Анекдот N 1192159

Экзамен по физике. Студент заваливает. Профессор, чтобы его вытянуть спрашивает: - Молодой человек, скажи мне, при какой температуре закипает вода? - Я не знаю, профессор. Но знаю лишь то, что при 40 градусах она превращается в водку!

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

знаю профессор вода закипает лишь превращается водку

Источник: sporu.net от 2023-4-30

знаю профессор → Результатов: 80


1.

Экзамен по физике. Студент заваливает. Профессор, чтобы его вытянуть спрашивает: - Молодой человек, скажи мне, при какой температуре закипает вода? - Я не знаю, профессор. Но знаю лишь то, что при 40 градусах она превращается в водку!

2.

На вступительном экзамене в професор спрашивает у студентки:

– В каком году началась вторая мировая война?

– Не знаю…

– Кто такой Ленин?

– Не знаю…

– Что такое КПСС?

– Не знаю…

– Откуда вы приехали?

– Из Урюпинска…

Профессор (со вздохом) ставя что-то в зачётке:

– Бросить бы все нах*й, и в Урюпинск…

3.

В параллель к ИСТОРИЯ №1115235

Учился я в одном из самых больших московских вузов .
Году в очень далеком, идёт экзамен по одному из основных профильных предметов специальности - принимает завкафедрой.
Профессор известен многим, но нельзя сказать, что про него везде пишут.
Это скорее всего потому, что ,как выяснилось только 25 лет спустя , наш завкафедрой был активным участником проекта по созданию водородной бомбы, систем наведения баллистических ракет, проекта повышения точности орбит космических аппаратов, включая полет Гагарина, видимо ещё много других интересных проектов,о которых ,возможно, ещё не время написать.

Сдать ему трудно - у студентов мужского пола профессор принимает по системе 2/5. Либо отвечаешь на 5 , либо идёшь на пересдачу. Девченок он жалеет - ставит , что заслужила, но уже по всему спектру.

Мучаются у него два одногрупника, причем один - представитель известной титульной нации, но перед поступлением сменивший фамилию на мамину, армянскую. Даже его , наверное , можно за армянина принять, в темноте.
Второй - сын генсека компартии одной довольно далёкой страны с американского континента. Парень хороший, но зачем он мучается у нас на специальности понятно не очень.

В какой-то момент Хосе говорит : "профессор, я прекрасно знаю ваш предмет, и он мне очень нравится, но я не очень хорошо знаю русский язык, поэтому мне тяжело предъявить мои знания".
Завкафедрой, продолжая что-то писать в своей тедради - " ну что же коллега (Он всех нас называл коллегами) . Раз вам так сложно по-русски - отвечайте на испанском. Поворачивается ко второму страдальцу, смотрит на него, в зачётку -"а , вы коллега , если испытываете сложности такого же плана, то можете на английском."
(Не подумайте ненужного - профессор явный представитель титульной нации).

4.

ЛЮБИТЕ ЛИ ВЫ ЛИМОНОВА?

В марте этого года умер Эдуард Лимонов, пожалуй, самый известный из рожденных на Украине русскоязычных писателей после Николая Гоголя и Михаила Булгакова. В 60-е мы оба жили в Харькове, но никогда не пересеклись. Он был старше и покинул этот город до появления общих (как выяснилось позже) знакомых. Впервые я услышал о нем как о поэте-брючнике, который эмигрировал в США. Услышал и забыл. А лет через шесть после моей эмиграции уж не помню кто дал мне его книгу «Это я - Эдичка». Не отрываясь, я прочитал ее с начала и до конца и сразу еще раз. К этому времени мы уже переехали в свой дом в штате Нью-Джерси, но воспоминания о Нью-Йоркском периоде американской жизни были еще свежи. Меня ошеломило с какой искренностью и откровенностью автор передал эмоции, которые испытывает любой новый эмигрант (если он, конечно, не бревно). Каждая строчка напоминала о тех невеселых днях, когда я снова и снова сходил с ума от вырванности из родной почвы, чужести почвы новой, разочарований после попыток применить прежний опыт к новой жизни и полного непонимания законов этой новой жизни.

Второй книгой Лимонова, которую я уже сам купил на Брайтон-Бич, была «Молодой негодяй». Она тоже произвела на меня сильное впечатление, хотя совершенно другого рода. Построением книга напоминала плутовской роман с мастерски размытой границей между вымыслом и реальностью. Действие происходило в Харькове, но не в абстрактном городе с названием Харьков, а в совершенно конкретном, верном в каждой детали. Узнаваемым было все: улицы, памятники, фонтаны, дома, рестораны и даже отдельные скамейки. Более того, все персонажи носили имена и фамилии конкретных людей, полностью соответствовали этим людям, и были описаны с беспощадным реализмом. Некоторых из этой публики я знал, о многих слышал. Всплыли в памяти даже те, кого не вспоминал много лет. В этой ушедшей, но вдруг воскресшей реальности язык персонажей, щедро сдобренный ненормативной лексикой, воспринимался совершенно органично и нисколько не коробил. Задумываться о художественных достоинствах книги мне даже не пришло в голову. Не задумываешься же об архитектуре дома, в котором вырос.

Под впечатлением от прочитанного я постучал в комнату моей мамы, которая жила с нами. С одной стороны мне искренне хотелось поделиться, с другой – немного ее потроллить.
- Мама, помнишь Сашу Верника?
- Конечно, помню. Черный, заикается, а что?
- Да тут есть одна книга из харьковской жизни. Не поймешь, не то воспоминания, не то роман. Среди персонажей много знакомых, в том числе Саша…
- А кто еще?
- Ну, дочка Раисы Георгиевны и ее муж. Да много кого…
- Оставь пожалуйста на журнальном столике, когда будешь уходить на работу!
Я оставил.

Вечером мама ждала меня на кухне. Глаза у нее горели.
- Господи, - сказала она, - ну и дрянь ты мне подсунул. После каждой страницы хочется встать и помыть руки.
- Ну и сколько раз ты мыла руки?
- Не нужно подшучивать над мамой! Прочитала достаточно, чтобы составить мнение.
- Обожди, ты же не можешь быстро читать, у тебя катаракта.
- Мне читала вслух Таня, - (Таня - мамина помощница по дому).
- Ну и как, Тане понравилось?
- Как могло ей понравиться, если там сплошной мат?! Она отказывалась читать, говорила, что не хочет пачкать рот.
- А ты?
- А я пообещала дать ей за чтение отгул. Литература есть литература. Из песни слов не выкинешь.
- Кого-нибудь узнала?
- Лучше бы не узнала. Эта несчастная Аня Рубинштейн. Я работала с ее дядей. Прекрасно помню, как она к нему приходила. Приятная культурная женщина. А этот гад вымазал ее грязью с головы до ног. А Нина Павловна, зав отделением, которую этот идиот опозорил на весь свет. Она училась с нашей Саррой в одной группе. Сарра всегда смеялась, что эта Нина тупая. Даже если и так, профессором стала она, а не Сарра.
Слово «профессор» мама произнесла c особым значением, так как любого носителя этого звания она по умолчанию причисляла к сонму небожителей.

В итоге выяснилось, что мама знает старшее поколение даже лучше, чем я младшее. С утра до вечера она перечисляла кто кому кем приходится, и возмущалась тем, что Лимонов всех оболгал.

Мама прожила долгую и трудную жизнь. В эту жизнь вместились гражданская война, Большой террор, Вторая мировая, эвакуация в сибирское село, смерть старшего сына, борьба с космополитизмом, очереди за едой, советская медицина, потеря всех сбережений в перестройку, и, наконец, смерть мужа, с которым прожила 61 год. Тем не менее, мама всегда оставалась оптимисткой, держалась в курсе последних событий и всегда имела множество знакомых, среди которых слыла светской дамой. Ко времени нашего разговора ей было 93 года. Она была в здравом уме, твердой памяти, ничем серьёзным не болела, но жутко страдала от утраты старых друзей и привычного образа жизни. Той жизни, где есть для кого одеваться и красить губы, где выходишь на улицу и встречаешь знакомых, где сегодня тебя приглашают на кофе, а завтра ты - на обед. «Молодой негодяй» вернул ее в потерянный рай, и этим раем мама меня основательно достала. Я подумал, что хорошо бы переключить ее на кого-нибудь другого, и пригласил гостей. А чтобы они точно приехали, – на плов.

Визиты наших друзей были самым большим праздником для мамы. Она занимала свое почетное место за столом и живо участвовала в общей беседе. У нее находилось что сказать по любому поводу. Вдобавок это «что» всегда было непредсказуемым и часто - забавным. Например, как-то она рассказывала о своей бабушке, которая дожила до 105 лет. На вопрос одного из гостей отчего же бабушка умерла, мама лаконично ответила: «От угара». Разумеется, она имела в виду отравление угарным газом, но молодежь, которой никогда не приходилось топить печь, таких терминов не знала. Одни решили, что речь идет об угаре хмельном, другие – что о любовном. Смеялись. Мама смеялась вместе со всеми. Человеком она была самолюбивым, но не настолько, чтобы напрягать приятное общество.

Нью-йоркские гости появились в доме в воскресенье. Как водится, сели за стол. После того как выпили по нескольку рюмок и утолили первый голод, за столом установилось относительное спокойствие. К этому времени мама уже выбрала достойного собеседника и поспешила начать разговор, который по ее замыслу должен был превратиться в общий:
- Владимир, что вы думаете о Лимонове?
Володя, музыковед, у которого в голове если не Стравинский, то Прокофьев или Шостакович, совершенно искренне спросил:
- Фаня Исаевна, а кто это такой?
Оттого, что выстрел пришелся мимо цели, мама разволновалась:
- Эх, - сказала она в сердцах, - вы, доктор наук, профессор, и не читали Лимонова?! О чем с вами разговаривать?!
И замолчала на несколько минут. Я думаю, этих минут ей хватило чтобы сделать важное заключение: раз о Лимонове не знает профессор, значит Лимонов не тема для светской беседы. Во всяком случае, больше мама о нем не вспоминала. Как я уже говорил, напрягать приятное общество было не в ее правилах.

Прошло, наверное, недели две, и я снова встретился с Володей, теперь на концерте его сына.
- Ты знаешь, - сказал он первым делом, - мне кажется, твоя мама на меня обиделась. Неудобно получилось. Я решил исправиться и прочитал этого «Негодяя» для следующего плова. Впечатление осталось крайне неприятное.
- Из-за мата?
- Да Бог с ним, с матом. Понимаешь, с одной стороны Лимонов строит из себя этакого Генри Миллера. Мол, нет у него ничего запретного и ничего он не стесняется. Но обсуждать табуированные в России темы избегает.
- Что ты имеешь в виду?
- Посуди сам, он описывает богему пусть провинциального, но полуторамиллионного Харькова. Персонажи – сплошные фрики. И ни одного гея и ни одной лесбиянки. Ладно, допустим, что они гении конспирации. Но поверить, что в этой гопкомпании не было ни одного стукача?! Что-то с этим товарищем сильно не так.
А ведь точно, подумал я, именно Генри Миллер. Мог бы и сам догадаться.

С тех пор интерес к Лимонову у меня угас и больше не возвращался. Но, узнав о его смерти, я машинально снял с полки «Молодого негодяя» с пожелтевшими уже страницами. Трудно поверить, но книга показалась мне совершенно новой, вроде бы я ее никогда не читал. Персонажи отошли на второй план. Они сохранили знакомые имена, но превратились в бледные тени с совершенно неинтересными мыслями и поступками. Зато на первый план выплыл быт, густой и телесный как украинский борщ с мясом. Здесь было все: где жили, что ели, что пили, во что одевались, как все это доставали, сколько зарабатывали, привычки, предрассудки… Раньше я его не замечал - уклад того мира был еще слишком привычным и не привлекал внимания. С годами, когда фокус сместился, быт обозначился и приобрел законченность исторического факта. Белинский когда-то назвал «Евгения Онегина» энциклопедией русской жизни. Можете со мной поспорить, но «Молодой негодяй» тоже энциклопедия жизни, советской жизни.

У каждого свой бзик. Я, например, люблю гадать по книгам. Обычно - по тем, которые читаю в данный момент. «Негодяй» для гадания был не лучше и не хуже других. Я задумал номера страницы и строки. Открыв, прочитал: «Анна запнулась. Эд, стесняясь, проглотил рюмку водки». Я не знаю, как поступил бы ты, мой дорогой читатель. Но я поставил перед собой бутылку «Абсолюта», усилием воли превратил ее в «Столичную» за 3.12, налил, пожелал мира праху Эдуарда Лимонова и выпил до дна.

Бонус: харьковские фотографии молодого Лимонова при нажатии на «Источник».

5.

Профессор студенту-лингвисту, валящему очередной зачет:

- Ну ладно, так и быть, скрепя сердце поставлю вам
зачет,если вы скажете мне, какие три слова наиболее
частоиспользуют студенты.

- Я не знаю.

- Абсолютно правильно! Давайте зачетку!

6.

Студент сдает экзамен по истории КПСС. Его спрашивают:
Кто такой был Карл Маркс?
Карл Маркс умер! Почтим его память минутой молчания.
Комиссия встала. Почтили.
А кто такой был Ленин?
Ленин умер, но дело его живет. Почтим память великого вождя минутой молчания!
Встали. Почтили. Профессор шепчет членам комиссии:
Ставьте ему тройку, а то сейчас заставит петь интернационал, а я только первый куплет знаю.

7.

Идет по институту студент, а навстречу ему бородатый профессор.
Извините, профессор, можно задать Вам вопрос?
Да, конечно.
Скажите, Вы, когда спать ложитесь, бороду под одеяло убираете или сверху кладете?
Не знаю, не обращал внимания.
Ну, извините...
Через неделю этот профессор, с мешками под глазами, встречает того самого студента, хватает его трясущимися руками за грудки и кричит:
Сука! Я из-за тебя неделю спать не могу: и так и так неудобно!!!

8.

Пару слов о философии.

Ведь говорил я ему тогда за завтраком:
«Вы, профессор, воля ваша, что-то нескладное придумали!
Оно, может, и умно, но больно непонятно.
Над Вами потешаться будут».
М. Булгаков «Мастер и и Маргарита.»

Весна 1983 года. Раннее утро. Подружка уехала на работу, я – домой. По дороге вспомнил, что мама просила заехать на рынок и прикупить продуктов. Скупился, иду потихоньку домой. День воскресный, народу море. Впереди меня идут две, довольно стильно для того времени, одетые женщины весьма бальзаковского возраста и очень оживленно беседуют. О чем могут беседовать идущие с рынка женщины? О ценах на продукты? Ничего подобного. О кулинарии? Опять не угадали. Неужели о политике и смерти Генерального Секретаря? И снова нет. Кто же мог подумать… О трансцендентальной аналитике Канта. Да я и слов то таких не знаю, несмотря на курс философии в университете, где я тогда учился. Минут через пять оживленная интеллигентная дискуссия быстро перешла в спор с оскорблениями и жизнеописанием настоящих и бывших заслуг оппонента. Постепенно страсти накалились и грянул бой. Удар женской сумочкой по голове был быстр и точен. Ответ не заставил себя ждать. Красивым, почти профессиональным движением мушкетера из сетки-авоськи был извлечен новый веник, аккуратно смочен и вымазан багнюкой в ближайшей луже и с размаху по физиономии – шлеп, шлеп, шлеп. Бам – это снова сумочка по голове. Шлеп – удар веником.

