уходит под восторженный шквал оваций.

10.

1951 год.

В Швеции было объявлено о самой длинной и престижной велогонка в истории шведского спорта! Гонщикам предстояло покорить дистанцию в 1800 километров, стартовав в самом северном городе страны — Хапаранде и финишировать в самом южном — Истаде. Более тысячи спортсменов из разных уголков страны захотели принять участие в гонке. Решил участвовать и 66-летний фермер Густав Хаканссон. Он не был гонщиком, он был велосипедистом, который любил долгие путешествия.

Но отбор был очень строгим и только 50 человек оказались допущенными к гонке. Одним из главных условий был возраст велосипедистов — не старше сорока лет. Заявку пожилого фермера восприняли, как курьёз. Но Густав был непреклонен.

Пятьдесят спортсменов отправились в Хапаранду поездом. Их окружили вниманием тренеры, врачи и механики. Перед началом гонки спортсмены были отдохнувшими и полными сил. Живший на самом юге Швеции и не имевший денег на поезд, Густав долго не раздумывал. Он сел на велосипед и поехал на север, преодолев более 1500 км своим ходом. Организаторы гонки попросту не поверили этому, когда Хакансон вновь обратился к ним за разрешением участвовать в гонке. Ему ответили: «Отдыхай в своем кресле и береги здоровье».

Казалось бы, что мог возразить чудаковатый старик на дряхлом велосипеде? В число участников его не включили и номера не выдали. Тогда он нарисовал свой собственный и надел прямо поверх одежды — большой круглый ноль. И стартовал самостоятельно, спустя несколько минут после последнего гонщика.

Так как Густава не включили в общий зачет, он решил ехать по собственным правилам и не останавливаться на отдых. И первый раз поспал три часа на скамейке в центре какого-то посёлка только на третий день пути. Таким образом, так как он ехал вообще без остановок, он сразу же вышел в лидеры гонки.

Репортеры написали о нем в газетах. Скоро вся Швеция узнала историю этого невысокого старика с номером «ноль» на груди. Одна из газет предложила Густаву вести путевой дневник, на что он охотно согласился. Всё больше людей узнавали о нём. Спустя несколько дней велосипедиста встречали толпы восторженных людей фактически в каждом населённом пункте по пути следования гонки. В газетах его прозвали Stlfarfar (Стольфарфар) — стальной дед. Это прозвище закрепилось за Густавом до конца жизни.

После 156 миль езды, полиция попросила гонщика пройти медицинский осмотр. Врачи развели руками — Густав был в отличной физической форме и действительно мог участвовать в гонке на общих основаниях.

Густав проехал трассу гонки за 6 дней, 14 часов и 20 минут. Он финишировал на 24 часа раньше официального лидера гонки ! К тому времени он поспал, в общей сложности, только десять часов! Стальной дед пришел бы в Истад и раньше. Но за десяток километров до финиша с его велосипедом произошла единственная за почти 3000 км пути поломка — он пробил камеру. «Нет времени на ремонт» — решил Хакансон и пошел пешком. На велосипед он сел за пару километров до Истада и пересек финишную черту со спущенным колесом, двигаясь на одном ободе.

Тысячи людей встречали Стольфарфара на финише. Засыпанный цветами Густав был поднят на руки и триумфально внесён в центр города, где каждый жаждал с ним сфотографироваться. На следующий день после окончания гонки он был удостоен аудиенции у шведского короля Густава VI , пожелавшего лично познакомиться с победителем. Но даже теперь судьи не признали победу Хаканссона. Ведь отдать первенство в гонке этому странному старику — позор и скандал! Но это было уже не важно.

Вся Швеция признала победителем именно его! Люди присылали Стольфарфару сотни подарков, в том числе и деньги, зная, что Густаву не вручили официальный приз гонки. Это был всеобщий народный протест против косности официального спорта. Среди сотен писем, которые шведы писали в те дни Хаканссону, есть и такие слова: «Я – Вашего возраста, дорогой Густав Хакансон, и я был стариком до тех пор, пока не узнал о Вас. Но теперь, благодаря Вам, я чувствую себя опять молодым, здоровым и счастливым. Благослови Вас Бог!"

11.

После шумихи, поднятой вокруг фото задницы на фоне церкви: Люди, которых интересуют только задницы, посмотрели на церковь. Верующие вспомнили, что Бог дал женщинам задницы, чтобы мужчины могли ими любоваться. Я подумал, может и мне глянуть? Парни, кто смотрел - отпишитесь, как задница, зачетная? Стоит посмотреть? А церковь?

12.

Яблоки

- Сынок, купи яблочки, свои, домашние, не кропленные.
Именно это «не кропленные» и заставило Александра остановиться и обернуться. Так говорила всегда его бабушка в далёком детстве: не опрыскать, а покропить.
- Не кропленные, говорите, - подошёл он к прилавку.
Старушка с кучкой яблок оживилась и быстро затараторила:
- Не кропленные, не кропленные, со своего дерева в огороде, уродила в этом году яблонька, как никогда. Ты не гляди, что не такие большие, как у перекупок, то ж привозные, бог знает, откуда, там яду больше, чем яблока. А это ж наши, местные, - её руки быстро перебирали яблоки, показывая покупателю товар со всех сторон. – Они ж яблоками пахнут, а вкусные какие, ты попробуй, попробуй. Вот, гляди, гляди, - с каким-то восторгом продолжала бабка, протягивая яблоко, на котором была маленькая буроватая отметина – видишь, их даже червячок кушает, потому, как не кропленные.
Александр невольно рассмеялся после этих слов:
- Так они у Вас все червивые?
- Да нет же, - испуганно отдёрнула руку с яблоком старушка, - смотри, все целенькие, это одно попалось, не доглядела. Ну, червячок же ест, значит, и для человека безвредное, говорю ж, не кропленные.
Александру эти яблоки были и даром не нужны, он просто, проходя через вечерний базар, срезал угол на пути к дому. Но что-то в облике этой бабки, в её манере говорить, в открытом бесхитростном взгляде, в её способе убеждения червячком в правдивости своих слов напоминало его родную бабушку. Какое-то, давно забытое, чувство тёплой волной разлилось в груди, и Сашке захотелось сделать что-нибудь хорошее для этой старушки, торговавшей на базаре. Поэтому, не торгуясь, он купил два килограмма этих яблок, сам не зная зачем, рассказав, что у него дома сынишка приболел (он вообще здоровьем слабенький), кашляет и жена в положении, и что, наверное, им будет полезно не кропленные яблочки поесть. В общем, сам не понимая почему, Александр поделился с этой незнакомкой самым сокровенным, что мучило его душу.
Бабка охала, вздыхала, качала головой, приговаривая, что сейчас старики здоровее молодых, потому как, разве в городах сейчас еда? Это ж сплошная химия, и сам воздух тут тяжёлый и больной. Он кивал и соглашался. Когда уже собрался уходить, бабка вдруг схватила его за руку:
- Слушай, приходи завтра сюда же, я тебе липы сушёной привезу да баночку малины с сахаром перетёртой, от простуды первое дело. Так я привезу, ты приходи завтра.
Александр шёл с яблоками домой и улыбался, на душе было хорошо, как в детстве, когда бабушка гладила по голове своей шершавой натруженной рукой и говорила: «Ничего, Сашок, всё будет хорошо».
***
Родителей своих Сашка не знал. Бабушка говорила, что отца его она и сама не знает, а мать… мать непутёвой была. Как привезла его однажды из города, в одеяльце завёрнутого, так и укатила обратно. Обещала забрать, как жизнь свою наладит, да так и сгинула.
Бабушку Сашка любил. Когда она, бывало, зимними вечерами тяжело вздыхала, вспоминая дочь свою пропащую, прижимала голову внука к груди, целовала в макушку, он говорил:
- Не плачь, ба. Я когда вырасту, никогда тебя не брошу, всегда с тобой жить буду. Ты мне веришь?
- Верю, Сашок, верю, - улыбалась бабушка сквозь слёзы.
А когда Сашке исполнилось двенадцать лет, бабушки не стало. Так он очутился в школе-интернате. Бабушкин дом продали какие-то родственники (это когда они вдвоём с бабушкой жили, то Сашка думал, что они одни на белом свете, а когда речь о наследстве зашла, претендентов оказалось немало).
Кто жил в детдоме, тому не надо рассказывать все «прелести» пребывания в подобных учреждениях, а кто не жил, тот до конца всё равно не поймёт. Но Сашка не сломался и по кривой дорожке не пошёл. Отслужил в армии, приобрёл профессию. Вот только с девушками ему не везло. И хотя сам Сашка был высоким, спортивного телосложения, симпатичным парнем, все его подруги, узнав о том, что он сирота, быстро исчезали с его горизонта. Поэтому, когда пять лет назад он случайно столкнулся в супермаркете со Светкой (они воспитывались в одном детдоме), то обрадовался, как самому родному и близкому человеку. Света тоже была очень рада встрече. А через полгода они поженились, родился сын, вот сейчас дочку ждут. И, в общем-то, жизнь наладилась.
***
- Свет, я тут яблок тебе с Дениской купил на базаре, домашние, не кропленные, - протянул пакет жене.
Света, выросшая с рождения в детском доме, пропустила все эти эпитеты мимо ушей. Она помыла яблоки, положила в большую тарелку и поставила на стол. А спустя полчаса в комнате уже витал яблочный аромат.
- Слушай, какие классные яблоки, а как пахнут, - говорила Света, уплетая их за обе щеки вместе с сыном.
- Так домашние же, не кропленные…
Этой ночью Александру снилась бабушка. Она гладила его по голове, улыбалась и что-то говорила. Сашка не мог разобрать слов, но это было и не важно, он и так знал, что бабушка говорила что-то хорошее, доброе, ласковое. От чего веяло покоем и счастьем, забытым счастьем детства.
Звук будильника безжалостно оборвал сон.
Весь день на работе Александр ходил сам не свой. Что-то беспокоило, какая-то непонятная тоска грызла душу, к горлу периодически поднимался ком. Возвращаясь домой, он поймал себя на мысли о том, что очень хочет опять увидеть ту бабку с яблоками на базаре.
***
Евдокия Степановна (так звали бабку, торговавшую яблоками) слонялась по двору, тяжело вздыхала, раз за разом вытирая набегавшие на глаза слёзы. Давным-давно её старший сын погиб при исполнении служебных обязанностей (пожарником был), даже жениться не успел, а младшая дочь, красавица и умница, когда училась в институте в столице, вышла замуж за африканца и укатила в жаркий климат, где растут бананы и ананасы. Муж её покойный долго бушевал и плевался по этому поводу. А она что? Она только плакала, предчувствуя, что не увидит свою девочку больше никогда. Так и вышло. Пока ещё был жив муж, держалась и она. Ну, что же делать, раз жизнь так сложилась? А как два года назад мужа не стало, померк свет в душе Евдокии Степановны. Жила больше по привычке, прося бога, чтобы забрал её побыстрее в царство покоя.
Этот молодой человек, что купил вчера яблоки, растравил ей душу. Ведь чужой совсем, а как хорошо с ней поговорил, не отмахнулся… Что-то было в его глазах… какая-то затаённая тоска, боль, она это сразу почувствовала. Её материнский инстинкт прорвался в словах: «Приходи завтра сюда же, я тебе липы сушёной привезу да баночку малины с сахаром перетёртой, от простуды первое дело. Так я привезу, ты приходи завтра».
И вот сейчас, заворачивая в газету банку с малиновым вареньем, Евдокия Степановна непроизвольно улыбалась, думая, что бы ещё такого захватить для этого парня и его семьи. Очень уж хотелось ей порадовать человека и, конечно же, ещё немного поговорить, как вчера.
***
Вчерашнее место за прилавком было занято, и Евдокия Степановна пристроилась неподалёку, в соседнем ряду. Выложив кучкой яблоки, она всё внимание сосредоточила на проходящих людях, чтобы не пропустить.
Народ массово возвращался с работы. К этому времени Евдокия Степановна окончательно разнервничалась. «Вот же дура старая, насочиняла сама себе, напридумывала… и на кой ему слушать и верить чужой бабке», - досадливо думала она, а глаза всё высматривали и высматривали знакомый силуэт в толпе.
Александр вчера не придал особого значения словам бабке о липе и малиновом варении. «Эти базарные бабушки чего хочешь наговорят, лишь бы товар свой продать», - думал он. – «А вдруг и, правда, приедет? Не похожа она на опытную, бойкую торговку. Червячка показывала… вот же придумала…», - заулыбался, вспоминая бабкино лицо, с каким жаром она о червяке говорила. – «Эх, какая разница, всё равно ведь через базар иду, гляну, вдруг стоит».
Саша свернул в ту часть базара, где вчера стояла бабка с яблоками, пошёл вдоль прилавка, не видно бабки. «Тьху, дурак, развели, как малого пацанёнка, хорошо что вчера, с дуру, Светке не похвастал обещанной малиной». Настроение мгновенно испортилось, не глядя по сторонам Саша ускорил шаг.
- Милок, я тут, тут, постой, - раздался громкий крик, и Александр увидел спешащую к нему вчерашнюю бабку.
Она радостно схватила его за локоть, потянула за собой и всё тараторила:
- Место занято было, я тут рядом пристроилась, боялась, пропущу, думала, придёшь ли? Я ж всё привезла, а думаю, вдруг не поверил бабке…
Бабка всё «тарахтела» и «тарахтела», но Александр не прислушивался к словам, он на какой-то миг душой перенёсся в детство. Эта манера разговора, отдельные слова, выражения, движения рук, взгляд, в котором затаилось желание обрадовать человека своими действиями, всё это так напоминало его родную бабушку.
Он спросил: сколько должен, Евдокия Степановна замахала руками, сказав, что это она со своих кустов для себя варила, и принимать это надо, как угощение. А ещё говорила, что малина у неё не сортовая, а ещё та, старая, не такая крупная и красивая на вид, но настоящая, душистая и очень полезная. И Сашка вспомнил бабушкину малину, её запах и вкус, а ещё ему почему-то вспомнилась картошка. Жёлтая внутри, она так аппетитно смотрелась в тарелке, а вкусная какая. После смерти бабушки он никогда больше не ел такой картошки.
- А картошка жёлтая внутри у Вас есть? – перебил он старушку.
- Есть и жёлтая, и белая, и та что разваривается хорошо, и твёрденькая для супа.
- Мне жёлтая нравится, её бабушка в детстве всегда варила, - мечтательно произнёс Александр.
- Милок, завтра суббота, выходной. А ты приезжай ко мне в деревню, сам посмотришь какая у меня картошка есть, у меня ещё много чего есть… Старая я уже, тяжело мне сумки таскать, а ты молодой, тут и ехать-то недалече, всего сорок минут на электричке. Приезжай, я не обижу…
И Сашка поехал. Не за картошкой, а за утраченным теплом из детства.
***
Прошло два года.
- Наташа, печенье точно свежее? – озабоченно вопрошала уже второй раз Евдокия Степановна.
- Да, говорю ж Вам, вчера привезли, ну, что Вы, ей богу, как дитё малое? – отвечала продавщица.
- Дети ко мне завтра приезжают с внучатами, потому и спрашиваю. Дай-ка мне одно, попробую.
- Гляди, совсем Степановна из ума выжила, - шушукались в очереди, - нашла каких-то голодранцев, в дом пускает, прошлое лето Светка с детьми всё лето на её шее сидели. Видно, понравилось, опять едут.
- Ой, и не говори. Чужие люди, оберут до нитки, а то и по башке стукнут, дом-то хороший. Василий покойный хозяином был. Говорила ей сколько раз, отмахивается.
- Взвесь мне кило, хорошее печенье.
- Ну, наконец-то, - выдохнули сзади стоящие тётки. – Не тех кормишь, Степановна.
Евдокия Степановна, не спеша, шла домой и улыбалась. Что ей разговоры? Так, сплетни всякие. Родные – не родные, какая разница. Где они эти родные? За столько лет и не вспомнили о ней. А вот Саша со Светой помогают, да и не в помощи дело…
- Саша, а чего нам до завтра ждать? Я уже все вещи сложила и гостинцы упаковала, на последнюю электричку как раз успеваем. Поехали, а? - агитировала Светлана мужа, пришедшего с работы.
- Папа, поехали к бабушке, поехали, - подхватил Дениска, - там курочки, пирожки, вареники с вишней… там хорошо.
- Баба, - запрыгала двухлетняя Леночка, - хочу к бабе.
Александр посмотрел на своё семейство, улыбнулся, махнул рукой:
- Поехали.
Они сидели в электричке, дети смотрели в окно, периодически оглашая вагон восторженными криками: «Смотри-смотри!» А Саша со Светой просто улыбались, ни о чём особо не думая. Ведь это так здорово, когда у тебя есть бабушка, которая всегда ждёт!

13.

Позвонила тут тёща, рассказала о своей триумфальной победе над «Мосэнерго». Ну, или как там называется организация, которая с москвичей берёт деньги за электричество. Дело в том, что моя тёща — москвичка. Не коренная, и не потомственная, — москвичкой она стала, когда несколько лет назад Москва аннексировала большой кусок Подмосковья. Причём московской стала не только тёщина квартира в совхозном доме, но и, что важно для этой истории, участок земли с садовым домиком в деревне под названием, то ли Старое Хреново, то ли Нижнее Жопово, не суть. Так вышло, что тёща довольно долго жила у нас, а потом поехала пожить в свою столичную недвижимость. И там её ждал сюрприз в виде счёта за электроэнергию, употреблённую в этом самом Старом Жопове. Внуки коммуналку в квартире оплачивали, а про участок не вспоминали, поскольку бывали там крайне редко — молодёжи весь этот садовый мазохизм малоинтересен. Вот и пришёл тёще счёт. Нет, неправильно: СЧЁТ! Потому что был он на сумму девяносто тысяч рублей. Тёща моя всякое за свою жизнь пережила, статус малолетнего узника фашизма о многом говорит, но этот сюрприз её, конечно, не обрадовал. Начала она названивать по контактным телефонам, с просьбой разобраться, как мог садовый домик с электрооборудованием в виде лампочки Ильича употребить такое количество электрической энергии, и не захлебнуться. Да что там, не захлебнуться, не утопить всё Верхнее Хреново. Тёща много лет проработала начальником ЦК (центральной котельной) и кое-что в энергетике понимает! Однако контактные телефоны существуют не для того, чтобы контактировать, а чтобы защищаться от контактов, так что результативной коммуникации не получилось. Походы в соответствующие конторы тоже результатов не принесли. Тем временем счета приходили новые, и сумма возросла уже до ста тысяч рублей! Мы ничего не знали: тёща говорила, что разбирается с оплатой, но о масштабах проблемы ничего не рассказывала. Тем временем ей начали каждое утро названивать люди, которые неприятными голосами советовали незамедлительно погасить долг. Рекомендации они перемежали угрозами и оскорблениями. Ситуация становилась совсем уж тупиковой, но тут тёще удалось узнать некий секретный номер очень большого начальника. В приёмной этого самого начальника тёще дали секретный адрес электронной почты, на которой она (с помощью внучки) отправила заявление. И, представьте себе, это сработало! Приехала комиссия, которая изучила счётчик, лампочку, и вынесла вердикт: долг есть! Но не сто тысяч, а девяносто. РУБЛЕЙ. Каковые девять червонцев тёща тут же и уплатила, потому что должницей быть не любит. Что, согласитесь, очень похвально.
После этого только она посвятила всех в этот сюжет, и попутно спросила меня, может ли она как-то добиться наказания для тех, кто ей звонил. Я сам по натуре скептик, поэтому промямлил, что для иска надо было записать разговоры, сходить в медпункт, зафиксировать повышение давления и уровня сахара… А сам думаю: фашистов она, трёхлетний ребёнок, победила, с «Мосэнерго» справилась… Может и тут добьётся?? Дай Бог!!

15.

Знаю я , одной Варваре,
нос когда то оторвали.
Любопытная была
и за это огребла.
Не могу себя сдержать,
от окошка отбежать.
Подсмотрю один разок,
успокоюсь на часок.
Наконец то поняла я,
это ведь мужская баня!
Мужики все застеснялись
и мочалкой прикрывались.
Вдоволь ими насмотрелась,
словно без еды наелась!

Где Варваре не фартит,
там мне бог успех дарит!
Пусть запомнят люди впрок,
любопытство – не порок.

16.

