готов давай → Результатов: 104


1.

СОЛОМОНОВЫ БЫЛИНЫ

(Мемуар для похохотать и не только, с прологом и безэпилоговым открытым концом)

Пролог

Меня познакомил с этим человеком в начале восьмидесятых мой бывший одноклассник, тогда студент юрфака, а я учился на матмехе… (ну если вам угодно, на мехмате - кто в теме, тот поймёт) и весьма прилично играл в преферанс. То есть я думал, что хорошо играю в преферанс, но этот человек быстро меня в этом разубедил. Был он старый еврей, юрист, глубоко пенсионного возраста, но крепкий и жилистый, с глубокими залысинами, с пронзительными, чуть навыкате, глазами, с гордым римским носом, медлительный, но с мгновенной реакцией. «Редкий сорт, штучная работа, - говорил он о себе. – Таких, как я, уже не производят, только ремонтируют». Жена его - тоже еврейка (называл он её почему-то Девой). Были ли у них дети и внуки – не знаю, не видел, да и он сам не рассказывал. Видимо, это была какая-то больная запретная тема. Назову его… ну, допустим, Соломоном Мафусаиловичем Гольдбергом. «Голд Берг – Золотой самородок, - говорил он о себе. - На мне столько всего уже поставлено, что для 585-ой пробы просто не осталось места». Ему шёл тогда седьмой десяток – времена менялись, что-то смутно носилось в воздухе, в разговорах возникали некие вольности…

Одноклассник пригласил меня составить ему партию в преферанс – двое на двое. У Соломона уже был напарник, а игру втроём он не признавал. Для Соломона преферанс был своеобразной релаксацией – играли вечером субботы у него дома, в роскошной, по тем временам, «сталинской» квартире. Потолки три метра, прихожая, гардеробная и сразу его кабинет – дальше никто соваться не рисковал без приглашения хозяина. Приглашал он редко и только на кухню, и только избранных. Я такой чести удостоился всего дважды, но об этом речь впереди. Так вот. Соломон что-то преподавал на юрфаке – то ли спецкурс, то ли какие-то методики. Или может, просто делился опытом со студентами. Молодежь он любил – живчик сам по себе, он ещё больше заряжался от них энергией, вобщем, был старым мудрым полнокровным таким мужиком. Не удивлюсь, если он тогда продолжал заниматься любовью – с женой или с какими другими женщинами.

В преферанс он играл, как иллюзионист… нет, как виртуоз. Любого профессионального шулера-каталу он раздел бы догола, даже не напрягаясь. Несколько раз я играл с ним и с его каким-то приятелем – хмурым молчаливым дедом. «С Соломоном играть неинтересно, он выигрывает, когда захочет, - сказал мне этот дед, когда я провожал его после игры до трамвайной остановки. – Есть пара-тройка таких же, как он, ухарей, но не в этом городе. А сам он уже никуда не ездит».

Говорил Соломон обыкновенно, но фразы интонационно строились так, что ты воспринимал сначала их звучание и только потом до тебя доходил смысл сказанного. Это был не одесский юмор, не малороссийский суржик и не сленг – он просто как думал, так и говорил. Когда его жена открыла платяной шкаф в его кабинете, чтобы что-то достать или что-то туда положить, я мельком разглядел в шкафу общевойсковой китель с погонами подполковника, орден Ленина и орден Отечественной войны (на кителе угадывался весьма весомый «иконостас» из орденов и медалей) - он перехватил мой взгляд и сказал:
- А что вы хотите, деточка? Пятый пункт есть пятый пункт. И кто бы его мне поменял?
(Для справки – пятый пункт, пятая графа была в паспортах того времени для указания национальности владельца).

Про войну он ничего не рассказывал – молчал наглухо. Был эпизод, когда мы обсуждали нашумевший роман Богомолова «В августе 44-го»:
- Этот пИсатель как любой нормальный пИсатель… - сказал Соломон с ударением на первый слог, - тоже кушать хочет. У каждого своя правда, у него вот такая… А справедливость – она или есть, или её нет. А если и есть, то в гомеопатических дозах… Тогда всё было не так, деточки, а значительно жутче. Значительно.

Думаю, что он воевал в СМЕРШе или в каких-то спецвойсках… может, в штрафбате – ухватки и повадки у него были специфические. Я сам занимался самбо, поэтому рукопашника узнать смогу. Кстати, он не курил. Вообще. Совсем. И не переносил табачного дыма. Поэтому курильщики выходили курить во двор и только по окончании очередной «пульки». Объяснил он это просто:
- Вот вы лежите себе неподвижно час-второй-третий… Если пошевелитесь, вас могут банально убить. И ладно бы за идею, а то ни за понюшку табаку. Так что когда у меня был выбор – курить или всё остальное, догадайтесь, что я выбрал?

Про себя он как-то сказал следующее:
- Деточки, свою трудовую биографию я начал ещё при Иосифе Виссарионовиче, и как я её начал? С места в карьер и таким галопом, что смог остановиться только в конце одна тысяча девятьсот пятьдесят третьего года. Дальше моя трудовая карьера шла исключительно шагом. Это я к тому, что спешите успевать занимать командные высоты – их мало, на всех не хватит. Впрочем, всякому – всяково.

Жалею, что не записывал его рассказы, но некоторые запомнились – совместный дружный хохот хорошо закрепляет услышанное. К нему на преферанс ходили, в основном, студенты юрфака, но слабых игроков он отсеивал сам – игра шла только на спортивный интерес. Несколько раз к нему домой приходили сдавать «хвосты» - он усаживал таких «сдатчиков» рядом со специальным карточным столом в своем кабинете и в процессе игры слушал их бубнящие ответы на вопросы экзаменационных билетов. И комментировал:
- Что ты мне тут блеешь, как родственник сестрицы Аленушки? Учи матчасть, не то она тебя не поймёт… Ты у меня пытаешься своими баснями оргазм вызвать, что ли? Ты у девушки своей что хочешь вызывай, а мне тут от твоих протяжных бурятских песен уже все уши заложило. Ты ёмче излагай, деточка, в три секунды, а то видишь - у меня уже не моя сдача подходит… Ваши глубокомысленные вопросы вошли в меня настолько глубоко, что я уже чувствую их всей своей простатой. Но вы всё равно будете давать мне правильные ответы, или вас интересует остаться здесь на второй год?.. А вот эти ваши реплики настолько остры, что они прямо-таки выбривают мне всю мошонку. Отчего у меня нервы и щекотка. Приходите мне ещё раз на пересдачу, когда у вас всё будет затуплено… А вы? Неужели вы тоже являетесь достойным представителем композиторского рода братьев Покрасс? Тем бы только бабу до рояля дотащить и грянуть хором: «Ми кг”расныя кавалэристы и прё нас билинники рэчистые ведуть рассказь»! Как зачем? Чтобы вдвоем ту бабу насквозь охмурить, потому что поодиночке у братьев это никак не получалось! И я держал вас за приличного студента! Но меня вы не охмурите, а только рассердите. Не делайте, чтобы я вспылил – давайте уже отвечать мне зычно и по существу, а то я вас так забуду, как вы устанете потеть, чтоб я вас вспомнил!..

Всякое там право, криминалистика и прочие штуки меня тогда мало интересовали, но жизнь потом повернула так, что пришлось мне всё это осваивать самоуком. За преферансом Соломон отдыхал, но очень не любил, когда партнеры задерживали игру и думали над ходом больше тридцати секунд. Или размышляли, с какой масти ходить. В таких случаях он говорил:
- А вы, деточка, вор – вы уже сперли столько моего терпения, что я уже и не знаю, как вы унесёте его домой. Вы меня хорошо поняли?
И игрок понимал, что ему надо ходить трефами или крестями, потому как типичная воровская кличка – это Крест. Или ещё о ходе трефой:
- Вы уже были себе на кладбище? Обязательно сходите туда завтра – там для вас специально будет устроен родительский день. (Смысл сказанного – ну давай, рожай быстрее и ходи с трефы, балбес).
- Ваша фамилия часом не Касторский ли? Нет? Значит, она у вас сейчас будет. Всё, идите меняйте паспорт, я вам сказал! (Буба Касторский из «Неуловимых мстителей» - ясное дело, ходи с бубей).
- Что вы тут себе спите как лошадь Буденного? Мы тут, понимаешь ли, не в шашки машем – чтоб вы знали, у красных кавалеристов пика длиннее шашки, а не наоборот. А то что вы себе думали? Что мы вас тут будем упрашивать пришпорить вашу соображалку? (Ходи с пикей, не задерживай людей).
Или выигрываю я как-то два мизера подряд – ребята в обалдении: нифигасе подфартило, расклад достался. Соломон (прищурившись):
- Деточка, вас в какое место сегодня поцеловала Фортуна? Именно в то самое? И взасос? Вынужден вас разочаровать – даже если сейчас вы её будете облизывать со всех сторон как леденец, это всё равно вам не поможет… Потому что моя Фортуна гораздо старше и прожжённее вашей.

И вся последующая игра идет строго в его пользу.

Надо сказать, что характер у него был добродушный, но иногда оттуда такая дамасская сталь выглядывала, что делалось не по себе – и я понимал, что такие люди остаются в живых на войне не по воле случая, а только по собственной воле. И чего это стоило Соломону, тоже примерно догадывался.

Теперь несколько историй, рассказанных Соломоном за карточным столом.

История первая.

В одних из наших правоохранительных органов (звучит как «право, охренительных») работал один мой знакомый, в чинах, естественно. Двое дочерей – такие шкодницы, что я точно знаю, о чём он думал в процессе их зачатия. Жена – медичка. Дева, ты помнишь эту жену нашего знакомого? Ещё бы она её не помнит – её задница не даст ей забыть: так нежно и ласково уколы никто не ставит, кроме как за этой медичкой. Да… Две генеральские звезды светили этому моему знакомому как два маяка в ночи – и что вы думаете? Он влюбился? Хуже, его влюбили! И он повёл себя как сущий поц – вместо того, чтобы спокойно разобрать ситуацию, попёр, как горный марал по кручам. Геня, говорил я ему, твои левые бабы уже доводили тебя до парткома с помощью жены, зачем тебе столько адреналина? Оставь хоть что-то товарищам! Но он кинулся разводиться со своей медичкой как бешеный, делить квартиру и совместно нажитое, которого было немало. К тому же, его и медичкины шкодницы уже принесли ему двух внуков – Геня, говорил я ему, ты счастливый в квадрате человек, другие и того не имеют. Нет, отвечал он мне как больной, хочу себе сыновей, собственных. Ну, так получите-распишитесь – его новая женщина была уж и не такой новой. У Гени возраст позднего акмэ 55, а у неё раннего – 45. Разница в десять лет по нынешним временам – так, статистическая погрешность. Но! У этой дамы была… что вы думаете?.. точно, собственная взрослая дочь от прежнего экзерсиса. И этой самой дочери новый экзерсис в виде Гени очень даже не понравился. Но всё-таки родил упорный Геня при помощи своей новой пассии себе через девять месяцев одного сына, а ещё через девять месяцев – второго. А ещё через три месяца померла его новая пассия – не справился её организм с такими переживаниями. Кинулся Геня к своей прежней медичке – так, мол, и так, готов искупить вину кровью, подсоби с воспитанием дитёв. Но медичка как кремень – ступай себе обратно взад, откуда пришёл. Ну, он и пошёл туда, косолапя. А дело на этом не закончилось. Чуть ли не следом за Геней прибегает к медичке его сестра и в ноги падает – прости, говорит, меня, сними грех с души, это я вместе с уже помершей пассией Гени ему приворот через деревенскую бабку сделали, чтобы он с тобой развёлся и на той женился. А приворот, деточки, это такая штука, о которой на ночь лучше не будем. Хватает его лет на пять, не больше, и чреват он весьма для своих заказчиков. Что ха-ха?! Что ха-ха?! В наших деревнях ещё не такое бывает, а гораздо хуже. Геня, кстати, следак был от бога, такие дела распутывал, а тут прокололся как мальчик. Так вот о чём это я… А об том, что во все времена думать надо прежде всего головой, а не мошонкой – хочется тебе бабу, хоти, но не шибко. А если затмение в мозгах наступило, лучше самому долбануться об угол и не доводить себя до плохого диагноза… Так, кто сдаёт? Моя очередь? Ну, деточки, держите – тебе маленькая, тебе плохонькая, мне туз… и снова туз мне на прикуп…

2.

Во время съемок фильма «Вертикаль» Владимир Высоцкий написал несколько альпинистских песен. С одной из них связан забавный эпизод.
Режиссер Станислав Говорухин несколько дней отсутствовал, куда-то уезжал по делам, а когда вернулся, то первым делом зашел в номер к Высоцкому и никого там не обнаружил. Он увидел на кровати какие-то исписанные листки, заглянул и прочел слова только что написанной песни: «Мерцал закат, как блеск клинка...»
Перечитав эти строки раза два, Говорухин уже знал их наизусть. Он спустился в холл гостиницы и увидел Высоцкого, который сидел в буфете с гитарой, в окружении нескольких актеров. Не успели поздороваться, как Высоцкий похвастался, что написал великолепную песню для фильма и готов ее исполнить.
- Ну давай, - согласился Говорухин, который уже задумал розыгрыш.
Высоцкий ударил по струнам и запел: «Мерцал закат, как блеск клинка...» Не успел он пропеть и трех строк, как Говорухин прервал его:
- Да ты что, Володя! Ты шутишь... Это же известная песня, ее все альпинисты знают...
- Да не может быть! - не поверил Высоцкий.
- Как не может быть? Там дальше еще припев такой будет:
Отставить разговоры,
Вперед и вверх, а там
Ведь это наши горы,
Они помогут нам...
- Точно ... - растерянно сказал Высоцкий. - Ничего не понимаю... Слушай, может быть, я в детстве где-нибудь слышал эту песню, и она у меня в подсознании осталась... Эх, какая жалость!..
- Да-да-да! - подхватил Говорухин. - Такое бывает довольно часто...
Но, увидев вконец расстроенного Высоцкого, во всем признался.

3.

- Ты, говорят, банкиршу имеешь? - начал Виталик почти с порога, заявившись ко мне домой, чем поставил меня в тупик.
- С чего ты взял? - в растерянности произнес я.
- Да люди говорят, - с уверенностью уведомил он, - чпокаешь ведь, зря не скажут.
- Виталик, это называется совсем по-другому. - вернулся ко мне дар речи, - никого я не чпокаю и не имею. И что там говорят меня волнует мало. Ты чего хотел-то?
- Да мне разницы тоже нет, но ты сможешь меня ей рекомендовать? Мне кредит на сто тысяч нужен. Позарез!
- Ну это другой разговор. Зачем тебе только в банк непонятно. Сто тысяч рублей и я тебе смогу занять.
- Да в том-то вся и хрень, что мне не рублей, а долларов надо! - это было уже серьезно, при том курсе в те времена, это переваливало за 120 миллионов. И я просто уже не мог не спросить зачем.
- Тут понимаешь какое дело, - Виталик почему-то перешел на шепот и оглянулся по сторонам, что в принципе добавило серьезности разговора, а мне интереса. Убедившись, что все будет тайно, он прошептал мне на ухо — хочу красную ртуть купить.
- Давай с этого момента поподробнее, - почему-то тоже шепотом сказал я.
- Сделку мне предложили — понесло Виталика. - Хочу в Новосибирск сгонять на тот завод где ее делают, а по приезду загнать, но уже не за сто, а за двести тыщ. Покупатель уже есть. Он, кстати, и адрес этого завода мне подкинул и явки кто мне может в этом деле помочь. Ну ты как, в деле?

Здесь явно что-то было не так. Я молчал, прокручивая в голове схему, но она никак не складывалась. А Виталик выжидательно смотрел на меня. Молчать дольше уже было нельзя и я задал несколько наводящих вопросов.
- А что он сам, ну этот твой покупатель, не слетает? Сто тысяч баксов навар хороший, а лету всего с пяток часов. Тебе не кажется, что здесь какой-то подвох?
- Да нет никакого подвоха, - опять зашептал Виталик, - у него рожа просто бандитская, его же на первом посту примут. А вещь эта, - он видимо имел ввиду ртуть, - засекреченная. Говорят, в военной промышленности используется. Не отмажешься.
- А ты часто бреешься? - даже немного отодвинувшись чтобы посмотреть его и в фас и в профиль, поинтересовался я. - В зеркало смотришься? Я вот что-то не припомню, чтобы у тебя лицо профессорское было хоть когда-то. На интеллигента ты походу точно не тянешь.
- Так у меня ж ИП, если что, буду говорить, что по делам летал... - Виталик говорил что-то еще. Жарко и убедительно. И я даже не успел спросить, почему заказчик не займет ему денег, раз у него есть двести тысяч, чтобы потом купить. Ведь в этот момент меня пронзила мысль:
- Виталик, так у меня же есть ртуть! - и на его удивленный взгляд добавил — красная! - И потащил его к окну на кухне. - Вот — ткнув через стекло в уличный термометр, гордо произнес я.
- Да не, эта не та. Я дома уже все термометры переломал. Заказчик говорит, что она должна быть твердая, а не жидкая. А это все фуфло.
- Вот же сука! - не отводя взгляд от окна, произнес я.
- Кто сука? - опешил Виталик и оглянулся по сторонам.
- Да петушара этот долбаный! - Виталик оглянулся еще раз, но потом поймал мой взгляд. - Тебе, кстати, петух не нужен? Как он через загородку перелетает никак не пойму. Я бы давно ему башку снес, да жена против. А он как понимает, что под ее защитой. Не клюет ее даже. Давай за пятьсот рублей и по рукам. А насчет твоего вопроса я в город поеду завтра и узнаю у Лены, сможет ли она такой кредит тебе оформить.
- Да не нужен мне твой петух, даже за пятьсот, - направляясь к дверям произнес он, но видимо разговором остался доволен. А меня опять осенило, еще круче чем в первый раз, и я пошел к Сереге. Пятнадцати минут разговора мне хватило, чтобы все ему объяснить и тот в свою очередь отправился к Виталику. Поставленный им вопрос, где можно купить петуха, возымел свое действие. Поинтересовавшись сколько Серега готов за него заплатить и узнав, что тысяч пять-семь не больше, Виталик вновь стоял на моем пороге, как я и ожидал.
- Ладно, давай своего петушару, - произнес он, - в хозяйстве пригодится. Пусть кур топчет, может цыплята будут.
Хотя я точно знал, что кур у него отродясь не было, но похвалил за хозяйственность и с его помощью поймал петуха и засунул в мешок.

На следующий день Виталик, видимо увидев, что я подъехал к дому, спешно ко мне направился. Услышав, что по его просьбе все плохо и что под такую сумму требуется залог, и как бы я Ленку не имел и не чпокал, он его все равно не найдет. Не знаю, конечно, возникли ли у него сомнения в моей мужской силе, но он тяжело вздохнул.
- Может хотя бы петуха своего заберешь? - под конец разговора поинтересовался он, - Серега сказал, что уже купил, пока мы твоего ловили. Бегает, сейчас по двору, никому выйти из дома не дает. Собаку и ту заклевал нахрен!
- Так я не понял, ты его перепродать хотел, что ли? Так вот, Виталик, этот петух лично тебе. Когда тебе очередная коммерческая идея подвернется или кто-то подкинет, ты садись напротив него и еби ему мозги. Может он тебе и расскажет, что по нему и по ртути твоей красной, схема-то одна и та же была. Только я под петуха тебе кредит не навязывал взять. А так все один в один.

4.

Месть не выход, но прекрасное развлечение. (Публий Корнелий Тацит)

Истории у меня традиционно длинные, кто такое не любит – просто листайте.
Про клофелинщиц слышал много, в какой-то момент, наверное, было весьма массовое явление, но сам сталкивался вживую только один раз. Не знаю даже, как сказать – удачно или нет. Судите сами.

Лет 20 назад было. Приехал в родной город, само собой - организовалась встреча с друзьями детства. Планировали сходить в кабак или пивнушку куда-нибудь посидеть. Условие - чтобы не было громкой музыки, неважно, живой или неживой, чтобы спокойно поболтать в свое удовольствие.
Пошли вчетвером, в хороший ресторан с отдельным «тихим» залом, без музыки.
Посидели отлично, и выпили нормально, и закусили, и поржали всласть, вспоминая истории из детства и бесшабашной юности. А потом, как обычно захотелось «продолжения банкета» и понесла нас нелегкая в самый крутой в городе клуб.
Поехали уже втроем, один товарищ отказался, этим вечером (почти ночью) на вахту поездом уезжал. Зато вручил мне ключи от квартиры, под мои клятвенные уверения, что все будет чинно, благородно. Кстати, он единственный холостой в тот момент среди нас.

Клубы не особо люблю, в первую очередь из-за: ну очень громкой музыки, сложности в разговорах, да и, наверное, отдискотечили уже свое. Все мы со товарищами тогда в возраст Христа вошли, попрыгать еще можно, но уже без фанатизма и точно не часами отплясывать, сие скучно по факту, оказывается. Зацепить девчонок другое дело, но опять же, весь вечер только телодвижениями симпатию демонстрировать, как тот мальчик, который жестами показывал, что его зовут Хуан…
Как знакомиться и флиртовать с женщинами, не используя главное оружие умного мужчины – твой хорошо подвешенный язык? Как выражать свое восхищение без игривых комплиментов, весело двусмысленных или откровенных? Без шуток и юмора, без всей этой красивой игры… Вот и я не понимаю.

Потом за одним товарищем приехала жена, Вовка тоже с ними засобирался, а я решил остаться. Как-то жалко, такой великолепный вечер и так бездарно закончить, просто завалившись спать.
Пару попыток знакомства уже сделал, но везде отшили, девочки тройками-парами (а других без парней нет) не любят знакомится с одинокими, тем более «старыми» мальчиками.
Решил, что сегодня уже не получится, присел в баре возле танцпола с коктейлем, просто любуясь красивыми, танцующими девчонками.

На освободившееся место, рядом присела симпатичная девушка. На меня ноль внимания, пыталась жестом привлечь мечущегося, взмыленного бармена.
- Давайте я вас угощу… - практически на ухо прокричал я. Немного повернулась, посмотрела пристально и царственно кивнула.
- Мохито… - громко выдохнула, в мое подобострастно склоненное ухо. Имена сказали, но общаться и орать так долго невозможно, поэтому дождавшись ее бокала, я жестом у губ показал затяжку и кивнул в сторону выхода. Тоже кивнула.
Оказалась в похожей ситуации. Тоже была с подругами, но те с какой-то компашкой парней уехали. Она ехать с ними наотрез отказалась, несмотря на все уговоры, «да ну нафиг - уроды полные». Ведь есть же нормальные варианты, и игриво взглядом… Я хоть и выпивший уже в свою лучшую кондицию, но голову и благоразумие еще не потерял.
Эт чо, получается, нам сейчас комплимент нехилый сделали?! Спросил я себя про себя, обратившись к себе во множественном числе и по имени-отчеству.))
Слушайте, но я нормально тогда себя оценивал, не голливудский красавец, но спортивный, стройный, без малейшего признака живота. И тем более без каких-либо кривых ножек, плешей, прыщей, волосатых ушей и прочего подобного, что компенсируется только деньгами или властью. В общем среднестатистический, в меру симпатичный и ухоженный, нормально прикинутый мужик в рассвете лет. При этом явно не самый первый парень на танцполе, к тому же старше ее лет на 8-10 точно. Но под градусом свою привлекательность все склонны переоценивать, поэтому не увидел ничего такого, почему бы со мной красивая девушка не может поехать.
А она уж дюже симпатичная и на лицо, и на другие части молодого организма. Впору влюбиться.
Согласилась со мной поехать сразу, и тревожный звоночек у меня прозвучал, а я молодецки от него отмахнулся, просто дав себе зарок быть внимательнее, но, подумалось, что может просто Настена решила сегодня непременно «оторваться», вот и выбрала самый, на ее женский взгляд, надежный мужской вариант.

По ночному городу доехали быстро, в такси почти не разговаривали, терпеть не могу чужие уши и глаза рядом в таких обстоятельствах, и тем более без каких-либо юношеских лобызаний на заднем сиденье, 10 минут ничего не решают. А надо с чувством, с толком, с расстановкой… И уж точно близкий контакт без запаха пота от моего разгоряченного, активными плясками, тела.

Ах, это благословенное сибирское лето! Особенно июнь. Днем жара, а вот ночь очень комфортна, можно и купаться без риска замерзнуть, и хоть голышом на улице спать (если бы не комарики), но в жару и в большом городе их немного. Поэтому на такси не до самого подъезда, решили немного пройтись. А она заметно зажалась, пропала первоначальная легкость общения, решил, что просто немного трусит, с практически незнакомым мужиком куда-то идет в неизвестность. Это немного развеяло мои опасения, а, чтобы приглушить их у нее, зашли еще в круглосуточный магазин рядом с домом за шампанским, фруктами и прочими шоколадками.

Мой же червячок сомнения все-таки окончательно и до конца не пропал…
- Давай иди в душ, чувствуй себя, как дома, а я тут приберусь немного…
У Женьки я неоднократно бывал и в разных ситуациях, поэтому ориентировался в квартире отлично. Засунул в морозилку бутылку шампанского, помыл фрукты. А когда зашумела вода, первым делом закрыл ключом на железной двери мощный верхний замок, который работал только от ключа и изнутри, и снаружи. Снял часы, вытряхнул деньги из кармана (не так уж много и осталось) и вместе с ключами и портмоне с документами засунул в неожиданный и неординарный тайник. Расстелил диван, включил музыку (очень тихонько, ночь все-таки), зажег в углу неяркий торшер. Создал, так сказать романтичную обстановку.
- Ладно, я тоже в душ, а ты организуй тут пока. Шампусик еще совсем теплый, так что давай по водке, в холодильнике полбутылки стоит и пошарься еще там, может закуску какую найдешь.
Вышел, а она уже столик накрыла, из мясной нарезки бутеры маленькие сделала, оливки в маленькой чашечке…, в запотевших стопочках уже водочка разлита. Красота…
Но вот с водкой ты Настя точно поторопилась, опасения вспыхнули с новой силой.
- Не-е, что-то не хочу водку, давай шампанское. Остыло, наверное, уже. Да и тост за близкое знакомство неправильно с водки начинать…

Блин, и открывал бутылку сам, и разливал, и за руками буквально следил… Но даже не понял, как и когда выключился.
Очнулся ничком на полу в жутком состоянии, еще и ребра справа нешуточно ноют. Пощупал, перелома вроде нет, но острая боль от малейшего прикосновения - полное ощущение, что кто-то нехило так зарядил лежачему с ноги. Господи, как плохо то… Тошнит еще и пол кружится. Не так много вчера выпил, чтобы так болеть и с такой дозы ни за что бы так не вырубился. Похоже, оно…
Тихонечко встал, постоял секунд двадцать, подавляя головокружение, глянул на настенные часы. Почти семь утра. Четыре часа минимум значит провалялся. А эта спит одетая на разложенном мною заранее диване.
Уйти ей понятно не получилось, а сейчас дуру включать начнет, типа «я не я и лошадь не моя», «не виноватая я, он сам пришел» и так далее.

Мне друзья, как-то подарили миниатюрные наручники, которые на большие пальцы рук защелкиваются. Работают и свою функцию выполняют, как реальные большие наручники. Из титана, маленькие, легкие, но очень прочные. Цепочка сантиметров пять. Я их стилизовал под брелок, одну часть полностью спрятал в лохматой маленькой мягкой игрушке, а к другой цеплял колечко с ключами. И не догадаешься, что такое. И открывались не ключом, а было малюсенькое отверстие на каждой части, настольно маленькое, что даже обычная иголка не лезла. Оригинальную открывалку из тонюсенькой, но жесткой стальной проволоки я быстро потерял, приспособил крошечную булавку, реально мелкую, умещалась на ногте пальца и прицепленную к той же игрушке. Вот надо же, в какой ситуации эти наручники пригодились.

Двигаясь очень осторожно и тихо, достал из тайника и приготовил наручники. Подойдя примерился, стараясь не смотреть в лицо спящему человеку. Потом одним резким движением защелкнул наручник на одном большом пальце ее руки, а вторым движением плавно, но быстро опустил ее руку вниз и защелкнул вторую часть на металлической трубке выдвижной части дивана. Только теперь окончательно проснулась. Дернула рукой, посмотрела, явно испугалась, но надо отдать ей должное, сразу постаралась страх перевести в наезд:
- Чо за дела?! Я сейчас закричу…
- Сперва послушай, что скажу, а потом можешь кричать, сколько пожелаешь – я присел в кресло напротив дивана.
- Ты уже поняла и осознала, что я теперь понимаю про клофелин или что-там у тебя было. А я тоже знаю, что ты знаешь, что я знаю. Поэтому давай сразу оставим эти игрища про невинную принцессу и сказки про «сам напился». Я мальчик уже большой и прекрасно себя знаю, и сколько я вчера выпил, и что может быть со мной от такой дозы. Чтобы так вырубится, мне потребовалось бы минимум в три раза больше и то не факт, что я до дивана бы не дошел… – я встал и подняв майку, продемонстрировал почти круглую, уже бордовую, с красными подкожными кровоподтеками, гематому на ребрах.
- И вот это не прощу, только не говори, что сам об ковер. Помолчи пока – одернул я Настю, попытавшуюся что-то сказать.

- Короче, у нас есть варианты:
- Первый - я сейчас звоню своему однокласснику, он между прочим начальник уголовного розыска этого района. И по стечению счастливых обстоятельств сейчас находится в РОВД на дежурстве, вчера из-за этого с нами на встречу не пошел. Он по моему звонку с радостью приедет, чтобы с поличным задержать злостную клофелинщицу. И не сомневайся, обязательно с двумя понятыми, которые подтвердят твое задержание на выходе, и в твоей сумке будут украденные материальные ценности, мой телефон и документы. А меня повезут на экспертизу, которая честно покажет наличие убойной дозы известного лекарственного средства в моем многострадальном организме. Также, в квартире найдутся твои отпечатки пальцев. С такой доказательной базой тебя ни один адвокат не отмажет – я уже стоял над ней, как обличитель.
- Но это еще не всё. Таких подруг, как ты задерживают редко, поэтому если попалась, то повешают на тебя всех городских собак за последний год, а может и больше, по подобным делам. С ментов раскрываемость еще как требуют. А если ты думаешь, что сможешь изобразить стойкую партизанку, а-ля Зоя Космодемьянская, то поверь – не сможешь. Там методы воздействия (и не только физического) отработаны десятилетиями и не таких обламывали. Я вот когда лет десять назад прочитал первый раз о деле Чикатило, по которому расстреляли еще несколько невиновных, не мог никак понять, как и зачем эти невиновные мужики брали на себя однозначно расстрельную статью. Потом доходчиво разъяснили… – я помолчал немного, она тоже молчала.
- Так, что пойдешь могучим паровозом с десятком вагонов-эпизодов на максимальный по статье срок. Я УК не очень знаю, но думаю меньше пятерки не светит и возможно строгого режима – у Насти задрожали губы и навернулись слезы, но продолжала лежать молча.

- Но я добрый, хоть и злой сегодня. Жизнь тебе окончательно ломать не хочу. Поэтому предлагаю второй вариант. Я тебя сдавать не буду и отпущу, но с одним условием - мы с тобой обязательно продолжим, вернее начнем, то, для чего я тебя вчера сюда привез. Будем, всё ранее произошедшее, считать трагической случайностью.
- Ну ты и сволочь… Шантажируешь значит… По-другому бабы не дают?
- Ого! Охренеть ты перевернула! И шантажом сие сложно назвать, мы сюда вчера ехали добровольно, без какого-либо принуждения и с определенной, понятной целью, вслух неоглашённой, но вполне сторонами явно декларируемой, хоть и без письменного договора согласия. Или все-таки хочешь, чтобы я совсем правильным оказался и как добропорядочный гражданин сдал тебя правоохранительным органам?
- Молчишь? Вот полежи и подумай, а я пока умоюсь. Где твой телефон? Заберу пока. Но можешь покричать, тогда останется у меня и у тебя только первый вариант.
- Отцепи, пожалуйста. Больно… – Настя тихонько и показала на свой палец, который уже начал немного синеть. Зажал я все-таки крепко.
- Ничего потерпишь, вот за это – показал я на ребра.
- Да я не сильно вроде… - жалобно и жалостливо.
- Нормально так, да еще по полностью расслабленному телу. Ничего с твоим пальцем не произойдет. И не пытайся снять или порвать, из здоровых мужиков никто не смог, и ты точно не сможешь, только палец повредишь.
- Прости меня, пожалуйста… Отпусти просто меня. Очень прошу. Тебе же это сейчас не особенно надо, вижу же, что плохо тебе. Давай лучше потом встретимся, обещаю, а у меня дочка дома маленькая, полтора года всего.
- Не дави на жалость. Может быть и отпустил бы просто по доброте душевной, но из-за этого, точно нет – я снова показал на свой бок. Для тебя будет типа наказание, а для меня моральное удовлетворение должно быть по любому. Я же обещаю, что будет всё галантно, вежливо и тактично, без грубости и насилия, если только сама не решишь изображать монашку в руках пирата.
- Но если есть у тебя в мыслях, что-нибудь сделать героическое, типа оглушить меня вазой, как во всех голливудских фильмах, или как-то еще напасть, то сразу говорю, даже не думай. Ты со мной не справишься ни при каком раскладе, а вот я тогда стану очень и очень недобрым и бить буду по-настоящему, невзирая на пол, как бил бы мужика. И ведь тогда обязательно в нервяке, что-нибудь тебе сломаю, нос набок сверну, например. И тогда у нас останется только третий вариант.

Не закрывая дверь в ванную, встал под холодный душ. После растерся полотенцем – заметно полегчало. Глянул на себя в зеркало: Нет золотой цепочки на шее! Сука!!! Не то, чтобы прямо там толстая цепь, но грамм 20 вместе с крестиком было, да еще и подарок жены. Носил, не снимая и так к ней привык, что не замечал и вчера даже не подумалось снять.
Быстро в одном полотенце прошелся по квартире, вот там DVD-плеер не совсем так стоит, и провода неправильно воткнуты, шкаф открыл – вещи, как попало, дубленка криво висит, норковая шапка смята. На аккуратиста Женьку вообще не похоже. Посмотрел ее телефон. Тогда еще кнопочные были, Нокиа 3310 самый популярный, с паролями на вход редко кто заморачивался.
Ага, вот оно что, куча ночных вызовов на один и тот же номер, записанный, как Сережа. Мужик ее похоже, но какой нафиг ее мужчина, нормальный бы свою женщину на такое бы точно не подписал, подельник или сутенер, если хотите. Картинка окончательно сложилась. Когда я вырубился, позвонила значит своему Сереже, а сама «баулы» быстрее паковать с ценными вещами. Обнесли бы хату, как нефиг делать, вот бы я потом перед Женькой краснел и оправдывался. А когда приехал Сережа, то оказалось, что выйти то никак нельзя и этаж шестой. И ключей нигде нет. И шуметь ночью себе дороже. Вот тогда-то я и получил от нее мощный пинок по ребрам со злости. Наверное, совещались долго, но решили, что она прикинется невинной овечкой, распихала все по местам, но жадность фраера сгубила… А я уже действительно думал отпустить ее просто так. Вышел на балкон. Ага, вот похоже и Сережа. Через один подъезд стоит праворукая Тойота Марк 2, переднее стекло полуопущено, спинка водительского сиденья откинута полностью и там явно кто-то полулежит.

