Анекдот от

Гаишник-отец будит гаишника-сына:
— Сынок, вставай, на работу пора.
— А сколько времени?
— Полседьмого.
— Так ведь рано ещё!
— Какой рано, они уже полчаса бесплатно ездят!

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

рано ведь какой ездят бесплатно полчаса полседьмого

Источник: anekdot.ws от 2019-4-3

рано ведь → Результатов: 79


1.

Мишиной историей про Феррари и Проффессора про эммиграцию напомнило.
Предупреждаю сразу - очень много букафф.

"Мексиканец"

Дело было с десяток лет назад. В те тучные годы баррель нефти стоил $100+, а доллар по отношению к рублю был дешёв. Народ был счастлив, весел и богат и хотел денежку куда либо пристроить, например прикупая машинки из США. Ясное дело нарисовались дельцы по обе стороны океана которые скупали пепелацы по дешёвке на аукционах и отправляли их в Клайпеду, Котку, Поти, итд. дабы удовлетворить огромный спрос на частичку шикарной жизни. Нюансов в этом бизнесе, вагон и очень много маленьких тележек, от покупки на аукционе, до таможенной очистки и предпродажной подготовки. Одна из компаний в холдинге где я когда-то работал осуществляла многие функции в этой цепи, но основным бизнесом в США была именно отправка машин в разные страны.

Врядли покупатели даже подозревают (впрочем они и не должны) о всех шагах того процесса благодаря которому они становятся владельцами четырёхколёсного друга. В частности отправка, дело очень даже не простое. Начинается всё с площадки которую желательно иметь поближе к порту, дабы транспортное плечо было небольшим. А это не благополучный район, очень даже не Парк Авеню. Там базы траковых компаний, заправки, склады, дешёвые мотели, стрип клубы, забегаловки, и кабаки для грузчиков и дальнобойщиков. Гламурному кисо там делать совсем нечего. Это территория для брутальных мужчин и не менее брутальных женщин (сам видал как барменша замешивала водилу в 100-кг весом как кутёнка).

Площадку надо огородить, поставить охрану, и на ней организовать хранение ибо иногда тачки ждут отправки очень долго. Сроки простоя надо отслеживать, ведь за каждый день хранения можно брать денежку. Есть и место для хранения сотен галлонов бензина, ибо его надо слить с машин перед отправкой. Нужно и место для загрузки контейнеров, т.е. специальные настилы под навесом. Не забудем и про запас аккумуляторов, кабелей, и склад досок, гвоздей, инструментов, ремней, верёвок, и цепей который надо регулярно пополнять. Ещё нужна техника (которую надо обслуживать и заправлять), например вилочные погрузчики и тягачи (или контракты с перевозчиками) чтобы привозить пустые контейнера из порта и отвозить в порт гружёные.

Но главное это люди. На пике отправляли около 70 контейнеров в неделю (это примерно 200-220 машин, серьёзный объём). Значит нужны охранники, люди на приёмке машин от клиентов для первичного осмотра и описи, расстановщики машин по площадке которые и подгоняют их к загрузке, грузчики, водители тягачей, администраторы, менеджеры, оформители бумаг, и конечно управляющий всем этим дурдомом.

Естественно хозяева нежно выпестовывали и культивировали практический расизм. На денежные позиции (т.е закупки, бухгалтерия, дебиторка) сажали либо украинцев либо своего брата, аида. Этих хрен надуешь. Из несчастных поставщиков вытащат всю душу, но добьются скидки. А из недобросовесного должника выбьют всё что положено. В охрану обычно брали осетин. У них главное достоинство, они не любят грузин, то есть самых скандальных клиентов. Грузин же наоборот брали на приёмку машин, ведь свой своего при сдаче машины обычно дурить не будет, да и буянит пореже. Беларусы, как тихие и спокойные исполнители, водили тягачи. Дали им задание, и они тихо тянут свою лямку. Русских и казахов брали как универсалов, и на оформление бумаг, и на обслуживающий персонал на площадке, и в администраторы, и на продажи услуг. Для работы с клиентами, менеджерами брали представителей от каждой национальности дабы всегда клиент мог найти родную душу. Единственно кого вообще не брали на моей памяти, так это прибалтов, сам не знаю почему. Ну а объединяющим цементов служил великий и могучий торгово-матерный диалект.

Конечно "мамы всякие нужны, мамы всякие важны", но не так уж сложно быть охранником или подгонщиком машин. И не надо быть учёным что бы оформлять бумаги или собирать долги с клиентов. Посложнее быть перевозчиком контейнеров, но и тут не надо быть доктором наук. В конце концов это не дальнобойщики - их транспортное плечо всего 3-4 мили, в порт и обратно. Самая сложная профессия на складе (помимо управляющего) - это грузчик.

Грузчик машин это специализация очень узкая, их немного, и обучающих курсов нет. Работа эта тяжёлая морально и физически. Ведь грузчики и строят помостки внутри контейнеров, и сливают бензин, и загоняют машины в контейнера. Они должны уметь завести любую сдохшую машину, иногда даже без ключа (т.е навыки механика), знать столярное дело (построить правильные помостки), загнать машину в очень узкое место своим ходом или с помощью погрузчика не повредив (не забудьте, потом из неё ещё надо вылезти - вообще цирковое искусство), уметь правильно распределить вес внутри контейнера, и ещё очень многое другое. Грузчик всегда в напряжении, ведь любая царапина и скандал от клиента обеспечен (представьте попадалово от царапины на Бентли). Работа эта полна соблазнов, особенно когда идёт большой поток машин на отправку. Клиенты, эдакие хитрованы, пытаются проникнуть на склад и подмаслить грузчиков чтобы их машинки грузили вне очереди, с них не сливали бензин, или чтобы можно было засунуть кое-какой груз контрабандой в багажник, итд.

На эту гадскую, скажем прямо, работу трудно найти кадры. Редко какой русскоязычный эммигрант выдерживал долго. Загрузив несколько десятков контейнеров летом (это 30+ градусов в тени, а температуру в металлическом контейнере можете представить сами) или в холод (зимой температура может быть и -15), поскандалив с управляющим склада (а иногда и с особо настырными клиентами) по поводу царапин и сколов (а их не избежать, все же люди), провоняв насквозь бензином, позагоняв заноз и поотбивав конечности, страдалец заявлял - "всё с меня хватит. Переведите меня в охрану, подгонщиком машин, приёмщиком, в офис, куда угодно." А многие просто уходили кто куда. Намучившись с кадровым вопросом, приняли очередное практическое расисткое решение, в грузчики брать преимущественно нелегалов - мексиканцев, гватемальцев, и других "спиков" (т.е. испаноговорящих - сленг).

Обычно они трудолюбивы, управляемы, послушны, и хорошо обучаемы. К жаре с детства привычны, да и на холод не особо жалуются. Они быстро выстраивают свою дедовщину, и если мотивировать их общим бонусом, то они выкидывают сачков на раз-два, помогают друг-другу, и вкалывают как проклятые, без перебоя на "покурить." А главное, они абсолютно бесправны, их можно эксплуатировать и в хвост и в гриву. По английски они почти не говорят, в США они нелегально, так что фискалить не побегут. Главное платить им оговоренную зарплату регулярно. Объективно говоря, они получали не так уж и много, особенно учитывая что им платили не за часы, а зп за неделю. Но конечно по сравнению с тем же Никарагуа это были огромные деньги, и за работу они очень держались.

На общем фоне очень выделялся их лидер, Энрико. Он вроде бы родился в Сальвадоре, но вырос Мексике, а далее нелегально перебрался в США. Если честно то не знаю откуда он взялся на площадке, то ли он сам забрёл на склад и предложил свои услуги, то ли его управляющий подобрал на точке где "спики" тусуются и предлагают свои услуги как разнорабочие. В любом случае, это была удача, ибо Энрико был Профи, с большой буквы. Вообще смотреть как работает любой мастер это эстетическое удовольствие. Не важно что он делает, разделывает туши, рисует картины, собирает мебель, или продаёт страховку. Когда человек делает то ради чего он был создан, он великолепен.

Энрико можно смело назвать Паганини складских работ. Что он вытворял на погрузчике, это было цирковое шоу. Допустим надо загрузить контейнер негабаритом. Энрико в развалочку подходил к горе груза, окидывал её насмешливым взглядом, и начиналось волшебство. Казалось он чувствовал вес и форму каждого паллета. Они становились как влитые и контейнер заполнялся как будто по волшебству. Другие мыкались и тыкались погрузчиком пытаясь пристоить несговорчивый негабарит, но не наш Энрико. Хоп, и за полчаса контейнер готов, отправляйте. И главное, содержимое ящика приходило целёхоньким.

Загрузка машин в контейнер это вообще была ария. Если обыкновенный, грамотный грузчик при самом лучшем раскладе загружал по 3 контейнера в день, то Энрико грузил 5. И не простых, а сложных, например по 4 машины в контейнере, на цепях, что шли на Казахстан. Никогда у него не было царапин или сколов. Любая, даже самая капризная машинка, заводилась у него с полоборота. Молоток, циркулярка, ремни, брусья, цепи, обретали невесомость и летали сами на нужное место с бешеной скоростью. Сразу было видно, какой именно контейнер грузил наш герой, у него был свой уникальный профессиональный почерк. Клиенты в нём просто души не чаяли и в ногах валялись умоляя что бы их контейнер грузил именно Энрико.