Про моего однокурсника Ваню Пинягина я уже рассказывал: https://www.anekdot.ru/id/1231466/. Сын священника, он вместе со всеми состоял в комсомоле и сдавал научный атеизм, но и рудименты веры сохранил – например, ходил в церковь на Пасху, рискуя нарваться на комсомольский патруль и вылететь из института. Хотя чему тут дивиться, в подобном двоемыслии жила вся страна, я тоже ухитрялся совмещать проклятия сионизму на политинформациях с посещением синагоги, а мацу – с любительской колбасой. Вот с этим Ваней у меня однажды вышел любопытный теологический спор с практическими последствиями.

Дело было на летней практике в Одессе. Руководительница практики сразу сказала, что мы ей даром не нужны, отчеты в конце месяца она подпишет, а пока можем гулять. Вот мы и гуляли, наш третий товарищ Алик потом сочинил песенку, в которой посвятил по куплету Аркадии, Лузановке, Ланжерону и остальным одесским пляжам. Что-то такое:
А на пляже Комсомольском
Очень много комсомольцев
И двадцатых, и тридцатых,
И сороковых годов.
Все они с семейным грузом
И лежат с открытым пузом.
Так лежать до самой смерти
Комсомол всегда готов.

Дней за десять мы незаметно прогуляли все деньги. Когда опомнились, осталось порядка двух рублей на троих. Слать родителям телеграммы было стыдно, а написать письмо и ждать почтового перевода – это минимум неделя. Устроились на полставки на соседний консервный завод, думали заработать и поесть консервов на халяву. Однако получка оказалась через ту же неделю, а халява обломилась только Алику, он попал на жарку кабачков и обожрался этими кабачками на три года вперед. Нас же с Ваней определили в жестяной цех таскать жесть для банок, ничего съедобнее брезентовых рукавиц там не водилось. Алик при первой же попытке вынести для нас кабачки попался на вахте, отобрали и прогрозили жалобой в институт.

Не буду описывать все наши попытки раздобыть денег, а то никогда не перейду к главному. Упомяну только, что в Воронцовском сквере какой-то мужик играл со всеми желающими в шахматы по 50 копеек за партию. Перворазрядник Алик легко выиграл полтинник – видимо, чересчур легко, потому что играть с ним вторую партию мужик наотрез отказался, как Алик ни подбивал его на реванш. Играть со мной мужик тоже не захотел, показал на Алика и сказал: «Ты его брат». Вот на Ваню с его деревенской физиономией он клюнул. Ваня был шахматист уровня Остапа Бендера, но мы рассчитывали, что с нашей отработанной на экзаменах системой подсказок Алик сможет подсказывать ему ходы. Не вышло, их перемигивания разоблачили уже ходу на пятом, и дальше болельщики заставили нас с Аликом стоять за Ваниной спиной и беспомощно наблюдать его разгром и потерю только что добытого полтинника.

Под конец этой эпопеи наш с Ваней дневной рацион составляли полпорции супа в столовой на углу – 7 копеек, хлеб – копейка, горчица бесплатно, на ужин – два пирожка с горохом по 4 копейки штука. Пирожки с творогом по 5 копеек были отвергнуты как непозволительная роскошь. В день перед получкой не осталось и этого. Алик остался есть свои кабачки, а мы на последние две копейки купили в столовой по куску хлеба, намазали погуще горчицей и сидели глотали слюни.

В это время на раздаче второго образовался затор, полностью перегородив обзор для кассирши. Раздатчица первого, воспользовавшись паузой, налила несколько тарелок, поставила их на прилавок и ушла. Я подкрался и незаметно утащил тарелку рассольника. Думал, что Ваня последует моему примеру, но он неожиданно сказал:
– Ты что, украл? Не надо, верни. Грех. Господь накажет.
– Вот бы чья корова не мычала, - возмутился я. - Тоже святой Иоанн нашелся. Списывать тебе не грех, фальшивый отчет о практике сдавать не грех, мужика с шахматами обманывать можно, а за паршивый рассольник господь накажет. Они тут тоннами воруют, свиней кормят. Ни от кого не убудет, если мы съедим по тарелке.
– Ты не понимаешь. Нет заповеди «не списывай» или «не обмани». А «не укради» есть.
– А как же «не прелюбодействуй»? С Адкой же ты спишь без венца и даже без штампа в паспорте.
– Прелюбодеяние – это измена жене или мужу. А заповеди «не чпокайся без брака» тоже нет. Господь невыполнимых условий не ставит.
– Продуманный у тебя господь. Ладно, жуй свою восьмую заповедь, а я супчика наверну. Он сегодня вкусный, – я проглотил несколько ложек и демонстративно причмокнул.

Тут к нам подошла работница столовой, вытиравшая столы. Я напрягся: наверное, засекла, как я украл рассольник, будет скандал. Но она обратилась к Ване:
– Что не ешь, студент? Суп не нравится?
Я и не думал, что она нас запомнила.
– Денег нет, – буркнул Ваня.

Работница принесла тарелку рассольника, такую же, как у меня, поставила перед ним.
– Вот спасибо, – обрадовался Иван. – Я завтра отдам с получки.
– Да ладно, кому твои копейки нужны. Всё равно спишем, много наварили сегодня.

Глядя, как Ваня хлебает свой суп, я не удержался и поддел его:
– Что, теперь не ворованый? Теперь господь не накажет?
– Теперь нет, – серьезно ответил он. – А тебя покарает, вот увидишь.

Божья кара настигла меня стремительно, уже на выходе из столовой. Что там было в десяти казнях египетских? Мор, чума, саранча, кровавые реки и пёсьи мухи? Ну вот примерно так. Пёсьи мухи точно летали перед глазами, пока я дотащился до общежития и забурился в сортир. Дальше последовали реки, не особо кровавые, но бурные. Но облегчение облегчения не принесло, я валялся пластом на кровати, задыхался, покрывался холодным потом и вообще помирал. А самое обидное, что рядом скакал абсолютно живой и здоровый Ваня, поевший того же рассольника.

Назавтра Ваня с Аликом накупили с получки жареной рыбы, чебуреков, лимонада и бог весть чего еще и устроили пир горой. Я смотрел на них в полном отчаянии, пустота в желудке боролась с тошнотой, я дико хотел есть, но есть не мог. Прострадал так еще два дня, потом отпустило.

Человек менее стойкий после такой демонстрации уверовал бы во что угодно. Но это был бы не я. Я рассказал об этом случае родителям. Мама всплеснула руками:
– Там, наверно, пшенка была в рассольнике?
– Ну да, была какая-то мелкая крупа вместо перловки. А что?
– У тебя аллергия на пшенку, мы в два года обнаружили и больше никогда ее дома не держали.

Гугл говорит, что у взрослых аллергии на пшено не бывает. Но у меня она есть, я убедился в этом позже на военных сборах: в дни, когда на обед была пшенка, я не мог даже подойти к столовой, начинались уже знакомые симптомы египетских казней. Так что успокойтесь, провидения, кармы и божьей кары не существует. Мой жизненный опыт это подтверждает: миллионы конченых сволочей счастливо доживают до старости, и еще больше хороших людей страдают без всякой вины. Чтобы люди не творили зла, нужно не атата по попе от виртуального старца, а вполне земные законы, в крайнем случае – страх получить в морду от реального человека.

17.

Процессуальные нюансы.

Лекции по процессу нам читал замечательный профессор, умница, типичный американец в лучшем смысле этого слова. Работал в правоохранке, а потом адвокатом. Но даже он, при всей его обширной практике, такого никогда в жизни не видел.

Организовали они однажды конференцию для сотрудников правоохранки бывшего СССР, аккурат после его распила. Приехали уважаемые люди, профессионалы, опытом делиться, и устроили игровой процесс. Не буду клеветать на республику, важно, что это был типичный представитель советской школы, в те времена действующий прокурор. Допрос. Выходит настоящий прокурор на «сцену», секундное замешательство, и тут опыт побеждает в нем даже очевидную политическую необходимость вести себя толерантно перед иностранными коллегами. Набрав побольше воздуха, он вопит «подсудимому»:
- Confess! Confess! (Признавайся! Признавайся!)

Зал стих.

Понимаете, вопрос, что можно, что нельзя здесь чисто риторический.
Мрачно то, что даже в игре человек не смог перестроиться.

Не дай Бог кому попасть под колеса системы. Любой.
Потому что от того, как долго перед вами расшаркиваются,
прежде чем усадить лет на 200, зависит очень мало.
Берегите себя.

18.

И на шестой день позвал Бог ангелов и сказал им: - Решил Я создать страну и назову её Израилем. Это будет прекрасная земля с белоснежной горой на севере, с огромным пресным морем в центре и красивым морем на юге, с густыми плодоносными лесами и садами. Я населю эту страну евреями, это будут самые умные и самые гениальные люди на свете, которые будут известны всему миру. - Но, Господин мой, не думаешь ли Ты, что это слишком много для одной страны? - спросил один из ангелов. - Совсем нет! Ты же ещё ничего не знаешь о соседях, которых Я им дам...

19.

Мишка - он ветеринар от бога. У него частный дом, участок под охраной двух его друзей - ротвейлера и алабая, выброшенных дачниками и спасенных Мишкой в одну из холодных зим. Он с ними вообще не разговаривает, они удивительным образом понимают хозяина без слов по одному движению глаз или нахмуренному лбу. Бог и царь для этих под центнер весом собачек.

Надо сказать, что Мишка сам обладает какой-то удивительной магией для животных. Принимает на дому. Любое визжащее и тявкающее существо, оказавшись в холле его приемной моментально превращается в застывшую и послушную куклу, с которой можно делать все, что угодно. Так как участок большой, места много, то соседские дачники, люди весьма известные и уважаемые, частенько приносят своих питомцев на передержку. Никаких проблем. Выслушав о режиме и времени питания этих оскароносных и аристократических скотинок, Мишка загружает холодильник их припасами и отправляет хозяев на их заслуженный отдых. Первый день аристократ получает миску геркулеса на воде в качестве завтрака. Презрительно отворачивает морду. Мишка говорит Ага и прячет миску в холодильник. На следующий день достает миску с кашей из холодильника. Аристократ еще более презрительно смотрит на варево. Опять Ага и миска идет обратно. Больше недели никто из аристократов не выдерживает этой процедуры. Через неделю он со счастьем на морде ест геркулес и носится по двору в поисках вкусных и полезных одуванчиков. Через две недели у него проходят все диатезы аллергии недержания и стая мопсов и бульдогов носится по поляне, управляемая рыком алабая и ротвейлера. Вернувшиеся загорелые хозяева не узнают своих питомцев, но через месяц весь псиный запал на ЗОЖ сходит на нет и опять они едят за завтрак только пропаренную говядину под соусом дюшамель. Но, что любопытно, когда их привозят обратно, они моментально вспоминают любимый вкус геркулеса на воде и команды алабая и ротвейлера. Мишка - он не злой, он просто ведет себя как самый главный в стае. Акелла - это он. И это правильно. Животные они много чего понимают, только не говорят. Однажды Мишка решил ради эксперимента спасти поселковую дворнягу, укушенную лисой и заболевшую бешенством. Почти неделю он не отходил от собачонки, делая ей капельницы, массажи кишечника, клизмы, промывания. Весь собачий бомонд ходил на цыпочках, буквально заглядывая в глаза Мишки - ты делай, мы не будем тебе мешать. И он вытащил эту собачонку. Правда у нее осталось поражение цнс, она ходит как будто под шофе, но жива и здорова. Лежит на горке и дает сигнал главным псам о приближении посторонних. Они реально говорят между собой.... Сложно сказать, почему у Мишки не складывается личная жизнь. Но давайте пожелаем ему найти свою половину, которая примет и полюбит всю его семью и его лохматых друзей.

20.

Мы отпраздновали 76 годовщину победы во Второй Мирой войне. Дай бог отпразднуем и 100 летнюю. Вряд ли кто из ветеранов до этого доживёт. А вот до столетнего юбилея Бородинского сражения один участник точно дожил ! Это невероятно но факт ! В том сражении он получил два тяжёлых ранения, но прожил ещё сто лет ! И в 1912 году его нашли и привезли на открытие памятника в честь столетия победы в отечественной войне 1812 года. А всего современников той войны в 1912 в живых было аж 25 человек от 108 до 123 лет!
Вот ведь раньше были Люди ! Богатыри, самые настоящие а не былинные!

21.

Устал народ от многочисленных религиозных постулатов, и обрались они к Богу: "забери ты у нас свои законы, дай нам жить вольно". И согласился Бог. На следующий день приходит к Богу в ужасе Архангел Михаил, и говорит: "Люди навезли кучу, телег, подвод и грузовиков с различными религиозными свитками, книгами и писаниями. Куда нам все это девать?!"
И ответил ему Бог: "Я дал им лишь десять заповедей на каменных скрижалях, пусть они мне их и вернут, а то, что они сами понаписали для себя, пусть себе и оставят".

22.

Совет монаха

Поп бородатый, унылая ряха...
Идёт, нос повесил. Встретил монаха.
Перекрестились и руки пожали...
- Что-то случилось?
- Да, велик угнали...

- А есть подозрения? Ну, хоть какие?
- Да вроде бы все, на мой взгляд, не плохие.
- А Бог-то всё видит! И ты всё узнаешь,
Когда свою проповедь всем прочитаешь.

Как люди услышат библейскую фразу
"Не укради!", огляди церковь сразу.
У прихожан будут разные лица.
Но вор после слов твоих должен смутиться...

Вот сутки прошли; лучик солнца играет...
Бог людям хорошим всегда помогает -
Поп снова на велике, крутит педали.
Навстречу монах:
- Ну как, вора поймали?

- Совет оказался очень полезный.
Спасибо тебе за него, друг любезный.
Я думал, что руки сломаю твой твари;
Но вышел совсем по-другому сценарий.

До воровства - пару строчек осталось;
"Прелюбодеяние" слово попалось -
Я дни свои прошлые ярко представил
И сразу же вспомнил, где велик оставил.

20.05.2021.genar-58.

23.

Колю Фортунатова укусил клещ. Укусил себе и укусил. Коля сперва и не заметил. Просто шея как-то странно чесалась, будто воротник натёр. А потом глянул у зеркала – клещ!
В больнице клеща выкрутили специальным пинцетом, положили в колбу и велели ждать.
— Чего ждать-то? — поинтересовался Фортунатов у пожилой докторши. — Вытащили же…
— Счастья, моя хорошая, — устало вздохнула та, — если повезёт…
— Это как? — забеспокоился Коля.
— А, вот, так, моя хорошая. — пояснила докторша. — Может пронесёт, а может и борреллиоз развиться, либо, не дай бог, энцефалит. Уже два смертных случая в этом году было...
Коля только и моргнул в ответ. Слова все были незнакомые и как всё незнакомое пугали.
«Навыдумывают же болячек, — недовольно подумал он, — тоже мне, лекари-пекари».
Врачей Коля не любил. Натерпелся от них, когда лечили. Да он вообще не любил всех людей в белых халатах - ни врачей, ни поваров, ни учёных. Ему почему-то казалось, что за белыми одеяниями скрыты некие чёрные намерения.
Между тем докторша безжалостно вкатила ему в плечо укол и выписала на бланке что-то неразборчивое:
— Если температура резко прыгнет или сильная головная боль, то скорую с этой бумажкой вызовешь…

Домой Коля пришёл уже основательно встревоженный. Сходу залез в изрядно потрёпанный медицинский справочник, доставшийся ему от тётки, чей первый муж когда-то работал сторожем в городской библиотеке. Справочник чудом уцелел от посягательств её второго мужа, человека уже литературно малообразованного и не понимающего ценности печатного текста. И как следствие, часто пользовавшего книги нецелевым образом.
К счастью, раздел про клещей был на месте. Внимательно его изучив, Коля приуныл ещё больше. Врачиха не врала, других вариантов и вправду не было.
Фортунатову стало себя жалко. Только жить снова начал, с обидой подумал он, и нате вам…
Он прилёг на диван, закрыл глаза и, прислушиваясь к себе, стал ждать проявления всех тех симптомов, о которых только что прочёл.
Прошло минут десять, ничего не происходило. Лишь левая нога зачесалась, но про это в справочнике ничего сказано не было. Он закрыл глаза, решив подождать ещё немного.
В квартире стояла тишина, томительная и очень неприятная, словно с привкусом какой-то ржавчины.
Фортунатов не выдержал и встал. Потом подошёл к окну, открыл одну из створок и посмотрел вниз. Двор был пуст и тих, лишь откуда-то издалека доносился зовущий тонкий голосок: ма-ма, ма-ма!
Он оглядел свою комнату, где застоялся запах табака, пыльное зеркало на стене, стол с грязной посудой, старый пожелтевший телефон на табуретке.
А, ведь, так и вправду помру, подумалось вдруг ему, а никто добрым словом и не вспомнит.
Отчего-то эта мысль его испугала, и он, подойдя к телефону, снял трубку.
— Алло, Серёга, — набрал он товарища, с кем иногда вместе ездили на рыбалку, — тебе катушку мою «шимановскую» надо?
— Да, не собираюсь пока, — зевнул в ответ Серёга, — жара же, щука всё равно спит...
— Не, вообще... надо? Забирай, — Фортунатов слегка помедлил и небрежно добавил, — бесплатно...
Телефон затих. Очевидно, Серёга осмысливал услышанное.
— Бухаешь опять что ли? — осторожно предположил он. — Ты ж вроде подвязывал…
Коля обиделся и положил трубку, передумав звонить кому-то ещё из друзей.
Потом постоял пару минут и снова снял, набрав номер бывшей жены.
— Фортунатов? — сразу спросила та. Каким-то образом она всегда угадывала, что звонит именно он. — Ну, чего хотел-то?
Она вздохнула и замолчала, приготовившись к ритуальной перебранке.
Коля хотел рассказать про клеща, но в горле от жалости к себе запершило.
— Там на даче яблоки уже... — прокашлялся он, — скажи своему, пусть заедет, соберёт.
Дача была материна, при разводе досталась ему, но Коля бывал там редко, ездил только траву постричь, да и то, когда звонили соседи по участку, ругались. Бывшая же дачу любила, а теперь, когда они с новым мужем взяли машину, съездить туда никогда не отказывалась.
— Спасибо… — смягчилась она, — ...ты как... устроился куда?
— Устроился...
— Вот и молодец, — похвалила она, — вот, и работай себе… и пей в меру… и живи как все люди…
Почему-то Колю это задело.
— Сами-то жить умеете? — не выдержал он. — Кредитов понабрали, как собаки блох и строите из себя!
Он не стал продолжать разговор и бросил трубку. Звонить кому-то ещё окончательно расхотелось. Фортунатов на секунду представил лицо супруги, когда ей сообщат обстоятельства его смерти и мстительно усмехнулся.
Потом присел на диван и машинально включил телевизор. Показывали биатлон где-то в горах. Спортсмены в ярких костюмах бежали наперегонки, падали, стреляли, поднимались и снова устремлялись вперёд…
«Всё как в жизни, — подумал Коля, — кто-то сразу попадает в цель, и бежит себе дальше. А кому-то приходится штрафные круги отмотать, чтоб потом догонять остальных. Только, вот, жизнь у всех одна, беготнёй не добрать».
Он вздохнул, щёлкнул пультом, и прошёл на кухню, где без аппетита поужинал хлебом с рыбными консервами. Закончив с едой, посидел ещё немного просто так, потом снова вздохнул и решил выйти проветриться.

Внизу было прохладно и пахло липами. На скамейке у подъезда сидел дворовый бездельник Генка Ходырев и в состоянии пьяной креативности сосредоточенно плющил ногой пустую пивную банку.
— Колян! — обрадовался он Фортунатову, — А чего смурной такой? Это потому что не употребляешь больше… Займи полтаху-а?
— Клещ укусил, — кратко пояснил Коля и чуть поколебавшись выдал Генке полтинник, — на, можешь не отдавать…
Генка, не ожидавший такой щедрости, резво спрыгнул со скамейки, схватил деньги и так бойко зашагал на угол, что Фортунатов только вздохнул – этот точно всех переживёт...