- Где цепочка? – я показал на свою шею.
- Какая цепочка? – и наивно округлила глаза, изображая неподдельное удивление.
- Моя! Золотая! С крестиком!
- А я тут причем? Может раньше потерял, еще в клубе…
- На мне она была, когда вчера в душ ходил. Отдай по-хорошему… – а сам задумался, могла ли, например, завернуть в бумажку и выкинуть подельнику с балкона? Могла теоретически, тогда придется еще и Сережу в оборот брать. Но зная характер и природу женщин, решил, что нет. У нее цепочка точно. И не в квартире спрятана, а так, чтобы уйти точно с ней.
- Похоже настает третий вариант. Не хотел даже озвучивать, жалко тебя было, но видимо зря. Есть у меня еще один одноклассник, до восьмого класса вместе учились. Сейчас кент авторитетный, правая рука за городом смотрящего. Особо и давно не общаюсь, но пару звонков и найду. А мне он не откажет, мы с ним одно время в школе корешились сильно. И вот тогда девочка, возьмут тебя в оборот по-настоящему. Дочкой, например, нехило припугнут или вообще заберут, и будешь на них по хм… специальности работать, а глядя на твою витрину модельную, то трахать тебя будут многочисленно и беспредельно - и в гриву, и в хвост, и под хвост. Это страшные люди, даже иногда не совсем похоже люди, там ты точно никого не разжалобишь.
- Да, не брала я. Кругом у тебя одноклассники…
- Девочка! Я родился и вырос в этом районе. Я знаю кучу народу и меня каждая собака здесь знает. Я ходил здесь в детсад, учился в двух школах, жил в двух дворах, ходил на кучу разных секций, ездил в пионерлагеря, играл в футбол и хоккей за двор, школу и район. У меня тут друзей и знакомых, как деревьев в парке, начиная от мясника на рынке, заканчивая ментами и бандитами.… Я тут свой, а ты чужая…
- А говорил, что из Москвы…
- Я только пару лет, как уехал. Ладно, попробую найти пока сам.
Я взял ее сумочку, вытряхнул все на стол и рассмотрел тщательно каждую вещь, пудреницу открыл, прокладки помял, даже зачем-то губную помаду полностью вывернул. Потом занялся самой сумочкой, прощупал всю, не забыв и ремешок.
- Снимай джинсы. Ну-у… - поднял кулак и скорчил зверскую гримасу. Теперь напугалась реально, похоже до нее начало доходить, что слова закончились.
- Перестань, не надо… - жалобно.
- Снимай, обыщу и всё… - она расстегнула пуговицу, а я взялся за джинсы у щиколоток и стянул, оставив ее в трусиках. Проверил карманы, прошелся пальцами по поясу и швам.
- Снимай лифчик – сам помог, стянул – прощупал весь, но тоже ничего. Легкую майку и символические трусики даже проверять не стал и так видно, что нет. Мысль об естественных отверстиях тоже отмел сразу. Ах, какая все-таки красивая баба... Чем-то похожая на Николь Кидман в молодости, может пониже ростом, но на лицо, на мой взгляд, даже посимпатичнее будет.
Неужели ошибся? Стоп, могла же где-нибудь в коридоре положить, завернув во что-нибудь, чтобы прихватить при выходе. Вышел в коридор, ха, как я про обувь забыл то. Ну точно, вот она моя родная, под стелькой спрятана.

- Дура ты… - я заглянул в комнату и показал ей цепочку.
- Пожалуй сдам я тебя ментам… – и взяв свой телефон, ушел на балкон в другой комнате, закрыв за собой дверь.

Но позвонил я не менту Ромке (не хотелось мне ее все-таки сдавать), а Вовке, живущем в соседнем подъезде. Не берет трубу зараза. Ладно, на городской позвоню, который с детства на память помню. На гудке десятом, сняла его жена.
- Алё… - заспанным голосом.
- Аня доброе утро. А Вовка дрыхнет еще?
- Конечно, вы во сколько вчера разошлись? Так и воскресенье сегодня. И рань какая… Случилось чего?
- Ань, я понимаю, что рано, но очень надо, подними его пожалуйста. Потом всё объясню.
Вовчику я все кратко рассказал и предложил план. Он идет минут через тридцать в киоск, берет пиво и садится на подъездной лавочке недалеко от Тойоты. При этом изображает конченного алкаша и одевается соответствующе.
- Ха, мне сегодня и изображать не нужно – заржал Вовчик, загоревшись нешуточным энтузиазмом.
- Только Вова аккуратно, посмотри сперва сколько человек в машине, может надо еще кого выдернуть.
- А ты сам не выйдешь?
- Я же тебе объясняю, хочу, чтобы выглядело, как кармическая ответка от высших сил, а не моя мелкая месть. И не забудь - по ребрам именно справа. Только давай без фанатизма и излишнего энтузиазма, чтобы сам смог уехать. И сперва все-таки убедись, что точно в эту машину девка идет.
- Не ссы, все сделаем в лучшем виде…
- И да, если вдруг вмешается, не бей кулаком, ладошкой достаточно…
- Жалеешь, что ли? После всего…
- Жалею. Все потом подробно расскажу.
За Вовку я не особо переживал. Он боксом в школе занимался, а потом ушел в самбо. Мастер спорта, между прочим. Не очень высокий, но крепкий, с мощными руками борца, а главное – быстрый и подвижный, как ртуть.

Зашел обратно, а тут у нас нешуточные слезы, рыдает, уткнувшись в подушку.
- Ну-ну, успокойся, не стал я ментам звонить… - успокоил называется, получил вообще форменную истерику, с выкриками сквозь рыдания:
- Как у вас все просто стал, не стал… Весь такой порядочный… Связи у него везде… А тут последний хрен без соли доедаешь… Хоть раз бы пожалел кто… Мужикам всем одного подай, ни разу никто не помог просто… Гады… Гады кругом… - уткнулась в подушку и затряслась всем телом.
- Не трогай меня!
- Подожди, не дергайся, сейчас отцеплю, иди умойся, только без глупостей… - пришлось намертво прижать к дивану ее трясущуюся руку, никак не мог попасть кончиком булавки в маленькую дырочку.
В туалете закрыться полностью не дал и в ванной тоже постоял рядом. Потихоньку успокоилась, долго умывалась. Лицо и глаза припухли, но все равно лицо полностью своей привлекательности не потеряло.
- Пойдем на кухню, кофе сварю, нормально поговорим, без слез и истерик…
На кухне села тихонько, как была в футболке и трусиках, глаза в стол, молчит, только еще периодически вздыхает-всхлипывает. Я на всякий случай, стараясь незаметно, поубирал с глаз долой все колюще-режущие предметы. Береженного бог бережет.
- Покажи палец. Ладно, вообще ничего страшного, останется маленький синячок вокруг фаланги и всё. Отошел уже? – только кивнула, по-прежнему не поднимая глаз.
- Завтра и не вспомнишь. Давай тебе валерьянки накапаю? – снова молча, лишь отрицательный жест.
Сварил в турке крепкий кофе, полез в холодильник, увидел только начатое шампанское, всего по бокалу и успели вчера выпить. Налил один полный бокал, поставил перед ней. Себе не стал, мало ли какая у меня в организме еще химия бродит, ни к чему рисковать.
- Надеюсь бутылка не заряжена?
- Нет… - наконец подняла глаза на меня.
- Вот и выпей, тебе точно сейчас необходимо.
Достал тарелочки с вчерашней закуской, поставил вазу с фруктами, себе налил кофе, сел за стол напротив.
- Ну рассказывай. Только не ври.
- Чего уж тут врать… - полбокала всего, но порозовела, глаза заблестели. Из личного опыта скажу, что шампанское с утра на голодный желудок, похлеще водки будет по воздействию и тем более по скорости оного.
- Я деревенская, из далекой деревни, после школы приехала в город, поступила в технологический – начала она неуверенно.
- Родители живы?
- Да, но отец инвалид, помогать мне особо нечем, так, только продуктами, раз в месяц. В общаге жила, весело поначалу было. Потом любовь-морковь случилась и беременность. Я же дура полная была. А он местный, городской все тянул и тянул, а потом послал, когда аборт уже поздно делать было. Как же я тогда ревела, даже удавится хотела.
- Прям «Москва слезам не верит».
- Не прикалывайся, меня только материнский инстинкт и удержал, жалко мне ребеночка своего еще не родившегося было. Потом академ взяла и родила Катюшеньку. С общаги естественно быстренько попросили. Прибилась к одному, а он запойным оказался. Так вроде человек человеком, а потом на месяц в жижу… Ушла, комнату сняла, родители какие-то деньги шлют, на жилье только хватает, а жить-то на что? В деревню возвращаться? – в ее глазах снова появились слезы.
- Ты поешь что-нибудь… – Настя бокал допила, заметно опьянела, я больше не наливал.
- Слушай, ты вот плачешься, что жить не на что, а тапки у тебя самые модные, не из дешевых. И джинсы, последнего писка, не на китайской барахолке куплены. Насколько разбираюсь, самый настоящий, оригинальный Levi Strauss. На клофелине поднялась?
- Если бы… То остатки роскоши былой… Решила я тогда из нищеты любой ценой вырваться. Думала найду богатого папика, внешность вроде позволяет… - Настя поставила руку на талию, подбоченилась, натянулась футболка на упругой груди, стрельнула глазами… Хм, и не скажешь, что пять минут назад горько рыдала.
- Нашла, блин! Нет с бабками у него все хорошо и не жадный. Джип крутой, все дела… Лет сорок, страшненький, но купил красиво, типа поехали по любым магазинам, моя лялька должна быть упакована лучше всех… Еще секса даже не было, а уже перевез на квартиру. Я дура и рада безумно, типа ухватила удачу за хвост. Фу-у, не хочу даже вспоминать… Налей мне еще. Короче, сбежала я от него через неделю, больше не выдержала.
- Что такого могло случиться? Бил?
- Ты действительно хочешь знать? А как кошмарики мальчику сниться начнут? Ладно, раз пошла такая пьянка, тогда слушай. Я никому вообще не рассказывала. Думаешь красивая баба и все у нее всегда зашибись? О, как бы я хотела мужиком родиться! Без этого всего дерьма. Как там у вас: Наше дело не рожать – сунул, вынул и бежать!
- Не всё так просто. У мужиков свои жизненные заморочки…
- Да?! Заморочки у них… Этот урод нормальным образом кончить не мог, только поставить тебя раком и в жопу засадив, а потом этим же в говне тебе в рот пихает, и чтобы непременно глотала… Нравилось ему видите ли, как я от боли и в рвотных спазмах корчусь. Думала перебесится, а у него видимо с зоны бзик такой. Так он еще стал выбирать моменты, когда дочка рядом. Пусть говорит смотрит, его это типа больше возбуждает. А она, хоть и не говорит еще, но все уже понимает… Как ее мамку мучают. Ревет, а этому весело…
- Не суди по одному уродцу обо всех. Думаешь нормальных нет?
- Я еще в эскорте попробовала. Красиво называется, правда? Один раз всего, но хватило, тоже сбегать пришлось. К черным заказали, привезли, а я как увидела, отказаться пыталась, сутенер вдарил под дых и пошла как миленькая. А там непослушной девочке, челюсть на максимум оттянули, да костяшки домино на коренные зубы вставили с двух сторон… И давай в горло по очереди втроем трахать, а чтобы языком не мешала, его за кончик пассатижами вытягивали. Сутенеру штраф большой заплатили и не понтуйся девочка, плевать всем на твои страдания. До сих пор блевать хочется и удушье подступает, как вспомню. Нравится? Возбуждаешься поди? Тоже так же бы хотел, мне или ляльке какой-нибудь запихнуть? Все вы гады… Сейчас клофелин — это вроде месть… - задумалась, замолчала.
- Давай ты не будешь меня обвинять в том, что я не делал и даже не планировал. Нормальных много, но ты их обычно клофелином. Не перебивай! И ведь реально убить могла, не рассчитала бы дозу или сердце, например, у меня слабым оказалось, чтобы потом с хладным трупом делала в запертой квартире? – я укоризненно покачал головой.
- Меня вот конкретно за что? Если бы вчера получилось у меня, как планировал, с нормальным, качественным и нежным сексом, то и тебя бы не обидел. И реально, есть связи, мог бы тебе помочь, с работой и прочим, и даже не за дальнейший секс, а просто, как благодарность за приятно проведенный вечер и ночь. Что такого? Вот, например, сейчас мне мысль в голову пришла, что я вполне могу тебе модельный кастинг в Москве в крутом агентстве организовать, есть у меня хороший знакомый. На подиум ты не тянешь, ростом не вышла, а вот фотомоделью вполне. Внешностью бог не обидел, а дальше только труд до седьмого пота, целеустремленность и настойчивость. Агентство действительно серьезное, никаких эскортных тем и подобного, и мне это вообще не в напряг… – Настя смотрела, широко открыв глаза.
- И знакомишься с мужчинами поди только в консерваториях и театрах? Нет, чтобы с нормальными в пивнухе или в клубе… - шутка неожиданно зашла, Настюха заулыбалась.
- Сейчас уже не поможешь?
- Злой я конечно на тебя, и за клофелин, и за подлый пинок по беспомощному телу, и за цепочку, но да ладно – помогу, жалко мне тебя, не везло тебе совсем в жизни.
- С нормальной работой, я так понимаю, никак? Или влом?
- Я бы не против, так платят везде хрен с шишом, у меня же ни специальности, ни образования.
- Если с моделью не выйдет, есть еще вариант, на ресепшн в салон Мерседес. Там красивые девушки постоянно требуются, долго не задерживаются, ха-ха замуж поголовно выходят, а у меня там директор знакомый, ты же вообще звезда будешь… – Насте, мои слова, как бальзам на душу, явно поднялось настроение, улыбка заиграла.
- Лучше расскажи, когда успела мне шампанское зарядить? Вообще не понимаю.
- Да я его и не заряжала. В сок насыпала, специально тебя грейпфрутовый попросила купить. Ты как с душа вышел, сразу стакан залпом выпил, а шампанское мы успели только по глоточку сделать, как ты выключаться начал. Я тебя на диван повела, ты еще правда лапать пытался, но по дороге просто рухнул, я тебя поднять уже не смогла… – блин, действительно я дурак. Почему только про спиртное то думал, что туда всегда сыпят. Да и в клубе все понятно, высмотрела одинокого мужика и вкусной наживкой по губам глупой рыбе поводила, вот и клюнул сам по самые жабры. Век живи – век учись!
- Ну ты и хитрющая рыжая лиса. Умная и красивая до мурашек. Достанется же кому-то такое счастье…
- Чой то я рыжая? Так чуть-чуть. Между прочим, это мой натуральный цвет – кокетливо провела рукой по волосам.
- Вот я и говорю, еще и с твоими шаловливыми глазками просто убойное сочетание, дыхание спирает и сердце трепыхается… - задумалась на секунду Настена, пристально посмотрела заблестевшими глазами и ласково:
- Прости меня, пожалуйста… Какой ты хороший и милый! Я вчера глупенькая не поняла… - Настя встала и с лукавой улыбкой подошла и села мне на колени.
- Я ж не против по-хорошему, ты мне и вчера еще понравился. Только давай с резинкой. Ладно?
- Конечно, сладкая ты моя девчуля… - ай да я, ай да сукин сын! За полчаса провернул все-таки классический мужской развод женщины на секс. Просто и эффективно, как автомат Калашникова. Подпоил, дал выговориться и поплакаться. По-настоящему пожалел, показал тут же, а какой я хороший и благородный. Рассмешил, расслабил, искренне сказал пару не шаблонных комплементов, высказал неподдельное восхищение красотой, не забывая восхищенные гляделки и вздохи, а главное - нарисовал приятную и выгодную картинку дальнейших отношений. И вуаля…

Никаких изысков, оральных излишеств и прочих Камасутр, обычная миссионерская классика, но Настя нешуточно завелась и в конце даже, что-то типа оргазма изобразила, хотя я никак вообще не подстраивался.
- Доволен?
- А то…
- Вот я и говорю, все вы мужики одинаковые. Добился все-таки, не мытьем, так катаньем…
- Ой, не начинай, иди лучше сюда… - просто полежать, обнявшись после секса, дорогого стоит. Настена уютно устроилась в моих руках, доверчиво прижалась и почти сразу засопела мне в шею. Я тоже задремал, все-таки ночка и у нее, и у меня непростая вышла.

Телефон больно резанул звуком, обидно вырывая из приятной дремотной истомы. Ох, Вовка! Я ж про тебя уже забыл почти. Выскочил с телефоном в другую комнату.
- Эй, начальник! Я тут уже практически в негра превратился, торчу на солнышке, как три тополя на Плющихе, и полторашку пиваса почти прикончил.
- Блин, Вова извини, тут подзатянулось чуть...
- Я конечно без претензий, просто поинтересоваться, идти за еще одной или нет.
- Ща, пятнадцать минут и всё.
- Давайте уже, а то соседи проходят, спрашивают, не случилось ли чего, чего мол я тут с пивом на лавочке, как бомж, загораю… Думают, наверно, что с Анькой поругался.

- Настюнь, просыпайся. Ко мне сестра сюда идет, и ты говорила про дочку.
- Точно блин, Катюха… - Настя вскочила и стала суматошно одеваться.
В прихожей на секунду перед зеркалом задумалась.
- Не стоит краситься, и так мужики штабелями валятся… и без клофелина.
- Вот фигню же голимую несешь, а отчего-то так приятно… Иди сюда, поцелуемся, а потом губы все равно накрашу, и уже все… Точно позвонишь?
- Торжественно клянусь, что позвоню. Сегодня вечером или завтра, сходим в кафе куда-нибудь посидим, поболтаем.
В дверях остановилась, посмотрела долгим, грустным взглядом:
- Ну хоть ты не обмани… – тряхнула головой и резво поскакала по лестнице не дожидаясь лифта.

Я набрал Вове, выходит мол, а сам занял позицию на лоджии, через стекло смотрю, чтобы не светиться.
Вова, не торопясь и покачиваясь поднялся с лавочки. Надо же, где такую одежду нашел то. Растянутые треники, замызганные резиновые тапки на босу ногу. Застиранная до потери цвета, бывшая когда-то красной или бордовой, истонченная, бесформенная рубашка с длинным рукавом. Подошел, качаясь к водительской дверке Тойоты и прижав руки к груди, что-то спросил. Наверное, закурить или типа мелочь сшибает. Ну вылитый алкаш.
Настя вышла из подъезда и прямиком направилась к Тойоте. Четко я вычислил. Тьфу, дилетанты…
Вовчик, оглянулся на подходившую Настю, покачнулся и словно потеряв равновесие - неловко оперся о боковое зеркало, и отломил его напрочь! Даже отсюда я услышал громкие маты. Из машины резво выскочил здоровый детина, на полголовы выше Вовки. В руках, то ли кусок трубы, то ли обрезанная милицейская дубинка, то ли еще, что-то подобное. А вот это он зря… У Вовы после службы в спорт роте ВДВ, от таких предметов в руках противника напрочь башню срывает. Как бы чего…
Бам-бам – очень быстрая, но мощная классическая двоечка в голову. Без паузы, но уже напрочь ошеломленного противника Вовчик резким рывком двумя руками за голову наклоняет на себя и коленом в высоком прыжке навстречу в лицо. Страшный удар, кто понимает. Готов. Парень рухнул-сложился, не поднимая рук, как набитый мягкой ватой. Вовка посмотрел на свою правую руку, обошел лежачего парня и примерившись пнул, как я и заказывал, справа по ребрам. Оглянулся и быстрым шагом, не забывая покачиваться, скрылся за углом дома. Надо отдать должное парню – через секунд двадцать мужественно сумел подняться, заполз в машину и с пробуксовкой стартанул. Настя, увидев, как он поднимается, без слов торопливо обошла машину и уже села на пассажирское сидение.

- Ну ты даешь! Чарли Чаплин умер бы от зависти …
- Подожди, он же помер давно. Точно помню…
- Я и говорю… - заржал я.
- Ладно, бери пиво и ко мне. Вернее, к Женьке, у него тут замечательная северная рыбка лежит, слюну вышибает.
- Не, давай лучше к нам. Анька уже два раза звонила.
- Этому черту ты ничего не сломал?
- Да не-е, я аккуратно. Но в следующий раз, еще по дороге в Чкаловский, Сереженьке сразу от страха икаться начнет.

- Ну, рассказывай кобелина… - Анька свой пацан, я ее с первого класса знаю, и она знает нас всех, как облупленных. И кремень на сплетни, в далеком детстве не столько с девчонками дружила, как с нами, пацанами. Поэтому я всё честно рассказал. Ну почти всё, почти честно…
- Всё не уйметесь. Можно подумать вам дома что-то не дают…
- А ты Владимир Юрьевич…, если еще раз без меня в клуб попрешься, яйца оторву…, вместе с корнем… – это она уже Вовке, который смотрел на нее влюбленными глазами, глупо и счастливо улыбаясь. Как же у них и с ними хорошо, прям душой отмякаешь. А Аня уже переключилась опять на меня с вопросами про жену, детей. В общем-то нехитрая женская манипуляция, чтобы я типа вину свою почувствовал и осознал. Да я не в обиде…

Вот такая вот история. Полностью реальная и правдивая, местами с трэшем, но такова селяви. За диалоги не ручаюсь, все-таки много времени прошло. Конечно чуть их приукрасил, не без этого, попытался написать историю полностью без мата, который в разговорах естественно присутствовал, местами обильно. Но не думаю, что история от этого как-то проиграла.

Настю же я больше никогда не видел и ничего про нее не знаю. Честно пытался несколько раз позвонить, в тот же день и через неделю, но не абонент. СМС безответную написал.

Ханжеские морализаторы – идите мимо. Высокоморальные, но теоретические рассуждения, что девчонку надо было спасать, не отпускать, по-настоящему помочь и так далее - не стоят даже обсуждения. Сказки про Золушку и подобные голливудские Красотки – мало имеют общего с жестокой реальностью.
Я, в свою дальнейшую жизнь, Настю включать даже не планировал. Есть любимая жена, дети, своих проблем выше крыши. И врала она мне, с ее слов, ей 23 через неделю, а дочке полтора. Хронометраж не сходится с ее жалобной байкой, вряд ли она школу закончила в 20 лет. Минимум два года в рассказе отсутствуют. Может и не Настя она вовсе. Также, проговорилась, что у нее уже третий город, где она пытается жизнь устроить, вот и думай - какой там криминальный шлейф за ней тянется. Упаси бог от такого счастья.
Легкая интрижка с красоткой (киньте в меня камень) – всегда пожалуйста. Помочь, сделать попытку увести от криминала – да, я бы это сделал просто так и не особо напрягаясь, но не более того.
Каждый кузнец своего счастья, не захотела мою помощь принять, значит такой ее был выбор, такова ее выбранная жизненная дорога и судьба. Как бы не высокопарно это прозвучало.
Но отчего-то иногда вспоминаю ее, особенно последний ее долгий, грустный взгляд в дверях, похоже прощалась навсегда…

5.

Дед мой заядлым грибником был, пол своей жизни минимально. Правда, к грибам у него отношение было строгое - по ранней весне сморчки, в начале лета подберезовики, потом, ближе к осени - белые, грузди и подгруздки, остальных грибов он особенно и не брал, ну разве что маслят и опят с лисичками каких.

Отмахать ему 50 км за грибами, ну это как бешеной собаке в семь верст крюк сделать, зато потом он всегда возвращался с двумя корзинами белых и эдак гордо между соседей по даче с этими корзинами проходил. У тех-то по паре сморщенных моховиков набиралось, а у него видишь что?)

И вот как-то, едет он с дачи домой на автобусе, а рядом с ним тетка, тоже с лукошком, целиком набитом сатанинскими грибами.

Ребята, если вы не знаете, что такое сатанинский гриб, сейчас объясню.

Выглядит он примерно как белый, пока растет, разве что поярче. Но вот когда срежешь его, синеет аки сатана от ладана, потому и сатаниский.

Ну, и считается ядовитым в некоторых кругах.

Дед к этим кругам относился, поэтому сразу тетку за руки схватил, и ну, давай ее уговааривать:

- Выбросьте эти ваши грибы, пожалуйста! Ядовитые они!

Тетка на него прищурилась, говорит:

- Ты, поди, из Казани, ученый какой? Мне таких много попадалось, все одно и тоже твердят. А ничего эти грибы не ядовитые, горчат только. Их просто отварить надо, и все на этом. А вот пошли ко мне, я тебя ими накормлю, сам убедишься.

Дед прифигел от подобного предложения настолько, что взял, да за теткой и пошел.

А она прямо при нем этих сатанинских отварила, потушила, себе и ему на тарелку положила, и оба их навернули.

Нет, конечно, никаких отравлений не произошло, разве что моя бабушка деда приревновала из-за того, что он домой поздно вернулся.

А дед после этого всех своих спецов по грибам на кафедре, которые "сатанинские" пытались ядом адским объявить, на смех стал поднимать.

Много лет с тех пор прошло. Я давно уже не живу в Казани, переехал в Америку, и вот как-то идем мы с женой по парку и вдруг видим эти самые сатанинские грибы.

Жена б мимо прошла, а я сразу:

- О! И давай их собирать.
И собрали, а потом, по инструкциям моего деда, отварили мы их и пожарили. Замечательная жареха получилась!

Ребят, это просто воспоминание о замечательном человеке, моем деде. Он всегда был готов увидеть хорошее в том, что всеми почему-то считалось плохим. Давайте, мы тоже так будем, а?

Только, пожалуйста, не собирайте бледных, лысоватых поганок, с ними никакое отваривание не поможет.

6.

"НЕ НА ТОЙ ЖЕНИЛСЯ"
-Андрюха, поздравь меня. Я женюсь. - Сергей не успел даже зайти в квартиру, как вывалил брату новость.

-На Машке? - Андрей немного напрягся, но видя недоумевание Сергея немного остыл.

-Нет, конечно. На Лариске.

-А Маша? - Теперь недоумевал Андрей. - Вы же столько лет вместе.

-Да нужна мне эта Машка. Ларискин отец меня повысить обещал, потом до зама довести. Так что буду я в шоколаде. - Сергей сиял от счастья. - Да и Ларка беременна.

Андрей еле сдержался, чтобы не сказать "И Маша тоже". Он сам узнал сегодня утром, когда застал Машку с тестом в руках. Она взяла с него слово, что он будет молчать.

-Только вот как сказать Машке, чтобы она свои вещи от меня забрала? - Сергей почесал затылок. - Истерить же будет.

-Я сам скажу. - Андрей в голове продумывал планы действий.

Сергей всегда был легкомысленным, хотя с Андреем у них разница всего пятнадцать месяцев. Отец ушёл неожиданно, в один момент, шёл с работы, споткнулся, упал и оторвался тромб. Мальчишкам было тринадцать и четырнадцать. Мамы не стало, когда Сергею исполнилось семнадцать. Сердце. Врач сказал, что она надорвалась. После отца и так было тяжело, а сыновей на ноги ставить ещё сложнее.

Андрей только поступил в институт, а Сергей ещё школу заканчивал. Было сложно. Пособия, подработки, перевод на заочное. Вытянули.

На третьем курсе Серёга привёл в дом Машу. Необыкновенная девушка. Добрая, воспитанная, скромная, хозяйственная. А глаза ... утонуть. Вот Андрюха и утонул. Только нужно было выбираться - девушка брата.

Так и прожили несколько лет под одной крышей, а тут Серёга заявляет, что женился на Лариске, дочери начальника.

-Андрюх, ты ей денег дай. - Сергей достал из кармана деньги. - Ей же жить наверно негде будет.

-Я передам. Сделай милость, не появляйся до завтра.

-С удовольствием. - Серёга убежал из дома, сияя от счастья.

Разговор с Машкой был сложный. Она когда узнала, чуть в окно не выпрыгнула. Лето, жара, окна на распашку. Еле успел остановить.

-Машка, ты забудь про него. Не достоин он тебя, раз так предал.

-Но как же наш ребёнок? Я же ему верила. - Маша билась в истерике в руках Андрея.

-Машка. Не глупи. Я вас не брошу. Давай вместе уедем. Мне в Москве давно место предлагали. Я всё отказывался, а когда ты утром про ребёнка сказала, я понял, что не смогу с вами жить. Люблю я тебя, понимаешь? Люблю! - Андрей прижал Машу к себе. - И ребёнка твоего воспитаем. Ты не бойся, всё будет у нас хорошо.

Когда Сергей утром пришёл домой, то увидел брата с сумками.

-Брат, ты куда?

-Понимаешь, Серёг, ты вчера такой счастливый был, что не успел я тебе сказать, меня в Москву переводят.

-А как же свадьба? - Сергей был удивлён.

-На свадьбу я приеду, не переживай. - Андрей похлопал брата по плечу и поспешил покинуть родительскую квартиру. Маша его ждала на автостанции. На эту поездку Маша согласилась только потому, что не могла больше оставаться здесь, а в Москве у неё есть дядя.

Свадьба у Сергея и Ларисы была шикарная, гости, ресторан, подарки. О том что Андрей женился на Маше, он брату не сказал.

Жизнь шла своим чередом. Маша родила дочку. Забота Андрея сделала своё дело и Маша забыла Сергея, обретя своё счастье с Андреем. У Сергея и Ларисы родился сын. Он был горд этим.

Андрей иногда приезжал домой, встретиться с братом. Сергей выкупил у Андрея его долю в родительской квартире. Только хитро оформил через дарение, чтобы жена если что не подкопалась. Андрей про свою жену и детей не говорил. Так в общих чертах, женился, дети. Даже про то, что дядя Маше оставил серьёзный бизнес особо не распространялся. Только сказал, что теперь управляет бизнесом жены. А как по другому было объяснить дорогую машину, на которой он приезжал.

Сергей одобрил ловкость брата, что нашёл себе богачку в Москве. Хотя когда Андрей делал Маше предложение, о том, что её дядя богат, он не знал. Маша только после свадьбы сказала, что она всегда молчала об этом, чтобы никто не позарился на деньги дяди. На Сергея у неё глаза открылись, когда она про свадьбу с Ларисой узнала.

Прошло пять лет. Андрей с Машей жили летом за городом, в особняке, который достался от дяди. Детям там лучше, ведь у них родился чудесный сын.

Андрей был не готов увидеть брата. Он ему не давал этот адрес. У Сергея был адрес квартиры, которую Андрей купил на долю от родительской. Хорошо, что Маши с детьми не было. Она поехала к педиатру, на плановый осмотр сына, а за одно и дочку показать.

-Серёга? Какими судьбами? - Брата было не узнать. Помятый. Одежда какая-то странная, словно он пытался скрываться. Кепка на глазах, толстовка.

-Поговорить приехал. Еле тебя нашёл. Ты же мне этот адрес не давал.

-Так мы на лето приехали. Если бы ты позвонил, то в городе встретились спокойно. - Они прошли в беседку, где можно было поговорить и выпить воды. - Так что приехал?

-Беда у меня Андрюша, беда. Лариска со своим отцом меня подставили. По крупному подставили. Её отец мне какие-то бумаги подсунул, а я их подписал. Оказалось, что я деньги фирмы вывел в неизвестном направлении. А деньги это были кредитные. Теперь мне их надо вернуть.

-А Лариса? - Андрей не знал, что сказать.

-А она вообще меня вокруг пальца обвела. Не мой это сын. Они с сыном два месяца назад улетели в Англию и оттуда мне прислала документы на развод. - Сергей залпом выпил стакан воды. Его речь была сбивчивая, нервная.

-Серьёзно. - Андрей задумался.

-Они с отцом давно это придумали. Их контора давно еле держалась. Искали, на кого бы всё свалить. И тут я попался. Думал заживу, а меня использовали. Понимаешь? Использовали! - Сергей перешёл на крик. - Я всё продал, чтобы долги закрыть, но денег не хватило. Андрюх, помоги! У тебя же есть деньги. Или у жены твоей.

-Прости, но деньги все в бизнесе, а я только квартиру купил. Ремонт закончил. - Андрей говорил спокойно. - И у жены денег не смогу попросить. Она точно не даст.

-Но ведь я твой брат! -Сергей был в отчаянии.

-Мой, но не её. Прости, я ничем помочь не могу. Могу перевести денег, тебе же жить наверно негде?

-Ах вот ты как. Я думал ты мне брат.

-Прости Серёж, но ты уже не ребёнок. Сам должен решать свои проблемы.

Сергей был зол на брата, он не понимал за что он с ним так.

-А ты не знаешь где Машка? Она наверно меня ещё любит. - Сергей почему-то вспомнил о бывшей возлюбленной.

-Замужем она.

-Проклятье.

-Папа, мы приехали. - Дочка выбежала из-за дома. Они не слышали как подъехала машина.

Сергей посмотрел на девочку и всё понял. Маленькая копия Маши. Он больше ничего не сказал Андрею и молча пошёл прочь. Возвращаясь домой он думал о том, что не на той женщине женился. Машка его любила по настоящему и она богата.

-Чего он хотел? - Маша подошла к мужу, который остался в беседке с дочкой.

-Денег. Лариска с отцом его вокруг пальца обвели.

-Жаль, но хорошо, что тогда он сделал такой выбор.
Автор: Дивный Троль
Группа #ОпусыиРассказы

7.

Ещё немного мистики на анекдот.ру, ну смешно ведь.
В конце 80-тых ушедшего тысачелетия приехала ко мне тёща, жить в Питере, в коммуналке. Одной не с руки.
Вот, как ёрш с хвоста, всё воспротивилось во мне этому. Инстинкт зятя, в тёще он видит жену в будущем, но не хочет энтого видеть. Тёща - жена военного, идейная, типа, если бы не Советска власть, ходили бы мы в лаптях и жили без света. А я ярый антикоммунист. Коллега по работе стал отцом, обмывали ножки. Пришёл поздно, на бровях. Тёща повысила голос и всё махала руками, слева и справа из-за спины жены, которая её ловко от меня отодвигала. Уверенности ей придавала привезённая с собой сберкнижка. А что? Тянет на Жигули. Забегая вперёд, скажу, что вся, сберегаемая годами сумма, была отдана за обычный ковёр и картину маслом, местных кустарей, в смутное для страны время. Меня раздражало всё. Как-то, после обязательных теленовостей, она, позабыв что не дома, выдаёт: - "эти американцы, наглые, везде лезут". Я взвился. Нет, это большевики угрожают ракетами всему миру.
Напряжённость достигала предела взрыва.
Тут юбилей ей подходит, 70 лет. Приехали ещё две дочки. Сестро@бы мужики не дураки выпить и закусить, армия и авиация. И главное, просто у них всё - "мать, давай с нами, посиди". А я только на вы, Александра Митрофановна, ну культурная же сволочь. Стол накрыт дефицитный, моя жена энергичная, умела, царство ей небесное. Прозвучали тосты, чеканные, со значением. Потом вдруг тишина и все взоры на меня: - "а теперь скажи ты".
А поднимаюсь. Вот оно, сейчас выдам. Это мой час. Сколько натерпелся, неудобства и всё такое. Вам-то что, приехали, заодно и Питер посмотреть.
Открываю рот и вдруг, язык неуправляем, горло становится не моим, из него выходят чужие слова о том, что я очень рад приезду тёщи, мол большая помощь, детей из школы встретить-проводить. Обед всегда вовремя и жене спокойнее. Теплее в семье стало. Даже устроилась слегка подрабатывать гардеробщицей, в хмурые дни. Понятно, работы невпроворот в Питере. И много ещё чего, не помню, потому что это были не мои слова.
Закончив, заливаю горло рюмкой водки, тут-то уж оно не смогло мне сопротивляться и сажусь. Слышу одобрительный шелест отовсюду - "хорошо сказал".
Вот это всё было очень важно для меня в дальнейшем, да для самого факта моей жизни сейчас.
Что-то такое было в фильме "Привидение", где Вупи Гольдберг предоставила своё тело Патрику для выражения.
И я готов верить в духов, если они не позволяют нам стать подлецами.