Отработал он на складе пару лет, что для портового грузчика на одном месте очень много. Парень был очень хваткий, быстро выучил английский, разобрался в оформлении бумаг, компьютерной программе, и нередко в часы простоя помогал в офисе. Конечно Энрико был ас и вскоре зп у него стала в 2-2.5 раза больше любого другого грузчика. Если учесть что он получал нал и налогов не платил, то его доход был побольше чем у иного выпускника престижного университета.

Но в один далеко не прекрасный день, точнее ночь, произошла катастрофа. Рано утром управляющий склада был разбужен звонком горе-охранника, Аслана. Этот гордый сын горного народа глухими Нью Джерсийскими ночами должен был как Дед Мороз обходить свои владенья дозором каждый час. В остальное время его задача была аки филин беспрерывно смотреть на мониторы наблюдения. Это дело скучно и он естественно забил преогромный болт. Так как ничего не происходило месяцами и что бы его ничего не раздражало во время крепкого ночного сна, он просто напросто мониторы выключал. Вся его функция сводилась к обходу территории часов в 10:30-11 вечера, поглощению саперави, просмотру очередного эпизода сериала, сну, и обходу территории часов в 6 утра.

Так вот, этот абрек при обходе увидел что в одном хитром месте где территория площадки прилегала вплотную к дороге разрезана сетка, а камеры отсоединены. Более того, несколько машин было подвинуто так что бы освободить свободный проход. Было с первого взгляда ясно, угон, т.е. ЧП.

Весь следующий день превратился в ад. Богатейший поток ненормативной лексики который обрушился на Аслана от хозяев и управляющего я для простоты опускаю. Он даже не отпирался, честно признался и тупо хлопал глазами. Полиция перекрыла склад, доставка и отправка машин была приостановлена. Автовозы и клиенты грустно скопились на улице и загородили большую часть проезда. Телефоны раскалились докрасна, ведь новости распостроняются быстро и каждый владелец машины на складе пожелал убедиться лично что это не его автодитёныш был похищен гадкими бандерлогами. Бедняга управляющий бегал со списком по складу как вшивый по бане и пытался определить что же всё таки умыкнули, а менеджеры успокаивали и облизывали клиентов. Хозяевам тоже не позавидуешь, им пришлось объясняться с полицией, страховой, и обворованными Шпаками.

Окончательный список был длиннен и ужасен, 12 машинок улетучились в неизвестном направлении. И главное какие машинки - пара Майбахов, несколько Лексусов, Ягуар, Порше, но это всё мелочи. Самое страшное, пропала Maserati Sebring Series 1, вещь старинная, цены не малой. Того хуже, оказалось что эта наша прелесть предназначалась для одного скромного народного избранника от четырёхбуквенной партии в РФ. Так что и в Питере у нас грозно звенел телефон и велись более чем неприятные разговоры. Добило то что страховая сказала что скорее всего не выплатит ничего, ибо охранник явно нарушил базовые правила безопасности ведь не увидеть то что пропала видимость с нескольких камер нормальный человек просто не мог. Объяснения что охранник просто-напросто долбоёжик в рассчёт не принимались.

Удар по репутации был ужасен. Клиенты резко, буквально на следующий день, стали присылать меньше машин. Некоторые даже забирали машины с площадки. Охранника конечно уволили, сразу же наняли нескольких новых, вложились в крутейшие камеры, сигнализацию, итд. Но проблемы конечно это всё не решало, надо было как то расплачиваться и успокаивать разъярённых клиентов. Можно смело сказать что ситуация была хуже пожара в борделе во время наводнения после землетрясения. Менеджеры, управляющий, и хозяева потратили километры нервов и потеряли килограммы волос. Плюс хозяевам надо было прикинуть как же всё таки рассчитаться за сотни и сотни и сотни тысяч долларов если страховая покажет фигу.

Полиция поводила жалом, но особо сделать ничего не могла, помимо написания длинного и печального отчёта. А посему она и обратилась в родное ФБР, которое как известно не спит и граждан бережёт. Вечером, когда накал в дурдоме немного спал и сотрудники разошлись, появлась парочка неприметных человек в неброских костюмах которые скромно запарковали свою Crown Victoria подальше. Они побродили по складу в сопровождении печальных хозяев и управляющего, посмотрели на камеры, асфальт, ограду. Просмотрели тот небольшой отрезок записанный на камеру (до того как её обезвредили), приметили время и многозначительно переглянулись. Не прощаясь они ушли, заметив на последок "молитесь, может быть повезёт."

Не знаю если хозяева молились, но повезло однозначно. Своё дело ребята из ФБР знали туго и дело разкрутили на раз-два. Как? Ну это наверное их профессиональный секрет, они его не раскрывали.

Оказалось что работала команда загорело-американцев и афро-африканцев, человек с 20. Подъехали они на нескольких машинах и грузовичке. Негодяйцы отлично знали каждую деталь и были прекрасно подготовлены. Было им известно и время обхода охранника, и то что он не смотрит на камеры, и те места где камера не просматривает, и главное где какая машина. Разыграли всё как по нотам. Каждый знал чётко что делать.

Одна группа разрезала ограду и профессионально отключила камеры. Другие сразу же бросились к машинам. Брали конкретные тачки, игнорируя другие, т.е. явно работали под заказ. Никаких ключей им даже не понадобилось, каждую машину вскрывали и заводили за две-три минуты, несмотря на марку. Пока команда выискивала машинки, с грузовика гидролопатой выгрузили вилочный погрузчик и кто-то виртуозно растаскивал мешающие машины что бы создать проезд к дороге. ФБР прикинуло что при таком раскладе весь концерт занял не более 15-20 минут.

Все машины оказались на одном пароходе который должен был уплыть в далёкую и жаркую Нигерию. Контейнеры загрузили прямо перед отходом корабля, буквально на следующее утро после угона. Время было подобрано очень удачно, но случилась непредвиденная незадачка, что-то сломалось на сухогрузе и рейс задержали на несколько дней для починки. Этих нескольких суток хватило ФБР что бы и найти покражу и выйти на банду по горячим следам. Взяли правда не всех, в основном исполнителей, а несколько главарей умудрились ускользнуть. Одна вещь восхитила следователей. Все 12 машин были на удивление качественно загружены в 4 контейнера буквально за пару часов. Явно работал мастер экстра класса.

А Энрико через пару дней после инцидента на работу не вышел и даже не позвонил чтобы отпроситься. Такое бывало и раньше, но очень-очень редко. На следующий день забили тревогу, как же лучшего грузчика нету. Опросили девчонку Энрико и мексиканцев с кем он делил квартиру. Они сказали что сидели вместе и ужинали, но вдруг Энрико кто-то позвонил. Тот взял курту и сказал что вернётся через полчаса. Но не вернулся, исчез без следа, даже личные вещи и деньги что хранил в своей комнате не забрал.

Ну а машинки через пару недель ФБР выпустило. Повезло клиентам, да и компании повезло, что и говорить.

2.

Друг-ресторатор со стажем рассказал историю. В бизнесе он давно, лет уже 25, не меньше, как впрочем и все мы, студенты конца 80-х - начала 90-х годов прошлого века.
Так вот. Секретарь приносит ему заявление о личном приеме. Гардеробщица одного из его ресторанов, девчонка 20 с небольшим лет, просит принять его по "стратегически вопросам развития ресторана". Мой товарищ сначала слегка опешил или впал в замешательство, называйте это как хотите, но потом быстро пришел в себя. Ведь интересно сразу же стало, что ему о стратегии может рассказать молодая девчонка, даже имени которой он не знает. Поэтому позвал ее незамедлительно.
Эмоция интереса столь редка в нашем возрасте, что я на его месте поступил бы также. И вот, девочка рассказала, что она находясь на переднем фронте бизнеса - в прямом контакте с потребителем - видит и слышит многое.
Я - гардеробщица. Для посетителя я - никто, ноль, можно сказать, или просто функция "принять-отдать вещь". При мне они говорят без утайки, обсуждая проблемы кухни и качества обслуживания персонала, официантов и сервис. Все, одним словом. Я знаю почему они уходят и не возвращаются.
- Так, - спросил мой заинтересованный товарищ. - И что же ты предлагаешь изменить в нашей работе?
- Не надо ничего менять. Дайте мне только 20 небольших мягких игрушек для номерков. Если я вижу, что человек богатый, в дорогом костюме или с ключами от крутой тачки, я дам ему номер с 1 по 20 - на них мы прицепим небольшие игрушки. Номерки с 20 по 60 снабдим красными жетонами, а с 60 - по 100 - обычные жестяные.
Как только на столе официант увидит номерок с игрушкой, он быстрей поросячьего визга принесет дорогой коньяк Хеннеси в качестве комплимента. И шуршит как пчелка трудолюбивая везде, и скоро успевая, и высказывая много любезностей.
Если увидит обычный жетон на номерке, то обслужит конечно, но по мере возможности в порядке живой очереди после випов.
Дали девочке добро на эксперимент и сразу же понравилось. Когда зал был полупустой или так себе, девочка давала вип-жетоны студентам. Им в качестве комплимента стали носить Хеннеси. Сразу же пошли разговоры, что здесь Хеннеси на халяву. Ресторан стал заполняться. Выручка по году выросла в 2,5 раза. Сейчас они дошли до того, что если видят что клиент с ключами от Мерса приходит, то они ему тортик с нарисованной эмблемой Мерседеса выносят.
Короче трудятся.
Девочка эта стала операционным директором современной таверны, что не мешает, впрочем, ей стоять за гардеробным столом и работать гардеробщицей. Время от времени, конечно же.
Прикольно, но только недавно слышал эту историю из уст одного американского коучера в видеоролике, хз как попавшим на мои радары и даже просмотренным.
Коуч правда приврал, что он присутствовал при процессе первоначальной беседы бизнесмена-ресторатора и девчонки-гардеробщицы, причем делал это тайно, сидя в шкафу. (Вы можете себе представить до какой степени выдумки доходят коучеры чтобы развеселить публику?)
Впрочем, ещё больше развеселил рассказ коучера, что девушка просила оплаты труда не поднимать, дескать ещё рано ей развращенной деньгами быть, так как она еще молода, то есть юна и невинна.
В любом случае, друзья мои, как говорил мой товарищ - не знаю покойник или еще живой - Валерий Палыч Резников, с людями надо разговаривать то есть, общаться.