- Мужики, вмешайтесь, вы что не видите, бабки умом тронулись – верещала какая-то сердобольная женщина сельской наружности.

Народ с удовольствием смотрела на поединок, в толпе уже спорили на пиво.

- Вот эта в платочке с веником, посильнее будет, спорю на два пива.
- Не, в берете с сумочкой куда круче.

Но веселье быстро закончилось – женщины явно устали. Подошли вместе к колонке с водой, достали из карманов пальто платочки, смочили их и начали вытирать и приводить в порядок друг друга. Веник тоже был помыт и аккуратно запихан в авоську вместе с другими покупками. Женщины взяв друг друга под руку пошли вместе все также обсуждая Канта и его философию.

С тех пор прошло более трех десятков лет. Читаю новости.

«В Ростовской области философский спор закончился стрельбой. Двое мужчин, стоя в очереди за пивом, разговорились о творчестве и заслугах немецкого философа Иммануила Канта. В какой-то момент между ними возникло недопонимание, которое мужчины решили уладить силой. "Ростовчане решили разобраться, кто из них больший поклонник данного философа, бурный спор перерос в рукопашный бой. Зачинщик драки достал из кармана травматический пистолет и несколько раз выстрелил в своего оппонента, после чего скрылся с места происшествия", – сообщили в ГУ МВД по Ростовской области.»

https://www.vesti.ru/doc.html?id=1130545

Старик Иммануил будоражит сердца людей.

9.

Однажды в компании зашёл разговор о русской литературе. Один профессор с апломбом утвверждал, что произведение "Му Му" никто, кроме него, толком не понял, а в нём отражена вся русская литература.

Я у него спросил: "Ну а ты то, сам, читал это произведение, или просто просматривал хрестоматию?"
Он возмутился: "Да я его знаю наизусть!"
Тогда я задал вопрос: "А какой породы была собака?"
Он растерялся: "Ну, это не имеет значения..."
"В смысле? Может Му МУ была ротвеллером, рычала, кусалась? А Герасим всё-таки привязал на неё здоровую каменюгу, предварительно оглушив?"
Тогда он неуверенно промямлил: "Нет, ну понятно, что она была маленькой собачкой. Наверно дворняжкой."
"Всё таки не читал. У Тургенева ясно написано, что она должна была вырасти в собаку Испанской породы, то есть - Спаниэль!"

Когда он обиженно вышел из комнаты, друзья спросили меня: "Откуда ты это знаешь? Только не пробуй задвигать, что внимательно читал Тургенева!"

На что я с гордостью ответил: "Из сайта анекдот.ру!"

10.

Британские СМИ назвали популярный детский мультфильм «Маша и Медведь» инструментом «мягкой пропаганды» Кремля, сообщает The Times.
Издание отмечает, что избалованная девочка и медведь, символизирующий Россию, влияют на неокрепший детский разум точно также, как влияют на взрослых «российские пропагандистские каналы» вроде RT. В статье профессор Энтони Глис из Университета Букингема, эксперт по разведке, называет главную героиню Машу «злющей и противной».

«Машу и Медведя» неоднократно обвиняли в пропаганде. Ранее на подобные темы высказывались эстонские, украинские, литовские СМИ. При этом все видели в главной героине себя, «вынужденных обращаться за защитой к большому медведю».
В июле 2017 года на Украине предлагали запретить российский мультфильм, назвав его пропагандистским медиапродуктом. Там тоже посчитали медведя символом Москвы. При этом в стране обратили внимание, что зверя показывали большим и сильным, безнаказанно захватывающим чужое имущество, землю и дома. По их мнению, мультик навязывал детям положительный образ России, что являлось «крайне опасным для безопасности Украины».

Вот скажите мне - "Эстония, Украина, Литва", ... Британия - это не похоже ли в данном контексте на перепись идиотов? Но отвечайте, пожалуйста, только те, кто просмотрел со своими детьми или внуками хотя бы одну серию. Тех, кто не смотрел, но и так знает - прошу не беспокоиться, их мнение о себе я и так знаю.

11.

Я тут в режиме диктофона, просто понравилась история с дружеской пирушки. Лучший друг именинника рассказывает о нем же:

- Девушки, я дико извиняюсь. Желающие могут зажать уши. Или вообще удалиться в сад. Я собираюсь выразить невыразимое. Так что слова будут разные. Ну что, все вышли? Тогда поехали! Однажды мы с ним напились до зюзей злоебучих. Просто по неопытности. Повод был больно уж достойный - Володя сдал последний гос! (перевод - последний из гос. экзаменов МГУ). Ну, мы и хряпнули от души. Хорошо посидели. Галдим себе, а я с ужасом отгоняю мысель - завтра же мой собственный экзамен!

Дальше ничего не помню. Проснулся утром по будильнику. Оглянулся - ура, я по крайней мере в своей квартире. Но мне .уево! Мне очень .уево!!! А время жмет. Мучительно страдаю, мечусь по хате, одеваюсь. Костюм, галстук, шпоры, все дела. Вроде должен успеть. Но что толку? Башка - она ж раскалывается! Как я буду сдавать экзамен с такой башкой?! Она пуста! Блять, пять лет учили долбоеба в лучшем вузе страны! А в этой башке в самый решительный час - одна только боль! Жуткая боль! И ничего больше. Будь проклята эта водка!

И тут звонок в дверь. Кого там к черту принесло? Опаздываю же! На ходу застегиваю штаны, прыгаю к двери, яростно распахиваю. А на пороге этот красавчег - Вова. С подносом в руках. На нем - два бокала для шампанского. В них огуречный рассол доверху. Как вишенка на торте - в каждом плавает огурчик. Рядом - два запотевших, крошечных мерзавчика. И пачка жвачки. Одна.

Я - оуел. Он глянул на мою морду мельком и прогудел добродушно - одна, потому что мне это уже не нужно. А свою ты жуй всю дорогу. Ну, кушать подано, барин!

И знаете, ребята.. Я не понимал даже, как выразить свои чувства.. (тут он стал немножко заикаться, вырезано внутренней цензурой) Это было, блять, как будто дружественные инопланетяне прорвались-таки к нашей скорбной планете Земля и надавали-таки вовсю звездюлей вражеским. Салют, все ликуют. Но в тот момент я вообще был неспособен мыслить в таких категориях. Простонал вот что:

- Бля, Вова! Ты - А-ХУ-ЕННЫЙ! Ты бы знал, как мне плохо!
Вова хмуро:
- Мне тоже. Я ж даже отхлебнуть не успел. Мчался, боялся не успеть. Ну, грянем!

Грянули.

И знаете, это оказался лучший мой экзамен. Обычно я волновался страшно. Полночи не мог уснуть. Даже снотворное не действовало. Являлся на экзамен измученный, пугался и путался на простейшем. А тут - я был в ударе! Абсолютная память во мне, наверное, проснулась. Прямое подключение к астралу. Что ни спросит меня мой профессор, так я не только сам ответ знаю, но и минуту помню, когда он это объяснял - где поперхнулся, где мел опять уронил.

Меня распирала радость - я стал сверхсуществом. Но, как умное и добродетельное сверхсущество, свой апломб сдерживал. Старался отвечать скромно и вежливо.

Когда закончил, просто гробовая тишина настала.
Наконец слово взял мой профессор. Сказал задумчиво:
- Знаете, мне всегда казалось, что этот студент слушает мои лекции вполуха. Надо же, бывают случаи, когда ты рад, что ошибся. С годами всё более прихожу к выводу, что главное, о чём наш университет - это вовсе не зазубренные знания, хотя они и нужны. И даже не навыки критического мышления, хотя они тоже необходимы. Главное - что мы из бог весть чего создаем Личность, способную творить чудеса. А это в нашей работе - самое главное. Садитесь, Владимир Иванович. Уважаемые члены комиссии, у меня нет больше слов. Предлагаю просто поблагодарить этого студента аплодисментами.

И тут Силы Добра покинули меня. Астрал выполнил свою миссию и отключился. Я шел на ватных ногах к своему месту, и голова моя опять была пуста. Там стучала одна только мысль - по имени-отчеству я был назван впервые в жизни. Я сдерживался, но слезы на глазах просто шипели. Испарялись сразу, не реветь же мне в зале. А вслед мне звучали жидкие аплодисменты комиссии.

Это была одна из лучших минут моей жизни. Но никто больше не заставит меня допиться до такого состояния. В астрале, похоже, много диковинного скрывается. Но да ну его нафиг, с такими бодунами.

12.

К истории №961895 от 29 июля про доктора Мокрика

У меня не зазвонил телефон
Владимир Либман
В Советском Союзе обычный человек становился в очередь, когда рождался. И уходил из очереди, когда умирал. Получения квартиры надо было ждать 20-30 лет, а установки телефона не менее двадцати. В итоге лет в 50 после этого стояния ты получал квартиру с телефоном…
Мне повезло: я получил квартиру через неделю после свадьбы. Но телефона не было, хотя телефонная станция была в соседнем доме.
Через 15 лет очереди на телефон, ко мне пришел человек, увешанный проводами, с чемоданчиком слесарного вида.
Я мирно сидел за шахматами с соседом, удивительным доктором, детским пульмонологом, профессором Мокриком*/. Пишу о нем просто потому, что очень приятно его вспоминать! Это был потрясающий доктор! Из тех чокнутых, которые составляют славу медицины!
Жена печатала ему статьи, лекции, а он любил поиграть со мной в шахматы… Он был уже немолодой человек, говорил только по-украински. Бывало, звонил в дверь часа в три ночи, и говорил:
-Наташа вдома?
-Сейчас пойду, проверю, - бормотал я угрюмо, - может быть, и дома…
-Слухай, рідненька, - говорил он Наташе, - я улітаю в Чернівці, Але у мене о восьмій лекція. То ж ти надрукуй до шостої.
-Как же Вы так быстро?
-А там роботи не багато: дитинка вдихнула копійку, а вони не можуть витягнуть з легень. То я витягну і прилечу. Там роботи в мене на кілька хвилин... А літак на мене вже чекає.
Конечно, Наташка не была счастлива от ночного печатания, но такому человеку нельзя отказывать! Грех!
И мы чувствовали свою причастность к богоугодному делу.
Женат был доктор Мокрик на очень красивой молодой женщине лет на 30 его младшей. Статная круглолицая, большегрудая, улыбчивая украинка. Я, всегда, когда встречался с ней, чувствовал волнение, которое невозможно было утихомирить ни одним из „гражданских” методов...
Они родили себе такую же, как она, девочку. Нет, я не имел отношения к этому. Не имел! Хотел, но не имел. Мы же с ним играли в шахматы и выпивали! Как же?
Мокрик был молчун, но, когда говорил, то было понятно, что он яркий человек. Этому способствовали его украинское происхождение и ураїнська співуча, люба моя, мова.
Однажды, когда я показал ему своего племянника, у которого прорезалась аллергия, он долго, молча его прослушивал, потом еще долго пребывал в сомнамбулическом состоянии, думал, а потом дал рекомендации... Мой шурин гордо сказал:
-Он, профессор, очень успешно занимается боксом. Можно ему это продолжать?
-Він у Вас негр чи кубінець? Що це за спорт для інтелігентної людини?
Бокс тут же потерял своего лидера...
И вот в нашу спокойную воскресную жизнь, когда мы пытались разыграть очередную защиту Тарраша, сразу перераставшую в продолжение Капабланки в партии с Алехиным, в двери появился телефонный монтер.
Дело было в воскресенье, 31 марта, то есть, в конце квартала.
Монтер сказал:
-Хозяин, мне Начальник дал указание поставить телефоны срочно! АТС не выполняет квартальный план. Вам повезло! У нас аврал.
-Ну, тогда ставьте. Хотя я 17-й по дому в очереди, - с недоверием сказал я, глядя на доску (сделал Мокрик уже ход или нет?).
-А там как раз 17 телефонов!
-Ну, тогда, действительно, – повезло. Ставьте!
-Будет стоить 100 рублей.
-Как это 100 рублей? Я знаю цены: 25 рублей.
Начался торг.
Наконец, он сказал
-Я могу взять Фейхтвангера…
-Нет, лучше я заплачу 30 рублей!
Торг продолжался долго. Мастер уходил, приходил, обижался, нервничал… Мы с Мокриком сыграли уже не одну партию… Остановились на 30 рублях, включавших в себя и телефонный аппарат.
В это время пришла домой жена.
Она, когда узнала, что ставят телефон, совершенно обалдела от счастья! Начала делать не координированные движения, тяжело дышать от волнения.
К ее приходу торг закончился, а я, уже при ней, попросил у монтера документы…
Тут монтер вскипел! Нет, так нет! Я ухожу! Он понял, что жена не даст ему уйти! Так и случилось! Они вместе напали на меня! Какие документы, когда операция серая! Не надо документов, квитанций- шмитанций… Не-на-до!
Конечно, у моей жены ломило пальчик: так хотелось позвонить девкам и сказать: «Девки! У меня теперь есть телефон! Потреплемся»!
Мастер поставил на пианино аппарат, а проводки от него проложил по плинтусу до входной двери. Дальше он протянул провода до коробочки в коридоре, и они исчезли в мировой телефонной паутине.
-Завтра до обеда будем подключать, - сказал мастер, с тоской глядя на полное собрание сочинений Фейхтвангера. А я подумал, что приятно иметь дело с интеллигентным человеком.
Понимая торжественность момента, Мокрик застенчиво ушел. Он хорошо знал, чем должна заканчиваться радость женщины… по поводу установки телефона! Впрочем, и по любому другому поводу.
Но закончилась она не только так, а еще и традиционной победой жены в споре, кто останется завтра до обеда дома…
Я через соседа-сослуживца радостно передал начальнику, что завтра меня на работе не будет по причине установки телефона. Начальник всегда бывал рядом в беде, но всегда жутко расстраивался из-за радости ближнего! Увы, грустить и злиться ему пришлось недолго, но какова же была радость, когда...
Я до обеда просидел дома! Потом пошел на АТС...
Следователь сказал мне, возвращая заявление:
-Не делай мне проблем! Встретишь его – дай по морде! А вообще-то, за тридцать рублей получить урок – не дорого! Да, у тебя еще и аппарат остался. Правда, ворованный…
Много лет после этого я вглядывался в толпу.
Ах, если бы урок пошел впрок…
*/ Светлая ему память, другу моему Мокрику, великому доктору, которого сгноила советская власть. Ему инкриминировали получение взятки, в размере четырех кур. Этих злосчастных кур привезла из деревни какая-то мама, которой он спас ее сына... И дала она кур не ему, а его жене, Галочке, когда его не было дома. Его посадили в тюрьму, и где во время следствия он и умер.

13.

Идет экзамен.Студент садится к профессору и говорит: Давайте так,я совсем не готов к экзамену,я вам загадку загадаю:отгадаете-ставте мне двойку и я ухожу.А если не отгадаете,тогда уж,извольте,пятерочку! Ну так и быть,загадывай. Что такое?Законно но нелогично.Логично но не законно.Незаконно и не логично. Профессор долго размышлял,но так и не разгодал.Поставил студенту пятерку.Садится к нему следующий студент: Ты готов сдавать экзамен? Да А давай я лучше загадаю тебе загадку? Можете даже не говорить какую,я уже знаю ответ!Вот смотрите,у вас есть молодая жена-это законно но не логично!У нее есть молодой любовник-это логично но незаконно!А сейчас он вышел от вас и получил пятерку-это незаконно и нелогично!!! anekdotov.net

14.