Теперь двор был совсем пуст, только у клумбы с яркими лохматыми цветами, в халате и с лейкой в руке, лениво прохаживалась Надька Белякова, его бывшая одноклассница и всегдашняя соседка сверху.
«Вот же, – подумалось ему, – ходит себе, коза ногастая, а тоже жить останется».
Ему вдруг захотелось сказать ей что-нибудь очень неприятное. Что больно худая, да длинная, или, что нос как выключатель, или…
— Слышь, Надежда, — окликнул он, — подойди на минутку…
— Чего тебе? — насторожилась та, но, поколебавшись, подошла поближе.
Фортунатов собрался с мыслями, выискивая слова пообиднее и вдруг вспомнил, что в школе, в начальных классах, они с Надькой хорошо дружили, и однажды даже поцеловались за гаражами. Память услужливо высветила и то лето, и что тогда также вкусно пахло липами, и что на гараже розовым мелом было написано "Белякова - ведьма".
Он посмотрел в угол двора, где на месте гаражей давно уже была парковка для машин, потом снова на Надьку и неожиданно для себя сказал:
— Я, Надь, умру скоро, может, завтра уже…
— Тьфу, дурак или родом так? — нахмурилась Надька, — кто ж так шутит-то?
— Да, серьёзно я, — продолжил Коля, чувствуя, как на глаза помимо воли наворачиваются слёзы, — клещ меня в лесу цапнул. В шею.
Надька ойкнула и поставила лейку на землю.
— Это как же, Коль? Так ты, давай, в больницу беги скорее!
— Был уже, — махнул он рукой, — жду, вот, теперь, когда температура поднимется. Тогда точно хана.
Надька придвинулась ещё ближе и дотронулась ладонью до его лба.
Рука у неё была влажной, мягкой и приятно пахла свежей травой. Фортунатов невольно зажмурился и даже замер, пытаясь продлить это уютное ощущение.
— Вроде нету… — Надька убрала руку, немного подумала и убеждённо заговорила:
— В церковь тебе надо, Коля, во всех своих грехах покаяться, прощение попросить. И стараться больше не грешить. И...
— Пойду я, Надь, — вздохнул он, — поздно мне отмаливаться-то.
Он почти уже дошёл до своей двери, когда снизу, из тиши подъезда, донеслось чуть слышное «подожди»…

Надька потянулась из-под одеяла, включила торшер, снова положила ему на лоб руку и слегка улыбнулась:
— Что-то не похож ты на больного… наврал, поди, про клеща-то?
Коля молчал и, словно впервые, с интересом смотрел на Надьку, отмечая мягкий овал её лица, розовые полные губы, гладкие русые волосы и, не найдя что сказать, лишь мотнул головой.
— Чего молчишь-то?
— Ты на даму червей смахиваешь, — сказал Коля, — красивая…
— Да, ну тебя, — Надька быстро соскочила с кровати и, завернувшись в халат, пошла на кухню.
— Чай-то хоть есть у тебя, кавалер?
— На кухне, в буфете…
Фортунатов встал и, замотавшись в одеяло, подошёл к окну. Прикурил сигарету, затянулся, медленно выдохнул дым наружу в прохладную пустоту двора, потом недоверчиво покачал головой и вдруг улыбнулся.

(С)robertyumen

24.

Первоапрельский Армагеддон
(или хроники пьяной командировки)
30 марта нас вызывает к себе в кабинет начальник отдела, меня, и ещё троих коллег. Ехидно обведя нас взглядом, задумчиво произносит:
- Обычно, на такие мероприятия, я отправляю офисный планктон, отсутствие которых замечает только дворник, по резко уменьшившемуся количеству окурков на крыльце. Но в этот раз пришло четкое указание из головного управления отправить на семинар самых опытных инженеров, которые на мастер-классе производителя оборудования смогут быстро освоить новинки, встретиться с коллегами из других городов, обменяться опытом. Выезжаете завтра на поезде, утром 1-го будете на месте, ознакомитесь с достопримечательностями города, а со второго апреля начнутся, собственно, занятия.
31 марта. В 15:00 поезд плавно отчаливает от вокзала. В купе, наспех растолкав вещи, наша четверка «лучших инженеров» начинает выставлять на стол прихваченные с собой бутылки с коньяком и разную снедь для закусона.
Первый тост – за начальника отдела, он хоть и редкостный гондон, постоянно что-то требующий и вечно недовольный, но, в общем-то, парень неплохой, вон какой нам круиз устроил за счет корпорации. Далее темы сменились на экономику, политику, глобалистов…
Всё это обильно смачивалось коньячком, и уже через час мы были в самом лучшем расположении духа. Мимо окна вагона проплывали живописные пейзажи и на ум пришли прочитанные где-то строчки:
«И солнце ярко светит, и веселей пейзаж,
когда в желудке плещет C2H5OH!»
Саня и Василий, накатив еще по «соточке», отправились в тамбур покурить, а мы с Лёхой, как давно бросившие сию пагубную привычку, разлили по стакашкам и за что-то выпили.
Вскоре в двери купе появились Саня с Васей и с ними какой-то, изрядно бухой мужичек.
Вася торжественно произнес: - Знакомьтесь, Антон Павлович, нихуя не Чехов… Палыч, как твоя фамилия?
- Белослюдов! Но друзья называют – Чернокварцев.
По случаю появления нового собутыльника, стаканы быстро наполнились и со словами: - «За Палыча!»; были немедленно опустошены.
И тут Палыч выдал: - А давайте сыграем партейку в шахматы?
Среди нас только Василий увлекался шахматами, точнее – он был просто ёбнутый на всю голову. С детства играл в каких-то секциях, был председателем шахматного клуба, имел кубометры всяких грамот и центнеры кубков. Даже когда в свободное время инженеры в интернете посещали сайты про рыбалку или смотрели ролики, как через глушитель заменить поршня в автомобиле, Вася неизменно обитал на каких-то онлайн турнирах по шахматам и что-то там выигрывал…
Палыч сгонял в своё купе за шахматами и, договорившись о призе победителю, а это, естественно был пузырь, игра началась. Вася по первым ходам Палыча оценил противника и изящно сделал ничью. Перед второй партией, Палыч, вконец охмелевший, предложил проигравшему накрыть поляну в вагон-ресторане на всю нашу толпу. Блять, и кто его тянул за язык!
После нескольких ходов Вася равнодушно изрек: - «Шах». Палыч долго думал, переставил фигуру и спросил: - « А так?». – «Мат!»; констатировал Вася.
Отпраздновав Васину победу, мы поперлись в вагон-ресторан. Маховик пьянки раскручивался с неимоверной скоростью. На столе, сменяя друг-друга появлялись бутылки с ромом, коньяком, вискарем… Палыч не умолкая мел пургу про инопланетян, Нибиру и что человечеству уже скоро придет неминуемый пиздец. Впрочем, нам уже был глубоко похуй финал цивилизации. Судя по рожам Лехи и Сани, они уже пребывали в нирване и слабо реагировали на внешние раздражители. Вася что-то пытался вставить в непрерывный монолог Палыча, но тот молотил без остановки.
Застолье закончилось внезапно от зычного голоса официантки, который объявил, что ресторан закрывается. Палыч, дай бог ему здоровья, оказался самым дееспособным. Он как то смог сгруппировать наши качающиеся туши в некое подобие альпинистской цепочки и мы раскачиваясь и спотыкаясь без приключений добрались до своего купе. Чего-то ещё выпили и я рухнул спать.
1 апреля. Пробуждение было подобно возвращению из клинической смерти. Башка трещала, во рту был стойкий вкус канализации. Ныло плечо – наверное, вчера я обо что-то уебался, но будучи в состоянии алкогольного анабиоза ничего сразу не почувствовал. На столе стояла начатая бутылка коньяка и вселяла надежду на выздоровление. С величайшим трудом удалось сесть, попасть горлышком бутылки в стакан и, морщась, проглотить содержимое. И вот он, священный момент, когда замахнув пойло, ты замираешь на пару минут, потом тебя прошибает пот, сердце начинает громко биться, дыхание становится ровным, отпускает головная боль. И вот оно – исцеление! В мыслях наступает прояснение, и ты пытаешься связать последовательность обрывочных воспоминаний вчерашнего дня…
Взглянув на часы, я прикинул, что через пару часов мы прибудем в пункт назначения. А ведь ещё надо разбудить и привести в чувства моих собутыльников. Когда я начал их тормошить, то на меня посыпались проклятия и пожелания что бы я отъебался от них. Но вовремя поданный животворящий опохмел быстро привел всех в форму.
От вокзала до забронированной гостиницы было пару кварталов, и мы решили идти пешком. Уже на подходе к гостинице нам повстречалось кафе, где на рекламном баннере красовался шашлык и пиво с раками. Решение было принято единогласно: после размещения в гостинице, сразу идем в это заведение.
И вот мы на пороге кафешки. На входе нас встречает здоровенный амбал в форме секьюрити с резиновой дубинкой на ремне и очаровательная официантка, на её груди красуется бэйджик с именем «Тамара». Вася спросил у неё, можем ли мы отведать у них шашлык и пиво, на что Тамара приветливо махнув рукой в зал сказала, что бы мы проходили и садились, где нам будет удобно.
В зале по обе стороны располагались кабинки без дверей, и в самом конце, у стены был настоящий бассейн с большими розовыми рыбами. Стена за бассейном представляла собой картину с тропическим сюжетом, а перед бассейном, сидя жопой на бортике и свесив хвост в воду располагался надувной крокодил Гена с гармошкой размером в человеческий рост.
Мы расположились рядом с бассейном, сделали заказ и стали ждать.
Но тут произошло что-то такое, что сломало и так подорванную алкоголем психику: к нам подошла Тамара и выставила на стол четыре бокала с желтой жидкостью, следом за ней подошел тот самый амбал – охранник. На руке у него висели четыре петли для виселицы. Тамара торжественно произнесла: - «Уважаемые гости! Сегодня в нашем кафе проводится День солидарности с угнетенными афроамериканскими рабами. И по традиции, что бы почтить их память, все посетители должны надеть на себя висельные петли и выпить ром, который дарит наше заведение. Толя – обратилась она к охраннику – раздай гостям веревки.»
Сказать, что мы охуели – не отразит и сотой доли нелепости этой ебанутой ситуации. Но глянув на свирепую рожу охранника, мы с идиотскими улыбками стали разбирать и напяливать на себя веревки…
- «А теперь, помяните невольников ромом!» - воскликнула Тамара.
После того, как мы выпили содержимое бокалов, Тамара весело произнесла:
- «С 1-м апреля вас, ребята!»
Первым ржать начал охранник Толик, следом начали подключаться мы, по мере осознания того, как нас разыграли. Пока Тамара удалилась за нашим заказом, мы смотрели друг на друга, на эти идиотские выражения наших лиц, достойных классики психиатрии и тряслись от хохота.
Далее пьянка продолжалась в «штатном режиме» - после пива пошли более крепкие напитки, пошли душевные мужские разговоры о тайнах бытия… до момента, пока Сане не взбрело в голову сфотографироваться с надувным крокодилом. Лёха достал свой смартфон и начал фотографировать. После пары снимков, Саня обнял крокодила, но поскольку уже херово стоял на ногах, споткнулся о край бассейна и вместе с крокодилом уебался в воду. Мы ждали естественной реакции – воплей и матов. Но Саня молча встал на дно бассейна, вода доходила ему до колен, с головы стекали струйки воды, вся одежда была насквозь мокрая и задорно спросил: - «Сфотал?».
На шум примчались Тамара и охранник. Саня, глядя в глаза Толику, виноватым тоном сказал: - «Талян, бля буду, случайно поскользнулся… рыбы живые… сейчас крокодила поставлю на место и вылезу.» Толик ехидным тоном ответил ему: - «Если бы ты знал, сколько долбоёбов тут уже поплавало…» - и хихикая удалился.
Когда Саня выбрался из бассейна, с него рекой текла вода, образуя большую лужу. Леха вызвался сбегать в гостиницу за сухой одеждой, но Тамара сказала, что у них есть огромная сушилка и минут через десять все высохнет. Саня, оставляя мокрые следы послушно поплелся за Тамарой, а мы вернулись к прерванному застолью.
В гостиницу мы пришли уже под вечер. В фойе в углу была небольшая сцена, на которой стоял рояль и ещё несколько инструментов. Как раз к нашему приходу на сцену взошли две очаровательных барышни, одна села за рояль, другая взяла в руки скрипку и раздались волшебные звуки живой музыки. Мы уселись в кресла и не могли оторваться от этого зрелища. Девушки исполнили несколько произведений и тут Леха не выдержал, подошел к девушкам на сцене, о чем то с ними пошептался и откуда-то появился парень с гитарой, которую передал Лехе.
Надо сказать, что Леха в прошлой, доинженерной жизни, играл в каком-то кабаке и разных рок группах, и вот спьяну, решил экспромтом сделать трио. Леха пару раз брынькнул и зазвучал Скорпионс в исполнении гитары, рояля и скрипки. Звучание было настолько оригинальным, что к сцене стал подтягиваться народ. Когда музыка смолкла, то раздались крики «Браво» и аплодисменты. Леха, воодушевленный одобрением благодарных зрителей, снова пошептался с девушками и они исполнили еще несколько известных произведений. Это был триумф!
Когда Леха подошел к нам, то сказал, что пригласил барышень в ресторан гостиницы и они согласились.
За столом девушки, представились Ларисой и Еленой. Обе служат в театре, а здесь играют для подработки два раза в неделю. Жизнь, в личном плане, у обоих не сложилась. По Лехе было видно, что он запал на Ларису, оказывал ей всякое внимание и постоянно подливал ей в бокал.
К концу застолья, мы уже все изрядно опьянели и, что-бы не прерывать прекрасный вечер, решили все вмести пойти в сауну, которая была в недрах этой гостиницы и продолжить пьянку там.
Сауна представляла из себя, собственно парилку, приличный по размерам бассейн, душевая и банкетная комната с креслами. Вскоре принесли заказанные алкоголь и блюда. Здесь девушки уже перешли с вина на вискарь, и по ним было видно, что они уже давно так просто и свободно не отдыхали в такой отличной компании, как наша. Когда мы уже изрядно опьянели, то пошли в сауну. Видимо, высокая температура и неисчислимое количество выпитого ударили по мозгам так, что все вокруг начало плыть. Дабы не усугублять ситуацию, я из сауны сразу погрузился в бассейн. Следом вывалила в бассейн вся остальная компания. Девчонки визжали, кто-то орал белугой, кто-то кого-то не то топил, не то спасал. В этот момент бассейн напоминал кипящую кастрюлю с пельменями. Наконец, набесившись, мы вернулись к столу и понеслись тосты на всякие животрепещущие темы.
Уже за полночь, мы с Василием пришли к заключению, что хватит бухать и пора в номера, нам же завтра надо быть в форме. Леха и Саня остались с девчонками в сауне продолжать банкет, а мы с Васей, как женатые и добропорядочные люди пожелали им всего самого доброго и удалились.

25.

Всамделишная история Лота и Авраама

А не замахнуться ли нам с вами, товарищи, на Авраама, нашего, на патриарха. Ну, не так, чтобы, на него непосредственно, а на племянника евойного, Лота…
Того самого праведника, коий причастным оказался к истреблению городов библейских.
Во-первЫх строках, сказать надобно, что все эти древнееврейские патриархи, пророки, да праведники – народ суровый и в деяниях своих не постижимый. Как чего учудят, так ученым да толкователям библейским, потом, вовек не разобраться.
Вот, к примеру, Авраам. Надоело старику жить в Египте, решил уйти в землю Ханаанскую. Это мы в Египет отдыхать на недельку, на ол-инклюзив, за большие деньги, изредка сподвигаемся, а ему, хрену старому, надоело! Обстановку решил сменить…
И ладно бы, просто, - собрался да иди, так ведь нет, на дорогу ему деньжат срубить по лёгкому захотелось. Пошел к фараону (Ого! Он к фараону вхож) и предложил честный обмен: я, мол, тебе жену свою возлюбленную Сарочку, а ты мне скарбов, да добра всякого взамен. Ну, еврей, что возьмешь…
Не понятно, чем фараон думал, когда бабку старую забирал, только Авраам одним выстрелом и от старухи избавился и добра всякого в достатке поимел. А именно: много рабов и скота, и шатров для погонщиков своих и тканей всяческих, дабы прикрыть тощие чресла свои…
Представляется, у них, там, такой разговор вышел:
-Уйду я от тебя, фараон. Душа свободы просит. А, чтобы не скучал, оставлю тебе самое дорогое, что есть у меня. От сердца отрываю. Да забирай, не сумлевайся, она у меня баба справная.
-Да ты охренел, старый дурак!? У меня молодых телок – полный гарем, девать некуда! А тут еще твою бабку содержать? Иди на хрен, а не то, велю голову отрубить. Да старуху свою забирай!
Но не учел фараон, что Авраам не кто-нибудь, а целый праотец всего еврейского народа, то есть, из всех евреев – самый главный. Не было у египтянина перед патриархом шансов. Библия умалчивает как именно праотец фараону голову морочил, а только, втюхал-таки супругу свою престарелую, а добро отжатое, караваном вывозил.
А бедный фараон до того околпачен был стариком, что еще уговаривал:
-А то, может, подожди, не ходи, пока. Через пару сотен лет с Моисеем пошел бы, и со всеми вашими…
-Нет, не досуг мне Моисея ждать. Я ж не молодею, и теперь, когда Сарочка у тебя, мне с молодыми наложницами надо народ иудейский замутить.
И ударился он оземь и обернулся… Ой. Нет! Это вообще не от сюда. Это Иван-дурак о землю русскую ударяется и обращается в добра молодца, ликом ладного да девкам любого. А бедному еврею и удариться-то не о что. Кругом пустыня египетская.
О чем это я? А, ну, короче, с пристраиванием Сары фараону, ничего не вышло. Бог (иудейский бог, не египетский, если что) вразумил фараона и вернул он Сару, по месту назначения, - Аврааму. Но старик огорчаться не стал, ибо все скарбы, что он калымом за Сару получил, ему же остались. Я ж говорю – нет у египтянина перед евреем шансов. Еврей завсегда обманет.
И собрался Авраам с людьми своими в дорогу дальнюю. А конкретно, народу вот сколько было: сам патриарх с супружницей Сарой, рабы, рабыни и наложницы евойные, племянник Лот с женою, с дочерями и с рабами, а также многочисленный крупный и мелкий скот. Ну, и ещё шатры, горшки, кастрюли, ткани и прочего добра без счета.
Причём, любопытно, что у Лота добра и скота оказалось ничуть не меньше, чем у самого Авраама. Ну, с патриархом понятно, а, вот как Лот все это обрел, книга Бытие умалчивает.
Так же не лишен любопытства тот факт, что жена Лота была безымянная. Не то, чтобы совсем, но в Библии её имя не упоминается.
Бывало Лот к жене обращается:
Он: -Эй, ты, как там тебя?
Она: -Да, все женой Лота кличут.
Он: -Ну что за народ, совсем без фантазии. Ну так и быть, и я тебя так звать буду…
Ну вот, идет, стало быть, весь этот сброд по пустыне, направляя стопы свои в землю Ханаанскую в поисках места, где бы осесть. Идет и замечает некоторый дискомфорт: скота и добра всякого много, погонщики ругаются, где чьи верблюды разобрать не могут. Путаница, одним словом. Почесал Авраам тыкву и говорит Лоту:
-Отделись же от меня. Если ты налево, то я направо, а если ты направо, то я налево.
А поскольку, они проходили тогда через окрестности города Содома, Лот решил там и остаться. А Авраам двинулся дальше в землю Ханаанскую, ну или Фелистемлянскую. Не суть.
С этого момента пути их разошлись и не встречались они более, за исключением одного случая. Когда Лот плотно обосновался в Содоме, пришла беда нежданная: напал на город злой царь Кедорлаомер (лучше уж такое имя, чем совсем без оного, как жена Лота). Разграбил, а жителей в плен взял. А с ними и Лота с семьёй. Прознал об этом Авраам, разгневался, вооружил рабов своих и погоню возглавил. Догнал, врагов истребил, пленных освободил, награбленное вернул. Красавчик!
И зажил Лот с семьей во вновь отстроенном Содоме. А Содом, надо сказать, город богатый, дома сплошь каменные (ну, не деревянные-же, в пустыне-то). А состав семьи Лота – следующий: Сам, жена безымянная и две дочери, тоже, конечно, безымянные. Семейное это у них что-ли…
Жители же Содома с жиру бесятся да во грехе и разврате грязнут. И дошли слухи о разврате этом аж до самого бога. Огорчился бог и послал двух ангелов своих удостовериться.
Пришли они к дому Лота, поскольку он был один, известный им праведник, и говорят:
-Вот ежели найдем в городе, как минимум, десять праведников, пощадим город. А нет, истребим весь, как есть!
-Да вы зайдите в дом, гости дорогие, вкусите с дороги, чем бог послал. Не на голодный же желудок правосудие вершить.
-Некогда нам тут хлеба твои пресные вкушать а, впрочем… Давай. Небось, когда ангелы сыты, и дело скорее спорится.
Зашли в дом, закусили с устатку, отдыхают.
А тем временем все городское население собралось перед домом Лота. Прослышали, что новые люди в город пришли, городок-то маленький. И говорят Лоту, вышедшему на крыльцо:
-Выведи гостей своих, дабы око наше зреть могло их. И выдай их нам, дабы мы познали их.
-Вы что несёте? Чего зреть, кого познать?
-Ну мы же древние содомиты и говорим с тобой по древне-садомитски.
-Говорите по-человечески. Не понятно ничего.
-Ну вот мы и говорим, покажи, мол, ангелов, познать их хотим.
-Вы дебилы? Чего их знать? Ангелов не видали?
-Да как-то не доводилось. Яви их нам. А познать - значит вдуть. Ну, мы же садомиты…
-Нет ангелов не дам. Гости они мне. Хотите дочерей моих девственных («дщерей» по-вашему)?
-Дщерей твоих нам даром не нать! Веди тех, что с крыльями. Они нам по нраву!