3.

В жизни любого американца рано или поздно наступает момент, когда его вызывают в суд для выполнения почетной обязанности – быть присяжным заседателем. У меня это первый раз произошло где-то в 2000м году.

Процедура отбора присяжных в каждом штате (а может и суде) разная, в нашем случае, вызвали человек 50, посадили в зал, из них вызвали 12 человек, которых посадили на места присяжных и потом пошла процедура отсева. Прокурор и адвокат имели право отвести по 12 человек. Замену отведенному тут же вызывали из зала.

Дело было довольно простое: мужик (мистер Смит) купил в салоне две новые машины своим сыновьям, заплатил за них чеком и они уехали. Денег у него на счету не было. Его арестовали и отдали под суд за воровство машин (Grand Theft Auto). Дело слегка осложнялось тем, что мистер Смит принадлежал одной из групп, которые вооруженные до зубов бегают по лесам и полям (в нашем случае по Скалистым Горам) и готовятся защищать себя и остальных от правительства, которые хочет отнять наши свободы. Сам мужик был довольно маленький и щупленький, а два его сына, которым он машины купил, были бритоголовыми бугаями, у которых голова плавно переходила в плечи без какого-нибудь намека на шею. Если на такого человека надеть галстук, то галстук начнет сползать вверх, пока не зацепится за нос или уши. Вторым осложняющим фактором было то, что мужик решил защищать себя сам, что говорило о его умственных способностях, поэтому суд выделил ему бесплатного помощника адвоката.

Вызвали первых 12 человек, в том числе и меня. Прокурор кратко объяснил в чем дело и что он будет доказывать, посмотрел на потенциальных присяжных и сказав, что у него отводов нет, задремал, сев на свое место. Мистер Смит приступил к делу. Он кратко попытался объяснить, что да, он выписал чек не имея денег, но он просто не знал как все это работает, он думал, что надо выписать чек, а потом в банке брать заем. После этого он сразу перешел к защите свобод и злонамеренности правительства, что он наша последняя и единственная надежда (при этом его сыновья оглядывали присяжных всем своим видом давая понять, что если кто их папу обидит, то они всех запомнили). Особенно мистеру Смиту не нравились налоги. В детали он не вдавался, но было ясно, что когда он и его единомышленники придут к власти, то сотрудники налоговой службы (IRS) проживут ровно столько времени сколько надо что бы их довести до ближайшего столба и завязать правильную петлю. Время от времени он задавал потенциальным присяжным каверзные вопросы и давал им отвод.

В результате он отвел 11 человек, у него остался еще один отвод, и слегка подумав, он отвел меня, сказав, что так как я родился в СССР, был воспитан тоталитарным режимом, то буду всегда принимать решения угодные правительству (в данном случае прокурору). Но он хотел бы поговорить со мной на тему защиты свобод после судя.

Я начал пробираться к выходу, а судья вызвал следующего кандидата. На мое место села молодая женщина, лицо которой было настолько радостно и счастливо, что я подумал: “Надо же, есть ведь люди, ей предстоит просидеть три дня на этом дурацком суде, а ей хоть бы что – побольше бы таких счастливых людей”.
Судья спросил ее, чем она занимается, она ответила, и тут вся маршрутка, то бишь, весь зал заседаний, включая судью и проснувшегося прокурора, согнулся от хохота. Он работала аудитором в налоговой службе. На мистера Смита было жалко смотреть. Он начал что-то лепетать, на тему, что его неправильно поняли, что не хотел давать отвод “этому русскому”, но было уже поздно. Я, проходя к выходу, похлопал его по плечу и, пожелав удачи, ушел. Чем дело кончилось я не знаю.

PS. Все написанное мною выше, это правда и ничего кроме правды. Даже имя подсудимого не изменено.

4.

Однажды мы с мужем были в Крыму и в небольшом приморском городке решили повидать одного мужичка, которого муж знал понаслышке как мастера своего дела. Работы этого умельца-самоучки мы видели в том же городке, а вот с самим пообщаться не доводилось. К слову, мой муж страстно увлечен тем же самым искусством. Чтобы не палить фамилии не буду называть, каким конкретно.
Итак, идем по улице и спрашиваем где найти такого-т. Местные вопросу не удивляются, в маленьком городке знают этого персонажа практически все. Нам показывают дорогу, называют улицу, описывают приметы дома. Шли мы долго, блуждали по извилистым улицам, идущим, как тут на ЮБК водится, то в гору, то под гору. Местные рукой нам махали то в одном направлении, то в другом. Короче, рано или поздно, приходим к заветной калитке. На наше «Есть кто дома?», выходит хозяйка. Говорит, что да, такой-то здесь живет. Подождите, дескать, здесь, во дворе, сейчас придет. И звонит ему по мобильнику: «Ждут тебя тут люди, приходи». Через некоторое время является и сам персонаж. Сначала какое-то напряжение в его взгляде и поведении я уловила. А потом поболтали, как-то размяк он. Понял, видать, что муж мой реально его работой интересуется. Вызвался сходить до места, еще раз все показать. Как из двора вышли, он и говорит: «А мне ведь сразу люди сказали, что меня мужик какой-то ищет. И чего же они не уточнили, что он с бабой, пардон, с женщиной. Я бы сразу пришел, не пришлось бы вам меня долго искать». А надо заметить, этот наш знакомец с явно выраженной чертой характера – бабник. Он, правда, еще и алкоголик запойный, на тот момент в завязке. Прискорбно, что алкоголизм часто губит творческие натуры, не находящие должного отклика у окружающих. Но в данном случае речь не об этом. Склонность к амурным похождениям у персонажа читалась во всем. И в кокетливом хвостике кудрявых седых уж волос. И в заинтересованном взгляде, которым он смотрел на всех без исключения женщин. Такой взгляд не спутаешь ни с чем. Вот встретишься с таким случайно глазами и сразу понятно, что секс с ним будет приятным приключением, причем будет возможно прямо сейчас. И не смотря на то, что лет ему было уже за полтишок, и наружность его носила неумолимые свидетельства другого увлечения – алкоголизма. Но был он до сих пор привлекателен. Вот сразу верилось, что влюбиться в него можно, не смотря ни на алкоголизм, ни на б.тскую натуру, ни на вечное безденежье. И плакать потом то от счастья, то от обиды и ревности.
Но вернемся к тому, почему же он от нас прятался. Э нет, не о своих неоцененных формах я веду речь… Просто убоялся он, что мужик его ищет, чтобы морду набить за очередной адюльтер. Видать какая-то история еще не получила своего закономерного развития. А если ищет мужик с бабой, то это совсем другой коленкор!

5.

Деревенька как деревенька. Как все, как многие. Только в этой деревеньке электричество вдруг кончилось. Подозревали Гошку с Генкой, но на самом деле ветер провод оборвал. Хотя Генка с Гошкой все равно на подозрении первые, даже если ураган Катрина какой-нибудь в деревеньку заглянет.

Электричество в деревне не очень нужная вещь летом. Светает рано, темнеет поздно. Встают все с рассветом, ложатся с закатом. Свет не жгут, экономят. Но тут, как раз всем электричество понадобилось телевизор смотреть. Кино про Штирлица. Телевизоров в деревеньке шесть штук всего. Кто соседей домой пригласил, а кто на подоконник телевизор выставил, и с улицы смотрят, сидя на лавочках. То есть, смотрели, пока провод не оборвало.

Ветер ветром, а про Гошку с Генкой почти каждый в деревне подумал, что это они не дают Штирлица досмотреть. Но электриков вызвали. А Генка с Гошкой с чердака слезли, когда электрики сказали, что это ветер провод порвал, точно. Невиновность невиновностью, но, когда подозревают именно тебя, подозрения лучше переждать на чердаке. А так они слезли и побежали смотреть, как «электричество чинят». Так тетка Арина сказала.

Что такое электричество Гошка знал не понаслышке. Еще когда в школе не проходили, знал. Гошкин заслуженный учитель физики Петр Васильевич вполне мог подтвердить. Заслуженным Петр Васильевич был не только потому, что преподавал когда-то Гошкиным родителям физкультуру, а еще потому, что просто был хорошим учителем физики и заслуженным учителем РСФСР. Это он Гошку с электричеством познакомил, раньше, чем школьной программой положено. Так и сказал: Гоша, если ты электростатическую машину в лаборантской хоть пальцем тронешь, получишь по лбу. Гошка и не трогал. Может, кому по лбу и хочется, а Гошке нет. Поэтому, когда Петр Васильевич в лаборантскую вернулся, электростатическая машина так и стояла, пальцем не тронутая, а Гошка с еще одним любителем физики вывели тоненьким проводочком из-под клеммника кинескопа несколько тысяч вольт и наблюдали, как ионный ветер соль из одной кучки в другую перетаскивает.