Переводчик-то я переводчик, но много лет, пока жизнь не повернулась совсем в другую сторону, была ещё и преподавателем. Ну, если не так серьёзно - просто учителем английского языка. И конечно, за эти годы накопилось у меня множество учительских историй. Тем более, что начала я кого-то чему-то учить очень рано. А именно, в семнадцать лет, как только окончила школу и стала студенткой.

Жили мы тогда с мамой довольно скудно. Мама-учительница давала частные уроки английского языка, сколько я себя помню. Приходила домой из школы и начинала вторую (а то и третью) смену. А тут и я подросла - всё-таки английская спецшкола за плечами, студентка иняза, почему бы и не попробовать? И маме помощь, и мне заработок, да и практика - с этой специальностью ведь всё равно когда-нибудь придётся преподавать.

К моему удивлению, ученики появились довольно быстро. И почему-то почти все они были третьеклассниками. Разобравшись в ситуации, я поняла, что это были, как правило, дети офицеров, которых недавно перевели служить в наш город. Родители хотели отдать их в английскую спецшколу, и английский следовало подогнать. После четвёртого-пятого класса на это обычно уже не решались (слишком много пришлось бы догонять), а третьеклассникам - в самый раз.
Все мои третьеклассники были очень милыми человечками, учила я их с удовольствием и вспоминаю с улыбкой.

Но этот мальчик мне запомнился особо.

Новый ученик. Симпатичная интеллигентная мама. Сынок - пшеничный блондинчик с не совсем обычным именем Мирослав. Дома зовут Мирек. Польские корни? Да нет, русский мальчик, с очень русской фамилией.
- Ну,что ж, Мирек, будем знакомиться. Чем ты увлекаешься? Что любишь делать? Читать? Что ты читаешь?
- Мне нравятся книги по военной истории, - отвечает мне Мирек, - Вот сейчас, например, читаю историю наполеоновских войн Тарле...

История наполеоновских войн. Тарле. Третьеклассник. Ещё даже не совсем третьеклассник. Сейчас лето, и он только перешёл в третий класс...

- И знаете, я обратил внимание на один интересный момент. У других авторов...

Так, Мирек явно вознамерился прочитать мне лекцию. Хорошую лекцию, между прочим, со знанием дела, с пониманием предмета, со сравнительным анализом… Язык у него, как у профессора. Солидность и рассудительность далеко не детские. Общее развитие - поражает. Начитанность - зашкаливает. Господи боже мой, да что же мне делать с этим вундеркиндом?!

Что делать, что делать... А то и делать! Его зачем ко мне привели? Заниматься английским языком? Вот и будем заниматься. Только надо себе сразу уяснить: это - не ребёнок. Он может и выглядит как ребёнок, и роста маленького, и голос у него детский, но этот мальчик, пожалуй, постарше меня будет. Значит, решено - всё, как со взрослым.

Занятия у нас получаются странные. У моего нового ученика какая-то совершенно бездонная память и невероятная обучаемость. Мирек несётся вперёд, заглатывая материал огромными кусками и все мои попытки "повторить" и "закрепить" пресекает на корню.
- Зачем тратить время? Я это уже знаю.
- Мирек, - пытаюсь я его придержать, - в языке так нельзя. Это не математика, где "уже понял, можно идти дальше". Это как музыка, как танец - нужны упражнения, навыки нужно закреплять, отрабатывать, доводить до автоматизма. Понимаешь?
- Да, - отвечает Мирек, - но я это уже знаю. Проверьте.

Пару раз я действительно проверяю, потом, махнув рукой, сдаюсь. Знает. Действительно знает. Если Мирек говорит, что он знает...

Программу первого класса мы одолеваем за неделю. Ещё за две-три недели (при всех моих отчаянных попытках замедлить процесс, дать дополнительный материал и т.д.) заканчиваем и второй класс. После этого я звоню его маме и говорю, что как мне ни жаль терять такого ученика, мои уроки ему больше не нужны. Мирек спокойно может идти в третий класс. (Ох, боюсь я, что он и в десятый может идти, правда, неизвестно, что у него там с точными науками...) Мама Мирека мне не верит. Мы занимаемся ещё несколько недель, забегаем уже довольно далеко (то ли в четвёртый класс, то ли в пятый) и расстаёмся, вполне довольные друг другом.

Какое-то время я ещё слышу что-то о Миреке от моих бывших учителей : “… делает такие доклады по истории! какая речь! какая эрудиция!.." А дальше - учёба, работа, новые ученики, новые события, и я окончательно теряю его из виду.

А потом проходит целая жизнь. Мир изменяется до неузнаваемости, и в нём появляется такое чудо, как Интернет. И в какой-то момент, разыскивая давно потерянных знакомых, друзей, одноклассников, соседей, я решаю попробовать узнать - а как там Мирек? Нахожу я его легко - так, российский военный историк и писатель, ага, кандидат исторических наук, угу, полковник, автор многих книг военно-исторической тематики. (Рано же он выбрал себе профессию. Счастливый человек!) Ну, в "тематике" его я ничего, конечно, не понимаю, но на одном из форумов нахожу аргумент участника: "... это утверждает сам Мирослав Эдуардович, а он, без сомнения, знает.." Вот оно как! "САМ Мирослав Эдуардович".

А у меня перед глазами тот маленький профессор: "Это я уже знаю!"
Просто страшно себе представить, сколько всего Мирек знает сейчас!

15.

Идет экзамен.Студент садится к профессору и говорит:
Давайте так,я совсем не готов к экзамену,я вам загадку загадаю:отгадаете-ставте мне двойку и я ухожу.А если не отгадаете,тогда уж,извольте,пятерочку!
Ну так и быть,загадывай.
Что такое?Законно но нелогично.Логично но не законно.Незаконно и не логично.
Профессор долго размышлял,но так и не разгодал.Поставил студенту пятерку.Садится к нему следующий студент:
Ты готов сдавать экзамен?
Да
А давай я лучше загадаю тебе загадку?
Можете даже не говорить какую,я уже знаю ответ!Вот смотрите,у вас есть молодая жена-это законно но не логично!У нее есть молодой любовник-это логично но незаконно!А сейчас он вышел от вас и получил пятерку-это незаконно и нелогично!!!

16.

Студент сдает экзамен по истории КПСС. Его спрашивают: Кто такой был Карл Маркс? Карл Маркс умер! Почтим его память минутой молчания. Комиссия встала. Почтили. А кто такой был Ленин? Ленин умер, но дело его живет. Почтим память великого вождя минутой молчания! Встали. Почтили. Профессор шепчет членам комиссии: Ставьте ему тройку, а то сейчас заставит петь интернационал, а я только первый куплет знаю.

18.

На экзамене:
- Профессор, я не знаю ответ ни на один вопрос билета, поставьте мне двойку, меня призвовут в армию в горячую точку и там убьют и только папа с мамой будут обо мне плакать.
- Вы уж так не огорчайтесть, я вам поставлю троечку.
- Профессор, из-за тройки я не получу стипендию, мне не на что будет пригласить мою девушку в кино, купить лекарства бабушке с дедушкой, нет, я не могу так больше жить.
- Хорошо, я вам поставлю четверку.
- Профессор, спасибо, дайте пять!
- Пять? Наглец, получи свою пятерку и чтобы я тебя больше не видел.

19.

Спят котята, спят мышонки, спит летящий астероид. В теплых складочках мошонки спит смешной сперматозоид. Спит под шкафом таракашка, спит алкаш, усевшись в лужу. Спит в животике какашка, не желает лезть наружу. Спит министр бородатый, спит профессор, спит убийца. Спят, прижавшись, мама с папой, впрочем папа шевелится. И от каждого движенья мама хрюкает во сне. Спит таблица умноженья, спит картинка на стене. Спят клопы, прижавшись кучкой, дремлют вошки в волосах. Только маленькая штучка все не спит в моих трусах. Как мне быть? Не знаю даже, хоть ложись да помирай! Я головку ей поглажу: "Спи, малютка, баю-бай!"

20.

Урок

Мой отец учился в конце 1960х в МИСИСе. Ясное дело там была военная кафедра, готовили будущих офицеров-танкистов. Не знаю как сейчас, а тогда, отец говорит, гоняли курсантов во время кафедры не на шутку и учения бывали очень серьёзные. И вот во время каких-то учений был сложный переход, потом куча каких-то заданий, потом ещё чего-то. Все курсанты вымотанные до нельзя, в глазах аж темно, а просвета не видно.

И надо было их обычному преподавателю куда-то отлучиться. Надо сказать что их обычный препод с кафедры был такой военный профессор, академию закончил, супер-дупер важный дядька. Теорию знал на пять и умные фразы говорил. Взамен над их группой принял коммандование другой преподаватель, Александр Петрович Оськин. Знаменит Александр Петрович был на весь институт (да и пожалуй на всю страну) хотя бы тем что в 1944-м он первым подбил "Королевский Тигр".

Он посмотрел на измотанных курсантиков и сказал "Теперь мы будем изучать практическое преодоление водных преград. Всем раздеться." и сам разделся. А потом заорал "на штурм... Айда в реку." И побежал со всеми купаться. Час купания в реке, и весь состав был бодрым и весёлым. Как будто заново родились. Все остальные задания закончили чётко, на ура.

А под конец дал будущим офицерам лучший урок за все годы военной кафедры, и всего одной фразой - "Солдата, братцы, понимать надо."

Что ещё можно сказать? Пожалуй нечего.
Достойный был человек.

21.

Довелось мне как-то "пеленгами" поторговать, это российские уоки-токи такие, появившиеся на заре дикого капитализма, сразу после распада СССР. До сих пор с удовольствием об этой авантюре вспоминаю.

Дело было в 92 году. Идея спекуляций тогда просто висела в воздухе, с ней носились все. И вот как-то, прихожу на родной химфак казанского университета, ко мне подбегает наш сотрудник, и с безумными глазами рассказывает о том, как выгодно он продал пару "пеленгов" в Ленинграде.

Ееее, "с выгодой"! Посыл я получил сразу.

Пару слов о самих "пеленгах". Это были мини-радиостанции, продукция соседнего зеленодольского завода (Зеленодольск - город-сателлит Казани). Работали эти "радиостанции" метров на сто, не больше, то есть проку от них не было никакого, докричаться на таком расстоянии и так можно. Но! В Ленинграде ведь берут, мне ж сотрудник наш так сказал!

И я с этой абсолютно безумной идеей прибежал к своему другу и коллеге по фехтованию, Олегу. Олег был фарцовщик тертый, но немножко не от мира сего. На поездках по соревнованиям в Польше он уже скопил изрядный капитал, почти тысячу долларов, и собирался брать машину, но то, что имелось в предложении за эти деньги, его не устраивало. Поэтому меня он поддержал сразу и безоговорочно, и всю эту тысячу мне тут же вручил для обмена на рубли.

Барыг-валютчиков среди знакомых у меня хватало, и буквально через пару часов я завалился к Олегу уже без долларов, но с баульчиком, набитым ими, законными средствами платежа на территории Российской Федерации. По выгодному курсу поменял, то-то этот болван тогда обрадовался.

Теперь, значит, надо брать "пеленги".

Где брать? Магазинов с радиотоварами в Казани тогда было немного, обзвонили мы их быстро, договорились об имеющемся в наличии продукте, и скупили все, потратив на это примерно сотню долларов.

Отлично, сто долларов на мусор мы спустили, но куда девать оставшиеся 900?

Олег идеей разродился сразу: "а чего" - говорит, - "нам на сам завод в Зеленодольск не позвонить?" И тут же и позвонил. В запасе на заводе никаких "пеленгов" не нашлось, но пообещали, что их для нас настряпают в кратчайшие сроки. И, действительно, настряпали. Примерно треть была неработающей, о чем нас честно предупредили, но мы выкупили все - на 825 долларов. На оставшиеся 75 мы купили сигареты Данхилл с белым фильтром (где-то такой выброс случился), и со всем этим добром поперлись в Ленинград.

К нам присоединился мой однокурсник, Женька. Не по коммерческим делам, а родню проведать в Питере, там у него тетка жила, ну и вообще прошвырнуться.

И вот, приезжаем с утречка на Московский. Два придурка и один к ним присоединившийся. Точнее так, два придурка, один присоединившийся, и три чемодана размером с придурков, туго набитые "пеленгами". Осчастливливать северную столицу явились, значит.

С делами решили не затягивать, и сразу поперлись на рынок. Это мы с Олегом, в смысле, поперлись, Женька, как единственный в своем уме, к тетке поехал.

Вот, убей бог, не помню я название того рынка, наверное "Удельный", я просто не помню точно. Но выглядел этот рынок абсолютно как "поле чудес" в той самой известной стране, где из золотых монет деревья растут. То есть, это было бескрайнее унылое полуболото под таким же унылым небом. На поле хаотично колготились торгующие бог знает чем, и покупающие бог знает что. "Пеленгов" среди ассортимента барахла, правда, не наблюдалось, что нас с Олегом несколько приободрило.

Мы раскинули свои чемоданы посреди более-менее мелкой лужи, и принялись торговать.

Первые два часа дела у нас шли хорошо. В смысле, они шли хорошо как у Буратины, который только-только свои монетки посадил: нашими "пеленгами" никто не интересовался, правда какой-то грузин обратил внимание на Данхилл.

- Филтыр красний, да? - спросил он.
- Нет, белый, - с достоинством, как и положено коммивояжерам, ответили мы хором.
- Два тагда дай, - сказал грузин. - А это у вас щто? - спросил он, разглядывая как таракана "пеленг".
- А это "пеленг", - все также хором ответили мы. - Это радиостанция такая, по ней разговаривать можно.

Как по "пеленгу" разговаривать можно, мы тут же продемонстрировали, но то шипение, что нам удалось извлечь из окаянных коробочек, почему-то грузина ни в чем не убедило.

- Гаварыт далеко? - посомневался грузин.
- Да, далеко, на сто метров! - жизнерадостно сообщили мы.
- Нэт, сто метров это нэдалэко, - попрощался с нами грузин.

Становилось ясно, что без каких-то кардинальных действий торговля не задастся. Кардинальные действия были произведены: на выручку с Данхилла мы купили у какой-то тетки пива, которое тут же и выбуздыряли. Утолив жажду и несколько приободрившись, мы решили, что наши "пеленги" вовсе не на сто метров берут, а может даже на все двести, а то и триста. Олег, известный креативщик, решил этот прогресс в области радиотехники разрекламировать, и соорудил из подручных средств плакат: "Военная радиостанция Пеленг - берет на 300 метров!" Потом подумал, жирно зачеркнул цифры "300", и написал снизу словами: "На пятьсот".

После такого творческого апгрейда "пеленгов" торговля у нас пошла живее: люди стали к нам подходить, да и то, в те времена ведь идиотов парами не так часто еще показывали. Короче, к вечеру мы продали пар пять, что соотносилось с общим объемом закупленного товара примерно как чайная ложка с кастрюлей.