Тут уже у ангелов терпение лопнуло. Поразили они всех любителей «познать» слепотой.
-Какие десять праведников? – молвят – всех к ногтю! А ты, Лот, забирай свою семью, да дщерей (слово уж больно прикольное) не забудь, и уматывай из города. Мы его сейчас серой жечь будем. Да смотри не оглядывайся и домашним своим не вели!
Видит Лот – дело серьёзное, раз на сборы время не дают. Схватил что попало и бежать.
И пролил Господь на Содом дождем серу и огонь, а заодно и на Гоморру и ещё на три города. Всего пять городов попали под раздачу, ну, видно, чтоб два раза не ходить.
А Лот с супругой да с дщерьми, к тому времени уж далеко были и не пострадали. Но дура-баба, жена Лота оглянулась и превратилась с соляной столб. Так и стоит этот столб в пустыне синайской, как безымянный памятник безымянной женщине.
Оставив позади себя в прах и пепел обращенные останки любителей «познать», взошел Лот на гору и обосновался со дщерьми во пещере.
Почему «во пещере» - не понятно, поскольку рядом был город не затронутый серой и огнем.
Так вот, поселились они втроём (Лот да две его дочери), стало быть, в пещере и стали утраченное в пожаре добро, вновь наживать.
А дочери, хоть и безымянные, но, видать, те ещё шалавы…
Тут надобно оговориться. Когда Лот предлагал «дочерей своих девственных» жителям Содома, он слукавил, девственными они не были, ибо каждая имела по мужу. И Лот предупреждал зятьёв о намерении бога уничтожить город, но те не поверили и погибли.
И вот эти вдовушки живут с папашей в пещере, в город ходить он им не велит, к себе в пещеру водить мужиков не разрешает. Просто тиран домашний. А душа женская любви требует и чувств возвышенных. И вот, чтобы не терять квалификацию, решили девушки соблазнить папашку:
-Вот ты мужиков водить не велишь, сам без жены остался, вон она столбом стоит. А между тем, род продолжать надо. Нужны же праведники в этом мире грешников. Посему, кончай бороду чесать, и давай-ка познай нас.
-Ишь каких слов в Содоме нахватались… -А впрочем, подозрительно быстро согласился Лот, - дело это благое и богоугодное.
Словом, купился папаша на «продолжение рода». И понесли от него дочери, и не остановился на нём род праведный. И, может, только благодаря этому кровосмешению и существует поныне.
Внимательный читатель может задаться вопросом: Чего же это Господь, возлюбивший детей своих – человеков, то потопом их топит, то огнем жжет. Ну, подумаешь, накосячили немного, так, чего же сразу крайние меры принимать? Своих детей воспитывать надо, объяснять что благо, а что худо.
Или вот ещё: пошто тогда нельзя было в противоестественные связи вступать, а теперь – пожалуйста? И чуть-что, тебя уже серой не жгут и, даже пальцем не грозят, а, напротив, всячески потворствуют. Шутка ли: священники однополые браки регестрируют!
А я отвечу, что время тогда было дикое и решения требовались скорые да радикальные. Ведь, чуть только стоит богу отвернуться, дети его сразу во грех входят: поклоняться правильному богу прекращают. Или ещё того хуже – сотворяют себе кумиров и молятся кому ни попадя. Словом, за людишками нужен был глаз да глаз!
Другое дело – сейчас! Демократия! Уровень сознания, опять-же, на высоте. Теперь ангелы с расчехленными крыльями по городам не шляются, кто-чего нагрешил не вынюхивают. Теперь для этого специально обученные люди есть. С такими вещами прекрасно справляются склочные старушки.
Да и богу хвататься за огонь или воду уже не с руки: самому интересно, чем это все кончится…

2017

26.

О том, как я съел символ.

Есть у Шолом-Алейхема рассказ "Цитрус". Я прочел его, когда был юношем, и когда еврейские праздники для меня были чем-то из книжек: в СССР, к тому же живя вне мест традиционного проживания евреев, мы не особенно задавались вопросами о традициях. Да и непопулярно это было бы, узнай об этом кто-нибудь; особенно для карьеры офицера Советской армии, где тогда служил мой папа.
В рассказе том бедная семья, в которой жил маленький мальчик Лейбл, купила к празднику этрог, цитрусовый плод, именуемый в остальном мире "цитрон".
Плод этот - очень важный символ во время "праздника кущей" у евреев, и родители маленького Лейбла боялись, что он обязательно найдет его и откусит от него головку, испортив плод. Что и случилось.

Лет 25 спустя, в день, когда празднуют еврейскую пасху, я ехал с работы в Нью Джерси в Бруклин, в семью моего дяди и его жены, где собиралась вся близкая родня на седер. Седер - торжественный ужин по поводу Пасхи. Мы - советские в прошлом люди, и, конечно же, это был советско-еврейский седер. Дети не задавали вопросов отцу, да и молитвы никто особенно не знал.

Надо сказать, что я был голоден. Дело шло к вечеру, а я как-то заработался, да так, что про ланч совершенно и забыл, и в желудке моем контрабасист беспрестанно вел партию basso continuo, время от времени особенно сильными движениями смычка давая понять, что либо я вскорости что-то съем, либо он начнет играть еще громче.

Я, наконец, приехал на место, припарковал машину и взлетел вверх по ступенькам, намереваясь что-то быстренько съесть, дабы потом примкнуть к родне в предзастольном общении. Накрытый стол одиноко стоял в обеденной комнате, и рядом с ним никого не было; вся родня распределилась по дому, и, разбившись на группки, обменивалась последними новостями. Время еды еще не наступило.

Я подошел к столу, и из открытых тарелочек с едой мне бросились в глаза куриные крылышки, которые просто и открыто лежали на нескольких тарелочках по периметру. Очередной взмах смычка контрабасиста - и одно из крылышек оказалось у меня в руке, и через 10 секунд обглоданные косточки уже были в салфетке. За первым крылышком последовало второе, цифрованный бас стал утихать, и когда я было протянул руку за третьим, я услышал сзади папин голос: "Привет! Ты что, только приехал?".
И сразу же: "Ты зачем символы жрешь, идьёт!". Мы обнялись, и папа продолжил разборку моего поведения: "Что за дурацкая привычка со стола хватать! Даже рук, небось, не помыл!".
"А что?",- спросил я
"Это - пасхальная символика".
"А!",- ответил я, "то-то я не понял, чего они такие....и несолёные, и вообще...ты лучше делаешь".

Пришла тётя, и поняв, что символов будет не хватать, быстренько добавила несколько крылышек на тарелку взамен съеденных.

А я на секунду почувствовал себя мальчиком Лейблом, просящим Бога сделать чудо не дать ему опозориться и приклеивающего откушенную им головку этрога назад слюной.
А потом был Седер.

И Бог совершил чудо, так что мой позор остался в узком семейном кругу. О нем мы иногда со смехом вспоминали с родителями, а теперь иногда - с мамой.

27.

(декабрь 2020)

Где стол был яств там гроб стоит.
Г.Р.Державин

Я впервые не отмечал день своего приезда в Америку, я не мог, потому что она превратилась из страны моей мечты в Соединённые Штаты политкорректности и жестокой цензуры.
У меня, советского эмигранта, не было здесь ни родственников, ни знакомых, я не знал ни слова по-английски, и всей моей семье пришлось начинать с нуля. Мы поселились в дешёвом районе, рядом со своими бывшими согражданами. Вместе мы обивали пороги биржи труда и дешёвых магазинов, у нас было общее прошлое и одинаковые проблемы в настоящем.
Для нас, выросших в Москве, Миннеаполис казался захолустьем, типичной одноэтажной Америкой. Мы привыкли к большому городу, и моя жена не хотела здесь оставаться. Она уговаривала меня переехать в Нью-Йорк, она боялась, что тут мы быстро скиснем, а наша дочь станет провинциалкой. Я вяло возражал, что здесь гораздо спокойнее, что в Миннеаполисе очень маленькая преступность, особенно зимой, в сорокоградусные морозы, что на периферии для детей гораздо меньше соблазнов и их проще воспитывать.
А дочь слушала нас и молчала, ей предстояли свои трудности: осенью она должна была пойти в школу, а до начала учебного года выучить язык. По-английски она знала только цифры, да и то лишь потому, что с детства любила математику. На первом же уроке, когда учитель попросил перемножить 7 на 8 и все стали искать калькуляторы, она дала ответ. Для ученицы московской школы это было нетрудно, но в Миннеаполисе она поразила своих одноклассников, и они замерли от удивления. С этого момента они стали относиться к ней с большим уважением, но дружбу заводить не торопились. Они были коренными жителями Миннесоты, чувствовали себя хозяевами в школе и не принимали в свой круг чужаков, особенно тех, которые плохо знали язык, были скромны и застенчивы. Чтобы заполнить пустоту, Оля стала учиться гораздо прилежнее, чем её однолетки. Она и аттестат получила на два года раньше их, и университет закончила быстрее. Тогда это ещё было возможно, потому что курсы по межрасовым отношениям были не обязательны, и она брала только предметы, необходимые для приобретения специальности. А она хотела стать актуарием. Мы не знали, что это такое, но полностью доверяли её выбору, и для того, чтобы она не ушла в общежитие, залезли в долги и купили дом.
К тому времени мы немного освоились, и уже не так часто попадали в смешное положение из-за незнания языка, а я даже научился поддерживать разговор об американском футболе.
Миннеаполис оказался культурным городом. В нём были театры, музеи и концертные залы, сюда привозили бродвейские шоу, а вскоре после нашего приезда, в центре даже сделали пешеходную зону. Но при всех своих достоинствах он оставался глубокой провинцией, и непрекращающиеся жалобы моей жены напоминали об этом. Я же полюбил удобства жизни на периферии, мне нравился мой дом и моя машина. Это была Американская мечта, которую мы взяли в кредит и которую должны были выплачивать ещё четверть века. Я с удовольствием стриг траву на своём участке и расчищал снег на драйвее. Мы с женой не стали миллионерами и не раскрутили собственный бизнес, но наша зарплата позволяла нам проводить отпуск в Европе. Тогда её ещё не наводнили мигранты, и она была безопасной. К тому же, старушка была нам ближе и понятнее, чем Америка.
Незаметно я вступил в тот возраст, про который говорят седина в голову, бес в ребро. Но моя седина не очень бросалась в глаза, потому что пришла вместе с лысиной, а бес и вовсе обо мне забыл: все силы ушли на борьбу за выживание.
Перед окончанием университета Оля сказала, что будет искать работу в Нью-Йорке. Жена умоляла её остаться с нами, напоминая, что в Нью-Йорке у неё никого нет, а приобрести друзей в мегаполисе очень трудно, ведь там люди не такие приветливые, как в маленьком городе. Но дочь была непреклонна, она хотела жить в столице, чтобы не скиснуть в глуши и не стать провинциалкой.
Тогда жена заявила, что поедет с ней, потому что без Оли ей в Миннеаполисе делать нечего. Я робко возражал, что в Нью-Йорке жизнь гораздо дороже, что мы не сможем купить квартиру рядом с дочерью, что нам придётся жить у чёрта на рогах, а значит, мы будем встречаться с ней не так часто, как хочется. Устроиться на работу в нашем возрасте тоже непросто, а найти друзей и вовсе невозможно. К тому же, за прошедшие годы мы уже привыкли к размеренной жизни и сельским радостям, так что для нас это будет вторая эмиграция.
Дочь была полностью согласна со мной, и её голос оказался решающим, а чтобы успокоить мою жену, она пообещала, что останется в Нью-Йорке всего на несколько лет, сделает там карьеру, выйдет замуж, а потом вернётся к нам рожать детей, и мы будем помогать их воспитывать. Как актуарий, она точно знала, что бабушки способствуют повышению рождаемости.
Мы не верили её обещаниям, и чтобы скрасить предстоящую разлуку, предложили ей после получения диплома поехать с нами в Москву. Ей эта мысль понравилась, но денег у неё не было, а брать у нас она не хотела. Тогда мы с женой в один голос заявили, что общение с ней, для нас удовольствие, а за удовольствия надо платить.
И вот после длительного перерыва мы опять оказались в стране, где прошла первая часть нашей жизни. Был конец 90-х. Мы ездили на экскурсии, ходили в театры, встречались с друзьями. Мы даже побывали во дворце бракосочетаний, где женились почти четверть века назад, а в конце дочь захотела посмотреть нашу московскую квартиру. Мы пытались её отговорить, ведь теперь там жили совершенно незнакомые люди, но спорить с ней было бесполезно. Она сказала, что сама объяснит им, кто мы такие, подарит бутылку водки и банку солёных огурцов, и нам разрешат увидеть наши херомы. Нам и самим было интересно взглянуть на квартиру, где мы прожили столько лет, и мы согласились.
Дверь нам открыла аккуратно одетая пожилая женщина. Оля, сильно нервничая и, путая русские и английские слова, объяснила, кто мы такие и зачем пришли. Хозяйка зорко взглянула на нас и посторонилась, пропуская в комнату. Осмотр занял не больше двух минут: квартира оказалась гораздо меньше, чем представлялась нам в воспоминаниях. Мы поблагодарили и собрались уходить, но женщина пригласила нас на чай. Когда мы ответили на все её вопросы, она сказала, что преподаёт в университете, и хотя ей пора на пенсию, она работает, чтобы ходить в театры и быть в центре культурной жизни. А затем она целый вечер рассказывала нам о современной России. Там очень многое изменилось, но ещё больше осталось таким же, как раньше.
Последнюю ночь перед вылетом мы с женой долго не могли заснуть. Мы нервничали до тех пор, пока наш самолёт не поднялся в воздух.
А через восемь часов, когда мы ступили на американскую землю, нам хотелось броситься на неё и целовать взасос.
После нашего совместного отпуска дочь вышла на работу, а вскоре мы получили от неё длинное письмо на английском языке. Она благодарила нас за то, что мы уговорили её поехать в Москву, и извинялась за постоянные ссоры, из-за того, что мы заставляли её учить русский. Она обещала впредь практиковаться при каждом удобном случае. Она писала, что путешествие с нами расширило её кругозор и показало, как многообразен мир.
Затем ещё несколько страниц она рассыпалась бисером ничего не значащих, красивых слов, подтвердив давно приходившую мне в голову мысль, что в Американской школе писать витиеватые послания учат гораздо лучше, чем умножать и делить. А в самом конце в Post Scriptum Оля по-русски добавила «Я всегда буду вам бесконечно благодарна за то, что вы вывезли меня оттуда».
Было это давно, ещё до 11 сентября.
А потом она успешно работала, продвигалась по службе, вышла замуж и когда решила, что пришло время заводить детей, вместе с мужем переехала в Миннеаполис. Ещё через год, я стал дедом мальчиков-близнецов, и для меня с женой открылось новое поле деятельности. Мы забирали внуков из школы, возили их на гимнастику и плавание, учили музыке и русскому языку. Мы вникали во все их дела и знали о них гораздо больше, чем в своё время о дочери.
Между тем президентом Америки стал Обама. Въехав в Белый дом, он убрал оттуда бюст Черчилля, а встречаясь с лидерами других стран, извинялся за системный расизм Америки. Он, наверно, забыл, что за него, мулата, проголосовала страна с преимущественно белым населением. Затем он поклонился шейху Саудовской Аравии, отдал американских дипломатов на растерзание толпе фанатиков в Бенгази и заключил договор с Ираном на следующий день после того, как там прошла стотысячная демонстрация под лозунгом «смерть Америке».
Наблюдая за этим, я понял, что демократия не имеет ничего общего с названием его партии. Я старался не думать о происходящем и больше времени посвящал внукам.
Дочь отдала их в ту же школу, где училась сама. Они родились в Америке, говорили без акцента и не страдали от излишней скромности, но они уже не были хозяевами в школе, а день в этой школе не начинался с клятвы верности, и над входом не развевался Американский флаг. Это могло оскорбить чувства беженцев, которые там учились. Их родителей называли «эмигранты без документов», хотя многие считали их преступниками, незаконно перешедшими границу.
Учеников, как и прежде, не очень утруждали домашними заданиями, зато постоянно напоминали о том, что раньше в Америке было рабство, что до сих пор существует имущественное неравенство и белая привилегия. Это привело к тому, что мои внуки стали стесняться цвета своей кожи, также как я в Советском Союзе стеснялся своей национальности. Меня это угнетало, я ведь и уехал из России, потому что был там гражданином второго сорта. Я хотел переубедить внуков, но каждый раз, когда пытался сделать это, они называли меня расистом. Тогда я стал рассказывать им о своей жизни, о Советском Союзе, о том, что мне там не нравилось, и почему я эмигрировал. Я рассказывал им, как работал дворником в Италии, ожидая пока Американские спецслужбы проверят, не являюсь ли я русским шпионом, как потом, уже в Миннеаполисе, устроился мальчиком на побегушках в супермаркет, где моими коллегами были чёрные ребята, которые годились мне в сыновья и которым платили такие же гроши, как мне. Никакой белой привилегии я не чувствовал.
Говорил я с внуками по-английски, поэтому должен был готовиться к каждой встрече, но эти разговоры сблизили нас, и в какой-то момент я увидел, что мне они доверяют больше, чем школьным учителям.
Между тем страна, уставшая от политкорректности, выбрала нового Президента, им стал Дональд Трамп. Демократы бойкотировали его инаугурацию, СМИ поливали его грязью, а в конгрессе все его проекты встречали в штыки. Появился даже специальный термин TDS (Trump derangement syndrome - психическое расстройство на почве ненависти к Трампу).
Кульминация наступила во время пандемии, когда при задержании белым полицейским чёрный бандит-рецидивист испустил дух. Его хоронили, как национального героя, высшие чины демократической партии встали у его гроба на колени. Видно, кланяться и становиться на колени стало у них традицией. Во всех крупных городах Америки толпы протестующих громили, жгли и грабили всё, что встречалось у них на пути. Они действовали, как штурмовики, но пресса называла их преимущественно мирными демонстрантами.
В школе учитель истории предложил сочинение на тему «За что я не люблю Трампа». Мои внуки отказались его писать, а одноклассники стали их бойкотировать. Узнав об этом, я пошёл к директору. Он бесстрастно выслушал меня и сказал, что ничего сделать не может, потому что историка он принял по требованию районного начальства в соответствии с законом об обратной дискриминации (affirmative action). Затем, немного подумав, он также бесстрастно добавил:
- Может, если Трампа переизберут, обратную дискриминацию отменят.
Но Трампа не переизбрали. Выборы были откровенно и нагло подтасованы, и мной овладела депрессия. Мне стало стыдно за Америку, где я добился того, чего не смог бы добиться ни в одной стране мира. Я рвался сюда, потому что хотел жить в свободном государстве, а в Союзе за свободу надо было бороться. Тогда я боялся борьбы, но, видно, Бог наказал меня за трусость. Теперь мне бежать уже некуда, да я и не могу. Здесь живут мои дети и внуки, и я должен сражаться за их будущее. Непонятно лишь, что я могу сделать в моём возрасте и в разгар пандемии. Пожалуй, только одеть свитер с символикой Трампа и ходить по соседним улицам, показывая, что есть люди, которые не боятся открыто его поддерживать. Я, наверно, так и поступлю, мне нечего терять. Большая часть жизни позади, и в конце её я сделаю это для страны, в которой я стал другим человеком.
Совсем другим.
Только вот от социалистического менталитета я в Америке избавиться не смог, поэтому во время прогулки я в каждую руку возьму по гантели - не помешает.