Генка тоже с электричеством знаком. Он еще в школу не ходил, когда совершенно случайно, тоненькую полоску елочного дождика из фольги в розетку засунул. Одним концом в одну дырочку, другим… В общем, ему понравилось, как пыхает. А когда Генка уже в школе учился, то на перемене у них принято было классы обесточивать. Отключат электричество на перемену, а когда урок начнется учительница либо сама сходит, включит, либо пошлет кого-нибудь повыше, чтоб до щитка освещения дотянуться мог. Так вот если, пока тока нет, розетку проводком тоненьким перемкнуть, то когда ток включат, оно тоже изрядно пыхает, а все боятся. И электриков вызывают. Раза два. Потом, правда, по шее дают. И откуда учителя догадываются, кто проводки в розетки засовывает? Сквозь стенки, наверное, видят.

Электриков приехало трое: один старый и два молодых. Молодые электрики сразу полезли на столбы, а старый расстелил на осколке бетонной плиты газету и достал из машины авоську со снедью. Вскоре на газете лежали с десяток вареных яиц, крупно нарезанные хлеб, сало и лук. Электрик достал из авоськи огурцы и помидоры, огляделся и как бы заметил отсвечивающих Генку и Гошку.

- Не в службу, а в дружбу, пацаны, не сгоняете огурцы помыть? Где тут вода у вас? Вода была на ферме: триста метров всего и через некоторое время старый электрик накрыл «на стол» полностью. Натюрморт завершала бутылка белой. «Пол-литра».

- Готово, мужики, - старый любовно оглядел картину придирчивым взглядом, переложил два огурца, поправил коробок с солью, кивнул удовлетворенно: теперь совсем готово, и позвал опять, - готово! Мужики орлами слетели со столбов.

- Бескозырка, Иваныч, - один их молодых взял бутылку, - нож дай.

- Всему вас учить надо, - Иваныч отобрал пузырь, - смотри, который раз показываю. Он шлепнул по дну бутылки корявой, крепкой ладонью. Пробка осталась на месте.

- И чо? – усмехнулся молодой, - дисквалифицировался профессор? Ножик давай, - молодой тронул пробку пальцами, и она соскочила с бутылки.

- Мастер! - второй электрик подставил стакан, - лей! Гошке и Генке водки не предложили, но по бутерброду с салом выделили. После обеда молодые снова полезли на столбы, а старый электрик, прозываемый Иванычем, свернул остатки нехитрого обеда в газету, закурил и уселся на плиту.

- А знаете ли вы, что такое электричество? – спросил он Гошку и Генку и пустил дым кольцами.

- Электричество - это движение заряженных частиц в электрическом поле, - отрапортовал Гошка, - мы по физике проходили. Он немного врал. Электричество они должны были проходить только на следующий год, а про направленное движение ему Петр Васильевич рассказал, когда подзатыльниками задавал направление вон из лаборантской. Очень ему Гошкины эксперименты с ионным ветром не понравились.

- Чего? – сморщился Иваныч, как от лимона, - по физике? Ничего ваши физики в электричестве не понимают. Какие поля? Вот это поля! – он махнул рукой на поле у себя за спиной, - а там в проводе какие поля? - Нету, там никаких полей. - продолжил Иваныч, затянувшись, - электричество, ребята, - это три фазы, ноль и земля, - он притопнул ногой, подошвой показывая землю, - возьмёшься за две фазы – будет 380, а возьмёшься за фазу и ноль – будет 220. Ноль можно трогать отдельно от фазы голыми руками. Землю тоже можно. И фазу можно, если с нолем и землей контакта у тебя нет.

- Вот что такое электричество, - закончил Иваныч через полчаса свою речь.

- А ты, говоришь, «движение частиц по полю» - передразнил он Гошку, - а сейчас идите отсюда, мне работать надо.

Если бы старый мастер представлял, кому он все это рассказывал, и на какую благодатную почву упадут семена посеянных им знаний, он бы предпочел молчать. Но он не знал, а просто принял Гошку и Генку за вполне обычных, деревенских парней. С которыми можно поболтать после обеда. Впрочем, так оно и было.

Посевы знаний взошли на следующий день. Деревенька не чаяла беды и опять смотрела Штирлица, пользуясь починенным электричеством, а Гошка делился с Генкой планами на жизнь. Точнее, спрашивал.

- Ты, Генка, про электрического пастуха слышал, когда-нибудь?

- Не-а, про электрического не слышал. Про обычного слышал: тетка Мариша сегодня орала, что Юрку-Гнуса гнать из пастухов надо. Ленивый он потому что.

- Можно и гнать, - согласился Гошка, - мы электрического пастуха сделаем. Он не ленивый.

- Чего смеешься? – Гошка удивленно посмотрел на заливающегося Генку, - ничего смешного. Сказал сделаем, значит, сделаем.

- Ага, сделаем! – останавливаясь, но еще немного фыркая, согласился Генка, - я и представил, как к Гнусу электричество подвести.

- Электричество к Юрке? Нет, Ген, нас еще за взрыв в помойной яме не простили. Потом, электрический пастух - это совсем не обычный пастух с проводом, - Гошка тоже фыркнул, представив Юрку-Гнуса, из которого торчал провод со штепселем, – это просто система проводов под напряжением. Корова к проводу подходит, ее немного током бьет, и она обратно идет.

- И это все? – разочарованно протянул Генка, - а я думал, мы с тобой робота-пастуха делать будем. С руками и ногами, как в кино про волшебные спички.

- Робота делать не будем, - а вот если Борькин загон проволокой обмотать и по ней ток пустить, то он его разламывать не будет. Лидка жаловалась, что он каждый день загон разламывает.

Лидка была заведующей фермой и председателем сельсовета, а в своем загоне, уже предчувствуя неприятности, мычал совхозный бык-производитель Борька. Проволоку, чтоб обмотать жерди загона, ребята взяли из провода, оставшегося от электриков, распустив его на отдельные жилы. Электричество, а точнее, «фазу» зацепили от воздушной линии, рядышком с Борькиным загоном. Накинули крючок и все. «Фазовый» провод от нулевого их научил отличать старый мастер Иваныч, не знающий, что творит. Самый толстый столб загона был обмотан проволокой несколько раз. Борька, любивший почесать об него бок, неловким движением выворачивал столб с корнем. Столб вкапывали заново, Борька выламывал. Вкапывали, выламывал. Это надоело всем, кроме быка.

Подключив своего электрического пастуха, Гошка и Генка засели на чердаке фермы ждать, когда Борька выйдет на прогулку. Не успел Гошка в красках описать Генке момент их награждения за электрического пастуха, когда все увидят, что сегодня не выломано ни одной жердины, как в загон вышел Борька.

Здоровенный бык был в игривом настроении. Он огляделся по сторонам, мотнул головой и потрусил к любимому столбу чесаться. Раздался тихий треск, и столб несильно укусил Борьку за левый бок.

Борька недоуменно покосился на деревяшку, повернулся и прислонился к столбу правым боком. Раздался тихий треск. Борька отскочил, возмущенно мыкнул, поскреб землю копытом и попробовал столб боднуть. Раздался тихий треск. Борька расстроился совсем. Он гордость совхоза. Бык. Веса в нем тонна, все боятся, а этот нахальный столб кусается. Ни с того, ни с сего. Борька замычал от обиды.

Мимо шла Лидка. Лидия Тимофеевна – заведующая фермой и председатель сельсовета. Высокая, сильная тетка сорока пяти лет. Бывшая доярка и скотница. Вырастившая Борьку из маленького теленка и кормившая его из соски. Мимо она не прошла. Как она могла пройти мимо своего любимца, если у нее в кармане все время есть для Борьки соленый кусок хлеба, морковка или еще какое лакомство? Лидка пролезла между жердями, погладила Борькину морду и угостила его хлебом. Борька успокоился, мигом сглотнул хлеб, обнюхал Лидкину ладонь, подумал и лизнул Лидку в лицо. В благодарность. Лидка отшатнулась, и, чтоб не упасть, оперлась упитанной попой на тот самый столб. Было жарко, Лидкин халат был влажным.

Раздался тихий треск. Лидка – не бык. Весу меньше, чем тонна. Но, отскочив от столба вперед, она лихо боднула Борьку в нос и коротко выругалась.

Борька удивился. Но решил, что с ним играют и опять лизнул боднувшую его Лидку. Лидка отшатнулась, и, чтоб не упасть, оперлась темже местом на тот самый столб. Раздался тихий треск. И Борьку опять боднули в нос. И выругались. Уже не так коротко, но невнятно.