Олег почему-то приуныл.

Я, честно говоря, тоже. Хоть деньги были и не мои, но работали-то мы на условии, что все - и выручка, и потери пополам. А пятисот долларов у меня не было, от слова совсем.

Но ни теряться, ни подавать вида, что что-то идет не так, ни в коем было случае нельзя.

Поэтому я со всей дури ебнул Олега по плечу, и объявил:

- Да кто при такой погоде что у нас с тобой купит? Поехали в Москву, там теплее!

А тут и Женька подтянулся. Так что упаковали мы свои чемоданы, и двинули в первопрестольную.

В поезде на Москву, главным образом для того, чтобы сбить Олега с унылых мыслей, я принялся разрабатывать генеральную коммерческую стратегию: "дескать, давайте так - двое продают, а один вроде как приценивается, а заодно и товар нахваливает..."

Олег взбодрился: "А что, мысль!", - говорит. "Только антураж навести нужно, чтоб поверили."

На том и договорились. По приезду в Москву, мы с нашими чемоданами пришли к Гуму, Женьку оставили покараулить на улице, а Олегу приобрели белый пиджак с такими же белыми штанами, которые он тут же на себя и напялил.

Где и как торговать в Москве нам было неизвестно, поэтому далеко мы никуда не пошли: встали в каком-то подземном переходе за музеем Революции среди толпы таких же коммерсантов, торгующих бог знает чем.

Встали я и Женька. А Олег пошел на первый круг в роли покупателя-зазывалы.

Толкотня в том переходе была дикая, просто столпотворение. И вот этот момент надо было видеть. Мы с Женькой, разложив "пеленги" на газетке, стоим, прижатые толпой в угол, и вдруг к нам подходит ОН.

Олег был великолепен, и ничем не отличался от Остапа Бендера. Как он умудрялся идти такой вальяжной походкой в этой толкучке, я не знаю, но у него получалось.

И вот, первый заход:

- А что это вы тут такое продаете? - спрашивает Олег.
- Это, молодой человек, "пеленги", военные портативные радиостанции, улучшенный аналог западных Уоки-Токи - отвечает Женька, картавя и интеллигентно поправляя очки.
- Да, я слышал о них, - хорошо поставленным опереточным баритоном гласит Олег. - А далеко ли они работают?
- От пяти до десяти километров, - сообщаю я.
- А сколько стоит? - интересуется Олег.
- Восемьсот рублей пара, - делюсь я ценной информацией.
- Так дешево?! - изумляется Олег, - Тогда заверните парочку...

И тут толпа озверевает. Натурально, без всяких дураков. Нас обступают, начинают лапать "пеленги", кто-то под шумок пытается спиздить парочку, что немедленно пресекает бдительный Женька...

За первые полчаса мы продали двадцать пар, за вторые - сорок. Через два часа у нас не осталось ни одной работающей пары, но по-прежнему оставался один чемодан брака.

Надо сказать, что во время торговли Олег не забывал нас с Женькой снабжать пивом, поэтому дальность действия наших "пеленгов" постоянно увеличивалсь, благо, проверить их в подземном переходе было негде, а также увеличивалась и цена.

К часу дня у нас уже не было ни одного работающего аппарата, но зато был здоровый мешок денег, и оставался чемодан брака. Парочку "пеленгов" у нас все же спиздили, но мы не сильно из-за этого расстроились.

А вот с браком расставаться не хотелось, уж больно хорошо торговля шла. Олег нашел решение моментально, и прямо на месте. Он пошнырял вокруг, обнаружил какую-то контору, в которой имелось самое на тот момент для нас главное - транзисторы, паяльник, канифоль и припой.

Заплатил в той конторе пятихатку какому-то дяденьке, и получил за нее рабочее место сроком на три часа. С паяльником лучше всех из нас троих управлялся я, поэтому торговля осталась на Женьке и Олеге, а я принялся чинить.

Никогда в жизни я не паял так быстро. На одну коробку у меня уходило от силы пару минут, потом, когда приноровился, дело пошло еще быстрее.

К семи вечера мы распродали все. Пару десятков абсолютно непочинябельных "пеленгов" мы впарили какому-то барыге, который очень впечатлился нашим успехом, за полцены. Полцены в данном случае означает триста процентов того, во что они встали нам.

Заработали нехило, чистой прибыли было больше 3 тысяч долларов. Это все, за вычетом расходов на пиво, мы честно поделили на троих.

Я свои деньги грохнул на День рождения, на котором очень близко подружился со своей бывшей одноклассницей. Сейчас эта одноклассница - мать моего сына, а по совместительству - моя жена. На следующий год у нас с ней серебряная свадьба.

А вот Олег, болван, машину так и не купил. Вместо этого он все кровно заработанные потратил на собственную свадьбу с девицей, которая на тот момент являлась его ангелом, и вообще самой прекрасной женщиной на земле. Я аж даже позавидовал тогда, что он такое сокровище в этой своей Наташке разглядел.

Через два года Олег развелся, получив со сдачи дочку, в которой он, правда, души не чает.

Дочка эта, кстати, недавно сама замуж вышла.

А Женька, ну что Женька? Живет в Бостоне сейчас, профессор. Мы с ним перезваниваемся, иногда друг друга навещаем. И когда напьемся, с удовольствием вспоминаем наши "пеленги".

22.

Если кто не в курсе, то практически все депутаты да министры имеют ученые степени. Как они этого добивались, я, иногда, знаю, а, чаще, не знаю. Но, иногда, им кажется, что они ещё и профессора. Некоторым мерещится, что "проффесора", но не будем придираться к бывшим воришкам. Но для этого надо, хотя бы иногда, читать лекции. Один такой профессор как-то появился перед студентами. Выглядело это так:
-Тема моей лекции-"...". Передаю слово ведущему специалисту по этой теме-профессору ***.

И был таков. Больше его студиозы не видели. Болел, наверное.

23.

Don't give up.

Что я все о бандитах и жуликах-то? Пора рассказать и о порядочных людях. Врачах, например.
С Максом я познакомился в Крыму-куда сдернул сразу после дембеля. Ну почти сразу.
Сначала продал наворованное в Армаде вероятному противнику(писал уже об этом)- а потом уже поехал отдыхать от трудов праведных.
Вообще первую неделю не помню. Оно и понятно: дембель с деньгами в крымском пансионате, набитом под завязку скучающим бабьем-это просто гимн плодородию. Памятник приапизму. Совавшийся с цепи кобель рядом со мной был бы примером целомудрия. Днем я зычно созывал самок криком молодого аморала, вечерами на дискотеках куролесил на выгнутых пальцах, выплясывая с ножом в зубах замысловатый танец полового влечения, а ночами не спал вообще. То есть совсем.
Отсыпался поутру на пляже-по три часа в день. Я купался в лучах славы некрупного злодея с замашками нравственного дегенерата.
Администрация поначалу боролась с развратом, потом испуганно притихла перед масштабом чреслобесия, затем начала мной гордиться.
Сам слышал,как директор "Украины", пожилой мужичок, рассказывал обо мне смущенным курортникам:
-Не, ну этож я чего за 20 лет не повидал-но ТАКОГО! Я ночью иду-гляжу, он по балконам лезет с пятого этажа на третий. А сам на втором живет! То есть у него ночью-пересменка! Из одной койки вылез-в другую полез! Это ж не человек, это бордель-терьер какой то!
-Это когда это он меня засек-размышлял я-в 12? Или в 3? А может под утро?
Через неделю я начал хоть более-менее различать партнерш. А то до того как-то смазано все. Крыл площадями. Квадратно-гнездовым методом. Запомнилась только знатная доярка полной пастью золотых зубов. Ее челюсти в ночи так зажиточно мерцали... Я ее звал "пещерой Алладина".
На исходе первых десяти дней я более-менее успокоился и перешел на щадящий режим-курортить не более двух отдыхающих в день. А не то копыта отбросишь с такого отдыха. Приехал-то -двадцать раз выход на две делал, а после такого угара и пары раз подтянуться не смог.
Тут-то мы с Максом и познакомились. Максу тогда было уже под тридцатник, но мы сдружились. Опять же на блядском поприще. Так-то Макс смущался знакомиться, для меня же этого слова "смущение" просто не существовало. В нашей спарке ему доставались подруги мною сбитых баб-то есть он выполнял при мне, акуле разврата, функцию рыбы-прилипалы. Впрочем, довольно часто на его долю выпадали довольно сочные ломти.
Но я не об этом.
Как то Макс сдуру признался-что по профессии он врач. Ну как признался- ночью пьяный орал на пляже, перекрикивая шум прибоя "Балладой о гонорее"
"Сядьте дети в круг скорее,
Речь пойдет о гонорее.
Отчего бывает вдруг
Этот горестный недуг? "
Это было очень опрометчиво. К эскулапу тут же потянулись толпы страждущих всякой хуйней. Особенно донимали климактерические курортницы. Макс бегал от них неделю, потом сказался патологоанатомом-по моему совету.
И всех страждущих диагноза встречал сентенциями "Как помрете-приходите" и "Вскрытие покажет"
Под конец смены мы как-то разговорились.
-Слушай, дитя люберецких помоек, я никак в толк не возьму-это из тебя армия такую скотину сделала? Вроде из приличной семьи...
-Отчим-академик...
-Аналогично. Но я вот до тебя думал, что я циник, а тут...Зачем ты директору в пиджак гондоны и женские трусы подсунул? Его же жена из дому выгнала!
-А нехуй бодаться так истово с зовом природы. Пущай хлебнет нашей кобелиной участи. А то задолбал уже нотации читать. А теперь я ему всякий раз эдак, по-свойски подмигиваю и пальчиком грожу, мол -ишь, Семеныч, каков ты блудодей, оказывается! А туда же-нравоучать лез, козел похотливый! Святошу строил! Он теперь от меня шарахается. А то все писать грозился.
-Куда?
-То ли в институт, то ли в комсомол, не знаю. У него ж инстинкт: увидел безобразие-напиши. Сигнал, так сказать, подай. А здоровый коллектив вставит моральному разложенцу пистон. А теперь писать некуда-перестройка же, вот стукачи в растерянности.
-Вот ты скотина!
-Угу. Это врожденное. Семья тут ни при чем. Вот у тебя...
-У меня вся родня-уроды.
-?!
-Конченые.
-Поясни. Ты ж говорил-академики, профессура...
-Одно другому не мешает.
-Рассказывай.
-Изволь: Что бы ты понимал-у меня в роду все врачи. Папа академик, мама профессор, деды , бабки, дядья, племянники, пращуры и далекие предки-все без исключения. Мне кажется, мы от Асклепия род ведем. Поэтому я думал, что мне одна дорога.
Не ну а куда? Я с пеленок только разговоры о диагнозах и слышу. Я пизду-то первый раз в "Гинекологии" Штеккеля увидел. И тут...заканчиваю 10 класс. Прихожу домой-а там вся родня собралась. На консилиум. Начали издалека. Мол, как учеба?- Золотая медаль будет. Угу. А олимпиады? Три по химии-первое место по Москве.А поступать куда собрался?
Как куда? В Первый мед, разумеется. Ну тут вся эта шобла так головами многомудрыми неодобрительно закачала. Я напрягся. И не зря. Мы, говорят, Максим, против. Я опешил. Чего -это, мол, спрашиваю? А вот мы все подумали и решили, что из тебя хорошего врача не выйдет. Я затупил-почему ? Ну ты этого не поймешь, ты молодой, себя со стороны не видишь, а вот мы врачей нагляделись-в общем, не твое это. И способствовать твоему поступлению семья не будет. Я хмыкнул-мол, больно надо. Сам поступлю. Дверью хлопнул и ушел.
Ну и поступил.
Прихожу домой-на меня как на врага народа смотрят. Ну, раз так, раз мнение семьи для тебя ничего не значит, то езжай живи один. От бабки комната осталась в коммуналке-туда меня и сгрузили. И зарабатывай на жизнь сам. Мне, профессорскому сынку, поначалу туговато пришлось. От сытого-то корыта... Подрабатывал на Скорой. Спал урывками. Одно хорошо-преподы не лютовали. Они ж врачи. Передо мной девочка-зубрила отвечает -все все выучила, а ей четверку. А со мной поговорят, я всего и не помню, но синие подглазья за себя говорят. У меня ж практика. Случись с пациентом анафилактический шок- от той девочки ученой с ее латынью толку ноль будет. А я справлюсь. Потому мне пятерки ставили. Еще удивлялись-чего это я надрываюсь-то. Фамилия-то известная. Мол-ишь какой подвижник! А я не подвижник, я жрать хотел. А на стипендию не пожируешь.
Много раз хотел бросить-но злость спасала. На родню. Отучился на красный диплом. Хоть бы хны. Не быть тебе врачом-и все тут. Интернатура, с красным распределение по желанию-я и попросился участковым к дому поближе. Центр обслуживал. Тут вызов. Прихожу, огромная квартира, тьма народу, говорят шепотом. Мол, отходит уже. Толпа врачей, на меня шикнули-я назад, но тут жена трупова меня остановила. Мол, раз диагноз поставить не можете, может хоть участковый что скажет.
-Да чего там ставить-то? -я удивился- мне для этого и разуваться не надо. Диабет это!
-Как это ты так определил?
-Запах кислых яблок от больного.
-Круто. Ну и?
-Ну там все забегали-загомонили, не до меня стало. Потом проходит недели две, меня к Министру Здравоохранения вызывают. Простую клистирную трубку-к министру! Ну я напрягся, думаю-где ж я так накосячил-то. Бабки ж ЦКшные вечно жалобы строчат, мол, не нежен ты с ними в соответствии с их заслугами. Одна дочь Буденного из меня ведро крови выцедила. Здоровая как кобыла-и вечно "болеет". Мы ее так и звали- "дочь Буденного от его любимой кобылы"
-Не растекайся мыслию...
-Ну вот. Прихожу, нервничаю, кадыком над галстуком дергаю, в уме все грехи свои перебираю. Евгений Ивановича то я знаю-он у нас дома не раз гостил. Захожу в кабинет, Чазов на меня поглядел-узнал. Удивился.
-Максим,так это вы наш участковый?!
-Ну да, Евгений Иванович. Азмъ есьмь.
-Подождите. А почему не в клинике? Вы плохо учились?
-Красный диплом 1 лечфак, Первый мед.
-Ничего не понимаю. А семья что?
-А семья, Евгений Иванович, считает , что из меня врач никакой.
-М-да. Мне мои замы-академики диагноз поставить не могли, а вы из прихожей...жена рассказала. И вы, с их точки зрения-плохой врач?
-Так это вы были?!
-Я. К-хм. В некотором роде, я вам, Максим Евгеньевич, жизнью обязан. Ну что ж. У вас специализация какая?
-Гинекология.
-Отлично. Как кстати. Сейчас как раз новую клинику сдают в сентябре. Идите в отпуск, придете- принимайте клинику.
-Но я...
-Мне виднее. Родителям кланяйтесь. Скажите, Чазов за сына благодарит. Впрочем, я сам им позвоню.
Выходил не чуя ног. В голове одна мысль-отец главврачом в 50 стал, дед в 45, мать в 55а я ...30 нет...Ну я им скажу!
Приезжаю домой ,думаю ща я вам все выскажу...
А там... Как в 10 м классе. Все. Сидят-выпивают. Стол накрыли. Пришел, объятья, поздравления, как будто меня 10 лет не гнобили.
Мне и приятно и зло берет-я говорю, а как там с вашим глазом-алмазом дела? Кому быть врачом-кому не быть?
-Видишь ли, Максим, говорит мне дядя- всем было понятно, что врач ты от Б-га. Но. Мы долго думали. Ты же к 10 му классу знал то, что не все третьекурсники проходили. То есть первые три курса тебе и в институт ходить-то было не надо особо. Вероятнее всего, ты б привык пинать балду, а потом из тебя черти-чего бы вышло. Вот мы и решили так поступить. Для твоего же блага. Как видишь-все получилось.
Стоял только рот открывал-закрывал. Вот ведь...су...педагоги...И понимаю,что они правы и злость берет...Я десять лет, как проклятый...по 16 часов в день ,а они,эх! -Макс махнул рукой . Выскочил за дверь и...
-И?
-И сюда.
-М-да. Судьба играет человеком,а человек играет на трубе. Ну за родителей!
-Прозит!
-Погодь, а что эти замы действительно диабет найти не смогли?
-А я знаю? Может-не смогли, может, не захотели. Чазов помрет-место свободно. Меня ж жена вызвала-она одна в мемориальной доске на стене была не заинтересована.
Сейчас Макс в Америке. Своя клиника. Не бедствует от слова "совсем" . интересно, простил ли он родню?
Не знаю.