28.

Сейчас на Техасщине айс-апокалипсис.
Аж целых -10 градусов мороза. Два дня было минус 20.
Все встало. Мировая проблема. Производство нефти в Америке упало на 40%. В мире назревает энергетический кризис.
Но разговор не про СэШеАвцев, а про мою тёщу, бой бог ей здоровья.
Девяностые годы. Моя тёща всю жизнь прожила на севере в Магаданской области. В центре Магаданской области между Якутском и Магаданом есть посёлок Ягодное. В этом посёлке в девяностые годы замёрзла котельная, полопались трубы, и отопление полностью прекратилось, и это в посёлке где в октябре уже -25 мороза, а в декабре все 50° - первое потепление только в конце апреля. А люди продолжают жить, а на улице -35 мороза. В каждой квартире, в каждом доме была выбрана отдельная комната. В этой комнате в центре стояла буржуйка. Над ней висел обычный уличный рукомойник. В рукомойник под шток закладывали ниточку, которая свисала вниз с рукомойника. Заливали в него дизельное топливо (солярку) и собирали отсутствующие в округе валежник или ломали мебель. В буржуйке разогревали огонь, а потом в маленький костерок закладывали пару лопат углей и сверху уже на раскалённый уголь укладывали металлический диск. Этот диск раскалялся на углях до красноты. Запускали рукомойник, по свисающий ниточке каждые 5 секунд вниз капала солярка. Капля разбегалась по раскалённого диску. И через две 3 секунды солярка вспыхивала. Процесс был запущен и так продолжалось месяцами. Вокруг этой печки жили и спали люди. Все выжили и никакого апокалипсиса, а на улице было почти месяц -50 °C. При этом посёлок работал и люди выполняли свою текущую деятельность.
Есть женщины в русских селениях.
Спасибо.

29.

Уже год как засела на истории с анекдот.ру. Истории тут разные, от смешной до негативной, от фантазий озабоченных до историй, в реальности которых не сомневаешься ни на секунду. Кстати, есть тут один бывалый аудитор с ником yls2, с каким же удовольствием читаю его истории и с нетерпением жду продолжения истории мушкетёров. Дело в том, что он описывает ситуации ну прям очень схожие с происходящими в нашей компании. Может потому, что холдинг, в котором я работаю юристом, тоже занимается всякого рода тягачами, сельскохозяйственной и строительной техникой. Ну, там, купля-продажа, ремонт, лизинг, кредит, аренда, прямое использование (строительная компания) и т.д. Но была тут одна история, которую я назвала бы случайностью. Давайте по порядку опишу.

Зашёл в мой кабинет в разгар рабочего дня начальник ремзоны и поздоровавшись еле дыша, плюхнулся в стул напротив. Стул жалостно скрипнул под тяжестью 130 килограммов, но не сломался. «Хороший стул» - подумала я, но вслух произнесла:
- Да что с вами, Владимир Афанасьевич? – если честно, зовут его не так, я меняю имена на всякий случай; кто знает, кто еще из наших заходит в этот сайт, да и читателя лучше не мучить непонятными иностранными именами.
- Лифт… этот… пешком, короче…
- Пешком? – глаза мои стали как советские пять копеек. Ремзона находилась отдельно от нашего корпуса, а с первого этажа до нашего пешком, на это геройство даже я нечасто решаюсь со своими 55 кг.
- Да неее, из отдела кадров.
Еле сдержала хохот. Отдел кадров располагался всего лишь этажом ниже, такая одышка из-за одного этажа, ах ха ха ха :) Ну ладно, грех смеяться, тем более я начальника ремзоны уважаю, в отличие от других «насяльников», человек трудолюбивый, не ввязывается в интриги и готов ради своих работников перегрызть глотку любому. В офисе его явно недолюбливают, особенно отдел кадров, видимо снова какая-то проблема с ними, раз он оттуда прямо ко мне поднялся.

- С Олегом знакомы, Юлия Михайловна? - спросил, отдышавшись.
- Худой, высокий, в очках?
- Да нет, нет, – отмахнулся он – Олег Валентинович, наш новый инженер по охране труда и технической безопасности (ОТ и ТБ).
- А, ну как же, ну как же…
- Так вот эта сволочь – перебил он меня – извините меня за выражение конечно же, но эта сволочь без предупреждения зашёл в ремзону и начал всех без разбора штрафовать! Так вот где написано, скажите мне, где написано, что он может моих работников штрафовать!
- А за что?
- Ну, типо, не в спецодежде, но бл…, сорок градусов жары на улице, конец сентября, а сорок градусов, рабочие же там не под кондиционером сидят, черт возьми, какая спецодежда, будь он проклят!
- Подождите, подождите, Владимир Афанасьевич, давайте по-порядку. Мне конечно же, легко судить, сидя под кондиционером, но правила безопасности, это такая вещь, которая написана кровью. Прошлом году у вашего рабочего отрезало 3 пальца. Было такое, не было? Одевал он в тот день защитные перчатки? Нет. Это раз.
В июне мужик со стройки упал и разбился насмерть, слышали, да? Без троса, без каски. До сих пор прокуратура нас мучает как хочет. Видите это? – показываю ему архивную папку, набитую документами, которая лежала передо мной в открытом виде – это только вторая часть его дела. Да к чёрту нас, у мужика маленькие дети остались без отца – тут я замолчала, боясь, что голос дрогнет. До сих пор трясет, когда вспоминаю этот дом, напуганную молодую женщину с грудным ребенком на руках и пятилетнего пацана. Блин… Всё, всё, не буду.
- Я понимаю, Юлия Михайловна – осторожно начал начальник ремзоны – но вы тоже меня правильно поймите. У работников ремзоны зарплата за месяц составляет 150-200 долларов. 50 долларов штрафа это не шутки. Я понимаю, понимаю – увидев, что я готова возразить, не дал мне открыть рот – понимаю, что жизнь и здоровье важнее, но послушайте. Эти люди фактически не получают даже эту мизерную сумму на руки, половину отбирают по всяким банковским долгам, спросите у кого хотите в бухгалтерии. Выходит, что лучше не работать и пьянствовать, чем вот так. Так же ведь тоже не по-человечески.
Даа, Владимир Афанасьевич был прав. Про это все знали, но никто ничего не делал. Начальник ремзоны и так ругался с отделом кадров и эдак, но повысить зарплату работникам никак не хотели. А ведь все офисные работники, в том числе и я получали как минимум половину своей зарплаты за счет доходов с ремзоны.
- Ладно, я постараюсь что-нибудь сделать, но с одним условием.
- Да, да, не беспокойтесь, Юлия Михайловна, я уже всем там сказал, чтобы в спецодеждах были.
- Больше этого не повторится?
- Если повторится, пенять буду на себя, вас беспокоить не стану.
Я встала, чтобы пойти за ним, но у меня зазвонил телефон.
- Я буду через три минуты.
- Хорошо, я у Нины (кадровичка).

Телефонный разговор затянулся аж на десять минут, а там еще и гендир позвонил, чтоб я зашла. Чертыхаясь про себя, зашла к гендиру, а там, оказывается, все уже в полном составе сидят, Нина Георгиевна – эйчар менеджер (она сама себя так величает, в простонародье - кадровичка), Олег Валентинович - инженер по ОТ и ТБ, Владимир Афанасьевич - начальник ремзоны, который своим басистым голосом в это время спорил с инженером, что у последнего нет никакого права штрафовать его работников.

Увидев меня, Олег Валентинович явно обрадовался и начал описывать мне, как он героически обнаружил исток грехопадения и как теперь его, святого пророка Лута хотят очернить те же грешники, отрицающие свою вину.
- Хорошо – спросила я - А сколько их?
- Восемь. Один сбежал до того, как я успел его оштрафовать и вернулся в спецодежде, так что ему на этот раз, так скажем, повезло. Итого восемь.
- В смысле – успели оштрафовать? Они вам заплатили штраф, что ли?
- Нет, конечно, Юлия Михайловна, штраф взымать будем с зарплаты.
- А на каком основании? Есть у нас документы?
- Да, у нас есть Свод внутренних правил – пока инженер тупил, ответила кадровичка. Да, тот легендарный свод, о котором все слышали, но никто в глаза не видел, подумала я, но вслух сказала:
- Да, но я не только это имела ввиду. Понимаете, если хоть один из рабочих сунется пожаловаться, нам нужно будет предъявить инспектору соответствующие доказательства. Сам факт нарушения техники безопасности как доказывать будем? ... Ну, протокол какой-нибудь…
- А, протокол, протокол, есть у нас протокол – взяв со стола гендира бумажку, инженер радостно потянул его мне. Даже с гордостью, что мол, видишь, сам додумался.

Взяла бумажку. Слава богу, хоть почерк был хороший. Акт, составленный такого-то числа, указывал, что восемь грешников были пойманы за прелюбодеянием, указывались ФИО и грех каждого прелюбодея. Должность, ФИО инженера, подпись. Украдкой бросила взгляд на начальника ремзоны. Он сидел нахмурившийся, красный как рак под кипятком. Даа, чёрт меня дёрнул обещать ему. Придётся выкручиваться. Обратилась к инженеру:
- И всё? Кроме вас никто не подписал акт?
- …
- Ну, чтобы подтвердить факт, нужны свидетели, их ФИО и подписи, что мол, подтверждаем, было такое.
- Эммм, нуу, как бы, а кто из ремзоны подписался бы? Они меня чуть не избили там.
- Ну, тогда вы сами должны были взять с собой кого-то. Так же дела не делаются?
- И что, выходит, протокол не имеет силу?
- Акт. Для инспектора – нет. Кто знает, может вы позже составили этот акт задним числом?
- Но я ведь был там!– с огромными глазами инженер обернулся к гендиру - Я же не вру! Ааа, камеры! Там же есть камеры! – спохватившись, он ударил себе по лбу и спросил у гендира с надеждой: - Ведь там есть камеры, да?
Появившаяся было довольная улыбка сползла с лица Владимира Афанасьевича. Гендир кивнул и позвонил начальнику по безопасности. Что было интересно, за время всего нашего разговора гендир ни разу ни обмолвился словом и просто наблюдал за нами.
- Я был в ремзоне где-то в 09:30 - Олег Валентинович заметил - Пусть покажет 09:45.
На огромном экране телевизора, висевшим на стене, промелькали кадры. Все мы увидели, как Олег Валентинович в своем черном костюме и в начищенной до блеска обуви стоит у бетономешалки и машет руками перед рабочим. Верхняя часть спецодежды у рабочего отсуствовала, точнее, на нем была только серая майка.
- Вот, вот – победно заявил инженер – это Иванов Константин, второй в списке.

И вот тут я улыбнулась. Мне вспомнилась история с анекдот.ру, которая была опубликована, если не ошибаюсь, в мае прошлого года. Там, значит, девушка в платьице и в каблуках, надев только каску, решила, что может штрафовать рабочих за несоблюдение техники безопасности. Блин :) Так тут то же самое.
- Ведь видеозаписи могут служить доказательством, так? - Инженер был доволен. Начальник ремзоны угрюм. Кадровичка осторожничала, готовая к атаке с любой стороны. Гендир молчал и не показывал никакой эмоции на счет происходящего. Только на какую-то долю мне удалось увидеть блеск задора в его глазах, видимо, ситуация его забавляла, хоть он и пытался это скрыть.
- Боюсь, что нет. Если любой мало-мальски соображающий инспектор это увидит, то он вас оштрафует…
- 0_0
- … за несоблюдение правил техники безопасности. Вы сами находились в ремзоне в момент происшествия без спецодежды.
- Да вы о чём, Юлия Михайловна? Меня ведь это не касается! Я ЖЕ ТАМ НЕ РАБОТАЮ!
- Это ничего не меняет. В ремзоне без спецодежды находиться нельзя.
- У нас прям у входа есть табличка «Без спецодежды не заходить» - наконец, подал голос и начальник ремзоны. В этот момент на экране телевизора мы увидели, как один рабочий сбежал, а инженер бросился за ним и спрыгнул через узкую и длинную яму, шириной, ну, не знаю, 1-1,5 метров наверное.
- Ну вот, видите? А если бы упали в яму? Спецодежда, правда, вас не спасла бы, но кому это объяснишь?
Олег Валентинович открыл рот и закрыл. Рука, которую он поднял, чтоб усилить эффект аргумента, застыла на воздухе. Он понял, какую оплошность он допустил и не знал как выкрутится перед гендиром.
- Я думаю, всё понятно – наконец, вмешался гендир – Юлия Михайловна, не будем вас больше задерживать, спасибо.

Через пару дней ко мне снова пожаловал Владимир Афанасьевич, правда, без одышки и плюхнулся в тот самый стул. Стул выдержал и на этот раз. С радостной улыбкой 90 дюймов по диагонали начальник ремзоны прогремел:
- Вы какое вино предпочитаете, Юлия Михайловна? У меня есть отлИчное кахетинское полусухое вино, не вино, а амброзия, ммм… Или может вы белое предпочитаете?
- Эээ, ммм, спасибо большое, Владимир Афанасьевич, но я не пью.
- Как не пьете? – Он таращился на меня так, как будто я призналась, что я не умею читать – Вообще не пьете?
- Вообще не пью. А какая разница между «не пью» и «вообще не пью»?
- Ну, эээ, тогда я не знаю что вам подарить, я в машину положил, думал вам понравится…
- Полно вам, Владимир Афанасьевич, какой еще подарок, вы хотите обидеть меня? Не надо, вы лучше обещайте мне, что постараетесь приглядеть, чтоб проблем не возникало больше, второй раз это у меня не прокатит, сами понимаете.
- Да, да, конечно, Юлия Михайловна, сделаю всё, что от меня зависит – пожав мне руку, начальник ремзоны еще раз поблагодарил меня и вышел.

Вроде бы на этом всё можно было закончить, если бы не одно «но». Мне не было покоя от мысли о «плохом прецеденте». Угрызения совести не давали спать, в конце-концов я решила накапать на мозги инженеру по ОТ и ТБ, чтоб он провёл что-то типа урока по технике безопасности среди рабочих. Не люблю вмешиваться в дела других, когда меня об этом не просят, но раз вмешалась, то нужно было довести дело до конца. Олег Валентинович сперва отмахивался, что мол, некогда, но потом я его уговорила:
- А вы составьте протокол урока, мол, такого-то числа вами был проведён инструктаж, дальше краткое изложение в несколько страниц про то, что вы расскажете на уроке, в конце ФИО и подписи всех участвующих. И если вдруг не дай бог какой инцидент, вы предъявите не только журнал, но и протокол, вот и всё, никто не сможет придраться к вашей работе.

И вы думаете, он не сделал? Сделал. Разбив работников на несколько групп, он уже провёл два урока в январе, да еще и сделал из этого отличную рекламу для себя в линкедине, запостив фотки с уроков.
Ну вот примерно такая история произошла со мной. Не была бы она такая, не прочитай я ту историю с анекдот.ру. Спасибо, что дочитали до конца.

31.

В НАШЕМ ДОМЕ ПОСЕЛИЛСЯ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ СОСЕД

Перечитывал тут давеча истории прошлых лет, наткнулся на собственную "Внук Деда Мороза", и понял, что пора делиться очередной историей о героях нашего времени. Благо этот Новый год мне таки довелось встретить не посреди пустыни, а под ёлочкой в Москве, и с героем удалось познакомиться лично.

Я теперь точно знаю, что резиденция Деда Мороза находится отнюдь не в Великом Устюге, и даже не в Рованиеми. Она в Москве, в Митино. И пусть 364 дня в году это дыра, с репутацией которой может поспорить разве что Бирюлёво, раз в год и сюда приходит сказка.

Сказка откликается на имя Арсен. На Деда Мороза он, конечно, не тянет в силу своего возраста, скорее уж на эльфа (хотя по габаритам больше похож на горного тролля, но это в данном случае к делу не относится). В основное время, насколько я знаю, он работает обычным таксистом. Шумных вечеринок в квартире не устраивает, с соседями здоровается, во дворе не хулиганит. Короче, просто обычный нормальный тихий сосед.

Так вот, раз в год (а по словам моего семейства, он это устраивает как минимум третий год подряд) Арсен нацепляет красную шапку и идет по всем соседям в подъезде. И каждому дарит хоть какой-то, пусть маленький, но подарок: кому-то сладкий набор, кому-то кулек мандаринов, кому-то игрушку. Некоторых соседей он уже знает достаточно неплохо, посему подарки старается подобрать с учетом личных пристрастий. Некоторые из соседей, помимо того, что одаривают ответным подарком Арсена, еще и увязываются вместе с ним поздравлять оставшихся жильцов. Короче, праздник начинается где-то в районе полудня и заканчивается ближе к бою курантов.

Я с ним встретился уже на следующий после Нового года день во дворе, пока прогревал машину. Разговорились, спросил, откуда такая идея поздравлять соседей пошла. И вот что он мне сказал.

Сам он родился и вырос в Краснодаре, в частном секторе, и с детства привык к тому, что Новый год отмечали всей улицей. А несколько лет назад переехал в Москву на заработки, снял квартиру в нашем доме. И как-то с удивлением обнаружил, что здесь можно много лет прожить - и не знать не то что всю улицу, а даже собственных соседей по лестничной клетке. А уж первый свой Новый год в белокаменной он и вовсе готовился встречать и в полном одиночестве, и практически без денег в кармане. За несколько часов до Нового года у самой двери столкнулся с соседями - двумя "божьими одуванчиками", на их комментарий по поводу его совсем не праздничного вида честно ответил, что Новый год будет встречать один перед телевизором с бутербродом с колбасой.

За полчаса до полуночи одуванчики пришли к нему в гости. Да, с весьма нехитрой снедью. По сути был только вафельный торт, оливье да мандарины, на большее у пенсионеров просто денег не хватило. Но по словам Арсена, это был его едва ли не самый счастливый Новый год (при упоминании мандаринов он и вовсе расплакался). С тех пор уже который год он, во-первых, старается помогать "одуванчикам" (правда, там уже всего один одуванчик остался, дедушка помер год назад). А во-вторых, всю осень откладывает по чуть-чуть, чтобы в декабре пройтись и поздравить всех соседей. Как он сказал, "Я сначала думал, что вы, москвичи, злые и замкнутые в себе люди. Теперь я вижу, что вы хорошие. Главное, чтобы вы сами это в себе увидели". Не знаю, Арсен, хватит ли у тебя сил и терпения, чтобы изменить этот мир, но один подъезд в московской многоэтажке ты уже изменил. Дай Бог тебе здоровья и спасибо за все. Увидимся на следующий Новый год.

32.

- Сынок, за столом во время приема пищи нельзя очень громко чавкать и причмокивать, а то люди подумают, что ты невоспитанный и некультурный. - Дорогая, а ты не могла бы в нашей спальне во приема пищи тоже очень громко не чавкать и не причмокивать, а то соседи тоже подумают еще бог знает что про нас.

34.

Я НЕ ИМЕЮ ПРАВА СУДИТЬ О ТОМ, ЧТО ДЕЛАЕТСЯ
в Америке.
Скажу о себе. Я никогда не эксплуатировал чернокожих (как и любых людей других рас и этносов). Я обливался слезами над "Хижиной дяди Тома", всей силой пионерской души ненавидел ку-клукс-клан. Рисовал плакаты "Свободу Африке!". И даже, представьте себе, помогал выписывать почетный диплом МГУ Анджеле Дэвис (следил за правильной латынью).
Мои предки по маме - русские крестьяне, то есть скорее всего крепостные. И на чуточку цыгане - то есть люди совсем не сладкой жизни. Ничего барско-дворянского. Мои предки по папе - евреи; черта оседлости, Холокост и бытовой антисемитизм навсегда у меня в сердце. ГУЛАГ тоже не обошел нашу семью.
Тем не менее я - белый. Я счастлив, что принадлежу к великой европейской культуре. Что за мной и Фидий с Архимедом, и Платон с Фомой Аквинским, Шекспир и Джойс, Корнель и Стендаль, и даже Гете, Шиллер, Кант и Гегель, несмотря на все сложности моего личного отношения к Германии. И разумеется, всё то, что мы называем современной наукой - от пенициллина до лазера, от расшифровки египетских иероглифов до психоанализа.
Поэтому я смею вслух сказать три вещи.
1. Я рад, что я белый (слово "горд" я не употребляю, ибо гордость, она же в ином переводе гордыня, есть великий грех) - то есть я рад тому, что Бог или Природа создали меня таким, каков я есть. Если бы я был китайцем или африканцем, я был бы рад, что я желтый или черный.
2. Я не буду каяться за то, что не является моим личным грехом. Точно так же мне не нужно, чтобы передо мной каялись, к примеру, внуки эсэсовцев или правнуки погромщиков
3. Я всей душой сочувствую угнетенным расам и народам, я готов помогать им в их развитии и освобождении, но делаю это добровольно, а не потому, что я им что-то задолжал или в чем-то перед ними виноват. Нет, не виноват и не задолжал.