Борька удивленно посмотрел на Лидку. Порядочная ведь женщина, - читалось в его глазах, - председатель сельсовета, хлеба принесла, а бодается. Где вы видели, чтоб председатель сельсовета быка бодал? Нигде. Может, ее из председателей выгнали? Тогда ее пожалеть надо. И Борька опять лизнул Лидку в лицо. Лидка отшатнулась, и…

В загон вошел зоотехник Федька. Он давно наблюдал, как заведующая фермой и председатель сельсовета пытается забодать совхозное имущество и сильно ругается, что вообще удивительно. Потому что сильно ругается она только на него, Федьку, и то за пьянку. Федька вошел в загон, чтоб было удобней смотреть на такое представление. Удобнее смотреть сидя. Поэтому Федька присел на нижнюю жердь ограждения. Раздался тихий треск.

Федьку бросило вперед, и он боднул Борьку в бок.

Неизвестно чем бы кончилась эта коррида, но Гошка плохо соединил провода, и коррида кончилась вместе с электричеством. Видимо из-за этого плохого соединения награждение Гошки и Генки за внедрение в сельскую жизнь электрического пастуха прошло не совсем так, как они рассчитывали. Паять надо было. Паять.

6.

Сейчас многие стали говорить за Союз, кто за здравие, кто за упокой. Не знаю, за Союз не скажу, а лучше расскажу-ка я вам историю. Про то, как я чуть не лишился девственности так и не достигнув полного своего совершеннолетия.

Было это в те стародавние времена, когда (да, вы угадали) травка была зеленее, солнышко светило ярче, соловьи пели звонче, а колбаса в городе моего детства была лишь моего любимого сорта. То есть, как была? Обыкновенно её не было. От слова совсем. И вышло так, что уехал я из своего родного города за тридевять земель, став студентом одного краснознамённого института.

Рано ли, поздно ли, настало время мне собираться на свою первую побывку домой. А разве можно домой, да с пустыми руками? Прямо в общежитии у нас был буфет. Среди прочих "вкусняшек" там, удивительным для меня образом, почти никогда не переводилась та самая колбаса. Нет, конечно, буфет не был рогом изобилия. Хлеба там иногда к вечеру и не оставалось, а вот варёная колбаса была почти всегда. Тут вспомнился студенческий фольклор, мол "времена были тяжёлые, хлеба не было, и масло мазали прямо на колбасу". Но это я отвлёкся. Студенты обычно брали эту колбасу граммов по 150, нарезанную.

Буфетчица тётя Маша, женщина самых достойных размеров, просто обожала студентов. Она ими восхищалась и говорила им ласковые слова. При каждой своей фразе она обычно откидывала костяшку-две на тяжёлых канцелярских счётах, иногда чуть больше, иногда чуть меньше, в зависимости от глубины тёти Машиного чувства и степени субтильности отдельного студента. Самым надёжным способом её остановить, было сказать: "Тётя Маша, что-то вы меня сегодня совсем захвалили..." В таком случае говорилась последняя хвала, откидывалась последняя пара костяшек, и процесс прекращался.

И вот я пришёл в буфет:
- Добрый вечер, - сказал я.
- Что тебе, ангел мой? - обрадовалась тётя Маша.
- Мне бы докторской, - сказал я.
- Умнички вы мои, - почему-то величая меня во множественном числе, почти на распев продолжила тётя Маша, доставая колбасу, - проголодались ведь. Сколько тебе, 100-150?
- А всю палку... можно? - неуверенно добавил я.
Дело в том, что так всегда называли целую варёную колбасу в моём родном городе. Ну, палка и палка.

Тётя Маша неожиданно выпустила из рук колбасу, посмотрела на меня ласково-ласково, перегнулась через прилавок так, что её пышные формы оказались перед самым моим носом, и неожиданно протяжным басом сказала:
- Че-го, че-го тебе, мальчик, ка-кую ещё та-кую ПАЛКУ?!

Стыдно признаться, но я позорно бежал. В тот же вечер от соседей по комнате я узнал, что местные величают целую варёную колбасу "батоном".

7.

Комсомольское задание

Было это, видимо, в 86 году, я всего год как закончил МАТИ (мальчишка совсем), но уже работал на кафедре, вел лабораторки.
Вызвал меня заведующий и говорит.
- Тебе комсомольское задание.
Я конечно, не сильно обрадовался, начало ничего хорошего не предвещало.
А он продолжает.
- Знаю ты программировать умеешь.
У меня на сердце отлегло. Программирование! Это же мое любимое занятие тогда было. Я собственно этим и жил. Институт для меня арендовал и оплачивал машинное время, я писал программы на фортране, ходил в ВЦ Госкино СССР, считал на ЕС 1032 преимущественно по ночам. Дневное время почти всегда расписано было среди сотрудников Госкино. А ночью - студенты, аспиранты.
Короче – охота пуще неволи - сам по собственной инициативе бегал в машинный зал несколько раз на неделе, а то и по выходным.
На кафедре у нас тоже стала появляться вычислительная техника. Закупили несколько машин ДВК и пару Агатов. В ДВК – накопителями были обычные аудиокассеты, а программы для болгарских Агатов записывали на пятидюймовые флоппи диски, которые мы получали у заведующего лаборатории под расписку и должны были вернуть в случае увольнения, и не в силу секретности информации, а как материальную ценность.
Я писал программы, на Бейсике, которые использовались в учебном процессе. На методичках гордо красовалась моя фамилия и непривычная для кафедры надпись: «Лабораторная работа с применением ЭВМ»
Я как про программирование услышал, сразу отрапортовал
- Я готов.
А заведующий - я так и думал, и продолжает.
- Есть у нас подшефная школа.
Я понял, что рано обрадовался, но не перебиваю, слушаю.
- Школа, сразу тебе скажу - не простая.
Он одну мысль не закончил и сразу перескочил на другую.
- У нас ведь в стране как. Мы ведь не только избранных должны учить, не только тех, кто уже поумнел и готов знания впитывать. У нас для всех обязательное десятилетнее образование и для интеллигенции, и для детей рабочих.
Что-то он издалека заходит - пронеслось у меня в голове.
- Это они сейчас многие не понимают, что без ЭВМ никуда – продолжал Нестеров. А ты сам видишь - программирование, информатика, кибернетика, куда сейчас без кибернетики?
- Сейчас никуда - согласился я.
- Вот - подхватил Нестеров, там рядом с этой нашей подшефной есть специальная английская и в ней для детей все условия - и лучшие учителя, и разные изыски. Но не все успевают в английском, и куда их не на улицу же. Их переводят в нашу подшефную - вводил меня в курс дела Нестеров. Рядом в районе еще школы есть, тоже такие знаешь, для деток способных родителей. И там тоже не всех тянут после восьмого класса. И все эти, так скажем, сложные подростки где-то должны учиться, а не шляться по подворотням. Понимаешь? – спросил меня наконец заведующий.
- Конечно, утвердительно закивал я в ответ.
Вот - говорил Алексей Федорович – скажу тебе честно - учитель информатики там не прижился. Что-то у него со здоровьем кажется пошло не так. И учителя по химии нет. И взять их сейчас неоткуда. А информатика детям необходима.
Короче, школа тут рядом через дорогу, иди тебя сейчас там ждут – девятый класс. Если хотя бы один семестр продержишься, уже засчитаем тебе это как общественную работу за целый год.
- Что же я им преподавать буду?
- Как что, информатику, ведь химия – это не твой профиль.
- И что есть учебник, по которому читать?
- Да какой там учебник...
- Расскажи им, что сам знаешь, введи в курс дела. Я слышал, в других школах язык Бейсик учат, тебе же он знаком.
- Знаком - говорю.
- Вот и замечательно, прямо сейчас и иди, там тебя ждут.
Пришел я в школу – школа как школа. Вполне приличная, вроде.
Я как вошел, меня сразу вычислил и пошел мне на встречу невысокого роста суетливый мужчина с огромной копной курчавых волос.
- Александр Николаевич, поприветствовал он меня – мы вас заждались. Пойдемте я вас в класс отведу – у вас сегодня первый урок информатики.
- Да что вы? - удивляюсь. - Так вот с места в карьер?
- Вы же профессионал, что вам стоит.
Поднимаемся по лестнице - вокруг снует ребятня.
- Макароныч, ты кого нам привел? – интересуются, как я понял, мои потенциальные кибернетики.
Вошли в большой просторный класс. Это было время перемены, а потому дети в классе вели себя раскрепощенно. Часть учеников стояли на подоконнике в полный рост, что-то рассматривали на улице и хлопали ладошками по стеклу. По классу летала мокрая тряпка. В дальнем конце на парте лежала упитанная девочка, и какой-то мальчик ее щекотал двумя руками, прии этом девочка извивалась, визжала и отчаянно брыкалась. Крики девочки тонули в разноголосице перемены.
- Макароныч, ты кого к нам привел? - повторил вопрос какой-то прилежный ученик.
- Это ваш новый преподаватель информатики! - прокричал Макароныч и предательски смылся.
Не буду описывать всех своих мучений. Комсомол бросал молодежь на самые тяжелые участки работы и это не метафора, а сущая правда. Время было не простое. Компьютеров в те времена в школе не было, интереса к языку Бейсик не наблюдалось, обязательное десятилетнее образование и партийная дисциплина свели нас в этой школе на целый семестр и лично я запомнил это испытание на всю жизнь.
Пока я писал на доске операторы изучаемого языка Бейсик в классе происходило разное. Девочки доставали помаду, мазали губки, подводили ресницы. Мальчишки вытаскивали карты. Как только я оборачивался - запрещенные предметы прятались. Особо злостных я выгонял.
Был в классе такой Журкин – мелкий и на редкость шкодливый паршивец. Я все пытался его поймать и никак не мог. Он буквально чувствовал, когда я обернусь и делал какую-нибудь гадость за секунду до этого. Чаще всего он подкидывал чей-нибудь портфель или сумку к потолку. В момент, когда я оборачивался портфель был в воздухе, а Журкин сидел за партой, сложив руки как примерный ученик. Я видел лишь как с потолка падает портфель из него вываливаются учебники, тетради, по полу катится яблоко, разлетаются из пенала карандаши и ручки. Минут пять или десять после этого в классе царило оживление. Ученики ползали под партами, собирали мелкие предметы. Как я ни старался - поймать Журкина я не мог.
И вот прошло лет семь-восемь, я уже 4 года как ассистент, у меня трое детей, вместо проблем с комсомольскими поручениями появились другие. Я иду по родному Тверскому бульвару, и думаю свои горькие думы – надо ехать на конференцию в Тульский Политех и хорошо бы костюм новый купить, в этом уже выступать нельзя. Хочется купить более или менее приличный, а где на такой денег взять - совершенно не ясно?! Жене хотел купить пуховик. Видел в комиссионке импортный пуховик, но денег он стоит каких-то не реальных! Дети буквально моментально из всего вырастают.
И так я глубоко погрузился в свои заботы, не сразу понял, что меня окликает кто-то:
- Алексан Николаич!
Смотрю, лицо знакомое, а где видел его вспомнить не могу.
Парень солидный крепкий. Где ж я его видеть мог.
И тут он мне:
- Не вспоминаете? Журкин моя фамилия.
- Журкин, - говорю - ну надо же, вот так встреча. Вымахал-то как! Как ты? Где? Что?!
Он тоже обрадовался:
– Я нормально. Как вы? Все там же?
- Да, - говорю, - все там же - защитился, преподаю, детей уже трое, забот прибавилось, конечно. Ты-то как? Программистом не стал случайно?
- Какой из меня программист, Алексан Николаич, - застеснялся Журкин, - так мелкий бизнес больше.
- А что за бизнес?
- Даже не знаю, как сказать. Солнцевские, слышали, наверное, вот они сейчас подо мной ходят. Может мой телефон запишите? Мало ли что, если кто вдруг наедет.
- Да нет, спасибо, - сказал я, - кто на меня наедет?!
А про себя подумал: кому придет в голову на меня наезжать?! И вспомнил рассказ Чехова «Толстый и тонкий».