Пы сы. История записана со слов пьяного приятеля в 1988году. Так что детали я явно потерял-просьба не придираться особо.

24.

"О вреде языкознания".

В пятидесятые годы, у нас мальчишек, развлечений было не много. Только то, что мог предложить двор и дом. Двор был много богаче и интереснее дома. Можно было играть в футбол у гаражей (до первого стекла), в «ножички», не обходилось без игр на деньги (если они у тебя были), пристенок, чира, орлянка, и т.д. А дома что? Пойди туда, принеси то, не мешай, а ты уроки сделал? Телевизоры были редки, включались только вечером при родителях, одним словом - тоска. Конечно, где-то существовали "дворцы пионеров" как некие миражи, но больше они существовали в воспалённом воображении и отчетах пионерских руководителей. Единственное, что спасало от этой тоски дома, были книги. Но, впрочем, кому как.

К первому классу я уже бойко читал, и когда другие узнавали что «мама мыла раму», я узнавал про «Остров сокровищ», «Трех мушкетеров», «Робинзона Крузо» и уже не помню что еще. Безусловно, для моего незрелого ума была обозначена родителями «запретная» литература, которая была предусмотрительно упрятана на верхние полки шкафа, да еще и задвинута в самый угол. За её чтение можно было запросто лишиться доступа к книжному шкафу: «Декамерон» Боккаччо, «Гойя» Фейхтвангера, где был не важен текст, а были невыразимо интересны иллюстрации, какие-то запретные поэты ни на фиг мне не нужные, но, как известно, - главное не попадаться. А так, вынес на улицу помойку, сгонял за хлебом, чего-то нацарапал в тетрадь на завтра в школу и можно укрыться в дальнем углу с книгой, что бы тебя не трогали.

Все выше изложенное не более чем введение в ситуацию.

Так вот, добрался я как-то до книги «Проклятые короли» Дрюона. Не очень-то интересные, куда им до «Трех мушкетёров», но все-таки - короли, заговоры, отравления. Я несся галопом по сюжету пока не набрел на какое-то заковыристое слово: РОГОНОСЕЦ. Вроде бы обидное, но не мат и для сюжета имеет значение. Одним словом, я не нашел ничего умнее, чем спросить о нем моего отца. Его реакция меня удивила, нет, скорее напугала!
Вместо того, что бы ответить или отмахнуться от меня, сказать не знаю, отец напрягся и стал мне задавать вопросы: «От кого ты услышал, когда, где и т.д». Я понял, что залез куда-то не туда, прочел что-то не то, и меня сейчас лишат доступа к книжному шкафу. Помятую судьбу героических пионеров-партизан, которыми нас потчевали в школе, я ушел в несознанку. Мол слышал во дворе от мальчишек, не помню кто, не помню когда и так далее.

Отмазка была слабая, можно сказать вообще никакая. Принести со двора трехэтажный мат, самую актуальную феню, блатные поговорки - это сколько угодно. Постоянная ротация дворовой шпаны и блатных (в истинном значение этого слова!), которые то появлялись откуда-то из зон и лагерей, то туда уходили, поддерживала тот языковый сленг, на котором мы все во дворе и общались. Но дома - ни в коем случае. Можно было схлопотать достаточно серьезно. Но - РОГОНОСЕЦ! Это тоже самое что спросить, сейчас, у второклашек про амбивалентность или дискурс. Как далее стало понятно - не прокатило.

Я затаился. И не напрасно. На следующий день мать поинтересовалась приторно елейным голосом, мол, откуда сыночек услышал это слово и, главное, от кого? Я понял, что влип по-крупному, замкнулся и перестал отвечать.

Конечно, его можно было услышать в нашей коммунальной квартире, где жило девять семей. Состав был пестрый: санитарка из поликлиники, профессорша античной литературы с мужем, большая рабочая семья, вдова полковника с двумя сыновьями, районный депутат с тихой, незаметной женой, мои родители, которые работали оба в министерстве и я со старшим братом и дедушкой. Все могли быть на подозрении. Сюда можно было добавить еще друзей родителей, которые часто собирались у нас или мы у них. Вот могли быть источники, но никак не двор!

Тем временем дома сгущались тучи, нет - неумолимо надвигалась буря, причиной которой был я. В общении появились сугубо интеллигентные выражения типа: «Не будешь ли любезна налить мне тарелку супа», «Тебя не обременит сходить, пожалуйста, в магазин за картошкой», ну и тому подобное. В принципе, ничего сверхъестественного не звучало. Вот, например, когда к телефону в коридоре звали профессоршу, то начало было такое: «Будьте любезны, не откажите пожалуйста в одолжении, если вас не затруднит позвать Н.А. к телефону». Это другой ветхозаветный профессор античной литературы звал нашу на предмет написания общего учебника. Но дома!? В обиходе!? У брата перестали ежедневно проверять дневник на наличие записей о его текущем хулиганстве, что грозило вызовом родителей в школу, и, того хуже, к кляузе из школы в партком отца (не шучу). Брат, глядя на меня, торжествовал, правда не понимал причины и предавался игре в карты во дворе. Мои попытки узнать у пацанов, кто же это «рогоносец», выдало мне только решение типа - «тупой как баран». Но это не проходило по контексту.

А двор, в принципе, знал все. Помню, как-то на резонное замечание девочки почти моего возраста, я ей отвесил: «Отвали, а то как дам по яйцам», получил десятиминутную унизительную лекцию о невозможности данного события по причине разного устройства этих органов у нас, с деталями и функциями. Пришлось позорно ретироваться и лезть на шкаф для уточнения нюансов по иллюстрациям к Гойя.

Я старался прошмыгнуть к себе в угол, как мышь. Тем не менее я, как оказывается, не закрывал плотно дверь в коридор, и из-за меня смердило из общей кухни тушеной кислой капустой и жареной на нефтепродуктах перемороженной камбалой. Двор отпал как-то сам собой, и жизнь покатилась под гору.

Так прошла рабочая неделя, и в воскресение утром я был поставлен перед отцом. К чему это разбирательство могло привести, я уже догадывался. Это называлось «выдрать как сидорову козу». Отец был бледен (ну, может быть, это художественное преувеличение) и неумолим. Надо было колоться, иначе моя филейная часть могла познакомиться с солдатским ремнем, на котором отец правил опасную немецкую бритву.
Юные пионеры-партизаны с сожалением взирали на меня с небес.

Со слезами на глазах, понимая, что я лишаюсь недочитанного «Декамерона» и еще ряда других сокровищ мировой литературы, признался, откуда это проклятое слово - РОГОНОСЕЦ. В подтверждение мне пришлось достать эту книгу, найти эти цитаты и уже почти разреветься. И... ничего!! Ну то есть ВООБЩЕ ничего! Шкаф не закрыли, во двор отпустили. Из кухни стало пахнуть снедью от Елены Молоховец. В доме опять стали жить «котик» и «мусик». Даже брат не получил по заслугам.

К вечеру родители ни с того, ни с сего укатили в ресторан, а нам с братом оставили включенный телевизор.

Однако слово так и осталось необъясненным. На мой робкий вопрос отец ответил, что слово это нехорошее и лазить, куда мне не следует, он не рекомендует, а когда я вырасту, то узнаю сам. И правда, когда вырос, то узнал действительное значение этого слова.

25.

Быть тоньше — не значит выбирать слова, а лишь выбирать время для слов.

Итак, кто не знает, в юности я изучал петербургские публичные дома (не похоти ради, а токмо волею пославшего меня туда главного редактора). Местные гражданки странного посетителя приняли хорошо, платил я за болтовню как за любовь, и они подробно рассказывали занятные истории из своей неоднозначной трудовой деятельности. Я далек от романтизации данного образа жизни, драм там было предостаточно, но и веселые, даже сказал бы светлые события происходили регулярно.

Одним из постоянных клиентов борделя на улице Марата был крупный научный деятель. Представим себе, что звали его Арсений Михайлович. Ученому было к семидесяти, милейший дедушка, который считал ниже своего достоинства развращать студенток, а исполнять супружеский долг со своей любовью юности, ставшей женой лет 40 назад, было выше его сил, да и ее тоже. Тем не менее супругу он любил всем сердцем, о чем знал весь бордельный профсоюз, в остальном был ей верен и, более того, даже в публичном доме связал себя узами распутства с одной только девушкой. Звали ее Алиса, в миру Антонина из Луги. Ходил дедушка к Алисе как на заседание кафедры, раз в две недели, заслужил право звать ее настоящим именем, приносил всем конфеты и даже имел в данной квартире собственные тапочки. Также Арсений Михайлович хранил в местном баре армянский коньяк, который девушки считали дешевым пойлом, а профессорские упоминания Черчилля считали ругательством.

Помимо научных трудов, Арсений Михайлович что-то намутил в Перестройку и, в общем, не бедствовал, а родной институт даже обеспечил его извозчиком. Как я уже сказал, ученый наш любил свою жену и подходил к вопросу конспирации со всей строгостью науки, так как обоснованно считал, что такого адюльтера старорежимная женщина не переживет и не простит. Водителя отпускал за два квартала, периодически меняя диспозицию. Но так как на улице Марата было несколько имевших отношение к его работе учреждений, то подозрений поездки не вызывали. Также внимательно профессор относился и к другим деталям: инспектировал одежду на предмет случайных женских волос, тщательно мылся в душе, уходя проверял наличие всех вещей и четко соблюдал расписание.

Однажды осенью Арсений Михайлович пришел в обычное время, сразу был препровожден в комнату, присел на кровать и попросил свой коньяк. Алиса-Антонина заболталась с другими девушками и появилась в комнате минут через пять.

Профессор спал.

Она попыталась разбудить его, но из уважения к заслугам клиента делала это нежно и заботливо. Арсений Михайлович частично вернулся в сознание:

— Тонечка, я посплю немного, ты только не буди пока, я за все заплачу, просто встал сегодня очень рано...

Он достал из неснятых брюк сумму за два часа, отдал Алисе и засопел. Лужская девушка была сердцем добра, дедушку раздела, накрыла одеялом и попросила работниц соседних комнат стонать вполсилы.

Арсений Михайлович, не выходя толком из сна, продлевал его два раза, и постепенно наступил вечер.

Около девяти в регистратуре борделя раздался звонок:

— Девушка, добрый вечер. Скажите, а Арсений Михайлович до сих пор у вас? Я его жена и как-то уже начинаю волноваться, пятый час пошел. Не нужно только вешать трубку, я все знаю, он у вас бывает через среду. Сегодня он в сером костюме, красном галстуке и на нем белые в зеленую полоску трусы, так что я точно его жена. Просто поймите меня правильно — человек пожилой и обычно он от вас через час выходит, а тут застрял. Водитель порывается к вам подняться, звонит, спрашивает «что делать?», а зачем нам всем скандал? Так с ним всё хорошо?

Начальница регистратуры, видавшая на своем веку многое, ненадолго потеряла дар речи и надолго обрела уважение к институту брака.

— Понимаете... он спит... Говорит, устал, но мы только полчаса назад проверяли — с ним все хорошо.

Сидевшая напротив Алиса начала отчаянно жестикулировать, пытаясь перерезать телефонный шнур взглядом.

— Вы уверены? А он уже сделал то, зачем пришел или еще нет? — ровным голосом спросила жена профессора, как будто речь шла о библиотеке.

Потерявшая всякое чувство реальности происходящего управляющая борделем голосом зав. библиотеки ответила:

— Пока нет. Он сразу лег и просил не мешать, мы даже тише себя ведем. Может, разбудить?

— Ладно. Давайте, через полчаса будите его, иначе он совсем застрянет, начнет волноваться и придумывать всякую ерунду, а он такой плохой врун, что мне больно на его мучения смотреть. А раз уж этот разговор состоялся, скажите... как мужчина он здоров, все хорошо? Вы же понимаете, пока к вам ходит, жить будет,— в голосе жены профессора не было ни слезливой сентиментальности, ни лицемерия. Она просто поинтересовалась здоровьем супруга.

— Ну, у нас такие мастерицы, что любой здоровым будет,— пошутила из астрала «заведующая библиотекой».— Но ваш супруг еще в полном порядке, так что жить ему долго!

— Ну и слава богу. Еще момент. Если вы хотите, чтобы Арсений Михайлович и далее продолжал приходить именно к вам, о нашем разговоре ему ни слова. Всего доброго.

После нескольких минут тишины обе девушки начали медленно приходить в себя.

— Кто бы нас так любил, как она его...

— Кто бы нам мозги такие дал... — ответила Антонина.

Через указанное начальством время Арсений Михайлович был разбужен. Посмотрев на часы, он начал причитать, заламывать руки, пытаться придумать объяснение для жены и через десять минут «преждевременно эякулировал» из гостеприимной квартиры. До любви дело не дошло.

Та самая управделами борделя рассказала мне эту историю через полгода после описанных событий. Алиса уже бросила работу, оплатив последний год обучения. Кстати, профессионалы отрасли говорят, что кое-как и не всем, но все-таки выскочить из капкана можно, если только не проработал больше года. Дальше наступают уже совсем необратимые изменения в душе и в мировоззрении. Арсений Михайлович погоревал, но, как истинный джентльмен, замену ей искать в той же квартире не стал.

В память о дивной истории (которая, возможно, озвучена не только мне и не только мною), в баре стоял его армянский коньяк. Я отпил и поспорил с Л. Н. Толстым. Все семьи и несчастливы по-разному, и счастливы неодинаково.

26.