8.

СИЛА САМОВНУШЕНИЯ
Был у нас замкомэска майор Аршинников. Он из тех пилотов, которые лётное дело знают в рамках моторных навыков, а в технике, мягко говоря, разбираются с трудом. В какой-то момент не повезло, и меня поставили к нему на самолёт техником. В первый же день после этого полетел он на разведку погоды. Прилетает. Спрашиваю его, есть ли замечания.
Взял он меня под руку, отвёл в сторону, закурил.
- Понимаешь, что-то не то.
- Что?
- Ну ты проверь повнимательнее, проверь.
- Так что проверить-то? - спросил я вдогонку.
Но он уже был занят разбором полёта.
Ну, делать нечего, получил замечание - надо устранять. Пока механик готовит борт к повторному вылету, я начал с кабины. Всё чисто, посторонних предметов нет, РУДы перемещаются плавно. Рули высоты, элероны, педали, тормоз, все системы заправлены, все в ТУ. Дальше - бомболюк, технический отсек, тросовая проводка, тяги - всё в норме.
Приходит Аршинников на повторный вылет. Докладываю, что самолет к вылету готов, и при осмотре я ничего не обнаружил.
- Посмотрим... - и, нахмурившись, полез в кабину.
Прилетает. Спрашиваю про замечания.
- Я же говорил: что-то не то!
И я давай по новой всё проверять. В этот день он больше не летал.
На предварительной я снял все капоты, открыл все лючки, все подшипники управления набил смазкой, даже проверил усилия отклонения рулей с динамометром. Кроме оборванной контровки в кабине стрелка ничего не обнаружил, хоть ты тресни.
Но на очередных полётах замечания те же. Тогда подхожу к технику звена, переступив профессиональную гордость и самолюбие, и прошу помочь.
- Кто летал, Аршинников? Не обращай внимания, - тот махнул рукой и ушёл по своим делам.
Очередной вылет. Докладываю: самолёт готов, колёса подкачал, штоки цилиндров смазал (хотя на предполётной подготовке всегда их протирал), там отпустил, там подтянул, там законтрил. Хотя на самом деле ничего этого не делал.
- Посмотрим! - и бодро полез в кабину.
Прилетает.
- Замечания?
- Совсем другое дело! Нет замечаний!
Больше у майора никогда проблем с самолётом не было, самовнушение - страшная сила. Главное - найти правильный подход.

9.

Выношу на ваш суд рассказ. Все события и персонажи вымышленные, совпадения случайны.
В самом конце прошлого века отбывал срок в одной из колоний строгого режима Никита Лунев, ну или просто Луня. Было ему лет 35, сидел четвертый раз и все время за наркотики. Был Луня наркоман, как говорят, конченный. Ничего святого в жизни не было, так как "святых" там вынесли с момента первой пробы наркотиков. Да и какая жизнь может быть у наркомана? Разве можно назвать жизнью вечный поиск "кайфа"? Ведь по логике Никиты, жизнь без кайфа - это "вторяк". Родители давно плюнули на сынка и даже радовались, когда Луня попадал в тюрьму. Во-первых, он их не доставал, и старики могли несколько лет жить спокойно. А во-вторых, тюрьма спасала Никите жизнь, как реабилитационный центр.

Была на воле у Луни женщина, которая как-то терпела "любимого", даже ждала. Никита очень нежно отзывался о ней. Всем рассказывал, что его Светка - баба хорошая, трое детей у нее, от троих мужиков, ну выпивает иногда. Правда, прав родительских ее лишили, но женщина хорошая. Смеялись арестанты с этих рассказов. Ну Луня, он и есть Луня.

Сидел Никита тихо и незаметно, эдаким чемоданом - где положили, там и лежит. Пока ломка закончится, пока на баланде щеки наест, так уже и освобождаться пора. Передачек ему никто не передавал и посылок не слал, так как родителям было все равно, что с сыночком, а с любимой что взять? Только детей, да и тех государство в детский дом определило. Свои лимиты на передачки и посылки он отдавал другим, хоть что-то имея с этого.

В последние дни января получил Никита письмо от приятеля детства по имени Иван, который, узнав, что тот сидит, захотел помочь ему. И решил Иван сделать Луне передачу, ну и спрашивал в письме, что и как сделать нужно. Луня обрадовался, тем более, что в начале марта у него было день рождения. Написал этому приятелю ответ, все объяснил и попросил зайти к Светке, чтобы тоже что-то передала, все-таки страдает в тюрьме любимый. И написал Никита, чтобы передачу сделали не на него, а на другого, так как свои лимиты на передачки Луня уже отдал.

Когда Светка узнала, что кто-то готов сделать передачку Никите, то она сказала об этом друзьям Луни, таким же наркоманам. И решили эти друзья сделать свой, наркоманский подарок арестанту. Где-то нашли несколько банок малинового варенья, каких-то галлюциногенных таблеток и все это смешали с вареньем. И вот этот "набор юного наркомана", вместе с чаем, сигаретами и продуктами и повез Иван в колонию. Ну и так получилось, что передавал он как раз седьмого марта.

Передачу делали на Витю Гнома. Он был не то чтобы друг Лунин, так, приятель. Гномом его прозвали за невысокий рост, был он мелкий воришка, который постоянно сидел за какие-то кражи с садовых участков. Пообещал ему Никита, что поделится передачей, вот и согласился Гном.

Пришел Витя получать передачу, а выдавала ее сотрудница по имени Анна, как ее звали арестанты Анька - Веселушка. Была она лет тридцати, работала в колонии почти десять лет, вечно веселая деваха. Все время у нее шуточки и прибауточки, глазки всем строила. Вот и сегодня у нее настроение было хорошее, так как начальник обещал завтра всем женщинам сделать выходной.

- О, Гном, - весело прощебетала Анька, увидев Витю, - а кто это тебе передачки передает?

- Да это не мое, это другому передали, - ответил Гном, - просто на меня.

- Ну ясно, - не могла угомониться сотрудница, - просто смотрю варенья много, подумала, что это ты на воле украл малины кучу, вот подельники твою долю тебе и возвращают.

- Не, я малину не крал, - смутился Витя, - я больше металл таскал.

- Если честно, то мне пофиг, что ты там таскал, - сказала Анна, - но вот в банках пропустить не могу. Тару принес, куда переливать будем?

- Так я не знал, что тара нужна, - разволновался Гном, - может как-то решим, а Анюта?

- О как, сразу Анюта, - передразнила сотрудница Витю, - решим, говоришь? А замуж возьмешь? Хотя, зачем ты мне нужен? Ты же из тюрьмы не вылезаешь, жених... Ладно, как решать будем?

- А давай так, - предложил Гном, - ну возьми себе банку одну, чай попьешь и еще что-нибудь, типа, с праздником. Остальное я в зону заберу, там перельем куда-нибудь, а банки разобьем, чтобы тебя не подставлять. Хорошо, Ань?

- Ох, Гном, толкаешь ты меня на должностное преступление, ну ладно, - смилостивилась королева передач и посылок, - я пару банок возьму, вечером чай попьем в честь праздника, все равно их у тебя тут пять штук. Но это первый и последний раз, понял?

- Понял, понял, - закивал головой Гном и начал быстро складывать все в сумку, боясь, что Анна передумает.

В тот день ответственным был сам начальник колонии подполковник Костенко Анатолий Петрович. Перед окончанием рабочего дня он предупредил дежурных оперов, что поедет домой ужинать, а к отбою вернется. Выходя из зоны, поздравил Анну, пожелал ей хороших выходных и уехал.

Вечером к концу рабочего дня Аню пришли поздравить двое оперов. Она заварила чай, выложила на стол печенье, конфеты и варенье. Поздравили, попили чая с вареньем.

Когда начальник приехал вечером, то первое, что он увидел, были опера, которые ползали на коленях перед забором и что-то рассматривали в темноте.

- Вы что делаете? - спросил подполковник.

- Следы ищем, - дружно ответили оперативники, - он только что тут был.

- Кто тут был? - не понял начальник.

- Ну он, сбежал который, - сказал один из оперов.

- Кто сбежал, - опешил Костенко, - из зеков кто-то?

- Да нет, мужик какой-то, - успокоил второй опер, - сквозь забор прошел, гад.

- А ну дыхни, - рявкнул начальник на него, - какой мужик? Ты выпил, что ли, на службе?

- Никак нет, товарищ подполковник, не пил, - бодро ответил оперативник и дыхнул, - мы у Аньки чай пили, потом вышли покурить, а он сквозь забор и прошел.

- Я сейчас вернусь, - сказал Костенко и пошел в кабинет к Веселушке.

Анна сидела за столом с остатками чаепития и тупо смотрела в стену.

- Аня, у тебя все хорошо? - участливо спросил начальник.

- Хорошо, товарищ подполковник, - ответила девушка, - кино интересное. Присаживайтесь, посмотрим.

- Какое кино, Аня? - Костенко не мог ничего понять, - Точно все хорошо?

- Я же говорю, что хорошо, - раздраженно ответила Аня, - не мешайте, дайте досмотреть.

Анатолий Петрович понял, что с ней, как и оперативниками, что-то странное происходит. Он зашел в зону и пошел в свой кабинет, откуда позвонил в дежурку и спросил у дежурного помощника начальника колонии, все ли нормально в зоне. ДПНК ответил, что все почти нормально, только два клоуна - Луня и Гном обожрались какой-то отравы, и их теперь откачивают в санчасти.

- Как обожрались? - Костенко начал о чем-то догадываться, - Чего?

- Я не знаю, товарищ подполковник, - начал объяснять ДПНК, - контролер зашел в барак, а там Гном гвозди с пола собирает, а Луня с Брежневым разговаривает.

- Какие гвозди, какой Брежнев? - прокричал начальник.

- Да никакие, галлюцинации у обоих, - успокоил его ДПНК, - стукачи сказали, что Луне сегодня передачку сделали на Гнома, наверное, что-то в ней и было. Вот и нажрались, идиоты.

Теперь подполковник все понял. Хорошо, что хоть так обошлось.

- Давай, возьми пару контролеров и беги за Веселушкой, она у себя. И еще, там опера за зоной ползают, их тоже забирай и тащи в санчасть, - распорядился начальник, - наверное Анька что-то из передачки взяла. Ее там тоже с операми "плющит". Пусть их лепила за компанию с этими дуриками откачивает.

Ночь в санчасти прошла весело. Луня о чем-то спорил с Брежневым, Гном жалел о том, сколько гвоздей на полу валяется, это же куча металла, который можно сдать и деньги пропить. Анна просто смотрела фильм, который "показывали" прям на белой стене, а опера так и не пришли к единому мнению, кто же это вышел сквозь забор.

История закончилась благополучно. Всех пятерых откачали. После санчасти Луню и Гнома закрыли в ШИЗО, где они восстанавливали силы. После этого Гном перестал общаться с Никитой и всем жаловался, что Луня, сволочь, чуть не отравил его. Анна, как и прежде, работает на передачах, но теперь ничего не берет себе и "шмонает" более тщательно. Опера продолжают нести службу. Все получили хороший урок.

И только приятель Луни так и не узнал, что рисковал многим, передавая варенье.

10.

О френдзоне, женских намеках и мужской непонятливости.

Мне в институте нравилась одна девушка, пусть будет Инга. Вообще мне там каждая третья нравилась, но эта больше других. Мы не были однокурсниками, она на год младше, но жили в одном общежитии и часто пересекались, разговаривали о всяком. Грезил о ней ночами, но наяву никогда не пытался обнять, поцеловать, тем более что-то более существенное: она вся такая ах какая, а я кто? Лох ботанический дикорастущий, одна штука.

Я кончил институт, уехал работать по месту распределения и оттуда написал ей. Это была еще эпоха бумажных писем. Завязалась переписка, в основном на нейтральные темы, книги, фильмы, моя работа и ее учеба, но иногда я выдавал что-нибудь пафосное: я всегда готов тебе помочь, если любые проблемы – напиши, всё брошу, приеду, спасу. И в июне она действительно написала: приезжай, спасай, до защиты диплома осталось всего ничего, а диплом не готов, программа не компилируется, я пропала.

Приехал, конечно. День просидел над ее дипломом, программу довел до ума, не так уж много она недоделала. Она тем временем чертила плакаты к защите. Полагалось то ли 7, то ли 8 плакатов на листах ватмана А1. Настала ночь, я собрался идти искать по общаге у кого переночевать, но oна сказала:
– Спи тут. Соседка уехала, ее койка свободна, мы одни в комнате.

Улеглись, но Инга не давала уснуть, всё время меня окликала, говорила о каких-то пустяках. Когда я почти вырубился, она вдруг зажгла настольную лампу и села в кровати:
– Никак не могу заснуть. Проклятые клопы, всю искусали.
– Странно, я никаких клопов не чувствую.
– Ну как же, вот тут укусили и тут. Посмотри!

Я подошел и внимательно осмотрел то, что она показывала: голую ногу заметно выше колена и розовое плечико с тонкой лямочкой ночной рубашки. Никаких следов укуса не заметил, пожал плечами и вернулся в свою кровать. Инга со злостью выключила свет и наконец угомонилась.

Наутро я проснулся раньше нее и решил сделать сюрприз, написать заголовки на трех не законченных плакатах. Я умею работать плакатным пером, получилось на мой взгляд очень красиво. Но она, проснувшись, устроила скандал, что я испортил ей всю работу и мои заголовки выбиваются из общего стиля плакатов. С рыданиями выгнала меня из комнаты и сказала, что с идиотами водиться не может и между нами всё кончено.

Я в недоумении шлялся по Москве, не понимая, в чем провинился и что мне теперь делать следующие сутки. Зачем-то потащился в институт, под дверь аудитории, в которой Ингина группа проходила последнюю консультацию перед защитой. Вышла Инга, облила меня холодным презрением, вздернула голову и зацокала каблучками вдаль по коридору. Следом вышли Алла с Леной.

Тут нужен флешбэк на год назад, а то непонятно. На пятом курсе я записался на психологический семинар, который вел известный психотерапевт Анатолий Добрович. Психология будущим программистам ни к чему, но она тогда была в жуткой моде. Большинство участников семинара были четверокурсники, в том числе две Ингины одногруппницы, Алла и Лена. В отличие от Инги не общежитовские, а москвички, так что я их раньше не знал. Алла вполне попадала в каждые третьи, а вот Лена эффектной внешностью похвастаться не могла. Маленького роста, худющая, длинноносая, вся из углов, ходила всегда в джинсах и мужской рубашке.

В самом конце семестра, за день до моей защиты, состоялось выездное занятие семинара у Аллы на даче. Добрович показывал разные упражнения, одно называлось «хозяин и раб». Участники разбиваются на пары, один приказывает, другой повинуется, потом меняются. Я оказался в паре с Леной. Не помню, что я ей приказывал (то есть помню, но не хочу удлинять рассказ), а когда настала ее очередь, она сказала: «Поцелуй меня!».

Ну и поцеловал. Это был первый серьезный поцелуй и в моей, и в ее жизни. И дальше мы целовались, и не только, и очень не только, неделю напролет. Через неделю я уезжал на военные сборы и потом на работу. И всю неделю у меня свербело, что всё классно и замечательно, но вот бы это была не Лена, а какая-нибудь такая ах какая типа Инги. И сказал на прощание, что было хорошо, но давай оставим это в прошлом. И с работы написал Инге, а не Лене. Лох дикорастущий, говорю же. Дальше вы знаете.

Ну вот, вышли Алла и Лена, Алла увидела меня и обрадовалась:
– Откуда ты взялся? Мы как раз едем ко мне на дачу, у нас опять выездное занятие с Добровичем. Поедешь с нами?
– Конечно.

Лена весь этот разговор и всю дорогу молчала и не поднимала на меня глаз. Я тоже не мог решить, заговаривать ли с ней и если да, то какими словами. Но всё решилось без слов. Добрович на дачу не приехал, но передал задание: молчать. Такое упражнение, все пять или сколько там часов общаться невербально. Оказалось забавно. Все болтались по комнате и играли в гляделки, потом стали есть привезенные с собой бутерброды. Я жестом показал, что не наелся, и тут Лена выскользнула из комнаты в огород. Вернулась с зелеными листиками и стала меня ими кормить. Это была черемша, она же дикий чеснок – видимо, единственное, что там успело вырасти в июне. Поедание листиков быстро переросло в хватание ртом ее пальцев, а там и до губ оказалось недалеко.

В электричке на обратном пути мы опять без конца целовались, в точности как год назад. Почти не разговаривали, Лена только узнала, что мне негде ночевать. И привела к себе домой. Тихо-тихо, чтобы не разбудить родителей, провела в свою комнату. Интима не было, она всю ночь рисовала плакаты к защите. Я периодически просыпался, смотрел на склонившуюся над чертежом угловатую фигурку и отрубался опять. Под утро она прилегла в одежде рядом со мной и тоже вырубилась.

Нас разбудил стук в дверь и веселый женский голос:
– Молодые люди, вставайте! Пора завтракать.
– Мам, какие молодые люди? – крикнула Ленка через дверь. – Я одна.
– Конечно-конечно. А чьи это кроссовки в прихожей, конспираторы?

На завтрак, помимо яичницы и чая, были какие-то никогда не виданные мной фрукты.
– Это папайя, а это гуайява, – пояснила Ленкина мама. А Ленка, посмотрев на мои вытаращенные глаза, рассмеялась:
– Не пугайся, мы не каждый день так завтракаем. Мама – преподаватель русского, вчера приезжал ее бывший студент с Кубы и это привез.
Давно мне не было так уютно, как за этим кухонным столом. Хотелось остаться там насовсем, что я в итоге и сделал.

Через полгода после той памятной ночи Инга вышла замуж. Я как-то нашел ее в соцсетях. Всё у нее хорошо, образцовая жена, мать и бабушка и до сих пор очень привлекательно выглядит. Между прочим, сделала карьеру в IT, начальник отдела в известной компании. Наверняка с той программой к диплому справилась бы и сама. Иногда думаю, как сложилась бы моя жизнь, прояви я тогда чуть больше понятливости. Был бы я с ней счастлив? Не знаю. С Ленкой – был.

Счастье не имеет настоящего времени. Я имею в виду – настоящего в смысле английского present simple. Я люблю помидоры, я работаю там-то, я счастлив. Вчера, сегодня, завтра, в фоновом режиме. Так не бывает. Может, буддийские монахи умеют перманентно чувствовать себя счастливыми, а мы – нет. Для нас естественное время для счастья – прошедшее. Оглядываешься назад и понимаешь: а ведь я был счастлив тогда, все эти годы.

А еще есть сиюминутное счастье, в настоящем времени в смысле английского present continuous. Кратковременное острое переживание. Чтобы почувствовать его без особого повода, у меня есть два надежных триггера. Черемша и гуайява.

11.

Певец Абрахам Ипджян с псевдонимом Авраам Руссо на передаче "Давай поженимся" преподнес ведущей часы якобы за два миллиона рублей.

Обедневший горлодёр
на Ти Ви в слезах припёр.
Всенародно заявляет,
он без зрителей страдает.

Вдруг одной телеведущей
наш Абраша с горяча,
подарил 2 миллиона
прямо с барского плеча.
Подарил он не наличными,
а часами заграничными.
Не иначе без штанов
был домой уйти готов?
Не волнуйтесь за него
сломаны часы давно.
Впредь Абраша всем ведущим не одно
презентует «мэйд ин чайна» заграничное говно.
Не каких сомнений нет,
так вернёт авторитет.

12.

Как-то в прошлой жизни у меня был кот. Дерзкий. Погоняло – Пуля. По цвету оболочки. Под настроение – Пульман, он же – Пульмонолог. К годовалому возрасту Пуля отрос до пяти кило, бесстрашно ходил на лодке на рыбалку с хозяином, да и вообще, непонятно, кот это был или пес. Увы, гуляя по балкону, Пуля, движимый инстинктом, рванул за пролетающим голубем, а так как сам летать не научился, наглухо спикировал с 14-го этажа.

С тех пор я зарекся заводить живность в городской квартире.

Прошло лет двадцать.

Прекрасная половина моей семьи, проклевала мне мозг.

— Папа, давай купим котика!

— Папа, на день рождения я хочу только котика!

— Папа, если ты не купишь котика, я умру!

Наконец, каменное сердце дало трещину.

— Кошку можно, — кастрировать собрата я был не готов, впрочем, как и терпеть мартовские котованья.

Бабье, радостно взвизгнув, упало на мобилу. Спустя пару дней длинноногая стюардесса, выпорхнув из мерседеса, принесла в корзинке голубоглазый мохнатый серенький породистый комочек с бантиком на шее. Вислоухая шотландка.

— Будем звать ее Даша, — провозгласила мелкая.

— Ну Даша, так Даша, — согласился я, это ж не мое собачье дело.

Даша резко подрастала и чересчур наглела с морды. Я начал что-то подозревать.

— Тут такая ситуация, даже не знаю с чего начать, — как-то позвонила супруга мне на работу, — короче, у Дашки, похоже, яйца растут.

Когда репутация отросла объективно и бесповоротно, назвали Дашу Марсиком. Ну, типа Барсик, только по-модному.

Из декоративного предмета интерьера животное волей-неволей стало братаном. Пайка, конечно, подросла и пожирнела, но и спрос стал жестче. Если Дашу я аккуратно отодвигал со своей подушки в ноги, то Марса я брал за шкирняк и ставил в стойло.

— Слышь, чувырла! Это моя подушка! Я здесь босс! – уткнувшись носом в кота и оскалив зубы, доводил я постанову. Немедленно были закуплены всякие кошачьи развлекухи, дочери было наказано гонять кота по физкультуре, а супруге запрещено выкусывать когти. Хер с ней, с мебелью, боевой кот – боевая единица сама в себе. Тем более, с шотландскими корнями. Они ж там тоже горцы.

И вот, вывозим кота на деревню, к бабе с дедой, не оставлять же его одного на выходные.

Топорщась жопой сквозь отверстия корзинки, котяра едет в машине относительно спокойно, к середине дороги оборзев до высунуть голову целиком.

Подъехали, мелкая вытаскивает корзинку, кот стремглав выпрыгивает и скрывается во дворе. У тестя живут еще два кота, один местный, рыжий двортерьер Тарас и кастрированный Лорд второй дочки (как родила, спровадила на село своего десятикилограммового британца).

Походил по двору, покискал, нету Марса. Деловито подошел Тарас. Я его погладил. Ощущения – как кабана гладишь, ну или щетку сапожную. Ладно, по брюшку почешу. На брюшке у Тараса гуляли кубики пресса. Для полноты образа жесткого деревенского перца Тарасу не хватало разве что картуза, сигареты и шрама на горле.

— Вижу, ты мужик серьезный, местный, найди мне моего городского, — попросил я Тараса.

Тарас, вздернув хвост трубой, потрусил по снегу в сторону пристроя, где рвался с цепи Рекс. Подойдя к собаку на четко выверенное бесячье расстояние, Тарас плюхнулся на сраку и стал умываться. Рекс натужно хрипел в паре сантиметров. Невозмутимо закончив с туалетом, Тарас взвился свечкой на метр вверх, двинул Рекса лапой по морде и, скользнув у опешившей овчарки под брюхом, юркнул в пристрой, откуда немедленно донеслись марсовы взвизги. Нашелся.

Я поспешил на подмогу. Марс запрыгнул на перила и угрожающе шипел, подняв лапу с торчащими по-боевому двухсантиметровыми, наточенными об мое кресло, когтями, Тарас сидел внизу, как терьер в стойке.

— Держи потеряшку, — передал я кота дочке, та понеслась его гладить и кормить.

Мы с тестем, наконец, разлили.

— Будем.

— А Лорд-то где, чего-то не видать? – выпив, поинтересовался я судьбой британца.

— Да его, как Ольга привезла, Тарас под диван загнал, — тесть жахнул и захрумчал огурчиком, — только пожрать да погадить и вылазит. Когда Тарас во двор уходит. Третий месяц уж там сидит.

Пока мы славно выпивали и закусывали, кошаки шипели друг на друга и ходили вокруг стола, напружинив выгнутые спины. Высунувшийся из под шконаря на канитель Лорд, пару раз по очереди отхватил по роже от обоих.

Несмотря на непримиримый и яростный желтый блеск в глазах, наши коты спустя пару часов сдружились, полакали молоко с одной миски и устроились играть в кошачьи ладушки.

Вскоре Тарас ускакал по деревенским котовским делам, Марс остался обнюхивать новое место. Из-под дивана осторожно выполз огромный Лорд. Робко подойдя сзади к невозмутимому Марсу, Лорд понюхал его яйца, тяжко вздохнул и уполз обратно под шконку.

— Вот почему котов нельзя кастрировать! — назидательно поведал я супруге.

13.

Он сел на соседнее сиденье в поезде Нюрнберг – Мюнхен. Я заподозрил в нем русского и собирался заговорить, когда у него зазвонил телефон.

– Привет, Катенька! – сказал он в трубку. – Всё в порядке, еду в аэропорт. Вечером вас увижу. Лего купил, куклу тоже купил. И тебе кое-что купил. Нет, даже не намекну, терзайся в догадках. Тебе понравится. Всё, целую. Куда? Дома расскажу, а то тут сосед подслушивает.

– Жена? – спросил я.
– Жена. Не поверите, каждые три месяца езжу в командировку и каждый раз не могу дождаться, когда вернусь. Так скучаю по ней и детям, хоть не езди. Но нельзя, работа хорошая, я кормилец.
– Такая любовь редкость в наше время. Как же вам так повезло?
– А давайте расскажу. Вы ведь тоже до Мюнхена?

По-видимому, Deutsche Bahn располагает к дорожной откровенности не хуже российской плацкарты, так что я выслушал его исповедь, которую и постараюсь передать.

– Началось с того, что приятель позвал меня на шашлыки. Я не любитель незнакомых компаний, но Сереге очень надо было, чтобы кто-то его отвез, а я был идеальной кандидатурой: с машиной, почти не пью и в тот период совершенно свободен. Мама и бабушка пытались меня с кем-то знакомить, но я отказывался, искал ту единственную.

Приехали. Я шапочно кое с кем познакомился, сгрыз шашлык и вскоре заскучал от пьяных разговоров. Решил, чтобы не терять напрасно целый день своей единственной жизни, пойти порыбачить, там Ока недалеко. Полез в машину за удочками, и тут ко мне подошла девушка. Карие глазищи на пол-лица, пухлые губы, бюст, талия. Брючки в обтяжечку. Спрашивает:
– Вы на речку? Возьмете меня с собой? Хочется погулять, а не с кем, все уже пьяные. Я, кстати, Катя.
– Максим, – говорю.

В общем, рыбе в тот раз повезло. Четыре часа мы бродили по берегу, и четыре часа не смолкал разговор. Нашлись общие интересы, и так она увлеченно слушала, так меня подхватывала на полуслове, что я не мог оторваться. Вернулись в компанию, когда уже стемнело. Серега мой накидался до полного нестояния, его уложили ночевать. Остальные были немногим лучше. А Катя получила СМС и сказала, что ей срочно надо в Москву. Что-то там с отцом, то ли упал с лестницы, то ли просто плохо стало. Я, конечно, предложил отвезти, по дороге мы еще говорили. Телефон не дала.

Наутро я стал играть в Шерлока Холмса. Через Серегину соцсеть (инстраграмма тогда еще не было, но что-то ж было, то ли фейсбук, то ли ВК) нашел участников шашлыков, с кем успел познакомиться, перерыл их друзей и друзей друзей. Катю не нашел. Но дня через три она написала сама, нашла меня тем же способом. У меня, в отличие от нее, был открытый профиль. Предложила погулять в Коломенском. И опять четыре часа разговоров и поцелуй на прощание. Всего один поцелуй, но такой, что розовый туман в голове не отпускал потом очень долго.

Начали встречаться, но над ней витала завеса тайны. Если я звал ее куда-то, она почти всегда была занята. Если звала она, я бросал все свои дела и ехал. Чем мы занимались? Гуляли, катались по Москве, где-то ужинали, иногда шли в клуб или на концерт. Платил всегда я, но это не напрягало, было в рамках моих доходов. Напрягало то, что через месяц я по-прежнему не знал, где она учится и работает, с кем живет – иногда говорилось, что с родителями, иногда – что снимает квартиру с подругой. Даже фамилии ее не знал, мы переписывались в мессенджере, где она фигурировала под ником. «В женщине должна быть загадка» – отвечала она на все попытки проникнуть в ее жизнь глубже.

Когда меня стала тяготить такая неопределенность, она вдруг спросила:
– А чего ты меня никогда в гости не зовешь?
А я звал десять раз, она всегда отказывалась. В тот раз не был готов к приему гостей, дома был, мягко говоря, холостяцкий беспорядок, но не упускать же такой случай. Еще в лифте она прижалась ко мне всем телом, а когда вошли в квартиру, стало уже абсолютно неважно, где у меня что валяется и сколько мышей повесилось в холодильнике. Я не пуританин, много чего умею с девушками, но что она тогда со мной вытворяла – некоторые элементы я даже в порнухе не видел. Ночевать не осталась, опять срочные дела. А я снова был готов на всё, лишь бы это однажды повторилось.

Повторилось всего пару раз, чаще она ограничивала меня прогулкой и ужином, а еще чаще писала, что очень занята. Постепенно общение сошло на нет. И вдруг, после двух месяцев молчания, она пишет: «У моей подруги день рожденья, они сняли коттедж в Подмосковье, поедешь со мной?» С ней, к ее друзьям, с перспективой провести ночь вместе – ну конечно, нечего даже спрашивать.

Коттедж оказался аж в Ярославской области, но ладно, доехали. Куча машин во дворе и за воротами, толпа людей в доме. Все радостно кидаются обнимать Катю, она там душа общества. На меня поглядывают с недоумением. Когда наелись-напились и расползлись по дому маленькими группками, я случайно услышал кусочек разговора Кати с именинницей. Ну как случайно – крутился в пределах слышимости от нее, можно сказать, что подслушивал. Надеялся что-то о ней узнать.

– Что за Максим? – спросила именинница. – А как же Толик?
– А что Толик? – возмущенно ответила Катя. – Нет никакого Толика, забудь. Был и сплыл. Я свободный человек, что хочу, то и делаю.

Она оторвалась от подруги и нашла меня. Прижалась всем телом и шепнула, что наверху есть прекрасная спальня... надо ее срочно занять... и чтобы я принес из машины ее вещи.

Я оделся и вышел во двор. Подошел к своей машине, достал Катину сумку и рюкзачок. У нее был очень приметный рюкзак, кислотно-оранжевый, с брелоком в виде плюшевой коалы. Тут подъехала Ауди, из нее вышел какой-то хмырь на голову выше меня, посмотрел на рюкзак.
– Ты, что ли, Катю привез? – спросил он мрачно.
– Ну, я. А что?
– Привез и молодец. Давай ее вещи и вали отсюда, чтоб я тебя больше никогда не видел.
– А ты, стало быть, Толик? – догадался я.
– Толик.

На этом месте рассказа мой попутчик вдруг замолчал и уставился на проплывавшие за окном баварские деревеньки. Я некоторое время ждал продолжения, потом не выдержал:
– А дальше что? Давайте угадаю. Вы бывший десантник и прописали этому Толику ижицу?

Максим молча помотал головой.

– Значит, он вас отметелил, а Катя потом приходила в больницу?
– Тоже нет. Я отдал Толику ее вещи, сел в машину и уехал. Я вдруг понял, что означала вся ее загадочность. Она просто держала меня в резерве. Встречалась со мной, когда не ладилось с Толиком или он был занят. И даже если сейчас Толик действительно получил отставку и я перешел из резерва в основной состав, это ничего не изменит. В запасе появится какой-нибудь Алик, Славик или Гарик. Прямо из машины я позвонил бабушке и взял телефон внучки Марьи Петровны. Через неделю я пригласил эту внучку в ресторан, а через месяц сделал ей предложение. По совпадению она тоже Катя. У нее, конечно, нет таких чудесных глаз, и фигурка попроще, и в разговоре поначалу возникали паузы, и в сексе ее пришлось всему учить. Зато никаких тайн и никаких Толиков.

14.

Навеяно историей https://www.anekdot.ru/id/59285/
Примерно 2005, может 2006 год. Лето. Едем с женой на дачу на Гранд Витаре
по Пятницкому шоссе. Там где то за 3-4 км до Солнечногорска есть хорошо
просматриваемый километра на три участок, правда там сплошная...
Смотрю... вроде никого... обгоняю через сплошную...
На подъеме меня два гайца принимают..
Я в таких случаях никогда не спорю. Выхожу с поднятыми руками, мол знаю, что виноват,
готов понести... и т.д. сильно не глушите в разумных пределах... Вот уже 300 р приготовил..
Они мол - неее давай 500... сплошная и т.д.
Короче недолго торгуемся. один из них грит
-ладно, мол, первый раз - 400..
Я есссстно отдал 400 ну и уехал с миром..
Ровно через неделю. то же место. вижу, вроде вверху там никого. обгоняю по сплошной,
вверху опять принимают... Гайцы другие.
Опять выхожу с поднятыми руками и сыплю им комплименты, что мол отлично прятаться научились..
Далее та же торговля я им 300, они 500,
Та же самая фраза от гайца, что мол ладно, первый раз - давай 400.
А я отвечаю, что мол ни фига не первый, на прошлой неделе уже платил, и мне на этот участок уже
скидочная карточка положена....!!!
Они складываются от смеха... за 300 отпустили тут же...

15.

