Анекдот от

Решили проверить — чьи выпускники медицинских ВУЗов грамотнее — англичане, американцы или советские. Положили в комнате два скелета. Заходит американец.
— Что вы можете сказать об этих вещах?
— Это мужчина и женщина, они умерли не более года назад.
Заходит англичанин.
— Что вы можете сказать об этих вещах?
— Это мужчина и женщина, они умерли полгода назад.
И перечисляет все наследственные заболевания, которые у них были. Заходит русский — выпускник медицинского института.
— Что вы можете сказать об этих вещах?
— …
— Так что это такое?
— Да вроде… скелеты…
— А вы можете что-нибудь еще о них сказать?
— …
— И чему вас только в институте учили!
— (пораженно) Боже мой! Неужели… это Маркс и Энгельс?..

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

сказать можете этих вещах заходит женщина мужчина

Источник: anekdot.ws от 2019-3-19

сказать можете → Результатов: 126


1.

Запостил сюда позавчера историю о вреде хамства и "отключенной думалки" . Как малолетние недалекие пьянчужки-водители нахамив приехали в неприятности. И вспомнил другую историю. О пользе вежливости. Когда она реально выручает. Уже из личного опыта.

Когда еще жил в Питере, какое-то время довелось жить на Невском проспекте. В наш двор, на детскую площадку, часто приходил кто-нибудь попить пива и посидеть. Угол школы и подстанции, находящихся в нашем дворе, при этом регулярно оказывался обоссаным... Как-то раз летним вечером, когда я только вернулся домой с работы и едва успел сходить в душ, жена пожаловалась, что во дворе на детской площадке расселись какие-то мужики. Пьют пиво и галдят пьяными голосами. Детей всех распугали. Как был, в махровом халате, весь в своих мыслях о работе, вышел во двор. Подошел к мужикам.

Говорю спокойным тоном:
- Мужики. У меня к вам БЧП - Большая Человеческая Просьба...
- Говори, - ответил самый по виду авторитетный из них.
- Вы могли бы куда-нибудь в другое место пойти? Я понимаю, вы хотите где-то посидеть, поговорить. Но... Мы. Тут. Живем. Здесь играют наши дети. Сами подумайте. Когда в вашем дворе кто-то занимает детскую площадку и не дает ВАШИМ детям играть спокойно...

Парни помолчали несколько секунд и тот же "главный" ответил:
- Да, не правы. Извини, братан. Щас уйдем.

Как по команде они поднялись и пошли на выход из двора. Я вдогонку:
- Мужики, можете свои банки пустые забрать?
- Хорошо.
- Спасиб, мужики!
Мужики вернулись и забрали пустую "тару", каждый свою.

Я пошел к нашему "подъезду" - стальная дверь нашей квартиры на первом этаже выходила прямо во двор. В дверях стояла жена, сжимая в одной руке мобильник, а в другой - четырехствольный "травмат". Так я узнал, что у нее, оказывается, есть пистолет. К слову сказать, себе я травмат никогда не оформлял. Считая, что он только помешает в сложную минуту, если все время на него рассчитывать.

Я спросил жену:
- Чего вышла? Да еще и с "волыной" своей...
- Ты что, БОЛЬНОЙ!?!? Сегодня же День ВДВ!! Они все вон какие "кривые" уже!
- А-а! - догадался я, - Так вот почему они все в тельняшках и беретах! А я-то! Не сообразил даже. Заработался я, отдыхать надо. Совсем уже башка не варит с этой работой - на десантуру поддатую попер. Прям в банном халате и пляжных тапочках. Хорошо хоть, что вежливо с ними поговорил - жив остался...
- Свезло, - согласилась жена, пряча в сумочку травмат.

2.

Друг-ресторатор со стажем рассказал историю. В бизнесе он давно, лет уже 25, не меньше, как впрочем и все мы, студенты конца 80-х - начала 90-х годов прошлого века.
Так вот. Секретарь приносит ему заявление о личном приеме. Гардеробщица одного из его ресторанов, девчонка 20 с небольшим лет, просит принять его по "стратегически вопросам развития ресторана". Мой товарищ сначала слегка опешил или впал в замешательство, называйте это как хотите, но потом быстро пришел в себя. Ведь интересно сразу же стало, что ему о стратегии может рассказать молодая девчонка, даже имени которой он не знает. Поэтому позвал ее незамедлительно.
Эмоция интереса столь редка в нашем возрасте, что я на его месте поступил бы также. И вот, девочка рассказала, что она находясь на переднем фронте бизнеса - в прямом контакте с потребителем - видит и слышит многое.
Я - гардеробщица. Для посетителя я - никто, ноль, можно сказать, или просто функция "принять-отдать вещь". При мне они говорят без утайки, обсуждая проблемы кухни и качества обслуживания персонала, официантов и сервис. Все, одним словом. Я знаю почему они уходят и не возвращаются.
- Так, - спросил мой заинтересованный товарищ. - И что же ты предлагаешь изменить в нашей работе?
- Не надо ничего менять. Дайте мне только 20 небольших мягких игрушек для номерков. Если я вижу, что человек богатый, в дорогом костюме или с ключами от крутой тачки, я дам ему номер с 1 по 20 - на них мы прицепим небольшие игрушки. Номерки с 20 по 60 снабдим красными жетонами, а с 60 - по 100 - обычные жестяные.
Как только на столе официант увидит номерок с игрушкой, он быстрей поросячьего визга принесет дорогой коньяк Хеннеси в качестве комплимента. И шуршит как пчелка трудолюбивая везде, и скоро успевая, и высказывая много любезностей.
Если увидит обычный жетон на номерке, то обслужит конечно, но по мере возможности в порядке живой очереди после випов.
Дали девочке добро на эксперимент и сразу же понравилось. Когда зал был полупустой или так себе, девочка давала вип-жетоны студентам. Им в качестве комплимента стали носить Хеннеси. Сразу же пошли разговоры, что здесь Хеннеси на халяву. Ресторан стал заполняться. Выручка по году выросла в 2,5 раза. Сейчас они дошли до того, что если видят что клиент с ключами от Мерса приходит, то они ему тортик с нарисованной эмблемой Мерседеса выносят.
Короче трудятся.
Девочка эта стала операционным директором современной таверны, что не мешает, впрочем, ей стоять за гардеробным столом и работать гардеробщицей. Время от времени, конечно же.
Прикольно, но только недавно слышал эту историю из уст одного американского коучера в видеоролике, хз как попавшим на мои радары и даже просмотренным.
Коуч правда приврал, что он присутствовал при процессе первоначальной беседы бизнесмена-ресторатора и девчонки-гардеробщицы, причем делал это тайно, сидя в шкафу. (Вы можете себе представить до какой степени выдумки доходят коучеры чтобы развеселить публику?)
Впрочем, ещё больше развеселил рассказ коучера, что девушка просила оплаты труда не поднимать, дескать ещё рано ей развращенной деньгами быть, так как она еще молода, то есть юна и невинна.
В любом случае, друзья мои, как говорил мой товарищ - не знаю покойник или еще живой - Валерий Палыч Резников, с людями надо разговаривать то есть, общаться.

3.

"Если у Вас нету дяди."

Я уже как то рассказывал о дяде моего отца (может кто читал истории про сестру Чойбалсана, Ландау, Германа Титова). Это был уникальный, добрейший, и выдающийся человек. Ушел на фронт в июне 1941-го вместе со всем своим курсом, служил фронтовым хирургом, дослужился до полковника и вышел в отставку. Потом почти 30 лет он проработал в ЦИТО и через его приемную и хирургический стол прошли десятки знаменитых Советских спортсменов, политиков, актеров, научных деятелей, итд. Кавалер разных орденов, лауреат всяческих премий, доктор наук, автор более 100 научных статей, нескольких монографий, с дюжины изобретений, итд, итп.

Как водится такие люди и дружат с людьми яркими и неординарными. Например он дружил с Ю.В. Никулиным (актер кино и цирка), c С.П. Капицей (учёный), и Е.А. Фёдоровым (врач 1-го отряда космонавтов). А ещё один его друг сыграл достаточно ключевую роль в истории моей семьи. Про него и речь пойдёт.

После института мой отец был призван дабы отдать 2 года на благо танковых войск CCCP в качестве комвзвода. Прошёл год, другой, до дембеля остались считаные недели и тут организовываются танковые учения. Наверное отец мог от них и отмазаться, ведь дембель на носу, но он человек очень ответственный, если Родина сказала надо, значит надо. Хоть это и было начало 70-х, он служил на Т-55. Тогда в их дивизии (кстати ей командовал Геннадий Маргелов - сын того самого Маргелова), все офицеры, от комвзвода то комбата должны были быть примером для призывников, так что ожидалось что все офицеры умеют отлично и водить танк и стрелять из танковой пушки.

Свои машины стояли на консервации, в коконах или полукоконах. А для учений пригнали танки из тех что гоняли на учения из полка в полк. И готовили их учениям не сами, а хрен знает кто. Танков было несколько и для учений сформировали группы из комвзводов, комрот, и комбатов для каждого танка. Отцу естественно не повезло и он попал в группу с своим комбатом, ротным и другим взводным. Каждый член группы должен был показать навыки как командир танка, механик-водитель, наводчик и заряжающий (т.е. после каждого "круга" все менялись местами и "должностью"). Задание простое - провести танк по местности, преодолеть какие-то препятствия и сделать несколько выстрелов из танковой пушки по мишеням. Учения начались, поехали.

Сначала отстрелялся комбат, потом ротный, потом очередь моего отца дошла. Тут он видит что тот кто готовил танк к учениям забыл поставить загородку которая блокирует откат пушки после выстрела (грубейшее нарушение безопасности). И главное этот танк кто-то допустил к учениям. Вот здесь получилась дилемма, кстати очень жизненная, если экстраполировать ситуацию. По правилам танк принимать в таком состоянии нельзя, но тогда надо останавливать учения, докладывать выше. А кому выше-то, комбат рядом. И главное и комбат и ротный уже приняли танк и отстрелялись. Получается что некий взводный, прямо перед дембелем, начинает права качать и выставлять вышестоящих нарушителями. Что он самый умный что-ли? То есть или надо идти на принцип, или просто тихонько принять танк и отстрелять свои несколько выстрелов. Он и выбрал последнее, за что и поплатился.

Сделал мой отец один выстрел, другой, и вот последний и последняя мишень. В пылу учений забыл он про неустановленную загородку и тут же был наказан. После выстрела пушка откатом ударила его в локоть правой руки. Пушка у Т-55 ого-го какая. И откат у неё тоже ого-го какой. И сносит пушка ему локоть напрочь. Вместо локтя месиво из жил, вен, костей, мяса, итд.

Что должен сделать человек? Наверное взвыть белугой, распихать всех и вся, и требовать чтобы его срочно везли в медсанбат. Что же делает он? Ему стыдно прекращать учения и он сжав зубы приткнулся к стенке. Тем более что при следующем круге ему надо быть командиром танка.

До сих пор не понимаю как он дотерпел до конца учений. И ещё больше не понимаю как он из танка вылез и даже виду не показал, руку как то лишь как то прикрыл. Вылез, но честь отдать может лишь левой рукой. Комполка "ты чего?" "Да там фурукнул вскрылся" отвечает. "Тю-тю какие мы нежные, ну иди до врача." Пошатываясь добрёл до врача, показал, тот в ужасе. Срочно вкатили обезболивающего и в машину, а там он и отрубился.

Привезли в медсанчасть. "Ни хера себе?" Как же тебя угораздило то?" Локоть орган очень непростой, оперировать его не каждый, даже опытный, хирург ортопед возьмётся, но армейских эскулапов это не смутило. Как то осколки костей вытащили, где могли зашили, где не могли бинт наложили, ну и всё "принимай Суоми красавица". Ну и койку в палате выделили естественно.

Операция прошла по принципу песни "слепили из того что было, а что было то и полюбишь." Что должен делать человек? Я бы "караул" кричал. Но отец просто пишет письмо домой левой рукой (он умеет) что "да дембель на носу, но я дома буду позже. Служба задерживает. Всё нормально."

"Всё нормально...???" Мать получает такое письмецо. Видит что писано левой рукой, дураков же нет. Она срывается и едет к нему в часть, благо это не далеко (900 км) и видит этот цирк. Вернее смотреть там особо не на что, большой бесформенный клубок. Она тут же сообщает что думает об отцовских чудачествах, о местных хирургах, требует снимки, отсылает их и звонит дяде в Москву. Тот заявляет "ситуация аховая, надо срочно ехать в ЦИТО, иначе может быть худо. На армейских "коновалов" надежды мало, им лягушку опасно доверить препарировать, не то что локоть. Как обычно лечат в армейских госпиталях он знает не понаслышке, недаром сам с 1941-го по конец 50-х погоны носил."

И тут мой отец начинает идти на принцип. "Это что такое, я сам виноват. Не доложил, принял танк, должен нести ответственность. И с чего это я, офицер СА, не должен доверять армейским врачам? Они что, клятву Гиппократа не давали? Плюс, ЦИТО это для гражданских, вот дембельнётся, тогда посмотрим." Мать на него орёт "ты что, не понимаешь, пока ты не восстановишься, хрен кто тебя на дембель отправит. А тут счёт на дни идёт, запустишь ситуацию - потеряешь правую руку. Кем ты будешь? Хочешь стать инвалидом в 24 года?" Но отец человек упрямый и принципиальный, переубедить очень тяжело. Мать о дилемме дяде сообщает и он успокаивает "Ах так, ждите звонка."

Прошло пару часов, время под вечер, кое кто из эскулапов уже начинает спиртик принимать, благо его много, да и любили они это дело. И тут звонок, слышится командный голос "Начальника госпиталя к телефону." А начальник военного госпиталя есть фигура неоднозначная. Ему сам чёрт не брат, помимо комдива его хрен кто "построить" может.

"Ну, и кто меня тут беспокоит в этот поздний час?" "С вами говорит Главный Хирург Советской Армии, генерал-полковник Александр Александрович Вишневский. Представьтесь по форме." Начальник госпиталя бы меньше охренел если бы в госпиталь прилетели марсиане и вымыли толчок. Он чуть не проглатывает трубку, падает со стула, потом встаёт, застёгивается на все пуговицы и рявкает "Здравия желаю товарищ Главный Хирург Советской Армии. Докладывает подполковник Х...." "Подполковник, у вас там лежит старший лейтенант Ш. Какого спрашивается чёрта не можете сделать нормальную операцию локтя. Если не умеете, так и скажите. Я в принципе готов сам вылететь с бригадой хирургов и показать как надо лечить Советских военнослужащих. Вам нужна помощь?"

Начальник госпиталя снова чуть не падает и единственное что он может вымолвить "Что вы товарищ генерал-полковник? Всё будет сделано в лучшем виде, я сам лично проконтролирую и буду оперировать." В ответ "Я буду регулярно звонить, будете давать мне лично отчёт."

У бедняги подполковника ступор. Можно пожалуй сравить если бы председателю захолустного колхоза позвонил лично товарищ Брежнев и предложил прибыть в качестве комбайнера и помочь при уборке ячменя, ибо без него не справляются. Он прибегает к отцу в палату и говорит "Мать честная, я только о такой должности как Главный Хирург Советской Армии краем уха слышал. А тут довелось лично пообщаться." Естественно отношение тут же меняeтся, врачи госпиталя собираются на консилиум и достают запыленные книги со студенческих времён. Всё что сделано распарывается, разбивается, снимается, и операцию переделывают заново. Ну а А.А. Вишневский (пусть земля будет ему пухом) периодически названивает и ему идут бодрые отчёты.

Но далее идёт всё как по знаменитому фельетону Жванецкого. "Оперируют они удачно, они выхаживать не могут." "Вы хотите что бы он оперировал хорошо, и ещё выхаживал ночами?" "Я хочу что бы он жил." "Так скажите спасибо что он оперирует хорошо." "За что спасибо, если я его хороню?" Ну а более конкретно, физиотерапия в Советской армии начала 70-х была почти не предусмотрена. И вообще на хрена без 5 минут гражданским человеком заморачиваться? Швы конечно почти зажили, но рука высохла и локоть всё равно комок. Рука практически бездействует.

Идyт предложения - "товарищ старлей, а давайте мы вам оформим группу инвалидности, пенсию, и вперед на гражданку. А дальше вы как нибудь сами." Отец опять идёт на принцип. Раз, я сам виноват. Два, никаких инвалидностей - сам придумаю терапию, для начала привяжите мне просто к руке гирю. Я придумаю упражнения. Ну и в гробу я видал вашу пенсию, у меня гражданская специальность есть. Оклад только выплатите что положено за звание и должность. И на дембель хочу, итак чуть ли не полгода лишних в СА." Такого расклада уж точно никто не ожидал, уволили на гражданку с превеликим удовольствием.

Отец действительно придумал себе упражнения. Сначала с килограмовой гирей, потом с 2, 3, 5 кг. Привязал намертво, с ней ходил, ел, спал, итд. И миллиметр за миллиметром вытягивал локоть и накачивал мышцы. Через год конечность стала похожей на руку. Через 2 уже её было не узнать, накачал её а ля Сталлоне. Ну а из всего опыта почерпнул полную бескомпромисную принципальность ко всему что касается техники безопасности. Так что окончилось всё можно сказать благополучно.

Всё это хорошо конечно. Даже замечательно. Но меня всё мучают вопросы. А что было бы если бы не А.А. Вишневский? А как же остальные сотни и тысячи обычных граждан и военнослужащих, у которых не было правильного "дяди"? Бесплатная медицина это вещь хорошая в теории, а вот на практике может быть потребитель имеет ровно то за что платит?

4.

На тренинге у психолога.
- Что вы можете мне сказать о фразе - "Карл у Клары украл кораллы, Клара у Карла украла кларнет"?
- Ну, это такая скороговорка.
- Нет, эта фраза говорит, что Карл и Клара росли в бедных и неблагополучных семьях ....

6.

MYSTERY SHOPPING

Прохладным осенним днем 2007 года мой приятель Валера сидел в приемной комнате автосалона Порше на углу 11-й Авеню и Вест 51-й Стрит в Манхэттене и наслаждался крепким горячим кофе. В Старбаксе такой кофе стоил бы 4 доллара – роскошь, которую он позволить себе не мог. Шел десятый месяц, как Валера потерял работу, и к настоящему моменту он был основательно на мели. Жалких остатков личного суверенного фонда еще хватало, чтобы платить за квартиру и электричество, но со всем остальным был полный швах.

Что же он делал в автосалоне Порше, - спросите вы? И я вам отвечу: - Зарабатывал деньги. Как? А очень просто. В Соединенных Штатах есть множество компаний, которые организуют mystery shopping или секретные покупки, чтобы собирать информацию о различных продуктах и проверять качество обслуживания. Начать работать для такой компании не составляет никакого труда: создаешь счет на их вебсайте и получаешь доступ к списку работ на сегодня. Выбираешь задание, которое тебе нравится, запоминаешь сценарий, выполняешь задание, посылаешь отчет. Через две - три недели получаешь деньги. Задания бывают всякие. Например, пойти в зал для фитнеса, провести там пару часов, а потом ответить на вопросы о приветливости и профессиональности персонала. Деньги за входной билет вернут согласно квитанции, ну и заплатят долларов 20-25 за труды. Немного, конечно, но и фитнес не работа. Занимаются mystery shopping как правило домохозяйки, у которых много свободного времени. И скорее для развлечения, чем для денег.

Валера занимался секретными покупками, чтобы экономить на еде. С утра выхватывал хорошие заявки на рестораны и, таким образом, бесплатно обедал или ужинал. Первое время он пытался брать и другие поручения, но после посещения парикмахерской в Гринич Виллидж зарекся. Тем не менее как выражаются американцы, никогда не говори никогда. В последний месяц Валере на глаза все время лезла заявка на автосалон Порше. По непонятной причине ее никто не брал, несмотря на внушительное вознаграждение в 200 долларов. Валера вчитался в требования, и ему стало понятно почему. Вроде бы все просто: явиться в автосалон, сказать, что хочешь купить базовую модель Порше Бокстер и сделать пробную поездку. Загвоздка была в требованиях к исполнителю. Заявка прямо указывала, что он должен соответствовать: жить в престижном районе, быть одетым в брендовую одежду, иметь на руке дорогие часы и вообще производить впечатление богатого человека. С наиболее трудной позицией (место проживания) у Валеры все было хорошо. После развода он задешево снимал у знакомого супера* крохотную студию в Верхнем Ист-Сайде, в двух шагах от Центрального парка. «Будь что будет» - решил наш герой и подписался на Порше.

Перейдя таким образом Рубикон, Валера осмотрел свежим взглядом свой гардероб и, не найдя ничего подходящего, решил купить все новое на кредитную карту, а потом сдать обратно. Ну и проделать тот же трюк с часами. Оставалось разобраться где именно одевается богатый и солидный народ. Покопался в интернете и выяснил, что президент Буш делает это у Брукс Бразерс. Туда и пошел. У входа его мгновенно подхватили два консультанта и промурыжили почти полдня. Из магазина Валера вышел с большим пакетом и чеком почти на две с половиной тысячи долларов. После этого идти в магазин Ролекса ему расхотелось, и он ограничился качественной подделкой всего за 120 долларов. Дома побрился, причесался, надел обновки, посмотрел в зеркало, полюбовался часами и... впервые с тех пор, как потерял работу, почувствовал уважение к себе.

Итак, стильный и даже где-то шикарный Валера сидел в глубоком кожаном кресле приемной автосалона Порше и наслаждался кофе. Немного поодаль в таком же кресле сидел безукоризненно элегантный пожилой японец и ковырялся в айфоне. Свой старенький телефон Валера достать не решился, а потому смотрел на левую из двух картин на противоположной стене и думал о том, что копировать современное искусство проще, нежели классическое. Разумеется, если имеешь дело с профанами. Тем временем айфон японцу, видимо, надоел. Он перевел взгляд на нашего героя, получил ответную формальную улыбку, и извинившись, заговорил:
- Принято считать, что на абстрактных картинах каждый видит свое. Вы все время смотрите на эту картину. Что вы на ней видите?
- А что здесь видеть? – удивился Валера, - Это паршивая копия картины Пауля Клее. Колорит искажен до неузнаваемости. Оригинал висит в цюрихском Кунстхаусе, называется «Uberschach». Значит, шахматы и изображены. И вообще это не абстракция, а экспрессионизм.
Несколько ошарашенный японец показал на вторую картину:
- А на этой?
- Это тоже Клее, «Пожар при полной луне». И тоже плохая копия. А подлинник, если я не ошибаюсь, - в эссенском музее Фолкванг.
- Господи, откуда вы это знаете?
- Интересуюсь искусством, - коротко ответил Валера.

Это была правда, но не вся правда. Вообще-то в прошлой жизни Валера был искусствоведом. Родился в Харькове. Там же до армии учился в художественном училище. После армии поступил в Ленинградский институт культуры, окончил его и по распределению уехал в Нижний Новгород, который тогда был Горьким. Работал в музее, учился в заочной аспирантуре. Все вроде было хорошо, но наступили 90-е. Волна эмиграции подхватила Валеру и выбросила на берег в Нью-Йорке. Первое время он не мог даже представить, что расстанется с искусством, но скоро понял, что без имени и связей ему не пробиться даже в смотрители музея. Тогда ему стало все равно, и он, как большинство знакомых, пошел на курсы программистов. Спросил у двоюродного брата, какой язык самый легкий. Брат сказал, что COBOL. Валера выучил COBOL и к большому собственному удивлению получил работу на третьем интервью. Появились деньги, но за них приходилось платить изнуряющей работой. Еще несколько лет он тешил себя иллюзией, что произойдет чудо, и он снова будет заниматься русским авангардом. Но чуда не произошло. Поэтому он безжалостно затолкал живопись куда-то в глубину сознания, чтобы не беспокоила. Даже перестал ходить на выставки...

Итак, Валера почти допил кофе, а в это время в проеме появился консультант и позвал японца. Японец жестом попросил его обождать, подошел к Валере, протянул руку, представился Джимом Накамура и пригласил нашего героя на ланч в «Бекко», итальянский ресторан неподалеку. Валера тоже представился и принял приглашение. Договорились на час дня, обменялись бизнес карточками. У мистера Накамуры на карточке было написано «Инвестор», у Валеры – «Эксперт в живописи». Эта карточка завалялась у него с той поры, когда он еще не потерял надежду работать по специальности.

Еще через пять минут появился другой консультант и пригласил Валеру. Он говорил с немецким акцентом и был по-немецки четок и деловит. Снял копию с водительских прав, сделал экскурсию по выставочному залу, принес ключи и дал Валере погонять на новеньком Бокстере по 11-й Авеню и боковым улицам. За полтора часа, которые пролетели как одна минута наш герой впервые в жизни понял, что машина – это не только от точки А к точке Б, а еще много чего. В результате, когда, согласно сценарию, сказал консультанту, что не может принять решение прямо сейчас, неизвестно кто был разочарован больше. К «Бекко» он шагал, как влюбленный после первого свидания: счастливо улыбался и разве что не пел.

В ресторане Валеру неприятно удивил сильный шум, но на втором этаже было гораздо тише. Японец уже ждал его за угловым столиком. После нескольких слов о погоде и прочих незначительных вещах мистер Накамура предельно вежливо перешел к делу:
- Я хотел бы поинтересоваться, если вы не возражаете, какого рода экспертизу вы предлагаете Вашим клиентам.
«Блин, - подумал про себя Валера, - ну не могу же я ему сказать, что пишу коды на COBOLе. Точно же подумает, что я над ним издеваюсь.» После этого рот нашего героя открылся и как бы сам собой уверенно произнес:
- Знаете ли, в Нью-Йорке и вокруг около миллиона русских. Среди них есть довольно состоятельные люди, которые интересуются русской живописью XX-го века. Я стараюсь помочь им сделать правильный выбор. Разумеется, с учетом соотношения цена – качество.
- Судя по всему, ваши русские неплохо вам платят.
- Не жалуюсь, - почти не соврал Валера, потому что жаловаться ему действительно было не на что.
- Знаете ли, - заговорил мистер Накамура после короткой паузы, - мы совершенно незнакомы, и все-таки я хочу рискнуть и попросить вас помочь мне в довольно щепетильном деле. Вы знаете, что такое mystery shopping?
Валера чуть не подавился своим карпаччо, но кое-как справился и киванием головой подтвердил, что, да, знает.
А японец продолжал:
- Я тоже некоторым образом вкладываю деньги в искусство и недавно заинтересовался русским авангардом. Как мне подсказали компетентные друзья, цены на него в Нью-Йорке все еще сравнительно низкие. Другие знакомые подсказали мне русскую галерею в СоХо, где, по их словам, можно приобретать интересные картины по разумной цене. Я там был, но окончательного мнения так и не составил. Поэтому я прошу вас сегодня же посетить эту галерею и поделиться со мной вашими наблюдениями. Почему именно вас? Потому что я никогда не видел вас на аукционах и могу предположить, что вы – лицо незаинтересованное. Конечно, я гарантирую справедливую оплату вашего труда, но ее размер я сейчас сообщить не могу. Она зависит от ряда обстоятельств. Рискнете?
- Рискну!
Новоиспеченные партнеры скрепили договор рукопожатием. Валера получил адрес галереи и приглашение на ужин в «Сасабунэ»** для подведения итогов.

Найти галерею оказалось легко. В ее витрине был установлен здоровенный экран, на котором сменялись самые известные картины, фотографии и плакаты художников русского авангарда. На двери висела табличка: «Только по предварительной записи». Рядом с табличкой наш герой заметил кнопку звонка и позвонил. Через минуту занавеска на двери сдвинулась, и Валера увидел постаревшее лицо своего сокурсника Игоря Хребтова.

На курсе, наверное, не было ни одного человека, который бы любил Игоря. Во-первых, он был заносчив, во-вторых, никогда не отдавал долги, в том числе карточные, а в-третьих, у него водились деньги и, по общему мнению, деньги нечистые. Источник денег был ясен: Игорь продавал иностранцам старые иконы. А вот происхождение икон было темным. Некоторые говорили, что он грабит деревенские церкви, другие – что на него работают несколько художников-иконописцев, специалистов по фальшаку. Никто, однако, не исключал, что он занимается и тем и другим. После выпуска Игорь получил распределение в Москву, и с тех пор Валера ничего о нем не слышал и никогда не вспоминал. Вспомнил, правда, один раз уже в Нью-Йорке, когда увидел магазин с русскими иконами недалеко от 5-й Авеню. А вспомнив, немедленно понял, что торговать Игорь мог только в плотной спайке с КГБ. И сразу стали понятны и терпимость деканата к его бесконечным прогулам, и хорошие оценки при нулевых знаниях, и распределение в Москву...

Постаревшее лицо Игоря Хребтова скрылось за занавеской, зато открылось дверь.
- Заходи! - пригласил Игорь, - Какими судьбами?
И снова, во второй раз за день, рот Валеры открылся и сам собой заговорил:
- Я тут у дантиста на Грин Стрит был. Заодно решил по СоХо пройтись. Увидел в витрине знакомые картинки, захотелось посмотреть на оригиналы.
Игорь улыбнулся ровно настолько, чтобы показать, что шутку он понял и что шутка ему не очень понравилась. А потом повел гостя через большое, похожее на склад помещение. Картины там присутствовали, но большинство из них были прислонены к темной стене и только некоторые стояли на подставках. Валера попытался их рассмотреть, переходя от одной к другой, но уже через несколько минут его попытка была пресечена:
- Ничего ты здесь не увидишь. Здесь у меня копии и недорогие полотна. А топовые вещи хранятся в специальном сейфе. Я их выставляю только во время аукционов. Пошли ко мне в офис.

В офисе стали вспоминать однокурсников, но разговор получился безрадостный: кто-то спился, кто-то умер, в олигархи тоже не выскочил никто. Перешли на актуальные темы.
- Ты каждый день в таком прикиде ходишь? – спросил Игорь.
- Конечно, нет! – засмеялся Валера, - Я работу ищу. Завтра у меня интервью в Чейзе***. Поэтому вчера я купил новый костюм. Сегодня в нем хожу, чтобы выглядел хоть немного ношенным. А послезавтра сдам, пока не стал слишком старым.
- А чем ты конкретно занимаешься?
- Программирую на COBOLе. А ты как сюда попал?
- От скуки. Работал в Министерстве культуры. В один прекрасный день стало обидно, что пять лет учился на искусствоведа, а занимаюсь перекладыванием бумажек. А тут такой тренд сверху пошел: продвигать русскую культуру за рубежом. Ну я через знакомых ребят нашел спонсора и открыл галерею. Уже пятый год в бизнесе.
- Нравится?
- Еще бы! Живу в центре мировой культуры, знакомлюсь с интересными людьми со всего света, путешествую и, что очень важно для меня, делаю полезную для России работу. Между прочим, если хочешь, у меня и для тебя есть работа. С ксивой ЮНЕСКО будешь ездить по небольшим городам на постсоветском пространстве, заходить в местные музеи, смотреть запасники. Если найдешь что-то интересное, дашь знать нам. Выкуп, вывоз – это уже наша работа, а тебе – 10% от финальной продажи. Подходит?
«Ах ты, гнида, – подумал про себя Валера, - в наводчики меня сватает патриот сраный. Залупу тебе на воротник!» А вслух сказал:
- Спасибо! Подумаю после интервью. Как тебя найти я теперь знаю.
Распрощались. Уже на улице наш герой вспомнил, что Игорь не предложил даже воду, но не почувствовал ни удивления, ни огорчения. Впереди был ужин в «Сасабунэ», и нужно было успеть принять душ и переодеться.