Навеяло историей про "выездную комиссию" советских времен.
Дело было в ординаторской нашего НИИ, где-то перед Новым Годом, лет 15 назад.
Настроение новогоднее, конец рабочего дня, больных в отделении мало, на бокал шампанского подтянулись не только врачи, но и кое-кто из начальства, в т.ч. пожилой профессор (проработавший в НИИ лет 30) и не менее пожилой научный сотрудник (тоже примерно столько же отработавший у нас).
Профессор, принявший чуть-чуть шампанского, начинает рассказыать молоденьким аспиранткам байки про свой морской круиз вокруг Европы (от Ленинграда до Одессы), совершенный году в 1975-ом. Для понимания: стоимость такого круиза была порядка 1500 тогдашних рублей. Молодой врач получал 120 рублей в месяц, минус налоги. То есть это как полтора года ничего не есть - только тогда молодой врач смог бы накопить на круиз. Профессор получал, я думаю, от 200 до 250 р. Возможно, профсоюз оплатил 50% или 25% стоимости путевки - я не знаю. Но главное было не найти деньги, самое тяжелое было - пройти выездную комиссию и доказать там свою полную преданность советской власти. Это было в принципе сделать нелегко, а евреям - вдвойне и втройне.
Так вот, пожилой научный сотрудник, слушая россказни профессора, добавил свои пять копеек:
- Эх, Самуил Исакович, Самуил Исакович! Вот ты тогда плыл на белом теплоходе и наслаждался Лондонами и Марселями всякими... А я сидел дома - и трясся, как осиновый лист... Ты же помнишь - я был тогда секретарем парткома института! И я подписывал бумажку на выездной комиссии, что я, мол, РУЧАЮСЬ за твое возвращение в СССР. И я все две недели твоего круиза ни единой ночи не спал - не дай бог ты ТАМ останешься, так мне точно секир-башка будет!
С Самуила Исаковича аж весь хмель сошел, он отвернулся от молоденьких аспиранток и повернулся к бывшему секретарю парткома, произнося слова с ледяным сарказмом:
- Уважаемый Павел Иванович! Я ведь не только не сбежал с теплохода тогда, но еще - из-за данного на том заседании обещания - так и не уехал в Израиль. И не собираюсь! Даже через 10 лет после распада СССР! Согласись, что я держу свое слово!
- Вот за это я тебя всегда и уважаю, дорогой Самуил Исакович! Главное, очень хорошо, что ты тогда вернулся! Иначе бы... Ну, с наступающим!

27.

Эта история о прекрасных стюардессах, море алкоголя, стакане крови и о коктейлях Молотова и Жириновского, а также о разных технических достижениях России.
Летел я как-то с континента на континент рейсом Люфтганзы. Стюардессы немки все как на подбор, прям шнапс с молоком, были среди них и блондинки. Подходит одна из них ко мне и с милой улыбкой спрашивает: "Что пить будете?"
Я ей отвечаю: "Стакан свежей крови, пожалуйста". Она юмор оценила и говорит: "К сожалению, свежей крови пока нет, так как экипаж еще не решил какой пассажир самый зловредный". Я говорю: "Понимаю. Поэтому дайте мне, пожалуйста, коктейль Жириновского".
Она мне отвечает: "Коктейль Молотова знаю, и даже слышала про вашего одиозного политика Жириновского, но про его коктейль первый раз слышу. Как его делают?" Я ей отвечаю: "Просто, мешаете следующие компоненты в одинаковых количествах: шнапс, виски, коньяк, шампанское, водку, текилу, пиво, вино и потом этот коктейль плескаете в лицо тому кто его заказал". Стюардесса сказала: "Зэр гут" и добавила, что сейчас принесет мой коктейль.
Пока она готовила коктейль, мне вспомнилась аналогичная история Задорнова, который попросил у западной стюардессы свежую газету на следующий день полета. Она ему терпиливо обьяснила, что так как мы в воздухе уже вторые сутки, то сегодняшнюю газету взять негде. Задорнов сразу окрестил стюардессу тупой. Он хотел, чтобы она ему ответила в каком-то более понятном стиле, типа: "Ты что, придурок что ли? Какие свежие газеты в воздухе?" Смеяться над чем-то даже не пытаясь понять, это признаки идиотизма и снобизма.
Россия до сих пор удивляет Запад. Не так давно один канадский профессор с восхищением рассказал мне, какие русские гениальные: они лет 25 тому назад придумали торпеду, которая под водой развивает скорость до 800 км/час, превращая воду перед собой в паровой пузырь и двигаясь в этом пузыре! Или лет 10 назад видел программу БиБиСи, в которой журналист восторгался русскими, которые построили первый в мире вертолет, выполняющий мертвую петлю. Западники не хуже и не лучше нас, славян, они просто немножко другие...
Прервав мои размышления, передо мной снова материализовалась мисс Берлина в форме стюардессы с огромным выбором алкоголя на подносе, там было все что я перечислил и приятно улыбаясь сказала: "Вот, пожалуйста, всё для вашего коктейля. Только простите меня, но в лицо я вам всё это плескать не буду:)".

28.

Недавно моя «альма-матер» отметила 70-летие. Баек и анекдотов про неё спето и написано немало, но некоторые из них до сих пор тревожат воображение бывших выпускников.
Итак… (конец 80-х гг.)
На кафедре Мировой экономики трудился Преподаватель (именно с Большой буквы) и Профессор «от Бога (Адама Смита, Карла Маркса – нужное подчеркнуть)» некто Олег Дмитриевич (птенцы экономического факультета немедленно вспомнят его фамилию)…
Земля ему пухом!!! – умер в пост-перестроечную эпоху перемен… ПРИШЁЛ ПРОДОВОДИТЬ В Е С Ь ИНСТИТУТ!
Сдать ему на «пять» было пределом мечтаний для любого «ботана», не говоря уже о представительницах «слабого» пола, который наш Гуру почему-то (мягко говоря) недолюбливал – ну, считал он, что «женская логика» не может вместить в себя всю ту полноту знаний об экономической географии, которые до неё выработало человечество.
Среди полновесно известных «закидонов» были: и до дрожи в диоптриях боление за московский «Спартак» (красно-белое в одежде почти обеспечивало «благостное» отношение на экзамене), «убойное» (почти оскорбительное) пренебрежение к излагаемому материалу в случае малейших неточностей: дальнейшие потуги «вытянуть» предмет на положительную оценку – метать бисер перед…
В общем: Преподаватель, он же – Бог, он же – Маг, он же – Идол… (далее – по списку).
При наименее удачном (для студиозисов) расположении звёзд экзамен начинался с предварительного вопроса, как то: ответьте, молодой(ая) человек(леди), где (когда, зачем, на основании чего…) был построен (заложен, пущен…) данный экономический объект? Правильный ответ даёт Вам право на начало ответа на поставленные в билете вопросы. Нет ответа – нет дальнейшей экзаменации, есть ответ… – будем «посмотреть»!
Моему приятелю (и всей нашей группе) «подфартило» попасть именно в такую ситуацию.
Заход. ОД и аспирантка за столом. Вытаскивание билета. Оглашение заданных к ответу тем. Неодобрительный взгляд исподлобья, прелиминарный вопрос «на-засыпку»: «А где у нас, молодой человек, в Советском Союзе расположен центр по производству электрических утюгов?»
Ответ: «Олег Дмитриевич, к сожалению, я не знаю, где в СССР расположен центр по производству электроутюгов, но зато я знаю, где в Союзе располагается центр по производству медицинских пипеток».
Недоумённо: «Да?.. Ну и где ж…?»
Стук в дверь: «Олег Дмитриевич, Вас – на кафедру!»
Звук двигаемой мебели, лёгкий матерок, выход «Титаника» из аудитории, 10 «зачётных» беззаботных минут, аспирантка по сравнению с Верховным Жрецом – семечки по сравнению с кешью или фисташками. «Взвейтесь, соколы, орлами!»
За время отсутствия Мастера мой приятель умудряется ответить на «пять» на все поставленные в билете вопросы.
Возвращение ОД:
- Ну как он Вам, Лариса Дмитриевна?
- Способный студент, Олег Дмитриевич! На всех семинарах был, есть толковые выступления. Думаю, достоин «отлично»… Вот – подпишите…
- Ну-ну… На Ваше усмотрение… «Пять», так «пять»… (подписывает)
При передаче «зачётки»:
- Да, молодой человек!.. А где, собственно, у нас в Союзе - центр по производству медицинских пипеток?
- А там же, Олег Дмитриевич, где и центр по производству электроутюгов!..
«Зачётка» смачно ударилась о вовремя закрытую дверь.
Вся остальная группа вышла из аудитории с «бананами».
Занавес.

29.

Легендарные преподы МИСиСа

Начитавшись Максима Камерера, пришел к выводу, что тоже могу добавить свои пять тугриков к вышесказанного на эту тему. Ибо сам, волею судеб, в этом институте учился.

Профессор Костин, конечно, это - шедевральный препод. Присоединяюсь к истории от 29.08.

Мне же запомнились и другие.

Преподаватель матанализа Пономарев очень походил на Винни-Пуха. Такой же плотный, медведеобразный, невысокого роста, с коротким ежиком волос.

Сдаем матан. Вернее - пересдаем. В отсутствие Пономарева (он уезжал получать професора) почти все не сдали. Итак.

- Вы не списывайте. Я же знаю, что вы всё знаете. Пишите своими словами, не волнуйтесь ... - и выходит из аудитории. И только - дверь с той стороны приоткрывается: раз - и обратно, два, три ... Уж все первоисточники попрятали, сидим - не понимаем. Распахивается дверь, влетает Пономарев - и открыв дверь наполовину пытается разглядеть теперь уже со стороны аудитории: почему это между дверью и косяком С ТОЙ стороны ничего не видно, а из аудитории видно???

Преподаватель теоретической механики Фонарев полностью оправдывал свою фамилию. От блестящей лысины можно было, наверное, прикуривать. Толстые очки дополняли образ. Получался типичный фонарный столб (худой был весьма) с сияющим фонарем наверху.

Читал лекции он также своеобразно. Изучив наизусть за годы преподавания весь курс, он входил, поворачивался к аудитории, говорил: - Здрасьте! , отворачивался к доске и писал (одновременно читая написанное): "лекция номер 3, параграф номер 1". Периодически он прерывал писанину, оглашая аудиторию единственной фразой, не входившей в конспект:

- Ясно, да? Понятно, да? - и продолжал вспахивать доску.

Можно было прервать его невинным вопросом: - А можно повторить с п.1.3 - я не успел записать??

Нет проблем, он стирал с доски написанное и восстанавливал с п.1.3.

Сдать ему экзамен можно было только таким же способом. Если хотя бы переставить местами слова - следовало: "непонятно". И если не догадаться, в каком месте "непонятно" - свободен, придешь в другой раз.

Зная это, я заготовил к экзамену его курс в миниатюре. Написал шпаргалки на малюсеньких листочках формата А7 бисерным шрифтом. Поймал он меня. Отобрал все. Поставил тройку - за титанический труд по переписыванию непонятного набора слов и формул.

Если вспомню что-нибудь еще - обязательно отпишу.

30.

Салическая правда по-русски

14. Толпы, толпы в долине суда! ибо близок день
Господень к долине суда!
15. Солнце и луна померкнут и звезды потеряют блеск свой.
16. И возгремит Господь с Сиона, и даст глас Свой

Библия, Ветхий Завет, «Книга пророка Иоиля

Намедни семья моя последовательно пала жертвой судебного произвола. Скорбный список "вааще неуноуных" открыла матушка. Случайно выплыло наружу, что моя почтенная родительница в свои почти 70 лет живет крайне насыщенной и интересной двойной жизнью. Бумага из суда утверждала, что маманя втайне от семьи прикупила себе Cубару ВРХ и ну на ней по Калуге рассекать по встречной. За что и была справедливо урезонена поражением в водительских правах. Всплыло все случайно-матушка за рулем бывает редко, когда в нее вписался сзади какой то буддист-вегетарианец. Голодный обморок у него случился-вот и прилетел просвещенный нам в заднее крыло. И тут то и нашелся ответ на мучавший всю семью вопрос-в кого я такой уродился? Как же. В мать-рецидивистку. Мало того что без прав, так и за рулем в аварии попадает. Яблоко от яблоньки…Перед маманей замаячила перспектива 15 суток с алкоголиками. Хорошо, мент оказался вменяемым и в турму никого не забрали. Разрешилось все быстро-за месяц где то. Оказалось, что накосячила однофамилица а прилетело к нам. Неспроста, полагаю. Полкан из собственной безопасности вникая в бумаги, хохотал как упырь над отроковицей, потирал ручонки и нетерпеливо подпрыгивал на стуле усилием одних ягодиц. Явно кому то предстояло поделиться нажитым непосильным трудом. Права вернули. Что не мешает мне время от времени доставать маманю въедливыми расспросами. Мол ментов лошистых то ты развела, дорогая мама, но сыну то можно правду сказать? Признавайся, мол, тебе уж все равно права вернули…А что? Не все ж в одни ворота? Не мне ж одному вечно искать доказательства своей неверблюжести.