На дворе шел 1995 год.
Семен Михайлович настойчиво постучался в кабинет следователя.
- Здравствуйте!
- Здравствуйте! Извините, занят по самое не могу. Что у Вас?
- Кража с взломом.
- Мда.. проходите
- Что украли?
- Понимаете, украли очень дорогую для меня вещь, подарок отца, прямо перед его гибелью, я его так берег...
- Так что украли?
- Велосипед увели, гады!
- Вас как зовут?
- Семен..
- А работаете кем?
- Я учитель физкультуры в школе
- Семен, послушайте, вы вроде нормальный мужик, сможете понять. Видите это?
И показал на кипу бумаг на своем столе.
- Тут 3 убийства, включая одно заказное, 4 изнасилования, одно из которых групповое, и прочие прекрасные творения нашего криминала. Как сами считаете, я имею моральное право, бросив все это, заняться ответственным розыском вашего велосипеда?
- Но вы же не один тут работаете... - несколько опешив, промямлил Семен Михайлович.
- Семен, ты тут много народу видишь, а? Как думаешь, почему у меня столько дел лежит?
- Ну я...
- Семен, за такую зарплату количество желающих лезть под бандитскую пулю как то не растет, и это мягко скажем.
Людей нет. А те, что есть - никуда, б.дь, не годятся!
Семен с мольбой посмотрел на следователя.
- Ну может быть хоть что нибудь сможете...
- Смогу. Принять у Вас заявление, положить его на стол и начать по нему работать когда разгребу особо тяжкие. То есть - никогда.
Семен, вздохнув, вынул из кармана 2 зеленых бумажки по 100 убитых енотов. и аккуратно показал их следователю из кулачка.
- Понимаете, это последнее, что у меня осталось от отца, он погиб, и я готов на все...
- Следователь, оживившись, удивленно посмотрел на Семена.
- Слушай, я многое видел, но так впрягаться за велик - это прямо скажем странно. Ладно, закидывай - он открыл одну из папок на столе), куда Семен моментально вложил Бенджаминов. И пиши подробно все что знаешь в заявлении. Особенно - про подозреваемых и прочие мелочи. Больше ничего не взяли?
- Да так, по мелочи - кое что из продуктов, книжку одну стырили, сволочи...
- Ага. Пиши. Вот максимально подробно пиши.
Написав, Семен отдал бумагу следаку.
- Значит так- давай по честноку, затянувшись сигаретой, промолвил мент. Я конечно ничего обещать не могу, но впрягусь, обещаю. Некоторые соображения есть. Телефон оставил?
- Да.
- Наберу, надеюсь что скоро.
Прошла неделя.
В квартире Семена раздался звонок.
- Семен Михайлович ..... ?
- Да, он самый.
- Это из милиции. Подходите. Есть для Вас новости.
Заглянув в отдел, Семена проводили в комнату, где на лавочке сидели трое весьма оборванного вида, но чистых ребят лет 12-14, а рядом лежала его книга и стоял велосипед с погнутым колесом.
- Ваше?
- Мое, мое!!!
- Повезло вам, они его бросили, когда сломали - чудо, что не утащил кто то за сутки.
- Как же вы нашли?
- Ну, у нас есть свои секреты. А на самом деле, конечно, обычная розыскная работа, да и видели их на этом велике все кто только можно. Покататься взяли, дурьи головы. Делать то что будем с этими малолетними фантомасами?
.......
Решив судьбу малолетних преступников, отделавшихся сильным испугом и нещадной поркой со стороны родителей, произведенной прямо в отделении по совместному решению всех участвующих сторон, следователь пожал руку Семена и отпустил его с миром.

Семен, радостный как слон, повез домой велик. Красавец сверкал как новенький, ибо Семен действительно заботился о нем как о родном сыне. Только придя домой, он быстро развинтил его и достал из рамы пакет с заветными зелеными бумажками. Все было на месте - тещина квартира, проданная месяц назад, была спасена.

16.

Как общаться с риэлторами

Продаю квартиру, свою. Первый раз. Выставил объявы на популярных сайтах. Звонки от риэлторов, это постоянно. Начал встречаться с этими братанами и сестрами. У них заход один - давай договор подписывать на 3% от стоимости квартиры (у меня это 100 тыс).

На мой вопрос - а Вы чё делать будете? ответственность сторон? невыполнение обязательств? Они на полном серъёзе несут дичь про продвижение на 60 сайтах, федеральную базу клиентов, успешные сделки, и т.д. И вот я теперь (стараясь не ржать) слушаю их внимательно, уточняю детали (это в дальнейшем важно, см ниже). И заявляю, неспеша так, обстоятельно - а я готов всё подписать! Мои собеседники аж в лице меняются (типа попался лошара).

"Но моё маленькое условие - если продаёте квартиру, то получаете свою комиссию 100 тыс., А ЕСЛИ В ТЕЧЕНИЕ 1 МЕСЯЦА НЕТ, ТО С ВАС 30 ТЫС."

И тут начинается цирк - мы так не работаем, у нас в договоре такого нет, и ваще вы мошенник. И тут я уже им проговариваю все их аргументы (см.выше) про федеральные базы и успешный опыт.

Уговариваю их, б$&ть, их же словами! Никто не согласился!!!
Бежит вся эта х@ета вниз по лестнице вприпрыжку!

17.

Абонемент на неинтересное кино

Когда-то давно я закончил музыкальную школу города Н-ск. Музыкалка была неотъемлемой частью моей жизни, как уроки вечером, уборка по субботам, подъем в семь, манная каша на завтрак.

Самое страшное для меня было – подвести родителей или кого-то из взрослых, чью роль в своей жизни я считал значимой. Мой учитель по специальности Тамара Александровна безусловно была таким человеком. Я любил и боялся ее одновременно. Любил ее похвалы за хорошо подготовленный урок, и страдал, когда слышал усталый вздох из-за криво выученного аккомпанемента.

Это был один малорадостный день поздней осени. Они там, кстати, все малорадостные, потому что память о теплых летних каникулах еще свежа. До снега и связанных с ним развлечений еще далеко. И каждый путь в школу и обратно – это тоннель из серого неба и мелкого противного дождя. Я стоял и собирал ноты в пакет после не самого успешного урока у Тамары Александровны. На ее учительском столе лежали какие-то буклеты.

- Стас, это абонементы в кино. Пойдешь? – услышал я голос преподавателя.

Кино я очень любил, но в тот момент в моем детском сердце ничего не отозвалось. Я понимал, что в музыкалке вряд ли распространяют билеты на «Робокопа» или «Звездные войны».

Я вяло открыл буклет. Так и есть. Глаз тут же нашел знакомые из музлитературы слова, фамилии, названия – либретто, тенор, Бородин, Моцарт, Пуччини, «Спартак», «Князь Игорь», «Риголетто».

Прочтение буклета радости мне не прибавило. Как и любой подросток я был увлечен лейтенантом Хелен Рипли и рядовым Фредди Крюгером.

- Абонемент стоит десять рублей, можешь потом занести. – сказала Тамара Александровна тоном, который не предполагал обсуждений, поэтому в мой мозг эти фильмы сразу попали в раздел «обязательно к просмотру», – фильмы будут показывать каждое воскресенье в 15.00.

Воскресенье так себе выходной. Осознание приближающегося понедельника отравляет его. Даже традиционный вечерний фильм по первому каналу не мог его исправить. А теперь ближайшие 10 воскресений будут еще и разорваны на две половины просмотром каких-то идиотских музыкальных фильмов.

Сценарий «не ходить» мной даже не рассматривался. И это до сих пор меня удивляет, потому что на просмотре первого фильма в зале я сидел абсолютно один. Я точно знал, что другим ученикам абонементы тоже «продавали». Некоторые даже пытались их перепродать на сольфеджио по дешевке.

Первый фильм был «Амадей» с Томом Халсом в роли Моцарта. Его лицо я где-то уже встречал – в каких-то второсортных боевиках или ужастиках. А может с кем-то путал. Но то, что это художественный фильм меня немного успокоило.

Как вы уже поняли, в зале я сидел в полном одиночестве. Хотя нет. Первые 15 минут на заднем ряду сидели какие-то птушники с пивом. Видимо решили скоротать время в кино. Они шумно комментировали сцены, подкидывали в воздух шапку через луч проектора, чтобы она огромной тенью пронеслась через весь экран, гоготали при каждом удобном моменте. Но они быстро поняли, что фильм не для них, допили пиво и ушли.

Но когда это произошло я не заметил. Мной завладел фильм. За полтора часа перед глазами пронеслась жизнь великого композитора. Моцарт был ровно таким, каким я его себе представлял. И по внешности, и по характеру. Врожденная гениальность композитора, которому всё дается настолько легко, его чувство музыки, которое превосходит все остальные. Музыка распирает его изнутри. Он просто не может держать ее в себе. Он проводник чистого искусства между космосом и бумагой. И в этом трагедия. Он счастлив этой судьбой и даром творить, но это истощает его. Моцарт фактически сгорает в потоке музыки.

Ф. Мюррей Аббрахам, который был мне больше знаком как актер второстепенных ролей в триллерах и боевиках, талантливо сыграл в этом фильме Антонио Сальери. Известно, что Сальери был очень хорошим музыкантом и композитором. Он упорным трудом заслужил свое место придворного капельмейстера и признание в музыкальном сообществе. И вот представьте, что вы тяжелым трудом создаете каждое музыкальное произведение – сонату, симфонию, фугу, оперу. Как ювелир, который годами гранит один и тот же кусок камня, чтобы получить идеальное украшение. А тут врывается какой-то откровенный чудак без манер, без роду и племени, который делает с музыкой всё что ему заблагорассудится. И злая шутка жизни в том, что делает он это гениально. То, на что у вас уходили месяцы и годы, этот щенок левой ногой делает за пару минут.

Фильм накрыл меня с головой – игра актеров, музыка, костюмы и декорации старой Вены. Полтора часа пролетели как одна секунда. После кино я еще минут десять сидел в ярко освещенном зале. В голове гудела Лакримоза. Смерть Моцарта потрясла меня. Я и до этого знал, что он умер молодым, как и Пушкин, но я не осознавал всей трагедии этой смерти такой несправедливой, несвоевременной, ненужной.

Придя домой, я понял, что забыл в кинотеатре шапку. В любой другой день я бы побежал за ней обратно, потому что в нашей семье терять вещи считалось проступком. Но тогда эта потеря меня совершенно не тронула. Я все еще жил в фильме, я рыдал над телом Моцарта, сброшенного в грязном мешке в безымянную могилу для бедных. Что такое шапка по сравнению со смертью гениального творца.

Однако шапку мне вернули. На следующем сеансе.

- Этот Пушкин шапку на Моцарте забыл! - услышал я за спиной женский голос, когда в следующее воскресенье пришел смотреть второй фильм из абонемента. Я обернулся. Старая вахтерша смотрела на меня поверх очков.

- Твоя шапка? – спросила гардеробщица, доставая откуда-то из под стойки мой спортивный «петушок».

- Моя, - ответил я, - спасибо.

- Забирай сейчас. Раздевать тебя не буду. Все равно никого нет. Много чести. Закроюсь и пойду вздремну, - сказала она нарочито строго, но с легкой улыбкой. Большинство взрослых женщин так общались со мной еще много лет после. Им плохо удавалось скрывать свою симпатию к моему образу идеального внука.

В этот раз «давали» «Князя Игоря». Оперу Бородина я прошел буквально пару недель назад и мог свободно напеть хор бояр или арию самого Князя ("О, дайте, дайте мне свободу. Я свой позор сумею искупить!").

В зале опять было пусто. Я скомкал билет и стал придирчиво выбирать место в самой середине.

После «Амадея» я был готов к легкому разочарованию. Я ждал театральной постановки, но по первым кадрам понял, что это снова художественное кино. Еще интереснее стало, когда оказалось, что Князя Игоря играет герой русских боевиков и приключенческих фильмов Борис Хмельницкий. Актер с, пожалуй, самой яркой и характерной внешностью. Капитан Грант, Робин Гуд – ему отлично давались роли матерых авантюристов – благородных и сильных. Князь Игорь из него получился отличный. Фильм был музыкальным, но с добротной приключенческой постановкой и боевыми сценами. Шапку я на этот раз не терял, но удовольствие от просмотра получил.

- Тамара Александровна, вот 10 рублей за абонемент. Я всё забывал вам отдать, - я положил свернутые купюры на стол. Урок по специальности должен был вот-вот начаться.

- Какой абонемент? - немного рассеянно сказала учительница. Она отстраненно посмотрела на меня, а потом ее взгляд вдруг сфокусировался, глаза широко открылись, и она сказала, - ты что, ходишь смотреть это кино?

- Ну да, - немного удивленно сказал я, - вы же сами сказали.

- Да, Стасик, сказала, но тут на последнем собрании директор школы сетовала на то, что зал пустой. Дети не хотят, а родители не настаивают. И преподавателям тоже не до того: воскресенье единственный выходной. Мы даже думали попросить кинотеатр отменить показ. Но администрация сказала, что техника работает, люди заняты. Показ идет в зачет плана.
Я стоял и слушал Тамару Александровну, которая как будто оправдывалась.

- А ты, значит, ходишь! – я встретился с ней глазами. - И что ты уже посмотрел?

Тамара Александровна села за стол

- Ну, - начал я немного неуверенно, - три недели назад был балет «Спартак».

Я решил начать с неинтересного. В моем хит-параде музыкальных жанров балет плелся где-то в конце ТОП-10. Но меня восхитил артист, игравший роль римского полководца Красса. Он был настолько хорош, что я никого больше и не запомнил.

- Ну еще бы, - хмыкнула Тамара Александровна, - это ты попал под магию Мариса Лиепы. Танцор был от бога. Недавно умер. Так жалко.

После балета два воскресенья подряд показывали фильмы по самым известным операм Верди «Риголетто» и «Травиату». Это полноценные художественные фильмы, с натурными съемками в живописных местах, красивыми декорациями и с потрясающими костюмами.

В «Риголетто» роль Герцога исполнял Паваротти. А в «Травиате» играл второй из трех великих теноров – Пласидо Доминго. А буквально за месяц до этого я нашел в школьной библиотеке книжку «Сто либретто», где были собраны самые известные оперы всех времен! Можно не любить оперу, но приключенческие рассказы или страшные сказки любят все. А опера – это всегда закрученный сюжет, интрига, и чаще всего с плохим финалом. И вот представьте себе книгу, в которой таких историй больше ста. И каждая изложена буквально в трех-четырех страницах. Это же клад для непоседы!

Поэтому Верди я посмотрел от начала и до конца. Чуда не ждал. Знал, что все умрут.

Тамара Александровна выслушала меня, покачала головой и негромко сказала что-то вроде «Ну и ученик у меня». По тону я не понял было это похвалой, удивлением или чем-то еще, но обдумать не успел. Начался урок, и я переключился на Кабалевского.

Я не стал рассказывать Тамаре Александровне, что за этот месяц стал практически своим в кинотеатре. Я продолжал ходить на фильмы один, не понимая, что теперь их действительно крутят только ради меня. Один раз я даже опоздал на 20 минут. Вспотевший и запыхавшийся я вбежал в фойе «Родины», сжимая в руках уже изрядно пожульканый с отпечатками компостера абонемент.

- А вот и он! – громко произнесла гардеробщица при моем появлении. – Я говорила, что придет.

Она так искренне улыбнулась, что я остановился в нерешительности.

- Ну, чего встал? Давай сюда куртку, мокрый весь. Зачем так несся, все штаны уделал, - она продолжала причитать, помогая мне снять верхнюю одежду. А потом сказала куда-то вбок, - Миша, заводи! Клиент пришел.

Я проследил за ее взглядом и увидел, как от стены отделилась фигура курящего мужчины в спецовке.

- Пить хочешь? – спросила меня гардеробщица.
Я еще не восстановил дыхание и только помотал головой.

- Ну иди тогда в зал. Смотри своих трубадуров.

Я сам не заметил, как кончилась осень, а вместе с ней и абонемент. В нем оставался один непогашенный фильм. Но в пятницу у меня поднялась температура. В субботу утром меня осмотрел врач и велел остаться на больничном.

- А как же кино? – спросил я маму, когда доктор ушла.

- Какое кино? – мама знала про абонемент, но не отслеживала количество посещенных мной сеансов.

- Завтра последний фильм абонемента! Я же не могу пропустить его.

- Никакого кино, Стас. Врач сказала, что у тебя грипп. Лежи в постели. Потом посмотришь.

- Да как я посмотрю? Его же больше не покажут!
Но мама уже вышла из комнаты.

На следующий день, в 14.30 я нашел в городском справочнике телефон кинотеатра и позвонил на вахту.

- Алло, - женский голос на том конце показался мне знакомым.

- Здравствуйте, - сказал я. – я хожу к вам смотреть кино по абонементу от музыкальной школы. Вы меня помните?

- А, Пушкин, привет. Ждем тебя сегодня. – голос в телефоне потеплел.

- Видите ли, так получилось, что я заболел, - затараторил я, - и мне надо сидеть дома.

Больше я не знал, что сказать. Да и на что я рассчитывал? Сказать, чтобы сеанс перенесли? Что за бред. Попросить, чтобы они посмотрели кино вместо меня и потом пересказали? Тоже фантастика. Попросить вахтершу убедить маму отпустить меня завершить абонементный челлендж? Вряд ли на мою маму это подействует.

- Дак что ты хотел попросить, милок? – голос в трубке вернул меня в реальность.

- Я не знаю, - честно сказал я и вдруг заплакал.

- Ну-ну, не плачь, милый, - начала успокаивать меня вахтерша, - давай вот что сделаем. Ты поправляйся. А как выздоровеешь – приходи в кинотеатр. Мы тебе этот фильм отдельно покажем.

Идея была отличная, и я поверил в нее.

- Спасибо, - сказал я и повесил трубку, не попрощавшись.

Но в кино я так и не сходил. И фильм не посмотрел. Болезнь вырвала меня из магического круга абонемента, и волшебство исчезло. Уже в понедельник я оглядывался на прошедшие два месяца и не мог понять, что со мной происходило. Если бы кто-то задал мне вопрос зачем я ходил в кино на эти фильмы – я едва смог бы дать развернутый ответ. Сказка ушла, а вместе с ней ушло какое-то знание, оставив только чувство потери чего-то важного.

Еще через месяц я вспомнил про абонемент, но так и не смог его найти. Я решил позвонить в кинотеатр, чтобы попросить показать мне последний фильм из абонемента. Но вдруг с ужасом понял, что забыл его название. Я вспомнил и выписал в столбик все девять увиденных мной лент, но десятый фильм никак не хотел вспоминаться.

Я положил этот список под стекло письменного стола, чтобы держать его перед глазами на случай, если вдруг память выплеснет из своей глубины нужное название. Но этого так и не произошло.

С тех пор прошло 25 лет. Я посмотрел сотни, а может тысячи кинолент. Я стал настоящим киноманом: легко запоминаю актеров, сюжеты, крылатые фразы и второстепенных героев. Я очень люблю кинематограф, но иногда меня посещает мысль, что это не главное. Перебирая все эти бесчисленные фильмы, я втайне надеюсь наткнуться на тот самый, который так и не посмотрел. Я так и не вспомнил названия, но я обязательно узнаю его, когда увижу. Увижу, посмотрю и волшебство вернется.

18.

Вообще я считаю, что день дурака, второго апреля. Нет, первого конечно все эти приколы, розыгрыши и прочее. Но осознавать полностью как тебя развели, ты начинаешь именно второго. Кто-то с утра, а кто-то к обеду. Кто как проснется. Мне эти дни запомнились надолго. Хотя и столько лет прошло, а помню как вчера.
В тот день, первого апреля я проснулся в неплохом настроении. Перекинулся с женой парой фраз и хлебнув чаю устремился на работу. Прикол, по дороге я подготовил неплохой, обращая внимание всех соседей на спущенное колесо их машины. Благо в те времена машины были уже у многих. Проходило на ура. Но я и сам был готов. На белой спине и лопнувших брюках меня точно было не развести.
- Андрей, зайди на минутку ко мне, - произнес входящий вместе со мной директор.
- Хорошо, только куртку сниму, - заверил его я.
- Я тут подумал, а давай мы тебя назначим начальником отдела? - произнес он, как только я вошел в его кабинет.
- Меня? - и тут я сообразил, что это первоапрельский развод. Но по тяжелой, это вам не белая спина.
- Ну как ты на это смотришь? - с небольшой улыбкой, утрировал он.
- Отрицательно! - так же немного улыбаясь, заверил его я.
- Почему? - улыбка сошла с его лица.
- Ну во-первых у нас есть начальник отдела. Живой и здоровый, а во-вторых...
- Да, но он увольняется. А что во-вторых?
- А во-вторых, я хочу быть вашим замом, а не каким-то там начальником отдела. - подыграл ему я.
- Ну это возможно, но позже, лучше тебе пройти все ступени. Ты молодой, перспективный, вполне возможно, что и меня когда нибудь заменишь. Надо подождать.
- Вот я и буду ждать. Как место освободится, я готов. А на начальника отдела не пойду.
- Ну дело твое конечно. Ладно, что нибудь решим.
- Съел, не получилось — уже выходя подумал я. Додумать не успел, потому что отвлекла Ленка с бухгалтерии.
- Андрей, зайди премию получи, - почти вцепилась мне в руку она, - а то уфинтилишь куда нибудь опять в командировку. А мне отчет сдавать надо.
Такой развод точно уж не проходил. Я как только представил хохочущие лица бухгалтерии, сразу это понял.
- Лен, я ведь орел? - поинтересовался у нее я. Пока она меня рассматривала и оценивала в новом ракурсе, мыча что вроде «нуууу», я добавил. - А орлам деньги не нужны! - и прошествовал по коридору в кабинет. Гордо и немного по орлиному.
Потом я куда-то отъехал, закрутился, вернулся поздно и день вроде как прошел. Но был еще дом. Конечно такого хода я не ожидал.
- Андрюша, ты знаешь, пляши! - не успел я переступить порог, произнесла жена.
- С чего это? - не понял я, но на всякий случай осмотрелся. Ничего из-за чего можно плясать, я не заметил и понял, что она подготовила какой-то развод.
- Я сегодня была у Юльки, у них один щеночек остался. Именно такой как ты хотел, восточно-европейской овчарки. Такая лапуля, такая умница, девочка правда. Но ведь без разницы, говорят девочки даже преданней своему хозяину. Завтра можно забирать. У них правда есть уже покупатель, но мне она отказать не смогла. Давай пляши!
- Не, плясать не буду! Да и ненужен он нам, сама же говорила. - По тяжелой бьет, сделал я вывод и подумал про себя. - Нехорошо. Даже первого апреля. Так дела не делаются. Знает ведь, что хочу и мечтаю, ну зачем такой развод?
- Не хочешь, но почему, ты же всегда хотел? - хорошо она играла. Тут ей не откажешь.
- Потому что дети еще маленькие. Собака это грязь, заботы, шерсть, слюни! Или ты забыла?
В общем, совсем скоро, все переросло в небольшую семейную перепалку и я довольно уставший за день, обиженно завалился в зале на диван, включив телевизор. Там и уснул. А утром наступило второе. ВТОРОЕ, блин, АПРЕЛЯ.
- Юль, извини, брать не будем. Андрей отказался. Так что продавай. Да сама не пойму, всегда хотел, а здесь как белены объелся, - я прислушивался к телефонному разговору из прихожей и не совсем понимал. Нет, я понимал конечно, но не понимал как. Ведь если это был развод, то к чему продолжение сегодня? А если нет? И никакого развода не было.
Я собрался и оделся молча. На работу шел задумчиво. А лучше бы не шел. Не успел я войти в кабинет, как на пороге появился директор.
- Хочу представить вам нового начальника отдела, - после, здравствуйте, произнес он, - Сумарохин Леонид Сергеевич. Вы все его хорошо знаете, поэтому в долгих представлениях он не нуждается. Виктор Николаевич, уволился, но я думаю вы и с новым начальником будете работать так же хорошо и с полной отдачей...
Это уже выходило за все рамки. Не перекурить такое, я просто уже не мог. Поэтому поздравив Леньку, я пошел на улицу все обдумать.
- Слышь, орел! Ты будешь премию получать или нет? Мне отчитываться надо! - в коридоре стояла Ленка.
- Я не орел, Лена... - посмотрев на нее, произнес я.
- А кто? - начав рассматривать меня по-новой, поинтересовалась она.
- Дурак! Супердурак! - тяжело вздохнул я.
- С чего это? - не поняла она.
- С того, что я даже сам себя развел. Да как развел - по полной и по тяжелой! Так что поздравь меня пожалуйста, вчера ведь был мой праздник.

19.

xxx: врот меня чих пых, да я готов целый год отдавать десятую часть своей зарплаты тому, кто сделает мессенджер без привязки к номеру телефона и с автоматическим исправлением сраного капса на нормальные буквы.

yyy: Ну в рот тебя никто не будет, а про десятину - давай подробнее, о каких суммах идет речь. И я, так и быть, настрою тебе сервер жаббера и подберу нужный плагин для антикапса.

20.

ТРИ БУТЫЛКИ
В середине 90-х годов приехал я по делам в Москву.
Вечер коротаем с рюмками и дальним моим родственником Саней, «крутым владельцем современной европейской стоматологической клиники» аж на 3 почти новых кресла, и его приятелем-военным.
Приятель - майор, служит в военном, соответственно, ведомстве. Но есть кручина - сидит он чуть-ли не на лейтенантской должности и росту ему далее нету или нет, монопенисуально, ибо нету или нет у него нужных связей, крыши, блата, крутого папы или блатного дяди и никто его не «подсадит» вверх.
Я тогда только-только пиаром начал заниматься-зарабатывать, хотя само слово «пиар» услышал совсем недавно и говорил его с ошибками.

- Есть, - спрашиваю у майора,- деньги?
- Нууууу, не знаю...смотря сколько...
- На три бутылки коньяка. Можно две сразу и одну потом.
- Аааа, столько - есть!
- Беги в магазин!
- Саня, тебе ведь реклама все равно нужна? Готов зубы лечить за рекламу своей «европейской зубодёрни»? Ну и ладушки!

Первую бутылку получил личный шофёр генерала-начальника того самого военного ведомства, где прозябал наш приятель-майор, за то, что рассказал, во сколько и какую радиостанцию слушает чаще всего по дороге на работу его пассажир.

Радиостанция, которую слушал по дороге на работу генерал, радостно согласилась, в обмен на бесплатное и безболевое лечение зубов своего начальства, давать по утрам рекламу зубодерам.

Вторую бутылку получил начальник отдела кадров ведомства, который тут же хмуро и честно сказал, что не сможет продавить назначение майору, но, услышав, что продавливать и не надо, сразу подобрел.

Генерал Иванов слегка, конечно, удивился, когда утрами по дороге на работу, радио в машине среди рекламы «европейской Московской Стоматологической лучшей клиники» вдруг стало говорить буквально одним предложением по паре хороших слов о его ведомстве, о нем самом и каком-то «лучшем майоре Петрове в ведомстве великолепного генерала Иванова», но, похоже, ему понравилось. «Доброе слово и кошке приятно».

Спустя пару-тройку месяцев при очередной ротации кадров в ведомстве, начальник отдела кадров приносит генералу кадровые папки на трёх кандидатов на полковничью должность - полковника, подполковника и нашего приятеля-майора.
На полковника начальник слегка хмыкнул, мол, слабоват будет; подполковника просто глянул по диагонали; а майора даже смотреть не хотел, но, когда начкадров назвал фамилию, вдруг оживился «да это же мой лучший майор, давай посмотрим дело».

Третью бутылку, «а потом ещё и ещё» (Мультик про Винни-пуха) мы выпили уже с подполковником)

«Как молоды мы были,
Как искренне любили,
Как верили в себя!»
Незабываемое исполнение Градским.

21.

Напомнило историей молодого компютерного колдуна, когда я сам был компютерный колдун https://www.anekdot.ru/id/1187652/

Я был студентом в 17 лет, компьютерная специальность, но мне все было легко, так как я уже 2-3 года как программировал. На лекции почти не ходил ( в Болгарии тогда легко училось высшее ), только одни упражнения никогда не пропускал. Была у нас учительница, молодая, только что закончившая, лет 23-24 наверное. Очень красивая, черные кудрявые волосы, всегда в каких-то серьёзных костюмах одевалась. Но тело не спрячешь, атлетичное сочное телосложение. Тогда она мне как богиня выглядела. Я не помню что она там говорила, 50% времени представлял себе ее без одежды. Да нет, точнее, 90% от моего буднего времени, я думал о этой преподавательнице. Я этого не знал, но всем моим состудентам было ясно, что я влюблен.

И вот последний урок, задание всем дала, все пишут, я уже готов. Она такая подходит, в бежевом костюме с юбкой. Легко присаживается на парту, одной ногой. Легко улыбается, пышные губы, кудрявые волосы стелятся на пышную грудь

- Ну что, опять первый готов ?

Я тупо улыбаюсь. Мы часто шутили, спорили на компьютерную тематику, но так близко ко мне еще не была. Она продолжает тихо говорить:

- Знаешь, каждую среду у меня в 15:00 час приема, если кому-то что-то неясно. А сегодня среда ! Редко кто приходит.

Она говорит, ее губы двигаются, но я ее не слышу, у меня мозг забил. Представляю себе ее голую грудь, мне даже дышать трудно.

- Давай приходи сегодня на прием !

Вдруг до меня медленно начинает доходить. Я выхожу из тумана, просыпаюсь, моя мысль приходит обратно в голову. Слышу свой голос, как отвечает, мысль начинает догонять слова, моей реакции нету предела.

- Да вы что ? Это Я должен вам приходить на консультации сегодня ? Есть что-то, что Я не знаю ? Вы же Excel и Word преподаете, а я уже 2 года как на Turbo Pascal программирую? Я поспорил с учителем Дескриптивной Математики, и победил, а он ДОЦЕНТ ! И т.д., и т.д.

Учительница подскочила, как кнутом ударенная, пошла к столу. Все смеются, я даже не понял, что все это сказал высоко, все услышали. Все смеются, но почему то смотрят не на нее, а на меня. Странно, я же все правильно сказал ? Успокоился, присел.

Прошли годы, наверное 5-8 лет. Я уже научился с девушками общаться, даже начало все легко удаваться. И вот спорим с одной девушкой, кому легче найти партнёра. Я ей объясняю - как мужикам тяжело, надо думать, как познакомится, что сказать, куда вечером отвести. А как легко девушкам - короткая юбка, чуть грима, улыбка, и мужики сами начинают клеится. Она:

- Да ты что ! Клеятся 99% хлама, который только хочет вставить, и потом убежать. Один подходящий месяц меня провожал, по глазам видно, ему хочется. А мне он тоже нравится. Истекает, не уходит, но не смеет попросить. И вот что сказать, я же не какая-то легкая девушка ? И говорю ему "Заходи ко мне, я кофе тебе сделаю !" (В Болгарии много кофе пьют, чай почти не пьют) И он вдруг весь в лице меняется, смотрит, как на псих-больную, и спрашивает "Да ты что ? Какое кофе в 2 часа утра ?"

После этих слов, меня как молнией ударило. Дальше что щебетала девушка, я уже не помню. Сейчас даже не помню, было ли что-то у меня потом с этой девушкой или нет. Я уже был снова студент, сидел на той парте. Надо мной надсевшись, улыбалась моя молодая преподавательница. Я был один такой маленький маленький глупый человечек. Один такой маленький глупый человечек, мальчик, который уже точно знал, что нужно ответить. Которому было и очень стыдно, что он так подставил красивую преподавательницу своим пылким ответом.

Который все уже знал кристально чисто и ясно, но поздно ...

22.

«УЧАСТКОВЫЙ ПЕДИАТР.
МОРЖ ПОНЕВОЛЕ»

Окунулся на Крещение в прорубь - и вспомнилось.
Много букаф - пропускайте сразу!)

Как-то так вышло, что в школе я часто болел всякими простудными заболеваниями, плюс почти ежегодно - пневмония.
Вроде и спортом занимался, а все равно - стоило хоть немного промочить ноги - и температура обеспечена.
После школы слесарил на стекольном заводе, хоть и горячий цех ( «на площадках» до +120 С, - в начале смены старые слесаря и резчицы стекла в литровую стеклянную банку клали очищенную луковицу, три-четыре картофелины и кусок мяса, заливали водой, лавровый лист, пару горошин перца, соль и ставили под лестницу - через четыре часа, к обеду, суп был готов; но если сломался в -30С при сильном ветре башенный кран, стоящий снаружи, то это тоже мои, дежурного слесаря, проблемы...) - пневмонии также были ежегодно...
В институте аллергический ринит расцвёл махровым цветом, с переходом в «астмоидное состояние»...
В первый же год работы участковым педиатром выяснилось, что у моего шнобеля ещё и реакция на смену температуры - вхожу зимой с улицы в дом - сопли минут пять просто текут; выхожу из дома на улицу - снова пятиминутный «ручеёк»...
А вызовов у меня зимой 17-22, это среднее, бывает и больше. И каждые пятнадцать минут очередной платок становится мокрым...
Захожу я в квартиру, мою руки, склоняюсь над ребенком - и еле успеваю выхватить и поднести платок. Хорошо ещё, если ребёнок большой и его можно смотреть стоя, а если грудничок, который лежит, а ты склоняешься над ним? А реакцию и отношение родителей-бабушек представляете?
Короче, за два года три обструктивных бронхита и вот уже коллеги ставят мне бронхиальную астму, которая, как известно, во всем мире считается неизлечимой. Временная ремиссия может быть, а вот вылечиться - увы, не в этой жизни.

Старшая коллега, участковый педиатр, снисходительно так посмотрев на меня, предложила сходить с ней в некий «клуб моржей», где она занимается несколько лет.
Физиономии у другой части нашего «чиста дамскага» (исключая случайно затесавшихся меня и ещё поликлинического хирурга Серёгу) коллектива, совершенно ясно показали мне отношение коллег к этой придури.
Но почему-то я все-таки поперся к этим моржам...

Урал, октябрь, холодно, газоны уже в снегу, народ в шубах, шапках и перчатках...

Дом спорта, тесная раздевалка с одной общей вешалкой, старые кеды, небольшая разминка в зале, пробежка в плавках и купальниках метров 800 вокруг Мотовилихинского пруда, скользкие обледеневшие мостки, лесенка в чёрную бездонную воду...
Льда на воде ещё нет, но ведь октябрь, сука!!, уже темно, вода вообще чёрная, тоскливая, страшная и холоднаяяяя....

Технологию влезания в прорубь для себя я придумал почти сразу: первый этап - опустить ноги до колен, «это не страшно, как холодный ручей вброд перейти; что, ты ни разу не мыл ноги в холодной воде?»; второй этап - опуститься по лесенке по пояс или по грудь, «ну, холодная; ну, яйки ведь в плавках- не замерзнут»; и третий - «да гори оно всё синим огнём-ярким пламенем!!» и приседаешь полностью в воду.
Первые пару месяцев готовиться «к погружению» я начинал накануне вечером - «завтра ты сможешь, это не страшно, ты уже делал это, жив до сих пор...».
В декабре «бесед с самим собой» уже хватало немного днём и в трамвае, по дороге на тренировку на пруд.
А в феврале достаточно было, уже сев в трамвай на тренировку, просто «поговорить с собой по душам».
Лет пять, уже плавая трижды в неделю - вторник/четверг/воскресенье - в проруби, которую мы долбили на каждую тренировку метров на пять-шесть в длину, чтобы именно плавать, а не окунаться, - я не мог встать под холодный душ дома. Со всеми вместе на улице в прорубь -температура воздуха минус 25, а поверхности воды 0 градусов - легко! Под ледяной душ у себя дома, в родной тёплой ванной, при воде плюс 12-14 градусов - да идите вы все на @#&!!!
Все-таки человек - стадное существо. Поговорка «на миру и смерть страшна» - это про таких раздолбаев, как я...