В ресторан Валера приехал первым, получил от метрдотеля меню и привыкал к ценам пока не приехал мистер Накамура и не сказал волшебное слово «омакасе»****. Сразу принесли графинчик с холодным саке и крохотные стопочки. Мистер Накамура налил своему гостю, гость налил хозяину, сказали «кампай»*****, пригубили. В ожидании еды обсудили Валерины успехи.
- Вас туда пустили? – поинтересовался мистер Накамура.
- Конечно.
- Почему конечно?
- Потому что мистер Хребтов мой однокурсник, мы вместе учились в течение 5 лет.
- Вы не шутите?
Вместо ответа Валера достал предусмотрительно захваченную дома фотографию и протянул мистеру Накамура. На снимке, сделанном скорее всего во время летней практики, группа студентов стояла на парадной лестнице «Эрмитажа». Мистер Накамура внимательно посмотрел на Валеру, нашел его на фотографии, затем показал на Игоря и продолжил:
- И что же вы можете сказать о мистере Хребтове?
- Все, что вы купите у него, будет или подделкой или краденым.
- Предположим. А картины он вам показывал?
- Скорее старался, чтобы я их не видел. Все что я успел заметить – два отличных полотна туркестанского авангарда: Подковыров и Карахан. Скорее всего подлинники и очень может быть, что из какого-то провинциального музея в Узбекистане. А Филонов почти наверняка подделка. Похоже, что сфотографировали его картину из тех, что в запасниках больших музеев, и по фотографии сделали неплохую в общем-то копию.
- А цены вы с ним обсуждали?
- Нет, не обсуждали. Не станет он со мной обсуждать цены. Он же прекрасно понимает, что меня ему не облапошить...
А тем временем принесли такие суши, что продолжать деловую беседу было бы просто кощунством и она сама собой прекратилась.

По пути домой Валера вновь и вновь перебирал детали прошедшего дня. Он никак не мог поверить, что все эти чудеса произошли с ним; и страстно желал, чтобы они продолжились, и смертельно боялся, что завтра вновь наступят серые будни. Дома вспомнил, что сегодня же нужно отослать отчет по автоцентру Порше, но так и не смог заставить себя работать. Плюнул на отчет и лег спать, но заснул только к двум.

Разбудил его зуммер домофона. Звонил швейцар, сказал, что к нему нарочный. Валера спустился вниз. Нарочный, молодой парень в велосипедном шлеме, вручил ему пакет и уехал. Валера поднялся к себе, посмотрел на часы - было уже около десяти. Открыл пакет. Там оказалась довольно толстая пачка 100-долларовых купюр. Начал считать и бросил после трех тысяч, а в пачке еще оставалось по крайней мере вдвое больше. «Вот так номер шоб я помер» - подумал Валера и одной рукой включил чайник, а другой телевизор. В телевизоре канал ЭйБиСи показывал выпуск последнх нью-йоркских новостей. Вдруг на экране появилось лицо Игоря, вслед заговорила симпатичная диктор:
- Сегодня утром известный русский арт-дилер Игорь Хребтов найден мертвым в своей квартире на Парк-Авеню. Следов насильственной смерти не обнаружено, однако на голове арт-дилера был полиэтиленовый мешок, туго обвязанный галстуком вокруг шеи. Полиция выясняет обстоятельства смерти. Основная версия - самоубийство.

Еврейская мудрость гласит: «В первую очередь человек думает о себе, затем – о своих близких, а после этого – обо всех остальных.» Валера не был исключением. Он заварил кофе, отхлебнул и предался печальным размышлениям на тему зацепят ли при расследовании его и даже есть ли у него алиби. Ясности в этих вопросах не было, что не радовало. Размышления прервал телефон. Звонила рекрутер. Спросила нашел ли он работу и сообщила, что есть контракт в Сити****** на 42 доллара в час. Продолжительность – полгода с перспективой продления, сверхурочные – 50% сверху. Одним словом, все как в прошлый раз. Выходить на работу завтра, интервью сегодня в час дня. Не встретив бурного энтузиазма на другом конце провода, стала извиняться, что не могла позвонить раньше, и добавила: «Да не волнуйтесь, они вас помнят. Интервью будет чисто формальным.» Дождавшись короткого «Спасибо, понял», пожелала удачи и положила трубку.

Уже не зная, радоваться ему или печалиться, наш герой включил компьютер, чтобы распечатать свежую копию резюме, и тут же зацепился взглядом за пакет с деньгами, о котором совершенно забыл. Хотел его спрятать в ящик стола, как вдруг заметил маленькую записку. Развернул. Прочитал короткий текст: - Спасибо! Жду вас в час дня у «Бекко».

Будь у Валеры больше времени, он бы наверняка уподобился буриданову ослу, который умер от голода, выбирая между двумя одинаково зелеными лужайками. Но у нашего героя не было времени даже на то, чтобы бросить монетку, Он уже закрыл дверь квартиры, но, куда поедет, все еще не знал. И только в тесном лифте, пока тот скользил вниз, вдруг вспомнил обитый серой тканью кубикл 2 на 2 метра, вечно недовольного менеджера, бесконечные унылые совещания и его чуть не стошнило. Вышел из подъезда, остановил такси, плюхнулся на заднее сидение и сказал одно слово: «Бекко».

...
Все места в Нью-Йорке, которые упомянуты в этой истории, являются совершенно реальными, как, впрочем, и сама история. Фотографии этих мест можно посмотеть на http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале.

...
*Домоуправ, также выполняет мелкие ремонты
**Один из лучших японских ресторанов Манхэттена
***Чейз Манхэттен Банк - крупный нью-йоркский банк
****Заказ на усмотрение повара
*****Универсальный японский тост. Означает «пьем до дна».
******Ситибанк - крупный нью-йоркский банк

7.

Деревенька как деревенька. Много таких. Вот только в этой двое арестантов. Домашний арест у них. Гошка с Генкой. Точнее Гошка и Генка по отдельности. Гошка своей бабушкой арестован, Генка своей. И сидят под арестом они отдельно. Им еще целую неделю сидеть.

Хорошо, что арестом обошлось. Тетка Мариша настаивала, чтоб высечь «прям сейчас» и по домам отправить. Не самая злая в деревеньке тетка, только ее дом как раз ближним был к помойной яме, а она взорвалась. Тут любая тетка разозлится, если испугается.

Тем утром Гошка рассказал Генке, как классно взрываются аэрозольные баллончики, если их в костер положить. И достал из-за пазухи баллончик. У бабушки сегодня дихлофос кончился. Гошка взялся выкинуть.
Генка сам знал, что они взрываются. Долго уговаривать не пришлось. Через полчаса и бабахнуло, и даже головешки в разные стороны раскидало.

- Хорошо взорвался, - оценил Генка, - у тебя один был?
- Один, - оптимистично вздохнул Гошка, - но я знаю, где еще взять. Меня послали в яму выкинуть, что за Маришиным домом, а значит, туда все их выкидывают, и там их много.

Надо сказать, что деревенская помойка от городской сильно отличается. В деревне никто объедки выкидывать не будет, – отдаст свиньям. А из других вещей выкидывают только совсем ненужное. Совсем ненужное – это когда в хозяйстве никак применить нельзя, не горит, или в печку не лезет, или воняет, когда горит. В деревенских помойках пусто поэтому. Баллончики от дихлофоса, или еще какого спрея, пузырьки из-под Тройного или Шипра, голова от куклы, керосинка, которую починить нельзя. Все видно. Только не достанешь.

Помойная яма иван-чаем заросла, бузиной и березками. Деревья сквозь мусор выперли. Когда к яме не подойти уже было, кто-то порубил и кусты, и деревья. И в яму ветки побросал, чтоб далеко не носить. Через хворост все видно, а не достанешь – провалишься.

А взорвать чего-нибудь хочется.
- А зачем нам их доставать, - к Гошке умная мысль пришла, - давай хворост подожжём и отойдем подальше. Пусть баллончики в яме взрываются. И яма заодно освободится.

Гошка и договорить не успел, а Генка уже спичкой чиркнул. Подожгли, отбежали подальше. Сидят на небольшом пригорке возле трех березок и одной липы. Ждут. Пока баллончики нагреются.

Они ж не знали, что в яму кто-то ненужный газовый баллон спрятал. Т.е. не совсем в яму и не совсем ненужный и не совсем один. Два. Тетка Мариша из города тащила четыре газовых баллона. Баллоны тяжелые, тетка старая. Решила два в иван-чае возле ямы спрятать, потом с тележкой прийти, а две штуки она играючи донесет. Тетка вредная, чтоб не украл никто, баллон так далеко в траву запихнула, что он в яму укатился. Расстроилась. Второй рядом поставила, оставшиеся подхватила и побежала за багром и тележкой. Тетка старая, бегает не быстро, Гошка с Генкой быстрее костры разжигают. А ей еще багор пришлось к древку гвоздем прибивать и колесо у тележки налаживать. Но она успела. Метров двадцать и не дошла всего и еще думала, что это там за дым над ямой. А тут как даст. Как даст, и ветки, горящие летят. И керосинка, которую починить нельзя. И пузырьки из-под Шипра и Тройного. И голова от куклы.

- Нефига себе, - говорит Генка, - там, наверное, все баллончики сразу взорвались.
- Нефига себе, - говорит тетка Мариша и добавляет еще некоторые слова.
- Пошли отсюда, - тянет Гошка приятеля за рукав, - пошли отсюда, а то накостыляют сейчас.

Они не слышат друг друга, у них уши заложило.
А вечером Гошку с Генкой судили. - Твой это, Филипповна, - Тетка Мариша обращалась к Гошкиной бабушке, - твой это мой баллон взорвал, и яму он поджог. Больше некому.

- Так не видел никто, - говорила Гошкина бабушка, сама не веря в то, что говорит, - может, и не он.

- Он, - настаивает Мариша при молчаливой поддержке всей деревеньки, - у него голова, как дом советов, вечно каверзу какую выдумает, чтоб меня извести. Фонарь вот в прошлом году на голову уронил? Уронил. Выпори ты его ради Христа, Филипповна.

- Видать сильно, Маришка, тебе фонарем по голове попало, - вмешался бывший лесник Василь Федорыч, прозванный в деревне Куркулем за крепкое хозяйство, - если у тебя дом советов каверзы строит, антисоветская ты старушенция.
А дальше, неожиданно для Гошки и Генки, Куркуль сказал, что раз никто не видел, как Генка и Гошка яму поджигали, то наказывать их не нужно, а раз яму все равно они подожгли, пусть неделю по домам посидят, чтоб деревня от них отдохнула и успокоилась.

Так и решили единогласно, при одной несогласной тетке Марише. Тетка была возмущена до глубины души и оттуда зыркала на Куркуля, и ворчала. Какая она-де ему старушенция, если на целых пять лет его моложе? Речь Куркуля на деревенском сходе всем показалось странной. У него еще царапины на лысине не зажили, а он за Гошку с Генкой заступается. Так не бывает.

С царапинами вышла такая история. Гошка с собой на дачный отдых магазинного змея привез. Змей, конечно, воздушный, это Генка его магазинным прозвал, потому что купленный, а не самодельный. Змей был большим, красивым и с примочкой в виде трех пластмассовых парашютистов с парашютами. На леску, за которую змей в небо человека тянет, были насажены три скользящих фиговинки. Запускался змей, парашютист вешался на торчащий из фиговинки крючок, ветер заталкивал парашютиста вверх, там фиговинка билась об упор, крючок от удара освобождал парашютиста, и пластмассовая фигурка планировала, держась пластмассовыми руками за нитки строп.

Змей с парашютистами Генке понравился. Он давно вынашивал планы запустить теть Катиного котенка Пашку с парашютом. Он уже и старый зонтик присмотрел для этого дела. В городе с запуском котов на парашюте проще. Там и зонтиков больше, и дома высокие. В городе, где Генка живет, даже девятиэтажные есть. А в деревеньке нет. Деревья только. С деревьев котов запускать неудобно: ветки мешают. Поэтому Пашка, как магазинного змея увидел, у Генки из рук выкрутился и слинял. Понял, что пропал.

Гошка Генку сначала расстроил. Не потянет змей Пашку. Пашка очень упитанный котенок, хоть и полтора месяца всего.
- Но это ничего, - Гошка начинал зажигаться Генкиной идеей, - если Пашку и фигурку взвесить, то можно новый змей сделать и парашют специальный. По расчетам.

- Жди, сейчас за безменом сбегаю, - последние слова убегающего Генки было плохо слышно.
Безмен оказался пружинным.

- С такими весами на рынке хорошо торговать, Гена, - Гошка скептически оглядел безмен, - меньше, чем полкило не видит и врет наверняка. Пашек на такой безмен три штуки надо, чтоб он их заметил. - В магазине весы есть, - вспомнил Генка, - ловим Пашку, берем твоего парашютиста и идем.

- В соседнее село, ага, - подхватил Гошка, - если Пашка по дороге в лесу не сбежит, то продавщицу ты сам уговаривать будешь: Взвесьте мне, пожалуйста, полкило кошатины. Здесь чуть больше, брать будете, или хвост отрезать?

- Вечно тебе мои идеи не нравятся, - надулся Генка, - между прочим, Пашку можно и не тащить, мы там, в селе похожего кота поймаем, я попрошу пряников взвесить, они в дальнем углу лежат, продавщица отвернется, а ты кота на весы положишь.

- Еще лучше придумал, - хмыкнул Гошка, - по чужому селу за котами гоняться. А если хозяйского какого изловим, так и накостыляют еще. Да и весы в магазине тоже врут. Все говорят, что Нинка обвешивает. Нет, Гена, весы мы сами сделаем. При помощи палки и веревки. Нам же точный вес не нужен. Нам надо знать во сколько раз Пашка тяжелее парашютиста. Только палка ровная нужна, чтоб по всей длине одинаково весила.

- Скалка подойдет? - Генка вспомнил мультик про Архимеда, рычаги и римлян, - у бабушки длинная скалка есть, она ей лапшу раскатывает.

- Тащи. А я пойду Пашку поймаю.
Кот оказался тяжелее пластмассовой фигурки почти в десять раз, а во время взвешивания дружелюбно тяпнул Гошку за палец. Парашютист вел себя спокойно.

- Это что, парашют трехметровый будет? - Генка приложил линейку к игрушечному куполу, - Тридцать сантиметров. Где мы столько целлофана возьмем? И какой же тогда змей нужен с самолет размером, да?

- Не три метра, а девяносто сантиметров всего, - Гошка что-то считал в столбик, чертя числа на песке, - а змей всего в два раза больше получается, - он же трех парашютистов за раз поднимает, и запас еще есть. Старые полиэтиленовые мешки на ферме можно выпросить. Я там видел.

Четыре дня ребята делали змея и парашют. За образцы они взяли магазинные.

Полиэтиленовые пакеты, выпрошенные на ферме, резали и сваривали большущим медным паяльником, найденным у Федьки-зоотехника. Паяльник грели на газовой плитке. Швы армировали полосками, бязи. Небольшой рулончик бязи, незаметно для себя, но очень кстати одолжил тот же Федька, когда вместе с ребятами лазил на чердак за паяльником и не вовремя отвернулся. Змей был разборным, поэтому на каркас пошли колена от двух бамбуковых удочек. Леску и ползунки взяли от магазинного, а в парашют после испытаний пришлось вставить два тоненьких ивовых прутика, чтоб не «слипался».

- Запуск кота в стратосферу назначаю завтра в час дня, - сказал Гошка командирским тоном, когда они с Генкой тащили сложенный змей домой после удачных испытаний: кусок кирпича, заменяющий кота, мягко приземлился на выкошенном лугу, - главное, чтоб Пашка не волновался и не дергался, а то прутики выпадут и парашют сдуется.

- А если разобьется? – до Генки только что дошла вся опасность предприятия, - жалко ведь.
- Не разобьется, Ген, все продумано, - успокоил Гошка приятеля, - мы его над прудом запускать будем. В случае чего в воду упадет и не разобьется. А чтоб не волновался, мы ему валерьянки нальем. Бабушка всегда валерьянку пьет, чтоб не волноваться. Говорят, коты валерьянку любят.

- А если утонет?
- Не утонет. Сказал же: я все продумал. Завтра в час дня.

Наступил час полета. Змей парил над деревенским прудом. По водной глади пруда, сидя попой в надутой камере от Москвича, и легко загребая руками, курсировал водно-спасательный отряд в виде привлеченной Светки в купальнике. Пашке скормили кусок колбасы, угостили хорошей дозой валерьянки, и прицепили кота к парашюту.

- Что-то мне ветер не нравится, - поддергивая леску одной рукой, Гошка поднял обслюнявленный палец вверх, - крутит чего-то. Сколько осталось до старта?

- А ничего не осталось, - Генка кивнул на лежащий на траве будильник, - ровно час. Пускать? - Внимание! Старт! – скомандовал Гошка, начисто забыв про обратный отчет, как в кино.

Генка отпустил парашют и Пашка, увлекаемый ветром, поехал вверх по леске. Успокоенный валерьянкой котенок растопырил лапы, ошалело вертел головой и хвостом, но молчал.

Сборка из кота и парашюта быстро доехала до упорного узла рядом со змеем, в ползунке отогнулся крючок, парашют отцепился от лески и начал плавно опускаться. Светка смотрела на кота и пыталась подгрести к месту предполагаемого приводнения.

Лететь вниз Пашке понравилось гораздо меньше, чем вверх, и из-под купола донесся обиженный мяв.
Подул боковой ветер, и кота начало сносить от пруда.

- Ура! – заорал Генка, - Летит! Здорово летит! Ураа!
- Не орал бы ты, Ген, - тихо сказал Гошка, - его во двор к Куркулю сносит. Как бы забор не задел, или на крышу не приземлился.

Пашка не приземлился на крышу. И не задел за забор. Он летел, растопырив лапы, держа хвост по ветру, и орал. Василь Федорыч, прозванный в деревеньке куркулем, копался во дворе и никак не мог понять, откуда мяукает. Казалось, что откуда-то сверху. Деревьев рядом нет, а коты не летают, подумал Федорыч, разогнулся и все-таки посмотрел вверх. На всякий случай. Неизвестно откуда, прям из ясного летнего неба, на него летел кот на парашюте. И мяукал.

- Ух е… - только и успел выговорить Куркуль, как кот приземлился ему на голову. Почуяв под лапами долгожданную опору, Пашка выпустил все имеющиеся у него когти, как шасси, мертвой хваткой вцепился Куркулю в остатки волос и перестал мяукать. Теперь орал Федорыч, обещая коту и его родителям кары земные и небесные.

Гошка быстро стравил леску, посадив змея в крапиву сразу за прудом, кинул катушку с леской в воду и, помог Светке выбраться на берег. Можно было сматываться, но ребята с интересом прислушивались к происходящему во дворе у Куркуля. Там все стихло. Потом из-под забора, как ошпаренный вылетел Пашка и дунул к дому тети Кати. За ним волочилась короткая веревка с карабином.

- Ты смотри, отстегнулся, - удивился Генка, - я ж говорил, что карабин плохой.
Как ни странно, это приключение Гошке и Генке сошло с рук. Про оцарапавшего его кота на парашюте Куркуль никому рассказывать не стал и претензий к ребятам не предъявлял.

- И чего он за нас заступаться стал? – думал Гошка в первый день их с Генкой домашнего ареста, лежа на диване с книжкой, - замыслил чего, не иначе. Он же хитрый.

- Ну-ка, вставай, одевайся и бегом на улицу, - в комнату зашла Гошкина бабушка, - там тебя Василь Федорович ждет.
- А арест? – Гошка на улицу хотел, но в лапы к самому Куркулю не хотел совсем, - я ж под домашним арестом?
- Иди, арестант, - бабушка махнула на Гошку полотенцем, - ждут ведь.
Во дворе стоял Куркуль, а за его спиной Генка. Генка корчил рожи и подмигивал. В руках оба держали лопаты. Генка одну, Василь Федорович - две. На плече у куркуля висел вещмешок.

- Пошли, - Куркуль протянул Гошке лопату.
- Куда? – Гошка лопату взял.
- А вам с таким шилом в задницах не все равно куда? – Куркуль повернулся и зашагал из деревни, - все лучше, чем штаны об диван тереть.

Ребята пошли следом. Шли молча. Гошка только вопросительно посмотрел на Генку, а Генка в ответ развел руками: сам, мол, ничего не знаю.

- Может, он нас взял клад выкапывать? – мелькнула у Гошки шальная мысль, а по Генкиной довольной физиономии было видно, что такая мысль мелькнула не только у Гошки.

Куркуль привел их в небольшую, сразу за деревней, рощу. Ребята звали ее Черемушкиной. На опушке рощи Василь Федорович остановился возле старого дуба, посмотрел на солнце, встал к дубу спиной, отмерял двенадцать шагов на север и ковырнул землю лопатой. Потом отмерял прямоугольник две лопаты на три, копнув в углах и коротко сказал: - Копаем здесь. Посмотрим, что вы можете.

Копали молча. Втроем. Гошка с Генкой выдохлись через час, и стали делать небольшие перерывы. Куркуль копал не останавливаясь, только снял кепку. К обеду яма углубилась метра на полтора. А Василь Федорович объявил обед и выдал каждому по куску хлеба и сала. Потом продолжили копать. Куча выкопанной земли выросла на половину, когда Гошкина лопата звякнула обо что-то твердое. - Клад! – крикнул Генка и подскочил к Гошке, - дай посмотреть.

- Не, не клад, - Василь Федорович тоже перестал копать, выпрямился и воткнул лопату в землю, - здесь домик садовника был, когда-то. Вот камни от фундамента и попадаются.
- Садовника? – заинтересовался Гошка, - а зачем тут садовник в роще? Тут же черемуха одна растет. И яблони еще дикие.
- Так роща и есть сад, - пояснил Куркуль, снова берясь за лопату, - яблони одичали, а черемуху барыня любила очень. А клада тут нет. До нас все перерыли уже.
- А чего ж мы тут копаем тогда? – расстроился Генка, - раз клада нет и копать нечего. Зря копаем.
- А кто яму помойную взорвал и пожог? – усмехнулся Куркуль, - Мариша вон до сих пор заикается, и мусор выбрасывать некуда. Так что мы не зря копаем, а новую яму делаем. Подальше от деревни.

Вечером ребята обошли деревеньку с рассказом, куда теперь надо мусор выкидывать. А домашний арест им отменили.

8.

Как-то так получилось, что большинство моих друзей родились в Советском Союзе, но постепенно разъехались по всему земному шару. Вот, например, Ануш. Родилась и окончила школу в Ереване, Поступила в Ленинградский университет и стала Аней. После окончания вышла замуж за англичанина и уехала на его родину. Теперь ее зовут Энн. Живет Энн в крохотном городке в графстве Глостершир, совсем рядом со знаменитым королевским лесом Дин. У нее хорошая квартира, хватает денег пусть не на роскошную, но абсолютно достойную жизнь, сын уже окончил колледж и живет отдельно. Казалось бы можно немного отдохнуть и расслабиться. Но... покой нам только снится. Несколько лет назад в Ереване умерла ее мама, и Энн забрала отца к себе. Ему уже тогда было под 90, и оставаться один он не мог. В далекой Англии отец, конечно, чувствует себя как рыба, которую вытащили из воды. Но страдания переносит стоически и старается не жаловаться. Читает армянские новости на интернете, смотрит по телевизору русские каналы. Даже в плохом настроении, ругает не Энн, а турок и азербайджанцев. Ходит плохо, но на природу выезжает с удовольствием. После каменистой Армении зеленая Англия кажется ему раем...

В этот день Энн рутинно отвезла отца на опушку леса подышать воздухом, усадила его на скамейку, и поехала забирать вещи из химчистки. Приезжает через полчаса – отца нет. Зашла в лес, покричала – отца нет. Что делать? Позвонила в полицию. В полиции сказали: - Не волнуйтесь, сейчас приедем.
Приехали. Походили по лесу, покричали – отца нет.
- Хорошо, - говорят, - мы сейчас вызовем кинолога, а Вы езжайте домой и привезите какую-нибудь его обувь, чтобы собака след взяла.
Когда Энн вернулась, кинолог уже была там. Оказалась молодой симпатичной леди, которую вы можете увидеть на http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале. Пока собака изучала туфлю, у одного из полицейских зазвонил телефон. Закончив разговор, он поспешил обрадовать Энн:
- Нашелся, - говорит, - Ваш отец. Его какая-то дама привезла в местный дом престарелых. Увидела одинокого старика, решила, что он потерялся и привезла. А там видят, что чужой. Вот и позвонили в полицию.

Приехала Энн в дом престарелых. Отец сидел в столовой и с удовольствием пил английский чай с молоком. Энн так обрадовалась, увидев его невредимым, что даже расплакалась. Потом, конечно, стала вычитывать:
- Папа, как же ты сел в машину к незнакомой женщине?! Ты же видел, что это не я! Зрение-то у тебя хорошее. Как ты собирался с ней общаться?! Ты же даже адрес по-английски сказать не можешь! Папа, о чем ты думал???
Отец хитро посмотрел на Энн и сказал по-армянски:
- Ануш, деточка, о чем может думать мужчина, если женщина зовет его к себе в машину? Я надеялся на приключение.

9.

Давно было. Я только замуж вышла. Совсем ещё зелёная девчонка. Только 20 исполнилось. Прилетела (впервые на самолёте да на океан !) со своего медового месяца на Мальдивах , даже у мужа спросили если я совершеннолетняя (до сих пор выгляжу младше своих лет) обратно в Москву. Вернулась Сама, так как муж на работу должен был в другую страну вернуться, а мне ещё нужно было визу получить и все документы оформить. Тоскливо. Сама не из Москвы, прожила до замужества сама совсем недолго и не успела обзавестись ни друзьями, ни подругами. Остановиться пришлось у родителей мужа. Хорошие очень люди, но за неделю родными не станешь.

Загорелая, свежая. Дай думаю по Арбату зимнему прогуляюсь. Вышла из метро, а тут девчушка ко мне приклеилась: "помогите чем можете". У меня то деньги были, муж оставил, но по старой привычке начала оглядываться нет ли всего остального цыганского табора поблизости, а то дашь одной, потом не отобьёшься... Повертела головой, нет вроде сама. В глаза заглядывает, ручку тоненькую тянет... Сердце в комок у меня сжалось и екнуло, не скрою. Говорю:" у меня мелочь осталась из долларов, рублей нет (были но крупные) хочешь отдам, но честно скажу, не знаю где ты их поменяешь. ( мятые, потертые до сих пор почти нигде не меняют без комиссии , а тут дело было 16 лет назад). "Нет", говорит, "давайте тетя, у меня тут есть к кому я бегаю менять. Тут на Арбате иностранцев много" . Вывернула я карманы, отдала, а девчушка не отходит , да и мне спешить некуда. Говорю :"есть хочешь? Пошли по пирожкам?" Пока пирожки покупала , продавец успел сказать комментарий какая же я добрая и такая загорелая в Декабре. Ухомячили мы пирожки. Я от нечего делать и одиночества разговорилась. И куда ездила, и откуда я ... Она поделилась. ..И что братья и сестры у неё есть. Меньшие. И что в школу не ходит. Не за что да и кто ещё попрошайничать будет то. Живут недалёко в вагончике... Пока ходили чувствую замёрзла девчушка. Легковато одета:
-"Пойдём в Макдоналс зайдём?" Как раз мимо проходили. Говорю :"заказывай на всех малых сразу, домой отнесёшь ". Замялась малая, набрала полные легкие воздуха и решилась: - " мне деньгами лучше. Мамка ругать будет иначе. Подумает что я сама все деньги потратила. Да вы тетя не тратьтесь на меня, я не сильно голодная".- "Денег тогда тоже дам, говорю, сдача как раз с крупной купюры будет. Домой "добычу" принесёшь. ... Пока говорила, из-за спины Бамц, прямо на поднос с едой для девочки кладут красивую игрушку и детскую книгу. Поворачиваюсь, стоит парень. Говорит вас слушал, не выдержал и побежал тоже что-то от себя купить. Поблагодарили двоем. Вышли из Макдака. Говорю мне уже домой пора, но я тебя ещё увижу. "Правда, правда"??? Загорелись у девчушки глазки даже. "Да говорю, давай завтра около той же станции в ( не помню сколько утра)... Утром проснулась, посмотрела на слякоть за окном и .... Не поехала, подумав что чего вдруг будет меня там ждать, мне на метро по морозу трястись и легла спать дальше ...

До сих пор мучаюсь, что получается обманула. Девчонке могло быть и 6 и все 9. Тонкая, юркая, быстрая как ртуть и очень сообразительная. Речь очень связная , не погодам мудра.

С тех пор даже с поломанной ногой прихожу на встречи, только предупреждаю что могу сильно запоздать. За 16 лет никуда не опоздала ни разу. А вот мысль покоя не даёт: не разрушила ли я у ребёнка последние чистые мысли, доверие и Веру в человечность и так жизнь у неё не сахар, а тут ещё тетя как из сказки... Напиз.... С три короба что придёт ... И не пришла. Пожалуй только один случай в жизни, когда я бы хотела вернуться во времени и придти к той станции метро в (сколько то там утра) может девочка бы и не пришла, но меня бы хоть так не грызло бы уже столько лет.

10.

Не сказать, смешно, можете закидать камнями. Просто лично я этого стёба не оценил.
Маленькое введение, дабы стало понятно моё негодование. Физиологически не переношу ткани из тонких нитей: синтетики, шёлка и т.п. Многие удивляются, а если потереть друг о друга кусками таких тряпок, на меня издаваемый звук действует, будто шилом по стеклу. Когда какая-нибуть мадама в транспорте так и норовит зацепить мне плечо своей прозрачной блузкой, возникает желание на ходу выскочить в окно. Про то, что самому носить такие шмотки, вообще не говорю.