Но беда одна не приходит-и нежданно негаданно крапивное семя и за меня взялось. Опять случайно обнаружилось, что в 2009 году мя, сирого и убогого присудили к возврату 60000 рублей, на которые я "незаконно обогатился" История какая то тоже с элементами фантастики-так как по существу дела мне там вообще сказать нечего. На суде не был-что там за обогащение такое-ни ухом ни рылом. Повестки мне слали в соседний дом, суд провели без меня и где и как я обогатился-так и осталось для меня тайной.
Радует меня все же наше государство-«В России суровость законов умеряется их неисполнением» (В.Вяземский). Пока суд да дело-приставы где то проебали исполнительный лист, срок давности вышел-и, выходит, я обогатился законно. Осталось только выяснить-где сокровища лежат.
Вообще воспринимаю сие как возврат долгов за прошлые проказы. Благодаря чувствительной третьей ноздре мне удалось в годы лихие избежать оценки моих пакостей с точки зрения Уголовного Кодекса. А там такой букет…Я вот тут недавно, на диване почитывал сию Салическую Правду-и примерял на себя написанное. Ну что сказать. Невиновен я 100% в производстве криминальных абортов и незаконном поднятии Государственного флага на судне. С остальным сложнее. С некоторым, наоборот проще-сто раз надо было брать голубчика под микитки и волочь на нары. Так что, как говорит мой знакомый опер-"несудимость-это не твоя заслуга, а наша недоработка"
Хотя нет. Как то раз довелось.
Ехали мы с Бегемотом на любимой Лянче-и тут с нами захотел познакомиться мужчинка в форме цвета маренго. На лянче я реагировал на такие попытки уличных знакомств-как графиня на поддатого мастерового. То есть в упор не замечал мизераблей.
Но в тот день нам не свезло. Мента то я стряхнул с хвоста в пять минут-но Его Величество Непер через пару часов свел нас в пробке нос к носу. Что называется-поздняк метаться. Мент кипел праведным гневом, говорил отрывистыми командами и на посулы не велся. Оказывается, он за мной уже трижды гонялся.
Напарник был гораздо более лоялен-но помочь ничем не мог. Оказывается-я был давно заочно ненавидим и покарать меня клялись чуть ли не на знамени части.
Время близилось к вечеру-пора было меня на ночлег устраивать в обезъянник. И тут вертикаль власти дала сбой-отделенческие менты долго не хотели меня брать-своего говна мол хватает. ГАИшнику даже советовали отвезти меня к себе домой и пристегнуть к батарее. А поутряне, мол, -на суд как раз вдвоем и помчитесь. Но в конце концов махнули рукой.
Отделение было привокзальное, так что вокруг было довольно оживленно. Со мной чалились какие то казанские малолетки-ушастые и приблатненные, пара освежителей воздуха-бомжей и какие то упоротые вхлам барыги. Барыг взяли с поличным-товар лежал на столе, из за чего менты злобно торжествовали. Пока суд да дело -главмалолетка решил устроить мне проверку на тему верности "воровскому ходу" Я развеселился. Часа полтора я издевался над юношей бледным, с взором горящим, пока не начали "мусора позорные" (его термин) понятых кликать. Бородатый майор позвал —
-Мальчик!
Малолетки заворошились. Наконец мент выудил какого то пугливо озирающегося казанского "мальчика" и назначил его в понятые. Я обрадовался.
-А что, в понятые теперь по понятиям ходить? -поинтересовался я у главаря.
Тот растерянно захлопал очами.
-Молорики. Я вот завтра народу казанскому отпишу, какая у них блатная смена достойная растет. Как там тебя кличут, ты гутарил? Пузырь? Все, Пузырь, сдулся ты с воровской идеей. Иди в ПТУ, токарем али слесарем. Или в сантехники подайся-на говне хорошие деньги можно сделать…
-Ринат!, заорал будущий лидер группировки-не подписывай ничего!
-Пасть захлопни-добродушно откликнулся мент. Пиши милок-это мальцу. Я ж тебя неправду не заставляю подписывать. Видишь эти пакетики? Вот и подпиши. Это ж правда. А правда-это хорошо. Молодец.
Я молча аплодировал, показывая большой палец главарю.
-Не, ну а что ему делать-то было? Сам бы ты чо?
-Сам? Гляди, щенок.
Я протиснулся поближе к решетке. Выбор мента пал на меня.
-Поди сюда!
-Шеф, проблемы у меня.
-Сюда иди, сказал! Проблемный.
-Дык я то подпишу, но вам же потом начальство жопы развальцует. На меня тогда не серчайте, лады?
-Чего у тебя?
-7-бэ.
-Чего ты блеешь? 7-бэ-это чо? Семь овец у тебя было? А надо скока?
-7-бэ, старшой-это статья.
— А то я статей не знаю.Меня лечить не надо!
-Меня надо. 7-бэ-это психопатия.
-Чаво?
-Психопатия. Я то подпишу-но бумажке этой-с моей подписью, грош цена будет.
-Свободен! Мальчик, иди сюда!
И вожака потащили из за решетки.
-Ааааа…Эээээ…а у меня тоже!
-Что тоже?
-Ну эта…псих я…вот.
-Легкая степень дебильности понятого не поставит документ под сомнение-неожиданно мудро парировал мент. Дебилы-они честные. А до психопата-майор скользнул по мне веселым взглядом- мозгами ты не вышел. Нечему там у тебя ломаться, понял? Давай пиши, сучонок, а то ща толчок мыть отправлю-законник ты наш.
На моих глазах рухнула воровская карьера. Профессор Мориарти сдулся.
Минут через 15 майор вспомнил обо мне и отпустил домой. Но весомо попросил с утра придти-а то осерчает.
Злить его не хотелось почему-то. Выйдя, я обнаружил Бегемота, что поджидал меня в машине. Оказалось-что пока старший два часа убил в отделении на пристроить меня, Диман научил младшего играть в ди-берц и опустил его на всю дневную выручку. Потому и машину на стоянку не отвезли. Младший восстал-мол смена кончилась, от тебя, капитан, одни убытки, шел бы ты нахер со своей принципиальностью, а я домой.
Поутру застал беснующегося у отделения старшого в белой рубашке, мокрой от слюней.
Менты флегматично отбояривались-мол смена не наша, отстань пративный.
Мое появление разрядило накал страстей и мы поехали в Таганский суд. Толпы народа -все что запомнил. И надписи-мол МММ, Властелина-это в тот кабинет, а Хопер и еще что то-в этот. Партнеры затравленно метались по этажам, тряся бумагами и лицами. Такой концентрации мудаков на единицу площади я не видел ни до не после.
Нас обслужили без очереди. Почти. За дверью кто то бился в алчной истерике, чего то необоснованно требуя. Истец визжал на такой высокой ноте, что я полчаса не мог на слух определить его пол. Оказалось-самец. И то это стало ясно только после того, как они потно вывалили в коридор.
Я приготовился к худшему. Зря. За столом сидела милейшая дама лет 30-моего любимого типажа. Темные волосы, синие веселые глаза. Хороша несказанно.
Мента попросили подождать за дверью.
-Я должна сказать Вам, что Вы имеете право заявить мне отвод, если я вас чем-то не устраиваю.
-Тысячи адвокатов и перспектива Высшей меры не заставили бы меня это сделать, Светлана!
-Борисовна!-прыснула в кулачок судья.
-Да будут благословенны чресла достопочтенного Бориса, Светлана-ибн-Борисовна.
Наверное-рискованно начал, но хороша была настолько, что я напрочь забыл о цели своего визита.Ей же, на фоне предыдущего оратора, мой неуместный флирт казался, наверное, шелестом дождя в парке сразу после исполнения военным оркестром "Прощания славянки"
Заливаясь румянцем, судья как то неубедительно приструнила меня и мы перешли к сути вопроса.
-Ну и что у вас там?
-Вы знаете, наверное мы с капитаном неправильно друг друга поняли…
-Понятно. Зови его.
Выслушав мента-тот то толкнул целую речугу-страстную и бессвязную, Света свалила в думную. Выйдя оттуда зачитала приговор. Какая то мелочь штрафа-и это при 15 сутках перспективы.
-Меньше нельзя было-виновато обратилась ко мне.
Мент взорвался . Орал он долго, грозил санкциями-но его быстро оборвали.
-Российский суд неподкупен! И его не запугать! Свободны, капитан!
Понятное дело, что под конец рабочего дня я маячил с букетом под окнами суда…
Дальше умолчу. Чуть не женился ,одно замечу: называть милую "ваша честь" иногда — это верх куртуазности. В ответ Светка звала меня " Ваша нечисть"
Спасибо за внимание…

31.

ПИСЬМО

Сижу на черном кожаном диване, жду приговора и внутренне трясусь.
Я целый месяц искал пути к профессору, потому что он самый лучший в Москве, и мне повезло - кое-как нашел.
Оказывается, тесть друга, моего друга, лечился у этого профессора, встал на ноги и теперь поддерживает с ним приятельские отношения.
Вот и за меня, по цепочке, замолвили слезное словечко, примите, мол, в порядке исключения, парень хороший, и наверняка почти здоровый, для вас - это совсем легкотня, но будет жаль если он «бац», вдруг и помрет…
Профессор поначалу долго отнекивался, но все же, в виде исключения, сдался и назначил время, хоть он уже почти не практикует.
Старенький совсем.
Мне дали подробнейшие инструкции: - «как?», «когда?», «чего?», «сколько?» и «в каком конверте?», вот я и сидел на кожаном диване, ждал, когда строгий профессор освободится и слабеньким голоском, позовет меня из-за двери.
И тут меня как веслом ударило, вся кровь прилила к затылку, я вспомнил и осознал, что пропал. Гонорарный конверт был при мне, но вот деньги из него, я легкомысленно потратил, а пополнить забыл. Зашел по дороге в магазин, накупил того, сего, а там не принимали банковские карты.
И как же я так? Что я теперь скажу? Спасибо, профессор, за консультацию, но гонорар я позабыл на рояле, могу вам предложить только пустой конверт?
Карточки он тоже не принимает, да и в банкомат не отпросишься. Какой позор, а ведь за меня целая куча людей попросила.
В глубине души я мечтал, что старичок выйдет сейчас и скажет:
- Не гневайтесь, голубчик, но я не смогу сегодня вас принять, уж извините, давайте перенесем назавтра.
От радости я запрыгаю на одной ножке и отвечу:
- Как жаль, профессор, ну, воля ваша, назавтра – так назавтра.

Но все надежды рухнули, когда открылась дверь кабинета и профессорская голова сказала:
- Вы простите, что заставляю ждать, еще пять минут, и я вас позову.
Я вскочил с дивана, грустно кивнул и сел обратно. Что делать? Бежать? Поздно, я ведь уже сказал «кто я» и «от кого».
Вот тут-то я и заметил на стеклянном столике ручку и пару листков бумаги, подсел и принялся писать.
Память моя с перепугу активизировалась, мозги тоже заработали в авральном режиме и я накрапал вот такое письмо:

"Я к вам пишу – чего же боле?
Что я могу еще сказать?
Теперь, я знаю, в вашей воле
Меня презреньем наказать.
Но вы, к моей несчастной доле
Хоть каплю жалости храня,
Вы не оставите меня…
P.S.
Вы меня не знаете, но мы живем в одном подъезде.
Я хотела бы много вам рассказать, но мысли путаются.
Просто вы мне очень, очень, очень нравитесь.
Хотя – это и так понятно.
Боже мой, какая же я дура…
В вашей машине было чуть приоткрыто окно, (видимо судьба) вот я и решилась написать это письмо и использовать машину как почтовый ящик :)
Меня зовут Алена.
Это мой телефон: +7 904 7563685. Буду с нетерпением ждать вашего звонка.
Если не позвоните, то я пойму.
Будьте счастливы!

Только я успел сунуть письмо в конверт, как меня позвал профессор.
К моей несказанной радости, доктор осмотрев и задав пару уточняющих вопросов, быстро признал меня симулянтом, с чем и поздравил.
Гора свалилась с плеч.
Я наскоро сунул ему конверт, поблагодарил, попрощался и пулей выскочил из кабинета…
…А через час вернулся, но уже с настоящим, денежным конвертом, и сказал:
- Петр Семенович, извините Бога ради, но я второпях перепутал конверты и дал вам совсем другой.
Профессор, как-то весь оживился, оценивающе меня оглядел, ехидно улыбнулся, протянул открытый конверт и сказал:
- Везет же людям, и здоров как бык и женщины его любят. Даже завидно. Кхе-кхе-кхе.
Возьмите и больше не теряйте. Такие письма дороже любых денег, уж поверьте старику…

32.

Украина: Россия, ты не охренела там?
Россия: А что такое? я только с олимпиады, ничего не знаю.
Украина: Ничего не знаешь? А это кто? ( показывает фотки из Симферополя)
Россия: Понятия не имею. Твой Симферополь, сама и выясняй.
Украина: Че, издеваешься? Я не знаю даже , кто вот это ! ( показывает фотки из Киева)
Россия: Так нечего с кем попало майданить. Сначала хотя бы как зовут спроси.
Украина: Ты мне зубы не заговаривай. Говори, кто это, а то я США позову.
США : Меня не надо звать. Я тут уже третий месяц случайно сижу и охреневаю.
Германия : А я вообще тут с сорок первого. Случайно. И тоже охреневаю.
Россия: Аделина! Сотникова! Уаууа!! Россия вперед!
Украина: Слышь, Россия, хватит идиоткой прикидываться. Я задала конкретный вопрос. КТО. ЭТО. ТАКИЕ.
Россия внимательно рассматривает фотки.
Россия: По-моему, люди какие-то.
Украина: Я теряю терпение. ЧТО. ЭТО. ЗА ЛЮДИ.
Россия: Хорошие. наверное. Вон, охраняют чего-то.
Украина: РОССИЯ! ВСЕ! ХВАТИТ! ЭТО ТВОЯ ГРЕБАНАЯ ДЕСАНТУРА! ТВОЯ! ГРЕБАНАЯ! ДЕСАНТУРА!
Россия: Моя? Да ладно. Хотя все может быть, у меня на Черном Море в прошлом году после учений два полка не досчитались. Может , всплыли. А они как, в фонтанах купаются, бары ломают?
Германия: Да нет. Вежливые. Очень вежливые. Когда Украину под зад пнули, даже извинились.
Россия: Тогда это не мои. Если вежливые и извинились, то это сто пудово американские.
США: ЧТО?! Да ты их снарягу видела? И вообще , если они не целуются, то это не мои.
Россия: Неа. не видела. Там на фотках ничерта не разобрать. Да как же не целуются? Вон , смотри, взял за галстук, на кресло швырнул - и чмок!
США: Идиотка! Это Сашок Билый прокурора пинает ! Свобода-равенство-героям слава!
Россия: Ну надо же, а ведет себя как ваш посол. Вы точно уверены, что это не он?
Украина: Так, Россия, не уходи от темы. Я тебе даю ультиматум. Чтобы через сутки на моей территории ни одного гребаного десантника не было. Я понятно выражаюсь?
Россия: А если нет, то что?
Украина: А то мы у вас кредит возьмем. И газ.
Россия: А если да, то что?
Украина: Тогда вообще возьмем кредит. И газ.
Россия: надо посовещаться.
Украина: Вот и совещайся. Вон, США, вон Германия. Прямо тут и совещайся. При мне.
Россия: Да без проблем. Китай, слышь, тут Украина хочет про кредиты поговорить.
Китай: #$%!^*$!$!$
Украина: Вот щит.
США: Дабл щит.
Германия: Майн же ты мой кампф.
Китай: %@#$%(&@#$%^(
Украина: Что он сказал?
Россия: Понятия не имею.
США, Германия , Украина: Аналогично.
Россия: Самое оно для переговоров. Китай-сян, приступай!
Китай: $%^&!$!(
Россия: Ну, я пошла. Олимпиада! Всех победили! Урааа!
Украина: А ну стоять!!!! Я еще не закончила. Значит так, если я увижу хоть один твой Урал на своей территории, я сделаю ядерную бомбу.
Россия: Класс. Долго делать будешь?
Украина: Ну где-то за полгодика.
Россия: Молодец какая, с техническим образованием , наверное. Позови, когда закончишь. Приеду, чиста поржём.
Украина: Я не шучу.
Россия: Плутоний где доставать будешь, серьезная моя?
Украина: Россия, продай, а ?!
Афганистан: Да, продайте кто-нибудь Украине плутоний в конце концов! У нас уже гашиш и британский контингент заканчиваются, народ с ума от скуки сходит.
США : ННННННЕЕЕТ!!!! НИКАКОГО ПЛУТОНИЯ!!!! Украина! Пойди остынь, дай я немного с Россией побалакаю. Вот тебе пирожки и чай.
Украина нюхает чай и убегает с пением "Как прекрасен этот мир, посмотриииии!"
США : Так, Россия, а теперь поговорим как серьезные люди с серьезными людьми. Какого черта ты затеяла эту хрень с майданом?
Россия: США, ты что-то путаешь. У меня Олимпиада была, ты не представляешь, сколько бабла надо было перепилить. Я вообще о вашем Майдане узнала от вашего посла.
США : Ну да посол был наш. Но у него ничего не получилось. Интересно, почему у него ничего не получилось? не знаешь, случаем?
Россия : Как не получилось? Смотри, какая Украина довольная?
Украина пробегает мимо с шиной на шее с криками "раз, розовый слоник, два розовой слоник, три розовый слоник!"
США: Ну да, слоники получились, тут я не спорю. Но вот какого черта вы сожгли эту несчастную администрацию? Что творит ваш Янукович- мы вообще не понимаем. У нас на его почве поссорились два аналитика - профессор-русист из Пентагона и военный психиатр из ООН и оба сошли с ума.
Россия: Мы, честно говоря, тоже вообще не понимаем, что творит ВАШ Янукович. У нас на его почве вообще Кадыров русским патриотом стал, и никто не знает, как откачать.
США: В общем, я тебе скажу так. Или оставляешь бедную Украину в надежных руках свободы и славы, или я всем расскажу, что это ты за всем стоишь.
Россия: После того, как ты прилюдно Украину пирожками кормила? ну-ну. Тебе вон даже Турция и Люксембург не верят.
Турция: Я???!!! НЕ ВЕРЮ США!??? Да вы чего, я чо, чокнутая, по вашему???
Россия: А ты попробуй. поверь.
Турция: (тужится) : ... .... черт..... блииин..... твою же маузерфакер.......кхххммм.... США. Прости. Не получается. Я не нарочно.
Россия: Видишь. Ты еще Люксмебург не слышала. Он вообще после попытки тебе поверить вдруг стал говорить о незыблемости традиционных семейных ценностей.
(издалека доносится голос Люксембурга) Папа, мама, я- вместе дружная семья!
США: Совсем рехнулся на старости лет. Ясно. Тогда так. Вот это - план водоснабжения Крыма. Я его сейчас покажу Украине и она его отрубит. И все. Хана вам всем.
Россия: Ясно. Тогда так. Вот это - билет на самолет до Севастополя. И я его даю Жириновскому. И все. Хана Индии.
США : .... ... .... ... ... Почему Индии???....
Индия: ... ... ...
Россия: Ну как же. Вы же перекроете воду в Крым? Вот после присоединения Крыма к Индии будет хана Индии.