Денис Драгунский

35.

Трубочка... Вот закуришь её, первую затяжечку сделаешь, дымок пустишь и смотришь, как он по небу разлетается. Кто трубку не курил, тот сладости сей забавы не чувствует. Сигарета что? - вкус бумажный. Нюхнёшь, аж воняет кислым. Эту колбасу как ни сласти, а всё едино доброго не чувствуется полностью.

Достанешь, бывало, кисет; разомнёшь его мал-мала по привычке... От тоже интересно, - чего б его мять? А табак в руках понять хочется, какой он. Иной чужой щупешь, и осознание - не тот. Вот ещё его на понюшку не взял, ещё его дурного и рыжего не видел, а чувство есть. Покуришь, конечно, из вежливости; поблагодаришь хозяина, где и похвалишь зелье... А то и верно, не бывает травы сей из одних изъянов: у одного - крепость, у иного - скус приятный, а какой и "богатый" есть, полнотой дыма берёт.

Однако ж моего табака лучше нет. Он мягкий, крепкий, душистый и, как дед говаривал, "ровный". Дымишь его, а приятность не меняется. Я даже пробовал несколько раз, набивал люльку доверху, так, что под конец и держать её трудно от жару, ан нет - вкус тот же. Это, между прочим, для табака большая ценность. Мне недавно с Мурманска знакомый четыре сорта привёз в подарок. Кисеты плёночные, клееные такие, яркие.

- Попробуй, - говорит, - Саня, чего приличные люди курют.

Попробовал. Ничего не скажу, табак справный. Позабавило только, что ихние буржуины в него добавляют всякое. Оно, грешным делом, по-началу нравится, но приедается быстро. Да и баловство это, сливу с вишней в трубку совать.

Не про то говорю, начал своё хвалить, а стал чужое ругать. Чужое пусть по чужим ходит, оно мне без надобности. Вечера у нас какие, а! Ти-ихие... С вечерка часов семи ветерок последний вздохнёт, ещё разок-другой вздохнёт и успокоится. Слышно, как комариха комара за бутылку ругает. А потом всё равно целует.

Мальчишки в это время из реки вылазеют и на край села гурьбой, стадо встречать. Там уже бабки да тётки собрались, пастуха костерят, что медленно ведёт. А рано пастух придёт, так ругают, что не допас. Им всё равно за что балаболиться. Пока всё стадо не разберут будут кости мыть. Ну да Бог с ними. А я в это время как раз привычку иму на лавочке у ворот сесть, кисет, как говорил, помять малёхо, трубочку продуть, прочистить соломинкою и неспеша, "расстановочно" до половинки её набить. Да-а... И это только в фильмах нервные курют - спички ломают. Как так? Не понимаю. Тут же, почитай, половина удовольствия в "процессе"! Вот пока пальцем табак уминаешь, так весь день прожитый перед тобой проходит... или проплывает. Тут уж кому как по душе. И дойку утреннюю вспомнишь, и как сено ворошил, и как с соседом с покоса ехали. Лошадь вспомнишь карюю свою, мохноногую, как она от слепней хвостом машет. Запах белого хлеба из пекарни вспомнишь, да как с термоса похлёбку в обед наливал. Хороший термос, китайский, со сталинских времён ещё живой, в цветах розовых такой. Да на солнце поглядишь, что к закату клонится. И подумаешь, что вот баба сейчас дойку вечернюю окончит, и можно баньку топить, пыль дневную с себя споласкивать.

И здесь и закуришь... Глубоко так затянешься. Здесь на первый дым и смотри.

А ты "сигаре-еты"...

*****************

Автор уже давно не курит.

36.

Продолжение цикла про ту самую серьёзную корпорацию.
Исчерпывающая инструкция к бумажному самолётику
Корпорация, помимо прочего, занималась производством, тестированием и интеграцией некоторого оборудования для космоса. Например, нужна парочка коаксиальных кабелей длиной в 30 см (фут). Делается примерно следующее:
Завод изготавливает двенадцать единиц.
Условно скажем, НАСА пишет ТОМ (500 страниц) инструкции для всестороннего тестирования и сертификации кабеля. Примерно:
* Три кабеля подвергаются деструктивному тестированию (их сжигают, режут, растягивают до обрыва, кидают с крыши, оставляют полежать в солёной воде несколько недель, обдувают песком, опускают в бензин, кусают, на них наступают, бьют молотком, и т. д., и т. п.). Естественно, я описываю всё обыденным языком, на самом деле всё очень серьёзно и официально, и этим тестированием занимаются очень серьёзные дяди за очень серьёзные денежки.
* Три кабеля подвергаются не-деструктивному тестированию (их рассматривают в лупу, подсоединяют к различного вида стендам, записывают кучу измерений, и т. д., и т. п.).
* Три кабеля отсылают компании-интегратору или установщику, используя три разных курьера.
* Три запасных кабеля кладут в коробочку, а коробочку в сейф, а в сейфе контролируемая температура, уровень влажности, защита от сейсмических толчков, и т. д. и т. п. Эти на тот случай, если техник на Протоне-М захерачит датчики угловой скорости кверх ногами молотком (а ведь инженеру казалось что была защита от идиота которому не понравятся стрелочки, краска, и специальная форма какбэ навязывающая правильную установку сенсора), и Протон-М вместо того, чтобы лететь наверх, начинает лететь обратно к стартовой площадке. Извините, отвлекаюсь.
И дураку понятно, что цена такому супер-проверенному и полностью сертифицированному кабелю после всего этого будет скажем $20,000 за каждый.

Так вот, для тестирования в этой серьёзной корпорации был стенд (помимо других), вокруг стенда всякие вывески развешаны (мол, «Не влезай, Убью!!!», «За линию не переходить под страхом смерти», «Пшёл Нафиг!!!», «НАСА»), да и жёлтой ленточкой всё обвито было для тех, кто не может читать. Это было для того, чтобы после того как была собрана вся нужная аппаратура для проверки таких кабелей, ничего стенд для космического оборудования не покидало, и не дай Бог, особенно чтобы какая-то не-калиброванная аппаратура к тому стенду не добавлялась.
Так вот, какому-то начальничку нужен был, скажем, осциллограф, и пробегая мимо стенда, был обнаружен очень лакомый осциллограф, ничем не занимающийся в тот момент в стенде. Посмотрев по сторонам, оглянувшись, начальничик крадучись одной рукой приподнял жёлтую ленточку, другой рукой отодвинул вывеску. Схватив осциллограф в охапку, дал дёру с улыбкой на физиомордии.

В понедельник появляется инспектор НАСА для подтверждения готовности к какому-то тесту. С ужасом узнаёт пропажу инструмента, который был намертво закреплен как принадлежащий к стенду в течении следующих ~семнадцать лет. Следствие находит виновных, инспектора выводят из пред-инфарктного состояния. Придя в себя, инспектор пригласил всех виновных, ну и некоторых других на, которых взгляд остановился, в обязательном порядке на спец-курс который начнётся в восемь часов утра на следующий день.

Приходит народ в класс. Инспектор говорит, мол, что ничего трудного преподавать не будет, и все будут отпущены, если только создадут полностью исчерпывающую инструкцию о том как собрать обычный бумажный самолётик. Ручка, один лист бумаги для исписывания инструкцией, и один лист бумаги для наглядного материала были заботливо предоставлены. Народ бойко кто по уму, а кто методом тыка, воссоздал незамысловатый процесс изготовления бумажного самолётика, и каракулями выложил несколько пунктов на бумаги. Вот тут и началось…
Первый вопрос инспектора: а почему в инструкции не обозначено, какую сторону носовой части загибать первой? Ладно, был выдан новый лист бумаги, пункты переписаны, пунктик добавлен. Следующий вопрос инспектора: почему не указаны размеры листа в инструкции? Было задано и много других вопросов… Почему не указан цвет бумаги? Если пункты не пронумерованы, то можно ли по вашим инструкциям выполнять пункты в любом порядке? Почему не указан угол, на который загибается бумага? Почему пропущен пункт о том, что бумагу надо перевернуть? Такое продолжалось ТРИ ДНЯ. И ГЛАВНОЙ задачей такого спец курса не было издевательство над людьми, а подавалась мысль, что ВСЯ СЕРЬЁЗНАЯ РАБОТА ДОЛЖНА ИМЕТЬ ИНСТРУКЦИЮ, ИНСТРУКЦИЯ ДОЛЖНА БЫТЬ ИСЧЕРПЫВАЮЩЕЙ, И ИНСТРУКЦИЯ ОБЯЗАТЕЛЬНА К ВЫПОЛНЕНИЮ. Однако, не мешало и то, что после трех дней люди выли «выпустите меня отсюда, что хотите подпишу, как хотите всё теперь буду делать, каюсь не прав был, мама мамочка моя», и т.п.
Ну, народ на этом сайте я знаю, скажут что это я всё выдумал. Для проверки ключевых пунктов истории я спросил дядю на работе, который раньше работал на очень серьёзной должности собственно инспектора (хотите проверить? Department of Defense FAA inspector / NavPro Navy Professional). Он начал смеяться, и сказал, что проходил то же самое испытание самолётиком, но работяги легко отделались, так как спец курс для лично правительственных инспекторов занимает ДВЕ НЕДЕЛИ). За две недели есть время обсудить дополнительные темы:
Какого класса бумага?
Есть ли ограничение массы бумаги, используемой для самолётика?
Оглашена ли требуемая длина полёта самолётика?
Если оглашена, то что делать, если самолётик ту длину не достиг?
Указан ли максимальный вес полезной нагрузки самолётика?
Каким инструментом измеряется нужный угол сгиба бумаги?
Какова максимальная погрешность того инструмента?
Когда инструмент проходил калибрацию?
Ограничиваются ли постановщики бумаги, или можно покупать где придётся?
Проходили ли заводы-изготовители бумаги сертификацию своего процесса изготовления бумаги?
Какими инструментами измеряется цвет, толщина бумаги изготовителем? Уровень погрешности, калибрация?
Какое тестирование вы предлагаете в аэродинамической трубе для этого дизайна самолётика?
Ну вы можете представить продолжение...

Со слов самого дяди, в пятницу после ОДНОЙ такой недели, он заехал в магазин, чтобы купить шесть банок пива, с намерениями их распить как можно быстрее. Но домой он ДАЖЕ НЕ ДОЕХАЛ, дотянул после покупки пива только до бара, где напился на $124 (цены восьмидесятых). Потом сравнивали, и у большинства класса были счета баров примерно на такую сумму. Мозг просто пытался избавиться от такого издевательства… Видя боль на лице, про то, что было в конце второй недели я не спрашивал. Представляю людей, зубами рвущих самолётики, и плюющихся жёванной бумагой...

Вот ЭТО и является ИСЧЕРПЫВАЮЩЕЙ ИНСТРУКЦИЕЙ. Этот серьёзный подход как раз и приводит к тому, что создаётся том на пятьсот страниц (смотри выше), чтобы детально проверить 30-сантиметровый коаксиальный кабель, которому сужено побывать в космосе…

Хотя, придётся признаться что так было в старые добрые времена. Сейчас во всех супер-пупер индустриях (самолёты, космос, корабли, подводные лодки, поезда, и т. п.) одна тема COTS: мол, коммерческой марки изделие можно воткнуть, в свободной продажи для всех, с полки любого склада купить можно, просто и дёшево...

37.

Живу за рубежом. Давно. Отвык от Москвы. Тем более, приехав впервые сюда за многие годы, вижу насколько она меняется. Не меняется одно - культ дурака. Только еду в такси, никого не трогаю. Ломоносовский проспект, рядом МГУ, правительственные кварталы, посольства, в общем интеллектуальный центр. Баххх, прямо на проспекте выперлась коробка вентиляции для станции метро. Рядом пустырь, но надо было эту дуру смонтировать прямо на полосе городского проспекта. В результате, чтобы доехать до посольств надо с одной полосы воткнуться в 2 оставшиеся полосы, где еще те же гении догадались сделать выделенную полосу для таксистов, а потом воткнуться обратно. По такой вот дуге. Естественно в пробке-24 часа. Круто!!! Кто до этой хениальной мыслюги додумался - трудно представить, еще труднее - кто это все утвердил? Вы думаете это все? Зряяя, зряя. Там еще догадались поставить подряд через 20 метров аж 2 светофора, тормозящих друг друга, создав этакую короткую кишку, которая тут же заполняется машинами, которые останавливают все остальное движение. Кто до этого додумался - назвать идиотом, что польстить. Этого мало, они еще и тайминг сделали секунд 15-20 для проезда. У нас в стране есть светофоры - отсекатели на полосу, тайминг которых настроен ровно на одну машину, чтобы вклинивались в поток по-одиночке и не создавали пробок. Но тут прямую магистраль всю останавливают на 15 секунд, чтобы тупо все встали в пробку на пересечении двух центральных проспектов города. Кто автор? Молчание. Вы не устали? Тогда проедем чуть дальше - там город залудил дублер правительственной трассы и на пересечении с Минской улицей - продолжением Ломоносовского проспекта - те же самые хении догадались построить два последовательных светофора на прямой трассе которые точно также останавливают все движение непонятно для кого - там нет никаких пешеходных переходов, а 2 друга-светофора есть. Называется развитие дорожной сети. Кто автор этих шедевров? Чем они думают - загадка. Думаете все? Зряяя, зряя. Утром еду тем же маршрутом, но если вчера это была пробка, то сегодня на том же месте просто стоянка. Тупо все стоят. А шо? Оказывается некие персонажи на перекрестке Мичуринского и Ломоносовского проспекта решили прокапать канаву и тупо остановили все движение. Ну захотелось пацанам порыть траншею с утречка. Зачем не знают, начальник типа приказал. А на народ им реально насрать. Это у нас в стране в таких аварийных случаях обязательно один из рабочих начинает регулировать движение, чтобы не дай бог люди не потеряли свое драгоценное время из-за их работ. Но тут вам не там. Зачем думать о других, когда что-то хочешь для себя? Да, испортил столичную власть дорожный вопрос. Моквичи, может скинетесь и отправите этих деятелей к нам в Британию на перевоспитание? Ну или лечиться?

38.

Я понял, кого мне напоминает современная церковь — ЛГБТ.

Я спокойно отношусь к людям разных религий, нацональностей, взглядов, ориентаций и тд - пусть живут как им нравится. Это их выбор. Они меня не трогают и меня это устраивает.

Но меня начинает напрягать, когда они несут свою пропаганду из каждого утюга. Ходят парадами-крестными ходами.

Я вообще сомневаюсь, что Богу понравилось бы, что люди выступающие от его имени, освещают атомную баллистическую ракету, которая может улететь и уничтожить тучу людей, которых этот Бог, якобы, создал по своему образу и подобию.

Но больше всего раздражает, когда они начинают лезть в голову моему ребенку и агрессивно навязывать свои ценности.

39.

В НАШЕМ ДОМЕ ПОСЕЛИЛСЯ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ СОСЕД

Перечитывал тут давеча истории прошлых лет, наткнулся на собственную "Внук Деда Мороза", и понял, что пора делиться очередной историей о героях нашего времени. Благо этот Новый год мне таки довелось встретить не посреди пустыни, а под ёлочкой в Москве, и с героем удалось познакомиться лично.

Я теперь точно знаю, что резиденция Деда Мороза находится отнюдь не в Великом Устюге, и даже не в Рованиеми. Она в Москве, в Митино. И пусть 364 дня в году это дыра, с репутацией которой может поспорить разве что Бирюлёво, раз в год и сюда приходит сказка.

Сказка откликается на имя Арсен. На Деда Мороза он, конечно, не тянет в силу своего возраста, скорее уж на эльфа (хотя по габаритам больше похож на горного тролля, но это в данном случае к делу не относится). В основное время, насколько я знаю, он работает обычным таксистом. Шумных вечеринок в квартире не устраивает, с соседями здоровается, во дворе не хулиганит. Короче, просто обычный нормальный тихий сосед.

Так вот, раз в год (а по словам моего семейства, он это устраивает как минимум третий год подряд) Арсен нацепляет красную шапку и идет по всем соседям в подъезде. И каждому дарит хоть какой-то, пусть маленький, но подарок: кому-то сладкий набор, кому-то кулек мандаринов, кому-то игрушку. Некоторых соседей он уже знает достаточно неплохо, посему подарки старается подобрать с учетом личных пристрастий. Некоторые из соседей, помимо того, что одаривают ответным подарком Арсена, еще и увязываются вместе с ним поздравлять оставшихся жильцов. Короче, праздник начинается где-то в районе полудня и заканчивается ближе к бою курантов.

Я с ним встретился уже на следующий после Нового года день во дворе, пока прогревал машину. Разговорились, спросил, откуда такая идея поздравлять соседей пошла. И вот что он мне сказал.

Сам он родился и вырос в Краснодаре, в частном секторе, и с детства привык к тому, что Новый год отмечали всей улицей. А несколько лет назад переехал в Москву на заработки, снял квартиру в нашем доме. И как-то с удивлением обнаружил, что здесь можно много лет прожить - и не знать не то что всю улицу, а даже собственных соседей по лестничной клетке. А уж первый свой Новый год в белокаменной он и вовсе готовился встречать и в полном одиночестве, и практически без денег в кармане. За несколько часов до Нового года у самой двери столкнулся с соседями - двумя "божьими одуванчиками", на их комментарий по поводу его совсем не праздничного вида честно ответил, что Новый год будет встречать один перед телевизором с бутербродом с колбасой.

За полчаса до полуночи одуванчики пришли к нему в гости. Да, с весьма нехитрой снедью. По сути был только вафельный торт, оливье да мандарины, на большее у пенсионеров просто денег не хватило. Но по словам Арсена, это был его едва ли не самый счастливый Новый год (при упоминании мандаринов он и вовсе расплакался). С тех пор уже который год он, во-первых, старается помогать "одуванчикам" (правда, там уже всего один одуванчик остался, дедушка помер год назад). А во-вторых, всю осень откладывает по чуть-чуть, чтобы в декабре пройтись и поздравить всех соседей. Как он сказал, "Я сначала думал, что вы, москвичи, злые и замкнутые в себе люди. Теперь я вижу, что вы хорошие. Главное, чтобы вы сами это в себе увидели". Не знаю, Арсен, хватит ли у тебя сил и терпения, чтобы изменить этот мир, но один подъезд в московской многоэтажке ты уже изменил. Дай Бог тебе здоровья и спасибо за все. Увидимся на следующий Новый год.

40.

Мать ушла на работу, сын делает уроки, а отец с жуткого бодуна что-то ищет в холодильнике, серванте, шкафах. - Пап, откуда люди знают, что бог есть, ведь его никто не видел? Отец, думая о своём: - Слышь, ты бутылку водки не видел? - Нет. - А она где-то есть...

41.

АВЕ МАРИЯ

- Знакомся, это Саша - у него сеть отелей в Турции. Это Гена - занимается продажей электроники. Это Валера - сеть детских магазинов. А вот это Алик - музыкант, скрипач.
- Что, тоже миллионер? - пошутил я.
- Ну, как сказать, - рассмеялся мой друг, - спроси у него сам…
Так мы и познакомились. Алик - обаятельный, веселый, невысокого роста, немного похожий на мистера Бина - моментально подружился со мной, и после пары рюмок рассказал свою историю, как обычно рассказывают людям, которых скорее всего больше никогда не увидят.