Залез в старый знакомый интернет-магазинчик. Не разу там на лажу не попадал, на порядок дороже, чем на вьетнамском рынке «всё по 100 рублей», зато вещи не расползаются после третей стирки. В этот раз приглядел туристические шорты. Удобные, свободные, много кармашков. Но главное – в описании: материал – чистый хлопок(!). Сейчас фиг найдёшь, обязательно какую-нибудь поли-бутил-хрень добавят. Магазин, как уже говорил, вошёл в моё доверие, да и не их глупость в этой аказии, что поставщик указал, то на сайте и вывесили. Заказал, прислали. Приятная на ощупь, не раздражающая ткань, пошито хорошо, куча полезных кармашков. В общем - что хотел. Дополняет эту красоту так же качественно пришитая бирка с указанием как стирать, гладить и надписью “100% COTTON”. Тут то и оказалась ложка дёгтя… Бирку с указанием 100% хлопка эти идиоты додумались изготовить из мерзкой синтетический ткани.

11.

Профсоюзы, профсоюзы - а я маленький такой...

Недавно, после долгого перерыва, побывал я в одной из бывших братских республик с аудитом завода. Там аудита ранее никогда не было, ну и слух то что его проводит американо-английская команда быстро разползся. Обедали мы в общей столовой, ну и иногда я слышал обрывки разговоров типа "в Америке на заводах хоть не рай, но лучше бытого", "нас тут е**т и мучают как Пол Пот Кампучию", "вот бы нам показать капиталистам-империалистам мать Кузьмы", "может нам профсоюз организовать?", итд. Конечно всё это надо делить на 10, но всё же...

В свое время я покатался с аудитами по разным заводам в США (и других странах). Не скажу что я какой-то там эксперт, отнюдь нет, но повидать довелось многое. И посему я решил сделать эдакую подборочку эпизодов на одну темку. Все они, к великому моему сожалению, правдивы. Многие я видел лично, на кое что видел документацию, ну а в некоторых случаях ы меня были неофициальные разговоры с участниками/свидетелями событий. Компании я естественно указывать не буду, а вот штаты где дело происходило пожалуй укажу, особого греха тут не вижу.

Для начала небольшой пролог, который пожалуй сам по себе история. Дело было в Индиане более 15 лет назад. Случай неординарный, пожар на заводе. Нас туда посылают, а ну бойцы, поводите жалом, чего стряслось?

По свежим следам выяснилось вот что. Оказывается работал на заводе один дядька... не сильно отягчённый интеллектом. И была у него машина - кабриолет (то бишь без верха). Тачка старинная, редкая, красивая. Наш герой на неё надышаться не мог, пылинки сдувал, в гараже хранил как зеницу ока. Но всему приходит свой срок, нужда припёрла и пришлось её продать. Уже покупанец нарисовался, руки пожали, задаток - все дела, договорились на вторник сделку закрыть. Сам продаван конечно расстроен (хоть и бабки очень приличные за пепелац взял) да и его сын-балбес тоже. Остались последние выходные перед сделкой и просит его сынуля, "батя, можно я на машинке последний раз проедусь." "Ну давай, только осторожней, машина можно сказать уже почти не наша."

Я знаю что Вы думаете. Так вот нет, не угадали. Никаких подлых поворотов, и не выбежал ему навстречу лось, и не напали на раритет злобные марсиане. Всё было горазде проще и тупее. Покатался этот Имбецил ибн Имбецил и перед домом тачку поставил, в гараж не загнал. А потом закрутился с какими-то тинейджерскими делами и так и оставил на улице. Ну а погода хоп и, падла такая, решила поменяться и пошёл дождик. Вернее ливень. А ещё точнее чуть ли не тропический шторм. Напоминаю, тачка - кабриолет. И промокла она изнутри по самое не балуй.

Те горячие слова что папаша сынку сказал можете додумать сами, но машина от них суше конечно же не стала. Однозначно в таком виде покупан либо машинку брать не будет либо скидку требовать в праве (его кстати понять можно, он раритетную тачку покупать планирует в идеальном состоянии, а не утопленницу). Конечно что можно наш продаван вытер, коврики повесил сушиться, но сиденья - вот с ними проблемка нарисовалась. Уж не знаю чем они были обиты и какой материал был внутри, но товарный вид они потеряли. Надо как минимум их высушить. А как? Времени-то кот наплакал.

И нашего Имбецила-старшего осенила вершина философской мысли. На заводе же работаю. Есть там специальные горелки. Не важно для чего они, но важно что они находятся высоко. Естественно на них специальные колпаки (не знаю правильный термин) стоят для безопасности, но доступ к ним есть. И решение рождается вот такое, сиденья с машины снять, поставить их на вилочный погрузчик, и подогнать к горелкам, нехай сохнут. Колпаки-заслонки с горелок естественно снять, дабы жар увеличить. Тепла там более чем хватает и сиденья быстренько высохнут. Ну а потом их обратно поставить в машину перед продажей.

Сказано-сделано. Но сохнут сиденья медленновато и герой наш придвигает их ещё поближе к огню, а сам отправляется по своим рабочим делам (я уже говорил об его умственных способностях). Сиденья сохнут, сохнут,но сохнут и естественно высыхают. А хозяина нет. Далее не совсем понятно было, то ли погрузчик кто-то подвинул, то ли высохшие сиденья с "вилок" поползли, а скорее просто искра пролетела, но вспыхнули сиденья самым что ни на есть сизым пламенем. И перебросился весёлый огонёк под крышу.

Завод старый, система пожаротушения явно под такое неординарное использование горелок была не рассчитана, и не сработала. Ну и увидели это когда крыша уже полыхнула. Естественно приехали пожарники, потушили. Машинным сиденьям каюк, заводской крыше частично тоже, ну а заводу убытков на жуткие цифры. Чего там с машиной и покупаном произошло естественно нас не интересовало особо, а вот так сказать кадровый вопрос стал остро "Что делать?"

Я то был в полной уверенности что как минимум этого придурка сцаными тряпками с завода прогонят. И просчитался. Оказалось что на заводе этом есть профсоюз. А этот Имбецил-старший оказывается один из его руководителей-организаторов. А по "гениальному" федеральному закону организаторов профсоюзов увольнять нельзя. Что бы их уволить, они как минимум должны группой изнасиловать одноногую афро-американскую престарелую лесбиянку прямо на рабочем месте при 120 свидетелях. Иначе извините, права рабочих могут нарушить. Марксу, Энгельсу, и Ленину эдакая забота о рабочем классе и горячечном бреду не снилась. А тут нате пожалуйста, в стране победившего империализма, сплошь и рядом.

Естественно профсоюз за этого героя вступился горой. Ах какой сотрудник, ах как пострадал. Вы что, забыли как он последние волосы из жопы годами рвал за родной завод. Теперь он ночами не спит, переживает. Он уже достаточно наказан, чуть ли импотентом не стал. Такой стресс. Как какой? Обыкновенный. Вы что в стресс не верите? А если мы забастуем, поверите? И руководство завода + главный офис решили что дешевле франшизу за страховку заплатить плюс кое-какие накладные расходы чем ссориться с профсоюзом. Замяли дело.

Для меня, честно скажу, шок был. И начал я во время своих разъездов по заводам необычные случаи связанные с профсоюзами записывать и собирать в эдакую "коллекцию". Ну а поделюсь я ей в следующих историях. Так что продолжение следует...

12.

Однажды хожу по рынку, выбираю фрукты. Вдруг вижу, прямо на прилавке в щели между выложенными на витрину коробками с фруктами, лежит женский портмоне. Такое ощущение, как будто его кто-то специально так сунул, чтоб он не бросался в глаза. Спрашиваю: кто потерял? Все окружающие отказываются, говорят, не наш. Заглянул внутрь, а там паспорт на имя какой-то Ивановой Марии Ивановны (условно, точно не помню) и справка из обменника о покупке хозяйкой этого паспорта 100 $. Ни самих 100 $, ни других денег, ничего больше нет. Смотрю страницу с пропиской - край самого отдаленного района города, короче, жопа мира. Ехать туда, это значит убить пару часов, не говоря уже про бензин. Да-да, тратить даже 5-6 литров бензина на какую-то совершенно неизвестную мне тетку-растеряху я совершенно не обязан, извините. Можно отнести в ближайший РОВД, но посколько моя жена только недавно потеряла паспорт и я помню, как она мучилась, чтобы его восстановить (в числе необходимых документов ее заставили даже принести справку о переименовании улицы, на которой она проживала), а потом, когда она уже получила новый, оказалось, что ее старый паспорт кто-то давно уже нашел и сдал в милицию, где он все это время преспокойно себе и пролежал, поэтому и решаю сделать все от меня зависящее, чтобы вернуть паспорт лично хозяйке. Приезжаю домой и звоню по телефону 09 (помните, была такая телефонная справочная, тогда еще номер любого домашнего телефона, если он есть в квартире, давали без проблем, надо было только назвать ФИО и адрес). Оказалось, что телефон как раз есть, дали номер, звоню. Спрашиваю: можно Иванову Марью Ивановну? Отвечает: да, это я. Говорю: я нашел на рынке кошелек с вашим паспортом внутри, живу там-то (диктую ей свой адрес), когда сможете за ним приехать? Она в ответ: а сколько вы хотите за это вознаграждения, а то мне, может быть, проще новый получить? Понимаю, что женщина с неприятным характером, наверно судит о людях по себе, но сдерживаюсь и говорю: девушка, я разве что-то сказал сейчас о вознаграждении? Просто приезжайте, забирайте, и даже не считайте себя ничем мне обязанной. Она: ох, извините, но приехать я не смогу. А не могли бы вы его сами привезти, а то мне маленького ребенка не с кем оставить, я вам заплачу. Хорошо, -говорю,- хоть и ехать до вас далеко и своих дел у меня хватает, но раз у вас ребенок, да и привык я все дела до конца доводить, короче, выходите через час на такую-то остановку, как раз возле вашего дома. И платить мне не надо. Она мне в ответ: нет-нет, через час не надо, лучше дайте свой номер телефона и подождите, пожалуйста дома, а я вам сама позвоню, когда приехать. Честно говоря, не понял, удивился, но номер назвал. Отложил свои дела, жду. Где-то ближе к пяти вечера звонит: а не могли бы вы прямо сейчас приехать? Говорю: девушка, сейчас как раз вы неудобное время выбрали, все с работы едут, могут быть пробки (тогда они конечно были не такие, как сейчас, но все равно час пик, на хрена мне все это), давайте часа через два? Отвечает: ой, ну пожалуйста, мне паспорт очень срочно нужен, привезите прямо сейчас. Ладно, думаю, сам нашел себе проблему, лучше бы ближайшему менту отдал. А теперь и отказываться как-то неудобно. Ну хорошо, говорю, выезжаю. Где встретимся?
Называет мне ту же автобусную остановку, про которую я раньше ей говорил.
Подъезжаю, выхожу из машины. Вижу, стоит довольно неприятного вида девица с кислой физиономией, а возле нее по бокам два верзилы. Морды у обоих тупые, как пара валенок, похоже, оба грузчики с овощебазы или что-то в этом роде. Один здорово внешне смахивает на эту тетку, очень похоже, что он ее родной брат, видна порода. Второй, как потом оказалось, муж. Так вот, думаю, почему она просила сразу не приезжать? Ей нужно было время, чтобы нашу встречу организовать так, как она сочла для себя удобным. Честно говоря, мне стало не просто неприятно, а даже довольно омерзительно. Захотелось бросить этот портмоне в пыль и уехать подальше от этих отвратительных людей. Но все-таки думаю, мало ли что, женщина может меня опасаться, портмоне-то у нее явно кто-то стянул, достал что в нем было ценного, я остальное выбросил. Да и время было довольно бескойное, середина 90-х. Так что, может быть, это с ее стороны разумная предосторожноть (хотя чего бояться, и телефон и адрес знает). Короче, не стал особо этим заморачиваться, подошел к ним, поздоровался, отдал ей портмоне и даже еще и пошутил: типа, парни, а вы тут зачем, боитесь, что вашу принцессу похитят? В ответ молчание, угрюмое сопение и хмурые взгляды, похоже моя ирония оказалась трудно перевариваемой для их биндюжных мозгов. Разворачиваюсь у машине, тут эта девица неприятным таким голосом, с ехидцей, кидает мне в спину: а между прочим, я не потеряла эту портмоне, а у меня ее на рынке украли, и там еще были 100 долларов и сколько-то рублей (назвала какую-то сумму, не помню). Поздравляю, -говорю,- другой раз меньше ушами хлопать будете в общественных местах, - и продолжаю двигаться в сторону машины.
Тут мне эти два ослоёба перегораживают путь и один из них заявляет: постой, мужик, еще надо разобраться, как у тебя оказался кошелек моей жены.
Вижу, что похоже, нашел на свою задницу приключений из-за своей же доброты, и теперь нормально расстаться с этой отвратительной семейкой мне не удастся. Поэтому решаю идти ва-банк и как можно спокойнее говорю: это каким же образом мы с вами будем разбираться? Для разборок, братаны, умные люди задолго до нас с вами "стрелки" придумали, а сюда я приехал совсем не на "стрелку". Меня попросила приехать вот эта ваша дама. И я только что оказал ей по её же просьбе бесплатную, заметьте, БЕСПЛАТНУЮ услугу. Так мало того, что я нормального "спасибо" не услышал, со мной еще какое-то говно вроде вас разбираться собралось. Да знаете вы вообще, кому вы свою предъяву кидаете? Они так растерянно переглянулись, один спрашивает: а ты кто такой? Отвечаю ему примерно так: представляться вам здесь я не собираюсь. Для начала давайте забьем стрелку, придете - там все и узнаете. Собирайте своих, встретимся и от души пообщаемся. Сегодня в 2 часа ночи возле..(называю место на окраине города, где и днем-то неуютно ходить, не то что ночью), устраивает? Нет возражений? Молчат, сопят, но в глазах мелькает опасение, что они что-то похоже сделали не то. Решаю добить их, пока в себя не пришли: можете приехать с оружием, не бздите, ментам вас никто не сдаст, даю слово. Только учтите, парни, если зассыте и не приедете, тогда уже я вас начну искать, а когда найду, вам вряд ли кто позавидует, срать будете под себя до конца жизни. Все, до встречи.
Эти два дибила стоят, тупо смотрят то на мою машину (наверно прикидывают по марке моего ослика, до какой степени им следует принимать мои слова всерьез), то на свою бабищу. Такое ощущение, что единственное, что до них сейчас дошло - это то, что их родственница их сейчас не слабо подставила.
Сажусь в машину и возвращаюсь домой. Еще из подъезда слышу, как у меня в квартире разрывается телефон. Захожу домой, вытаскиваю телефонную вилку из розетки и иду греть ужин. Через пару часов включаю телефон, сразу же раздается звонок. Очень похоже на то, что звонили все это время, не переставая. На проводе один из этих биндюжников. Судя по голосу, пытается казаться важной персоной. Деловито сообщает мне, что я могу не париться, с их стороны ко мне никаких претензий нет, и поэтому они нашу встречу отменяют. Если до этого я относился ко всему происходящему немного отстраненно, как к какой-то игре, то эти его слова сейчас меня выбесили уже реально. Думаю, как же так, вы же, суки, кругом неправы, вы ни за что обидели человека, который только что бескорыстно сделал для вас доброе дело (кому приходилось в те времена восстанавливать утерянный паспорт, тот знает, какая это была задница, да думаю и сейчас не намного легче), так хоть найдите в себе мужество извиниться! А этому хряку извиняться западло, он, видите ли, лицо хочет сохранить. Хрен, думаю, не дам, чем бы это не закончилось. Стрелка,- говорю,- если вы не знаете — это такая штука, которая в одностороннем порядке не отменяется. Так что вы отменяете, говорю, а я не отменяю, и буду ждать вас в назначенное время в назначенном месте с нетерпением. Кладу трубку и снова вытаскиваю штепсель. Думаю, включу через пару часов, а пока пусть поиграются с телефоном. Но не прошло и часа, как слышу звонок в дверь. Открываю, перед дверью стоит эта бабенция, только вид у нее уже не хамоватый, как в прошлый раз, а плачущий и заискивающий, а под глазом еще и приличных размеров гематома. Начинает оправдываться, просит простить ее и не трогать ее мужа и брата. Ответил ей, что-то вроде: идите вы все в жопу, на хрен они все мне не нужны, живите спокойно, и закрыл дверь.
Конечно, у читателя могут возникнуть вопросы: а что за гусь вообще этот автор и что было бы, если бы эти два урода все-таки пришли на эту стрелку, да еще и привели с собой нескольких таких же. На первый вопрос отвечу, что автор самый обычный человек, такой же как и большинство тех, кто сейчас это читает, и что конечно же, стоя напротив двух безмозглых верзил, я чувствовал себя весьма неуютно, чтобы не сказать, что просто здорово пересрал. На второй же вопрос точного ответа у меня нет. Не знаю, что было бы, знаю одно - раз уж сам назначил, то я бы точно пришел.
Вот, вроде и одержал тогда свою маленькую моральную победу над этими гоблинами, а помню, что радости никакой не было. Все равно целую неделю потом ходил с таким гадким ощущением, как будто наелся говна до отвала. Твердо решил для себя: когда следующий раз на моем пути будут валяться чужие деньги, вещи, документы, да что угодно — я просто пройду мимо.

13.

Американские истории или их нравы 2
Отучился я в московском универе 3 курса и решил Омерику посмотреть. (Для любящих считать - я в школу молодым пошёл и один класс перепрыгнул)
Прилетел летом на уборку отелей во Флориду. Думал что на курорт лечу, а оказалось, что в задницу. Курорт там зимой. Летом охренительная жара и влажность. И каждый день дождь. Работа не тяжелая, но денег нету. Все пошло на еду и жильё. Два раза всего в клубе были. Потом работящему и скромному еврейскому мальчику двоюродная тётя племянника Боречки, который знает папиного сослуживца по предыдущей работе выслала запрос на работу в чикагском Макдональдсе. Ну тут жизнь стала налаживаться. Четкие часы работы. Деньги на еду не тратишь. Везде можно доехать общественным транспортом. Жильё всего 200 зелёных, а по приезде ещё одного такого умника с Флориды только 125. Но самое главное - русскоязычная коммьюнити. В смысле нравов, а не языка. Целые районы выходцев из России, Украины, Литвы, Белоруссии. А ещё поляки, чехи, болгары. Ну и евреи, канешно. Хотя здесь мы русские. Даже москалем или кацапом могут обозвать. Прямо метаморфоза превращения угнетаемого в угнетателя.
А какие радости жизни для желающих развлечься! Пей не перепьешь. Кури не перекуришь. Люби не перелюбишь. Но нужно иметь машину. Чтобы ездить куда-то. Или дом, чтобы ездили к тебе и привозили. Тоесть деньги нужны. А с другой стороны нахрена всё это, если через месяц домой? А тут у Васи в сентябре день рождения, а Танька так интересно смотрит. Мишка же вообще рассказывает как друзья уехали, а вернуться сюда обратно больше не могут. И ты решаешься. Переходишь работать в Старбакс. Покупаешь машину в кредит. Вечерами работаешь супервайзером на уборке дилерских, офисов, магазинов. Не потому что у тебя охуенные знания в уборке, а потому что хороший английский, приличная машина и ты носишь рубашку. Всё! Твоя задача говорить с клиентами и сношать работников. Это ведь не работать, а доебываться до тех, кто работает. Нахер Старбакс. Домик в рент за городом. Опять с товарищем. Он на стройке шингли бьет. Высоты не боится. 20$ в час. 50 часов в неделю.
Но и первые неприятности появляются. Оказывается траву нужно стричь регулярно, а не когда хочется. Хозяйка получила предупреждение от сельсовета, что они сами постригут. За её счёт. Ой как она нас... А ми её с... боялись. От страха даже листья сгребли. Ну и подожгли, канешно! Пожарка была минут через 15. С полицией и скорой. Видно соседи не сразу заметили. Но это не дорого. 350 долларов. И хозяйка ананас опять! И таких шлемазлов она в жизни не видела. Даже её Сеня не такой. Какие только поцы тут не жили, но такие впервые. И если бы не Фирочка, которая за нас просила, то мы бы уже завтра мели Дерибасовскую и смотрели на Дюка с первого люка! И только благодаря её мамочке, которая её учила помогать своим, мы ещё топчем эту благодарную и щедрую землю. В общем - пронесло! И её и нас.
Потом как-то, чтобы не заморачиваться выбросили одноразовые тарелочки с картонными коробочками в гриль. Гости разъехались. Товарищ на втором этаже со своей в спальне, а я на первом со своей в зале. Рассказываю как космические корабли бороздят просторы и... На улице появляются зелёные человечки. А может и красные. В темноте не видно. Но с огоньками. Где-то 5-6. Двигаются от улицы во дворик. Надеваю быстренько трусы и туфля и бегу на встречу с инопланетной цивилизацией. Но попадаю опять к пожарникам. Соседи вызвали. Запах дыма учуяли. Стоят возле почтового ящика и ждут когда меня спасут. Ну тут Остапа понесло. Сказал всё что хотел. И про возможность спасти меня напрямую, без пожарки. И про их умственные способности. И на чём я их буду вертеть в следующий раз. Даже пожарники от страха быстрой расправы стали между нами. Кстати помогло. Следующего раза не было. Крейзи рашн победили.
Крейзи то оно крейзи. Но помните. Границу своей территории не переступайте. Можете послать нахер и пожарников и полицию. Но я своих пустил посмотреть. Доебаться не было к чему. Из под закрытого гриля струился легкий дымок. Извинились. Ушли без денег. Хозяйке никто не пожаловался.
А мы знакомились с новой жизнью. Товарищ перешёл на покраску помещений. Потому что на улице оказывается холодно. Снега навалило по пояс. Морозы минус 30. Бля! А говорили, что в Омерике морозов нету. Ну мы дома не держимся. Поэтому экономим на обогреве. Хули включать если никого нету? Открываю гараж дистанционно поздним вечером, а там краса неописуемая, сука! Сталактиты и сталагмиты. В потолке трубы водяные замёрзли и потрескались. Хорошо что мороз был крепкий. Так лёд на трубах и намёрз. Только пол гаража затопило. Не целый. Ой как мы работали! Как работали!!! Куда там нашим строительной и уборочной компаниям. Мастер класс. Три дня и три ночи. А как топили!!! Экономия в действии. Где-то на штуку с водой вместе. Легкий испуг так сказать.
Что ещё интересного? Обычно после окончания школы человек предоставлен сам себе. Опека родителей заканчивается. Но не у "русских". От а идишэ мамэ не так просто скрыться. Как говорится разница с террористом только в том, что с террористом можно договориться. Мне не единожды рассказывали барышни разных национальностей, что они знакомы с "русскими" и помнят запах еды (котлеты), которую тем мамы в школу на обед привозили.
Хотя и контролировать после школы не слишком есть чего. Водки почти не пьют. Дорогую текилу. И пиво. Прям деньги на ветер. Почти никто не курит. Разве что марихуану. Ну и некоторые идут дальше. Но с нашими это не часто. А вот тренажёрный зал - обязательно. Можешь не иметь машины, но абонемент иметь должен. Велосипед также. У некоторых по стоимости почти машина. Мотоциклы не очень. Ну и секс. Причём девушки снимают мужиков наравне. С тем же "созвонимся" с утра.
Хотя по настоящему оторваться они не умеют. Ни тебе пьянки нормальной, ни песни, ни драки, ни девку попридержать и потискать. Слабаки в общем.
Ну и понты. Это наша фишка. Ни у кого такой черты массово не видел.

Авто, разговоры, все светское
Сигары беседы и классика
Костюмы, манеры и пластика
Улыбки элиты общества
Не знать проблем одиночества
Иногда попадать на ТВ экран
Ну что, людишки, завидно вам ?

14.

Историей от Джокера про лифчики напомнило.

Дело было в начале 50х годов, точного времени не знаю, но однозначно до того как "усатый вождь" лапти откинул. А перед тем как в ад отправиться он с товарищами решил организовать "Дело Врачей", ну и заодно переселить аидов в землю обетованную, только не в Палестину, а куда подальше. И уж 40 лет ему для этого точно бы не понадобилось-бы, благо опыт массового переселения народов уже был. Но это всё так, лирика. А пока, для евреев было полуофициально принято два "Не". Не брать и Не повышать. Ну а по возможности и увольнять с места работы.

И вот один, достаточно скромный аид, учитывая социалистическую реальность, благополучно вылетел с работы. Нет, врачом он не был, иначе бы он не вылетел, а скорее всего ... впрочем не будем фантазировать на эту тему. По профессии он был он простым бухгалтером. А без работы плохо, ведь тезис "тот кто не работает, тот не ест" никто не отменял. Ну и попробуй, устройся в Москве с такой биографией в году 51-52м. Встает отнюдь не риторический вопрос, "что делать?"

И как-то он оказался в одной компании с одним моим дальним родственником. Компания была весёлая, но разговоры велись там очень грустные. Ну а о чём, вы и сами можете представить, ибо в компании врачей было много. А также компании была одна девушка (родственница одного из врачей). Ну как девушка, "молодая была не молода." А точнее женщина, Бальзаковского возраста. А может даже и постарше.

Что-то у неё с семейной жизнью не сложилось, может из за внешности, а скорее из за характера, который как говорят был сложный, очень сложный. И вообще от неё старались бы держаться подальше если бы не одно маленькое, но большое "НО." Она шила. Вы скажете, "ха, мало ли кто шьёт", и будете несомненно правы. Но она не просто шила, она шила нижнее бельё для женщин. Вы наверное опять скептически хмыкните, "что в СССР, который победил Германию и держал в страхе всю Европу не было нижнего белья?" Нет, оно конечно было, но носить его было нельзя. Точнее так, высшие эшелоны власти, а точнее их жёны (в Москве), уж точно Советское бельё массового выпуска не носили.

По заграницам не особо Виссарионыч своих коллег по борьбе отпускал, а жены их с удивительной политической близорукостью хотели носить нормальные, пардон, трусы и нормальные лифчики, а не сшитые чуть ли не из брезента на фабрике Красная Текстильщица и рассчитанные на доярок из села Большие Бодуны. Вот такое несоотвествие политических реалий и нужд собственной задницы.

И это как раз была и ниша той самой девушки пост Бальзаковского возраста. Она обшивала весь Московский бомонд начала 50х. Можно сказать знала она груди и ягодицы всех дам высшего света и полусвета не хуже своих собственных. Без работы однозначно не сидела, чиновные женушки за очередь к ней дрались, плели интриги, да и работу оплачивали очень щедро.

И познакомившись, запала на этого одинокого безработного бухгалтера, тем более что наверное иных вариантов для создания ячейки общества было маловато. Разговорились они, и в лёгком подпитии поделился он своей проблемой, работы нет и не предвидится, а в преспективе... нет преспективы. Она усмехнулась, и сказала, "я всё устрою, где ты хочешь работать?". А он "да не до жиру сейчас, где угодно. Я на всё согласен." "Нет уж, где конкретно?" Он уж пожалел что в разговор ввязался и что бы отвязаться высказал "ну хотя бы в Союзе Писателей."

Она "хорошо, а если я всё устрою, то что?" И тут он ляпнул, "А тогда я на тебе женюсь". И поскорее отбыл из тёплой компании.

А через несколько дней он был вызван, и не куда нибудь, а именно в Союз Писателей. И не смотря на графу в паспорте его взяли, и между прочим сразу на должность Главного Бухгалтера одного из отделов. Пришлось ему как честному человеку жениться. И кстати неплохо то у них получилось всё, жили дружно, дети хоть и поздние. А со временем стал он заведовать выдачей творческих командировок и путёвок в разных санатории. Увлёкся литературой что не мудрено и каждый писатель тех времён норовил ему свое творение всучить с дарственной подписью.

Мой отец когда у него в конце 60х в квартире бывал. Говорит что никогда столько книг вне библиотеки не видел.

А вы говорите на базаре лифчиками торговать.

15.

Услышал эту историю от отца моего приятеля, когда недавно побывал в Индии. Что в ней правда, что – нет, решайте сами. Я в этих делах не специалист.

Объективные проверки в воинских частях – больной вопрос во всех армиях мира. А самая объективная проверка, как известно, – негласная проверка. Но осуществить такую негласную проверку в подразделении, где посторонних в принципе не бывает, казалось бы, практически невозможно. И тем не менее военная мысль неизменно доказывала и продолжает доказывать, что нерешаемых проблем для нее не существует.

Пионерами в трудном деле стали Вооруженные силы Индии. Индийская армия не сильно отличается от остальных армий мира, но специфика, конечно, есть. Например, при военных частях обычно живут одна или несколько собак. Не подумайте, что это породистые обученные собаки, нет! Это обыкновенные дворняги среднего размера, каких всегда можно увидеть на любой индийской улице. Именно на таких псин командование возложило нелегкое бремя негласных проверок. Собакам вживляли миниатюрные видеокамеры, немного тренировали и запускали в военные части. При очередной инспекции проверяющему было достаточно оказаться неподалеку и включить приемник. При всем при том существование четвероногих соглядатаев даже не держалось в тайне. Собаки есть собаки: к ним быстро привыкали и переставали замечать.

За несколько лет работы высокотехнологичное решение доказало свою жизнеспособность. Командование и разработчики получили положенные награды. И только тогда кто-то догадался, что среди собак могут быть не только «проверяющие», но и пакистанские шпионы...

На http://abrp722.livejournal.com в моем ЖЖ вы можете увидеть фотографию такой собаки при исполнении служебных обязанностей. Но на кого она работает, на Индию или на Пакистан, сказать не берусь.

16.

Волшебная сила искусства.

Было дело теплым выходным августовским днем. Мы со своими друзьями скандинавами совершали марш бросок из Питера в Москву. Заехали по дороге в Бологое, Калязин, искупались в Волге и надо сказать весьма притомились. Решили остановиться на ночь в первом городке при въезде в Подмосковье, как сейчас помню по имени Яхрома. Нашли первую попавшуюся гостиничку в самом центре. Разгрузились и вышли себе отдохнуть с бутылочкой кому вискарика кому пивка и пластиковыми стаканчиками. Был чудный день. Как говорили наши норвежские приятели - utepils*. Датчане же говорили - Hyggestund**. Особенность скандинавского мировозрения состоит в том, что ничто не в состоянии изменить настроение, если человек оказался в нирване. Для поддержания момента достали нашу музыкальную игрушку, которая представляла колоночку на присоске, которую прилепляли на капот машины и она в очень приличном качестве играла по блютузу музыку с айфона, используя корпус машины как сабвуфер. Включили тихохонько музычку и наслаждались видами старинного русского городка за неспешным разговором. Но это был русский городок и на наших глазах развертывалась некая местная драма. У двух компаний местной молодежи с полторашками в руках, в трениках и в кальсонах с начесом развивались некие внутренние противоречия, грозившие перерасти в региональный конфликт. И он таки перерос, начался махач одной пары, к ней подтянулась другая. Не остались в стороне и девушки. Пламя войны кланов разгоралась все сильнее. Российские представители нашей компании были остановлены нашими скандинавами, когда бой начал принимать уже фланговые операции. Коллеги, ну что вы, это не комильфо. Наш датский приятель, порывшись в айфоне, включил погромче какую-то латиноамериканскую танцевальную инструменталку. Яхромские бойцы и спортсменки чисто на автомате стали синхронизировать свой махач с музыкой. Когда синхронизация достигла уровня полного совпадения с ритмами латинос яхромские аборигены пара за парой начали просто ржать друг над другом. Можете представить бойцов и бойчих которые под такты латинского танца рубятся и дерут друг другу волосы.