Всего в пиковые годы, 86-89, занималось у нас в клубе моржей «Айсберг» человек 110-120, это если всех сразу посчитать. На каждую тренировку приходило по 30-40 человек, по выходным и праздникам - до 80 доходило. Мужчины приходили на час раньше - долбить прорубь.
Пешня, лопата (шугу из проруби доставать), что-то типа двухметровой длиннющей кочерги - отколотые льдины загонять под себя под лёд или, когда «подо льдом» уже на глубину почти метр насовано льда, наоборот, вытаскивать наверх.
Край льда отламывается под кем-то или сам подскользнулся - и минимум по колено в ледяной воде - практически каждую тренировку.
Вылезти самостоятельно на лёд - провалившись в полной одежде - умел каждый. И почти у каждого моржа-рыбака, за спиной по одной-две спасённой на зимней рыбалке жизни соседа-рыбака.

Страх перед моржеванием у новичков я зачастую снимал пятиминутной проникновенной) беседой: «15 секунд пребывания в проруби - больше и не надо, достаточно 5-7 секунд - и кожные покровы остывают на глубину всего 1-2 мм. А вот поверхностные рецепторы захлебываются от ужаса и с криком «ты, б..ь, совсем ахренел!!,» понужают изо всех сил все защитные силы организма. Которые, в свою очередь, впрыскивают разные гормоны в кровь литрами.
В результате, ты бегаешь как ошпаренный, визжишь от эмоций и восторга, а внутри организма сами проходят 90% функциональных расстройств. Инфекционные не проходят, но становятся легче и быстрее лечатся».
( У меня потом первая медицинская монография как раз из клуба моржей была, про иммуннофизическую реабилитацию часто болеющих детей и взрослых, я в Советском Союзе единственный врач-чудак был, который часто болеющих детей лечил холодом и 5-часовыми занятиями физкультурой).

Были среди занимающихся у нас мужиков и откровенные сачки - регулярно приходили впритык или даже с пятиминутным опозданием - «ой, извините, на работе задержали, я в следующий раз пораньше приду лёд долбить». Или прибежит к концу долбежки, хвать лопату, и давай снег с дорожки счищать.
Тренировки начинались с обычной разминки в спортзале. Вёл кто-нибудь из тех, кто ходит постоянно, специального человека не было.
Как-то вышло, что вскоре тренировки начал вести я, хотя не физрук ни разу. Да без проблем, пробежка по залу, разминка, суставы прокачали сверху вниз, немного растяжки и далее индивидуально: мужики как правило в баскетбол играли, женщины что-то типа аэробики (была у нас в секции профессиональная аэробиня), кто-то на уличную пробежку, кто-то сразу в прорубь, потом баня.
Остальные клубы моржей завидовали нашей базе, ибо у них только вагончик или комната для переодевания были, и прорубь круглая, только окунуться, а у нас - зал, шестиметровая дорожка для плавания, баня - шоб я так жил).
В гости почти каждую тренировку из других клубов кто-нибудь приходил. И тогда в бане каждый раз возникала одна и та же тема - начинались рассказы-советы всем окружающим по лечению/закаливанию прорубью, с аргументированными песТнями - «как я прорубью вылечил соседа, свата, кума, своего и соседского ребёнка от всех болезней».
Если мне случалось в это время тоже оказаться в бане, каждый раз происходил один и тот же разговор: «ты же доктор, скажи, как я классно его вылечил».
Я всегда честно отвечал, что «мне с тобой в мастерстве лечения всего и всех не сравниться, я вылечил всего лишь пару тысяч детей, и до сих пор не умею лечить «по телефону», не видя ребёнка».

Приходили к нам и Лёня Завьялов, водолаз по профессии, один из первых советских Ironman’ов, который занимался никому неизвестным тогда триатлоном, и Елена Гусева из Березников, многодетная мама (это уже сейчас)) и многократная чемпионка и рекордсменка СССР, России и мира по плаванию в ледяной воде, в команде совместно с тем же Завьяловым Берингов пролив переплывала, мне даже представить страшно, что это такое.

Был у нас в дружественной секции моржей мужик один, лет за 70 уже. Моржевать начал, по его словам, в 20-х годах прошлого века.
«Совсем я мальцом был, лет пяти-шести. В конце сентября-октябре пригоняли с низовьев Камы к нам из Астрахани баржи с арбузами. Чтобы не воровали арбузы, баржу ставили посреди реки, и на ней сторожа. Старшие ребята, ухари, подвозили меня на лодке к барже, подсаживали на неё и уходили на 200-300 метров вниз по течению. Я, стараясь не шуметь и не плескать, сбрасывал в воду по одному арбузу. Сторож увидел, как ребята в лодку плывущие арбузы собирают, сообразил и полез ко мне через гору арбузов. Деваться мне некуда, пришлось в реку и плыть на берег. Так и привык в холодной воде купаться».
Врал, наверняка, или привирал очень сильно, ибо гниловатый мужик был.
Первый раз его выгнали из клуба как-то весной, во время ледохода. Небо синее, солнце яркое, белые льдины не спеша идут вниз по реке, тычась и крутясь вокруг опор моста. Народ на мосту стоит, красотой красотинской любуется. На одной из льдин мужик в плавках лежит. Народ заволновался, скорую вызывают, пожарных, МЧС тогда ещё не было. Приезжает пожарная команда, ладит лестницу с моста спускать. Мужик на льдине поднял голову, посмотрел на суматоху вверху - и рыбкой ушёл в воду, поплыл саженками к берегу.
Через день в клуб пришла милиция, вставила фитиль руководству, мужика выгнали.
По осени снова приняли, очень он просился и обещал больше не хулиганить.
А сезон моржевание начался, пошли в клуб новички, он и давай их провоцировать - кто дольше в проруби просидит. Сам он с узкими плечиками, необъятным пузом, худыми ножками и плешивый, как Майор Лимон в «Чиполлино». Один спортсмен накачанный новенький и повелся. Просидели около минуты (для новичка это очень много), молодой вылез первым. И слёг с пневмонией.
Выгнали мужика окончательно. Он по другим клубам ходил, просился, но эту историю уже все знали.

Уж не помню, с чего мне в голову блажь пришла - посмотреть, как плавание в проруби влияет на состояние человека.
Вроде, кто-то из наших моржих утверждал, что ей при начале приступа холецистита «главное, чтобы в этот день была тренировка и успеть добраться до проруби».
Договорился с лаборанткой из поликлиники, она приехала на тренировку, взяли кровь у всех до тренировки, и сразу после купания в проруби. Я завёл что-то типа карточек на тех, кто сдавал анализы - состояние, ощущения, жалобы. Анализы сдавали все, то ли коллективизм был силён, то ли самим интересно было нахаляву кровь проверить.
От результатов охренел не только я, но и наши более опытные врачи, не верили, что в ряде случаев 5-20 секундное плавание в проруби может практически мгновенно дать такие улучшения общих анализов крови, биохимию мы не делали.
Два сезона ежемесячно брали анализы крови до/после тренировки, которые мне не то чтобы потом уж очень сильно пригодились, но определённый толчок дали.

В итоге всех этих зимних развлечений я сам до сих пор (хотя уже лет двадцать пять не моржую регулярно, так - пару раз в сезон) практически перестал болеть и живу и работаю в условиях почти запредельных физиологических и психоэмоцинальных нагрузок.
БОльшая часть «часто болеющих детей» из нашей секции моржей в течении года-полутора переходили в группу «практически здоровых».
Из 18 детей с выставленным диагнозом «бронхиальная астма», у 17 не было ни одного обострения в течении последующих 10-12 лет, в ходе которых я их ещё мог наблюдать, и они честно состояли в той самой группе «практически здоровых». Одна девочка умерла лет в двадцать, причины не знаю.
Еще примерно в течении лет пятнадцати, как я, чтобы прокормить семью, радостно ломанулся в бизнес (есть у меня здесь пара историй об этом)), и перестал «работать врачом», хотя врачебные рефлексы остаются на всю жизнь, на улице регулярно ко мне подходили разные незнакомые люди разных возрастов, но с одинаковой фразой - «доктор, Вы нас не помните, мы с Вашей секции или участка, мы/дети/внуки до сих пор не болеем, спасибо Вам, Доктор!»

23.

Поэма "Вирусиада" - римейк "Гаврилиады" Пушкина. Часть 3 «Антигерои корона вирусного времени» по мотивам его же стихотворений "К Чаадаеву" и «Во глубине сибирских руд» .Ежедневное продолжение. Начало 28.11.20
Антигерой №5.Бывшая балерина Анастасия Волочкова

Чтоб двадцать тысяч в месяц уплатить,
должна Настасья о Мальдивах позабыть.
А за такую мелочёвку
Керимову позволено погладить ей головку.
Захочет он потискать грудь,
готов,голубчик, разориться будь.
Захочет он потрогать писку,
давай на акции подписку.
А чтобы с Настей переспать,
он должен миллион зелёных дать.

Но не дождётся Настя олигарха.
Утехи с ней ему теперь как мёртвому припарка.
Керимов трахает в Монако Канделаки
и дела нет ему до Волочковой сраки.

К тому ж, в Монако он как бешеный рулил
и с Тиной вместе в катастрофу угодил.
Народная молва сегодня говорит,
его елдак на Тину больше не стоит.

А, значит, обеднеет непременно жилконтора
и вечно коммуналка будет яблоком раздора.

Продолжение следует.

24.

ВОЛОЧКОВА (продолжение)

Чтоб двадцать тысяч за квартиру уплатить,
должна Настасья о Мальдивах позабыть.
А за такую мелочёвку
Керимову позволено погладить ей головку.
Захочет он потискать грудь,
готов,голубчик, разориться будь.
Захочет он потрогать писку,
давай на акции подписку.
А чтобы с Настей переспать,
он должен миллион зелёных дать.

Но не дождётся Настя олигарха.
Утехи с ней ему теперь как мёртвому припарка.
А, значит, обеднеет непременно жилконтора
и вечно коммуналка будет яблоком раздора.

25.

Работал у нас в конторе начальником отдела такой прелюбопытнейший персонаж, Виктор Тихоныч. Полковник в отставке, и к тому же бывший космонавт. Нелетавший правда, но может оно и к лучшему.
Фирмочка, где мы по ту пору работали, тоже имела одну интересную особенность. Весь её небольшой штат, человек может тридцать, от генерального до охранника, составляли бывшие кадровые военные. Время было такое, молодые офицеры, устав влачить жалкое существование, рвались попытать удачи на гражданке. Ну а подобное тянется к подобному, это ясно.
За счёт этого в коллективе царила неформальная атмосфера, армейская дисциплина, армейское же распиздяйство, ну и пьянство конечно, куда ж без этого. Через день и каждый день к вечеру в небольшой офисной столовой собирались что нибудь отметить. День рожденья, удачно подписанный контракт, праздники, или просто так.
Тихоныч, как и подобает настоящему космонавту, обладал отменным здоровьем и представительской внешностью. Неудивительно, что именно его отправляли на самые ответственные переговоры.
Был случай, однажды он пропал. Уехал на переговоры с каким-то важным чиновником, и как в воду канул. Телефон не отвечает, жена звонит с ума сходит, а от Тихоныча ни слуху, ни духу. День нет, два. На третий, когда родственники уже собирались подавать в розыск, Тихоныч как ни в чём ни бывало объявился в офисе, и положил на стол генеральному подписанный контракт.
Оказалось чиновник, узнав о славном прошлом Тихоныча, затащил его к себе в загородный дом, и там в бане устроил ему состязание в нашем самом национальном виде спорта. Очень ему хотелось настоящего космонавта перепить. «Слабак! – кратко резюмировал Тихоныч. – Сломался на второй день, еле откачали.»
Чего-чего, а пить Тихоныч умел и любил.
Кроме отменного здоровья и солидной внешности были у Тихоныча портфель типа «дипломат» настоящей крокодиловой кожи, и чёрная Волга. Причём если с дипломатом он никогда не расставался, то на Волге никогда не ездил. Она просто стояла в гараже как атрибут былого статуса и достатка.
И вот в какой-то момент решил Тихоныч эту свою Волгу продать. За ценой он не цеплялся, и покупатель нашелся быстро, буквально в соседнем офисе. Принёс деньги, Тихоныч пригнал машину под офис, они обменяли дензнаки на ключи, ударили по рукам, и разошлись довольные друг другом. А Тихоныч тут же объявил по офису общий сбор. Ведь такое дело надо было непременно отметить. Тем более что была пятница.
Когда застольная беседа стала приобретать непринуждённый характер, а Тихоныч начал клевать носом, Игорь, наш коммерческий, сказал:
- Тихоныч, может ты деньги в сейфе оставишь? Мало ли чего.
- Да ты что, Игорь! – возмутился Тихоныч. – Я же в норме!
- Ну смотри. – сказал Игорь. – На хоть тогда, на всякий случай.
И выложил на стол наручники. Только не обычные, на запястье, а малюсенькие, на большой палец. Выглядели наручники декоративными, но были при этом самыми что ни на есть настоящими. Тихоныч сунул их в карман, и веселье продолжалось.
Сев в свою электричку до Черноголовки Тихоныч достал из кармана наручники, пристегнул дипломат к пальцу, и привычно задремал.
А когда очнулся, наручники были на месте, а дипломат нет.
Паниковать Тихоныч не стал. Он спокойно доехал до дома, переоделся в парадный полковничий мундир со всеми регалиями, и вернулся на станцию, в линейное отделение.
Там он представился по полной форме, и сообщил о своей проблеме. Добавив при этом шепотом, что в дипломате находились секретные документы особой государственной важности, и если ребята не хотят, чтоб завтра ФСБ поставило тут всё на уши, в их интересах приложить все усилия к поиску. О том, что в дипломате находилась некая круглая сумма в иностранных дензнаках Тихоныч на всякий случай умолчал.
Не успел он дойти до дому, как ему позвонили из отделения, и попросили вернуться. В отделении довольные собой менты выставили перед ним дипломат.
- Ваш?
- Мой! – подтвердил Тихоныч.
Естественно, когда дипломат открыли, он оказался идеально пуст. Там не было даже чешуи от воблы, которую Тихоныч привычно таскал с собой, не говоря уж о деньгах. Терпила с уже отмассированными почками, которого взяли при дипломате, клялся и божился, что нашел портфель именно в таком виде. И даже готов был показать место, где подобрал дипломат, и судя по всему статью. А может даже не одну. Не верить ему никаких причин не было.
Так Тихоныч в один день остался и без Волги, и без денег. Легко понять настроение, с каким он в понедельник утром приехал в офис.
Узнав о случившемся Игорь отвёл его к себе в кабинет, открыл сейф, достал бутылку коньяку, налил, и сказал:
- Прости, Тихоныч, это моя вина. Всё из-за этих дурацких наручников. Ездил ты со своим дипломатом сто лет, и никому дела до него не было. Вот короче, мы тут с ребятами...
Тут он снова полез в сейф, и положил перед Тихонычем пачку стодолларовых купюр.
- Не-не-не! – отпихнул деньги Тихоныч. – Игорь, извини! Сам виноват. Не хватало ешё чтобы вы за мои косяки расплачивались!
- Тихоныч! – засмеялся Игорь. – Ты чего? Это же твои деньги! Мы с ребятами их у тебя из дипломата вытащили, пока ты в сортир ходил, и в сейф убрали. На всякий случай.
Несколько часов после этого Тихоныч ходил по офису задумчивым и слегка потерянным. Но к вечеру пришел в норму, и снова стал как обычно собранным и подтянутым.
- Так! – деловито скомандовал он. – Давай! Я в магазин, а ты объявляй общий сбор. Это дело надо непременно отметить! Встречаемся в столовке!

27.

— В Благовещенский?
Морозов вздрогнул и открыл глаза. Когда он успел задремать?
— Туда... — он привычно посмотрел на часы, — а чего так долго выходили-то? Дороже будет на сто рублей за ожидание.
Один из пассажиров, что сел рядом, светло-русый и голубоглазый, внимательно посмотрел на него, пожал плечами и кивнул. Ещё и улыбнулся как старому знакомому, Морозов даже покосился - может "постоянщик"? Да, нет, вроде...
Зато второй, чернявый и смуглый, сходу начал возмущаться с заднего сиденья.
— А если мы не согласны доплачивать? Да, и за что? Эсэмэска пришла, мы сразу и вышли. Вам положено ждать клиентов...
— Пять минут! — грубо оборвал его Морозов. — А я вас почти пятнадцать прождал! За это время можно в лес выехать и могилу там себе выкопать, — он тронулся с места и прибавил громкости радио.
Смуглолицый опасливо взглянул на него сзади и, видимо решив, что ругаться выйдет дороже, замолчал, обиженно выпятив губы.
Пассажиров Морозов не любил и часто хамил им намеренно, отбивая охоту с ним спорить, да и вообще вести какие-либо разговоры. Они платят, он везёт, всё просто. Ради чего с ними болтать, коронки стёсывать?
Когда он уже высадил их в Благовещенском и повернул в парк, позвонила жена:
— Миш, мы с Анькой к маме в деревню поехали, не теряй. Морс на подоконнике, а рис я в холодильник поставила, сам разогреешь.
— Ладно, а когда приедете?
— Завтра вечером. Ты на машине ещё? Можешь в «Музторге» Аньке флейту купить? И самоучитель для неё…
— Флейту?
— Ну, да, флейту, ей сегодня после медосмотра в школе посоветовали. Дыхательную гимнастику прописали делать и флейту сказали купить, лёгкие развивать.
— Хорошо... — он отключился и, не сдержавшись, матюкнулся. На прошлой неделе дочку водили к стоматологу и там назначали носить брекеты, насчитав за курс больше тридцати тысяч. А теперь, вот, ещё и флейту купи. Придётся сменщика просить туда докинуть...
Сменщика Морозов тоже не любил. Молодой, вечно опаздывает, в башке ветер гуляет, наработает обычно минималку, а дальше девок всю ночь катает. А чтоб за машиной смотреть, так не дождёшься.
Давеча оставил ему авто, записку написал, чтоб масло проверил. Через день приехал, на панели тоже записка: "Проверил, надо долить!" Тьфу!
А, главное, говори, не говори, только зубы сушит, да моргает как аварийка. Напарничек, мля...
Спустя полчаса Морозов, чертыхаясь про себя, купил блок-флейту и шедший с ней в комплекте самоучитель с нотным приложением. Денег вышло как за полторы смены.
Дома он выложил покупки на диван и, поужинав в одиночестве на кухне, достал из холодильника початую бутылку "Журавлей". Морозову нравилось после смены выпить пару рюмок, "для циркуляции", как объяснял он жене. Но сегодня, едва он опрокинул первую стопку, водка попала не в то горло и он, подавившись, долго кашлял и отпивался морсом.
Поставив бутылку обратно, он прошёл в зал, решив просто посмотреть какой-нибудь сериал.
Тут на глаза ему и попалась флейта.
Морозов осторожно достал её из узкого замшевого чехла и внимательно рассмотрел. Флейта ему неожиданно понравилась. Деревянная, гладкая на ощупь, с множеством аккуратных дырочек на поверхности, она походила на огромный старинный ключ от какой-то таинственной двери.
Он вдохнул, поднёс флейту к губам и несмело дунул в мундштук. Флейта отозвалась коротким, но приятным звуком, и Морозов из любопытства принялся листать самоучитель.
Прочитав историю инструмента, он дошёл до первого урока, где наглядно было показано, как именно нужно зажать определённые дырочки, чтобы получилась песенка «Жили у бабуси». Это оказалось совсем нетрудно – даже в его неумелых руках флейта лежала удобно и вскоре, при несложном переборе пальцами, он вполне внятно прогудел эту нехитрую мелодию.
Удивлённо покрутив головой, Морозов перешёл ко второму уроку и после небольшой тренировки довольно лихо сыграл "Я с комариком плясала".
Невольно увлёкшись этим необычным для себя занятием, он пролистнул страницу и принялся осваивать знакомый ещё по школьным дискотекам битловский «Yesterday».
И эта мелодия покорилась ему легко. Его пальцы будто ожили после долгой спячки и с поразительной для него самого ловкостью двигались по инструменту. А какое-то внутреннее, доселе незнакомое, чувство ритма ему подсказывало, когда и как нужно правильно дуть, словно он повторял то, что когда-то уже репетировал.
Не прошло и четверти часа, как он сносно исполнил "На поле танки грохотали", причём на повторе припева он ещё сымпровизировал и выдал задорный проигрыш, сам не понимая, как это произошло.
Потрясённый своими нечаянно открывшимися способностями он даже вскочил и начал ходить по комнате. Решил было пойти покурить, но передумал и снова сел штудировать самоучитель, закончив лишь, когда соседи снизу забарабанили по батарее. К этому моменту он уже осваивал довольно сложные произведения из классики и, только взглянув на часы, обнаружил, что прозанимался до поздней ночи.
Проснувшись, Морозов какое-то время лежал в кровати, обдумывая планы на выходные. Обычно, оставаясь в субботу один, он любил устраивать себе, как он сам это называл, "свинодень". С утра делал себе бутерброды с колбасой и сыром, доставал из холодильника спиртное и весь день до вечера валялся на диване, переключая каналы и потихоньку опустошая бутылку.
Но сегодня пить Морозову абсолютно не хотелось. От одной только мысли о водке у него засаднило горло, и он невольно прокашлялся. Немного поразмышляв, он решил собрать полочку из "Икеи", что уже месяц просила сделать жена, и съездить в гости к Нинке. Нинка, его постоянная пассия из привокзальной «пельмешки», сегодня как раз была дома.
Наскоро приняв душ и побрившись, он позавтракал остатками риса и присев на диван написал Нинке многообещающее сообщение.
Флейта лежала рядом, там, где он её ночью и оставил. Чуть поколебавшись, он достал её из чехла, решив проверить, не приснилось ли ему его вчерашнее развлечение.
И тут всё повторилось.
Сам не понимая почему, Морозов снова и снова проигрывал по очереди все уроки, уже почти не заглядывая в ноты. Пальцы его всё быстрее бегали по флейте пока, спустя пару часов непрерывного музицирования, он вдруг не осознал, что играет практически без самоучителя.
Тогда он закрыл книгу и попробовал по памяти подобрать различные произведения. Невероятно, но и это далось ему без труда! Абсолютно все мелодии лились так же уверенно и свободно, словно он разговаривал со старыми знакомыми.
Морозов отложил флейту. Чертовщина какая-то... а может надо просто крикнуть изо всех сил, чтобы всё стало как прежде?
Он встал, подошёл к висящему на стене зеркалу и тщательно вгляделся в отражение, словно старался отыскать в нём какие-то новые черты. Нет, ничего нового он там не увидел. Из зеркала на него смотрела давно знакомая физиономия. Свежевыбритая, даже шрам на подбородке стал заметен. Остался ещё с девяностых, когда они делили площадь у вокзала с «частниками».
Какое-то время он бродил по квартире, обдумывая происходящее.
Ещё вчера вечером его жизнь была понятной, предсказуемой и, как следствие, комфортной. С какого вдруг сегодня он сидит и пиликает на дудке? Да ещё так словно всю жизнь этим занимался?
Ему даже в голову пришла безусловно дикая и шальная мысль, что с таким умением он может вполне выступать на улице, как это делают уличные музыканты. Или, например, в подземном переходе.
Сперва он даже улыбнулся, представив себе эту картину. Бред, конечно... Или не бред?
Мысль, несмотря на всю свою нелепость, совершенно не давала ему покоя.
Полочка оставалась лежать на балконе в так и не распакованной коробке, Нинкины сообщения гневно пикали в мобильнике, но он ничего не замечал. Его всё неудержимей тянуло из дома.
А, действительно, почему нет, подумалось ему, что тут такого-то? Ну, опозорюсь и что с того? Кому я нужен-то?
Он ещё с полчаса боролся с этой абсурдной идеей, гоня её прочь и призывая себя к здравому смыслу, потом плюнул и начал одеваться.
Переход он специально выбрал в пешеходной зоне, подальше от стоянок с такси, понимая какого рода шутки посыплются на него, если кто-то из знакомых увидит его с флейтой.
Спустившись вниз, он отошёл от лестницы, встав в небольшую гранитную нишу, одну из тех, что шли по всей стене. Сердце его прыгало в груди от волнения, но, немного постояв и попривыкнув, он взял себя в руки. Мимо шли по своим делам какие-то люди, никто не обращал на него внимания. Подняв воротник и натянув кепку поглубже, он достал флейту и, дождавшись, когда в переходе будет поменьше прохожих, поднёс её ко рту. Пальцы чётко встали над своими отверстиями…
— Клён ты мой опавший, клён заледенелый... — Звук флейты громко разнёсся по всему длинному переходу.
Самое интересное, что с того момента, как он начал играть, Морозов полностью успокоился. Он будто растворился в музыке, что заполнила весь мир вокруг него, и, полузакрыв глаза, вдохновенно выводил трели, словно и не было никакого перехода, а он сидел дома на своём диване.
— Деньги-то куда?
Морозов очнулся.
— Деньги-то куда тебе? — напротив стоял пожилой мужик с авоськой и благожелательно улыбаясь протягивал ему мелочь на ладони. — Держи, растрогал ты меня, молодец…
Мужик ушёл, а Морозов, чуть поколебавшись, достал из кармана пакет, поставил его перед собой и заиграл снова. Вскоре в пакете звякнуло.
Примерно через час, когда Морозов дошёл до «Лунной сонаты», возле него возникли две потрёпанные личности, от которых доносился дружный запах перегара. На поклонников Бетховена они явно не походили. Одна из личностей была небритая и худая, а вторая держала в руках потёртую дамскую сумочку. Судя по сумочке, это была женщина.
Они с удивлением смотрели на Морозова и тот, что худой подошёл к нему поближе.
— Чеши отсюдова, пудель, — процедил он сквозь жёлтые зубы, — это наше место, щас Танька тут петь будет.
Морозов в ответ прищурился, аккуратно вложил флейту в чехол и, оглядевшись по сторонам, молча и сильно заехал гостю с правой под рёбра. От удара тот всхлипнул и, согнувшись пополам, отступил обратно к Таньке. Затем они оба отошли в сторону и после краткого совещания побрели наверх по лестнице.
Больше Морозова никто не беспокоил, и он спокойно продолжил свой концерт, перейдя на более подходящий моменту «Турецкий марш».
К концу дня переход наводнился людьми, и Морозов с удовлетворением заметил, что деньги в пакете прибавляются прямо на глазах. Пару раз он перекладывал их в карман куртки, раскладывая отдельно монеты и мелкие купюры. А когда он уже хотел уходить, к нему подошла компания из подвыпивших немцев и они, дружно хлопая в ладоши под "Комарика", положили ему в пакет сразу тысячу.
Вернувшись домой, он выложил из карманов все деньги и пересчитал. С тысячей вышло примерно столько же, сколько у него обычно получалось за смену.
— Ого! — подивилась вечером жена, увидев лежащую на трюмо кучу мелочи, — ты по церквям кого-то возил что ли?
— Типа того, — ушёл он от ответа, — давай ужинать что ли...
Поев, он покурил на балконе и прилёг на диван перед телевизором. Водки ему по-прежнему не хотелось.
Перебирая каналы, он неожиданно для себя остановился на канале "Культура", который до этого никогда не смотрел. Там, как по заказу, шёл какой-то концерт классической музыки, где солировала флейта. Мелодия, чарующая и тонкая, ему понравилась, и он отложил пульт в сторону.
Жена, посмотрев на него, хмыкнула и ушла смотреть своё шоу на кухню, а он дослушал концерт до конца и отправился спать уже под полночь.
Назавтра, выйдя на смену, и привычно лавируя в потоке машин Морозов долго размышлял о своём вчерашнем выступлении. И чем дольше он об этом думал, тем больше убеждался, что ничего удивительного с ним не происходит. По всей видимости, у него оказался скрытый музыкальный слух. Такое бывает, он сам слышал. Просто раньше не было подходящего момента это выяснить. А теперь, вот, что-то его разбудило, и Морозов стал гораздо глубже понимать музыку. Он даже выключил своё любимое "Дорожное радио", ему стало казаться, что все его любимые исполнители жутко фальшивят. А, кроме того, ему снова безудержно хотелось музицировать. Властно, словно моряка море, его влекла к флейте какая-то неведомая сила, полностью завладев его сознанием. В голове крутились фрагменты полузнакомых мелодий, неясные, мутные, звучали обрывки песенных фраз, которые он дополнял своими собственными, непонятно откуда взявшимися, вариациями.
Дотерпев так до полудня и, убедив себя, что клин клином вышибают, он заехал домой за флейтой и вскоре стоял в уже знакомом переходе. Начал он в этот раз сразу с классики, и проиграв примерно полчаса, заметил, что за ним, открыв рот, наблюдает какой-то «ботанического» вида субъект с футляром для скрипки в руках. Послушав несколько произведений, субъект подошёл поближе, сунул в пакет Морозову мелочь и вдруг обратился с неожиданным вопросом:
— Вы, простите, у кого учились, коллега? У Купермана? Или у Самойлова?
— Чего? — не понял его Морозов, но на всякий случай добавил, — иди, давай…
Скрипач безропотно отошёл на несколько шагов и, постояв так ещё некоторое время, исчез.
Спустя час он появился снова, ведя с собою высокого, похожего на иностранца старика, в длинном чёрном пальто и шляпе с широкими полями.
Встав за колонну, подальше от Морозова, они, переглядываясь, слушали, как он по памяти проигрывал вчерашний концерт, необъяснимым образом отлично уложившийся у него в голове.
Музыка и вправду была трогательная и красивая. Несколько прохожих остановились послушать, а одна женщина даже всплакнула и, достав из кошелька сторублёвку, сунула её прямо в карман его куртки. Морозов уже решил, что на сегодня ему хватит и пошёл к выходу, как услышал сзади какой-то шум.
— Извините! — старик в шляпе не успевал за Морозовым, семеня ногами по скользкому гранитному полу.
— Ну, — повернулся он к незнакомцу, — что хотел-то?
— Понимаете, нам через день выступать на фестивале в Рахманиновском, а у нас Кохман, наш первый флейтист заболел. А вы... вы, — он остановился и, задыхаясь умоляюще тронул Морозова за плечо пытаясь договорить, — прошу вас, выслушайте меня!
Морозов остановился, дав ему возможность отдышаться.
— Вы… вы же просто гений! Я думал, Славин шутит! — Старик всплеснул руками. — У вас… у вашей флейты просто неземное, небесное звучание! Какой чистый тембр! Вы же сейчас играли «Потерянный концерт»? Знаменитую партиту для флейты соло ля-минор?
Морозов молча пожал плечами.
— Как? — поразился незнакомец, — вы даже не знаете? Это бесценное произведение Шуберта случайно нашли в чулане на чердаке дома, где он жил, — он в изумлении посмотрел на Морозова. — Нет, вы определённо феномен! Простите, я не представился, это от волнения. Моя фамилия Мшанский, я дирижёр симфонического оркестра Московской филармонии, возможно, вы слышали?
— Ну, вроде... — мотнул головой Морозов.
— Понимаете, это гениальное сочинение написано исключительно для деревянной флейты. Все шесть виолончелей призваны лишь оттенять её звучание. Этот концерт весьма редко звучит в «живом» исполнении. Ведь во всём мире всего несколько человек способны его сыграть. Мы репетировали полгода и вот... Прошу вас, помогите нам!
— От меня-то чего надо? — начал сердиться на деда Морозов, не понимая, к чему тот клонит.
— Замените нам Кохмана, — он умоляюще простёр к Морозову руки. — Всего один концерт…
Морозов отвернулся и снова зашагал на выход. Дед почти бежал рядом.
— Что вам стоит, вы же играете здесь, причём за копейки. А мы вам выпишем приличный гонорар, тот, что вы попросите, практически любую сумму в пределах разумного. И потом... — он тронул Морозова за рукав, — я готов сразу взять вас в основной состав. Подумайте, у нас этой осенью гастроли в Вене, а зимой в Лондоне. Да что там гастроли, с такой игрой мы вам устроим сольные концерты! А это уже совершенно другие деньги! Очень приличные!
— Отвали, — Морозов ускорил шаг и дед остался стоять, растерянно глядя ему вслед и опустив руки.
Сев в машину, Морозов на мгновение задумался. Он не всё понял, из того, что говорил ему этот чудаковатый старик, но его слова про гонорар запали в память. Морозов вспомнил про следующий платёж по ипотеке, про зимнюю резину, про грядущие расходы на Анькины брекеты... Потом вздохнул, завёл двигатель и, развернувшись, подъехал к старику, что уже брёл по тротуару:
— Слышь, командир... а сколько за концерт? Тридцать тысяч дашь?
Встреча с Нинкой не принесла ему привычную удовлетворённость. Даже в самый главный момент определённая поступательность их действа настроила его на некую ритмичность, отозвавшуюся в нём целым сонмом самых разных мелодий. С трудом завершив такой приятный ранее процесс, Морозов откинулся на подушку и устало закурил. С ним точно что-то происходило. И дело тут было не в Нинке.
Все звуки вокруг него словно ожили, и он вдруг стал замечать то, на что раньше не обращал никакого внимания. Любой уличный шум, скрип двери, сигнал автомобиля, лай собак, даже шорох листвы под ногами – всё теперь приобрело для него какую-то непонятную и пугающую мелодичность.
Нинка, как обычно, убежала хлопотать на кухню, готовя чай и оттуда сообщая Морозову все свои нехитрые новости - в начале месяца в декрет у них ушли сразу две посудомойки, а в прошлую пятницу они справляли день рождения повара Артурика, с которым она лихо сплясала лезгинку.
В голове жгуче заиграл мотив лезгинки и Морозов, отказавшись от чая, начал собираться.
— Как сам? – поинтересовался сменщик, забирая у него ключи от машины. — Чёт смурной какой-то…
— Всё отлично, — буркнул в ответ Морозов, — спасибо «Столичной» …
— Бухал вчера что ли?
— Да, не, — Морозов поморщился, — не идёт чего-то...
Дома он прилёг на диван и заснул беспокойным рваным сном. Проснулся он от ощущения, что на него кто-то пристально смотрит.
— Морозов, — рядом стояла супруга с круглыми глазами, — там дед какой-то блаженный звонил, тебя спрашивал. Говорит аванс за концерт готов... сразу все тридцать тысяч... и что костюм тебе нужно мерить…
Она присела к Морозову в ноги и жалобно заскулила:
— Миш, ты чего? Ты что натворил-то? Какой ещё костюм? Ты с кем там опять связался?
— Да не голоси, ты! — рявкнул Морозов на супругу, — сама же вечно ноешь, что денег нет…
Он без аппетита поужинал и вышел перекурить на балкон. На душе у него было тревожно и неспокойно. Привычный мир рушился прямо на глазах, а что было впереди пугало его своей новизной и призрачностью.
Он щёлкнул зажигалкой, выкурил сигарету, потом достал новую, размял и неожиданно для себя тихо заплакал, глядя в тёмное, по-осеннему мутное небо. Он и сам не помнил, когда плакал в последний раз, но сейчас слёзы ручьём катились по его щекам, крупными каплями падая вниз, в темноту двора. Снизу доносились, чьи-то тихие голоса, негромкий смех и едва различимая музыка. Музыка, что была теперь повсюду.