8.

Недавно был на дне рождения у своего давнего коллеги по старой работе.
Коллега уволился вместе со мной, когда пришло новое начальство и перестало платить зарплату молодым специалистам. С тех пор он пашет на поле беспощадного российского бизнеса, как он сам говорит. За пятнадцать лет он перепробовал кучу направлений, поднимался, падал, пару раз банкротился, как и полагается на Руси. И наконец, нашел своё дело, теперь у него обычный хозяйственный магазин. Мужик с фантазией, за словом в карман не лезет, все гости про это знают.
Сидели у него дома, и за рюмкой коньяка он нам рассказал историю про своих детей. Далее от первого лица:

Пару лет назад задумался о своей семье, жизни. Понимаете, у меня в детстве было по-другому, как и у вас, наверное. Школа, друзья, футбол во дворе, речка, зимой каток, лыжи, войнушка круглый год. Я в детстве читать любил, кино про индейцев, разведчиков.
А у моих детей одно на уме - телевизор или смартфон. Ни тебе ни друзей, подружек, ни хобби какого, ни секций. Жена дает свой телефон поиграть детишкам, а они дерутся за него, от старших достается младшим, от жены старшим и так по кругу. Думал отвлечь от игрушек - не получилось. Купил велосипеды - так даже учиться ездить не хотят, то же самое с роликами, велотренажером. В телефоне ведь проще получается играть, учиться практически не надо.
В доме спортивный уголок еще для себя делал, так я там один и занимаюсь. В школе и студенчестве спортом занимался, да и сейчас в форме себя держу. Пытался детей занять - не получилось. Во дворе качели, турник, песочница - младшие сидят там иногда, старших же от компьютера не оттащишь.
Смотришь, а они и с места не сдвигаются - так и сидят за компьютером, будь он неладен, технический прогресс. Сидят сгорбившись, осанку и зрение портят себе, и сами того не понимают.
Попробовал подбодрить криком - долго не получается. Так и кричать на детей неохота, свои же родные кровинушки. Должен же быть другой подход, педагогически правильный.
Разговаривал с другими родителями в школе - то же самое, и даже похуже бывают ситуации. Детишки некоторые, говорят, сутками зависают в интернете и родителей совершенно не слушаются. Мои-то хоть меня самого слушаются пока.
И понял я - тут надо думать. Думал, долго думал и придумал. Надо ввести в дело мотивацию. Купил мощный смартфон, который любые новые игры потянет. Собрал детей, показал технику и объявил цену вопроса - 1 час игры - 150 упражнений. Эта неделя будет приседания. Детишки, конечно, приуныли. Тут старшой просек и начал делать приседания - расхлябанно, в полуприсед. За ним и младшие потянулись. Посмотрел на это дело строго и раскритиковал: ноги на ширине плеч, пятки не поднимать, садиться ниже, спину не гнуть, делать одинаковые подходы. Начал сам показывать, как надо делать. Весь вечер провозился, технику приседаний объяснял. Сразу, конечно, не все и не всё поняли, но за пару вечеров дело пошло. Один делает, остальные считают,. или все делают, я считаю. Сделал неправильно - в счет не идет. После упражнений - мыться и играть. Поиграть в самый первый вечер не удалось - устали и уснули все. Да и потом не всем поиграть удавалось – в 22:00 отбой и всем спать.
Неделя прошла, так дети уже сами рано встают и с утра зарядку добровольно делают. 150 раз присесть уже как раз плюнуть. Объявил неделю приседаний оконченной и начал неделю отжиманий. 60 раз толкнул землю и тебе час игры. Отжимания детям дались очень тяжело.
И вот каждую неделю меняю упражнения, да и сам с детьми заодно выполняю. Число упражнений потихонечку выросло, теперь и сами упражнения вперемешку даю, чтобы не было однобокой нагрузки. Чувствую, уже и шило в попе у них появилось, не дает детям на месте сидеть спокойно, как раньше. Интерес появился не только к гаджетам. Временами сделают упражнения и убегают дальше делать свои обычные детские дела. Или в спортивный уголок - друг перед другом тоже хвастаются достижениями, а для этого надо дополнительно упражняться. "Лишние" упражнения дети вначале "копили" поиграть на выходные. А в сами выходные кто будет дома убираться, помогать мне и супруге, если дети все за телефоном - один играет, остальные смотрят? Поговорил с детьми и решили, что весь счет действителен только на сегодня, завтра опять начинаем с нуля.
Ну и без супер приза никак нельзя - договорились, что кто сядет на шпагат, получит совершенно новый смартфон в личное пользование. Хорошая мотивация, как думаете?

Тут все гости одобрительно покачали головами, похвалили коллегу за выдумку. Я детей коллеги за вечер так и не увидел, и честно говоря, пожал плечами - мало ли что рассказал.
Коньяк весь выпили, шашлык съели, дела обсудили, пора и честь знать.
На прощание, на выходе хозяйка показала мне детское фото под магнитом на холодильнике: "Это главная гордость мужа". На фото спортзал, четверо улыбающихся детей делают селфи, и все "на шпагате".
Теперь мне интересно, как он сейчас своих детей мотивирует?

9.

Как надо есть черную икру.

Начну сразу с ответа на этот сакральный вопрос.
Черную икру надо есть ложками.
Теперь, когда вы всё знаете, интрига закончена, можно дальше не читать, ибо много букв.

Призыв.

В советскую армию меня забирали из города Гурьева (ныне Атырау), в устье Урала рядом с Каспием. После медкомиссии в военкомате мне сообщили, что надо будет прийти пятнадцатого мая, отправят меня служить подо Ржев.
"Ржев,"- подумал я. - "Что-то знакомое. Вспомнил! Твардовский, "Я убит подо Ржевом, в безымянном болоте..." Не, не надо нам Ржева!"
И я скромно намекнул офицеру, что у меня день рождения в конце мая. Типа, рано мне еще подо Ржев, "восемнадцать мне уже" к тому времени еще не наступит. "Не хочешь в середине мая, пойдешь в середине июня".
Так я сэкономил месяц на гражданке. И вместо Ржева попал служить в Туркестанский военный округ. В стройбат.
Дело в том, что в обычные войска призыв начинался еще в апреле. А на июнь обычно оставляли самых боеспособных, самых отморозков, которых и призывать-то страшно. Поэтому их забирают в стройбат.
В общем, я уже забыл про это обещание военкома, тем более что в мае-июне на Урале самая лучшая рыбалка на осетровых была. Как обычно, в холодильнике лежал балык и несколько банок с черной икрой. И тут, как гром среди ясного неба, приносят повестку. "Вам надлежит явиться...в соответствии с Законом..." Пришел. Завтра утром, говорят, с вещами приходите, забирать вас будем. А куда, главное дело, не говорят. "Ну хоть не подо Ржев?" Нет, говорят, точно не туда. Ну и слава Богу!
Пришел я домой, собрал всех приятелей со двора. Все, говорю, накрылась медным тазом наша рыбалка, это дело надо отметить. И начали мы пить. И впервые в жизни я напился до похмелья. До жестокого похмелья. Утром 15 июня, когда нас выстроили на вокзале перед поездом, у меня была только одна мысль. Какие там речи, какое там прощание! Быстрее в вагон и лечь на полку. И еще голову чем нибудь перевязать покрепче, чтобы не треснула.