Кончилось все всеобщим неспешным любованием закатом, неторопливой беседой под пивасик и вискарик питерско-московско-яхромско-скандинавской компанией и красивой музыкой Эдварда Грига. Так музыка и хюгге победили пусть маленькую, но региональную войнушку.

*(норвеж.) сидеть в теплый солнечный вечер на улице и наслаждаться пивом;
**(датск.) момент хюгге - состояния душевного комфорта и нирваны.

17.

Инженерная история. Совсем совсем недавняя. Произошла она в маленькой региональной державе -
ржавой бочке нефти с разорванной в клочья экономикой.

Переодетые в бизнесменов представители главной страны мира решили заказать в России разработку
одной микросхемы для своих игрушек. Микросхема та под санкциями, поэтому расчет строился на то, что
разработав ее, местные инженеры засветят все свои каналы обхода санкций, взлома лицензий и пр.
Щаззз сказали в министерстве, нашли дураков. Но лишние несколько миллионов долларей совсем не лишние
и отправили этот заказ из министерства в малое инвестиционное предприятие, только что образованное
студентами Донского Уральско-дальневосточного федерального университета. На самом деле это образование
создал ректор университета, которому выкручивают руки в минобразовании требованиями показателей и индикаторов. Юридический адрес "предприятия" находился в комнате 212 общаги Донского Уральско-дальневосточного федерального университета. Учредителями были третьекурсники этого университета. Они пока еще не знали ничего в профессии и потому им было глубоко пофиг что именно делать. Тем более заказчик обещал заплатить несколько миллионов долларов. Слова только в контракте были непонятные. Но комендантом общаги был Вениамин Петрович, бывший доцент их университета. Его выгнали из преподавателей по требованию реформаторов образования, которые считают что преподаватели теорем Коши должны публиковать новости от Коши обязательно в лучших американских журналах. Доцент знал теоремы, а новостей от Коши не знал совсем, вот его и отправили выдавать матрасы в общежитие универа. Реформа бл... Повезло пацанам, дядя Веник прочитал тех. задание, почесал репу и сказал - да ребятки, вы попали. Но не ссыте, я такую хрень еще студентом делал. Используя служебное положение в личных целях (наверняка обещанных литрах боярышника по мнению либеральной общественности) дядя Веник выделил в общаге каморку в подвале, студиоусы кинули туда сетку, притащили свои компы и процесс пошел. Дядя Веник показал мальцам что и где скачать, где зарегистрироваться, как что включить, как что подсчитать. И пацаны просто закипели от энтузиазма. Днями и ночами рисовали, переписывались с кем-то, считали и моделировали. Благо дядя Веник был с ними круглосуточно и всегда мог помочь. И через полгода DHL принесла им маленькую бандерольку, где лежали несколько сделанных по их проекту микросхем. Несмотря на утверждение, что первый блин комом, все заработало сразу. Что надо включалось, что надо выключалось, а требовния ТЗ местами были в разы лучше. Звонок заказчикам и тонкий юношеский голосок предлагает заказчикам приехать и принять работу. Можете представить шок переодетых в бизнесменов заказчиков, которые вошли в комнату 212 общежития Донского Уральско-дальневосточного федерального университета и на макетике распаянном розовенькими проводочками увидели работающую микросхему. Причем работающую так как надо.

Вы думаете это и была сама история. Ошибаетесь. Это была преамбула. Амбула будет ниже.

Итак постараемся восстановить разговор переодетого Заказчика со своим руководством.
- Шефф, все пропало, шеф все пропало. Они разработали микросхему и даже сделали ее. Все работает!!!
- Джон, что за истерика. Ну сделали, а факт взлома нашего софта ты зарегистрировал?
- Шеф, они студенты, они сделали их на наших университетских серверах на нашем же софте.
- Кто позволил!!! Посадить предателей!!
- Шеф, они студенты шеф, они поступили на наши дистанционные курсы. Они стали и нашими студентами, шеф.
- Джон, ты зарегистрировал фабрику, которая сделала этот проект, кто нарушил санкции?
- Шеф, они студенты, они изготовили микросхему на нашей фабрике на студенческих сборках проектов. Шеф, мы сами им это разрешили.
- Хочешь сказать, что мы сами себе изготовили микросхему на нашем софте и наших серверах за свой счет и заплатили за это три миллиона долларов русским??? Джон, мы ебанулись???
- Так точно сэр. Но это не все, сэр.
- Джон, что еще может быть хуже??
- Сэр, у русской микросхемы нет выводов питания. Она не имеет источника питания!!
- Джон, что ты несешь. Хочешь сказать, что студенты сделали телевизор без шнура питания. А что у них есть?
- Вывод заземления есть.
- И все?
- И все!
- Она работает?
- Работает!
- И нет питания?
- Вообще нет, никакого.
- (Непереводимая игра слов).
- Шеф, они студенты. Они не знали наших обозначений. Они решили что питание там не требуется. И так и сделали.

Прервусь на созерцание ухмыляюшихся рож российских инженеров, которые знают еще пяток способов
этого фокуса, но это были студенты и дядя Веник, они придумали лишь один способ, простите их.

В общем все закончилось хорошо. Детишки на днях защищают диплом в своем универе.
Их офис в новом бизнес центре. Там работают уже с пяток выгнанных из универа за отсутствие статей в американских журналах доцентов и профессоров. Объем заказов идет под миллиард.
Пожелайте им удачной защиты диплома и долгих лет успешной работы. Первый блин не комом.

Зы. Да пожелайте всяческих неудач этим придуркам в минобразовании, пусть провалятся все их реформаторские потуги.

18.

Вот говорили мне умные люди, что в Хэллоуин всякая нечисть оживляется, а я отмахивалась. Да ладно, какая там нечисть, ну наряжаются человеки черт знает кем и с тыквами шастают. Ан нет! Сегодня убедилась в том, что нечисть и впрямь активизируется, весь вопрос в том – какая!
Утро. Сижу, никого не трогаю, примус почи…, ой, нет, тупо вяжу варежку, ибо холодает. Раздается звонок городского телефона и какая-то тетенька начинает меня грузить: «Открылся центр немецких технологий, бу-бу-бу. У нас Вы можете пройти обследование, ду-ду-ду. У нас можно пройти курс лечения, сю-сю-сю. У нас есть вот такие процедуры, хрю-хрю-хрю.» Одна писательница очень правильно охарактеризовала такую речь как «Снимаю с глаз, вешаю на уши».
Вот на фига мне все это? Тетка не учла, что дурацкие звонки утром в понедельник после удачно проведенных выходных не вызывают желания даже слушать собеседника, не говоря уже о конструктивном общении.
Начинаю злиться. Что бы сделать? Варианты:
1) Тупо бросить трубку.
2) Обматерить и см. пункт первый.
Только это вопрос не решит, все равно перезвонят. А отвадить надо раз и навсегда. Сумела же я настырных «кирбачей» отшить, неуж с этими не справлюсь? И тут удачно вспомнилась история с анру про методику отваживания всяких «приглашателей-зазывателей».
Ну я ей! Вклинившись в первую же паузу, перехватываю инициативу и каким-то вкрадчивым голосом (откуда что берется?) сообщаю:
«Конечно нам надо встретиться! Мы приглашаем Вас к нам на собрание в общество «Сестер Христовых». (Господи, что я несу?)
«На встрече мы познакомим Вас с духовными практиками по очистке кармы от негативного влияния окружающего мира.» (Ага, пылесосом.)
«Вы познаете высшее просветление и ощутите чувство освобождения от греховных утех». (В психушку тетка не отзвонится после таких заявлений?)
«Наш наставник, светлый маг Порфирий, считает, что к Учению надо приобщать как можно больше ранее заблудших душ.»
(До нее, наконец, дойдет, что ее в какую-то мутную секту вербуют, или так и будем тупо сопеть? Я ж не могу чушь нести до бесконечности!)
«Ближайшая встреча сестер с пресветлым наставником состоится завтра по адресу…»
Уффф, я своего добилась – тетка бросила трубку. Надеюсь и телефон в черный список занесла.
Не знаю, как насчет морали, но одно могу сказать точно: автору методики отваживания всяких зазывал – ОГРОМНОЕ СПАСИБО! А также – РЕШПЕКТ и УВАЖУХА!

19.

ПОБЕГ

В молодости был у меня знакомый по имени Алексей, по фамилии Слезов. Он однозначно принадлежал к «поколению дворников и сторожей», но никогда не работал ни тем, ни другим. Алексей вообще никогда и нигде не работал. Он учился. Находил профессиональные курсы, где платили стипендию, электросварщиков, например, или операторов ЧПУ, учился полгода, но на работу не выходил, а начинал искать следующие курсы. В перерывах он ездил в Москву или Питер и там занимался делом своей жизни – поэзией и поэтами Серебряного века. Знакомился со стариками и старухами, которые когда-то лично знали кумиров, записывал их воспоминания. Иногда ему везло, и он находил письма или даже рукописи этих кумиров. Дружил не только с такими же, как он, фанатами, но и с известными литературоведами. Удостоился быть представленным Анне Андреевне Ахматовой и несколько раз побывал у нее в гостях (данным фактом очень гордился и никогда не упускал случая упомянуть о нем в разговоре). Так что без преувеличения можно сказать, что Алексей всей душой болел за русское культурное наследие и делал все что мог, чтобы его сохранить. Одна беда: Советская власть почему-то считала это занятие принципиально вредным. В результате у Алексея возникали неприятности административного и идеологического характера, от которых его отмазывал дядя. Дядя был большой шишкой, если я не ошибаюсь, замминистра угольной промышленности. Отмазывать Алексея никакого удовольствия ему не доставляло. Более того, замминистра был совершенно согласен с Советской властью в оценке деятельности его племянника, но и зла ему тоже не желал.

Пораскинув мозгами, дядя нашел, как ему казалось, оптимальное решение: отправить Алексея на остров Шпицберген рубить уголек. – Убежать оттуда можно только на самолете, все, что нужно человеку, там есть, платят более чем хорошо, а остальное устроится, - подумал он и сделал Алексею предложение, от которого тому не удалось отказаться.

Вообще-то Шпицберген не остров, а целый архипелаг. Формально он принадлежит Норвегии, но пользоваться его природными ресурсами может любая страна. Во второй половине прошлого века единственной такой страной был Советский Союз. Добыча угля велась на двух шахтах. Одна располагалась в поселке Пирамида, а другая – в Баренцбурге. Алексей попал в Баренцбург, который в то далекое время являл собой порообраз светлого коммунистического завтра. Начнем с того, что там было много бесплатной еды и не было очередей. Своя теплица, свои свино-, птице- и молочная фермы, своя пивоварня – и все это за полярным кругом в зоне вечной мерзлоты, где нет растений выше 10 см.! Ударно поработав, шахтер шел в столовую, где вкусная свежеприготовленная пища ждала его в любое время суток. Позаботилась Родина и о досуге горняков, предоставив широкие возможности для культурного отдыха: кино, спортивный зал, библиотека, кружок норвежского языка. Такой пережиток прошлого как деньги там еще существовал, но это были не советские деньги, а денежные знаки треста Арктикуголь. На рубли их обменивали только в Москве, но платили в таком количестве, что за два года работы можно было собрать на совершенно недоступный для большинства населения СССР автомобиль. Ну и, как должно быть при коммунизме, в Баренцбурге имело место отделение КГБ, в котором трудились три товарища чекиста. Угнездились они в здании советского консульства, все их знали и называли «три пингвина» за белые рубашки и одинаковые черные пальто. На http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале вы даже можете увидеть эту троицу на фотографии, которая попала ко мне по чистой случайности.

При всем при том Баренцбург не был раем. Полярная ночь и полярная зима и так могут вогнать в тоску кого угодно, а при норме выдачи спиртного - бутылка водки на человека в месяц - шахтеру недолго и с ума сойти. Особенно донецкому шахтеру, который привык выпивать эту бутылку после каждой смены.

Но вернемся к Алексею. Он благополучно прибыл к месту назначения, поселился в общежитии, получил бутылку водки, которая полагалась каждому новоприбывшему, и сразу записался в кружок норвежского языка. Через неделю ПГР Слезов вышел в свою первую смену. Отдадим Алексею должное: он проработал на глубине 500 метров целых полтора месяца. По истечении этого срока, проснувшись однажды после смены, увидел солнце совсем низко над горизонтом. Вдруг понял, что скоро наступит полярная ночь, и впал в панику. В голову полезли мысли о веревке и мыле, но в конце концов он пришел в себя и, чтобы развеяться, отправился в порт. Там стояло норвежское туристическое судно. Через час оно отходило в норвежский же Лонгиербюен, расположенный в каких-то 40 километрах. По слухам, там были настоящий бар и длинноногая барменша. Дальнейшее происходило без всякого определенного плана и вопреки здравому смыслу. Алексей сбегал за двумя заначенными бутылками водки, отнес их в теплицу, обменял на букет свежих гвоздик (розы выращивали только к 8 марта, а гвоздики – круглый год для возложения к памятнику Ленину), хорошо упаковал его в несколько слоев бумаги, вернулся в порт и смешался с толпой туристов. Вскоре Баренцбург растаял в морской дымке.

В Лонгиербюен пришли после полудня. Это был почти такой же неказистый поселок, как Баренцбург, но на одном из строений красовалась вывеска “BAR”. В баре было пусто, тепло и пахло хорошим табаком. На полках стояли бутылки с незнакомыми яркими этикетками, сверкало чистое стекло. Подобный бар наш герой видел только однажды - в московской гостинице «Пекин». Алексей сел за стойку, протянул симпатичой белобрысой барменше пакет и сказал:
- Это тебе.
Ничего более сложного на норвежском он выразить не мог, да и необходимости в общем-то не было. Барменша развернула пакет, понюхала цветы, посмотрела на Алексея ошалевшими глазами и спросила:
- Что тебе налить?
- Виски, пожалуйста, - попросил Алексей после недолгого раздумья. Виски он никогда не пробовал, но знал о нем из книг. Ему было интересно.
Барменша взяла стакан с толстым дном, бросила туда несколько кусочков льда, налила из бутылки пальца на три золотисто-янтарной жидкости, поставила стакан на стойку перед гостем. Потом подошла к какому-то ящику, нажала на кнопку. Боб Дилан запел о том, что времена меняются, и нужно плыть, чтобы не утонуть.

Едва Алексей успел сделать первый глоток, как где-то вблизи застрекотал вертолет. Он обернулся и минуты три отстраненно наблюдал, как вертолет приземлился на площадку, как из него выскочили «три пингвина» и побежали к бару. Потом он сказал барменше:
- Это за мной. Пожалуйста, спрячь меня!
Девушка открыла дверцу под стойкой. Алексей перекрестился и нырнул в проем. Девушка закрыла дверцу, открыла дверь за своей спиной и убрала со стойки недопитый виски. В баре снова стало пусто. Через минуту чекисты ворвались в бар. Осмотрелись, выругались по-русски и побежали назад: к их вертолету уже приближался автомобиль норвежской полиции.

Для знакомых с материка исчезновение Алексея прошло почти незамеченным. Ну, завербовался человек на Шпицберген. Ну, не появился через два года. Всякое бывает. Я бы тоже ничего не знал, не встреть я в Москве его сестру. Она-то и ввела меня в курс дела, само собой, под большим секретом. Я спросил, как у Алексея дела. Она ответила, что он преподает русскую литературу в одном из шведских колледжей. Было это много лет назад, и сейчас он, если жив, скорей всего на пенсии. Хочется думать, что все у него хорошо. А мне, когда вспоминаю об Алексее, вот что приходит на ум: после Второй мировой войны из СССР убежало довольно много людей. Большинство остались на Западе, поехав в командировку, на соревнования или на гастроли. Единицы переплыли Черное море из Батуми в Турцию. Единицы перешли через леса в Финляндию. И только один Алексей сбежал через стойку бара. Его следовало бы внести в Книгу рекордов Гинесса.

20.

Don't give up.

Что я все о бандитах и жуликах-то? Пора рассказать и о порядочных людях. Врачах, например.
С Максом я познакомился в Крыму-куда сдернул сразу после дембеля. Ну почти сразу.
Сначала продал наворованное в Армаде вероятному противнику(писал уже об этом)- а потом уже поехал отдыхать от трудов праведных.
Вообще первую неделю не помню. Оно и понятно: дембель с деньгами в крымском пансионате, набитом под завязку скучающим бабьем-это просто гимн плодородию. Памятник приапизму. Совавшийся с цепи кобель рядом со мной был бы примером целомудрия. Днем я зычно созывал самок криком молодого аморала, вечерами на дискотеках куролесил на выгнутых пальцах, выплясывая с ножом в зубах замысловатый танец полового влечения, а ночами не спал вообще. То есть совсем.
Отсыпался поутру на пляже-по три часа в день. Я купался в лучах славы некрупного злодея с замашками нравственного дегенерата.
Администрация поначалу боролась с развратом, потом испуганно притихла перед масштабом чреслобесия, затем начала мной гордиться.
Сам слышал,как директор "Украины", пожилой мужичок, рассказывал обо мне смущенным курортникам:
-Не, ну этож я чего за 20 лет не повидал-но ТАКОГО! Я ночью иду-гляжу, он по балконам лезет с пятого этажа на третий. А сам на втором живет! То есть у него ночью-пересменка! Из одной койки вылез-в другую полез! Это ж не человек, это бордель-терьер какой то!
-Это когда это он меня засек-размышлял я-в 12? Или в 3? А может под утро?
Через неделю я начал хоть более-менее различать партнерш. А то до того как-то смазано все. Крыл площадями. Квадратно-гнездовым методом. Запомнилась только знатная доярка полной пастью золотых зубов. Ее челюсти в ночи так зажиточно мерцали... Я ее звал "пещерой Алладина".
На исходе первых десяти дней я более-менее успокоился и перешел на щадящий режим-курортить не более двух отдыхающих в день. А не то копыта отбросишь с такого отдыха. Приехал-то -двадцать раз выход на две делал, а после такого угара и пары раз подтянуться не смог.
Тут-то мы с Максом и познакомились. Максу тогда было уже под тридцатник, но мы сдружились. Опять же на блядском поприще. Так-то Макс смущался знакомиться, для меня же этого слова "смущение" просто не существовало. В нашей спарке ему доставались подруги мною сбитых баб-то есть он выполнял при мне, акуле разврата, функцию рыбы-прилипалы. Впрочем, довольно часто на его долю выпадали довольно сочные ломти.
Но я не об этом.
Как то Макс сдуру признался-что по профессии он врач. Ну как признался- ночью пьяный орал на пляже, перекрикивая шум прибоя "Балладой о гонорее"
"Сядьте дети в круг скорее,
Речь пойдет о гонорее.
Отчего бывает вдруг
Этот горестный недуг? "
Это было очень опрометчиво. К эскулапу тут же потянулись толпы страждущих всякой хуйней. Особенно донимали климактерические курортницы. Макс бегал от них неделю, потом сказался патологоанатомом-по моему совету.
И всех страждущих диагноза встречал сентенциями "Как помрете-приходите" и "Вскрытие покажет"
Под конец смены мы как-то разговорились.
-Слушай, дитя люберецких помоек, я никак в толк не возьму-это из тебя армия такую скотину сделала? Вроде из приличной семьи...
-Отчим-академик...
-Аналогично. Но я вот до тебя думал, что я циник, а тут...Зачем ты директору в пиджак гондоны и женские трусы подсунул? Его же жена из дому выгнала!
-А нехуй бодаться так истово с зовом природы. Пущай хлебнет нашей кобелиной участи. А то задолбал уже нотации читать. А теперь я ему всякий раз эдак, по-свойски подмигиваю и пальчиком грожу, мол -ишь, Семеныч, каков ты блудодей, оказывается! А туда же-нравоучать лез, козел похотливый! Святошу строил! Он теперь от меня шарахается. А то все писать грозился.
-Куда?
-То ли в институт, то ли в комсомол, не знаю. У него ж инстинкт: увидел безобразие-напиши. Сигнал, так сказать, подай. А здоровый коллектив вставит моральному разложенцу пистон. А теперь писать некуда-перестройка же, вот стукачи в растерянности.
-Вот ты скотина!
-Угу. Это врожденное. Семья тут ни при чем. Вот у тебя...
-У меня вся родня-уроды.
-?!
-Конченые.
-Поясни. Ты ж говорил-академики, профессура...
-Одно другому не мешает.
-Рассказывай.
-Изволь: Что бы ты понимал-у меня в роду все врачи. Папа академик, мама профессор, деды , бабки, дядья, племянники, пращуры и далекие предки-все без исключения. Мне кажется, мы от Асклепия род ведем. Поэтому я думал, что мне одна дорога.
Не ну а куда? Я с пеленок только разговоры о диагнозах и слышу. Я пизду-то первый раз в "Гинекологии" Штеккеля увидел. И тут...заканчиваю 10 класс. Прихожу домой-а там вся родня собралась. На консилиум. Начали издалека. Мол, как учеба?- Золотая медаль будет. Угу. А олимпиады? Три по химии-первое место по Москве.А поступать куда собрался?
Как куда? В Первый мед, разумеется. Ну тут вся эта шобла так головами многомудрыми неодобрительно закачала. Я напрягся. И не зря. Мы, говорят, Максим, против. Я опешил. Чего -это, мол, спрашиваю? А вот мы все подумали и решили, что из тебя хорошего врача не выйдет. Я затупил-почему ? Ну ты этого не поймешь, ты молодой, себя со стороны не видишь, а вот мы врачей нагляделись-в общем, не твое это. И способствовать твоему поступлению семья не будет. Я хмыкнул-мол, больно надо. Сам поступлю. Дверью хлопнул и ушел.
Ну и поступил.
Прихожу домой-на меня как на врага народа смотрят. Ну, раз так, раз мнение семьи для тебя ничего не значит, то езжай живи один. От бабки комната осталась в коммуналке-туда меня и сгрузили. И зарабатывай на жизнь сам. Мне, профессорскому сынку, поначалу туговато пришлось. От сытого-то корыта... Подрабатывал на Скорой. Спал урывками. Одно хорошо-преподы не лютовали. Они ж врачи. Передо мной девочка-зубрила отвечает -все все выучила, а ей четверку. А со мной поговорят, я всего и не помню, но синие подглазья за себя говорят. У меня ж практика. Случись с пациентом анафилактический шок- от той девочки ученой с ее латынью толку ноль будет. А я справлюсь. Потому мне пятерки ставили. Еще удивлялись-чего это я надрываюсь-то. Фамилия-то известная. Мол-ишь какой подвижник! А я не подвижник, я жрать хотел. А на стипендию не пожируешь.
Много раз хотел бросить-но злость спасала. На родню. Отучился на красный диплом. Хоть бы хны. Не быть тебе врачом-и все тут. Интернатура, с красным распределение по желанию-я и попросился участковым к дому поближе. Центр обслуживал. Тут вызов. Прихожу, огромная квартира, тьма народу, говорят шепотом. Мол, отходит уже. Толпа врачей, на меня шикнули-я назад, но тут жена трупова меня остановила. Мол, раз диагноз поставить не можете, может хоть участковый что скажет.
-Да чего там ставить-то? -я удивился- мне для этого и разуваться не надо. Диабет это!
-Как это ты так определил?
-Запах кислых яблок от больного.
-Круто. Ну и?
-Ну там все забегали-загомонили, не до меня стало. Потом проходит недели две, меня к Министру Здравоохранения вызывают. Простую клистирную трубку-к министру! Ну я напрягся, думаю-где ж я так накосячил-то. Бабки ж ЦКшные вечно жалобы строчат, мол, не нежен ты с ними в соответствии с их заслугами. Одна дочь Буденного из меня ведро крови выцедила. Здоровая как кобыла-и вечно "болеет". Мы ее так и звали- "дочь Буденного от его любимой кобылы"
-Не растекайся мыслию...
-Ну вот. Прихожу, нервничаю, кадыком над галстуком дергаю, в уме все грехи свои перебираю. Евгений Ивановича то я знаю-он у нас дома не раз гостил. Захожу в кабинет, Чазов на меня поглядел-узнал. Удивился.
-Максим,так это вы наш участковый?!
-Ну да, Евгений Иванович. Азмъ есьмь.
-Подождите. А почему не в клинике? Вы плохо учились?
-Красный диплом 1 лечфак, Первый мед.
-Ничего не понимаю. А семья что?
-А семья, Евгений Иванович, считает , что из меня врач никакой.
-М-да. Мне мои замы-академики диагноз поставить не могли, а вы из прихожей...жена рассказала. И вы, с их точки зрения-плохой врач?
-Так это вы были?!
-Я. К-хм. В некотором роде, я вам, Максим Евгеньевич, жизнью обязан. Ну что ж. У вас специализация какая?
-Гинекология.
-Отлично. Как кстати. Сейчас как раз новую клинику сдают в сентябре. Идите в отпуск, придете- принимайте клинику.
-Но я...
-Мне виднее. Родителям кланяйтесь. Скажите, Чазов за сына благодарит. Впрочем, я сам им позвоню.
Выходил не чуя ног. В голове одна мысль-отец главврачом в 50 стал, дед в 45, мать в 55а я ...30 нет...Ну я им скажу!
Приезжаю домой ,думаю ща я вам все выскажу...
А там... Как в 10 м классе. Все. Сидят-выпивают. Стол накрыли. Пришел, объятья, поздравления, как будто меня 10 лет не гнобили.
Мне и приятно и зло берет-я говорю, а как там с вашим глазом-алмазом дела? Кому быть врачом-кому не быть?
-Видишь ли, Максим, говорит мне дядя- всем было понятно, что врач ты от Б-га. Но. Мы долго думали. Ты же к 10 му классу знал то, что не все третьекурсники проходили. То есть первые три курса тебе и в институт ходить-то было не надо особо. Вероятнее всего, ты б привык пинать балду, а потом из тебя черти-чего бы вышло. Вот мы и решили так поступить. Для твоего же блага. Как видишь-все получилось.
Стоял только рот открывал-закрывал. Вот ведь...су...педагоги...И понимаю,что они правы и злость берет...Я десять лет, как проклятый...по 16 часов в день ,а они,эх! -Макс махнул рукой . Выскочил за дверь и...
-И?
-И сюда.
-М-да. Судьба играет человеком,а человек играет на трубе. Ну за родителей!
-Прозит!
-Погодь, а что эти замы действительно диабет найти не смогли?
-А я знаю? Может-не смогли, может, не захотели. Чазов помрет-место свободно. Меня ж жена вызвала-она одна в мемориальной доске на стене была не заинтересована.
Сейчас Макс в Америке. Своя клиника. Не бедствует от слова "совсем" . интересно, простил ли он родню?
Не знаю.

Пы сы. История записана со слов пьяного приятеля в 1988году. Так что детали я явно потерял-просьба не придираться особо.

21.

ЗЯМА

Если бы эту странную историю о вампирах и хасидах, о колдунах и книгах, о деньгах и налогах я услышал от кого-нибудь другого, я бы не поверил ни одному слову. Но рассказчиком в данном случае был Зяма Цванг, а он придумывать не умеет. Я вообще долго считал, что Б-г наградил его единственным талантом - делать деньги. И в придачу дал святую веру, что наличие этого дара компенсирует отсутствие каких-либо других.

Зяму я знаю, можно сказать, всю жизнь, так как родились мы в одном дворе, правда, в разных подъездах, и я – на четыре года позже. Наша семья жила на последнем пятом этаже, где вечно текла крыша, а родители Зямы - на престижном втором. Были они позажиточнее ИТРовской публики, которая главным образом населяла наш двор, но не настолько, чтобы на них писали доносы. Когда заходила речь о Цванге-старшем, моя мама всегда делала пренебрежительный жест рукой и произносила не очень понятное слово «гешефтмахер». Когда заходила речь о Цванге-младшем, она делала тот же жест и говорила: «оторви и брось». Ей даже в голову не приходило, что всякие там двойки в дневнике и дела с шпаной всего лишь побочные эффекты главной его страсти – зарабатывания денег.

Я, в отличие от мамы, всегда относился к Зяме с уважением: он был старше, и на его примере я познакомился с идеей свободного предпринимательства. Все вокруг работали на государство: родители, родственники, соседи. Некоторые, как я заметил еще в детстве, умели получать больше, чем им платила Советская власть. Например, врачу, который выписывал больничный, мама давала три рубля, а сантехнику из ЖЭКа за починку крана давала рубль и наливала стопку водки. Но ЖЭК и поликлиника от этого не переставали быть государственными. Двенадцатилетний Зяма был единственным, кто работал сам на себя. Когда в магазине за углом вдруг начинала выстраиваться очередь, например, за мукой, Зяма собирал человек десять малышни вроде меня и ставил их в «хвост» с интервалом в несколько человек. Примерно через час к каждому подходила незнакомая тетенька, обращалась по имени, становилась рядом. Через пару минут елейным голосом велела идти домой, а сама оставалась в очереди. На следующий день Зяма каждому покупал честно заработанное мороженое. Себя, конечно, он тоже не обижал. С той далекой поры у меня осталось единственное фото, на котором запечатлены и Зяма, и я. Вы можете увидеть эту фотографию на http://abrp722.livejournal.com/ в моем ЖЖ. Зяма – слева, я - в центре.

Когда наступал очередной месячник по сбору макулатуры, Зяма возглавлял группу младших школьников и вел их в громадное серое здание в нескольких кварталах от нашего двора. Там располагались десятки проектных контор. Он смело заходил во все кабинеты подряд, коротко, но с воодушевлением, рассказывал, как макулатура спасает леса от сплошной вырубки. Призывал внести свой вклад в это благородное дело. Веселые дяденьки и тетеньки охотно бросали в наши мешки ненужные бумаги, а Зяма оперативно выуживал из этого потока конверты с марками. Марки в то время собирали не только дети, но и взрослые. В мире без телевизора они были пусть маленькими, но окошками в мир, где есть другие страны, непохожие люди, экзотические рыбы, цветы и животные. А еще некоторые из марок были очень дорогими, но совершенно незаметными среди дешевых – качество, незаменимое, например, при обыске. Одним словом, на марки был стабильный спрос и хорошие цены. Как Зяма их сбывал я не знаю, как не знаю остальные источники его доходов. Но они несомненно были, так как первый в микрорайоне мотороллер появился именно у Зямы, и он всегда говорил, что заработал на него сам.