(С)robertyumen

28.

Ну что за жизнь?! Решил портвейна выпить.
Закуска есть - полбаночки сардин.
Но не могу. Увяз в стереотипе,
Что человек не должен пить один.

На радость мне явился вдруг Тимоха.
Он до халявы завсегда охоч.
Но мой портвейн воспринял очень плохо,
А вот с сардиной был готов помочь.

Тут я вскипел: "Давай бухай, скотина!"
А он в окно с седьмого этажа.
Как хорошо, что там растёт осина.
Но жаль, что кот сбежал от кутежа.

29.

ЧЕЛЯБИНСК И ГЛОБУС

Позвонил по скайпу однополчанин Миша из Челябинска.
Так, без всякой цели. А скорее всего, он только что узнал о существовании скайпа и срочно захотел воспользоваться этим знанием.
Мы не были такими уж друзьями, просто сменщиками на боевом дежурстве, не более того, но я сделал вид, что все тридцать три года после дембеля, только и ходил как кот вокруг ноутбука и ждал, когда наконец позвонит по скайпу Миша.
Оказалось, ждал не зря. Я никогда не встречал таких людей, только слышал о их существовании, Миша оказался плоскоземельщиком.

- Миша, друг мой, как это с тобой случилось? Ты же в школу, небось ходил, да что там школа, тебя ведь Советская Родина обучила и доверила служить оператором высотомера ПРВ-16, мы ведь карты изучали.
- Я тебе тоже любую карту нарисую. И что? Круглая Земля — это всемирный заговор евреев и тех кто за ними стоит.
- И давно ты понял, что Земля плоская?
- Очень давно.
- Ещё в пятнадцатом веке?
- Вот ты прикалываешься, а ведь если мы начнём с тобой спорить по делу , то ты полюбому не вывезешь. Я тоже, раньше не врубался, но мне мой дядя открыл глаза.
- Ладно, давай возьмём глобус…
- А давай не будем брать глобус, ведь он никакого отношения к Земле не имеет. Я тоже могу собрать собачью будку и сказать, что это модель нашей Земли. Ещё аргументы будут?
- Ну, допустим, но ведь космонавты своими глаза…
- Космонавтам платят достаточно, чтобы они рассказывали тебе то, что ты должен услышать и показывали то, что тебе нужно знать и не более того. Ещё?
- Ладно, Хоттабыч, рассказывай как выглядит наша Земля на самом деле. Только поподробней.
- Обыкновенно, огромный диск, типа, как цирковая арена, бортики не дают стекать морям и океанам. С одной стороны диска встаёт Солнце, пролетает за день над нами и заходит с другой. Вот и всё. Что тебе ещё рассказать? Всё очень просто. И, кстати, ты обрати внимание, что горизонт, люди называют линией горизонта, а не дугой горизонта, как было бы, если бы Земля была шаром. Народ не обманешь.

Мы ещё долго спорили, минут сорок и стало понятно, что Миша был готов к любым моим аргументам, ведь подобных баталий у него было явно не мало. Но тут я начал ржать, ну, просто как конь.

- Ты чего ржёшь? Я что-то смешное сказал?
- А хочешь, давай вместе поржём? Мы живём на плоской Земле, ты находишься в Челябинске, а я сижу в Москве. Так?
- Ну, и?
- Барабанная дробь. У тебя за окном уже полчаса как стемнело, а у меня на балконе, смотри, всё ещё день.
- Ну, так свет, э... Свет… Сука... Сука. Сука! Сейчас дядь-Вите позвоню. Пока...

30.

Сидят два парня в кинотеатре и ждут начало фильма. Тут перед ними садится здоровый лысый мужик. Один парень, ехидно улыбаясь, говорит другому: - Давай спорим на полтинник, что ты не сможешь шлепнуть его по лысине! Тот, немного подумав: - А вот и смогу, давай спорить. Ну поспорили. Парень немедля шлепает лысого мужика по башке. Тот охуевши оглядывается, типа че такое? Парень сразу же: - %ля, Леха! Скоко лет, скоко зим! где пропадал? Лысый, покраснев, говорит: - Какой на хер Леха, вы перепутали! Лысый отворачивается. Проходит несколько минут, и первый парень опять: - Слабо второй раз шлепнуть? Спорим на сотку? - Конечно нет, давай спорим, что шлепну еще раз. Такая же ситуация, лысый уже готов еб%уть парня. А тот в ответ: - Б%я, Леха, че ты придуриваешься? Мало что ты побрился, еще меня не узнаешь! Лысый разозленный поднимается и идет на передние ряды, чтобы не беспокоили эти уроды. Проходит еще несколько минут: - Слабо еще раз шлепнуть? Спорим на 500? - Давай, спорим. Парень поднимается, идет к лысому, не раздумывая шлепает по лысине и кричит: - Б%я, Леха! Ты, оказывается, здесь сидишь, а я там уже полчаса одного за%бываю!

31.

Слабоумие и религия

Моя мама очень религиозна. Религиозна в полном смысле слова "очень", доходя до фанатизма. Любые разговоры о религии, противоречащие ее убеждениям встречаются крайне негативно и конфликтно, а упоминания об очевидных противоречиях в христианстве по типу "бог осуждающий и требующий - бог любящий" вызывают в ней негативную бурю и перерастают в громкую ссору.

Прямо сейчас в РПЦ проходит какой-то праздник и она туда собралась. Я присел рядом и стал говорить об опасности собираться в местах с большим скоплением людей. Рассказал о запрете мэра Москвы и президента, о способах распространения вируса в закрытых помещениях, о том, что много церковников уже заразились, что заразились уже свыше сотни людей, посещающих церкви, что сам патриарх рекомендовал людям остаться дома и не ходить в храмы...

Мама: - "ничего страшного, - говорит, - все будет хорошо".

Немного помолчав, я сказал:

- если заразишься ты, то точно заразишь и меня, так как живем мы в одной квартире. Я готов к смерти, а ты готова умереть?

М: - давай не будем о плохом, праздник же.

Я: - ты и другие родственники женщины мне много раз говорили, что вот станешь сам отцом, тогда все поймешь.

М: - к чему ты это?

Я: - к тому, что вот я сейчас представил себя на твоем месте, представил, что мои действия могут поставить под угрозу здоровье и тем более жизнь моего ребенка и у меня даже мысли не возникнет идти туда и рисковать своим ребенком.

После этого она начала кричать, прямо кричать, что я давлю на совесть. "Нет, это простая разумность" - говорил я, но бесполезно. Она собралась и ушла в церковь.

Решил так это не оставлять. Позвонил везде, куда можно по вопросу коронавируса с желанием сделать обращение, чтобы этой церкви запретили собираться, чтобы прямо сейчас разогнали людей по домам. В итоге, футболя меня друг к другу, посоветовали оставить заявление в полицию района. Что я и сделал.

Верно ли я поступил? Считаю - верно! Может мать проклянет меня теперь, но останется жива и здорова.

Только вот внутри меня занозой засел момент о том, что моя мать поставила какого-то бога выше, чем жизнь и здоровье своего собственного сына...

34.

Прочитал историю №1061564 вспомнил.
Пионерский лагерь СССР. Больше половины смены уже прошло. Рогатки, луки, муравьиный сок, папиросы, привидения и летучие мыши девок пугать – всё испробовано. Кто-то даже бензин пробовал. Короче, скучно стало. Спасали только карты, а если играть на виду, то и домино. Возраста были ниже подросткового, по крайне мере в нашем отряде, а то бы ещё увлечение прибавилось. Хотя, в СССР секса ещё не было. Иногда по вечерам фильмы показывали всему лагерю.
Дело было вечером, делать было нечего. Тут один пацан говорит:
- А хотите фингал нарисую, ничем не отличишь от настоящего? Сразу легко не стирается, но потом стереть можно.
- !!! Хьяссе,давай рецепт!
- Надо пару алюминиевых ложек или вилок. На ужине из столовки если спиздите, то покажу.
Надо ли полагать, что вечером далеко не пара столовых приборов на кон высыпалась. Все в ожидании. Пацан берёт две вилки, трёт концами ручек меж собой, потом тем местом где тёр мажет вилкой себе вокруг глаза. Второй вилкой мажет первого желающего. ЁПРСТ, ах-еть, фингалы получились как настоящие! Вот тут и началось. Образовалась очередь на макияж: кто-то пробовал сам, кому-то рисовали, кто-то смыть пробовал и потом ещё раз мазал. Девчонки так вообще экспериментировали: где-то помадой подкрашивали, типа кровоподтёк. В общем, перед отбоем было весело. Наступило утро. Лагерь был не спортивный, поэтому многие шли на линейку полусонные, потом такие же на завтрак, а потом можно было ещё чуток поспать. Возможно, поэтому дети его и любили. Но дисциплинка всё равно присутствовала и некоторые совдеповские обряды соблюдались строго. Типа, всегда перед завтраком линейка. Поднятие, там, флага, гимн под позу "всегда готов" ну и речь директора были обязательны. Итак, выходим на построение. Сначала глаза на лоб полезли у старших вожатых, потом у заместителей начальства, а директор лагеря вообще начинает хвататься за сердце. Почему? Да потому что больше половины нашего отряда, даже девчонки, были с финиками. У кого-то и губы были «разбиты». Директриса еле на ногах стоит, за сердце продолжает держаться, воздух как рыба хватает, а на лице и в глазах 72 шрифтом читается: «Каак? Что это? Кто и как смог проебать такую массовую драку детей? Куда смотрели? Уволю всех нах без зарплаты и премии! Не хочу в тюрьму бляаа!». Поднесли ей стульчик, присела. У нас начинают подтряхивать коленки. Директриса немного отдышалась:
- Тааак бль! Без флагов и гимнов прямо сейчас все пиз(ой) идите в столовую, потом 4-ый отряд ко мне в корпус! Весь! С вожатыми на!
Директор у нас была строгая. Все её уважали и побаивались, но сейчас, отдышавшись, она, похоже, загрызла бы заживо любого. На ватных ногах мы строем пошли в столовую. Надо ли говорить, что сопровождали нас, как особо опасных серийных убийц. Ни до столовой ни после шаг влево, шаг вправо даже ни у кого в голове не был. Умыться по пути было негде. Разборки у директора были долгими в присутствии лагерного врача. На всякий случай даже вызвали скорую. Кто-то из вожатых сбегал в столовую за ложками, чтоб показать секрет фокуса. Наконец дали команду «вольно». На вечерней линейке был оглашён вердикт:
- Внимание, 4-ый отряд! Сегодня вы без кина и два дня без пляжа и речки! И вожатые ваши тоже! Если подобное повторится, досрочно из лагеря поедете домой.
В последнюю ночь зубной пастой мы всё таки мазались.
Во так я, однажды, провёл лето.

37.

Сентябрь 2005г, бабье лето, тишь и благодать. Хвосты все сданы, и студенты отдыхают и расслабляются. В 10-ке на Госпитальном 4/6.
Наша компашка не была исключением, поэтому ганжубас тёк рекой, а пиво висело коромыслом.
Время близится к 23:00. И вот одна деваха (далее Д.) просит нас "прописать" её на ночь в общаге, т.к. ей до её сцаных Люберец переть очень уж влом. А пропуск на неё выписан, т.е. если она не свалит до 23:00, то прописавшему её человеку будет ата-та, вплоть до отчисления. Знакомых с окончанием фамилии на "-ко" не нашлось, и надо разработать СуперПлан!
Ага, смотрим, что есть в наличии: длинных досок нет, альпинистских канатов тоже - через окно не попасть.
Но есть огромный чумодан (современный, для туристов, с кодовым 3-циферным замком). Я даже смог в него уместиться, чтобы продемонстрировать Д., как мы её протащим. Но, оказалось, не судьба, при примерно равной массе она была на полголовы выше меня. Для помещения в этот чумодан данной особы требовалось или отпилить ей ступни, или полбашки. Требуемой квалификацией для выполнения сих действий мы не обладали, да и Д. как-то подозрительно стала на нас поглядывать. Вариант с чумаданом пришлось засовывать на антресоль.
И, о Чудо №1, на антресоли я вижу тележку, спальный мешок и пакеты для строительного мусора! Вуаля, новый план готов!
Мешок и пакеты летят в окно кухни на 2-м этаже. Туда же доска от мебели. Тележку спустили на обычной верёвке. Д. вывели из общаги во внутренний двор. На "вертушке" в это время поменялась смена.
Доску на тележку, Д. в спальный мешок в позе эмбриона. Перед тем, как полностью запаковать её в чёрный пластиковый мешок для строительного мусора и дозамотать его скотчем, я ей и всем остальным популярно объяснил, что на всю "операцию" у нас 2 минуты, иначе нас не только выселят из общаги, но и пропишут в менее комфортные места обитания. Д. порекомендовал не дёргаться и дышать,по возможности, через 4 раза на 5-й.
Двинулись. Я качу эту телегу. 30 метров до крыльца.
И вот тут начались "овраги": Вся "команда", выйдя из-за угла в буквальном смысле сложилась пополам от смеха. Мои увещевания, что надо собраться, иначе провал, радистку запытают, а пастора расстреляют, вызывали ещё больший смех.
(Считаю примерно секунды свысока). Я уже прокатил тележку те 30 метров до крыльца, а кореша так и ржали на углу. "Докачу телегу до следующего угла, размотаю, и пусть себе ...... в свои ...... Люберцы!, А что ещё-то придумать?"- больше мыслей не было.
И тут, чудо №2 - это был МАКС с Э4. "Радистка останется жива, и ещё понянчит внуков."
Он неторопливо курил и элегантно стряхивал пепел с сигареты в урну.
- Макс, помоги, пожалуйста, до лифта куль дотащить, родители хавчик прислали, а мои соседи куда-то свалили.
- Без проблем, давай помогу.
Первая дверь в тамбур - уебали Д. башкой об стальной косяк (даже не пикнула).
- Макс, поаккуратней, там банки ещё какие-то!
- ОК.
Вторая дверь - без потерь.
Подходим к "вертушке" - чудо №3 - деваха лет 20-ти, с таким выражением лица, что у стада КРС из 300 голов у 2-3-х тёлок будет похожее. У остальных - гораздо умнее. Открываем калитку, два высоких лестничных марша, кнопка лифта, секундомер в голове. Двери закрываются. Я резко приземляюсь к кульку на тележке и начинаю его дербанить. Тут третьей чуткой ноздрёй на затылке ощущаю взгляд Макса. Он думал, небось, что я оголодал так, что решил прямо в лифте подкрепиться. Но, когда я дораздербанил пакет, его взору предстала Д. с лицом цвета вареной свёклы и глазами какающей мышки. Обернувшись, я встретился глазами с Максом. Этот взгляд я запомнил навсегда.

38.

Kollega, was is letzte Preis! (Ломаный немецкий: Таварыш, скока масына цена последний?)

- Я машину купил!!! - Илья заорал в трубку так, будто он выиграл миллион во всех валютах мира.
- И? Что я должен сделать? Ты на время смотрел? Воскресенье!
- И? Ты меня что не расслышал?!?!?!

Так я узнал о покупке моим приятелем его первого автомобиля. Мы были знакомы уже несколько лет, иногда пересекались в компаниях.

В начале 2000-х еще был рынок в Берлине на Бойссельштрассе. Продавцы там были почти все перекупы, в основном турки и арабы. Если заезжал сторонний продавец, то перекупы бросались на машину как коршуны, создавая впечатление, что ее сейчас разорвут.
Уже через пару минут можно было наблюдать два варианта:
- Какой-то ушлый парень подписывал договор купли/продажи с бывшим владельцем, сбив цену процентoв на 30 ниже рынка, уговаривая его отдать машину на номерах, и что он как самый честный обязательно завтра снимет ее с учета.
- Либо продавец стоял около своей машины, а вокруг него не было никого. Перекупы нарочито обходили эту машину. Видимо, человек не поддался на эту атаку и решил все-таки не отдавать свое добро за бесценок.

Именно на этом рынке и была приобретена моим другом Ильей его первая ласточка: Трехдверный Хёндэ Акцент яркокрасного цвета, 4 года от первой регистрации и с долгим списком бывших владельцев. И это все за 2000 (прописью: две тысячи!) ЕВРО. Мечта любого студента!

Вернувшись в воскресенье вечером в Берлин, мы встретились с Ильей и его девушкой. Решили посидеть в кафе, обмыть покупку. Осматривать машину в темноте смысла не имело.
- Дай Вове бумаги на машину посмотреть - сказала моя девушка.
- Зачем? Там все нормально.
- Вот он и посмотрит.
- На!
- Договор, бриф, инспекция, а где малый бриф (свидетельство о регистрации)?
- Нету, он и не нужен, так продавец сказал, машина на номерах, перерегистрирую так.
- Не перерегистрируешь...

Продавец четко объяснил Илье, что все в порядке. Я не знал, как его переубедить. Набрал номер полиции, описал ситуацию, на другом конце полицейский подтвердил мои слова. У Ильи на лице был четкий вопрос: ЧТО ДЕЛАТь???
Продавец был турком или арабом, говорить по телефону с ним смысла не было.
- Поехали к нему, адрес в договоре есть!
Девушек оставили дома, а сами двинулись к продавцу.
Пятиэтажный типовой дом, район так себе, время: около 0 часов. Звоним снизу в домофон - никто не открывает дверь, включаем русский акцент, отвечает женщина на ломаном немецком: мужа нет дома, я не при делах.
На наше счастье кто-то выходил из подъезда, заходим в дом, поднимаемся наверх, стучим и повторяем просьбу, отдайте документ на машину.
Русский акцент помог, дверь нам не открыли, но сказали, что сейчас сбросят документ через окно.
Спускаемся, но держим дверь.
Не обманули.
Сверток достаточно большой для одного малого брифа.
- Илья, поздравляю! Ты только что приобрел второй автомобиль, судя по комплекту документов (все! документы были в пакете) это Рено Клио. Осталось найти саму машину.
В этот момент на мотороллере подъехал продавец.
Вот тут мы дали "слабину" и отдали ему пакет с документами на Клио. Да, хорошие мы!
Продавец после получения доков не убежал, а сказал, что надо ехать к бывшему владельцу. Он только перепродал нам его машину.
И мы поехали за продавцом... Если бы мне заранее сказали, куда мы поедем, я бы отговорил Илью и сказал, что это не такие уж и большие деньги, он еще заработает, а сейчас давай поедем по домам!
На часах 1 или 2 часа ночи, мы приезжаем в арабское кафе, в котором жизнь бурлит тихо, но так, что не по себе. Проходим через узкий корридор, вокруг молятся люди на ковриках.
Я понимаю белых, забредших в Гарлеме в местную забегаловку. Как на нас смотрели...
Вот он, центр терроризма Ислама!

Однако, вопреки моим жим-жимам, мы вышли оттуда невредимые вместе с бывшим владельцем и после долгих препираний донесли до него, что ему лично надо снять машину с учета.
Через пару дней мой друг приобрел официально свой первый автомобиль. А я считаю тот эпизод официальным началом нашей дружбы.

Теперь я готов входить в такие места, если Илья рядом. Возможно, с оружием, но готов :-)

39.

Учился я в ХАИ. И была там такая штука как индульгенция. Это бумажка с подписью ректора давала право просить на бал выше за любой экзамен. Этих индульгенций выдавали очень мало на весь факультет. Не помню как, но мне на халяву досталось аж две. А ситуация была такая, что я учился на контракте, и хотел перейти на бюджет. Это был второй курс, и все экзамены я сдавал только на отл. Но переводить на бюджет меня не спешили под разными предлогами. Вобщем второй курс, сессия. Все предметы сданы на отл, осталась высшая математика. Препод был весьма специфичен (Фесенко для тех кто в теме). Экзамен. В аудитории человек 20. Я тяну билет, сдаю его на отлично. Препод говорит давай зачётку, ставлю хор и иди. Я ни в какую, давайте ещё билет. Вобщем сдал на отлично билета три, Препод ни в какую. Люди начали возмущаться, как же так, три билета сдал, а вы не ставите отл. Он как щас помню, сказал "мне сказали тебе отл не ставить". Ну я был к этому готов, поэтому пошёл на свое место за зачеткой, положил туда индульгенцию, вписал ручкой его фио и предмет и оценку. И потом закрыл её и поднёс преподу. Он такой довольный уже собрался писать в ведомость хор, открывает зачётку, а там на него смотрит индульгенция заполненная со штампом и подписью ректора. Он просто охренел такого явно не ожидал. Смотрит на меня и сквозь зубы "что ж ты ссука делаешь". А я громко: ставьте отлично. Или подпись ректора для вас ничего не значит? Нависла тишина. Всё смотрят на нас. Очень нехотя с дрожащий рукой Препод пишет отл в зачетке и ведомости. И такой намекает, мы типа ещё встретимся по учёбе. А мне терять нечего было уже так как собирался переводиться в другой вуз.
По итогу в тот семестр меня не перевели на бюджет, а только уже на пятом курсе. С этим преподом я встретился под конец пятого курса, но на удивление он меня не валил, а даже начал по имени отчеству называть.

40.

Слово об активистке и патриотке

Вместо предисловия.

Первое января 2002 года. Телефонный звонок в восемь утра. Выползаю из постели, снимаю трубку.
- Ты почему ещё спишь? Ты, что забыла, что сегодня встреча с рош hаир (мэр)?
- Мадам, первое января, у людей Новый год, ну какого полового…
- Бросай свои русские привычки, здесь тебе не Россия… Ой, а кто это?
- Конь в пальто, Вы куда звоните?
- А … можно?
- Можно, только осторожно…
Бужу жену, сую ей трубку.
- Тебя какая-то тётка хочет.
- Пошли её в…
- Вот сама и пошли, а я – спать.
- Алло, кто это?
- Это Валя, я из группы поддержки нашего мэра.
- Какая Валя?
- Ну, с курсов. Мне там дали твой телефон. Сегодня у нас встреча с мэром и митинг в его поддержку.
- Валя, я никуда не пойду и не звони мне больше.
- Как ты можешь так говорить? Наш мэр заботится о нас, новых репатриантах и мы все, как один, должны быть ему благодарны и обязаны поддержать его во всех его начинаниях…
- Валя, давай ты мне не будешь говорить, что мне делать, а тебе не скажу – куда пойти. Всё, пока.

По рассказам жены, эта Валя профессиональная активистка. В СССР сия мадам была комсоргом, профоргом и прочим оргом. Приехав в Израиль огляделась и немедленно занялась активной патриотической деятельностью, а также прочей общественной деятельностью в виде поддержки мэра или кого ещё надо поддержать. Но вроде оказалась невостребованной, а мадам работать не хотела, да и не умела. Пришлось вернуться назад, и уже в родной и знакомой обстановке продолжать агитировать, поддерживать, бороться и клеймить.

Я не активист. Более того, не люблю активистов. А уж к особям, которые демонстрируют свой патриотизм, где их не спрашивают и не просят, этаким учителям жизни отношусь, как к слабоумным и стараюсь не связываться, ибо я не психиатр, у меня другая профессия.

Мне кажется, что о таких деятелях лучше всего сказал писатель и режиссёр Эфраим Севела, с которым я имел честь быть лично знаком, в своей повести «Остановите самолёт, я слезу».

«Порой мне кажется, что вся жизнь наша - сплошной цирк. Вот послушайте.
С одним малым наши жизненные пути пересекались несколько раз, и, как
говорится, под различными широтами. Вы, конечно, догадываетесь, что точкой
пересечения всегда было мое парикмахерское кресло.
В Москве он сделал большую карьеру, карабкался вверх, как
альпинист-скалолаз. Есть люди, которые разговаривают во сне. Так вот он из
тех, что и во сне кричали: "Слава КПСС! "
Как он разоблачал по радио злейших врагов советского народа -
израильских агрессоров и американских империалистов! Как он таскал за ноги
бедную бабушку Голду Меир, называя ее бабой-ягой, чудовищем, гиеной...
В Иерусалиме - плюхнулся в мое кресло и с ходу:
- Голда Меир - величайшая женщина на земле. Библейского масштаба. Я
готов целовать следы ее ног. И, знаете, искренне так, даже слеза сверкнула.
В Нью-Йорке он снова попал в мое кресло. Заехал по делам в Америку. А сам
проживает в Лондоне. Английская валюта попрочней израильской. Как всегда -
вещает на радио.
Я, шутя, как старому знакомому, говорю:
- Как поживает государыня-королева? В телевизоре она выглядит
смазливой бабенкой.
Как он вспылит! Как вскочит с кресла! Вы, мол, Рубинчик, бросьте эти
фамильярные штучки. Я не позволю в моем присутствии так отзываться о моем
монархе!
Еврей-монархист...
Знаете, я смотрел на него и ждал, что он вот-вот загорланит английский
гимн: "Боже, храни королеву!.."
С еврейским акцентом, британской надменностью и коммунистическим
металлом в голосе.»

История.

Середина 90-х. В Израиле какие-то выборы. Я на выборы не ходил в СССР и не хожу в Израиле. По мне, что «правые», что «левые», «центристы», «коммунисты», хоть педерасты – все лезут в мой карман. Так вот, прошли выборы, кого-то выбрали, обычные споры, типа подтасовки, пересчеты – абсолютно стандартная ситуация при делёжке государственных денег.

Вечер, еду с подругой в автобусе. Стоим и тихонько обсуждаем эти самые выборы. Рядом сидят две тётки, причём одна из этих самых активных патриотов. Есть тип активистов-патриотов, которые едва приехав в новую страну, в данном случае в Израиль, немедленно забывают русский язык, не зная иврита. Разговаривают довольно громко, даже не прислушиваясь, узнаёшь, что эту тётку зовут Анжела, она приехала из Ленинграда, русский почти забыла, всё время приводит какие-то примеры, как там (в СССР – России - СНГ) было всё плохо и как здесь всё демократично и хорошо. Постоянно вставляет ивритские слова и объясняет их значение своей спутнице. Мы тихонько говорим о своём и вдруг эта мадама вмешивается в наш разговор. Я тогда ещё позавидовал – вот это слух!
- Как ты смеешь так говорить о стране, которая приютила тебя?!

Фигасе наезд, давненько я такого не слышал. Но устраивать срач в автобусе не хочется. Спокойно и участливо:

- Мадам, у вас какие-то проблемы? Я могу чем-то помочь?

В этот момент мадам вспоминает, что она, как бы плохо говорит по-русски:

- Ата (ты) приехал на всё готовое. Ты есть быдло. Отха царих легареш (тебя надо депортировать) – во какие слова выучила, вот только акцент сильно русский и стиль базарный.

Подруга пытается влезть, я тихонько сжимаю ей руку «я сам». А мадам всё никак не успокоится. По-русски заговорила без акцента и прям-таки сейчас на амбразуру бросится защищать эрец исраель (страну Израиля). Мне это начинает надоедать. Ехать несколько остановок и слушать эту хрень, да ещё и при подруге – это перебор.
Внимательно вглядываюсь в пышущую праведным гневом мадам и растягиваю лицо в улыбке до ушей:

- Анжелка, как я тебя не узнал. Всё хорошеешь! Ты что, меня тоже не узнала? Неужели я так сильно изменился? Сколько мы всего не виделись, лет пять, может чуть больше. Только не делай вид, что не помнишь, ты же у меня всегда валюту меняла, когда из Астории утром от клиента выходила. Ну, совсем забыла. А чем сейчас занимаешься? Надеюсь до Тель Баруха (пляж тель барух – известное место тель-авивских проституток) не докатилась. И на мидхам бурса яалюмим (район Бриллиантовой биржи – в те годы любимое место уличных проституток) тоже не работаешь? В махон бриют (институт здоровья – конспиративное название публичного дома, как и массажный кабинет) говорят неплохие условия и платят неплохо. Может свое дело открыла? Давай рассказывай, чего уж там, тут все свои.

Я специально употребляю известные термины на иврите, ведь не все в автобусе понимают русский. Кто понимает - уже откровенно смеются не стесняясь. Некоторые переводят мой экспромт ивритоговорящим пассажирам. В автобусе становится весело. Мадам краснеет, бледнеет, никак не может собраться с мыслями. Автобус подъезжает к нашей остановке. Подруга тянет меня за рукав.

- Анжел, ты таки права - здесь демократия, все профессии важны, все профессии нужны, зонА (проститутка) тоже профессия. Ну давай, пока.

С этими словами выхожу из автобуса.

Люди! Уважайте друг друга и будет вам счастье.

42.

"Цванцих центес" или день в Германии

Наверное, в один прекрасный момент моему ангелу-хранителю стало просто скучно, и он подумал:
- А не поехал бы ты, молодец добрый, в Германию. Вопросов накопилось много, надо решать, заодно страну посмотришь и себя покажешь. Только смотри, чтобы без приколов не обошлось. Обещаешь?
- Обещаю, - бодро ответил я и лихо выпрыгнул из вагона поезда «Москва – Берлин».

НЕМКА И АВТОМАТ

Дальнейший путь лежал в славный город Гамбург. Для чего нужно было переехать в Берлине с одного вокзала на другой, а там сесть на поезд. Поэтому задача была простой до безумия – купить билет и все. Казалось бы, что сложного?

Но, подойдя к автомату по продаже, я только пискнул:
- Гитлер капут.

На табло было такое обилие информации, что даже черт сломал бы мозг. А мои познания в немецком ограничивались лишь фразами «Хенде хох, матка, яйко, млеко, шнапс». Метод тыка на удивление не сработал. Наверное, в Германии тык вообще запрещен на государственном уровне.
В общем, после нескольких минут страданий я обратился к ангелу-хранителю:
- Хотел приколов, так помогай, а то зависну здесь до окончания командировки.

И тут же остановилась немка, спросившая на английском, куда нужно ехать. Получив ответ, она что-то быстро понажимала, кивком приказала воткнуть банковскую карту и вуаля. Через несколько секунд в моих руках был вожделенный билет.

Итак, первое впечатление – сами немцы. Если у вас есть проблема, и вы впали в состояние ступора, кто-то обязательно остановится и предложит помощь. Милая фрау, еще раз примите от чистого сердца огромное человеческое «данке шен».

ЭРЗАЦ-НЕМЕЦ

Перебравшись на другой вокзал, я решил перекурить и хоть немного осмотреться.
- Первая часть марлезонского балета началась, - хмыкнул ангел-хранитель, доставая попкорн.

Действительно, стоило остановиться рядом с урной, тут же нарисовался толстомордый эрзац-немец. То ли беженец, то ли прыгунец далеко не европейской наружности. Тряся бумажным стаканчиком, он увлеченно рассказывал:
- Уважаемый, помогите денюжкой. Сами видите, рожа у меня толстая, из-за щек ушей не видно. Это потому что жить холодно и голодно. А еще БМВ третью неделю не заправлен, и вообще работать не хочу, а в ювелирном бриллианты подорожали. за что покупать?

Чуть не всплакнув, я ответил твердо и решительно:
- Нихт ферштейн.

Нимало не смутившись, попрошайка тут же перешел на английский. Но ответ был таким же:
- Донт андыстэнд.
- Парле ву франсе? – не терял надежду эрзац-немец.
- Нихт парле.
- Пан розуме по польску?

Достал уже, полиглот хренов. В запасе оставалось «эстамос эн отонье» (сейчас осень на испанском) и полиплоидия (кратное увеличение числа хромосом, это из биологии). Поэтому я закончил разговор просто и многозначительно, на русском:
- Пошел в задницу.

И он пошел. Молча сделав «кругом» и даже не оглянувшись. Или понял, или решил проконсультироваться с коллегами по цеху, которых вокруг тусовалось просто немеряно. Все с бумажными стаканчиками. Еще раз подивившись количеству попрошаек, я подумал, что не мешало бы посетить и комнату для медитаций. Тем более что, извините, приперло.
- Вторая часть марлезонского балета, - закурил ангел-хранитель.

НЕМЕЦ И ТУАЛЕТНЫЙ РЫЦАРЬ

На входе стоял автомат, дарующий благодать облегчения за один евро. Приняв двухевровую монету, туалетный рыцарь довольно хрюкнул, но сдачу не выдал и пропускать отказался.
- Ты охренел? – удивился я.
- О, я я, - громыхнул автомат.
- Отдай деньги.
- Найн.
- Ладно, сдачу оставь, но дай пройти. Реально невтерпеж.
- Найн.
- Ну пути.
- Не путю.
- А с ноги в индикатор?

- Найн, - стоявший за спиной мужчина понял, что я готов на крайние меры. Поэтому он кого-то позвал и что-то объяснил. В итоге мне вернули один евро и пропустили ручным способом. Повторюсь, немцы всегда готовы прийти на помощь. Уважаемый гер, еще раз примите от чистого сердца огромное человеческое «данке шен».

ГДЕ НЕМЦЫ?

Этот вопрос возник, когда я вышел из здания железнодорожного вокзала в Гамбурге. Вокруг сновали, в основном, турки, арабы, индусы и прочие афрозодиаки.

- А немцы работают, - пояснил компаньон, когда, закончив обсуждение всех вопросов, мы неспешно двигались к его авто, - они появятся только вечером, таковы реалии.

Получается, настоящие немцы работают для того, чтобы эрзац-немцы целыми днями занимались ерундой. И всех устраивает? Размышляя о данном феномене, я медленно бродил по Гамбургу, периодически поглядывая на часы - до вечернего автобуса оставалось еще пару часов.

- Хи-хи-хи-хи, - обогнал невысокий индус в чалме (или как там оно называется).

Кстати, очень хотелось попробовать знаменитые баварские сосиски, с пивом.
- Хи-хи-хи-хи, - снова тот же индус.

Но вокруг предлагали только шаурму, люля-кебабы и кюба – лелябы. А где традиционная немецкая кухня?
- Хи-хи-хи-хи.

Чего он носится вокруг меня, как ненормальный. И кстати, повторюсь, где сами немцы? Ой, а где они на самом деле, и куда я попал?
- Хех, - усмехнулся ангел-хранитель, - братан, оглянись, вокруг одни турки, ты реально попал. Давай-ка выковыривайся поскорее.

ЦЫГЕЛЬ ЦЫГЕЛЬ АЙ ЛЮ ЛЮ.

Но включение режима экстренной эвакуации было прервано раздавшимся за спиной:
- Пш.
Не понял?
- Пш. Пш.

Оглянувшись, я увидел молодую эрзац-немцу, томно прислонившуюся к двери:
- Пш.
Судя по подмигиваниям, ей было что-то нужно.
- Пш, - и девушка повела бедрами, - хундерт эуро.