Дорога.

Наконец нас посадили в плацкартный вагон, я лег на вторую полку и закопался головой в подушку. И тут поезд тронулся. А-аааа! Он, когда едет, качается! И почему я не сдох вчера?!
Через пару часов у кого-то взял журнал "Крокодил", хотел отвлечься. До этого я никогда не обращал внимания, сколько внимания в нем уделялось алкоголю. Начал читать рассказы - пьяница на пьянице. А мне любое напоминание - как кочергой по голове. Перешел на картинки - на каждой второй персонажи с большими красными носами. Дай, думаю, стишки почитаю, может хоть там без питейной темы обойдутся. В первом же стихотворении описывался какой-то бардак, который кто-то создал. Это сейчас все знают, что если где-то в подъезде нагажено, то это Обама приходил, а тогда Обамы еще не было. Поэтому вместо Барака нашли других виновников бардака. Стихотворение заканчивалось примерно так "...прилетали винопланетяне!" И ладно бы хотя бы так написали, скромненько, но там было еще хуже: "...прилетали ВИНОпланетяне!" Вот для кого они это писали? Мне от любого напоминания душевно больно становилось, а тут большими буквами прямо в мозг без наркоза полезли. Выкинул я журнал и сутки просто лежал, мучался.
На второй день смог осмотреться по сторонам. Нас было тридцать человек, несколько городских, остальные с аулов. Везли нас капитан и сержант. Капитан, как настоящий офицер стройбата, после посадки в поезд ушел в запой. Он пропал на все время дороги и появился только после приезда. Сержант был с нами и все время по доброте душевной рассказывал, как нам там будет плохо, как все нас будут чморить и кто такие дедушки. Он был после учебки и прослужил всего год, поэтому для него это было еще актуально.
Когда я немного оклемался, я присоединился к компании из четырех человек и нас стало пятеро. Молодой организм быстро справился с интоксикацией (А то! Чай, в армию-то задохликов не призывали! Ну разве что в стройбат…), и мы продолжили отмечать призыв уже в новой компании.

Рембо. Первая кровь.

С нами ехал самый маленький боец в части, маленький казах с дальнего аула. Рост у него был 152 см, зато он был уже пожилой. Ему был двадцать один год, и он был единственным из нас кандидатом в члены партии. Ему-то и выпала тяжелая доля пролить первую кровь за Отечество.
Спал он в нашем отсеке, на третьей, багажной, полке в коридоре. Ночью я проснулся от странного звука: «Бум! Ой!» Оказалось, что он упал с третьей полки головой прямо на угол нижней полки, обшитый алюминиевым уголком. Повезло, что вскоре была остановка минут на пятнадцать, мы оттащили его в медпункт на вокзале, там ему сделали перевязки и мы притащили его обратно, сохранив тем самый для Родины бойца.

Стояние на Угре.

Через три дня нас привезли в Джамбул. Для меня до сих пор остается загадкой, как мы там оказались? Наша часть находилась в Чимкентской области, все дороги и связи были с Чимкентом, Джамбул даже территориально находился намного дальше и ехать до него на поезде было значительно дольше. Может быть, чтобы вражеских шпионов запутать? Или просто капитан, когда указывал дорогу, не протрезвел и ошибся? Как бы то ни было, наш приезд туда оказался неожиданностью для всех. И мы двое суток ждали автобуса, находясь все это время на вокзале.

Учитывая, что на пять суток нахождения в дороге мы никак не рассчитывали и активно отмечали дорогу и сидение на вокзале, на пятый день деньги и запасы продуктов закончились. Пить уже не хотелось, а вот голод появился. И вот тут-то наконец мы добрались до икры (sic!). Интересно, хоть кто-нибудь досюда дочитал? А ведь это только первая часть из еще ненаписанной истории службы. Не пугайтесь, может и последняя.

Икра и ложки.

У меня в сумке лежала литровая банка черной икры, которую я взял перед отъездом. Мы решили ее продать, а на вырученные деньги купить продуктов и поесть. Коммерсанты из нас были те еще, поэтому мы долго думали, кому бы ее предложить? Пассажирам на вокзале? Но большинство из них там черную икру в глаза не видели, а объяснять, что это действительно она, не хотелось. И мы решили продать ее в привокзальном ресторане. Женщина, которой мы предложили икру за относительно небольшую цену, согласилась ее купить, только просила подождать с часок, пока она деньги соберет. Мы прождали полчаса, потом голод взял свое, мы поскребли по всем карманов и нашли немного мелочи. Как раз на две буханки хлеба. И мы купили хлеб, достали большие ложки и прямо на виду у всего вокзала съели с хлебом всю банку. Это была вкусная икра, еще свежая, вкуснее, чем дома.
Ночью за нами приехал автобус и отвез нас в часть.
Началась новая жизнь, уже без икры.

Мамин-Сибиряк (с)

10.

Знакомому ребенку в школе задали выучить стихотворение про тучку.
Итак, Михаил Юрич Лермонтов, стихотворение "Утёс".

Ночевала тучка золотая
На груди утеса-великана;
Утром в путь она умчалась рано,
По лазури весело играя;

Но остался влажный след в морщине
Старого утеса. Одиноко
Он стоит, задумался глубоко,
И тихонько плачет он в пустыне.

Стих заучивали вместе (мама была на работе, а я псевдоняня).
Прочитали, повторили, прочитали, повторили.
-Катя, - спросил меня ребенок, - а о чём это стихотворение?

Потом подумала и добавила:
-Слушай, а почему в кино женщины, если переночевали у мужчины, поутру тихо убегают, не прощаясь?

И тут я сообразила: ребенок понял стихотворение ровно так же, как и я.
Блядо-тучка переночевала с мужичком, и с утра, по лазури, свежепотраханная, втихаря свалила. А у старого утёса в "морщине" влажный след. Стоит, думает, плачет.

У меня возникло несколько вопросов. Я вообще любознательная.
Например, первый: почему это учат в шестом классе?
Это же взрослое стихотворение. Натурально.
А второй: о чём оно на самом деле?

Вообще, если так посмотреть, для Лермонтова тучи - это вечная ассоциация с женщинами. Нет, это понятно, всё-таки, он мужик, причем, писал, будучи в самом расцвете сил. Но я вот чувствую некую обиду к тучам, вернее, к женщинам, которая вот прям сквозит.

Вот, например, ещё:

Тучки небесные, вечные странники!
Степью лазурною, цепью жемчужною
Мчитесь вы, будто как я же, изгнанники
С милого севера в сторону южную.

Кто же вас гонит: судьбы ли решение?
Зависть ли тайная? злоба ль открытая?
Или на вас тяготит преступление?
Или друзей клевета ядовитая?

Нет, вам наскучили нивы бесплодные...
Чужды вам страсти и чужды страдания;
Вечно-холодные, вечно-свободные,
Нет у вас родины, нет вам изгнания.

Обратите внимание на последний абзац.
Ведь там же явно читается: все бабы - суки.
Обидели женщины Лермонтова, ох, как обидели.
А детям учи стихотворения несчастного мужичка и не понимай, откуда утёс в пустыне, чего он там плачет, и куда тучка ускакала по утру...

11.

Я и один зеленый банк.
- У меня для вас посылка, только я вам ее не отдам, потому что у вас документов нету.
Почтальон Печкин

Угораздило так случится, что у моей карты подошел к финишной прямой срок ее действия. И вот, предварительно позвонив в банк и уточнив, что карта перевыпущена и находится в отделении, направил свои стопы туда.

Акт 1
Банк меня встретил дружелюбной улыбкой девушки, которая поколдовав с автоматом, торжественно вручила мне талончик и отправила ожидать на мягкие деревянные стулья. Сотрудники в банке были веселые и постоянно бегали от администратора, дабы она их не запрягла работать.... было забавно за этим наблюдать, ровно до момента появления моего номерка и приглашения пройти ни к окну, а аж в целый маленький отдельный кабинет. Я был очень удивлен симу факту так как в кабинете были люди. Но раз позвали - надо идти. У входа в кабинет меня перехватил администратор... как она меня вычислила я не знаю, своих ей так и не удалось поймать.
- С какой целью вы пожаловали в наш банк(мне послышалось балаган)
- Да вот, говорю, пришло время мне обменять мою карту на новую и еще 3 года вас не видеть
- Ага, карточку поменять хотите... не получится - приходите через 3 дня
- Ого, подумал я, у нее в голове дата центр банка, раз ей хватило одного лишь беглого взгляда, на то чтобы понять про меня все
- Но мне сказали, что моя карта готова и я ее могу забрать- не очень уверенно уточнил я
- Да, - с улыбкой сказала девушка, вадимо проведя дополнительный запрос к базе данных - она перевыпущена
- Ура - обрадовался я
- Только вы ее не можете забрать - опустила меня с небес на землю мадам
- Т.е. МОЯ карта готова, но я ее не могу забрать, уточнил я у нее.
Она посмотрела на меня, как на идиота, который наконец прозрел и ответила короткое Да.
Мир начал рушится, я слышал как маленькие частички мозга посыпались в моей голове.
- Почему я не могу забрать свою карту?
-Ну она же была у вас зарплатной, а теперь должна быть личной и поэтому она перевыпущена, но заблокирована и с этим ничего нельзя поделать. Вам нужна новая карта и вообще вы не правильно взяли номерок(перевыпуск карты) - разжовывала она мне ситуацию как идиоту, с таким сочувствием в глазах.
А я стоял, смотрел на нее и понимал, что я действительно идиот, действительно все же так логично. Мне показалось, что я начинаю бредить.
- Что же мне неразумному делать?, уточнил я
- Сейчас специалист освободится и все вам расскажет, а пока посидите и подождите.
Мир разрушился, я посмотрел на табло со своим номерком, который продолжал гореть на табло и понял - у меня точно бредовое состояние. С такими мыслями я присел на ближайший стул. Но все хорошее рано или поздно заканчивается, даже ожидание в столь чудесном банке. Меня пригласили к специалисту, (на прохождение лечебных процедур).