На мотороллере Зяма подъезжал к стайке девушек, выбирал самую симпатичную, предлагал ей прокатиться. За такие дела наша местная шпана любого другого просто убила бы. Но не Зяму. И не спрашивайте меня как это и почему. Я никогда не умел выстраивать отношения с шпаной.

Потом Цванги поменяли квартиру. Зяма надолго исчез из виду. От кого-то я слышал, что он фарцует, от кого-то другого – что занимается фотонабором. Ручаться за достоверность этих сведений было трудно, но, по крайней мере, они не были противоречивыми: он точно делал деньги. Однажды мы пересеклись. Поговорили о том о сем. Я попросил достать джинсы. Зяма смерил меня взглядом, назвал совершенно несуразную по моим понятиям сумму. На том и расстались. А снова встретились через много лет на книжном рынке, и, как это ни странно, дело снова не обошлось без макулатуры.

Я был завсегдатаем книжного рынка с тех еще далеких времен, когда он был абсолютно нелегальным и прятался от неусыпного взора милиции то в посадке поблизости от городского парка, то в овраге на далекой окраине. Собирались там ботаники-книголюбы. Неспешно обсуждали книги, ими же менялись, даже давали друг другу почитать. Кое-кто баловался самиздатом. Одним словом, разговоров там было много, а дела мало. Закончилась эта идиллия с появлением «макулатурных» книг, которые продавались в обмен на 20 килограммов старой бумаги. Конечно, можно сколько угодно смеяться над тем, что темный народ сдавал полное собрание сочинений Фейхтвангера, чтобы купить «Гойю» того же автора, но суть дела от этого не меняется. А суть была в том, что впервые за несчетное число лет были изданы не опостылевшие Шолохов и Полевой, а Дюма и Сабатини, которых открываешь и не закрываешь, пока не дочитаешь до конца. Масла в огонь подлили миллионные тиражи. Они сделали макулатурные книги такими же популярными, как телевидение – эстрадных певцов. Ну, и цены на эти книги - соответствующими. Вслед за макулатурными книгами на базаре однажды появился Зяма.

Походил, повертел книги, к некоторым приценился. Заметил меня, увидел томик «Библиотеки Поэта», который я принес для обмена, посмотел на меня, как на ребенка с отставанием в развитии, и немного сочувственно сказал:
- Поц, здесь можно делать деньги, а ты занимаешься какой-то фигней!

В следующий раз Зяма приехал на рынок на собственной белой «Волге». Неспеша залез в багажник, вытащил две упаковки по 10 штук «Королевы Марго», загрузил их в диковиннную по тем временам тележку на колесиках, добрался до поляны, уже заполненной любителями чтения, и начал, как он выразился, «дышать свежим воздухом». К полудню продал последнюю книгу и ушел с тремя моими месячными зарплатами в кармане. С тех пор он повторял эту пранаяму каждое воскресенье.

Такие люди, как Зяма, на языке того времени назывались спекулянтами. Их на базаре хватало. Но таких наглых, как он, не было. Милиция время от времени устраивала облавы на спекулянтов. Тогда весь народ дружно бежал в лес, сшибая на ходу деревья. Зяма не бежал никуда. Цепким взглядом он выделял главного загонщика, подходил к нему, брал под локоток, вел к своей машине, непрерывно шепча что-то на ухо товарищу в погонах. Затем оба усаживались в Зямину «Волгу». Вскоре товарищ в погонах покидал машину с выражением глубокого удовлетворения на лице, а Зяма уезжал домой. И не спрашивайте меня, как это и почему. Я никогда не умел выстраивать отношения с милицией.

Однажды Зяма предложил подвезти меня. Я не отказался. По пути набрался нахальства и спросил, где можно взять столько макулатуры.
- Никогда бы не подумал, что ты такой лох! - удивился он, - Какая макулатура?! У каждой книги есть выходные данные. Там указана типография и ее адрес. Я еду к директору, получаю оптовую цену. Точка! И еще. Этот, как его, которого на базаре все знают? Юра! Ты с ним часто пиздишь за жизнь. Так вот, прими к сведению, этот штымп не дышит свежим воздухом, как мы с тобой. Он – на службе, а служит он в КГБ. Понял?
Я понял.

В конце 80-х советскими евреями овладела массовая охота к перемене мест. Уезжали все вокруг, решили уезжать и мы. Это решение сразу и бесповоротно изменило привычную жизнь. Моими любимыми книгами стали «Искусство программирования» Дональда Кнута ( от Кнута недалеко и до Сохнута) и «Essential English for Foreign Students» Чарльза Эккерсли. На работе я не работал, а осваивал персональный компьютер. Записался на водительские курсы, о которых еще год назад даже не помышлял. По субботам решил праздновать субботу, но как праздновать не знал, а поэтому учил английский. По воскресеньям вместо книжного базара занимался тем же английским с молоденькой университетской преподавательницей Еленой Павловной. Жила Елена Павловна на пятом этаже без лифта. Поэтому мы с женой встречались с уходящими учениками, когда шли вверх, и с приходящими, когда шли вниз. Однажды уходящим оказался Зяма. Мы переглянулись, все поняли, разулыбались, похлопали друг друга по плечу. Зяма представил жену – статную эффектную блондинку. Договорились встретиться для обмена информацией в недавно образованном еврейском обществе «Алеф» и встретились.

Наши ответы на вопрос «Когда едем?» почти совпали: Зяма уезжал на четыре месяца раньше нас. Наши ответы на вопрос «Куда прилетаем?» совпали точно: «В Нью-Йорк». На вопрос «Чем собираемся заниматься?» я неуверенно промямлил, что попробую заняться программированием. Зяму, с его слов, ожидало куда более радужное будущее: полгода назад у него в Штатах умер дядя, которого он никогда не видел, и оставил ему в наследство электростанцию в городе Джерси-Сити. «Из Манхеттена, прямо на другой стороне Гудзона», как выразился Зяма.
Я представил себе составы с углем, паровые котлы, турбины, коллектив, которым нужно руководить на английском языке. Сразу подумал, что я бы не потянул. Зяму, судя по всему, подобные мысли даже не посещали. Если честно, я немного позавидовал, но, к счастью, вспышки зависти у меня быстро гаснут.

Тем не менее, размышления на тему, как советский человек будет справляться с ролью хозяина американской компании, настолько захватили меня, что на следующем занятии я поинтересовался у Елены Павловны, что там у Зямы с английским.
- У Зиновия Израилевича? – переспросила Елена Павловна, - Он самый способный студент, которого мне когда-либо приходилось учить. У него прекрасная память. Материал любой сложности он усваивает с первого раза и практически не забывает. У него прекрасный слух, и, как следствие, нет проблем с произношением. Его великолепное чувство языка компенсирует все еще недостаточно большой словарный запас. Я каждый раз напоминаю ему, что нужно больше читать, а он всегда жалуется, что нет времени. Но если бы читал...
Елена Павловна продолжала петь Зяме дифирамбы еще несколько минут, а я снова немного позавидовал, и снова порадовался, что это чувство у меня быстро проходит.

Провожать Зяму на вокзал пришло довольно много людей. Мне показалось, что большинство из них никуда не собиралось. Им было хорошо и дома.
– Не понимаю я Цванга, - говорил гладкий мужчина в пыжиковой шапке, - Если ему так нравятся электростанции, он что здесь купить не мог?
- Ну, не сегодня, но через пару лет вполне, - отчасти соглашался с ним собеседник в такой же шапке, - Ты Данько из обкома комсомола помнишь? Я слышал он продает свою долю в Старобешево. Просит вполне разумные бабки...

Сам я в этот день бился над неразрешимым вопросом: где к приходу гостей купить хоть какое-то спиртное и хоть какую-нибудь закуску. – Да уж, у кого суп не густ, а у кого и жемчуг мелок! – промелькнуло у меня в голове. И вдруг я впервые искренне обрадовался, что скоро покину мою странную родину, где для нормальной жизни нужно уметь выстраивать отношения со шпаной или властью, а для хорошей - и с теми, и с другими.

Следующая встреча с Зямой случилась через долгие девять лет, в которые, наверное, вместилось больше, чем в предыдущие сорок. Теплым мартовским днем в самом лучшем расположении духа я покинул офис моего бухгалтера на Брайтон-Бич в Бруклине. Совершенно неожиданно для себя очутился в русском книжном магазине. Через несколько минут вышел из него с миниатюрным изданием «Евгения Онегина» – заветной мечтой моего прошлого. Вдруг неведомо откуда возникло знакомое лицо и заговорило знакомым голосом:
- Поц, в Америке нужно делать деньги, а ты продолжаешь эту фигню!
Обнялись, соприкоснулись по американскому обычаю щеками.
- Зяма, - предложил я, - давай вместе пообедаем по такому случаю. Я угощаю, а ты выбираешь место. Идет?
Зяма хохотнул, и через несколько минут мы уже заходили в один из русских ресторанов. В зале было пусто, как это всегда бывает на Брайтоне днем. Заняли столик в дальнем углу.
- Слушай, - сказал Зяма, - давай по такому случаю выпьем!
- Давай, - согласился я, - но только немного. Мне еще ехать домой в Нью-Джерси.
- А мне на Лонг-Айленд. Не бзди, проскочим!
Официантка поставила перед нами тонкие рюмки, каких я никогда не видел в местах общественного питания, налила ледяную «Грей Гуз» только что не через край. Сказали «лехаим», чокнулись, выпили, закусили малосольной селедкой с лучком и бородинским хлебом.
– Неплохо, - подумал я, - этот ресторан нужно запомнить.

После недолгого обсуждения погоды и семейных новостей Зяма спросил:
- Чем занимаешься?
- Программирую потихоньку, а ты?
- Так, пара-тройка бизнесов. На оплату счетов вроде хватает...
- Стой, - говорю, - а электростанция?
- Электростанция? - Зяма задумчиво поводил головой, - Могу рассказать, но предупреждаю, что не поверишь. Давай по второй!
И мы выпили по второй.

- До адвокатской конторы, - начал свой рассказ Зяма, - я добрался недели через две после приезда. Вступил в наследство, подписал кучу бумаг. Они мне все время что-то втирали, но я почти ничего не понимал. Нет, с английским, спасибо Елене Павловне, было все в порядке, но они сыпали адвокатской тарабарщиной, а ее и местные не понимают. Из важного усек, что документы придется ждать не менее двух месяцев, что налог на недвижимость съел до хера денег, ну и что остались какие-то слезы наличными.

Прямо из конторы я поехал смотреть на собственную электростанцию. В Манхеттене сел на паром, пересек Гудзон, вылез в Джерси-Сити и пошел пешком по Грин стрит. На пересечении с Бэй мне бросилось в глаза монументальное обветшалое здание с трещинами в мощных кирпичных стенах. В трехэтажных пустых окнах кое-где были видны остатки стекол, на крыше, заросшей деревцами, торчали три жуткого вида черные трубы. Солнце уже село, стало быстро темнеть. Вдруг я увидел, как из трубы вылетел человек, сделал разворот, полетел к Манхеттену. Не прошло и минуты – вылетел другой. В домах вокруг завыли собаки. Я не трусливый, а тут, можно сказать, окаменел. Рот раскрыл, волосы дыбом! Кто-то окликнул меня: - Сэр! Сэр! - Обернулся, смотрю – черный, но одет вроде нормально и не пахнет.
- Hey, man, – говорю ему, - What's up? – и собираюсь слинять побыстрее. Я от таких дел всегда держусь подальше.
- Не будь дураком, – остановливает он меня, - Увидеть вампира - к деньгам. Не спеши, посмотри поближе, будет больше денег, - и протягивает бинокль.
Бинокль оказался таким сильным, что следующего летуна, казалось, можно было тронуть рукой. Это была полуголая девка с ярко-красным ртом, из которого торчали клыки. За ней появился мужик в черном плаще с красными воротником и подкладкой.
- Кто эти вампиры? – спрашиваю я моего нового приятеля, - Типа черти?
- Нет, не черти, - говорит он, - скорее, ожившие покойники. Во время Великой депрессии это здание оказалось заброшенным. Затем его купил за символичесий один доллар какой-то сумасшедший эмигрант из России. И тогда же здесь появились вампиры. День они проводят в подвале, потому что боятся света. Вечером улетают, возвращаются к утру. Видят их редко и немногие, но знает о них вся местная публика, и уж точно те, у кого есть собаки. Из-за того, что собаки на них воют. Так или иначе, считается это место гиблым, по вечерам его обходят. А я – нет! Увидеть такое зрелище, как сегодня, мне удается нечасто, но когда удается, на следующий день обязательно еду в казино...
- Обожди, - перебил я его, - они опасные или нет?
- Ну да, в принципе, опасные: пьют человеческую кровь, обладают сверхъестественными способностями, почти бессмертные... А не в принципе, тусуются в Манхеттене среди богатых и знаменитых, обычные люди вроде нас с тобой их не интересуют. Только под руку им не попадай...

Стало совсем темно. Я решил, что полюбуюсь моей собственностью завтра, и готов был уйти, как вдруг что-то стукнуло мне в голову. Я спросил:
- Слушай, а что было в этом здании перед Великой депрессией?
И услышал в ответ:
- Электростанция железнодорожной компании «Гудзон и Манхеттен».

Окончание следует. Читайте его в завтрашнем выпуске anekdot.ru

22.

Сдаю экзамен по русской литературе. Преподаватель интересный и колоритный мужик, не сдать ему сложно, но и получить пятерку трудно. Оглашаю вопрос, тут же следует дополнительный:
- Что можете сказать о Зинаиде Гиппиус?
- У нее было два мужа.
- Отлично. В учебнике об этом не пишут, вижу, что читаете.

23.

Несколько лет назад довелось мне поработать психологом в МЧС, причем в составе дежурной оперативной смены одного из ЦУКСов Сибири. Работать было интересно, один день не походил на другой: то пусто и тихо, то ЧС одна за другой.

Помимо выездов, в мои обязанности входило отвечать на звонки по «Телефону доверия». Та еще хрень, надо признать: процентов 80 звонков были на тему «Как позвонить в пожнадзор (ГИМС, лично Шойгу и т.д.)», а остальные 20 были от самой веселой части нашей планеты, подавляющее большинство представителей которой имело официально установленный диагноз в местном психоневрологическом диспансере. Хуже всего, если подобный кадр сперва заливался алкоголем до определенной кондиции, а уж потом звонил «добрым тетям», и не его вина, что в тот день дежурила вовсе не «тетя»…

Этот звонок раздался в начале девятого – я только-только успел принять смену. На том конце провода мужской голос, язык сильно заплетается:

– Алло, я хочу сброситься с крыши: от меня ушла жена…

Как правило, «телефонные самоубийцы» не доводят обещания даже до попытки реально приступить к суициду, но и исключать вероятность подобного нельзя. Поэтому мысленно пожелав себе терпения, я начал выяснять причины и обстоятельства. Вернее будет сказать, попытался: упившееся в хлам тело слышало только себя. Внезапно звонящий предложил:

– А давайте я дам вам телефон своей жены, вы ей позвоните, расскажете, как мне плохо…

Сказать, что я удивился ¬– ничего не сказать. Но уж лучше так. Поэтому я записал цифры и перезвонил. Ответил мне мелодичный голос.

– Доброе утро, вас беспокоят из МЧС, дежурный психолог Такойто. Вы Кристина? Нам только что звонил некто Дмитрий, представился Вашим супругом (имена изменены).

– Ну да, есть такой.

Удерживая в памяти практически бесполезные ошметки разговора с Дмитрием, я задал вопрос «в лоб»:

– Вы можете прокомментировать события вчерашнего вечера?

Кристина заметно растерялась:

– Не могу.

– Я поясню: Дмитрий говорил, что хочет сброситься с крыши, дескать, вы от него ушли.

– Ну да, на работу…

Как выяснилось, Дмитрий уже имел в анамнезе несколько неудачных попыток суицида…

Когда я пересказывал эту историю коллегам, они не знали, веселиться или удивляться. Решили, что первый вариант более перспективен. К тому же после моего звонка бригада из психушки за ним приехала достаточно оперативно, он даже на крышу залезть не успел.

24.

АТОМНЫЙ КОТ

У Василия было порвано правое ухо и щека, от этого казалось, что он всё время улыбается. Но Василий никогда не улыбался потому, что был суровым военно-морским котом, а шрамы свои получил в боях с крысами. Чтоб снять с себя обвинения в котофобии, посвящаю Василию отдельный рассказ.

Жил Василий на тяжёлом атомном подводном крейсере стратегического назначения ТК-13 и состоял там на полном довольствии. Его даже кто-то, в шутку, вписал карандашом в ТКР (типовое корабельное расписание). Службой Василия на крейсера была ловля крыс.

Крысы не водились на подводных лодках, которые ходили в море, но стоило лодке постоять у причала с годик - и вот они: тут как тут. А ТК-13 к тому времени не был в море года два наверное, или три и, поэтому, крысы его уже вовсю облюбовали и заселили двумя прайдами: один в ракетных отсеках, другой в жилых. Вы, конечно, можете спросить, а каким путём крысы попадали на борт подводной лодки, а я вам расскажу, так как видел это собственными глазами и, с тех пор, мне кажется, что если крысы были бы размером с собаку, хотя бы, то всё наше с вами относительно мирное существование на этой планете давно бы уже закончилось. Крыса забегает по длинному швартовому концу, который висит и болтается и пулей шмыгает в надстройку. Оттуда она поднимается по двухсекционному трапу к рубочному люку и спускается вниз по вертикальному трапу. Так же, кстати, они выходили погулять, ну или там в магазин сбегать, не знаю - не спрашивал. Как они узнавали о том, что корабль не ходит в море - загадка. Я всегда с интересом разглядывал приказы вышестоящих инстанций, но нигде в рассылке не замечал адресата "Крысиному Королю, бухта Нерпичья, пирс 3" хотя, может быть, писали специальными чернилами.

Мы приняли ТК-13 на время, чтоб её экипаж сходил в полноценный отпуск (два месяца для неплавающих), а нашу крошку в это время повёл в море разбивать об лёд не скажу какой экипаж. Пришли мы дружным табором с вещичками на корабль, минут за десять подписали акты и начали дружно пить (зачеркнуто) знакомиться с матчастью. Сижу я в центральном и щёлкаю кнопками своего пианино, как чувствую на себе чей-то взгляд. Поворачиваюсь - на комингс-площадке сидит какое-то чёрно-белое чудовище с порванным ухом и улыбается мне.
- Ты кто? - спрашиваю у него.
- Мяу! - говорит оно.
- Да я вижу, что не собака, зовут-то тебя как?
- Василием его зовут, - отвечает мне командир ТК-13, выходя с нашим из штурманской рубки, где они выпивали (зачеркнуто) пересчитывали карты. - Саша (это уже нашему командиру), вы его тут не обижайте мне! Он у нас крысолов знатный и вообще умнее минёра нашего!
- Умнее минёра это не показатель, конечно, но что ты, Володя, мы детей, животных и минёров не обижаем.
- Саша, не приму корабль обратно, если что! Ты меня знаешь! Подвинься, Василий!

Василий двигается и они уходят.
Здесь я и столкнулся в первый раз с таким явлением, как крыса на подводной лодке. На удивление хитрые твари, доложу я вам. Проникали всюду и воровали всё, что хоть как-нибудь можно было съесть. У меня, например, однажды украли сосиску из банки с железной крышкой. Прихожу в каюту, а на полу лежит банка, которая стояла в закрытом секретере, крышка открыта и сиротливо лежит одна сосиска. А было-то две!!!
- Диииима! - кричу начхиму в соседнюю каюту, - иди-ка сюда-ка!
Высовывается Дима.
- Ты зачем,- говорю, - сосиску-то у меня украл?
Дима смотрит на банку.
- Эдик, ну посмотри на меня. Разве я похож на человека, который украдёт одну сосиску, если может украсть две?
Логично, конечно.

Ставили мы на них крысоловки везде, Василию объясняли, чтоб не трогал приманку в них. Не трогал. Крысы попадались, но всё равно не истреблялись, поэтому на Василия был расписан график с кем сегодня он спит в каюте.

Каждый день. Я подчёркиваю, каждый день, в восемь часов вечера, когда вахта собиралась в центральном посту на отработку, Василий приходил с задушенной крысой, бросал её у кресла дежурного по кораблю, выслушивал похвалу в свой адрес и гордо уходил.
- Эбля! - кричали мы ему сначала, - крысу-то свою забери!!!

Но потом поняли, что Василий был аристократом по натуре и есть крыс брезговал. Он просто их убивал. Поэтому верхний вахтенный, приходя заступать в восемь часов вечера, всегда приходил с пакетиком. Получал автомат, патроны и крысу. Выходя на ракетную палубу он размахивал крысой над головой и, когда слетались чайки, бросал её в воздух. Потом пять минут наблюдал за инфернальной картиной разрыва крысы на части, вытирал брызги крови с лица и шёл охранять лодку. Кстати, знаете, мне кажется, что если северным чайкам подбросить в воздух человека, то они и его сожрут, может быть даже с пуговицами.

Пару раз мы пытались вынести Василия но волю погулять. Он ошалелыми глазами смотрел на вселенную и кричал на нас:
- Что же вы делаете, фашысты!!! Немедленно верните мне на борт!!! Я же корабельный кот или где?!
Мы выносили его на пирс и отпускали:
- Василий, ну сходи там себе кошку найди какую-нибудь, разомни булки-то!
Но Василий пулей бежал к рубочному люку и сидел там ждал, пока кто-нибудь его не спустит вниз. Аристократы, видимо, не только крыс не едят, но и по вертикальным трапам не ползают.
А потом нас собрали в море. Ну вы же герои у нас, чо, сказало нам командование, не слабо ли вам выйте на этом престарелом крейсере в море на недельку-другую, потешить, так сказать, старичка, напоследок. Конечно не слабо. Что делать с Василием решали на общем офицерском собрании. Василий сидел на столе и лизал яйца внимательно слушал.
- Что делать-то с Васей будем? В море брать его страшновато, вдруг не выдержит, может домой кто отвезёт на время?
- Да как домой-то, он же из лодки выйти боится.
- А давайте тогда, на время на двести вторую отдадим?
- А давайте.

Отнесли Василия на соседний борт и ушли в море. Возвращаемся, а на пирсе нас встречает родной экипаж ТК-13, заметно отдохнувший, загорелый (хорошо быть нелинейным экипажем) и радостно машет нам фуражками.
Дружной толпой заваливаются на борт ещё до того, как поставили трап.
- Так, где Василий? - первым делом спрашивает командир ТК-13 у нашего.
- Да на двести вторую его отдали, чтоб не рисковать.
- Саша, я тебя предупреждал! Или подай мне сюда Василия, или мы пошли дальше в казармы водку пить и развращаться!!!
- Эдуард, сбегай, а? А то мне этот береговой маразматик всю плешь проест!
А чего бы и не сбегать? После двух недель в море задница-то как деревянная. Иду на двести вторую.
- Вы к кому, тащ? - интересуется верхний вахтенный двести второй.
- К деду Фому. Скажи там своим мазутам береговым, пусть начинают суетиться - морской волк на борт поднимается!
- Центральный, верхнему! Тут к вам моряк какой-то пришёл. Выглядит серьёзно.
Ну вот то-то и оно. Спускаюсь вниз и на последней ступеньке мне каааак вцепится в жопу кто-то когтями и кааак давай лезть по моему новенькому альпаку ко мне на грудь!!! Василий, понятное дело. Худой весь какой-то, весь облезлый.
- Чтовыблядименябросилиуроды!!!! - кричит мне Василий, глядя прямо в лицо, - дакаквыпосмеличервименясмоегородногокорабляунести!!! Жывотные!!!! Жывотные вы!!!
- Позвольте, - отвечаю, поглаживая его - Василий, но мы для Вашего же блага посстарались, здоровье Ваше, так сказать, поберегли. Лодка же такая же и люди тут хорошие, котов не едят!!!
- Заткнись!!!! - продолжает кричать на меня Василий, - заткниськозёлинесименядомойпокажыв!!!!
- Ну, - говорит дежурный по двести второй, - две недели тут просидел под люком. Не ел почти ничего и всё вверх смотрел. Вынесли его на землю один раз, он все пирсы оббегал и сел потом на вертолётной площадке в море смотреть. Чуть отловили его обратно на борт. Ну и характерец!
Несу Василия обратно за пазухой, а там его уже командир ждёт, волнуется (наш-то в кресле спит, а этот бегает по центральному)
- Принёс?
- Ну, - говорю, - вот жешь он!
И стою наблюдаю картину, как капитан первого ранга, целует Василия во все места подряд и радуется, прямо как малое дитё.
Так что я не то, чтобы не люблю котов, но я привык любить конкретные личности, а не мегатонну фотографий в своей ленте. Вот Василия, например, я любил.

25.

Про войну

Партнерское.

Валерий Петрович- глава крупной охранной конторы. Но в силу специфики бизнеса, охраняют его ребята не какие-то сложные объекты, а просто большие площади, которые мало кому интересны ибо тащить особо нечего. Но народу в компании под 1000 человек. Контингент- соответствующий, состоящий преимущественно из молодых пацанов без сильного желания крутого карьерного роста ( в лучшем случае), а в худшем- вообще без желания чего-либо кроме тишины и самогона.
Руководители среднего звена были разными - но большей частью отличались от рядовых охранников только некоторым наличием мозгов и ответственности.
Высшее руководство, кроме Валерия Петровича, состояло из отставных силовиков и имело свои взгляды на жизнь нередко весьма специфические, которые однако, позволяли решать большинство появлявшихся проблем.
Сам Валерий Петрович, в прошлом конторский полковник, жил весьма тихой жизнью потомственного силовика.

Но вот как то, сидя в бане с руководителями подразделений и замами, у него зашел жесткий спор про ВОВ. Дед Валерия Петровича погиб, как и два его брата, ещё до Сталинградской битвы.
Мнения собравшихся разделились, и дискуссия стала приобретать весьма напряженный характер.
Доводы были классическими - вы можете почитать их зайдя на любой исторический форум нынешнего времени.

И тут Валерий Петрович взял слово.
"Дорогие сотрудники! Я тут подумал, и понял, что нам просто необходимо сплотить силы нашего коллектива. Тем более, что компания "Одуванчик", на объектах которой работает почти половина нашего персонала, нам не заплатила и в целях профилактики таких действий мы на один день частично снимем своих людей с её объектов. Так же все, кто не находится на дежурстве, к нам тоже присоединятся. Об остальном - сообщу накануне. Форма одежды - для турпохода."

И вот настал великий день.
Валерий Петрович не рассказал ничего даже своему первому заму- ибо все должно быть честно.

Приехав на место, персонал в количестве почти 700 человек ( 1-2 батальона в зависимости от времени и рода войск) увидел перед собой большое поле, огороженное флажками.

По краям поля стояли люди с пластмассовыми щитами и в шлемах.

Далее всем присутствовавшим к их вящей радости была роздана форма для игры в пейнбол и личное оружие.
Кроме личного, среднему руководству выдали с десяток чудес пейнтбольной техники типа минометов и пулеметов.
Более того - 2 руководителям даже досталось по личному минитанку:)



А уж когда перед рядовым персоналом поставили ящики с гранатами- тут началась эйфория как на Новый Год.

Когда общая эйфория от происходящего улеглась - Валерий Петрович попросил руководителей
построить персонал повзводно и вышел перед строем с мегафоном в руках.

"Уважаемые сотрудники! Сегодня Вы лично, можно сказать на собственной шкуре, узнаете, что такое ВОВ. Более того - у Вас будет облегченный вариант - ибо вас, дорогие мои, не будут бомбить с воздуха самолеты и не будет обстреливать артиллерия.

Перед Вами- поле. В середине поля на траве краской прочерчена линия. Все, кто через 15 минут после начала боя не перейдут эту линию - будут уволены из компании.

За правилами следит сторонняя организация, которую я специально нанял, о чем не знали даже ваши руководители.

Вступать в спор с судьями не разрешается.

В конце поля - 2 ДЗОТА и 2 снайпера.

Против Вас играет ШЕСТЬ человек. Вас тут без малого 700.

Сотрудники начинаю ржать в голос.

Повторяю, для тех кто не услышал или не поверил - против вас играет ШЕСТЬ человек, а вас семьсот.

У вас полтора десятка пулеметов и минометов и два танка. У них - только 2 пулемета и личное оружие.

Эйфория не унимается.

Сейчас по одному выбранному человеку из каждого взвода пойдет со мной и посмотрит на этих людей. Запомнит в лицо, что бы потом не было возмущения на тему что кто-то кого то обманул.

А теперь о приятном и неприятном.

Мое слово всегда выполняется и это все знают ( в компании это было железное правило, карал и благодетельствовал Валерий Петрович с барской щедростью и жестокостью соответственно).

Про увольнение тех, кто не пересечет через 15 минут линию, отмеченную краской, я написал.
Время поймете по свистку- его дадут за минуту до истечения времени.

Те, в кого попадает краска, вне зависимости от места попадения, выходят из боя, вставая и СРАЗУ идя в обратную сторону без оружия. Оружие остается на земле на том месте, где в вас попали.

Человек, продолживший движение после попадения в него, и замеченный за этим судьей, увольняется вне зависимости от должности.


А теперь главное:

Через час бой будет окончен.

-Те, в кого не попадет краска, получат по 3 полных оклада и внеочередной 2-х недельный оплачиваемый отпуск.
Овации в коллективе.

Перед дзотами есть очерченная краской линия, означающая 5-метровый рубеж.

Те, кто через него перейдет - получит полугодовой оклад и месяц отпуска за счет компании.

Овации в коллективе нарастают.

А теперь- главное.

Тот, кто войдет в помещение ДЗОТа - получает премию в виде годового оклада и два месяца оплаченного отпуска со всей семьей на моей личной вилле в Испании.

Овации после этой фразы были достойны съезда Партии в её лучшие годы...

А сейчас начальники, которые назначаются командирами взводов, под руководством моих замов будут разрабатывать стратегию боя, а вы пока сможете попристреливать личное оружие на мишенях.

Кстати, на последок замечу, что практически все присутствующие прошли двухгодичную службу в армии, и хорошо умеют обращаться с оружием, а так же в курсе воинской дисциплины.
Ваши деды, воевавшие в начале ВОВ, всего этого не имели.

Я закончил, приступайте."


Дальше была эйфория, смех, халявных самогон, пристрелка оружия и разработка плана.

Выбранная группа осмотрела укрепления на другой стороне поля и увидев хлюпиков, которые будут все это защищать, принесла своим коллегам ещё больше радости.