Аааа, дошло! Унитаз в квартире забился, ишь, как приплясывает от нетерпения. Видать, бедолагу подпирает, а помочь некому. Кругом одни криворучки. А что, может, и подработать сантехником? Тем более за сотку евро.

Ну, согласен, согласен, тупил я по-страшному. Во-первых, потому что очень устал, а во-вторых, потому вырос на «Бриллиантовой руке», где продажная дева предлагала себя иначе:
- Цыгель-цыгель ай лю лю.

Согласитесь, звучит и заманчиво, и многозначительно. Один только «цигель» дух захватывает!
А тут что-то непонятное:
- Пш.

Когда я сообразил, в чем дело, то гордо ударив себя в грудь, с достоинством изрек:
- Белорусо туристо – облико морале.
- Пш? – не поняла девушка.
- Хенде хох, - тут пришлось дать необходимые пояснения.

И мгновенно, как из турки, появились парни турки. Может, охрана, может братья, может, сестры, хрен его знает с их просвещенной Европой, кто там кто…
- Съе…йся, придурок (в смысле, хлопай ресницами и взлетай), - заорал ангел, чуть не подавившись попкорном, - они ща надают п..лей (будут бить больно, возможно, ногами).

В общем, вместо «ай люлю потом» пришлось оттолкнуть самого нахального и рвать на третьей космической в сторону городской ратуши.

УДИВИТЕЛЬНЫЕ ЛЮДИ

Немного отдышавшись, я убедился, что нахожусь не в туркосодержащем месте и с облегчением присел за столик небольшого кафе. Больше никуда не двинусь, лучше пива попью, когда еще будет такая возможность! К тому же рабочий день закончился, и наконец-то появились настоящие, не эрзац, немцы.

Вот пожилая пара, устроившись рядом, заказала по бокалу вина. Вот студенты, весело смеясь, присели в ожидании официанта.

Вот негр в кепке замер и посмотрел на меня, как Ленин на буржуазию.

Вот… Помните знаменитый типаж анекдотичных блондинок? Из серии «когда Бог раздавал мозги, я увеличивала губы и грудь». В общем, в чисто блондинистом розовом прикиде метрах в десяти остановилась китаянка (!). И во все горло стала проповедовать что-то за Иисуса Христа (!). Честно скажу, даже выступление гитлера перед нацией выглядело менее зрелищно и звучало более миролюбиво.

Кстати, на чокнутую внимания не обращал никто. Даже негр, снова замерший напротив и смотревший на меня, как воробей на просроченный йогурт. Чем я его заинтересовал?

-Курлы курлы курлы? – неожиданно подскочил какой-то парнишка.
Ничего не понял. Он же, поняв, что я не понял, быстро повторил:
- Куры-курлы цванцих центес?

Ясно. Денежку сшибает. Только почему именно двадцать? Почему не один, не пять, не десять? Сообразив, что не выгорит, попрошайка улетел дальше, а его место занял уже знакомый негр, смотревший на меня, как выхухоль на Налоговый кодекс.
- Бананов нет, - фыркнул я, ну реально надоело.
- И не будет, - со смехом добавил кто-то справа.

Ага. Наши! Следующие двадцать минут были посвящены знакомству и просто веселым разговорам ни о чем. Жаль, что время стало поджимать. Поэтому, тепло попрощавшись с братьями-славянами, я неспешно двинулся в сторону автовокзала. До отправления оставалось около двух часов.

ПАРТИЗАНЕН

И по закону подлости тут же задел пожилого немца, весело крутившего педали на велике. Естественно, попросил прощения, естественно, мы разговорились.

Дядька был не в обиде, сам повинился в том, что увлекся разглядыванием розовой китаянки (та же, перебралась на новое место и орала еще громче). Посмеялись, он оценил мое сравнение с гитлером.
- Вы из России?
- Нет, Беларусь.
- Беларусь, Беларусь, - мужчина старательно забормотал, пытался что-то вспомнить.

И тут меня осенило:
- Партизанен!
- О, я, я, - обрадовался мой собеседник, - Брест, Минск, Орша, Витебск!

Как я понял, родственника этого немца по вышеуказанному маршруту нехило пи...ли (любили со знанием дела и с винтовкой). Да так, что дети и внуки запомнили! Но если вы ждете дальнейшего злорадства, то разочарую. По молчаливому согласию, темы войны мы не касались, беседуя обо всем и ни о чем.

В общем, повторюсь, о немцах у меня осталось самое приятное впечатление: вежливые, добродушные, всегда готовы прийти на помощь. И даже оценить явное нарушение закона.

К СЛОВУ О КОНСПИРОЛОГИИ

Случилось это, уж простите, снова у пункта пропуска в комнату медитаций. Наученный горьким опытом, я опустил монету достоинством в один евро. Мля, да за что такое наказание! Опять нет!
- Сволочь, пропустишь?
- Найн, - ехидно задребезжал туалетный рыцарь.
- Я что, плохо пострижен?
- Хз.
- Чего?
- Того. Нихт проходирен, понятно?

И в тот момент на меня снизошло озарение. Тайное правительство уже существует. Пока оно просто тренируется, оттачивая технологии подчинения людей, но придет время....

В общем, грядущий Апокалипсис создадут автоматы, пропускающие в туалет. И мы никуда не денемся, будем поклоняться, как миленькие. А до выпендрежа ли, когда приперло?

Тогда и сбудется предсказание Ванги, что всю Европу накроет … Далеко не льдом, конечно, но все равно неприятно. Слава Богу, нас, славян, это не коснётся. Потому что…

- Господа, - повернувшись к стоявшим за мной немцам, воззвал я, - надеюсь, все видели, что проход оплачен, но чертова железяка восстала. Заранее извиняюсь.

После чего несговорчивый турникет был элементарно перепрыгнут под аплодисменты и смех. Так что немцы, как оказалось, способны оценить и юмор, и даже явное нарушение установленных порядков. Они вообще прикольные ребята, очень понравились. Только настоящие, а не эрзац, которые способные только на:
- Куры-курлы цванцих центес?

Это было последнее, что я услышал на немецком перед тем, как усесться в автобус. Впереди ждала долгая дорога и совсем другая страна. Но, в отличие от Германии, там все было все ясно и понятно.

Автор: Андрей Авдей

43.

В 50 с хвостиком мужчины делятся на 3 категории - те, у кого жизнь "состоялась" или "удалась", тех, у кого наоборот не состоялась и не удалась, и тех, у кого все в этой самой жизни серединка на половинку, или как говорят китайцы "мама хуху":)
Сергей Иванович, солидный на вид мужчина 54 лет, принадлежал с последней категории. В компании своих друзей детства он был самым молодым и перспективным. Комсомол, отличная карьера, влиятельная семья - база у него была по-настоящему хорошая. Да и сам Сергей был в детстве и юности на редкость целостным и перспективным парнем. Ранний по современным меркам, но остро необходимый для построения сверх успешной советской карьеры брак был первым гвоздем в гроб нашего молодого коммуниста:) Дальше в жизни было множество других гвоздей, самого разного размера и вида, но счастье Сергея Ивановича было в том, что в отличие от многих его одногодок гробовая доска его не только не закрыла, но и не пришибала до состояния "Грусть-печаль-тоска". Для своего возраста это был отлично сохранившийся разведенный мужчина с 2 взрослыми детьми. Попытки построения бизнеса в 90-х и 2000-х то давали результат, то вгоняли в долги, но в целом все было опять же серединка на половинку.
Одной из главных ценностей Сергея Ивановича было умение дружить. Даже нет, ДРУЖИТЬ. Искренне, честно, без доли фальши, лести и главное - без мысли о каких-то полезных знакомствах. Этот человек на предложение помочь своего одноклассника - банкира, знавшего о потребности бизнеса Сергея в средствах, отвечал "сам разберусь, давай просто так вдвоем на рыбалку махнем". Результатом такого подхода была частичная (ибо не все умеют ценить такие искрение чувства) взаимность со стороны друзей детства, одноклассников и одногруппников. И когда в середине 2000-х бизнес Сергея Ивановича отошел к бывшей супруге вместе с жильем (да, он поступил как истинный джентльмен, более того, ушел не к кому-то а просто потому что не был готов больше жить со ставшей ему уже совершенно чужим человеком женой), его взял к себе на работу один из бывших одноклассников. Должность была чем-то средним между замом, помощником, затыкателем дырок и универсальным решателем проблем. Главная причина по которой тот самый одноклассник уговорил пойти к себе Сергея заключалась в одной простой фразе "тебе одному я могу доверять на 100%, остальным, даже тем с кем по 15 лет бок о бок - на 99 максимум". И это была правда.
С работой своей Сергей Иванович справлялся хорошо, а главное - всегда мог сказать шефу правду, которой он не мог добиться от подчиненных. Одной из особенностей компании, в которой он работал, было традиционное поздравление с днем рождения всех без исключения немногочисленных сотрудников всем коллективом во главе с шефом, причем с перерывом в работе минут на 15. Действо это было сакральное и различия между секретарем и собственником компании в этом вопросе не было - в эти 15 минут все были равны и все поздравляли именинника, причем каждый традиционно готовился.
В день описываемых событий был день рождения у секретаря - Марии Викторовны. В связи со спецификой деятельности компании весь персонал получал очень хорошие даже по столичным меркам деньги, и должность секретаря занимала женщина под 40, умевшая общаться с редкими, но весьма влиятельными посетителями, на самом высоком уровне.
Мария Сергеевна обладала особой "привилегией" в коллективе - её было сложно подменить, а оставлять вход без представителя компании было чревато, поэтому в моменты поздравлений она удалялась со своего места на 2-3 минуты, поднимала бокал и сразу возвращалась на свое место. В случае редких болезней или форс-мажоров подменял ее наш Сергей Иванович. Главную проблему, с которой приходилось сталкиваться секретарю, представляли из себя различные жены ну очень больших шишек и прочие влиятельные лица, привыкшие к тому, что перед ними все стелятся ниц по щелчку пальцев. С такими людьми требовался не только особый психологический индивидуальный подход, но и глубокое знание всех бизнес-процессов. Поэтому Сергей Иванович был идеальной кандидатурой для замещения.
И вот, Мария Викторовна в шикарном платье, окруженная искренне любящими ее за профессионализм и просто как хорошего человека сотрудниками, принимала поздравления. По традиции, шеф всегда говорил последним, после Сергея Ивановича. Поэтому нашему герою было четко указано оставить свой пост ровно через 10 минут после начала торжества, сказать речь, послушать шефа и сразу бежать обратно. На всю операцию отводилось 5 минут максимум.
В момент начала торжества в приемной, которая находилась в отдалении от переговорной комнаты, где собственно и проходило торжество, никого не было. И тут... Сергей Иванович не пожалел, что сидел в этот момент в кресле - в дверь вошел Витька. Нет. Виктор Палыч Тимофеев, их с шефом - одноклассником старший товарищ, с которым было столько выпито и проговорено бессонных ночей их юности. Витя был самым успешным из всех одноклассников, да и наверное и вообще из всех знакомых Сергея - его карьере можно было искренне позавидовать, а в том, что называется "сколько ты сделал для Родины" он оставил всех вместе взятых знакомых в далеких голубых далях. На "дяде Вите" была парадная форма, фуражка и награды, а на лице улыбка – он приехал повидать старых друзей прямо из Кремля.
- Витя!
- Серега!
Крепкие объятия и приветствия были прерваны Сергеем Ивановичем, четко и быстро изложившим Виктору Палычу имеющуюся в моменте ситуацию. Минута дискуссии и решение было найдено – Виктор Палыч снимает фуражку с кителем, садится на кресло секретаря и прикрывает «линию фронта», Сергей Иваныч идет говорить тост, слушает шефа, а затем делает рокировку меняя Виктора Палыча на именинницу Марию Викторовну, и в итоге благодаря данной тактической операции трое друзей смогут всего через 5 минут объединиться в кабинете шефа за бутылочкой хорошего коньяка.
Войдя в переговорную и быстро сказав тост, Сергей не успел сообщить о приходе Виктора шефу, так как тот уже ждал своей очереди и сразу взял слово. В тот день случилось непредвиденное - на шефа нашла волна искренней любви к ближнему. Конечно у верного секретаря была круглая дата и это был крайне ценный и любимый сотрудник, но дифирамбы которые излагал шеф в её адрес, были верхом поэзии. В этом порыве его было не остановить – он даже встал на стул, а в воздухе повисла полная тишина.
Тем временем в приемную вошла очередная посетительница. И разумеется, по закону подлости – в крайне раздраженном состоянии. Светская львица, из-за особенностей стойки рецепции увидевшая только лысую голову сидящего за ней Виктора Палыча, начала с места в карьер, не дав ему вставить ни слова. По мере развития монолога сидящий за стойкой боец оказался виновен не только во всех возможных огрехах компании, но и вообще во всем на свете начиная от плохой погоды и заканчивая домашними проблемами «львицы». На аккуратные попытки «уточнить и разобраться» наша мадам взвыла и обрушилась на бедного Виктора Палыча с новой, доселе невиданной силой. В «бой» был пущен великий и могучий муж, описанный грозно, богато и всемогуще. Первое лицо страны по сравнению с этим человеком могло разве что подносить великой львице тапочки и пятясь выходить из спальни в ожидании неминуемой порки по пяткам в случае оплошности. Но на пике «бомбового удара», когда Виктор Палыч уже был готов взорваться, в приемную наконец вошли Сергей Иванович вместе с закончившим свою лучшую за все эти годы речь шефом. Светская львица повернувшись к ним начала свой монолог в новых красках, и указывая, но не глядя на одевающего китель с фуражкой Виктора Палыча проорала:
- И если вот этот холуй сию минуту не будет уволен, я….
Далее события развивались стремительно: львица переводит свои глаза на Виктора Палыча, шеф и Сергей Иванович сгибаются от приступа смеха, львица же делает глотательное движение как рыба, которую вынули из воды, пучит глаза и через мгновение падает в обморок на руки шефа.
…………………………………………………………………………………
- Эх, не зря мне ещё в учебке старый полковник - преподаватель говорил, что в отражении атаки главное - выдержка. Ну и случай удобный тоже важен. Не зря я к вам заглянул, Серега, эх, не зря! – говорил Виктор Палыч, сидя в кабинете шефа и приобщаясь к коньяку. Кстати, дайте как мне документы по объектам вот этой вот мадемуазели - я её кажется узнал…
P.S. Через неделю муж нашей львицы, полковник на генеральской должности с «высокой коррупционной составляющей» был отстранен от работы и отправлен в отставку, в его управлении началось активное расследование по различным злоупотреблениям и тп., а Сергей Иванович с шефом получили с фельдъегерем бутылку лучшего коньяку и маленькую карточку с припиской: «Всяк сверчок знай свой шесток! В.П.»

44.

Из двух лет в армии я чуть больше года на точке время провел, да я писал об этом уже. А вот все остальное время я провел в казарме. А в казарме понятно, какие занятия - знай себе через день в наряды ходи. На тумбочку, в автопарк... Если повезет, на КПП, если нет - в караул, а самый обычный наряд - на кухню. Ну, наряды, и наряды - полгода в них я проходил без проблем.

А потом нам в часть духов подвезли, из Узбекистана. По-русски они немножко говорили уже, но кучковались только между собой, конечно. И вот, "повезло", попал я как-то - меня старшим наряда поставили по кухне, и 15 этих узбекских архаровцев в подчинение дали. То есть, старшим-то прапорщик, конечно был, только он после полуночи домой смылся, как только мы убирать зал закончили.

Чтобы было понятно, о какой кухне-столовой идет речь - у нас сразу три части кормилось: авиационный полк, батальон авиатехнического обеспечения, и наше ОБРСТО. Чуть больше тысячи человек, в обшей сложности, то есть, и убирать после ужина было ну очень много. А потом еще на следующий обед картошки начистить. С картошкой мы в тот наряд справились часам к двум ночи, осталось только полы помыть. И вот тут-то оно и пошло.

Мои подчиненные на приказ мыть полы сделали вид, что русский забыли. Я повторил, они шушукаться стали, и смешки отпускать. Ихнего заводилу я уже давно приметил, поэтому сразу к нему пошел, со шваброй.

Говорю:

- Давай боец, мой пространство. Пока все не вымоем, спать не пойдем ведь.

И швабру ему протягиваю.

И что ты думаешь, он тут же мала-мала русский вспомнил, так и сказал в ответ, что ему аллах не велел.

Я тогда дурной был, сейчас может как по-другому бы разрулил, а в тот момент я просто вывалил, что сейчас у него не аллах, а Я начальник. Ну, и добавил:

- Мыть все будем, мне похуй, что ты с братвой мусульманин, а я христианин. Я спать хочу, понял?

А он понял, так мне в рожу и заржал:

- Раз ты христианин, значит терпеть должен, мой сам.

Мне б опять, придавить его на месте, так нет, повело меня. Говорю:

- Ты, дружбан, в христианстве ничего не понимаешь, нам ведь только на пиздюли отвечать запрещено, а о том, что слуг аллаха пол заставлять мыть нельзя, ничего не сказано...

Волчонок этот меня тогда на слове поймал. На месте озверел прямо, только и пробормотал, что "раз на пиздюле тибэ нэлзе атвещат, палущай!" Ну, и выдал меня по груди сначала. Я, правда, готов был. У меня вообще порог чувствительности очень высокий, минимально руку нужно сломать, чтобы я расстроился, а этот щегол и легкий еще совсем был. Так что, я ему в ответ только улыбнулся, и сказал:

- Видишь, Христос тебя простил, теперь бери швабру в руки, и иди, пол мой, сука! А я спать хочу.

Вот тут его совсем повело. Не помню чем он меня тогда прижарил, но крепко, по носу. Всю ХБ кровью закапало. Ну, я нос под краником ополоснул, повернулся, гляжу, а они уже всем аулом в углу в кучку сбились, и зубы скалят.

Ну, я тогда тоже улыбнулся, и к ним пошел.

Мне их старший даже успел сказать, что мне Христос велел полы мыть, но, по-моему, не до конца договорил. Потому что я крутанул, и сапогом шею к полу придавил. И объяснил, что Христос мне велел за удар ударом не отвечать, ну, дак я и не отвечаю. Мне только нужно, чтобы полы помыты были.

За что и получил по-настоящему. Ножом по руке от салажонка из оставшихся "боевиков". Он мне, наверное, куда-то в горло целился, да я рукой прикрылся. Руку он мне располосовал здорово, аж всю ХБ попортил. Мне повезло, я его все-таки сбил в полете, и тоже сапогом к земле придавил. Он какое-то время верещал, правда, звал уже товарища прапорщика, ну, да я ему объяснил, что в три ночи у него один товарищ прапорщик - Я.

Мне тогда очень повезло, что остальные на меня не кинулись, все-таки, аллах-акбарство в те времена не так сильно развито было, иначе б убили, конечно.

А потом мы все вместе дружно помыли полы. У меня с руки, правда, здорово капало, так что, пришлось приказать, чтобы за мной перемывали, но на тот момент уже никто против не был.

Хоть меня этот гаденыш и здорово порезал, я в санчасть не пошел - а зачем мне нужно-то было объяснения писать? Перетянулся сам, потом зализал, потом и вообще прошло.

Шрам, конечно, остался, тут уж никуда не денешься. Но и ощущение зато осталось, когда ты весь в кровищи идешь к 15 узбекам, и ржешь им в морду. И говоришь:

- Полы мыть надо, суки, я спать хочу!

45.

- Дети, а кто из родителей помогает Вам учить стихи? - Мама - раздаются детские голоса. И только Вовочка сказал: - Папа! Учительница: - Вовочка, ты готов прочесть нам стишок, которому тебя научил отец? - Да! - Ну, давай начинай. - Если кашу буду есть вырастет пиписька. Так мне папа говорит, а сестре - про сиськи.

46.

Поговорим о рыбалке. Тема большая, ведь видов рыбалки много. Есть, например, летняя, зимняя, подводная, морская и другие. А методов поимки вообще без счёта - от браконьерства с динамитной шашкой до спиннинга, от остроги до ловли руками. Сам я не рыбак, но довелось и мне поучаствовать в "ловле" одной хищной рыбины, о чём собственно и хочу рассказать. Предупреждаю заранее, история будет ОЧЕНЬ длинной, уж не обессудьте.

"Ловля на Живца"

Эпиграф: "Месть - это блюдо, которое подают холодным."

Впервые я увидал Филю в ресторане "Зима-Лето" (это в Питере). В своё время (а может, даже и сейчас) там периодически собиралась околотранспортная тусовка, общались и решали вопросы. Скажу честно, это была неприязнь с первого взгляда, мне аж стыдно было сначала. "Ну как же так?" - убеждал я себя - "Ты же культурный человек, вырос в интеллегентной трёхкомнатной семье. Как можно судить о человеке лишь по морде лица и нескольким фразам? Разве этому тебя учили родители и бабушки-дедушки?" Но чуйка упорно посылала сигнал тревоги. И чем дольше продолжалось общение, тем чаще рука самопроизвольно проверяла наличие кошелька в кармане.

Нет, и ещё сто раз нет. Низкий лобик, лысина с тщательно зачёсанными редкими пегими волосёнками, надутые щёки, кривые зубы, пухлые ручки с короткими пальцами, фальшивый смех, дребезжащий фальцет и, главное, маленькие, постоянно бегающие, бесцветные глазки абсолютно не внушали доверия. Чуть позже я узнал, что у Фильки и погоняло было весьма говорящее: Срук.

Тут, пожалуй, следует сделать объяснение. Наверное, я не раскрою большой тайны, когда скажу, что подавляющее большинство товаров, импортируемых в РФ - голимый контрабас. Честно ввозят лишь иностранные представительства, а потом жутко удивляются "как же их обгонали, как стоячих, всякие дельцы?". Можно, конечно, встать в позицию оскорблённой невинности и бить себя пяткой в грудь, отрицая очевидное, но факты - штука упрямая. Практически вся шняга - от красных труселей до норковых шуб, от ювелирки до косметики, от моторного масла до запчастей, от сидюх до компов, от обивочных гвоздей до диванных подушек - всё ввозится с нарушением буквы закона. Вариантов блуда много - это и откровенная чернуха, и подмена кодов на таможенных декларашках, и договорняки с досмотровыми, и "резка" веса контейнеров, и многое-многое-многое другое.

В Питере международные перевозчики, таможенники, брокеры, погранцы, контрабандисты-тушканы, и решалы - это эдакий большой, и в то же время закрытый, круг людей и людишек, которые варятся в одном котле и знают друг друга, если не лично, то однозначно через одно-два рукопожатия. В этом зверинце я бы характеризовал Срука как хорька, то бишь был он хищник мелкий, но опасный. На крупного зверя не нападёт, побоится, но если увидит слабую добычу и подвернётся шанс, то горло перегрызёт, два раза не задумается. Алчный, понтовитый и беспринципный жульман.

Следует признать, что кое-какие связи у него были. Он действительно мог протащить груз, но репутация у него была, как у подпольного ростовщика-спрута. От хорошей жизни к нему не обращались, но клиенты, наверное, находились, ведь на первый взгляд Срук отнюдь не бедствовал. Рассекал по городу на чёрном Ленд Крузере (а как же иначе), обитал в шикарных хоромах (бывшая расселённая гигантская коммуналка в историческом доме) на Петроградке, сверкал Омегой, на стол нарочито небрежно клал Vertu и регулярно тусил в гламурных местах.

На майские праздники наша контора конечно работала, ведь поток грузов не останавливается, но интенсивность падала. Пользуясь затишьем, руководство разъежалось по краткосрочным отпускам. Оставшимся менеджерам давался простой наказ: "Зорко бдите поляну и не вписывайтесь в мутотень. Серьёзные вопросы старайтесь отложить на после праздников. Если кипеж, звоните в любое время дня и ночи."

Возвращаюсь отдохнувший и в хорошем насторении в родной офис. Обхожу дозором разные департаменты, болтаю с руководителями направлений, дабы узнать, чего пропустил за две недели. Смотрю, в диспетчерской Вадик (зам. начальника колонны) сидит букой, чуть не плачет. "Кто дитятку обидел?" Молчит как беларусский партизан. Начинаю пытать: "Ну-ну, колись, труженик тыла. Всё равно же узнаю. Тут "не вынесла душа поэта", и он огласил мне историю, холодящую кровь, заламывая руки и перемешивая её горестными стенаниями.

Вкратце, вот что. Был у нас один клиентос Рустам, жгучая смесь горячих кавказких кровей. Наполовину ингуш, а в оставшейся половине кто только не потоптался - и аварцы, и лезгины, и ещё кто-то. По большому счёту, отмороженный на всю башню конь. Бритый череп со шрамами - лучшая характеристика. Отслужил своё в Афгане, предсказуемо в 90-е подался в братву. В отличие от многих, выжил, и в начале нулевых грамотно переобулся в воздухе. Отжал и отгородил пятно в подмосковье, устроил на нём что-то типа стройбазы, и занялся торговлей. Мы ему возили ковролин, ламинат, паркет, плитку, и т.п. Не без греха конечно, вес контейнеров резали, но блуд был соразмерный, в рамках приличий. Не хуже остальных, ибо эволюционный процесс никто не отменял. Не бывает так, вчера друг друга кушали, а сегодня все в белых смокингах, ходят в оперу, и локти на стол не кладут.

Пока всё руководство холдинга благополучно грело пузы по Кипрам и Египтам, этот самый Рустам и нарисовался с одним мутным контейнером. Была в нём сборная солянка из элитнейших отделочных матерьялов под заказ, электроника, инструменты, плюс чёрт в ступе и ведьма на метле. И нужно это счастье вчера, сроки горят (не знаю, чего там у него изначально с доставкой не срослось). Если ящик таможить без особых хитростей, то выходило очень дорого, на такую сумму наш абрек однозначно был не согласен, ибо профита получалось с пшик. Рустам, как настоящий герой, решил идти в обход и спросил Вадика, сможет ли тот притаранить груз леваком.

Вадик отеческий наказ помнил, "фирму не подставлять." Грамотно, естественно, было бы просто вежливо отказать. Но кто ищет лёгких путей? Вадик решил проявить инициативу, которая, как издревле известно, наказуема (а скорее всего попросту захотел ещё и срубить влёгкую пару штук грина на стороне, ибо счастье фраера ярче солнца). Он предложил вариант - контора ящик тащить не будет, но он знает тех, кто провезёт его по одной из серых схем. Стоить это будет сумму Х, но всё равно это куда дешевле, чем альтернатива. Рустам похмыкал, покручинился, черепушку почесал и согласился. Запрошенную денежку Вадику отдал, а тот, в свою очередь, связался с Филькой и попросил решить вопрос. Почему Вадик выбрал Срука из всех тушканов, понятия не имею. Может, других в майские было не вызвонить.

Гладко было на бумаге, но Срук оказался... Сруком. То, что это частная инициатива Вадика, он просёк сразу. Рассудил в меру здраво, Вадик как контрагент сам по себе никто и звать его "никак". Попросту - добыча. Пиастры Срук с удовольствием сгрёб, и... банально кинул наивного чукотского юношу. Детали я опускаю, главное, что ящик встрял, на звонки Срук не отвечал, и Вадик почувствовал себя явно не в своей тарелке. Особенно, после того, как заявился Рустам с вполне разумными претензиями.

Сын гор прижал горе-комбинатора и заявил прямолинейно что дескать "Я нынче честный коммерц, но иногда тоскую по нравам и обычаям времён, не совсем давно минувших. Расклад очень прост - денежку скушал, отвечай за базар." На робкое блеяние логиста, что "не виноватый я, это всё козни Срука" Рустам заявил, что "Никакого Срука я не знаю. Денежку брал ты, так что проблемы ковбоя - это проблемы ковбоя, и шерифа они не е***. Варианта есть два, первый - это растаможенный контейнер появится на складе через несколько дней, или второй, но этот вариант тебе однозначно не понравится."

Позвонить с проблемой он побоялся, думал что его тут же уволят. В итоге несчастный Вадик напряг все свои связи, взмолился о помощи, бил поклоны всем ангелам и демонам, потратил кучу нервов и сил, и, наконец, нашёл другого решалу, который и вызволил злосчастный ящик. Рустам был доволен, как слон, но вот Вадик был в печали, ведь забесплатно разрешить ситуёвину было невозможно. Всё, что он копил на покупку мечты всей своей сознательной жизни (в меру поюзанный Крузак), - всё было потрачено, и даже пришлось взять в долг.

Через пару дней вернулся Сёмка (в то время совладелец фирмы), мы сели в его кабинете, и я огласил расклад описав этот цирк с конями.
- Подводим итоги. С Рустамом всё чётко, клиента мы сохранили. Вадюха в расстройстве, что понятно. Впрочем, рассуждая из сугубо капиталистической точки зрения, поделом. Как говорят, слово "нет" до сих пор является самым эффективным методом против нежелательной беременности. Не надо было искать приключений на свою задницу. В принципе, мы смело можем самоустраниться и размышлять о суете людской и бренности бытия. Хотя, лично мне "птичку жалко". Ну что, дело можно закрывать? - резюмировал я и вопросительно посмотрел на Сёму.

Тот задумчиво повертелся на кресле, покрутил в руках старинное пресс-папье, и несколько раз раз молча прошёлся по кабинету. Минуты две мы молчали. Наконец, еле слышно, явно убеждая самого себя, Сёма произнёс:
- Тоже мне, толстовец нашёлся. Убивать таких толстовцев надо.
Потом задал неожиданный вопрос:
- Ты фильм "Храброе Сердце" (Braveheart) смотрел?
- Ясен пень. Правда давно. Зачётное кино. А причём тут Голливуд?
- А при том, мой юный, но не дальновидный друг. Протокол оформлен правильно, всё верно, но есть и другая сторона медали. В этом фильме есть ключевая фраза. Я раньше внимания не обращал, а недавно фильм пересмотрел и заценил. "Атака на солдата короля - это то же самое, что атака на самого короля." Рустам наш клиент. Вадик наш сотрудник, хоть и действовал, как сугубый единоличник. Кидок был по бизнесу. Так что, "это не мне дали 15 суток. Это НАМ дали 15 суток." Надо включать ответку. Иначе каждая собака в Питере скоро будет говорить, "что они МУРовца могут напугать." Будем мстить и мстя наша будет страшна.
- Я надеюсь, ты не собираешься кошмарить нашего бритоголового друга? Напоминаю, у меня здоровье одно, и у тебя, кстати, тоже. - уточнил я.
- А его за что? Он в своём праве, ведь он денежку заплатил. Тут обид нет. А вот Срука надо поставить на место, причём изящно.
- В принципе, я за, но в рамках правового поля. Хотя кое-кто, возможно, и усомнится в чистоте и благородстве наших помыслов.
- Ты снова забыл, что я чту уголовный кодекс. Отринь сомненья, друже, наша цель высока. Мы - санитары леса. Доктора даже. Наше кредо - всегда, а миссия - лечить пида****в. Можно смело сказать, что мы выполняем общественно-полезную функцию. Занимаемся чистой благотворительностью.
- Признаюсь, меня смущает этот аспект.
- Не журысь, как говорила моя бабушка. Благотворительность, поставленная на широкую ногу, должна, и будет приносить доход. Итак, оглашаем диспозицию - Филя наш поциент. Давай определим, что же может мотивировать этого хмыря?
- В принципе, у всех мотиваторы одинаковы, "асть, есть, ость, ысть." (страсть, месть, опастность, корысть). У Срука, я думаю, первичный мотиватор именно "ысть", остальные вторичны. Но вот центральной идеи нет. Единственное, что приходит на ум, это старинный трюк великого комбинатора - прогулка тёплым вечером у Чёрного моря, нежное пощупывание вымени, и портсигар с десятью тысячами.
- Ты забыл аксиому, которую использует почти всякий "загадошный рюсски дюша."
- Я слушаю более чем внимательно.
- Запомни и вызубри наизусть - "понты дороже денег."
- Эту концепцию я знаю. Но, к сожалению, не знаю как применить. Сосуд моих скромных мыслей показывает дно, мой эмир.
- Бензин ваш, идеи наши. Кстати, общее направление ты обозначил верно, нужна вкусная приманка. На которую наш кадр однозначно клюнет, - и Сёмка огласил детали своего дерзкого плана.
....
- Должно сработать. Срук - попутавший края кидала, а такие редко думают, что проглоченный кус может быть привязан к леске,- утверждал Сёма.
- А если он всё-таки будет платить?- сомневался я.
- Это вряд ли, уж слишком "живец" хорош. Но даже в этом пиковом случае мы просто продаём товар в розницу, и ещё с процентами, нам же лучше. Начинаем гранд операсион "Большая Рыба". Давай, звони Славику.

Тут я снова отступлюсь и дам пару пояснений. В нашем холдинге было много бизнесов, в т.ч. была у нас и площадка, где мы торговали б/у (реже новыми) легковушками из США. Помимо обыкновенной торговли, мы возили и машинки под заказ.

Славик тоже был нашим клиентом. Бывший типичный советский инженер родом из какой-то сибирской глуши. Как он выживал в 90-ые, я не знаю, но в нулевых выяснилось, что он весьма хваткий деляга. Основал маленький бизнес, который потом неплохо поднялся. Правда, в олигархи Славик не вышел, впрочем, наверное, и не стремился. Помнится, мы возили ему в Тюмень и Нижневартовск какие-то трубы, насосы, перемычки и т.д.

В отличие от большинства привычного контингента, он был очень приятный и порядочный (по крайней мере, с нами) мужик. Хотя, бзики у него были. Пожалуй, не припомню его в одном и том же головном уборе. Тонные британские кепи, легкомысленные французкие береты, панамы от Монтекристо, кепки-аэродромы, ковбойские Ресистолы, тирольские шляпы с пёрышками, федоры от Борсалино и бейсболки менялись калейдоскопом на его голове. Помню, даже раз под Новый Год он появился у нас в дивной шапке с волчьим хвостом. Впрочем, я отвлёкся.

К описываемому времени Славик решил сделать себе подарок, соотвествующий в его понимании статусу "а ля жизнь удалась." А если точнее, он дал нам 20% аванса, и мы ему тащили шикарнейший, нафаршированный по самое не балуй, нулевой Рэндж Ровер изумительного цвета свежевыпавшего снега (эдакий белый цвет с синеватым отливом). Агрегат дорогущий (даже в США он был более $100К), рассчитанный на настоящего автофила-ценителя. Комплектация у этой гордости автопрома была редчайшая, такой в те годы в Питере было не найти. Машина только что прибыла на площадку, и на неё сразу многие положили глаз.

По печальному совпадению, за недельки две до событий, у Славика начались серьёзные проблемы. Он вписался (а точнее, наверное, не вписался) в какой-то крупный тендер с грозными конкурентами, и началась веселуха. Даже маски шоу приезжали к нему в офис и кошмарили всех подряд. Конечно, об этом печальном обстоятельстве он не распространялся, но кому надо, те всё знают (а нам, ясное дело, было надо, ибо за должником надо следить). В такое критическое время было понятно, что Славик не сможет заплатить остаток. Продать тачку другому была не проблема, но земноводное душило отдавать аванс. Одновременно, и не хотелось обижать хорошего человека в тяжёлой ситуации, и не хотелось прослыть шакалом.