- Мой папа был директором музыкальной школы в нашем городишке, и поэтому, сам понимаешь, особого выбора у меня не было: или пианино или скрипка. Моя первая скрипка была детская, маленькая. Я подрос и встал вопрос о покупе полной, взрослой скрипки. А тут подвернулся случай. Сразу после нового года, в школу пришел музыкант и попросил пропустить его к директору. Оказалось, что он пропил все заработанные на утренниках деньги и, чтобы веруться домой, решил продать свою скрипку. А папа, хоть и тоже музыкант, в скрипках не разбирался. Позвал учителя-скрипача, чтобы тот оценил качество. Учитель пришел в восторг и сказал: - Покупай! Если захочешь продать, я у тебя выкуплю ее за любые деньги. Знаешь ведь, что главное в скрипке? Она или звучит или нет! А эта звучит.
В общем, новая скрипка обошлась папе в сотню рублей. Ну, ты помнишь тогдашние зарплаты и цены… По официальному курсу к доллару - 60 зеленых! Как она попала в Россию - не знаю. Думаю, что после войны кто-то привез из Германии как трофей.

И пошел я с ней по жизни: поступил в оркестр, начались концерты, зарубежные поездки. Документы на скрипку пришлось делать, чтобы заграницу пускали. Привык к ней, сроднился. Знаешь раньше говорили - кормилица. Вот она для меня ею и была. Я же знаешь как деньги зарабатывал? Ездил за границу, возил с собой консервы, макароны, чтобы ни цента не тратить и на командировочные хоть что-то оттуда привезти и продать. Счетчики в гостиницах как бешеные крутились, пробки вылетали, когда симфонический оркестр варил макароны…

А тут Германия открылась. Вопрос ехать или нет - не стоял. Ехать. Но что делать со скрипкой? Был вариант провезти за тысячу баксов. Для меня это было тогда безумно дорого! Люди уезжалии и продавали квартиры всего за пару тысяч. Это потом уже цены поднялись.
Долго думали, решили передать с проводниками. Ребята дали мне своих, проверенных. Заплатил 200 баксов и в середине декабря передал им футляр со скрипкой.
На следующий день сел на самолет и полетел в Берлин. За пару часов до прихода поезда приехал на вокзал, хожу сам не свой. Волнуюсь, думаю, не дай Бог с ней что-то случится!
Подходит поезд, у меня сердце бъется, того и гляди выпрыгнет из груди! Как на первом свидании с девчонкой! Жду не дождусь момента, когда смогу прижать ее, обнять. Даже расцеловать был готов!
Выходит проводник, вниз смотрит, я сразу понял - проблемы! Подбегаю еле живой: - Где, - говорю, - скрипка? А он глаза отводит: - Немцы конфисковали на границе с Германией.

В общем, слово за слово, оказалось, что эти негодяи решили отпраздновать выгодный бизнес, накупили водки, закуски, поддали, проехали границу с Польшей - поддали еще, а потом, чтобы никто не мешал, просто заперлись в купе, допили остатки и заснули. К немецкой границе подъехали, таможенники зашли в вагон - проводников нет. Постучались в купе - не открывают. Сломали дверь, а они там лыка не вяжут. Ну их по полной программе и приняли. А в купе футляр, в нем скрипка старая, старинная, можно сказать. Конфисковали, дали бумажку, сказали, что на разборки надо приезжать лично владельцу, да не в Берлин, а во Франкфурт на Майне. Ну, понимаешь, тут я и понял, что все мое будущее медленно накрывается медным тазом. Ведь без своего хорошего инструмента ни один приличный оркестр меня не возьмет, а денег, сэкономленных в зарубежных поездках на макаронах, не хватит даже на покупку смычка. А я же больше ничего не умею. В бизнесе - полный ноль. Обе руки - левые, даже гвоздь забить не могу! Немецкий, правда, в школе учил, да что толку, в Германии на немецком все говорят.

В общем, помчался я через пару дней во Франкфурт на Майне. Приезжаю на таможню с квитанцией и паспортом скрипки, ищу Самого Главного Таможенника. Нашел. Оказалось - женщина. Объясняю ситуацию, а они же в школах тоже русский учили, отвечает: - Вы хотите продать скрипку в Германии? Я говорю, - Нет, я скрипач, это мой инструмент, я буду на нем играть. А она опять: - Вы везете скрипку без документов, значит хотите продать!
Вот такой разговор с разными вариациями и походами по кабинетам длился почти до закрытия таможни. И тут ей в голову пришла гениальная идея: - Если, - говорит, - Вы музыкант, - сыграйте! - и смотрит на меня такими торжествующими глазами, как Мюллер на Штрирлица, типа поймала.

Я смотрю на футляр и думаю, вот мой последний шанс хоть прикоснуться к своей любимой скрипочке, настроить, сыграть может быть в последний раз. И такое волнение меня охватило, когда прикоснулся к ней. Как будто с любимым человеком довелось встретиться после размолвки, и от того, как ты себя поведешь, зависит - останется ли он с тобой навсегда или же ваши пути уже никогда не пересекутся. Глаза закрыл, чтобы слезы не текли и думаю, что же им сыграть? Сыграть так, чтобы наверняка пробрало. И тут вдруг вспомнил, что католическое Рождество на носу. Думаю, сыграю я им Аве Мария, Шуберта. А я когда играю, глаза закрываю, ничего не вижу, вытягиваюсь в струнку, на носочки встаю, в общем, полностью отдаюсь музыке. А Аве Мария - достаточно длинное произведение. Играю, забыл обо всем. Закончил, открываю глаза, пару долей секунды тишина, а потом такие овации начались! Мне за сольное исполнение никогда не аплодировали, я же всегда в составе оркестра играл! Собралась вся таможня. На глазах слезы. Носами хлюпают и в ладоши хлопают! Самая Главная Таможенница промокает глаза платочком. - Сыграйте, - говорит, - нам что-нибудь еще, если можно. Мы уже работать все равно не сможем, да и таможня через полчаса закрывается.
В общем, устроил я для них концерт. Рождественских песен у меня в репертуаре не так много было, так я на классику перешел, потом на еврейские, зажигающие. А они не расходятся, двери заперли, чтобы никто со стороны не зашел и просят еще и еще. А я играю и играю, боюсь остановиться.
Часа через два Таможенница говорит: - Огромное Вам спасибо! Так мы Рождество еще ни разу в жизни не встречали! Сейчас все оформим, извините, что столько времени потратили, служба у нас такая!

- И ты устроился потом в оркестр и заработал свой первый миллион выступая на гастролях,- вставил я свои пять копеек.
- Да, устроился, но столько не заработаешь! Забыл сказать, что их эксперт установил, что скрипку делали французские мастера и оценил ее в полмиллиона немецких марок…

Вагоновожатый

42.

Есть в нашей деревне два друга с Кавказа: армян-строитель и гинеколог-дагестанец. Дагестанец крещён в православии, а Армянская церковь — она испокон веков жила сама по себе: не подчинялась ни католикам, ни православным. Но, если люди оторваны от Родины, то они забывают древние понты, и очень даже дружат, и даже армянин с азербайджанкой могут сексом заниматься…
К слову: у армяна-строителя есть сделанные объекты по всему Татарстану, в т.ч. много социальных — спортплощадки для детишек.
И вот так получилось, что у наших друзей автомобиль сдох в деревне Усады, Татарстан. В пятницу вечером. Местные пацаны посмотрели — ой, блин, вам точно понедельник ждать нужно. А где у вас тут есть переночевать?- ну, вон там можно…
Выходные пролетели незаметно. Если кто не в курсе, то напомню: Усады РТ — это ликеро-водочный завод. И вся деревня там работает. И у каждого в избе что-то такое есть… Начали резать баранов и делать шашлыки, а наши герои угощали хозяев хашламой — это такое блюдо из баранины, с помидорами и специями, а татары такого не знали: у них шурпа, но она — более простая. Нашим героям было неловко, что вокруг них такая суета, и они иногда бегали в магазин за едой, т.е. нахлебниками себя не ощущали.
Да, вот такая была гулянка: татары-мусульмане и два кавказских христианина… наверное, взрослые люди тогда с Интернетом слабо дружили, хотя век уже был вовсю ХХ1-й.
Мораль: если вы уверены, что сейчас люди не такие, какие были раньше, что все стали злобные, зажатые, недоверчивые, мелочные, то вам нужно посмотреть в зеркало: быть может, это вы — злобная, зажатая, недоверчивая, мелочная натура? А те, кто УМЕЕТ с людьми разговаривать,- они продолжают жить в своём мире, где все жители — радушные и хлебосольные, и тебе все ворота открыты? И умеющие разговаривать не понимают, почему вы живёте совсем не так…
P.S. Наши герои как-то раз заболтались и вылетели с трассы в селе Сугушлы, Татарстан. Там сложная горная дорога, и они очень быстро вспомнили, что на Кавказе такой улёт означает верную смерть. 200 метров их автомобиль кувыркался вниз по склону, но склон был всё-таки пологий, а Бог любит детей, дураков и пьяниц, а они оба тогда были поддатые. В результате отделались лёгким испугом…. Ну, как лёгким: они вышли, обнялись, и потом несколько лет в этот день приезжали в Сугушлы отмечать второй день рождения.
P.P.S. У них тогда в автомобиле был баран, и, когда они после аварии открыли багажник, то этот баран смотрел на них ТАКИМИ глазами, что мама дорогая… вы чо, пацаны, ваще офигели, что ли?
P.P.P.S. Как наши герои отмечают 2 августа, день ВДВ?- ну, они фруктами не торгуют... Мой друг накопил целый мешок историй про этих друзей, но я их не буду пихать в один присест. Быть может, это вам совсем не интересно. Ну, что может быть интересного в том, когда армян-строитель спасал свою бригаду из села Старый Кувак РТ, когда её окружили местные ревнивые мужья, уверенные, что их жён окучивали горячие армяне?- никакого интереса, и автомобиль в итоге оказался сильно разбит — это только в кино получается удрать без царапин, а в реальной жизни так не бывает....

43.

Как я ездил в Йошкар-Олу...

Это было довольно интересное путешествие. Вот еду я в Йошкар-Олу и думаю, странная поездка, сюр какой то, но это не сюр, это жизнь. В общем, всем тем, для кого предстоящий рассказ покажется сюром посвящается. А если для вас ничего удивительного в этом не будет, то просто закройте его и живите дальше, ведь для кого-то сюр, а для кого-то Жизнь. Кроме того будет много букв и назвать лёгким рассказ нельзя, примите это, пожалуйста, во внимание.

Начнём с того, что до недавнего времени я умудрился устроить свою жизнь так, что деньги у меня были, а мне за это ничего не было. Я ездил на Порше, питался в ресторанах, трахал падших девочек и наслаждался жизнью. Я заходил в ресторан и тут же оценивал его по интерьеру помещения, обслуживанию официантами, разнообразию и качеству кухни, температуре в зале, отзывчивости персонала и конечно же туалету. Могу Вам сказать, что в заведения типа Макдоналдс, Му-Му, или фудкорты гипермаркетов я заходил с глубоким пренебрежением, исполненным чувства собственного достоинства, неотразимой внешности и меня преполняло могучее чувство личной значимости. Наверное, я был похож на одного из трёх толстяков Юрия Олеши, хотя внешность у меня тогда была далеко не толстяка, а наверное, даже слегка спортивная. Шикарная фигура, среднего роста, не плохо одет, обычно, голубая рубашка, синие штаны, но не джинсы, классические изящные синие ботинки, правильные черты лица, лысый, голубые глаза, одухотворённое выражение лица и обаятельнейшая улыбка. В общем, король тайги, не иначе. Но поразительно то, что я себя считал скромным парнем, с богатым внутренним миром, духовными целями и мог бы даже назвать себя кротким и блаженным. Я искренне верил в то, что моя цель — это личная божественная реализация, построение компании, которая дарит людям счастливую загородную жизнь. Да. И спросите, что я делал для божественной реализации?! А как воспринимали нашу компанию клиенты, все ли были довольны, и как она росла и развивалась, и самое главное, что я для этого делал?! Удивительное дело, восприятие себя и то, как видят нас другие. Странно и неестественно, но так жизненно и обычно. Да, не знаю как у вас, но у меня такое состояние было. Быть одним, а воспринимать себя совсем по-другому.

А сейчас я еду в холодном автобусе в Йошкар-Олу, где уже давно отсидел пятую точку так, что, мне кажется, когда я встану, мне надо будет обрабатывать её всякими мазями, кремами, чтобы залечить все пролежни на ней. Сам я сижу на сиденье боком. Сзади меня рюкзак и одежда, отделяют меня от холодного окна и ветра вдоль него. Ноги на соседнем сиденье в носках, укрыты моим походным полотенцем из Декатлона за 99 рублей. Сверху лежит куртка какой-то дамы, скорее всего коренной йошкаролинки и её горячие ноги, которые она периодически перекладывает так, чтобы ей было тепло, почёсывает, и снова поправляет. А моим ногам тепло и сухо. Блаженство!.. Ещё бы холод в салоне кто-нибудь отключил и включил наконец, отопление. Я еду и думаю, когда бы я так ещё поехал в ЙОШКАР-ОЛУ?!

Но начну с начала. Решение ехать на автобусе пришло внезапно. Ехать надо, а денег только на пару раз в ресторан одному. Чувствуете иронию? Что для меня раньше было просто питанием, превратилось для меня в возможность длительной поездки на край земли по делам или для развлечения. Впрочем, одно другому не мешает. Ну так вот, билет на поезд стоил 3700 рублей, а на автобус 1400, чувствуете разницу? Раньше я бы даже не заметил её, а сейчас очень чувствую. Раньше бизнес-класс был для меня ну если не нормой, то естеством, а тут автобус... С другой стороны, хорошо, что не Икарус или даже старенький ЛИАЗ или ПАЗик, я и на таких катался, как, наверное, любой, кто родился в СССР. Откуда этот снобизм? Откуда этот гонор, высокомерность, избирательность, привередство?! Удивляюсь. Ну да ладно. В общем, экономия в 2 с лишним тысячи явилась для меня решающим фактором.

И вот я тут, на автовокзале, среди вонючих автобусов на автобусной станции. В какой-то миг мне показалось, будто бы я стер копоть со своего лица. Господи, когда наконец кругом будет электротранспорт?! Но, а пока что смердящие дизельные автобусы грели нутрянки, портянки и прочие части, рычали и урчали, перед тем как тронуться в дальний шёлковый путь, как древние корабли пустыни. В общем, я нашел наконец автобусный пункт отправки нашего солярного временного домика с колёсами на ближайшие 14 часов. О боже, 14 часов пути в автобусе! Ладно, что я так переживаю, в конце концов я его не толкаю!

Сгрузив поклажу в бездонное брюхо моего стального кита, я решил уподобиться Ионе и пошёл грузиться на своё место. Это был последний ряд с краю. Удобно, на пять сидений всего два пассажира. Когда я зашёл в автобус, я тут же почувствал, что весь воздух был сожжён обогревателями и тут же пожалел, что не взял с собой воду, а купить на станции не успел. Вернее, я не успел купить перед станцией, а на самой станции, кроме дурно пахнущих кораблей различных мастей, сотрудников станции организующих потоки пассажиров и людского моря пассажиров вряд ли можно было что-то найти. Перроны были забиты самыми разномастными гражданами с различным нехитрым скарбом. Станция мне напоминала порт, где происходила погрузка на Титаник. Это огромное количество автобусов в ряд, напоминали мне сверкающие его бока, а дым выхлопных труб был не меньше, чем от труб исторического адового гиганта. Спешащие люди, деловые сотрудники, словом, сразу было сложно сориентироваться, где искать свою шлюпку и каюту. Но как говориться, ищите и обрящите. Вот он мой перрон, вот мои милые спутники, хорошо не жизни, а всего лишь поездки в славный город-герой Йошкар-Олу. Суровые мужчины с сигаретами, полные и не очень, дамы, деловито осматривающие вещи, на вид, вылитые йошкаролинцы. Не знаю, почему я так решил, но они как-то отличаются от Москвичей, может татары, может ещё какие черты. И вот дымят все эти корабли, дымят все эти пассажиры в ожидании своих судёнышек, а сотрудники распоряжаются, кому, где стоять и что не делать. Жаль, что курить тут можно. Короче, я чуть не умер. Мои уже давно изнеженные лёгкие и обонятельный инструмент, гордо именуемый, носом, конечно, не одобрили моих праведных начинаний и всё моё нутро возопило к ногам, чтобы они несли меня хоть к чёртовой матери, но бегом отсюда, чтобы и носа моего здесь не было. Но не носом единым жив человек! Вспомнив о текущей драматичной ситуации, о своей не высоко духовной, но от этого, не менее необходимой цели, я устоял. Вернее, не так. Я пошёл гулять за перронами, подальше от смрада, но уйти от него было невозможно. А сотрудник вокзала указал мне на моё фривольное поведение и показывал жестом, где моё истинное место.

Да, 14 часов не шутка. И вот я сижу на своей онемевшей заднице, и пишу сей страстный опус, дабы вылить преполняющие меня чувства на белое пространство, которое всё стерпит. Дай Бог ему жизни!

В общем, место в автобусе было прекрасное, удачный выбор дилетанта. Я постарался поудобнее усесться, но тут обычное место и слово поудобнее вряд ли подойдёт. Мои милые спутники расползлись по салону, раскладывая вещи, усаживаясь, занимая более удобные места, чем им продали на вокзале. В общем, если бы не сожжённый воздух, то это было бы очень мило. Сразу же пришлось раздеться, не до гола, но только куртку и кофту, и всё равно было жарко и слегка мутило. И вот случилось это!.. Включили два телевизора... Господи, почему ты не спалил Останкинскую телебашню, завод «Рубин» и всё, что может иметь отношение к телевиденью? Какая польза в телевизорах человечеству? Но видимо, насилие — это не твой конёк, а скорее человечий. Нет, я точно привереда. Короче, теперь нам на весь салон начало вещать это современное чудо. По чуду показывали какую-то новодельную русскую комедию, про жизнь простых сварщиков, которые рвались к деньгам, любви и сексу. Причем у меня не было выбора, звук был прекрасен, настолько хорош, что не помогали даже предусмотрительно взятые бананы для ушей. Короче, хотел я или не хотел, но я не мог отвлечься, на фоне отсутствия свежего воздуха, жары и расползающегося амбре я начал приходить к состоянию близкому к экзальтации. Мои этнические, неприхотливые спутники были не только просты в одежде, они также были со специфическим естественным запахом настоящего мужского духа и не только. В общем, мои ноги снова налились кровью, тело наклонилось и напряглось в изгибе, я опять хотел убежать. Но здравый разум и воля в железном кулаке приняли удар на себя и тело расслабилось. С подводной лодки можно уйти только двумя путями и оба вдумчивый читатель легко угадает. Короче выбора не было.
Я начал искать развлечение у своих электронных друзей. Вернее, мне надо было обдумать предстоящие дела и записать все толковые идеи по данному поводу. Но голова была полна протеста, не была свежа, и воля изо всех сил выжимала из ума нужные мысли. Я уселся с ногами на сиденья, устроился поудобнее и начал смотреть своё кино по интересам. Как вдруг к нам тут прибегает бойкая дама, смело командует, чтобы мы тут все расступились и укладывается, между нами, т.е. мной и моим соседом, который сидит у противоположного окна. Видимо это фирменное татарское приветствие и от такой гостеприимности я даже дрогнул и поджал ноги ближе к себе, хотя, подгибать их было уже особо некуда. А сосед, до этого расслабленно сидящий, вжался в сиденье и в окно, изо всех сил пытаясь слиться с обстановкой. Эта бойкая барышня улеглась на два сиденья, укрылась курткой, ноги направила в мою сторону, а голову, как мне показалось, положила соседу на колени. Сказать, что я несколько опешил, это будет лишь частью реальности. Я успел пробубнить себе под нос, - а не охренели? Но моё восклицание потухло в горле. Конечно, она положила голову не на колени соседу, а у неё была мини подушка, но таково человеческое восприятие. Что мир, который нас окружает?? Лишь отражение наших ожиданий, желаний, стереотипов восприятия, нашей боли и страсти, словом, зеркало нашего психологического мира.
Интересно, вам не надоела эта история? Если нет, то вы, видимо, живёте в другом мире. Так я стал окружён простым родным русским народом разнообразного этнического происхождения.