А потом был БОЙ.

Про него вы можете почитать в большом количестве исторической литературы про тот же Ржев.

Собственно - ничего нового.

Ещё раз подчеркну- ребят не бомбили с воздуха, не было мин и артиллерии. Лафа.


А вот итоги были весьма интересными:

Из всего личного состава через час осталось в "живых" менее 15 человек. ПОЛОВИНА ВЗВОДА.

Большая часть из них спряталась за танками, командиров которых убило в первую очередь, и лежала там друг на друге как селедки, выпихивая на поле всех, кто пытался туда влезть, не считаясь со званиями.

Последовало около 20 увольнений по причине конфликтов с судьями, из которых парочке даже досталось по щам с обещанием "вы.бать всю родню".

До ДЗОТОВ не дошел НИКТО.

Один сотрудник, воевавший до этого в Чечне и работавший на отдельном объекте, сумел пересечь 5-метровую линию у ДЗОТа, но сразу был убит.


Потери оборонявшихся- ОДИН РАНЕННЫЙ В РУКУ СНАЙПЕР.

Кстати, настроение у "выигравшей стороны" было крайне хреновое - больше с таким сценарием они играть зареклись.


Замы Валерия Петровича в дискуссии на тему ВОВ с ним больше не вступали.


https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BB%D0%BB%D0%B5%D1%80%D0%B1%D0%B5%D1%80%D0%B3%D0%B5%D1%80,_%D0%99%D0%BE%D0%B7%D0%B5%D1%84

26.

Иду по улице. Погода - блеск. Солнышко светит, купола на храме горят, листья под ногами шуршат, столько благодати вокруг, - не унести. И тут навстречу два пацанчика. Ничего такие хлопчики, чистенькие, аккуратные, без особых признаков деградации на лицах, лет восемнадцати плюс минус. Поравнялись, говорят:
- Простите пожалуйста!
- Это смотря за что. - отвечаю вежливо.
Замешкались.
- Да мы это... Не знаете, где тут у вас в городе церковь такая, с голубыми куполами?
- Не эта?
- Не! С голубыми.
- А ещё какие нибудь приметы есть?
- Нууу... Там ещё перекрёсток такой, буквой Т...
- Перекрёсток - это конечно уникальный ориентир. А ещё что нибудь?
Парни обреченно помотали головами.
- Короче. Если я правильно понимаю, церковь эта ваша на другой стороне города. Сюда-то вас как занесло?
- Да мы полдня ходим, это четвёртая церковь уже!
- А эта вас чем не устраивает? Хорошая церковь. Разницы ведь никакой. Если покаяться там, или отпеть кого, у нас тут батюшка очень душевный.
- Не, нам та нужна. Мы там ночью мобильник в залог оставили.
- В церкви?!
- Да не! В баре там, неподалёку. Сидели ночью, в деньги не попали чуть-чуть, пришлось оставить.
- Что за бар?
- Да не знаем мы!
- Нормально! А церковь при чем? Сидели в баре, ищете церковь.
- Да мы кроме этой церкви и не помним ничего!
- Хорошо посидели.
- Да уж... Вы адрес не знаете, этой церкви, как нам таксисту сказать?
Открыл карту на телефоне, нашел эту церковь. Даже фотографию нашел.
- Эта?
Обрадовались.
- Точно, эта! А там рядом бар есть?
Нашли поблизости какой-то бар.
- А можно туда позвонить?
Набрал номер.
- Кафе "Анютины глазки" (ну, условно) слушает!
- Ой, здрасьте! Это мы! Мы ночью телефон в залог не у вас оставляли?
- Есть такое дело! - сказали на том конце.
- Можно мы сейчас подъедем?
- Давайте быстрее, а то я от начальства уже получил. Нам запрещено вобще-то вещи в залог брать...
- Мы щас! Мы быстро!

Спросили, где лучше взять такси, и убежали.
История на этом не закончилась. Где-то через час раздался звонок.

- Добрый день! Капитан Пупкин, городское УВД. Скажите, это ваш номер?
- Мой.
- С этого номера час назад был осуществлён звонок в бар "Анютины глазки".
- Ну, был.
- Это вы звонили?
- Я.
- С какой целью?
- А вы с какой целью интересуетесь? Откуда мне вообще знать, что вы капитан пупкин, а не наоборот?
- Я со служебного номера звоню. Можете перезвонить дежурному, вас на меня переключат.
- Не буду перезванивать. Подошли два пацана, попросили помочь.
- Что за пацаны, вы их знаете?
- Да нет конечно. Просто на улице подошли.
- Хорошо. Скажите пожалуйста ваше имя и адрес, возможно нам придётся подъехать, снять с вас показания.
- А что случилось-то?!
И капитан в двух словах рассказал такую историю.

Два молодых человека, жителя столицы, собрались навестить своего товарища, жителя подмосковья. Товарища дома не оказалось, и приятели, что б не терять даром времени, решили себя культурно обогатить знакомством с достопримечательностями нашего города. Тем более что были они тут в первый раз. По дороге к достопримечательностям слегка смочили свой культурный слой изнутри. Выпили короче. После осмотра достопримечательностей пошли в кино. Во время сеанса сделали замечание какому-то гражданину, который громко разговаривал по телефону, мешая остальным зрителям осуществлять просмотр художественного фильма, чем наносил им материальный ущерб в размере стоимости купленных билетов. Гражданин в ответ огрызнулся, и продолжил разговор. Дали гражданину по ушам, отобрали телефон, и покинули кинотеатр, поскольку за время инцидента напрочь потеряли нить сюжета в частности, и интерес к кинематографу в общем. Потом зашли в какой-то бар, где в итоге и оставили в залог изъятый у гражданина телефон. Потом уехали домой "не помним даже на каком виде транспорта".

В это же самое время гражданин, получивший по ушам и без телефона, дождавшись когда хулиганы покинут место событий, выдвинулся в сторону ближайшего отделения милиции. Пока объяснялся с дежурным, пока писал заявление, пока ждал дознавателя, времени прошло изрядно. Сняв показания, дознаватель поинтересовался, не пытался ли потерпевший звонить на номер похищенного телефона.
- Нет конечно! - ответил потерпевший. - С чего?!
Тогда капитан придвинул к себе телефон и набрал номер, без особой впрочем надежды.
- Алло! - неожиданно раздался в трубке спокойный и доброжелательный голос на фоне смеха и музыки.
- Это кто? - спросил капитан.
- Бар "Анютины глазки" слушает! - ответили на том конце.

Телефон у бармена конечно изъяли, и тут же вернули под расписку "на ответственное хранение". Шансов, что похитители вернуться за краденым телефоном или как-то ещё себя проявят, был конечно мизерный, но тем не менее. Собственно, этот-то мизерный шанс и встретился мне по дороге со словами "Эй, дядя, а где тут у вас церковь с голубыми куполами?"

Вот такая история. Кстати, со слов капитана, пацаны эти мамами клянутся, что ехали в город с единственной целью - вернуть телефон законному владельцу. Проснулись мол, поняли, что совершили неблаговидный поступок, и поехали исправлять. "Ну не дураки же мы в самом деле так подставляться из-за какого-то телефона!". Не знаю как капитан, а я, видевший этих пацанов, почему-то склонен им верить. Как-то мало они походили на малолетних рецидивистов, я в их годы походил значительно больше. Впрочем, ни моё мнение, ни мнение капитана по сути роли-то никакой не играет. Степень вины определяет суд. "Ему надо было просто с женщинами своими вовремя разбираться, и пистолеты не разбрасывать где попало. А наказания без вины не бывает, Шарапов"

И вот знаете, что меня поразило в этой истории больше всего? Что показалось самым примечательным?
За целый день пребывания в городе единственное, что отпечаталось в голове у этих молодых людей - голубые купола какого-то храма.
О чем это говорит? Это говорит о том, что церковь не только играет в нашей жизни важную роль, но и служит ориентиром для нашей молодёжи.
И иногда, как показал этот случай, - единственным ориентиром.
Это ли не прекрасно?

27.

Паспорт

Работал я как-то в туристической компании гидом-сопровождающим в автобусных турах по Европе. Работа обалденная, но временами как в том анекдоте про пожарных. А рассказать хочу один случай о немецком ордмунде.
Были мы с группой в Праге. По плану должна была состояться в один из дней у нас экскурсия в Дрезден. Звонят мне из офиса и говорят, что новенькая девочка гид была вчера в Дрездене с группой и забыла свой паспорт в Дрезденской картинной галерее (зачем она туда его сдавала так и не выяснили – чего-то недопоняла или хз). Передают мне номерок из Галереи по которому нужно забрать залог, так сказать. Ок.

Назавтра чешем мы на автобусе в столицу Саксонии, встречаемся с местным экскурсоводом, я передаю группу ему, а сам бегом в Галерею. Че там, делов то – номерок отдал, паспорт забрал. Все!

Все, да не все. В галерее такой диалог:
- Говорите по-английски? (Ну,а как? Я ж по-немецки не, а они по-русски – не).
- Да, немного.
- Отлично, я тоже немного. У Вас остался паспорт нашего гида, вот номерок, могу я забрать паспорт?
- А когда он оставил его здесь?
- Два дня тому назад.
- У нас его нет.

Не, ну, нормально!!! Даже под стойку не заглянула для приличия! Как так? А говорят в Германии порядок везде. Это ж полный капут! Да, блин, такие же ленивые как и наши!

Я настаиваю на своем::
- Не может быть. Вот номерок, значит, паспорт у Вас.
- Да, Вы правы – это наш номерок (и ловко так выхватывает его из моих рук). Это наша собственность. А паспорта у нас нет.
- Хорошо (пытаюсь не орать), а где он есть?
- Согласно инструкции мы не имеем права держать у себя такого рода документы более одних суток. Скорее всего, Ваш паспорт находится в полиции. Вот адрес.
Оказалось, что полиция не так и близко от галереи. Пешком точно не добежать. Я к местному гиду – «Герольд, помоги».

Далее переговоры идут на русском. Но, если можете, представьте себе немецкий акцент, а я попытаюсь передать его на бумаге. И еще представьте моего собеседника эдаким меланхоликом, говорящим вообще без эмоций.

- Што случилллось?
- Бла, бла, бла, номерок, беда, полиция, паспорт…
- Хорррошо, нет проблем. У мена есть врема и мы поеддем в полицию, я помогу. Не волнуйса.

Приезжаем в полицию. Я говорю, что лучше посижу в машине, если можно. А Герольд идет в участок за, чьёрт побъери, паспортом. Вокруг чистота такая, что просто не описать. На брусчатке ни жевачек, ни окурков, ни пылинки. И тишина. Мне аж не по себе стало. Наконец-то выходит Герольд, и, что Вы думаете он мне говорит?

- У нихх этово паспорта ньет.
- А где он есть (начинаю сходить потихонечку с ума)?
- По инструкции они не могут држать его у себя более сутток. Скорее всего, он уже нахотитса в посольстве той страны, котогой принадлежит.

Рукалицо, слезы из глаз.

28.

И снова про навоз )))
_________________________
эпиграф: "У нас – и навоз – говно."
Однажды, заместитель главного редактора журнала, Рада Никитична Аджубей дала мне задание: отправится в Комитет по науки и технике при Совете министров СССР и подготовить, как тогда называлось, “компот” - нарезку из небольших информационных материалов, - демонстрирующий экономические связи СССР с развитыми западными странами. Приближалось знаменитое Хельсинское совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе и СССР прихорашивали к предстоящему событию.
В ГКНТ меня принял возглавлявший тогда комитет академик Владимир Алексеевич Кириллин. Выслушав, что я намерен делать, он вызвал к себе одного из замов начальника Управления внешних сношений и распорядился предоставить мне для работы кабинет и всю необходимую информацию.
Кабинет был выделен и я погрузился в отчеты, договора, переписку. Задание оказалось нелегким. Советский союз закупал на Западе всё, что только можно было вообразить: новое оборудование и зерно, обувь, одежду, телевизоры. А вот поставлял. Ну да, нефть, конечно.
Материал же, разумеется, должен был быть сбалансированным. А какой тут баланс? - После нескольких дней работы наметилась, однако, удача. Как раз в это время СССР сбыл во Францию двадцатидвухтысячетонный пресс украинского производства, а завод “Красный пролетарий” , знаменитый своими станками с числовым программным управлением, продал несколько штук в Великобританию. Материал складывался. И тут.
И тут мне попался документ, который не мог не привлечь внимания. Из него следовало, что СССР, помимо станков и телевизоров, закупал в Голландии около 100 тысяч тонн навоза в год! – Сто тысяч тонн навоза - это четыре-пять больших по тому времени транспортных судов. Можете представить себе судно в двадцать тысяч тонн водоизмещением, что-то вроде знаменитого черноморского “Адмирала Нахимова”, до краев груженное навозом. Ароматное, наверное, зрелище.
Во время обеда в добротной начальственной столовой я набрался храбрости, подошел к знакомому уже чиновнику и спросил: “Набрел я тут на любопытную бумагу. Разумеется, в печать это не пойдет. И все же. СССР покупает навоз в Голландии. Но зачем? – Что, у нас своего навоза не хватает?”
Мой знакомый взглянул на меня с некоторым, как бы сказать – удивлением, что ли, - помолчал, а потом сказал, как отрезал: “Сергей Леонидович, видите ли. У нас – и навоз – говно”.
=====================================================================================
Производил Советский Союз много, что да – то да.
В лучшие свои годы СССР добывал железной руды в четыре раза больше, чем США, выплавлял чугуна в 2.5 раза больше, стали почти в два раза больше. СССР производил больше электроэнергии, в полтора раза больше удобрений, выпускал в пять раз (!) больше тракторов.
Но вот парадокс: страна производила в 1.5 раза больше удобрений и в пять раз больше тракторов, чем США, а урожайность зерновых в СССР составляла около 16 центнеров с гектара в среднем по стране и 5-6 центнеров на поднятой целине. В России же и того меньше: 13 центнеров, а в 23 российских регионах не превышала 10 центнеров с гектара.
Много это или мало? – Средняя урожайность зерновых и зернобобовых культур в мире в целом достигла 28 центнеров с гектара, в странах ЕС - 55, в Германии - 62, в Финляндии - 34 центнеров с га, а в Швеции – 44 центнера с га. Это чтобы не списывать результаты социалистического хозяйствования на климат и “рискованное земледелие”.
Только чему удивляться, если, согласно данным, опубликованным еще в брежневские времена в открытой печати, среднее время работы новой советской сельскохозяйственной техники, которой выпускалось больше, чем в США – комбайнов, тракторов, - после выхода в поле до первого ремонта составляло аж 40 минут. . Главное, что определяло столь чудовищно нерациональную экономику – это так называемые “диссипативные циклы”.
Что такое диссипативный цикл в экономике можно понять из следующего классического примера: экскаваторы добывают железную руду. Из железной руды выплавляется железо. Из произведенного железа делаются станки и материалы, с помощью которых делаются экскаваторы, которые. добывают железную руду. В конечном итоге, отвалы растут, экскаваторы и станки ломаются и находят свое место на кладбище. И все при деле – геологи, экскаваторщики, металлурги, машиностроители. А результат - нулевой. Что в поте лица производят люди, занятые в диссипативном цикле? – Ничего. Они заняты перемалыванием природных ресурсы в грязь, в труху, в отходы.
Надо понимать: диссипативные циклы неизбежно присутствуют в любой экономике. Вопрос, однако, в их доле. В советской экономике вес диссипативных циклов был чудовищен. Если взять энергопотребление на единицу реально потребляемых людьми вещей и услуг, то оказывается, что советская продукция на круг в 15 (!) раз более энергоемка, чем американская.
Иными словами, при западной эффективности, отбирая ровно те же природные ресурсы, что СССР и при тех же трудозатратах на единицу продукции, можно было бы обеспечить на выбор почти американский уровень жизни.

Олег Модестов.

29.

Дело было в начале 90-х.

Хоронили-отпевали мы одного очень сурьезного дяденьку. Кто-то его по злодейскому умыслу коварно убил. Друзья-товарищи, в простонародье именуемые "бандой" решили похоронить другана своего любезного по высшему разряду. Отпевательная бригада была экстренно созвана в количестве 16 человек. Духовиков тоже вниманием не обошли - пригласили.
Насторожилась я уже только зайдя в церковный двор, посреди которого стоял грузовик, в кузове которого красовалась огромная скульптура из черного гранита. Мушшина во весь рост с пистолетом и мобилой. Уж не знаю, каким паяльником стращали скульптора, но за три дня отгрохать такой памятник это, скажу я вам, не баран чихнул. Хотя, может выбрали уже из готовых, да не востребованных. Стиль тогда был общий. Дорого-богато-по валютному. Может скульптор только черты лица поправил чуток и все, не ведаю. Но сама конструкция была не просто впечатляющей - она была устрашающей. Видимо поэтому ее и не замотали полиэтиленом, как положено при транспортировке памятников. Чтобы злобные конкуренты-убивцы понимали, что с серьезными людьми дело имеют, а не с какими-то там подзаборниками.
Спели мы на славу, рыдали все, включая духовиков. Последнюю слезу выжимали при помощи вечной памяти на музыку Моцарта (сворованную из дорогой нашему сердцу ля кримозо).
Потом все выдвинулись в сторону кладбища. Длиннющая кавалькада из авто и автобусов. Мы с духовиками, ессно. На кладбище тоже все чин-чинарем. Не забудем-не простим и т.д. Мы с тромбонами и тубой каноном в перерывах. Во время прощания грянули чуть не сводным оркестром. В общем, не похороны, а загляденье.
Тут подходит ко мне какой то мужик в черной коже до земли и сообщает, что мы всем составом, включая несчастный и необычно трезвый коллектив духовиков едем на поминки в ресторан. Гонорар отдадут там (понимали, что мы можем свалить по тихому). Но, надо сказать, что мы все обрадовались этому предложению (неосмотрительно), ибо времена были голодные, а судя по памятнику, который возили в кузове во главе процессии, стол обещал быть шикардосным.
Я робко призвала участников хора не пить за столом, наивная. Мол, надо держать лицо и все остальные части организма. Духовики злобно заржали. Их руководитель до такого не опустился. Мои певчие тоже на меня посмотрели с укоризной. Батюшка (а он братву эту блатную долго окормлял, сказал, что слова мои , конечно, правильные, но в этой компании не уместные). Поехали мы обратно, уже без памятника и заметно веселей.
В ресторане, надо сказать, тоже подготовились на славу. Про стол рассказывать не буду - и так понятно, что все ломилось от яств. Поразило убранство. На столах стояли великолепные композиции из белых и , не поверите, черных роз. Жаль, тогда не было ни смартфонов, ни фотоаппаратов приличных, проиллюстрировать сие не могу, к сожалению.
Первый час, как водится, речи про то "каким он парнем был", про вендетту и прочие кровавые обещания. Мы скромно сидим, за обе щеки уплетаем микс из красно-черной икры, спиртное рекой льется. На этом официальная часть закончилась.
Тут, не подумав, во что все выльется, встал наш батюшка-предводитель и затянул "Вечную память", мы подхватили. Это было опрометчивым шагом с его стороны...Про нас вроде бы как уже все и забыли...Поели бы и по быстрому унесли ноги.Но, судьба-злодейка уже распорядилась вплести в этот сюжет наши имена.
Некий подвыпивший гражданин с места прокричал сакраментальную фразу: "А мурку можете?". Тут я прям конкретно затосковала, потому что "Мурку" уже все могли. И не просто могли, а очень даже желали. Исполнить. Короче, грянули мы. По полной программе. И про "Я сяду в кабриолет" не забыли. В общем, анекдот про похороны, где порвали три баяна, имел под собой основу. Видя мою постную морду, распорядитель пира проорал не весь зал:"Не ссы, платим вдвое против уговора!". Тут, понятно, все еще больше оживились. Короче, такого сэйшена в стиле шансон не было больше нигде и никогда. Уверяю. В сопровождении духового оркестра, это вообще был полный эксклюзив. И если вы думаете, что это все, то глубоко заблуждаетесь.
В разгар поминального веселья в зале рэсторана появились какие то новые люди. И тут пошел вестерн. Началась эпическая драка с перестрелкой, как в "Человек с бульвара Капуцинов". Лежим мы с батюшкой и тубой под столом и усиленно читаем 90-й псалом. Причем, я, на нервных почвах (с) начинаю ржать как молодая кобыла в преддверии весны. Рот мне затыкают тубист и батюшка в два кулака, чтоб на звук моего ржания стрелять не начали. Мат стоит отборнейший, стекла летят, в общем очень весело. Очень. Потом приехала милиция. Без собаки. И всех нас арестовала.
Мы еще немного попели грустных песен в кутузке и с миром были отпущены, как не причастные, а просто случайные свидетели. Да, гонорар заплатили сказочный по тем временам. А по этим так и подавно.

30.

Иногда я мечтала о хорошей работе. Такой, как в кино: в красивом стильном офисе, за красивым навороченным компьютером, в красивом строгом костюме... Ведь сидение за компьютером в костюме - это же так респектабельно!
В моем родном городе, конечно, говорили "вау!", узнав, что я работаю в кино, но в глубине души считали эту сферу чем-то средним между цирком и борделем. А моя должность - помреж, или "хлопушка", казалась им чем-то очень, очень легкомысленным. Впрочем, в этом они были правы. И вот это недоуменно-сочувственное отношение к человеку, занятому столь несерьезным делом, - то ли хлопаньем, то ли жонглированием, - меня задевало. И я мечтала о настоящей, серьезной, респектабельной работе. И, главное, о черном костюме и белой блузке. Непременно. Ну и чтобы кто-нибудь из односельчан меня в таком виде увидел. А иначе зачем мечтать-то?

Как-то позвонила приятельница:
- У тебя есть деньги взаймы?
Я замялась. Я и деньги - вещи, совместимые редко и ненадолго. Ответила:
- Ну тыщи три найдется.
- Это мало, - огорчилась она, - мне надо две с половиной тысячи долларов.
Я удивилась. Она была из Подмосковья, в отличие от меня, квартиру не снимала, и стабильно работала. И непонятно было, зачем ей вдруг две с половиной тысячи долларов.
Это все было году в 2005-м. Во времена, когда однушка в Марьино стоила сто пятьдесят долларов в месяц.
Так вот, она отключилась. Потом, при встрече, сияя, сказала, что деньги нужны были для какого-то большого дела, и она нашла эту сумму, - всё круто! Потом мы (я) заговорили о чем-то другом, потом (я) вообще забыла об этом.
Прошла пара месяцев. Мы встретились, и она вдруг спросила: не нужна ли мне работа? Хорошая, стабильная, денежная. И! Очень респектабельная. С очень солидными людьми...
Моё предположение насчет эскорт-услуг было с негодованием опровергнуто. Она сказала: если ты хочешь эту работу, забудь про свои идиотские шутки.
Я забыла.
И вот, не сказав ничего о сути работы, она меня заинтриговала. А она была девушка умная, серьезная, образованная, - не мне чета! - и ее мнению и словам я доверяла.

Оглядев меня с головы до ног, она сказала: тебе придется сменить имидж. В ЭТОМ (толстовка с Микки-Маусом, кеды и джинсы) нет никаких шансов пройти собеседование. Нужен строгий костюм. Лучше черный.
В голове моей тут же возник давешний образ, с офисом, компьютером и мной, красивой и элегантной до невозможности.
"В Ряжске все сдохнут от зависти!" - радостно подумала я, и пообещала сменить имидж.

Сейчас кажется очень глупым то, что я согласилась пойти на собеседование, не зная толком, о чем вообще речь. Но- я доверяла этой девушке. У нее было высшее образование и поэтому она являлась для меня непререкаемым авторитетом, и ей как-то удалось отделаться общими фразами. Ну и почти материализовавшаяся мечта сыграла свою роль...
Утром, к метро, к месту встречи с приятельницей, я пришла, представляя себя, как минимум, героиней фильма "Деловая женщина", - ну того, с Мелани Гриффит и молодым еще Фордом. Деловой, целеустремленной и серьезной. Смущал, правда, факт, что я печатаю со скоростью десять слов в минуту, не владею разговорным английским, и на двадцать сантиметров не дотягиваю до "приятной наружности", необходимой, по моему убеждению, для хорошей работы. И на пару десятков килограмм перетягиваю эту наружность...
"Да что ж это за работа такая?!" - недоумевал и волновался внутренний голос. Я велела ему заткнуться и ждать.
Приятельница пришла и одобрительно посмотрела на меня. Она была с какой-то грузной дамой. В глазах дамы одобрения было меньше. Ну так она ведь не знала, как я выглядела раньше.
Элегантна я в тот день была, как Маргарет Тэтчер. Не в костюме, правда, - они все, как оказалось, стоили бешеных денег, - а в черных брюках, черных сапогах на шпильке, белой блузке и черном же пиджаке. Все эти вещи, купленные по отдельности на Черкизовском рынке, вышли дешевле костюма (и категорически друг другу не подходили...), и я гордилась экономией и собственным прагматизмом.
Нас с дамой познакомили, - представляя мне ее, приятельница сказала "это мой куратор, Елена Петровна". И мы пошли в гостиницу "Ренессанс", в конференц-зале которой, как выяснилось, и проходило собеседование.
Там было много элегантных людей. Разных возрастов и внешних данных, что меня порадовало. Но все - в костюмах и белых рубашках.
Мы - человек пятьдесят - расселись, появился бодрый молодой человек. Даже на мой неискушенный взгляд, золота на нем было слишком много. Перстень, часы, браслет, цепочка... Внутренний голос выдвинул версию про золотой зуб. Ему вновь было предложено заткнуться.
Молодой человек (МЧ) начал речь. Речь была долгой, часа на полтора, и эмоциональной. Причем эмоционален был не только он, но и аудитория. Их неумеренный энтузиазм внушал опасения. Они радовались, ликовали и аплодировали так, будто МЧ делился способом изготовления вечного двигателя и философского камня одновременно.
А я вообще первые минут пятнадцать не понимала, о чем он говорит. Это была такая пурга из непонятных слов, произносимая радостной скороговоркой, что я в недоумении смотрела на счастливых энтузиастов вокруг, устраивавших овацию каждые пять минут. Ощущение было необычное - что ты сошел с ума и чего-то не понимаешь.
Но через двадцать минут невнятных обтекаемых фраз смысл стал вырисовываться.
Это был некий "фонд взаимопомощи", как они себя именовали. Именно фонд, а не финансовая пирамида, - он подчеркнул это раз пять. А смысл заключался в следующем: вы приносили и отдавали этим людям две с половиной тысячи долларов. Просто так - приносили и отдавали. И за это имели право привести туда своих друзей и знакомых. Каждый из которых должен был отдать аналогичную сумму. С которой вам уже выплачивали десять процентов. Друзья и знакомые, в свою очередь, должны были привести своих друзей и знакомых - с этих "взносов" ваш процент увеличивался до двадцати...

Уяснив схему, я начала с испугом и удивлением оглядываться. Все эти люди сидели и ликовали от факта, что отдали - или отдадут - свои деньги вот этому вот чму в цепочках.
Я была плохо одетой деревенской девушкой. Большая часть этих людей была образованнее меня и умнее. Так какого же лешего я единственная просекла схему - и единственная усомнилась в ее безупречности и прибыльности?

Устав смотреть на аудиторию и уже час ликующего МЧ, начала сверлить взглядом приятельницу. Уж она-то должна была знать, что а) у меня нет таких денег, и б) я б их в жизни не отдала...
Она не чувствовала моего взгляда, не отрывая свой от МЧ. Который как раз перешел к поздравлению новообращенных лохов. То есть, такие, как я, фраера, приведенные сюда, вставали под общие аплодисменты, смущенно краснели и благодарили за приглашение и честь пополнить, так сказать ряды (и карманы МЧ).
Я тоже поднялась и помахала этим людям. А потом все начали расходиться, и дама-куратор спросила, когда я принесу деньги. Я с дебильной улыбкой сообщила, что никогда.
- Почему?
- У меня нет таких денег.
- Но вы же можете занять у друзей.
Занимать на нужды чужих людей я отказалась. Тетя-куратор, при посильной помощи моей приятельницы, бились минут десять. Я была жадна и непреклонна. Тогда они подключили тяжелую артиллерию: МЧ. Меня завели в комнату, где он с умным видом сидел за компьютером. И он несколько минут убеждал меня в том, что отдать им деньги - единственный способ не быть лохом и неудачником. А я считала наоборот, о чем ему и сказала.
МЧ произнес обличительную тираду на предмет того, что я останусь лузером на всю жизнь. Я пожала плечами, развернулась и ушла.

Шла к метро и бормотала под нос:
- Да идите вы... с вашими костюмами...

31.

ИСТОРИЯ С ОТСТУПЛЕНИЯМИ

В 1990-м году мы с женой окончательно решили, что пора валить. Тогда это называлось «уезжать», но суть дела от этого не меняется. Техническая сторона вопроса была нам более или менее ясна, так как мой двоюродный брат уже пересек линию финиша. Каждую неделю он звонил из Нью-Йорка и напоминал, что нужно торопиться.

Загвоздка была за небольшим – за моей мамой. Не подумайте, что моя мама была человеком нерешительным, отнюдь нет. В 1941-м она вывезла из Украины в деревню Кривощеково недалеко от Новосибирска всех наших стариков, женщин и детей общим числом 9 человек. Не сделай она этого, все бы погибли, а я бы вообще не родился. Не подумайте также, что она страдала излишком патриотизма. В город, где мы все тогда жили, родители переехали всего четыре года назад, чтобы быть поближе ко мне, и толком так к нему и не привыкли. Вообще, мне кажется, что по-настоящему мама любила только Полтаву, где прошли ее детство и юность. Ко всем остальным местам она относилась по принципу ubi bene, ibi patria, что означает «Где хорошо, там и родина». Не страшил ее и разрыв социальных связей. Одни ее друзья уже умерли, а другие рассеялись по всему свету.

Почему же, спросите вы, она не хотела уезжать? Разумеется, из-за детей. Во-первых, она боялась испортить карьеру моему брату. Он работал на оборонку и был жутко засекреченным. Весь жизненный опыт мамы не оставлял сомнений в том, что брата уволят в первый же день после того, как мы подадим заявление на выезд. Сам брат к будущему своей фирмы (и не только своей фирмы) относился скептически и этого не скрывал, но мама была неумолима. Во-вторых, мама боялась за меня. Она совершенно не верила, что я смогу приспособиться к жизни в новой стране, если не смог приспособиться в старой. В этом ее тоже убеждал весь ее жизненный опыт. «Куда тебя несет? – говорила она мне, - Там полно одесских евреев. Ты и оглянуться не успеешь, как они обведут тебя вокруг пальца». Почему она считала, что я обязательно пересекусь с одесситами, и почему она была столь нелестного мнения о них, так и осталoсь неизвестным. В Одессе, насколько я знаю, она никогда не бывала. Правда, там жил дядя Яша, который иногда приезжал к нам в гости, но его все нежно любили и всегда были ему рады.