33.

Здравствуй доченька, здравствуй Танечка. Как здоровье? Семья, работа, дела? Где твой? На работе? В 11 часов ночи? И как эту работу зовут? Вера, как в прошлый раз, или по-другому? Дура, не реви. Может он как в том анекдоте в морге лежит, а ты думаешь о плохом. Ага, звонит?! Скажи ему, что мама приехала. Спрашивает когда назад? Узнаю зятя.

Первый вопрос «когда назад?» Скажи, когда новую машину купит тогда и Мама домой поедет. В прошлый раз я из его Запорожца еле вылезла. Сесть-то я села, хоть и с большим трудом. Поехали на вокзал. По дороге я всего-то пару пирожков съела. Приехали, поезд уже подходит, а я не могу из Запора вылезти. Одну руку и одну ногу высунула, а остальное никак!... Зять вокруг бегает, кричит: «Задержите поезд, я за автогеном сбегаю!..» Поезд все равно ушел, а я еще две недели погостила…

Танечка, а где внучек мой Боренька, Борюсик, где Борюкан? Где этот оболтус по ночам шляется? На дискотеке? И как эту дискотеку зовут? Даже я знаю, что по понедельникам дискотек не бывает. Смотри, а то он на этой дискотеке женится по залету. Или СПИД еще бывает… Ладно, молчу.

Посмотрим что у тебя в кастрюлях. Трехдневный супчик – если разогреть, то есть можно… Собакам. И этим ты кормишь мужа? Не удивительно, что он на работе задерживается. Ты еще его как в том анекдоте, случайно, не кормишь? Жена уходит на работу и приказывает детям: «Что кошка не доест - не выбрасывайте, папе ужин будет!» Таня, Таня, сколько раз я тебе говорила - как доказал профессор Павлов, разницы между мужем и кобелем нет. Основные инстинкты, и первый – пожрать!

Ты не смейся, ты слушай Маму! Вот он бегает целый день, проголодался и тут вспоминает где его миска с едой ждет, туда и бежит! А ты с такой жратвой его сама к работе Вере подталкиваешь… Давай картошку, капусту, щас борща наварим. Пусть когда он сегодня к миске прибежит, у него праздник будет. Говоришь, не ест борщ? А ты его готовишь? Мамин борщ едят все, Мама за этим следит!
Так теперь займемся тобой. Что за вид? Майка-алкоголичка, смотреть противно! А брюки? Что это за штаны такие? Лосины? Это в которых в 1812 году французы из Москвы драпали? Что нет, вон и дырка сзади от штыка вражеского! Ой, она устала на работе за компутером! Ой, дома она хочет расслабиться отдохнуть и не думать о внешнем виде! К нам на ферму приезжай там и отдохнешь, и расслабишься, и курям лосины свои продемонстрируешь. А дома себя распускать нельзя, слушай Маму! Таня, а что за прическа у тебя? Воронье гнездо называется? У тебя там никто пока не завелся? Жарко ей, она волосы подобрала и ходит как чучело! Профессор Павлов говорит, что второй инстинкт после миски - размножение. А с тобой в таком виде размножаться разве что инвалид по зрению захочет. Так и не размножишься, доча, разве что кто тебя отксерит из жалости. А мужа твоего я понимаю – приходит домой бедняга, а дома швабра в майке-алкоголичке с гнездом на голове, тут кто хочет обратно на работу сразу убежит! Ну-ка быстро иди в ванную и приведи себя в порядок, звонят в дверь, зять вернулся!..

Нет, это соседка. Здравствуйте. Да, приехала погостить. А вам скорую вызвать? Нет? За спичками. Не спится, какие-то хулиганы под окном на гитаре играют и вы думаете что там наш Боречка? Зря думаете, Борик наш спит. Давно. Уроки учил, учил и заснул. Растет мальчик, к университету готовится, через восемь лет поступать уже. Угощайтесь чаем. Вася где? Кому Вася, а мне - уважаемый зять Василий Петрович. Работает, на новую машину зарабатывает. Почему это на Оку? На иномарку. Семью обеспечивает, жену-красавицу, дочь мою, баловать любит.

Ну а как вы поживаете? Как сынок ваш, Ленин? Почему Ленин? Да он у вас как революционер, все по тюрьмам да по ссылкам… Ай, чаем поперхнулись? Домой пора? Спокойной ночи, не забывайте нас, заглядывайте!..
Уползла, анаконда. Ну погоди, наведу я в подъезде порядок!

Звонят. Здравствуй, зятек мой любимый, умаялся на работе? Сейчас Таня борщиком покормит, приголубит, массаж сделает! Вы тут поворкуйте, а я спать пошла, устала с дороги. Все, нету Мамы, Мама спит, к завтрашнему дню готовится – доче мозги вправить, внука воспитать, соседей на место поставить… Ох-хо, что бы вы без меня делали!.

34.

Наш препод по философии рассказывал про своего профессора (тоже, соответственно, по философии) такую историю.
Загребли этого профессора в суровые годы культа личности (году где-то в 38). Приехали, как полагается, ночью, и загребли. Кроме всего прочего, заставили заполнить какую-то длиннющую анкету, где в числе прочих ФИО и пятых пунктов (кстати, по пятому пункту было "Таки да!") имелся вопрос: "Какими иностранными языками владеете?"
Ну, каким языком должен владеть профессор философии? Латынью, ессно! Так он и написал: "Латынь". Не знаю уж, насколько ужасно там с ним обращались и сколько это продолжалось, только дали ему в итоге 10 лет.
И отсидел он их от звонка до звонка, как настоящий ЛАТИНСКИЙ ШПИОН!

35.

Знакомый профессор в махровые советские годы ездил в Баку проверять, как на юрфаке читают уголовное право. Лекция проверяемого преподавателя началась необычно. Он сразу обратился к студентам:
- Вот ты, ты, ты знаешь, что такое презумпция?
- Нэт..
- А ты?
- Нэт…
Лектор: А вот я – знаю!
Дальше следует интересная лекция. После нее проверяющий профессор интересуется у лектора: «Скажите, пожалуйста, все было очень хорошо, но что это за такое странное начало?»
- Как что? В названии стоит – «проблэмная лекция»! Вот я и указал, что есть проблэма!

36.

К истории о майках с прикольными надписями.
Один сотрудник нашего института, профессор, купил себе футболку с иероглифами на спине. Купил, скорее всего, где-то на московской барахолке. Хвастался, что привёз из Японии, но иероглифы явно китайские, они по стилю достаточно сильно различаются. Спорить с ним о происхождении футболки никто не стал, так он в ней и ходил читать лекции в течение пары лет. Пока на потоке не появились трое студентов-китайцев. Когда профессор оказался спиной к студентам, китайцы стали, хихикая что-то обсуждать. Потом перевели: “я тупая самка бабуина, надела майку с надписью на языке, который не знаю”. Вскоре про это знал весь институт, а профессора в той майке больше не видели.

P.S. Как-то видел в метро девочку среднего школьного возраста с розовым рюкзачком. На нём анимэшная девчёнка и надпись “I’m whore (я-шлюха)”. Интересно, это бабушка ей такой подарила, или пятиклассница хороший знаток английского и решила сделать себе комплимент.

37.

Не знаю, действительно ли говорил Фихтенгольц об экзаменах, но
удивительный человек, профессор математики ХГУ Бланк, Яков Павлович
(1903-1988, Гугл его знает), перед первой моей сессией на радиофаке в
1967 году нам сказал, что на экзамене нет смысла задавать сложные
вопросы - в нервной обстановке и знающий студент может запутаться. А на
простых вопросах сразу видно, знает человек, или не знает. Поэтому он
спокойно сидел на экзамене за громадным букетом цветов, читая газету, и
долго шумно складывал ее перед тем как встать чтобы размяться. Но
никакого попустительства. Например, попросив моего сокурсника прийти
позже сдать экзамен еще раз с другой группой, он сказал ассистентке
извиняющимся тоном: "Он говорит "мю", а сам пишет "ню", говорит
"дельта", а у него в формуле "эта", как же я могу у него принять?". С
другим интересным подходом я столкнулся во время приемных экзаменов на
факультете в тяжелые времена низких конкурсов. Председатель комиссии
сказал нам, что незаслуженно положительные оценки ставить нельзя, но
квалификация экзаменатора в том и состоит, что он должен найти знания у
абитуриента. Впрочем, это все было во времена, когда экзамены были
экзаменами...

38.

8-го марта у профессора дома раздается звонок. Он берет трубку, а оттуда студенты говорят:
- Товарищ профессор, с 8 Марта вас!
Профессор в недоумении:
- Это еще что? Я вам что, женщина, что ли?
Голос из трубки:
- Ну, не знаю, женщина вы, или нет, но сука еще та..

39.

Идет экзамен по литературе.
Профессор:
- Расскажите мне о Грэе.
Студент:
- Насколько я знаю, профессор, это писатель.
Профессор:
- Что вы?! Это персонаж писателя Грина!
Студент:
- Извините, профессор. Я с детства дальтоник.

40.

Профессор студенту-лингвисту, валящему очередной зачет:
- Ну ладно, так и быть, скрепя сердце поставлю вам зачет, если вы
скажете мне, какие три слова наиболее часто используют студенты.
- Я не знаю.
- Абсолютно правильно! Давайте зачетку!

41.

После лекции о современной картине мира одна пожилая леди
подошла к выступавшему и спросила:
- Почему вы не сказали главного?
- Чего - главного? - удивился лектор.
- Вы все хорошо говорили и про планеты, и про звезды, но почему
вы не сказали о том, что все это стоит на черепахе?
Тут лектор стал задать ей сократовские вопросы:
- А на чем, по-вашему, стоит эта черепаха?
- Как на чем, - удивилась леди, - еще на одной черепахе.
- А на чем стоит та черепаха?
Лектору пришлось задать этот вопрос еще несколько раз,
прежде чем дама догадалась, к чему он клонит:
- Послушайте, профессор, вы меня не обманете: я ведь знаю,
что черепахи там до самого низа!

42.

Сдает студент сессию. Профессор спрашивает:
- Где находится Америка?
Студент показывает на карте.
- А где Россия?
Студент опять показывает.
- Так, - говорит профессор. Три балла.
- ПОЧЕМУ? Ведь я географию знаю хорошо!
- Это первый вопрос был по географии, а второй по анатомии...

43.

В апреле был первый раз в Америке. Сидим с русским приятелем
в каком-то кафе на Манхэттене. Он говорит: "Живу здесь два года
и готов поспорить, что средний чукча просто профессор по сравнению
со средним американцем. Они даже не знают, кто такой Джек Лондон".
Поспорили на 10 долларов. Официант приносит пиво. Приятель его
спрашивает: "Извините, вы не скажете, кто такой Джек Лондон?"
Официант: "Простите?"
Приятель: "Джек Лондон, известный человек."
Официант: "Нет, сэр, я не знаю."
Приятель: "Это известный американский писатель, вспоминаете?"
Официант: "А-а, знаю!" (я уже тянусь за выигранной десяткой)
"Сэр, вам нужно, выйдя из нашего кафе, пойти направо до перекрестка,
повернуть налево - и вы увидите большой книжный магазин. Там вам
обязательно скажут, кто такой Джек Лондон, а я - НЕ ЗНАЮ, извините."
Может, американцы и неначитанные, зато какой сервис!

44.

Московский бомонд. Тусовка исполнителей российской эстрады.
Тут заходит мужик: качок, два-двадцать ростом, в тельняшке,
хватает какого-то тщедушного мужичка и басом спрашивает:
- А где здесь профессор Лебединский?
- Не знаю. А вы, собственно, кто?
- Я-то? Я, так это... лодочник...

45.

На экзамене.
Профессор: - Что вы можете рассказать мне о числах с плавающей точкой?
Студент: - Все могу! Числа я знаю, точку знаю... только слегка в них
плаваю.
Профессор: - Не надо скромничать, молодой человек! Вы не слегка в них
плаваете - вы в них сильно тонете!

46.

Профессор студенту-лингвисту, валящему очередной зачёт:
-- Ну ладно, так и быть, скрепя сердце поставлю вам зачёт, если вы скажете
мне, какие три слова наиболее часто используют студенты.
-- Я не знаю.
-- Абсолютно правильно! Давайте зачетку!

47.

Политех. Экзамен по физике. Подходит очередь одной _ДЕВУШКИ_. Вместо вопроса
профессор высыпал перед ней на стол кучку деталей и сказал:
- Резисторы - направо, конденстаторы - налево...
(Точно не знаю, но, кажется, потом была пересдача.... :))

48.

На экзамене студент тянет билет и видит, что не знает
ответов ни на один вопрос.
- Профессор, в билете три вопроса, ответов я не знаю. Но
давайте по справедливости. Я вам задам тоже три вопроса.
Если вы ответите, то я согласен на "два", если нет, то вы мне
ставите "пять".
- Хорошо.
- Что такое нелогично, но законно, незаконно, но логично,
нелогично и незаконно?
Профессор не ответил и поставил студенту "пять".
- А теперь слушайте, профессор. Вот вы уже старый, а у вас
молодая жена. Это законно, но нелогично. У молодой жены,
конечно же, есть любовник. Это логично, но незаконно. А вот
то, что минуту назад вы этому любовнику поставили "пять" -
это нелогично и незаконно.

49.

Студент тонет на экзамене. И говорит профессору:
- Давайте, я Вам задам вопрос - если ответите, я иду на
пересдачу, если нет - получаю 3.
- Задавайте.
- Как загнать земляного червя в землю?
- Ну, не знаю...
- Смазать эпоксидной, а потом забить молотком.
Через пару дней при встрече профессор окликает студента:
- Давайте Вашу зачетку.
Исправляет 3 на 5 со словами:
- Это Вам от нашей кафедры. Дает бутылку шампанского и цветы:
- Бутылка от меня, а цветы - от моей жены.