Дальше салон начал проветриваться и перегоревший воздух начал замещаться свежим, поступающим явно из вне. Ну и температура становилась всё свежее и ноги моей прекрасной, ставшей мне в какой-то момент, родной спутницы были очень кстати. Мы согревали друг друга, как люди, которых сплачивают внешние одинаковые суровые трудности. И чувство возмущения сменилось чувством благодарности, я достал своё походное полотенце и закрепил достигнутые успехи в деле удержания ног в тепле. Однако прочие члены терпели естественное охлаждение и пришлось надеть кофту, пристроить правильно куртку, ну и проявлять прочие способности к утеплению. У задних мест есть определённые преимущества, как у задней парты в школе, но есть и существенные недостатки. Дело в том, что сзади присутствует изрядная вибрация, подёргивания, подпрыгивания, потряхивания. Ведь мы сидим на двигателе, далеко от колес на корме, которую мотает и подбрасывает на разных неровностях, а гул мотора такой, будто наша каюта на нижней палубе Титаника рядом с машинным отделением, где чёрные от копоти матросы кормят жерло Молоха не прекращая. Любопытный экспириенс.

Так мы проехали до первой остановки. И тут я порадовался, что я не ел и не пил. Это реально счастье оказывается, мне в туалет почти не хотелось, но я с удовольствием опорожнил свои баки, хотя не пил уже более 8 часов. И не стал брать воду. Нафиг, нафиг с такими удобствами! Вот так путешествие автобусом оставило неизгладимый след в моей душе. Но это ведь пока только начало.

Человек ведь такое существо, что ко всему привыкает и находит различные решения. Протупив целый фильм, меня разобрало желание описать происходящее, и вот я уже несколько часов подряд пишу этот странный опус, в наушниках играет различная классическая музыка, ногам тепло, а мягкое место смирилось со своей утилитарной ролью. И вот моё раздражение превратилось в интересное приключение и необычный опыт, душа наполнилась благодарностью и спокойствием, а моя голова человеколюбием. Воистину, весь мир в нашей власти! Вернее, своим восприятием мы меняем наш мир, ведь увидеть его в истинном свете возможно лишь похоронив свою личность, свои мысли, чувства, память, словом, умерев. Тогда возможно посмотреть на мир не предвзято, не зная ничего о нём, забыв названия, не имея мыслей и чувств, реакций, импульсов, смотреть без страха и упрёка на всё.

И о чудо! Телевизоры наконец выключили, люди угомонились, а водитель наконец надышался свежачком и решил снова жечь кислород. Приятно, быть наедине с самим собой, и писать, и наблюдать, и ехать в неизведанную даль. Романтика! В Москве вечером было +7, теперь уже глубокая ночь, а термометр нашего кораблика показывает - 15. Я устроился поудобнее, свернулся калачиком и погрузился в дрёму, отложив планшет...

На новой остановке посреди маршрута, я снова пошёл опорожнить баки. На этот раз стоимость этого удовольствия снизилась в два раза, до 10 рублей с человека. Моя новая названная сестра попросила купить воды, а я настолько расслабился, что оставил рюкзак и планшет на месте, в надежде на честность моих спутников. Волновался, вдруг что? Но проявив выдержку и милосердие принёс воды и был покоен. Вроде всё на месте. Продолжаем наш путь, осталось ехать всего 3 часа 20 минут.

Я не мог заснуть и находился в легком и блаженном состоянии, молча наблюдал происходящее в тишине. В проносящихся отблесках света меняющихся фонарей я вижу своих спутников. Вот мой сосед справа открыл рот, голова упала на бок, руки распластались. Рядом спит бойкая йошкаролинка под своей курткой, её рука легла соседу на колено, а нога свисает и вытянулась в мою сторону. Сосед спереди изрядно похрапывает, развалившись на два сиденья, а его нога лежит на спинке соседнего через проход сиденья. А тот сосед, что подвергся столь не хитрой атаке, просто свернулся калачиком и мирно дремлет, кто-то сидит в телефоне. А наш водитель, как настоящий капитан ведёт наш корабль, надеюсь не Титаник, к конечному пункту назначения, спокойно, тихо, аккуратно. Дай Бог ему сил, здоровья и внимания!

Я ощущаю единство со своими невольными спутниками, с мелькающей в окнах дорогой, лесом, луной, фонарями, урчащим трудягой двигателем, белым пространством с буквами, гармония и свет, жизнь и любовь, и бескрайняя дорога в Йошкар-Олу...

28.12.2019

44.

Немного о жизни офисного планктона, а точнее, о том виде, которого в основном не любят, но нужен всем. Работаю юристом в немаленькой компании. Максимум стараюсь, чтобы не замедлять процесс проверкой договоров. Но мою ответственность никто не отменял, поэтому обязательно все читаю, даже свои же типовые контракты.
Есть у нас некоторые субъекты, у которых договора идут на подпись без моего согласия. Как и почему это происходит, я не знаю, но особо и не пытаюсь узнать, если на оборотной стороне договора нет моей подписи, значит нет и моей ответственности, завтра если что – а я и не видела этот договор, сами виноваты. Ну да, соглашусь, подход к работе не самый идеальный, но как говорится, с волками жить, по волчьи выть.
И вот если вдруг такой субъект мне неожиданно договор принесет для подписи, ну как тут поверить, что человек просто вдруг решил, что всё должно быть правильно? Конечно же начинаю искать подвох и нахожу.
Одна из таких «привилегированных» сотрудниц из отдела поставки просекла фишку и последние два месяца решила отправить мне на проверку все свои договора. И пожалела быстро, потому что свой драфт договора купли-продажи у нее был устаревшим, а договора контрагентов каждый раз были с условиями, явно противоречащим нашим интересам. Я повторяю. Я максимум стараюсь быть объективной, дружелюбной и не замедлять процесс. Спор пару раз дошло до гендира, но мои обоснованные аргументы удовлетворили его и контракт каждый раз меняли. Зато меня стал ненавидеть весь отдел поставок, не дай бог, мне нужно было что-то от них, совет, информация, даже обычная жвачка, отвечали как доктора бесплатно лечащимся в госбольнице.
Теперь сама история.
На днях заходит ко мне та златокудрая девица, протягивает контракт и таким сладким голосом (1) говорит:
- Милочка, поставь, пожалуйста, подпись.
- А электронкой отправила?
- Нет, всё срочно (2), времени нет, не беспокойся, всё правильно, я все-все твои пожелания внесла (3).
Ага, щаз. Когда она пропустила промах третий раз, я уже не сомневалась, что тут кидалово какое-то.
- Извини, дорогая, я должна сначала прочесть.
- Но я же…
- Никаких но.
- Пять минут хватит?
- Я тебе позвоню, когда закончу.
- Не тяни, клиент ждет, всё горит.
Да, да, да. Оставила в сторону все дела и прочла контракт. Не нашла ничего. Прочла повторно. Странно. Вся моя интуиция говорила, что тут точно что-то не то, но не найду что. Уже с упавшей самооценкой о своем профессионализме (ну, а что тут такого ;) ) решила погуглить контрагента. Какая-то непонятная компания из РФ, занимается продажей всего, либо перекупщик, либо неоригиналы продает. Ответила на звонок этой девицы:
- Слушай, а что мы покупаем у них?
- А тебе какое дело?! – Злая оттого, что я не отвечала на её звонки - Мне люди звонят, спрашивают, когда загружать товар, а ты медлишь, ищешь бы к чему придраться…
- Какой товар? Отправь мне приложение.
- Не отправлю, сука! Не твое дело! Поставь свой гребаный…
Не дослушала. Поставила трубку, успокоила себя, написала электронное письмо с просьбой отправить мне приложение к договору №ААА-000/2019 и в копию поставила парочку руководителей. Пока ждала ответ, тряслась и ненавидела себя за то, что позарилась на высокую зарплату, на престиж компании и пришла сюда. Зато когда получила ответ, хор темнокожих католичек запел «Аллелуя» у меня в голове.
У нас был соглашение об эксклюзивном дистрибъютерстве с одной из крупнейших компаний РФ. Там были условия, что наша компания регулирует поставку товара в нашу страну, этот товар никаким кроме нас местным компаниям не продается, но и мы ни у кого другого этот товар не покупаем. Штрафы за невыполнение были страшными. Нам этот контракт дался с таким трудом, еще и отмечали это событие. А теперь выходит, что новым контрактом хотим купить тот же товар того же бренда, но у другого поставщика. Есть ли разница в цене или нет, я этого не знаю. Но я знаю, что это прямое неисполнение контракта и если разузнают некоторые наши друзья из РФ, нам по головке не погладят.
Подумала я, взяла оба договора и пошла прямиком к гендиру, благо у него никого не было. Разъяснила ситуацию, указала на пункты со штрафами, даже посчитала ему сумму штрафа. Он выслушал и ничего не сказал. Весь остаток рабочего дня я провела в неведении, единственное, что из прокьюремента никто больше не звонил и не проходил, это было уже что-то.
На следующий день со мной здоровались все. Даже та девица. Могла только догадываться, но очень хотелось узнать детали. Пока я раздумывала, кого бы заболтать, ответ пришёл сам – аудитор, суровый дядька с хитрыми глазами увидев меня на коридоре позвал в свой кабинет и говорит:
- Молодец, доченька. Так ему и надо (имея в виду рукотдела поставки).
- Сильно он его?
- Нууу, скажем, можно было и похлёще, но и то хлеб. Как минимум, подумает в следующий раз перед тем, как зариться на откат от левых компаний. Еще пару таких историй и там увидишь, позовут меня, чтоб я проверил весь этот отдел. А я то уж возмусь за его яйца.
- В смысле? Вы же аудитор, вы что, не можете сейчас проверить?
Дядька улыбнулся так многозначительно. Я вышла и думала долго. Постоянно у нас распри между главными. Каждый пытаеться выжить другого из компании. У рукотдела поставки власти много и ему многие не прочь бы перегрызть глотку. Стараюсь делать свою работу и не встревать в эти междоусобицы волков. Не знаю даже, смогу ли я долго продержаться или плюнуть на высокую зарплату и выйти, пока цела.

45.

В эфире Владимир Певзнер и моя новая программа. Сперва я хотел назвать ее «Певзнер в квадрате», но решил, что это перебор, и назвал просто «Певзнер против Певзнера». В самом деле, зачем мне в передаче мелкие, ничтожные люди, которые все время перебивают вопросы ведущего своими неумными ответами? Ведь есть же идеальный собеседник, пантеон мудрости и кладезь харизмы. В новом формате я буду задавать себе неудобные вопросы, сам себе остроумно парировать, отбиваться и вновь себя атаковать.

Сделаю-ка я себе чаю. Я человек простой и люблю что-нибудь изготовить собственными руками.

(Заваривает пакетик чая в кипятке, кладёт сахар. Размешивает ложечкой. Отхлебывает. Размешивает. Отхлебывает. Размешивает. Отхлебывает. Размешивает. Отхлебывает.)

Времена, друзья мои, скоротечны. Пока я размешивал и отхлебывал, прошла уже четверть передачи. Да и вообще жить мне остаётся все меньше, а говорю я с годами все больше и больше. Я бы назвал это парадоксом Певзнера.

Так о чем бишь я? У каждой программы должна быть своя тема. Программа без темы — не программа. И, наоборот, когда есть тема, то для неё обязательно будет своя программа. Удивительно простая мысль, а ведь, кроме меня, никто до неё не додумался…

Итак, наша тема сегодня — пенсионная реформа. Пишут, что дескать, это слишком поздно — выходить на пенсию в 65. Человек уже на части рассыпается, а его заставляют работать.

Но я не согласен. Вот посмотрите на меня. Мне 84, а я как огурчик. В чем секрет? Думаю, в первую очередь в том, что у меня лёгкий, незлобивый характер. С детства я был склонен к милым шалостям и безобидному хулиганству. Вот, помнится, в пятьдесят лохматом году устроился я литературным секретарём Маршака. И как-то вечером решил я развеселить старикана. Достаю свои новые стихи и начинаю читать ему. Маршак сперва внимательно слушал, потом побагровел, ногами затопал и кричит: «Это же мои стихи! Вон отсюда, Вова!» Совсем без чувства юмора был человек. Я, конечно, ушёл. И стихи прихватил, не пропадать же добру.

Я лично уверен, что тот, кто стремится на пенсию в 55, просто не любит свою работу и неправильно ее выбрал. Я вот всегда любил свою работу. Даже в семидесятые, когда я вещал на Инорадио о загнивающем капитализме. Да, я лгал! Но как артистично я это делал! Когда приходилось выдавать в эфир очередное враньё, я всегда или покашливал или иронически хмыкал. А то и держал фигу в кармане. Чтобы слушатели, не дай бог, не восприняли это всерьёз.

Вообще современным пролетариям не хватает креатива. Ну что ты мучаешься в этой своей шахте? Выйди на свет и открой барбершоп. Посмотри, сколько вокруг небритых и нечесаных людей в твоём Прокопьевске! Точно не пропадёшь! Даже если ты бабушка из Магнитогорска, не стоит унывать! Заведи Инстаграм babulya1939 и публикуй там советы, где дешевле купить гречку и дни, когда высаживать рассаду. Да у тебя подписчиков миллион будет! Не благодарите.

Отдельные недоброжелатели мне говорят — тебе, Владимир, легко выглядеть хорошо. Тебя вон Абрамович на халяву берет на своей яхте на Сент-Бартелеми загорать. Наивные! Они думают, что это компромат. На самом деле я там готовил журналистское расследование из жизни олигархов. Такое, что просто бомба. Настанет когда-нибудь день, и я эту бомбу взорву. Но пока, знаете ли, не время. Мне так Костя Эрнст сказал

(Озабоченно смотрит на золотой хронометр Jacquet Droz).

Вот уже и три четверти передачи прошло. Надеюсь, никто не заснул. Я и так выпросил у Кости Эрнста максимально близкое к прайм-тайму время, два часа ночи. Зато чувствуете, какой плотной и насыщенной передача получилась? Как мысли буквально сталкиваются в воздухе, искрят и гремят? Вернёмся к теме о пенсиях. Многие пенсионеры жалуются, что пенсия слишком мала и ее ни на что не хватает. Открою вам ещё один лайфхак от Певзнера — многое можно получить вообще даром, если поддерживать отношения с нужными людьми. Вот, этот Жак Дро за $35 000 я выиграл на какой-то тусовке. А автомобиль «Ягуар» автодилер мне даёт даром. Да ещё и от Лужкова целый бизнес-центр в Москве на халяву достался…

А вы все — жизнь плохая, жизнь плохая. Нытики. Тьфу.

Итак, следующий выпуск «Певзнер против Певзнера» через неделю. Буду обсуждать сам с собой Дональда Трампа и снятие санкций. Конечно, я бы хотел сделать это с Владимиром Путиным, но я уже 18 лет зову его в свою передачу, а он так и не приходит.

Берегите себя, неудачники. Впрочем, кому вы нужны. До следующих встреч.

46.

Я готовлюсь к заведению собаки: так, 65к нужно на собаку, деньги на стерилизацию, первичные прививки, бравекто на ее вес тысячи 4, груминг, игрушки, амуниция, деньги если вдруг заболеет, корм премиум класса сколько стоит? Люди заводят детей: дал бог зайку, даст и лужайку.

48.

Про Ферапонта.

Ванька, коллега мой, втрескался нечаянно в нового молоденького главбуха Уральского филиала Аньку. Без удержу и с первого взгляда. Тридцатипятилетний технический директор строительного холдинга, серьезный мужчина с серьезными намерениями карьерного роста. Ну как-то до этого его от матримониальных планов бог миловал, а тут просто бес в ребро, шлея под хвост, седина в бороду и прочие признаки легкой невменяемости. Зачастил Ванька в филиал.

Каждый месяц на неделю-две самолетом туда и обратно. Ходит будто на работу, а сам только на Аньку посмотреть. С жильем никаких проблем даже гостиницы не надо у конторы в этом городе своих квартир на роту технических директоров вышло бы. Ходит Иван Михайлович, старое здание в центре города, памятник, между прочим культуры, там раньше то ли дом терпимости был, а потом райсобес, то ли наоборот – дворец, построенный Акинфием Демидовым во избежание семейных ценностей, а уж потом райком партии.

Вы кстати не знаете почему мыши культуру так любят в виде ее памятников? Тараканы еще, не говоря уже про клопов, встреченных мной как-то в гостинице Красная в Одессе. Хотя культурные насекомые практически повывелись, но млекопитающие мыши остались.

Ванька за полгода знакомства ни один клин к Анне подбить даже не пытался. Смотрел все. Пока до него не дошло, что смотри, не смотри, хоть насквозь глазами протри – ничего не изменится. Хоть в кино пригласить надо. Или лучше сразу в гости. В общем как получится, но что-то делать надо.

Случай помог. Зашел Ванька в бухгалтерию, по какому-то делу к главбуху, по-моему формы М-29 передать из сметного. Стоит около Аньки, мнется. И тут в комнату вылезает из норки мышь. Все как взвизгнут хором на шесть голосов, как подскочат. Кто на стул, кто на стол, а Анька со страху вообще на Ваньку вскарабкалась и на руках оказалась. Прогоните, говорит, мыша, пожалуйста, а то мне работать у вас на руках не удобно и вам наверное держать меня тяжело. Ваньке, конечно, не тяжело совсем, для него это сорок с небольшим килограммов счастья, для дурака влюбленного. Но мышь он прогнал, Аньку на место посадил и пригласил все-таки в театр завтрашним вечером.

Между прочим Иван Михайлович лохом-то совсем не был, поэтому включив остатки смекалки, составил план на завтра. И тут же начал его осуществлять. Для чего пошел в магазин и купил мышь. Вместе мышиным именем с клеткой и мышиной едой. Стоила мышь достаточно дорого, видимо потому, что ее звали Ферапонтом. Потом еды человеческой в ресторане на первом этаже своего дома заказал и всяких свечек для романтического ужина. Купил билеты в театр. С трудом, но их контора этот театр год назад отреставрировала и сдала. По плану Анна должна была испугаться мышонка, а Ванька ее успокоить:

- Спокойно, Аня, это Ферпонт, - и потом может быть поцеловать.

В общем, когда они с Анной из театра случайно зашли к Ваньке кофе выпить, то Анна первым делом почему-то увидела вовсе не свечную романтику, а мышь. И опять оказалась у Ваньки на руках немного повизгивая. Тут уж ни ей ни ему деваться некуда было, целоваться пришлось. Чисто чтоб соседей криком не разбудить.

И вот Иван Михайлович просыпается ближе к утру и Анны рядом не обнаруживает. Зато обнаруживает свет на кухне, где клетка с мышью осталась. Идет посмотреть, по дороге соображая, уж не приснилось ли ему это все. И видит на кухне Аньку в его рубашке, кормящую этого Ферапонта семечками. А может и Пантелеймона, я уже плохо помню. Но все хорошо кончилось, хотя они первого сына чуть-чуть Ферапонтом не записали, отговорили добрые люди.

49.

Вид спорта, делающий из мужчины бесстрашного героя.

Знакомый дал интервью одному телеканалу. Но, из-за ограниченности эфирного времени, самое интересное редакторы вырезали. А дело было так.

Он по профессии - спортсмен. Мастер спорта международного класса по плаванию на открытой воде. Как он честно признался, жену себе тоже выбирал немного помешанную на плавании.

Середина августа. Он принял приглашение на очередной турнир. Но проплыть дистанцию решил закованным в наручники. Наши, обыкновенные полицейские наручники.

Жена и говорит. Не отпущу! Ты у меня один, и, не дай Бог, что-то произойдет! На кого кого ты меня с ребенком оставишь?
Он говорит. Не переживай, я хочу, чтобы люди умели плавать и не боялись воды, я же тренер в конце-то концов.

Решили назначить друг другу встречу в бассейне, где тренировали параллельные группы. Вечер, он уже в плавках, с наручниками. Сидит, ждет жену с работы. Ведет занятие, слушает шуточки коллег о плавании в закованном виде.

Через полчаса приходит жена. Он прыгает в бассейн, проплывает метров триста в наручниках - глядь, а ее на трибунах нет. Через 100 метров, в купальнике она рядом. И понеслось... Каждые 10 метров. Милый, ты как? Милый, тебе не тяжело? Сколько еще плыть? Хочешь, покормлю? Устал? Как не устал? Почему не устал, уже три километра плывем!

Уж насколько он выдержанный человек, но на четвертом километре просто и тупо сказал: "Готов заковать себе еще и ноги, только возьми себе кляп, пожалуйста!"