Тем не менее эти слова так запали мне в душу, что за 22 года, прожитых в США, у меня появились друзья среди сефардов и ашкенази, бухарских и даже горских еврееев, но одесских евреев я только наблюдал издалека на Брайтон Бич и всякий раз убеждался, что Одесса, да, не лыком шита. Чего стоило, например, одно только сражение в «Буратино»! Знаменит этот магазин был тем, что там за полцены продавались почти просроченные продукты. Скажем, срок которых истекает сегодня, или в крайнем случае истек вчера, - но за полцены. Все, как один, покупатели смотрели на дату, качали головами и платили полцены. По субботам и воскресеньям очереди вились через весь магазин, вдоль лабиринтов из ящиков с почти просроченными консервами. По помещению с неясными целями циркулировал его хозяин – человек с внешностью, как с обложки еженедельника «Дер Штюрмер». Изредка он перекидывался парой слов со знакомыми покупателями. Всем остальным распоряжалась продавщица Роза, пышная одесская дама с зычным голосом. Она командовала афро-американскими грузчиками и консультировала менее опытных продавщиц. «Эй, шорный, - говорила она, - принеси маленькое ведро красной икры!» Черный приносил.

Точную дату сражения я не помню, но тогда на Брайтоне стали появляться визитеры из России. Трое из них забрели в «Буратино» в середине субботнего дня. Были они велики, могучи и изъяснялись только мычанием, то ли потому что уже успели принять на грудь, то ли потому что по-другому просто не умели. Один из них, осмотревшись вокруг, двинулся в обход очереди непосредственно к прилавку. Роза только и успела оповестить его и весь магазин, что здесь без очереди не обслуживают, а он уже отодвигал мощной дланью невысокого паренька, которому не повезло быть первым. Через долю секунды он получил от этого паренька прямой в челюсть и, хотя и не упал, но ушел в грогги. Пока двое остальных силились понять, что же происходит, подруга молодого человека стала доставать из ящиков консервные банки и методично метать их по противнику. К ней присоединились еще два-три человека. Остальные нестройным хором закричали: «Полиция»! Услышав слово «полиция», визитеры буквально растворились в воздухе. Народ, ошеломленный бурными событиями и мгновенной победой, безмолвствовал. Тишину разорвал голос Розы: «Ну шо от них хотеть?! Это ж гоим! Они ж не понимают, шо на Брайтоне они и в Америке и в Одессе сразу!» Только дома я обнаружил, что мой йогурт просрочен не на один, а на два дня. Ну что же, сам виноват: не посмотрел.

Но вернемся к моей маме. Жили они с отцом на пятом этаже шестиэтажного дома в квартире с двумя очень большими комнатами и огромным балконом, который шел вокруг всей квартиры и в некоторых местах был таким широким, что там умещался стол со стульями. С балкона были видны река, набережная и парк, а летом еще и цвела герань в ящиках. Сам дом был расположен не только близко к центру, но и на примерно равном расстоянии от всех наших друзей. А мы жили и подальше и потеснее. Поэтому вначале завелось праздновать у родителей праздники, а потом и просто собираться там на кухонные посиделки. Летом посиделки, как правило, проходили на балконе. Пили пиво или мое самодельное коричневатое сладковатое вино. Сейчас я бы его вином не назвал, но градус в нем был. Оно поднимало настроение и помогало расслабиться. В смутные времена, согласитесь, это не так уж мало.

Только не подумайте, что у меня был виноградник и винные погреба. Вино меня принудила делать горбачевская антиалкогольная кампания. А началось все с покупки водки. Как-то в субботу ждали гостей, нужны были две бутылки. В пятницу я взял отгул и к двум часам был в магазине. Со спиртным боролись уже не первый год, но такой очереди мне еще видеть не приходилось. Я оценил ее часа в три и расстроился. Но таких, как я, расстроенных было мало. Народ, возбужденный предвкушением выпивки, терпеливо ждал, переговаривался, шутил, беззлобно ругал Горбачева вместе с Раисой. Вдруг стало тихо. В магазин вошли два худых жилистых человека лет сорока и направились прямо к прилавку. Мне почему-то особенно запомнились их жесткие лица и кривые ноги. Двигались они плавно, быстро и ни на секунду не замедляли шаг. Люди едва успевали расступаться перед ними, но очень старались и в конце-концов успевали. «Чечены!» - донеслось из очереди. Чеченцы подошли к прилавку, получили от продавщицы по две бутылки, бросили скомканные деньги и ушли, не дожидаясь сдачи. Все заняло не более минуты. Еще через минуту очередь вернулась в состояние добродушного веселья, а я не смог остаться и двинул домой. Меня терзали стыд за собственную трусость и злость на это общество, которое устроено таким странным образом, что без унижений нельзя купить даже бутылку водки. В то время я увлекался восточной философией. Она учила, что не нужно переделывать окружающую среду, если она тебя не устраивает, а нужно обособить себя от нее. Поэтому я принял твердое решение, что больше за водкой никогда стоять не буду.

В понедельник я выпросил у кладовщицы две двадцатилитровые бутыли. На базаре купил мелкий рубиновый виноград, получил у приятеля подробную консультацию и... процесс пошел! Виноградное сусло оказалось живым и, как любое живое существо, требовало постоянного внимания и заботы. Для правильного и ровного брожения его нужно было согревать и охлаждать, обогащать кислородом и фильтровать. И, как живое существо, оно оказалось благодарным. С наступлением холодов мутная жидкость очистилась, осветлилась и в декабре окончательно превратилась в вино. Первая дегустация прошла на ура, как, впрочем, и все остальные. В последний год перед отъездом я сделал 120 литров вина и с гордостью могу сказать, что оно было выпито до последней капли.

Но вернемся к моей маме. У нее был редкий дар совмещать несовместимое. Она никогда не курила и не терпела табачный дым и в то же время была обладательницей «прокуренного» с хрипотцой голоса. Она выросла в ортодоксальной еврейской семье, но не упускала случая зайти в церковь на службу. Особенно ей нравились монастыри. Она всегда была благодарна Революции и Советской власти за то, что у нее появилась возможность дружить с отпрысками дворянских семей. Я бы мог продолжить перечисление, но надеюсь, уже понятно. Наверное, поэтому с ней с удовольствием общались и спорили наши друзья. Нужно признать, что она была человеком резковатым и, пожалуй, слишком любила настоять на своем. Зато ее аргументы были, хотя и небесспорными, но оригинальными и неожиданными. Помню ее спор с Эдиком, кандидатом в мастера по шахматам, во время матча Карпов – Каспаров. Шахматист болел за Карпова, мама – за Каспарова. После короткой разминки мама сделала точный выпад:
- Эдик, - сказала она, - как Вы можете болеть за Карпова, когда у него такие кривые зубы?
Эдик малость опешил, но парировал:
- А какое отношение зубы имеют к шахматам?
- Самое прямое. Победителя будут награждать, по телевизору на него будут смотреть миллионы людей и думать, что от шахмат зубы становятся кривыми. Что, они после этого пойдут играть в шахматы?
Эдик так и не нашелся что ответить. Нелишне добавить, что в шахматы мама играть вообще не умела.

Теперь, когда все декорации на сцене расставлены, я хочу представить вам наших друзей Мишу и Аиду, первых, кто поехал в Америку на месяц в гости и возвратился. До них все уезжали навсегда. Прощания на вокзале по количеству плачущих больше смахивали на похороны. А вот Миша и Аида в том далеком 1990-м поехали, вернулись и привезли с собой, кроме горы всякого невиданного добра, неслыханную прежде информацию из первых рук. Как водилось, поделиться этой информацией они пришли к моим родителям. Брызжущий восторгом Миша пошел в атаку прямо с порога:
- Фаня Исаевна, дайте им уехать! Поживите и Вы с ними человеческой жизнью! Мы вот-вот уезжаем, скоро все разъедутся. Не с кем будет слово сказать.
- Миша, - сказала моя мама, - Вы же знаете: я не о себе забочусь. Я прекрасно осведомлена, что у стариков там райская жизнь, а вот молодые...
И беседа вошла в обычную бесконечную колею с примерами, контрпримерами и прочими атрибутами спора, которые правильны и хороши, когда дело не касается твоей собственной судьбы.

А папа, справедливо спросите вы? Наверное и у него было свое мнение. Почему я молчу о папе? Мнение у него, конечно, было, но выносить его на суд общественности он не спешил. Во-первых, папа не любил спорить с мамой. А поэтому давал ей высказываться первой и почти всегда соглашался. Во-вторых, он уже плохо слышал, за быстрой беседой следить ему было трудно, а вклиниться тем более. Поэтому он разработал следующую тактику: ждал, когда все замолчат, и вступал. В этот день такой момент наступил минут через сорок, когда Миша и мама окончательно выдохлись. Папа посмотрел на Мишу своими абсолютно невинными глазами и абсолютно серьезно и в то же время абсолютно доброжелательно спросил:
- Миша, а красивые негритянки в Нью-Йорке есть?
- Есть, есть, Марк Абрамович, - заверил его Миша.
- А они танцуют?
- Конечно, на то они и негритянки! Танцуют и поют. А что им еще делать?!
- Марк, - возмутилась мама, - при чем тут негритянки? Зачем они тебе?
- Как это зачем? – удивился папа, - Я несколько раз видел по телевизору. Здорово они это делают. Эх, хоть бы один раз вживую посмотреть!
- Фаня Исаевна, - торжествующе провозгласил Миша, - наконец-то понятно почему Вы не хотите уезжать!

Разговор получил огласку. Народ начал изощряться. Говорили маме, что ехать с таким морально неустойчивым мужем, конечно, нельзя. Намекали, что дело, похоже, не только в телевизоре, по телевизору такие эмоции не возникают. Мама злилась и вскоре сказала:
- Все, мне это надоело! Уезжаем!

Через два года мой двоюродный брат встречал нас в Нью-Йорке. Папа до Америки не доехал, а мама прожила еще восемь лет. На http://abrp722.livejournal.com/ вы можете посмотреть, какими они были в далеком 1931-м через год после их свадьбы.

Всего мои родители прожили вместе шестьдесят с половиной лет. В эти годы вместились сталинские чистки, война, эвакуация, смерть старшего сына, борьба с космополитизмом, ожидание депортации, очереди за едой, советская медицина, гиперинфляция и потеря всех сбережений. Одним словом, жуткая, с моей точки зрения, судьба. Тем не менее, они никогда не жаловались и считали свою жизнь вполне удавшейся, чего я от души желаю моим читателям.

Abrp722

32.

Так получилось, что на моих американских работах я долго не задерживался. И только на одну компанию проработал целых шесть с половиной лет. Много рассказывать о себе в Штатах не принято, но за долгие годы когда-нибудь узнаёшь, что один из твоих коллег – заядлый яхтсмен, другой - один из лучших игроков в покер в штате Нью-Джерси, третий – морской пехотинец и так далее. Так вот, этот третий был у нас Information Security Officer. Как точно перевести я не знаю, но по сути он отвечал за то, чтобы секреты нашей компании не попали в неправильные руки. Звали его Брайен и был он, можно сказать, образцом американской мужественности: 190 см ростом, с могучими плечами, квадратной челюстью и ослепительной улыбкой. До сих пор не понимаю как Голливуд прошел мимо него.

Однажды накануне Рождества компания расщедрилась на шикарный корпоратив с открытым баром, т.е. пей сколько хочешь. Пьяных не было, но веселые были. За одним из столов начали бороться на руках, ристрестлинг по-местному. Вскоре за столом появился Брайен и стал вышибать всех в среднем за 3 секунды. Понятно, что интерес к борьбе вскоре почти угас. И тут за стол сел Юра.

С Юрой мы работали в одном отделе. Я бы не сказал, что он сильно выделялся из толпы: лет где-то за сорок, среднего роста, хорошего сложения, но никак не качок. На http://abrp722.livejournal.com/ вы и сами можете посмотреть на него. Из особых примет я бы назвал чувство юмора. Когда мы встречались около кофейной машины, я всегда с удовольствием трепался с ним о том о сем, само-собой по-русски.

Итак, за стол сел Юра. Нет, первый раунд он не выиграл, но продержался около минуты, а второй выиграл. Третьего раунда не было: у Брайена устала рука.
Я подошел к Юре:
- Слушай, - спрашиваю, - кто ты такой?
- Я в ВДВ служил, - говорит Юра, - Там кое-чему научился и сейчас со спортом дружу.
- А как ты попал в ВДВ? Ты же человек мирный.
- Это я сейчас мирный, а когда был молодой, так бил первым без особых раздумий. Получилась из этого пара приводов в милицию. Когда забирали в армию, военком посмотрел в мое дело, потом на меня и записал в ВДВ.
- От дедовщины, - интересуюсь, - страдал?
- Да какая у нас дедовщина!? Был один чудик, который вообразил себя прыщом на заднице. Как-то стал переукладывать парашют, смотрит – все стропы перерезаны. Ну и все, успокоился.
- А евреев сильно гнобили? – продолжаю я
- Абсолютно нет. Ко всем одинаково относились. Правда, один раз к нам приезжал командир дивизии, генерал Лебедь. Помнишь такого?
- Да, помню. Ну и что?
- Идет он вдоль строя и все ему представляются. И я представляюсь: «Рядовой Вайсерман». Он посмотрел на меня и удивленно так: «А ты, Вайсерман, что здесь делаешь?» Отвечаю: «Служу Советскому Союзу, товарищ генерал». Задумался Лебедь. «Нет, - говорит, - что-то здесь неправильно. «Служу Советскому Союзу» это когда в армии награждают. А у нас устав свой и я тебя не награждал. Но видно придется». Дал знак адьютанту, тот вручил мне часы! Я крикнул: «Слава ВДВ»!
- Покажи, – говорю, - часы!
Юра показывает швейцарскую «Омегу».
- Ни фига себе подарочек! - невольно присвистнул я.
- Да нет! – засмеялся Юра, - Эти я здесь купил, а те через три дня остановились и я их выбросил.
- А день ВДВ празднуешь?
- Праздную, если не забываю.
- А как?
- Надеваю дембельскую фуражку и залезаю в свой бассейн!

Abrp722

33.

Ходили в гости к друзьям и я поймала себя на мысли, что не знаю, чем удивить детей - без гостинцев не пойдешь, киндеров и прочих шоколадных радостей они уже облопались, чипсы-газировки вредно, сок-не сок... И вспомнилось наше доперестроечное детство, когда все было вкусно, конфеты шоколадные редко и по праздникам, ириски с барбарисками, если покупались огромным кульком, то елись до образования во рту мозолей, жевачку пожевал - в укромное место приклеил (завтра еще пожую)... Я вообще в детстве любила все ныкать - у всех конфеты в новогодних подарках закончились, а я из заначки достану "Кара-кум" какой-нибудь и наслаждаюсь. А теперешние дети, в основной своей массе, надо сказать, заелись...
И вспомнился случай из детства - в нашу Богом забытую сибирскую деревню привезли апельсины... Папа с радости набрал ящика два - они были зеленые снаружи и очень вкусные.
Мы с братом их благополучно умяли за неделю и еще долго вспоминали. Прошло время, уже весна, и зачем-то полезла я в старый папин "дипломат" - чемоданчик такой для документов, со старыми фотографиями, а там - пять больших ОРАНЖЕВЫХ апельсинов - я их по привычке все сразу не съедать заныкала и забыла. Радости было - не описать. Вкуснеее апельсинов я в жизни не ела. А корочки, очищенные красиво "цветочком" и высушенные, мы потом в чай добавляли для вкуса...
Вот вы можете придумать, что бы такое принести вкусное современному ребенку, чтобы ему так же вкусно было, как мне тогда?

34.

xxx: Гейб Ньювел, генеральный директор компании Valve, проведет телеконференцию в реддите сегодня в 14:00 по Москве.
xxx: Вдруг он скажет про HL3?
yyy: я представляю список вопросов:
- как дела у хл3?
- хз...
- а когда выйдет хл3?
- не могу сказать...
- а что вы можете сказать про хл3?...
yyy: ну и тд))
zzz: а как же классика?
zzz: "А как пропатчить..."
qqq: openbox под steamos

35.

История про Чайковского.
Как известно, великий композитор был человеком трепетным, легко ранимым. Любил поплакать, сторонился неприятных людей и конфликтных ситуаций, не умел отказывать. Кое-кто этой слабостью характера беззастенчиво пользовался.
Некий Корсов, оперный певец, долго приставал к Чайковскому, чтобы тот написал для него специальную вводную арию. Петр Ильич всячески увиливал, но сказать решительное «нет» не хватало духу.
Однажды Корсов заявился с нежданным визитом, чтобы «дожать» гения. Слуга, следуя полученному указанию, сказал, что барина нет дома. Ничего, отвечал настырный баритон, я подожду – и прошел прямиком в кабинет.
Услышав шаги, хозяин пришел в ужас: сейчас он окажется в невозможном положении - его уличат во лжи!
И залез под диван.
Корсов уселся на этот самый диван и торчал там до тех пор, пока у него не закончилось терпение. А терпения у этого человека было много.
Понятно, что в таких условиях вылезать из-под дивана было совсем уж невозможно, и бедный Чайковский целых 3 (три) часа дышал пылью, боясь пошевелиться.
Самое занятное, что арию для Корсова он все-таки написал. Вот что сказал сам Петр Ильич об этом: «Когда же, наконец, Корсов убрался, я как сумасшедший подбежал к письменному столу и тут же, задыхаясь от злобы, написал просимое. Можете себе представить, что это была за ария».
Ах, трудно жить на свете человеку с нежной душой!

37.

Работаю на заводе Renault. Сегодня у нас - бешеный переполох: приезжает премьер-министр Франции. (Кстати, можете меня расстрелять - все равно не отвечу, кто у них сейчас премьер).
Приезд высокого гостя был соответственно обставлен: начальство и служба безопасности носились как наскипидаренные. А мы – простые ребята, которые делают простые автомобили, стояли и спокойно покуривали, глядя на эту кутерьму. Курилка у нас на улице, возле входа в цех. Ну, скамеечка там стоит, обшарпанная, урна… знак еще висит, что курить можно.
Так вот, покурили – и разошлись, вернее сказать – разогнали нас, дабы видом своим не смущать «персон». Приехал премьер, был с почетом проведен по заводу и отбыл, а мы снова вышли покурить – всё-таки четыре часа прошло с последнего-то перекура. Вышли и видим: знак – на месте, урна – на месте, а скамеечки – и след простыл. Вот мы стоим и фильм старый вспоминаем: «Хороший человек. Солонку (скамейку) спёр и не побрезговал». Да нет, вы не подумайте, что нам жалко. Мы ж всё понимаем: Франция – страна бедная. Газа нет, нефти нет, алмазов нет, скамеечки, поди, все разные негры-арабы позанимали. А премьеру без скамеечки тяжко. Верно, и посидеть бедолаге негде. Пусть берет. Будет в своих Елисейских полях на нашей скамеечке сидеть – Россию добрым словом вспоминать. Только чего уж он так? Сказал бы – так мы б ему скамеечку лаком покрыли… Для хорошего-то человека…

38.

В догонку к "Путь бобра", кстати автор - режиссер Алеся Казанцева может описывать «кабзду» на съемках с потрясающим терапевтическим эффектом — все хохочут и начинают проще смотреть на жизнь и на свою работу, от которой устают даже самые стойкие и влюбленные в дело своей жизни.

Кастинг бумаги

Если, не дай бох, потребуется снять белый лист бумаги формата А4, то это будет самый адский проект. Реквизитору придется принести сто вариантов листов: глянцевая, матовая, полуматовая, гладкая фактура, бумага для акварели, для рисования карандашом, для сушки гербария, для заворачивая самокруток, бумага писчая, бумага не писчая, бумага для струйного принтера, бумага для лазерного принтера (наверняка есть различия и это будет жутко видно в кадре), бумага для чертежей, для складывания самолетиков, для жевания комочков и плевания на переменах из ручки, бумага для бумаги, бумага для обертывания, для заворачивания и для скручивания, папирус, туалетная, бумага, которой нет в природе, невидимая бумага и бумага для розжига углей в аду. Обо всех видах бумаги реквизитор узнает за 2-3 недели проекта. Он будет высылать варианты, а заказчик писать в ответ: «Это все не то! Вы что бумагу не можете найти?!» Это правило: если тебе звонят и говорят: «Есть простой проект, там делать нечего!», значит, надо бежать без оглядки в другую сторону. Мы будем перезваниваться с реквизитором каждый день две недели и говорить: «Бляяяя, да если бы я знала, что такое будет!..» А тем временем уже встреча с заказчиками, которая бывает перед каждой съемкой. Все, как мы любим: пироженки, фрукты, напитки с газом, без газа и с полугазом. В презентации вставлено сто вариантов листов белой бумаги формата А4. Все под своими номерами, чтобы не перепутать. На ППМ притащат еще стопку образцов. Их будут рассматривать и трогать. На связи по телефону из западного головного офиса компании вице-бренд-президент-менеджер Глория Какая-То Там У Нее Фамилия. Связь плохая, Глория говорит как из кафельного туалета, но агентство все понимает.

Агентство проходит какие-то курсы по пониманию клиента из кафельного туалета, это точно. Курсы следующие. Клиента сажают в двухсот метровую трубу или колодец, а с другой стороны размещают агентство. Условия тренинга: клиент говорит тихо и при этом трясет банку с крупой и шуршит целлофаном. Кто расслышал — тот и работает в агентстве.

Глория будет говорить, что вариант белой бумаги под номером 63 ей кажется не премиальным. У нас все должно быть лакшери.
Раньше говорили люкс. Потом вип. Потом премиум. Сейчас все говорят лакшери. Лакшери — это шик и жир.

Так вот. Нам нужна белая лакшери бумага формата А4. На что агентство начнет доказывать, что мы тут в Москве держим 63 номер в руках и он отличный, он светлый и он настолько лакшери, насколько вообще может быть лакшери белая бумага формата А4. Правда, режиссер рекомендует для съемки не 63 номер, а 97. Так что нам придется снять два варианта. И тут Глория снова поведет себя, как абсолютная падла, и скажет, что 97 тоже темный. Станет понятно, что даме в трубе надо просто прибавить яркость монитора, начнутся поиски системного администратора в западном головном офисе, потому что Глория не знает, где эта кнопка. Затем агентство поинтересуется, а можем ли мы отправить этой чертовой мать ее Глории образцы по почте? А экспресс-доставкой? А если передать самолетом? Давайте посмотрим расписание, какие рейсы летят к Глории в трубу, чтобы она смогла до съемок оценить белую мать ее бумагу формата А4.
После встречи, когда Глория в трубе уже отключится, то кто-нибудь из агентства задаст вопрос типа: «А кто у нас художник-постановщик? Аа... А почему не тот, которого мы просили?..» Продюсер скажет, что которого просили — тот занят, он снимает с Бондарчуком/ Михалковым / Господом богом. А агентство скажет: «Ну вот поэтому мы его и просили! Ребята, такой ролик! Белая бумага в кадре! Ваш художник-постановщик раньше снимал белую бумагу? Есть шоурил?»

После встречи я напишу реквизитору, что нам нужно найти что-то среднее между образцом 63 и 97, но не такое темное, как экран у Глории.

Самое большую свинью неожиданно подложит оператор. Он придет за день до съемки и скажет: «А я не могу снимать белую бумагу. Она же белая. Она будет „гореть“ в кадре. Давайте ее тонировать, отмачивать в чае, мелко прыскать мочой». Операторы не снимают белое, это всем давно известно. У них какой-то передёр по цвету и пиздец. Съемочная группа стоит над белым листом бумаги формата А4. И смотрит. Реквизитор мечтает нанять самого дешевого киллера, чтобы он убивал оператора плохо и долго. Представить, что сейчас надо позвонить агентству и сказать им о тонировании бумаги — это подобно тому, как сесть на останкинскую башню с размаха. Они бросятся сразу в трубу к Глории, а к ней уже и так летят обрацы 63 и 97. Поэтому продюсер промолчит, а художник-постановщик, который выслал за время проекта тридцать эскизов белой бумаги формата А4, пойдет пить с реквизитором, который за время проекта ходил на бумажные комбинаты чаще, чем работники всей бумажной промышленности за всю свою жизнь. Реквизитор мечтает сжечь заказчика, а художник-постановщик готов сделать эскизы осиновых колов. На съемку вызовут, естественно, супер лакшери специалиста, который будет выкладывать в кадре белый лист формата А4 и следить, чтобы он не морщился, не шел волнами, не жался, не топорщился и не загибал края. Хотя ничего этого бумага не будет делать и так, но всем будет казаться... И вот так каждый день творится небольшой такой адик. Адок.

41.

Что-то глаз забеспокоил, нехорошо так и резко вдруг. Позвонил другу, спросил окулиста нет ли знакомого, чтобы вот прямо сейчас принял. Есть, говорит. Сажусь, еду. Захожу в медицинский офис, подхожу к регистраторше. И начинается весьма странный, на мой взгляд, диалог. Легко я ответил только на первый вопрос: "Вы к Валентину Сергеевичу?" Дальше, на мой взгляд, пошла какая-то абракадабра.
- Вы отлили? - строго уточнила регистраторша.
Я опешил.
- А что, процедура будет такая мучительная и долгая?
- Обыкновенная процедура, вы что, у окулиста ни разу не были? Так вы отлили?
- Ээээ... Ну как вам сказать... Дома еще... Но если надо, могу еще.
- Что - надо? Я не понимаю, о чем вы говорите!
- Ну как что? В туалет сходить...
- Мужчина, перестаньте говорить глупости. Я вас последний раз спрашиваю, вы отлили из самовара?
Ударение было сделано на слово "из самовара". Тут уж я совсем растерялся.
- Из какого самовара? У меня нет никакого самовара!
- Так. - регистраторша едва сдерживалась - Мужчина! Вы можете сказать толком, кто вас записал к Валентину Сергеевичу?
Уфффф... Ну хоть еще один нормальный человеческий вопрос.
- Конечно, Игорь Савельев, пациент вашего доктора и мой друг.
- А! Все понятно, так бы сразу и сказали! - облегченно вздохнула регистраторша. Садитесь, ждите, вас сейчас примут.
Я сел неподалеку от регистратуры, и мысли об отливании из самовара и отливании в частности, не давали мне покоя. Я не выдержал:
- Девушка. Простите пожалуйста, может, я что-то не так понял, но почему вы меня спрашивали,отлил ли я и отлил ли я из самовара? Что это значило?
Регистраторша воззрилась на меня круглыми глазами, но через пару секунд разразилась таким хохотом, что доктор Валентин Сергеевич вышел сразу же. Еле отсмеявшись, она сказала:
- Да просто помимо вашего друга, еще одного пациента знакомого записали. Лиля из ресторана "Самовар". Лиля! Вот я и думала, что вы - от Лили! - в этот раз регистраторша произнесла эти два слова с очень большой паузой. Смеялись уже втроем, с доктором.

...А с глазами все нормально оказалось - меньше у компа надо сидеть! :)

42.