Звоню, через пару гудков взвинченный голос отвечает:
- Слушаю.
- Граф, вас беспокоят из преисподней,- стараюсь говорить нарочито спокойно.
- Привет. Что-то срочное?
- Да ничего особенного. Лишь хотел сообщить, что твой четырёхколёсный друг уже стоит на площадке и топает копытом в ожидании встречи.
В ответ тяжёлое дыхание и сопение. Даже по телефону чувствую муки Тантала. Происходит борьба между хотелкой и здравым смыслом. Как раз время надавить.
- Славик, ты что? Где крики "ура" и чепчики в воздухе?
- Я рад. Просто... Видишь ли... Понимаешь, я не могу сейчас заплатить оставшуюся сумму, - смущённо сознаётся Славик хриплым голосом.
Надо дожать.
- Ещё раз повтори, пожалуйста, эту обманчивую фразу. Что-то плохо стало слышно.
- У меня сейчас сложная ситуёвина. Не могу заплатить остаток. Может, подождёте месяца 3-4 пока я разгребусь. За хранение я компенсирую.
- Славик, ты издеваешься или шутишь? Может, твоя девичья фамилия Арканов? Мы как бобики метались по всему США, искали агрегат по твоим хотелкам. Думаешь, это легко, раз и взял? Потом тетешкались с ним как с родным. Теперь торчим далеко за $100 штук грина, а ты тут устраиваешь вторую часть мерлезонского балета. У тебя вообще совесть есть? Может, ты ещё и аванс обратно попросишь?
- Да, было бы неплохо в моей ситуации, но я человек порядочный, за заказ отвечаю. Просто сейчас, ну никак заплатить не могу, - чуть не плачет Славик.
- Слава, я отношусь к тебе как к близнецу, с которым мы разлучились в роддоме. Не хочу тебя обижать, но если ты её сейчас не выкупишь, она уйдёт другому. Как только я объявлю, что она продаётся на площадке, у нас за неё будет такой бой быков, какого в ихней далёкой Севильи отродясь не видали. А аванс... стой... тут Сема трубку рвёт, хочет пару слов сказать.
В сторону, прикрыв трубку, тихо говорю: "Пациент готов. Грузите апельсины бочками."
- Славик, привет. Да, да... Уже слышал... Сволочи... А кто?... Да ну?... Конечно позвоню... Чем смогу... По нашему вопросу.... Да, да, я понимаю... Но... Да... Но и ты меня пойми, мы не можем заморозить столько денег, пока ты выкарабкаешься... А если нет?... Я понимаю, что ты не хочешь терять аванс... Что я предлагаю? Смотри, давай будем откровенны. У тебя с баблом напряг, машину держать, что бы она тебя ждала, я не могу. У нас на примете есть точно такая же, только чуть-чуть б/у. Всего пару тысяч миль. По сути новьё, муха на минутку села. Один в один. Ты даже не отличишь, тот же фарш, тот же цвет. Будет через месяца 3-4. К тому времени ты свои проблемы решишь, и она твоя.. Аванс пойдёт зачётом на неё.... И скинем чуток за то, что б/у. Да всегда, пожалуйста. Ну ты же меня знаешь. А то я не понимаю.... Ну всё, по рукам. Договорились, - Сёма повесил трубку.

- Учись студент. Ловкость рук, и никакого мошенничества. Теперь возьмём несколько дней паузы, дабы Филька не подумал худого. Через неделю, в тяпницу, поедешь с Сашей (наш главный спец-продаван легковушек) в "Шаляпин" (ресторан), будете Фильку соблазнять. Там у Толика (ещё один известный тушкан) днюха. Весь бомонд, век бы его не видать, там будет. Слушай чего говорить надо…

В пятницу Срук был в ресторане. Шиковал. Ну и правда, чего не погулять на чужие. Подошёл, поручкались, он в компании, все навеселе, жизнь бьёт ключом. Вскоре Срук со своими дружбанами на перекур выходит, мы следом. Он сигаретку разжигает, я сигары достаю. Саше даю и Сруку щедро предлагаю. Расчёт точный, сигары хорошие - кубинские Upmann, а Срук не может халяву пропустить. Опаньки... близко подплыла рыбка, теперь главное не упустить. Угостился, раскурил. Теперь правила хорошего тона уже его обязывают - хоть немного, но с нами поговорить. Впрочем, там все хитрованы, уши греют, вдруг кус падёт. Хорошо, нам этого и надо, начнём.

И как бы продолжаю разговор с Сашей:
- Ну короче, он отказался. "Аванс ваш," - говорит. Сёмка рвёт и мечет, подойти страшно. Может, просто сольём эту байду по-быстренькому? Процентов 10-15% скинем, ласточка влёт уйдёт. И нам хорошо, и кому-то подфартит. Такой ляльки нет нигде.

Срук ушки навострил, этот шанс не упустит.
- О чём толкуете?
- Да тут бес один от заказанного Рендж Ровера отказался. Тачка нулевая, фаршированная. Не машина, мечта поэта, - опционы расписал. - Ей на рынке ценник о-ё-ёй какой, но нам срочно её продать надо. Итак, сколько денег заморозили, Сёмка в бешенстве. А я что, виноват? Ты не знаешь никого, кто бы взял?
- Рендж - штука дорогая, - деланно засмеялся он. - Вот если бы дешевле было, можно было бы посмотреть.
Видит рыбка приманку, однозначно видит.
- Ой, не прикидывайся. Тоже мне, босяк без шнурков. Да для тебя деньги, как для моряка брызги. Такая машина будет лишь у тебя и у Майкла Джексона.

Тут уже вся шобла на нас смотрит. Срук же марку должен держать, обратной дороги нет.
- Вообще, интересно.
- Кстати, можем взять старую машину взачёт. У тебя же вроде Крузак. Какого года?
- Да вот она стоит, пройдём покажу. Ребята (это он своей компании), я сейчас вернусь.

Так-так. Понты качнул. Теперь рыбина наживку тихонько дёргает. Подошли. Достойный автомобиль, ничего не скажешь. Плюс, Срук на него кенгурятник нацепил, прибамбасы всякие.
- Трёхлетка, - вмешался Саша. - Надо, конечно, её на подъёмник, чтобы на состояние взглянуть, но для зачёта неплохо. И километраж невысокий. О, идея есть. Можешь Ренджик в лизинг взять.
- Вряд ли мне кто-либо его даст.
- Дадут, тут не сомневайся. Мы с одной компанией работаем, у меня там козырный контакт. Договоримся, без проблем. Крузак взачёт, ну и налик, чтобы догнать сумму до 50% от стоимости, а на остальную они тебе лизинг на 3 года дадут, - уверил Саша. - Давай так: ты завтра к нам на площадку подъезжай, там и твой аппарат оценим, и на Рендж посмотришь, а я ребят из лизинговой компании попрошу примерный расчёт сделать.
- Ладно, подъеду. Покумекаем, может и подсоблю вашему горю, возьму вашу тележку.
- Давай, будешь как рыцарь на белом коне. Все бабы твои будут.

Вернулись к компашке.
- Ну, Филю поздравить можете. Скоро новые колёса обмывать будем.
- О, поздравляем. Молодцом.
- Да ну. Рановато ещё, - засмущался Срук. - Завтра посмотрим.
Всё, на сегодня хватит. Теперь ему гонор и понты соскочить не дадут. Клюнула рыбина.

Тут я снова должен отступить и объяснить ещё одну штуку. Помимо торговли легковушками, была у нас в холдинге и лизинговая компания. Особо мы её принадлежность к холдингу не афишировали, да и находилась она в другом месте. Идея для её создания была проста, и посему гениальна.

Дело в том, что одним из основных бизнесов для холдинга была торговля б/у тягачами из США. Привозили мы Фреды (Freighliner), Пети (Peterbuild), Интера (International), и т.д., шаманили их и выставляли на площадку. В тучные докризисные времена (2007-2008) продавали в среднем по 75-80 машинок в месяц. Конечно, крупные парки у нас машины не покупали, ибо те ездили на "европейцах" типа Вольво, Скания, МАН (они же ходят в Европу, т.е. проходят по длине автопоезда), но и без этого хватало на хлеб с маслом и икрой. Типичный клиент - это либо маленький парк (обычно до 10 машин), либо водила, который хочет работать сам на себя.

Не буду петь самому себе дифирамбы, но скажу, что в пятёрку крупнейших поставщиков американских тягачей в РФ мы наверняка входили. Клиенты ехали к нам со всей РФ, от Москвы до самых до окраин. Даже из далёкого Казахстана приезжали, ибо репутация была отличная. Думаю причина проста - директором направления был Костя (я о нём немного уже писал в рассказе "Автобус для Президента"). Его основная бизнес концепция: "Обещаю две вещи. 1) Дешёво не продам. 2) Не обману."

Сами понимаете, обычно, торгаши б/у машинами исповедуют другую заповедь: "не обманешь - не продашь." Так вот, у Кости такого не было от слова совсем. Он говорил: "Я отвечаю за каждого продавана и за каждого предпродажника. А они отвечают за каждое слово и каждую гайку на каждой машине. Это не машины по дорогам едут, это моё имя и репутация едут." Посему, мы и закупали машины получше, и на предпродажку тратили больше. Соответственно, и машины были куда достойнее, чем у конкурентов. Более того, особо торгующимся клиентам напрямую предлагали пойти к конкурентам и давали адреса. Посмотрев и сравнив, процентов 80-85% потом возвращались и брали у нас.

Проблема была в том, что очень часто приезжали клиенты, у которых денег на покупку было в обрез (бывало, и на солярку, чтобы домой доехать, не хватало). Многим вообще машину покупать не следовало бы. Не понимаю, чем они думали. Может, желание работать на себя, а не на дядю, затмевало разум и способность элементарно считать. Самые глупые покупали у конкурентов откровенный хлам, который ломался, едва выехав с площадки. Потом они долго скандалили, кричали, плакали, и в итоге оставались вообще без копейки и в долгах после ремонта.

Другие, кто чуточку поумнее, брали хорошую машину, но в лизинг через нашу же компанию в холдинге. Вносили 30-40% стоимости, потом выплачивали машину за 2-3 года. В течение периода лизинга машины принадлежали нам, пока их не выкупали. Конечно, проценты были конские, но и риск был большой, ведь дефолтов была масса.

Более 40% лизинговых клиентов элеметарно не умели работать сами на себя, или тупо не умели считать доходы и расходы. Они тянули платежи, покуда могли, но часто конец (особенно, когда грянул кризис) был печален - они переставали платить. Мы посылали письма счастья, предупреждали, что если они пропустят 2-3 ежемесячных платежа подряд, то машинку заберём. Потом конфисковали, ремонтировали, и ...выставляли на продажу снова. Обычно, после подсчётов на ремонт, эвакуацию, амортизацию и т.д. к возврату клиентам оставалось немного. У нас даже были тягачи-рекордсмены которые продавались и по 3, и по 4 раза.

Самая тяжёлая часть лизинга - это забрать обратно технику. Изредка горе-клиенты возращали агрегаты сами, но чаще приходилось использовать силовой элемент. В детали сейчас вдаваться не буду, но если хотите настоящий экшн, очень советую попробовать забрать тягач где-нибудь из-под Красноярска, или прицеп из Надыма зимой. Или что угодно в любое время года в Дагестане или Осетии. Гарантирую, ярких впечатлений будет масса, на всю жизнь хватит. На моей памяти мы конфисковали под сотню единиц техники, такие истории бывали, книжку писать можно.

Как уважаемые читатели наверное поняли, весь расчёт был на то, что Срук возьмёт машинку в лизинг. Не может понтовитый халявщик пройти мимо. Если он будет платить, замечательно. Тогда мы продаём машину, и ещё получаем проценты по лизингу. Но скорее всего, выложив всего 50% за шикарную тачку, Сручья сущность возьмёт своё. Его логика проста и примитивна - "Без лоха и жизнь плоха. Машина уже у меня, нахрена за неё платить. Ну как эти офисные крысы смогут у меня, великого Фила, что-то забрать?" То бишь, почти 100%-ый шанс, что он просто-напросто попробует кинуть лизингодателя. У таких людей основной инстинкт работает по принципу "берёшь чужое, отдаёшь своё."

Срук и впрямь на площадку приехал на следующий день. Его Крузак оценили очень разумно, расчёт по лизингу гуманный, а главное, конечно, Ренджик под ласковым майским солнцем притягивал взгляды как магнит. По загоревшимся глазкам Фильки было ясно, без машины он не уйдёт. Торговался он, правда, упорно и вымотал всю душу. Потом позвонили в лизинговую компанию, ребята прислали обновлённый расчёт. Далее всё уже происходило без меня, но вскоре наш герой уже рассекал по Питеру на своём новом белом коне.

И снова сидим в кабинете у Сёмки.
- Ну что же. Половина дела закончена. Теперь будем полагаться на дедушку Фрейда и на низменные инстинкты Срука, - довольно сказал Сёма.
- Меня гложут сомнения, - заметил я. - Он такими глазами смотрел на тачку, что мне кажется, он её не выпустит. Продаст почку, но будет платить.
- Такие люди добровольно не платят. Не такое у них воспитание. Готов поставить тыщу долларов против бублика, что он не заплатит ни одного платежа.
- Не привык держать пари против своих интересов. Тем более, для меня это социальный эксперимент, можно ли приучить дикого Срука вести себя прилично в капиталистическом обществе.
- Поживём - увидим. Главное, отчётность по платежам мониторь. Скажи ребятам, чтобы они Крузак не продавали. Пускай почистят, подшаманят, и под навес загонят на площадке. У меня на него есть особые планы.
- Всё понял. Заседание продолжается.

Прав был Сёмка, знаток душ человеческих. "Ысть" действительно оказалась главенствующей чертой Срука. Всё лето, чуть ли не через день, я терзал девчонок из бухгалтерии одним и тем же вопросом - "был ли платёж?" и каждый раз слышал отрицательный ответ. "Не вздумайте ему звонить. Только ежемесячное письменное уведомление о просрочке платежа по адресу официальной прописки," - напоминал я.

Простите дамы, не могу удержаться от скабрезности. Просмотрев лизинговые документы, я заметил, что Филька, несмотря на шикарные апартаменты на Петроградке, официально был прописан в деревушке Скотное (это в Ленобласти, чуть севернее Питера). А если ехать туда с родного Выборгского шоссе, то надо было проехать через деревню Лупполово.
Регулярно Сёмка интересовался:
- Ну как там наша скотина из-за Лупполово?
- Не мычит, не телится, - бодро отвечал я.
- Спокойствие, только спокойствие, - ухмылялся он, и начинал фальшиво напевать бессмертный хит Abba "Money, money, money. Must be funny. In a rich man's world."

И вот настал день "Д". Мы с Сёмкой снова засели в кабинете
- Прошло 3 месяца, уже осень. Как наш залупполовец?
- Ты был прав. Ни одного платежа. Горбатого только могила исправит, - ответил я.
- Видишь, я же говорил "не сцы в компот, там повар ноги моет", - усмехнулся Сёмка. - Слушай меня и учись, пока я жив.
- Слушаю и повинуюсь, блистательный и солнцеподобный халиф.
- Теперь пора потрогать клиента за вымя. Махмуд, зажигай.

Казалось бы, чего легче. В машине (как и всегда) установлен секретный маячок, отследить не проблема, административный ресурс в наличии, да и опыта хоть отбавляй. Сколько мы тягачей и прицепов за просрочку лизинговых платежей позабирали, от Брянска до Омска, от Мурманска до Краснодара. А вот тут, в самом Питере, накладка вышла - и какая.

Опростоволосились и ребята из лизинга, и продаваны с площадки (ну и, естественно, мы с Сёмой пенку пустили), отдали Сруку по дурости все ключи. Не продумали до конца, сказалось отсутствие опыта с легковушками, ведь для того, чтобы завести американский тягач, - ключ не проблема. У нас были и свои умельцы, и вообще, под многие тягачи постарее подходил чуток переделанный ключ от Волги. А вот сделать работающий дубликат на Рендж Ровер без самой машины невозможно. Оставался один выход - утащить машину на эвакуаторе.

Но эвакуатор - это же не ковёр самолёт, дунул-плюнул, и ты там. Водила должен знать куда ехать, хотя бы за час-полтора. Да и сам процесс загрузки машины не секунду занимает. А Срук, мерзавец эдакий, как будто почуял, что запахло жареным. То он вообще из города уедет в какой-нибудь Выборг, мы сидим кукуем. То он где-то в Гатчине тусит, мы посылаем эвакуатор туда, а он хлоп, и умотал в Петергоф. На следующий день он в Сестрорецке, эвакуатор за ним, а он уже где-нибудь в Саблино. Эвакуаторщик не может за ним по всему Северо-Западу ездить. И так - неделя за неделей. Послать эвакуатор тоже денег стоит, и неважно, забрал ты машину или нет. Так что убытки одни. Звериный нюх у Фильки на опасность, что есть, того не отнять. Менеджер лизинговый, бедолага, днями сидит, за маячком следит, а всё бестолку. Мы уже отчаиваться начали.

Думаете, наверное, "а чего же вы такие тупые, что не попытались взять медведя у берлоги?", у дома то бишь. Пробовали, пытались, да зуб обломали. Красиво нас Срук обул, ничего не скажешь. Дело в том, что проживал он в старинном доме на Петроградке, а там дворик был внешне простой, а в реалии очень хитрый.

Дореволюционные здания Петроградского, Василеостровского, Адмиралтейского, и Выборгского районов - именно их снимками украшают обложки журналов. Именно ими и восхищяются миллионы туристов, бесперерывно щёлкая фотоаппаратами и телефонами. Но редкий человек видит, что скрывается за красивейшими фасадами, а ведь там истинная изнанка города. Только свои заходят туда, а чужакам там не место. Мрачные дворы-колодцы с потемневшими от сырости стенами и падающей штукатуркой, укромные тёмные уголки, куда никогда не попадает солнце, навсегда забытый хлам и отходы, когда-то замурованные двери в подвалы, массивные железные решётки в неожиданных местах, запахи из открытых окон коммуналок, и хитрейшие проходы, зная которые, в минуты можно уйти от любой погони. Какие страсти, драмы, радости, и трагедии происходили там. Какие тайны навсегда молча хранят в себе эти дворы. Надеюсь, найдётся кто-нибудь, кто приоткроет завесу, что висит десятилетиями и веками.

Двор дома, где обитал Срук был именно такой. Проходя или заезжая через арку, где стоял шлагбаум, посетитель попадал во двор. Там и парковалось большинство жильцов. Большинство, но не Филька. В конце двора была ещё одна, маленькая и узенькая арка, и после поворота за неё появлялась ещё одна мини-парковочка, буквально на 2 машины, слева и справа. С другой стороны эти места надёжно охранялись старинной чугунной кованной оградой, за которой был сквер. Именно там Филька и устроил лежбище для белоснежного красавца. Кроме того, окна его квартиры смотрели прямо на машину. Более сохранного места придумать было нельзя. Незаметно вытащить авто, не повредив, была воистину невозможная задача. К машине можно было подойти, потрогать, но забрать её было никак - близок локоток, да не укусишь.

Узнав про наши потуги, Сёмка разрубил этот Гордиев узел одним ударом.
- Старого пса новым трюкам не обучишь. Бросим приманку ещё раз. Дай я позвоню одному человеку.

На следующий день.
- Ок. Звонил Лёше, это мой друг детства. Вообще-то он механик, но актер мастерский. Ему бы в театре играть, а он мотористом вкалывает. Дал ему телефон залуполловца, он представится а ля Вадик номер 2. Встретятся в "Айвенго", он сообщит когда. Там парковка для нашей цели очень удобная, и наш безопасник с ментами на всякий случай договорится. Наш малоуважаемый неплательщик оглянуться не успеет, как шашка прыгнет в дамки. А всех расходов-то - лишь на бесплатный ужин и пузырь вискаря. Хотя, если дело выгорит, дам Лёше ещё тысяч пятнадцать.
- Не мало?
- Я бы больше дал, не жалко, но он, как деньги шальные появляются, сразу в запой уходит. Так-то он зп домой несёт, а вот весь левак прогудеть должен. Есть, к сожалению, такие люди, им больших денег нельзя на руки давать, дуреют они от этого.

Не смог Срук пропустить жирную наживку. Всё-таки неистребима алчность человеческая. Узнав, что он сможет кинуть ещё одного бедолагу, Филька метеором помчался на встречу. Лёша специально пораньше пришёл и занял столик подальше в глубине зала, дабы парковку не было видно. В нём действительно пропадал талантливый актёр. Во время встречи плакался о сволочах-конкурентах, клял бессовестных таможенников, сетовал на тяжёлую судьбину, хватался за голову, молил о помощи, и обещал золотые горы. Срук же распушил хвост, вешал лапшу на уши, снисходительно похлопывал собеседника по плечу, и в конце выкатил ценник. Лёша униженно благодарил, обещал ответить завтра, порывался Фильку обнять, даже слёзы счастья пускал.

Операция прошла на ура. Пока шло лицедейство, эвакуаторщик, ребята из лизинга и безопасник сработали чётко. Выйдя из ресторана, Лёша тут же укатил (для такого дела ему специально на день выделили Камри), а Срук... увидел пустое место. Надо отдать должное, он сразу обо всём догадался. И тут же у меня зазвонил телефон.

До сих пор жалею, что не записал этот монолог. В нём было всё - и рык раненного тигра, и вой волчицы о погибщих волчатах, и шум горной реки, и плач Ярославны. А какие прилагательные, существительные, глаголы, и деепричастные обороты использовал пылкий оратор. Какие эпитеты лились рекой из его уст. Сколько страсти, эмоций и надрыва было в его голосе. Жаль, я не филолог, этого материала однозначно бы хватило на докторскую диссертацию. Наконец, мне надоело:
- Срук, тьфу, Филя. Я тебя внимательно слушал. Одного не понял, чего ты сказать-то хотел? Ты договор подписывал? Подписывал. Тебе письма посылали? Посылали. Ты платил? Не платил. Ну так какие претензии? Не расстраивайся ты так. Пустяки это всё, дело житейское. Машиной больше, машиной меньше. Но спасибо, что позвонил, всегда рад поболтать, только сейчас некогда.

Ребята из лизинга оперативно сделали подсчёт. Учли амортизацию, эвакуацию, ремонт, пропущеные платежи, пени, пени на пени, неустойку, штраф за досрочное расторжение договора, короче подсчитали всё, что можно. С душой отнеслись, пассионарно. К возврату Сруку осталось совсем немного.

Он снова закатил скандал и истерику, правда в этот раз я во внимающей аудитории не был, это счастье выпало на долю ребят из лизинга. Говорят, он кричал, грозился, стращал. Потом просто умолял вернуть денежку обратно. Ему ребята ответили просто: "Вот расчёт. Хотите? Приезжайте, подписывайте бумажки, и его переведём вам. Только велели передать, если заберёте, то без обид. Все транспортники будут об этой истории знать. Так когда вас ждать?" Срук затих, обещал подумать. Так и не приехал.
И вот мы снова в кабинете у Сёмки.
- Подбиваем баланс. Раз - Рустам до сих пор наш клиент. Это уже хорошо. Два - Славик Рендж выкупил, нахвалиться не может. Молодец, нечего сказать, - и с тендером, и наездом разрулил. Глянь, нам два Стетсона в благодарность передал. Чур, я себе бежевый возьму. Кстати, предпродажникам, что тачку чистили, премию выпиши. Но немного, нечего их закармливать. И не забудь, Саше к бонусу тысяч 25 добавь. Три - я думаю Вадика обрадовать, а то он в депресняке тоскует. Дам ему бонусом на Новый Год Филькин Крузак. И, главное, скажу, как он к нам попал.
- Щедрое телодвижение.
- Вадюха работник в целом хороший. И урок свой уже получил. А тачка пока на балансе компании повисит. Сразу обговорим, это его бонус на три года вперёд. Отработает, перепишем колёса на него. И сотрудника перспективного удержим, и на бонусе сэкономим. Блин, запамятствовал, ребятам из лизинга тоже небольшой бонус дадим, хоть они и с ключами маху дали.
- Лады. А Лёша как?
- Дал я ему уже двадцатку. Как чуял, не надо было. Запил, даже трубку не берёт. Ты всё записал? Давай, подсчитывай итог.
- Смотри. Движухи много, а профиту серединка на половинку.
- Война - фигня. Главное манёвры. Как доход с благотворительной акции, совсем недурно нам мальчишкам на молочишко осталось. Ну а с тобой мы в конце года посчитаемся. А главное, мы выполнили обшественно-полезную воспитательную функцию и восстановили справедливость, чем вполне можем гордиться. Ведь правда?
- В чём сила? В правде.
- То-то и оно. Ну ладно, закругляемся. Нас ждут великие дела в борьбе за денежные знаки.

Вот, пожалуй, и вся история. А, чуть не забыл.

Срук из поля зрения резко исчез. Месяца через 3-4 я краем уха слышал, что он кинул серьёзных парней, и его ищут. Ещё через полгода кто-то упомянул, что его квартиру банк забрал, и она выставлена на продажу. Думал, брешут, но оказалось правда. Впрочем, далее судьбой Фильки я особо и не интересовался, грянул кризис 2008-2009 гг и так было чем заняться. Вскоре я о нём совсем позабыл.

Как-то в середине весны 2010-го я вечерком возращался из Матвеевского сада, собаку выгуливал. По пути домой я должен был пересечься с Вадиком на Большом Проспекте, тот должен был мне кое-какие бумаги подвезти. Встретились, разговариваем. Вдруг смотрим, Филька. Весь помятый, постаревший, но несомненно он. В нарядном прикиде вылезает из вусмерть убитого Фокуса, только запарковался. Наверное, в ресторан "Капулетти" направляется.
- Сколько лет, сколько зим, - замахал рукой я.
- О, какие люди без охраны, - весело заорал Вадик.

Срук резко поднял голову, узнал нас. Потом увидел свой, вернее уже Вадика, приметный Крузак. Побледнел, искривился, на секунду замер, потом прыгнул обратно в машину, резко дал по газам и умчался прочь.

Даже "здрасте" не сказал. Обиделся, видать. Вот чудак-человек.

47.

Навеяло историей https://www.anekdot.ru/id/962395/
(Если вы спросите пьяницу, какое число больше — 2/3 или 3/5, он вам не сможет сказать. Но если вы переформулируете вопрос...)

Работаю на ТВ. Делаем сюжет о цифровизации здравоохранения. Кто не знает - это перевод бумажной волокиты и прочей бюрократии в цифровую форму. Т.е. врач нажатием одной кнопки может вывести на экран своего монитора всю необходимую ему информацию о конкретном пациенте. И ему не нужно бегать с многотомными бумажными историями болезни в регистратуру и обратно. Регистратура как таковая просто аннулируется. Пациенты в свою очередь получают возможность занимать электронные очереди, получать результаты анализов и записываться на прием к врачу в онлайн-режиме, посредством компьютера или смартфона, не выходя из дома или находясь где-нибудь в отдаленном населенном пункте.
И так, сюжет готов, осталось протитровать (написать титры) всех людей, говорящих какие-либо слова на протяжение сюжета. Пишем - ИванИванов - главврач, ВасилийВасильев - педиатр, СидорСидоров - ... короче понятно. Доходит очередь до тётки, которая пришла в больничку чтобы забрать какую-то справку, в интервью она говорит как теперь стало хорошо и ей всё нравится. Подписываем - НатальяНатальевна - пациент.
Говорю журналисту:
- А с чего это она "пациент"?
- Ну она же не врач.
- Ну и не пациент. Давай ничего не будем писать во второй строке, имени будет достаточно, зритель и так поймет кто она.
К нашему диалогу подключается редактор и принимает сторону журналиста, мол вторую строку нельзя оставлять пустой, все титры должны быть одинаковыми - шрифт, размер, цвет, количество строк и т.д.

Чтобы отстоять своё мнение привожу им пример, который выдумал на лету.
- Не всем людям нравится когда их называют пациентами. Вот представьте, вам двоим для устройства на работу или для получения водительских прав, да не важно для чего нужно получить справку о том, что вы не состоите на учете у психиатра. Вы заказываете справку онлайн и без всяких очередей получаете её в назначенный день. В коридоре медучреждения к вам подбегают люди с видеокамерой и микрофоном, и спрашивают нравится ли вам новый сервис. Разумеется вы отвечаете, что "всё отлично и вам очень нравится", а вечером включив телевизор вы видите свои довольные рожи с подписью Ваня и Федя - пациенты психиатрической клиники, и заявляете такие - "ОТЛИЧНЫЙ СЕРВИС, НАМ ОЧЕНЬ ПОНРАВИЛОСЬ!"

И добиваю:
- Ну а чЁ, логично же - вы находитесь в "психушке", но вы не врачи...

...короткая пауза...

- А, ну да, действительно, она же только за справкой зашла. Оставляем вторую строку титра пустой, просто имени достаточно.
)))

48.

"Настоящий парусный спорт!"

Как-то под вечер раздался телефонный звонок.

- Дружище, не хочешь завтра с утра потренироваться немного шкотовым на «Звёзднике».

- На чём, на чём? – У меня не было парусного детства, и начинал я с крейсерских яхт. Поэтому для меня что «оптимист», что «кадет», что «дракон» – в общем любая лодка до 30ти футов – это был таз со шваброй посередине. Я их не особо различал, да и не сильно смотрел на всю эту мелочь и горел лишь океанскими яхтами, дальними походами с пиратами, аристократами и дегенератами.

- Ну яхта класса «звездный». Посмотришь что такое настоящий парусный спорт, а не ваше соплежуйство на крейсерах!

- Соплежуйство?! Ну-ну! Давай глянем, что же это за парусный спорт-то такой! – Опыта тогда у меня было хоть не много, но пару раз поштормовать уже приходилось и как у каждого зеленого, только что нюхнувшего моря, яхтсмена гонору было хоть вёдрами черпай.

- Завтра в восемь. Ветра будет много, так что одевайся нормально. И трубку, кстати, с табаком своим заморским можешь не брать хе-хе). – И телефон замолк.

Ну про трубку, думаю, это он погорячился. Как так?! На яхте и не покоптить!? Одеваться нормально? – ну ведь не «непромоканец» же одевать, ей богу конец сентября, тепло и чуть ветрено. Так и быть - шорты сменю на штаны, и курточку прихвачу. (Кто ж знал, что на «Звёзднике» у тебя лишь тапочки на яхте – а сам ты весь в 10 см над водой висишь!)

Притопал я в Яхт-клуб. Женя поёжился, оценив мой прикид: «Суровый ты пацан, говорит, совсем тебе море по колено».

Тут у меня закрались кое-какие подозрения, что не всё так будет радужно, как я себе это представлял, но виду, ясное дело, не подал – куда там!? я ж в трёх походах был! Волк Ларсен, мать его! Адмирал уже практически!

Подошли к «звезднику» - ни штурвала тебе, ни лебёдок, мачта с девичью талию и бакштаги с конский волос. Неполные 7 метров этого счастья и лишь немного места для рюкзачка в носу. Игрушка какая-то, подумал я, и залез в лодку.

Женя занял место рулевого и мы отошли.

- Одевай «трапецию» (жилет такой, чтобы на открене висеть), говорит, только отрегулируй по размеру, а то дохлый ты и мелкий для «звездного» шкотового, тут тебе еще бы кг 30 не помешало. (у меня 80).

Одеть, я её одел, но отрегулировать нормально не смог. Ай, думаю, и так сойдет – ногами зацепился за ремень, прессуха есть – выдержим!

И тут как раздуло! «Звездник» закренивает, Женя орет:
- Откренивай, мать твою, активней!

Я открениваю как могу, сижу уже на борту «на полбулки», тело за бортом, трапеция не работает – держусь руками.

- Руки, б… , убери! - кричит Женя, не хватает веса!

Убрал руки на грудь, вся нагрузка только на пресс.

- Куда ты их прижимаешь, баклан?! Руки тоже вес имеют! За голову!!!

Убрал за голову, вцепился в капюшон – вишу выпучив глаза.

- Херли ты в капюшон вцепился?! Вытяни руки, к едреней Фене и жопу свесь с борта!

«Ёп твою….! …этот «звёздник»! … этот парусный спорт!» - думаю я. Вытянулся по струнке, руки прямые, вишу над водой в паре сантиметров, уже весь мокрый от брызг, спиной то и дело цепляя воду и делаю вид, что мне вполне комфортно.

- И сколько так ехать будем? - как бы скучая, спрашиваю я.

- Минут 15 – 20 до поворота. – Отвечает Женя.

- СКОЛЬКО, ЁП?! 20 МИНУТ?! ХЕРАСЕ!!!! – теряю я полностью хладнокровие.

- Терпи, салага, говорит Женя, ты ж вроде в армии в каких-то там войсках особенных служил, вот и не ной!

Падла, думаю, опять придется за честь мундира охреневать… и это уже после дембеля! Заткнулся, висю… Матерюсь про себя, считаю минуты, вспоминаю всех родственников Жени и Петра Великого…

- К повороту! – кричит рулевой.

- Ххатооов! – хриплю я в ответ.

- Поворот!

Рывком влетаю на яхту, скидывая шкот. Гик проносится над головой. Выбираю другой – но не успеваю.

- Добивай, теперь! – Кричит Женя.

Тяну, чуть глаза из орбит не лезут – нет у них лебёдки, мать его, нет! Много ветра, не могу выбить в доску, несмотря на то, что рулевой даже привёлся.

- Тормоз, ты, крейсерский! – говорит Евгений, - на следующем повороте быстрей со шкотами! Один сбрасываешь со стопора, хватаешь другой и вместе с ним прыгаешь за борт! Готов?!

- Готов!

- Поворот!

Сбрасываю, хватаю, выпрыгиваю и уже в полёте понимаю, что схватил слишком далеко! Шкот тянется и тянется и… хлюп - я верхней частью туловища ухожу под воду. Рывком сажусь на борт, хорошо, что ногами всё же крепко зацепился за ремень. Шкот в руках – опять недобитый!

- Во кретин! Это тебе не рюмки на «крейсере» тягать! – надрывается Женя, - давай еще раз!

В общем, в конце концов, я даже приноровился и довольно сносно откренивал. Ну что значит приноровился – мы не перевернулись и мачту сохранили.

Про то, что там бакштаг реально, как в песне Ландсберга «звучит, как первая струна» я уже упоминал, когда писал про конский волос. Так вот они действительно очень тонкие и одна ошибка в работе с ними может привести к потере мачты, которая, кстати, в свою очередь, гнется и изгибается, как резиновая.

Одним словом весь этот аппарат – это, прям, филигранный инструмент, прям, скрипка Страдивари какая-то, а не яхта. И без понимания материи делать на нём нечего!

Подводя итог, хочу сказать, что мне очень понравилось… и скорость, и сам драйв, хотя, признаться, я в жизни своей еще так не охреневал, как в эти два часа.

Но всё же второй раз на «звёздник» меня не затянешь – как бы прекрасен не был такой парусный спорт, но крейсерские яхты мне почему-то родней.

P.S. И да... трубочку на «звёзднике» особо не раскуришь)