История 27. Гонконгские «страдания»

«От сумы, да от тюрьмы не зарекайся! Народная примета

Вот и настал долгожданный конец июля. Мы – люди северные, и пора нам лететь на родину в холодные страны. Собираюсь. У меня рейс КЛМ Гонконг-Амстердам, а потом Амстердам-Петербург. Несмотря на дальность перелета (12 часов без посадки до Амстердама) дозволено иметь только 20 кг багажа и 10 - ручной клади. Помнится, из-за перевеса и грозившего за это здоровенного штрафа в аэропорту Сан-Франциско мне пришлось выкинуть кой-какие вещички. Поэтому отношусь к этому серьезно. Ю-Фенг одолжил напольные весы – плюс-минус 5 кг. Взвешиваю – жуткий перевес. Да еще китайские товарищи все последние дни несут подарки – мне, семье. Пытаюсь отказываться. В шутку говорю, что тяжелые подарки не принимаю. Смеются, но носить продолжают. Вечером сажусь и размышляю – что, в случае чего, будет не жалко выкинуть в аэропорту. Китайский змей – подарок дочке Софии – жалко. Подаренную директором нефритовой фабрики тяжеленную вазу – жалко. Полтора килограмма китайских и других монет, купленных для своей коллекции, - тем более. Не для того покупал на нажитые непосильным трудом! Кладу сверху в чемодан свою обувенку, брюки, рубашки, майки… С этими манатками и расстанусь, в случае чего. Остатки еды из холодильника раздаю аспирантам. Довольны.
Из Гуангжоу в гонконгский аэропорт идет автобус, примерно 4 часа. Стоит 40 амер. долларов. На нем и поеду. Часов в 11 вечера буду в аэропорту, а в 11 утра мой рейс. Провожать пришла куча народу, включая проректора университета. Прямо, как члена политбюро. Аспиранты вещички носят. Прощаемся очень тепло. Фотография на память. Как же без этого? Поехал.
В автобусе народу мало. Кондиционер, телевизор, воду холодную раздают. Можно по сторонам посмотреть, поспать или о своем подумать. Часа через два подъехали к границе. Всех просят с вещичками выйти и пройти гонконгский погранконтоль. А потом опять сесть в тот же автобус, но на гонконгской стороне. Стою в очереди. Подходит. Пограничник внимательно смотрит мой паспорт:
- У вас, сэр, на два дня просрочена гонконгская виза…
Ну, думаю, мама дорогая, как же я опростоволосился – не посмотрел, когда получал в китайском консульстве в Петрограде? Вспомнил, как на гонконгской таможне по прилету на вопрос таможеника о цели приезда, ответит, что "купить овощей и фруктов". Да, отольются мне мои шуточки насчет гонконгских овощей-фруктов!
Пограничник зовет какого-то офицера, который приглашает меня пройти с ним с вещичками. Заводят в какой-то офис и сажают там в клетку. На родине это называется «обезьянник». Офицер уходит, а я осматриваюсь. Есть соседи. Пара, по виду, бомжей. Три-четыре девицы явно не тяжелого поведения… Нечего сказать, хороша компания! Здороваюсь. Минут через двадцать офицер приходит. Видимо, на фоне других обитателей «обезьянника» я выделяюсь в лучшую сторону, потому что офицер, не обращая внимания на остальных «постояльцев» через решетку интересуется у меня:
- Какова цель вашего визита в Гонконг, сэр?
Думаю, не вовремя вспоминать о покупке овощей и фруктов. Поэтому отвечаю:
- У меня, офицер, транзит - завтра утром самолет на Амстердам.
- Вы можете показать билет, сэр?
- А будто, нет. Конечно, могу.
Показываю, но в руки ему не отдаю – достаточно того, что у него мой паспорт. Офицер опять уходит минут на двадцать. Возвращается и продолжает диалог через решетку:
- Сэр, мы вас сейчас вернем в Китай, а там я вам советую сесть на паром и доплыть прямо до гонконгского аэропорта…
- Послушайте, офицер, уже темно, у меня барахло – еле от палубы поднимаю, в темноте я плохо ориентируюсь, где я там буду искать этот паром? Нельзя ли придумать какой-нибудь другой вариант?
Офицер опять уходит минут на двадцать. «Сокамерники» молча, но с явным интересом, наблюдают за нашим диалогом. Офицер возвращается:
- А вы, сэр, собственно, чем занимались в Китае?
- Был визитирующим профессором в Гуангжоу в Джина Университете, читал курс лекций для аспирантов по современным проблемам физической лимнологии…
На лице офицера смесь смущения и радости:
- Извините, сэр. Так что же, вы сразу не сказали, что вы профессор физической лимнологии?
Вообщем, впечатление такое, что офицер только вчера прекратил заниматься физической лимнологией. Прямо, как у Гайдая в «Кавказской пленнице» - «Этнографическая экспедиция!? Понимаю – нефть ищите!». Офицер открывает «обезьянник», помогает вынести манатки, сажает за стол, и предлагает чай под неодобрительные взгляды «сокамерников». Потом интересуется, найдется ли у меня 132 гонконгских доллара и хватит ли мне четырех дней, чтобы уехать из Гонконга? Протягиваю 200 юаней (они обязательны к приему в Гонконге наравне с местными долларами), и отвечаю, что вполне хватит. Офицер берет деньги и уходит минут на десять. Сижу, пью чай. Офицер возвращается и просит заполнить анкету. Заполняю. Офицер забирает анкету, уходит. Минут через десять возвращается с моим паспортом, в котором проставлена 4-х дневная виза, и отметка, что я уже въехал в Гонконг, со сдачей и чеком об оплате визы. Все чин чинарем! Прощаюсь через решетку с «сокамерниками». Они явно не довольны таким оборотом. Возможно, надеялись поговорить о физической лимнологии?! Потом офицер помогает протащить чемодан через границу и желает счастливого пути. На прощание даю ему свою визитную карточку и спрашиваю:
- А как бы мне теперь добраться в такое время до аэропорта, это где-то 60 км отсюда? Сколько нужно заплатить за такси? Мой-то автобус уже давно ушел.
- Профессор, на такси мы отсюда не пользуем – дорого. Прямо в аэропорт ближайший автобус только в 4 утра. Я вам советую – берите здесь любой автобус до центра города. Через час будете там, а из центра всю ночь идет полно автобусов прямо в аэропорт.
На том и расстались. Около двух ночи я уже был в аэропорту. Но у меня теперь еще одна проблема – жуткий 16-килограммовый перевес багажа. Но опыт – великое дело. Пару раз такой номер у меня проходил в копенгагенском аэропорту Каструп. Настало время попробовать и в Гонконге. Провожу ночь в аэропорту. Часов в 9 утра подхожу к стойке регистрации на рейс Гонконг-Амстердам. Перед собой качу больше, чем 20-килограммовый чемодан на колесиках, а через плечо сумка, которая весит больше чемодана, а в салон можно взять не больше 10 кг. Но делаю вид, что сумочка – легче не бывает. Регистрацию ведет симпатичная девушка китаянка. Улыбаюсь, «здоровкаюсь». Достаю горсть китайских конфет (важно, чтобы конфеты были не местные), угощаю девушку. Она стесняется, но конфеты берет. Тут же начинаю нахваливать гонконгскую погоду – мол, в Гуангжоу, откуда я еду, жарища, а тут, мол, благодать Божья. Хотя, какая там к черту благодать – в 9 утра уже тридцатиградусная жарища. Ставлю свой чемодан «мечту оккупанта» на весы – 23 кг! Улыбаюсь и прошу девушку не перепутать и не отправить мой чемодан вместо российского во флоридский Санкт-Петербург. А то, мол, бывали случаи. Девушка улыбается, говорит, что все будет в порядке и просит поставить на весы мою «маленькую» сумочку. Ставлю. Тоже 23 кг! Девушка в легком замешательстве, а я продолжаю «веселится» и говорю, что, наверное, весы заклинило. Девушка совестливая – после конфет, нахваливания гонконгской погоды и приятной беседы ей штрафовать меня или заставлять выбрасывать перевес, вроде как, и не удобно:
- Все в порядке. Счастливого полета, сэр!
Прощай, Гонконг и гонконгская тюрьма! Жаль, что, как обещал по прилете сюда гонконгскому таможеннику, не успел купить фруктов и овощей… Се-се!
Сергей Рянжин

43.

История 23. Китайские рестораны

«...Наши товарищи не должны думать, что все то, что понятно им, понятно и широким массам...» Мао Цзэдун, «О коалиционном правительстве» 24 апреля 1945, избр. Произв. Т. III

В южном Китае полно ресторанов и они, по сравнению, с нашими, очень дешевые. На 20 долларов можно запросто втроем провести вечер. Культурно – без вина. С пивом и китайской водкой. Поэтому китайские ученые, в отличие от наших, уж раз-то в неделю ходят в рестораны. Перед каждым рестораном обязательно стоят две девицы в длинных платьях с не менее длинными разрезами. Зазывают. Цвет платьев в тон скатертей и у каждого ресторана свой. Пришли. Ритуал отработан и везде одинаков. Если компания больше 4-х человек, обычно пожалуйте в кабинет! В кабинете кондиционер, телевизор и большой круглый стол, в середине которого большая круглая вращающаяся столешница. На нее и будут сервировать большие блюда. Только успевай вращать и размахивать палочками! Очень удобно. Кстати, где-то читал, что художник Илья Ефимович Репин, такой стол у себя в имении в Пенатах выдавал за свое изобретение. Наверное, китайцы у него подсмотрели? Но, вернемся за круглый китайский стол. Официантка тут же включает кондиционер, разливает зеленый чаек и раздает маленькие горячие мокрые полотенца. Ими можно руки или «морду лица» протереть. Кому, что нравится. Чай будет разливаться все время. Если ты культурный человек, можешь поблагодарить за чай, постучав костяшками пальцев по столу. Помнится, шутили в застое: «стук распространяется быстрее звука». А ты можешь и не стучать! Так, теперь можете спокойно пить чаек и думать о своем. Китайские товарищи громко с матком не меньше получаса будут обсуждать меню. Наконец обсудили. И вы посидели-подумали. Официантка «выкатывает» полный стол разнообразнейшей еды, названия которой я не знаю. В некоторых ресторанах на блюдах прилеплены маленькие бирки с иероглифами – фамилии поваров. Для «белых людей» принесут вилки и ножи, если намекнешь. Еда вкусная и едят все очень много. Естественно без хлеба. И очень часто безо всякой выпивки. Но, как известно, сухая ложка рот дерет! Поэтому иногда заказывают пиво. Могут принести выпивку с собой – чтобы не переплачивать. Это не возбраняется. Но не надираются. И официантка даже штопор притащит и сама откроет. В отличие от китайских поездов, где, кажется, уже говорил, у проводников не то, что штопора, стаканов не допросишься... А иногда могут весь «банкет» не пить, а в самом конце вдруг закажут бутылку водки и с тостами без передыху и закуски выпить ее минуты за три из маленьких рюмочек. Закономерности в том, закажут в конце водку или нет, никакой нет. Поэтому так и не понял, от чего это зависит. Креветки в южно-китайских ресторанах подаются жаренными и неочищенными. Мужички их едят целиком, а барышни оставляют креветочные головы. Хотя на столе полно всяких тарелок и блюдец, любые попадающиеся кости выплевывают перед собой. Даже, если народ интеллигентный, а ресторан – «пять звезд». Обычай такой! По мере выедания одних блюд, тут же «выкатываются» другие. Обязательно рыба, мясо и дичь. Закономерности в последовательности «выкатывания» никакой нет. Например, поели жареного мяса – могут разлить в маленькие плошки супчик. Потом опять мясо. В середине «банкета» обязательно «выкатят» рис. А в конце - всегда фрукты – мелко нарезанные дольки арбуза, дыни и всякой экзотики. Потом в зубах зубочистки у всех, включая женщин. Недоеденные харчи могут велеть официантке упаковать с собой. Что официантки и делают. Как в Германии или Штатах. Ю-Фенг, например, отдает недоеденное своим студентам. Те не отказываются от барского стола. Кофе можете не просить – даже в пятизвездочных ресторанах не держат! Правда, официантка может уйти минут на пять. Потом возвратиться и сказать, что, к сожалению, кофе нет. Заканчивается «банкет» всегда резко. Все встают почти одновременно и уходят. Никаких там посошков и прочих вольностей. Не се се себе!
Сергей Рянжин

44.

Физики и лирики

На третьем курсе у нас на матфаке появился в своё время курс русской литературы, ибо университет готовил всесторонне развитых личностей. Измученные эпсилон-окрестностями произвольной точки и другими гомоморфизмами, студиозусы откровенно расслаблялись на художественных лекциях.

А преподавателем была дама начального бальзаковского возраста, променявшая реальную личную жизнь на грёзы с томиком Бунина, и потому вселенское равнодушие к её идеалам распаляло всё сильнее, от занятия к занятию. Мы были наречены серыми киборгами, бездушными големами и прочими синонимами недочеловеков. Случайно попав на один такой семинар, я малость удивился своим заочным эпитетам, и так как творчество в 20 лет прёт изо всех щелей, я не стал знакомить дамочку с фамилиями известных матфаковцев Льюиса Кэрролла, Александра Сергеевича Грибоедова, Федора Михайловича Достоевского, нобелевца Солженицина и других официальных лиц. Было задумано более зловредное действо.

За пару вечеров не без удовольствия прочитал полное собрание стихотворений Сергея Есенина и наваял нечто в этом духе, благо талант стилизации был открыт давно и периодически эксплуатировался. Этот стих был распечатан вместе с четырьмя есенинскими, не сильно раскрученными и не сильно удачными с позиций моего интегрального мышления.

На следующей литературе аудитория ломилась, ибо студенческое радио разнесло весть о предстоящем маленьком шоу. Дождавшись первых уничтожительных сравнений литераторши, я скромно поднялся:

- Скажите, правда, что люди вроде Есенина уникальны в своём творчестве?

Дама почувствовала подвох, но от неё уже ничего не зависело. Проигрыш был форсирован.

- Да, и любой культурный человек это видит в произведениях этого великого поэта.

- Тогда, пожалуйста, определите (подаю ей листы), где из этих пяти стихотворений моё, написанное вчера во время жарки картошки (свидетелей - пол-аудитории), а где четыре несравненного русского классика. Если, конечно, вы отличите Есенина от графомана.

Дама, предчувствуя неладное, внимательно и вдумчиво читает тексты.

- Стихи "Ветры, ветры, о снежные ветры" и "Под красным вязом" не Есенина. Не знаю, у кого вы их переписали. "Не ругайтесь. Такое дело!", "Рвёт забавник-закат" и "Капли жемчужные, капли прекрасные", понятно, Сергея Александровича.

- Хорошо! А какое из этих трех стихотворений наиболее ярко подчеркивает талант поэта?

- Нельзя однозначно сказать, что у гения лучше, что хуже. Лично мне кажется наиболее удавшимся "Рвёт забавник-закат"

- Не хотелось вас огорчать, но это моё стихотворение, а остальные 4 - Есенина, вот его томик, можете убедиться. И получается одно из двух:

1. Раз литературный специалист не может отличить творение первейшего из мастеров от графоманского опуса, то в литературе нет понятий "хорошо-плохо" и ваши лекции не несут никакой ценности.

2. Раз литературный специалист не может отличить творение первейшего из мастеров от графоманского опуса, то наверное, он просто такого уровня специалист.

Через мгновение хохот нескольких десятков молодых глоток заставил лицо дамы стать фиолетовым. Безуспешно попытавшись выдавить хоть что-то, она просто сбежала. Зачет мы впоследствии сдали без особых проблем, а младшие курсы учили литературе уже другие дамочки.

Вот то стихотворение.

Рвёт забавник-закат небо шалое вклочь,
Полились причитанья кукушек.
Что же, друг дорогой, ты уже не охоч
До загульных медовых пирушек.

Синь озёр променяв на кабацкий угар,
Что теперь рассиренивать душу.
Но поэта в себе не сгубил Божий дар,
Так хмельных мыслей пенье не слушай.

Погляди – колокольчики никнут к траве,
Ночь пройдёт – утром зорька разбудит.
Отшумит хоровод в золотой голове,
Русь святая поймёт, не осудит.

Сыплет медь на дола зачарованный бор,
Пар от речки плывёт над землёю.
Не такой я пропащий гуляка и вор,
Чтоб споганить враз шею петлёю.

45.

Прочитал про дохлого слона и вспомнил. Занимался я как-то плотно охлажденным мясом, - говядина, свинина, баранина. Вот про последнюю история вспомнилась. Рынок охлажденного мяса - это отдельный мир, в котором крутятся люди особого характера, т.к. заработки в нем не ахти какие, - если ты не импортер или у тебя денег как у дурака махорки, - а геморрой можно поиметь очень большой. Особенно если ты решил влезть с бухты-барахты, вбабахав свои капиталы в предмет, которого вообще не знаешь. Да еще при этом наслушавшись каких-нибудь "экспертов", наобещавших тебе золотые горы. Вот именно такому случаю мне пришлось стать свидетелем и пообщаться с таким вот наивным кренделем. Как-то позвонил мне один знакомый по имени Леня, я с ним общался, еще когда он работал на бойне реализатором. Очень оригинальный тип, кстати: приедешь к нему на бойню, а бойня - это обычная ферма, полная скота и людей, и, соответственно, навоза, крови, фекалий и т.п., - все люди ходят в резиновых сапогах, спецовках, зато Леня при полном параде - лаковые туфли, легко ступающие по дерьму, запах одеколона перебивает все естественные запахи, об стрелочки на брюках порезаться можно. В общем вы поняли, что это "эксперт". Далее. Рассказывает он мне про "наивного кренделя". Хотя лучше по порядку. По телефону Леня мне говорит, что есть у него 700!!! голов ягнят-барашков на забой в г. Москве и надо ему помочь их сбыть. Живьем. На мой закономерный вопрос про бойню, на которой он работал, чтобы сдать их туда, он как-то ушел от ответа. Я почувствовал интерес. В итоге он дал мне номер одного товарища, на поверку оказавшийся тем самым "наивным кренделем". Звали его Коля, родом из Абхазии, молодой пацан лет 25-28, его отцу принадлежал тогда небольшой нефтеперерабатывающий заводик на юге, поэтому денег, как раз-таки, как у дурака махорки. Рассказал он мне следующее. Каким-то образом свела его нелегкая с вышеописанным "экспертом", начальством той бойни, на которой работал Леня, которые "наобещали ему золотые горы", если он привезет со своей фермы, - забыл сказать, у Коли фермерское хозяйство в Астраханской обл., - барашков на забой им на бойню. Голов эдак 700, мол, может везти смело, мы здесь весь скот забьем, тебе денЁххх дадим, все будет чики-пуки. Коля развесив уши и распустив слюни, предвкушая большой бизнес и большой заработок, привозит им первую партию. Пресловутые 700 голов. Те их принимают и говорят, - "Что ты нам привез, это нам на раз плюнуть, давай езжай за следующей партией, привезешь ее, мы как раз эту реализуем и тебе денЁххх отдадим. За первую партию." Коля радостный бежит за второй партией, НЕ получив денег за первую. Суть да дело, пока доехал, пока собрался, прошло две недели. Привозит он 2-ую партию, Слава Богу, 400 голов, а не 700, а ему говорят, - "Ты знаешь, твой скот весь больной, мы из первой партии забили и продали только 400 голов. Остальное поголовье целое, но НЕЗДОРОВОЕ. Забирай их обратно, а 2-ую партию можешь оставить." Больным скот оказался из-за того, что его банально не кормили. НИЧЕМ!!! Можете себе представить, какой был кипеж. До стрельбы дело дошло. В итоге он забирает остаток 1-й партии, и вместе со 2-ой увозит на какую-то ферму в Подмосковье. Дело было, кстати, в ноябре. Леня мне позвонил в феврале с этим предложением, когда Коля взял его за жопу. Ведь он затеял все это с их почина. Получается, Коля 4 месяца держал скот на арендованной ферме в Подмосковье, оплачивал корма, ветврача, который пытался скот в норму привести, подкормки, рабочих, воду, траснпорт. Продать их нельзя, нет ветсправки. Это не один барашек, а 700!!! Сделать ее нереально в Москве. Я ему сразу это объяснил. Долго думал-рядил он, что ему делать, в итоге отправил он их обратно на ферму в Астраханскую обл. После этой эпопеи он сказал мне, - "если бы я с самого начала отправил бы ВЕСЬ скот из г. Астрахани в г. Москву самолетом, бизнес классом, каждого разнесчастного барашка, в г.Москве бы я сводил их в крутой ресторан, устроил бы экскурсию по столице, поселил на ночь в 5-звездочный отель КАЖДОГО барана, а утром отправил бы их таким же самолетом домой, на ферму, - они бы мне все равно вышли дешевле." Вот так вот, хочешь рассмешить Бога, расскажи Ему о своих планах.

46.

Мой друг Макс уже много лет колесит по Лос Анджелесу на микроавтобусе и ремонтирует-устанавливает бытовую технику – всякие там стиралки-сушилки-микроволновки-кондиционеры. Но это не важно, что он там ремонтирует. Полезно то, что Макс хорошо знает физику.

Я понимаю ваше недоумение. Ведь связи между ремонтом кондиционера и, скажем, 2-м законом Ньютона - ну просто никакой.. Это правильно, связи нет. А польза есть..
Дальше со слов Макса.

Этот день был загруженным. Я менял кондиционеры сразу у 3-х заказчиков. Забил с утра машину коробками с кондишками, еду. Вернее, ползу - машина под тяжестью осела капитально, а дорога - в горы.
Два кондиционера установил, смотрю – на 3-й вызов опаздываю. Ну я - по газам (благо машина стала полупустой), но не успел и пару кварталов проскочить – полицейский останавливает за превышение скорости, выписывает мне некислый такой штраф и хорошего дня желает, гад такой.
Какой тут, на фиг, думаю, хороший день, если теперь недельная зарплата псу под хвост?? А может в суд сходить и попробовать отсудить этот штраф? А что, чем черт не шутит? Ведь если полисмен в суд не явится, то я автоматически выиграл..

Полицейский в суд явился. Судья его версию выслушал и говорит мне, мол, можете что-то сказать в свое оправдание, или я просто закрываю дело? И тут меня такая обида взяла. Напополам с азартом. Ща, думаю, я вам расскажу, как я скорость превышал..
- Ваша честь, говорю, у офицера радар врёт! Я ехал на груженой машине В ГОРУ. И проехал совсем ничего, когда меня остановили. Я просто не успел бы набрать ту скорость, о которой говорит мистер полицейский. По ВСЕМ ЗАКОНАМ ФИЗИКИ. Хотите, докажу?
Судья нормальным мужиком оказался. С чувством юмора.
- Валяй, - улыбнулся, - доказывай. Докажешь, - отпущу с миром.
Ну я и выдал ему курс физики за 9-й класс с формулами и графиками. Масса, расстояние, ускорение и т.д. Ему же не обязательно знать, что я с весом машины приврал немного :-)
Отпустил он меня без штрафа, как и обещал. Все по-честному.

А я, по дурости своей, через две недели на те же грабли наступил. Только уже в другом месте и с другим полицейским. И опять в суд пошел (один раз прокатило, может опять прокатит?)

Прихожу, и.. охреневаю. В судейском кресле – тот же судья, что и в прошлый раз. Это при том, что там минимум человек 15-20 судей работает... Повезло, ничего не скажешь..
Судья слушает полицейского (блюститель закона опять приперся в суд, на мое «счастье») и мрачнеет. Ну все, думаю, пипец... сейчас он на мне отыграется и за тот раз и за этот...

А судья поворачивается ко мне, и говорит: - Если я сейчас дам вам слово, вы опять предъявите мне кучу формул и графиков, и убедите меня в своей невиновности. Поэтому слова я вам НЕ ДАМ... Я вас ... ОТПУСКАЮ.
Но если вы, МИСТЕР ФИЗИК, еще раз окажетесь в моем суде с подобным нарушением, я вас лишу прав минимум на 3 года.
И НИКАКИЕ ЗАКОНЫ ФИЗИКИ ВАС НЕ СПАСУТ!
Судья, как я уже говорил, был с чувством юмора..

47.

История 4. Где зимует китайский комар?

«Вы не можете разрешить какого-либо вопроса? Тогда беритесь за обследование его настоящего и прошлого...» Мао Цзэдун, «Перестроим нашу учебу», май 1941, Избр. Произв. Т. III

Вы до сих пор не знаете, где зимует китайский комар? Сейчас расскажу. Если кто слышал, у нас вокруг Ленинграда когда-то осушили болота. Но все эти грандиозные планы преобразования природы в сочетании с экологической безграмотностью всегда и везде оборачивались боком. Комару жить где-то надо или как? И он, бедолага, перекрестясь, освоил петроградские полузатопленные подвалы. Как говаривали в застое, дай Бог сибирского здоровья и кавказского долголетия нашему ЖКХ! Чтоб ему пусто было! Комары, как и все насекомые, любят тепло. Наш комар, например, «встает на крыло», когда температура воздуха устойчиво превышает 12-14ºС. А когда холодает – комары исчезают. Обратите на это внимание – может пригодиться! Вообще, биомасса и видовое разнообразие насекомых возрастает с уменьшением широты – от полюса к экватору. По крайней мере, на уровне моря. Неудивительно, что в тропическом Китае комаров полным полно. В каждой приличной гостинице здесь есть противомоскитные сетки - пологи. Но спать под ними не очень уютно. Поэтому в своем университетском гостиничном номере я применял «экологически чистые» методы борьбы. Задраиваю все окна и двери и включаю на полную мощность и минимальную температуру кондиционеры. Надо сказать, что меньше 16ºС их кондиционеры не дают. Через некоторое время в комнате комаров нет. Еще бы - самому прохладно. Думаю, куда девались? Ведь окна и двери задраены! Устраиваю обыск, или, как говорил Председатель Мао – «обследование». А оказывается, комары передислоцировались в ванную и на кухню, куда холод еще не дошел. Продолжаю «холодить». Теперь комаров нигде не видно. Но, ведь окна и двери задраены!? Вот, что значит пытливый пионер-натуралист! Устраиваю еще более тщательный обыск-обследование во всем номере. И знаете, где нашел? Ни за что не угадаете! В ванной комнате, в пустом полиэтиленовом пакете для грязного белья! Там еще тепло, все там и зимуют! Отсюда простой и эффективный метод борьбы с китайскими комарами. Задраиваешь, кладешь в ванну пустой пакет, включаешь, «холодишь», ждешь, осторожно заворачиваешь пакет, и делаешь с ними, что хочешь! Можешь в соседний номер перенести или ногами потоптать. Кому что нравится. Кстати, после проведенных мероприятий комары вообще перестали ко мне заявляться.
Рассказал китайским товарищам. Не поверили. Пришлось продемонстрировать. Попросил одеться потеплее. Оделись. Пришли. Потом долго пили мое холодное пиджоу (кит. – пиво), цокали языками и приговаривали: «Сергей, суки мимо пиджоу арси цо-цо!». Что в переводе примерно означает: «хорошо в жару выпить холодного пива с приличным человеком, да без комаров!».

PS. Но свято место пусто не бывает! Так в народе формулируют универсальные законы сохранения массы и энергии? Через пару недель после «пропажи» комаров по вечерам стали объявляться два таракана, размером каждый с пол спичечного коробка. Видимо, съедобные, - видел, таких продают на местных рынках. Тараканов, в отличие от моей мамы, я не боюсь. Не было еще случая, чтобы они кого-нибудь укусили! С удовольствием послушал бы впечатления покусанного. Тараканы появились задолго до фараонов. Так что они еще помнят крепостное право. Поэтому «своих» тараканов я пока есть не стал, а «обследую». Приходят вечером и сразу - к пепельнице. Там окурки, и они с аппетитом подъедают пепел (видимо, не хватает кальция и соли). Особенно «радуются», если в пепельнице обнаруживают яблочный огрызок – яблочки, видать, любят!
PS 2. В Гуангжоу есть еще какие-то небольшие и не очень мобильные мухи. Но к людям они не пристают, слава Богу! Так что народное выражение: «Едят тебя мухи!» здесь не уместно. Зато эти мушки все время норовят поселиться в клавиатуре компьютера! На холод, вроде, не реагируют. Поэтому, как бороться, пока не придумал. Еще по ночам над гостиницей летают летучие мыши. Но в номера не залетают.
PS 3. Не знаю, есть ли в журналах Известия Российской Академии Наук серия «Энтомология»?

48.

Грязная и ржавая вода это бич многих квартир. Не могу сказать что в моей квартире ситуация катастрофическая, но из за частичек ржавчины засорилась лейка душа. Мыться стало невозможно, струйки текут вяло, да и то в разные стороны. Никакие чистки не помогли, и было принято решение купить новую лейку. "Не вопрос", сказал я, и поехал в ближайший строительный магазин. Побродив по гигантскому помещению я наконец то наткнулся на раковины, унитазы и прочую сантехнику, и рядом обнаружил огромные стойки демонстрирующие всякие разные смесители. Смесители для кухонь, для раковин и душа, выбор огромный, сотни позиций. Лейки нет. Обошел все кругом. Нет лейки. Подозвал мальчика, менеджера отдела.
- Здрасте, меня зовут Сергей, - представился парень - чем могу помочь?
- Мне нужна лейка для душа.
- У нас огромный выбор смесителей, вот посмотрите на эту модель итальянской фирмы, со вставками из настоящей бронзы.
Огромный смеситель, из тех которые одним своим видом должны убедить всех что это богатый дом. Блестящая бронза и китчевый дизайн под восемнадцатый век.
- Нет, мне это не нужно, мне нужна лейка для душа.
- Посмотрите на этот современный смеситель, гарантия десять лет. - менеджер меня явно не слушает.
Беру ближайшую лейку в руки, показываю парню, и сообщаю что мне нужна эта штука, но отдельно от смесителя.
- Это отдельно не продается. - менеджер разворачивается и уходит.
Приплыли. Понимаю что был не прав, тут надо точно формулировать вопрос, по этому отлавливаю следующего менеджера.
- Здравствующие, меня зовут Алина, - представляется мне голубоглазая блондинка крайне юного возраста.
- Добрый день, мне нужна лейка для душа. Примерно такая, не обязательно конкретна эта, но похожая. - демонстрирую лейку.
- У нас большой выбор смесителей для душа, посмотрите на модель этого года, немецкая фирма, биодизайн. - девочка отрабатывает заученную программу.
Ладно, проехали. Думаю сбить с программы девицу.
- Да, да, есть какой то цветочный изгиб. - несу чушь, думаю что сейчас девочка посмеется, и мы перейдем к моей проблеме.
- Вы правы, напоминает стебель цветка. - это произносится с восторгом.
Нет, я то думал что сейчас на меня посмотрят как на идиота, я пошучу что нибудь на вроде "А у вас есть что нибудь из весенне летнего сезона?", и мне укажут путь до стеложа с лейками, но понимаю что это не пройдет.
- Нет, мне не нужен смеситель. У меня есть смеситель, но засорилась лейка, и я ее хочу сменить. У вас есть в продаже лейки отдельно от смесителей. - дроблю фразы, разговариваю как с пятилетней девочкой.
- Ах, вам надо аксессуары. - меня отводят на пару метров в сторону, и демонстрируют наборы лейка, шланг, стойка.
- Нет, мне не нужен набор, мне нужна лейка отдельно. - набор мне действительно не нужен, поскольку стоит он совершенно немыслимых денег.
- У нас в отделе этого нет. - девочка задрав нос уходит.
Чувствую себя убогим нищебродом, не могу оценить бронзу и цветочный дизайн, и не хочу платить по три тысячи за набор который мне не нужен. Вижу дородную тетку, видимо старшую в отделе, иду к ней.
- Добрый день, не могли бы вы мне помочь. Мне нужна лейка для душа.
- У нас большой выбор смесителей, вот итальянская фирма...
- Да, спасибо, мне уже показали и итальянскую фирму, и биодизайн, но мне нужна лейка для душа.
- Тогда вам нужно в отдел аксессуаров, там...
- Извините что прерываю вас, но там нет леек для душа, там только наборы. Мне нужна лейка, без шланга, смесителя, и без стойки. Отдельно. - чуть повышаю голос.
- Мужчина, что вы кричите, вы не можете определится что вам нужно.
Начинаю заводиться, но держу себя в руках. Откручиваю лейку, и показываю тетке.
- У вас есть в продаже подобный товар, лейка, не обязательно этой же фирмы, не обязательно похожего дизайна, но отдельно, как самостоятельный товар. - говорю четко, максимально спокойно.
- Ах лейка, вам вот туда. - взмах руки в неопределенном направлении.
- Вы не могли бы меня проводить?
Тетка явным недовольством ведет меня мимо итальянско-немецких смесителей, наборов и прочего. Через каких то тридцать метров и пять поворотов мне указывают на неприметную сетчатую корзину где свалены шланги, вентили, краны и прочая мелочевка, в том числе и лейки. Ура. Покопавшись нахожу подходящую мне. Гордо неся на руках свою добычу, как пещерный человек забивший наконец то мамонта, прохожу мимо ряда смесителей, Сергея, Алины, тетки. Мне вслед смотрят недовольные менеджеры. Мне не "втюхали" итальянское чудовище с настоящей бронзой за двадцать пять тысяч. У менеджеров день не удался. На кассе я отдал триста двадцать рублей. Покупка заняла сорок минут.

49.

Я уж не знаю, поймут ли нынешние школьники иронию написанного ниже... И смешно и грустно.
Московский институт электроники и математики. 3-й курс, за плечами 2 года изучения математического анализа, в простонародье «матана». На контрольной по дисциплине «методы математической физики» у студента в решении задачки в окончательном выражении пишет квадратный корень из единицы. Преподаватель, проверяющий контрольную, спрашивает студента:
- Вот у Вас корень из 1. Вы знаете, сколько это будет?
- Точно сказать не могу, примерно 0.68.
- Хорошо, вы можете сказать, сколько будет 0.68 в квадрате?
- Нет, не могу. Для этого калькулятор нужен.

Понимаю, по специальности он работать не пойдёт, но может, надо было стразу выбрать какую-нибудь другую профессию, например, повара или актёра, там формулы писать не надо. Или это наша нынешняя система образования во всём виновата?