Акт 2
Специалист встретил меня вопросом, чего я хочу и мило улыбнулся. Не люблю такие улыбки, они как правило показывают, что сейчас ваш мозг начнут есть китайскими палочками... отвлекся.
- Мне бы карту поменять, но мне сказали, что я не могу этого сделать? - продолжал я в бреду
- Да, вы не можете этого сделать, ваша карта будет у нас только через 3 дня и даже после этого вы ее не сможете забрать. Давайте оформлять вам другую, - подвела итог девушка специалист.
- Погодите, но ведь новая карта - это новый счет?, уточнил я
- Аха, подтвердила девушка
- Я на такое не могу согласится, у меня с этого счета списывается ипотека - ступор постепенно отступал, а мозг после перезапуска начал усиленно искать решение
-Хм, был комментарий, - а какого числа?
Узнав, что уже скоро девушка сказала, что сейчас все выяснит и скрылась.
Вернулась она радостная, что насторожило меня еще больше. Мне было предложенно открыть новый счет и написать служебную записку на сохранение счета без карты. В голове всплыло все, что я когда-либо слышал и читал про этот банк.

-Нет, девушка, я в такие игры наигрался еще в школе, когда подделывал записки от родителей и знаю цену таким записочкам, но раз есть счет - давайте карту и разбежимся, а записку напишите кому-нибудь еще.

Девушка сникла. Говорит, что карты все равно нет, но даже если бы они и могли мне ее выдать, то с меня спишут сразу обслуживание за 3 года + еще 100500 рублей,так что новая карта будет мне очень выгодна на 100500 рублей минимум.

-Стоп, подумал я, надежда помахала мне из-за угла(хотя возможно это был один из неуловимых специалистов банка), значит я все таки, пусть даже путем больших финансовых трат, могу получить свою карту. Я стал настаивать на том что заплачу хоть два раза по 100500 лишь бы мне не ехать сюда во второй раз. Но девушка была не приклонна - карты в банке нет и не предвидется в ближайшие 3 дня.
- А мне по 8-800 сказали, что карта в отделении и я могу ее забрать, обманули значит, потеряв надежду, сказал я
Брови девушки ломанулись резко вверх. И я увидел, в этих удивленно-испуганных глазах шанс на свое спасение
- Вы узнавали через 8-800? - Уточнила она
- Да
Девушка полезла в компьютер. Покопалась там и сказала, что точно карта у них(машина времени отдыхает), но заблокирована.
Я предложил ей позвонить еще разок в 8-800 и уточнить, может что-нибудь все таки можно сделать....Вы когда-нибудь видели вампира, который в пустыне встречает рассвет под детским грибком? Я теперь точно знаю как он выглядит, этот букет непередаваемых эмоций отразился на лице специалиста. Девушка молча встала(я бы даже сказал подскочила) и вышла(вылетела)

Акт последний
Через минуту она вернулась с заветным куском пластика и траурным лицом.
- Это было очень трудно, сказала она
Я ликовал, разум обрел ясность, а мир снова стал целым, как моя новая карта, которую я держал в руках:
- Я видел, как вам было трудно, но вы молодец - справились.
...Получив карту, я радостно и очень быстро покидал отделение на банка(кто их знает, вдруг сейчас догонят и отберут карту) на ближайшие 3 года. Я шел и крутил в руках карту, все еще не веря в то, что она у меня, на улице шел дождь, но мне было все равно, меня терзал только один вопрос : Что это было?

P.S.: Никаких денег с карты списано не было. Удачного всем опыта с зеленым пакманом, вы там держитесь, здоровья вам и хорошего настроения!

12.

Совращение несовершеннолетней конторы.

Проблема моя в том, что сам себя я считаю скромным, застенчивым, глубоко порядочным соплежуем. Нежным и ранимым дитей исторгшей мя соцсреды. Вихрастым голубоглазым тонкошеим жиденком из художественной школы.
Кабы не друзья, что вечно норовят мне матку правды порезать- так бы и жил в розовых иллюзиях.

-Слышь ты, порядочный, хорош из себя Иисусика строить! Что ты с Мишей сотворил, напомнить? Напомнить, спрашиваю? Чего морду воротишь?

Мучительно краснею. Неужели это все я творил?

С Мишей нас познакомил человек с исконной фамилией Рабинович. По классификации Бабеля его можно было смело называть "Пять жидов"
Просто символ еврейского прохиндейства. Свел он нас с Мишелем с целью наживы. Впрочем, он все в жизни делал с этой целью.
Мне кажется, он и в туалет ходил только за кэш. Причем платило заведение.
Обусловив процент и поручившись за нашу вменяемость, Рабинович отчалил по своим корыстным делам. А мы продали Мише расселенную нами хату.
Ну и как бы вошли в "ближний круг". То есть перешли на ты и стали званы на корпоративные пьянки. Миша был настоящим "человеком в футляре". Самоконтроль у него достигал небывалых высот. Всегда в отглаженном костюме, белоснежной сорочке, при галстуке, гладко выбрит, пахнет одеколоном-и это валяясь поутру на полу кабинета после корпоратива. В беспамятстве.
Что поделать- "насухую" тогда дела не делались.
Миша был из первых кооператоров-мастеров купи-продая. Гениальный продаван. Например, они покупали морские контейнеры с непойми-чем. Недавно видел нечто подобное в "Дискавери". Собирают толпу потнорылых хомутов, распахивают двери-и "глазками балуйся, ручками не суйся" И аукцион.
У Миши было жестче. Дверки не открывали до продажи. То есть есть железный ящик-40 футов неизвестности. Покупаешь и смотришь-что купил. В эпоху полного дефицита, как правило, оставались с наваром. Но бывали и влеты. Как то прикупили контейнер полный японской бытовой техники. Одна беда- ящик уронили в воду при погрузке.
Другой раз открыли и остолбенели. Все железное нутро было заставлено бутылями по 100 литров с жидкостью для...барабанная дробь... полоскания рта. Кто, кто ,блядь, эти неведомые великаны, что полощут пещеры своих ненасытных ртов из 100 литровых емкостей?- недоумевали озадаченные покупатели. И где искать этих Пантагрюэлей, мать их ити?
Гаргантюа так и остался с непрополощенным ртом, товар залег на склад мертвым грузом.
Сидят-горюют. Тут уборщица в кабинет-шасть. Мол, валите отседа, ироды, глаза б мои на вас не глядели, все серють и серють, сволочи, а мне за ими убирай...
Побитыми шавками выпрыгивая из своего кабинету(для уборщицы директор-не авторитет) , Миша уловил знакомый запах 100 литровой свежести. Долго мялся под дверью. Потом просунул нос в щель.
-Баб Нюра?
-Чего тебе?
-А зачем вам - это?
-Стеклы мыть. Хорошо отчищает и разводов нет. Все, пшел вон, некогда мне с тобой лясы точить!

-Эврика!!!

В итоге продали в школы, разбавив 1 к 5 как средство для мытья окон. Наварились втрое от затраченного.
...

Однажды Миша позвал нас на корпоратив. 5 лет конторе. Небывалые достижения отметить. А что? Полторы тыщи рыл работает, склады, заводы, пароходы- чего ж не отпраздновать успехи?

Сидим по праву руку от кормильца. Работники поочередно лижут Мишину жопу. Тосты, здравицы, "многая лета" . Унылое лизоблюдство. Мы скучаем. Миша накатил стопийсят и душа его возжелала празднику.
-Ну как вам тут?
-Полный отстой. Зачем ты вообще эту хуергу затеял?
-Ну, единство укрепить. Корпоративный дух усилить. Погоди, ща конкурсы будут.
-Кто ловчей тебя в анус поцелует? Или, не приведи господи, стихи читать начнут тебе во здравицу?
-Ну да, есть у нас поэт...
-"Оду скупости" сочинил? Меня стошнит.
-А что делать-то?
-Давай хоть проституток привезем.
-Каких проституток?!!
-Ну не политических же! Этих у тебя и так полон дом. Обычных.
-Ты шутишь? В Москве? Проститутки?!!!
-Миш, ты если на Марсианскую разведку пашешь, передай что бы готовили вас тщательнее. Палишься же.
-Где их продают?
-Тебя контейнером прищемило? ВЕЗДЕ!!!! ВЕЗДЕ СТОЙБИЩА БЛЯДЕЙ!!! Все Садовое ими обсажено. Тверская тоже.
-Ты гонишь!!!
Смотрим друг на друга одинаково недоверчиво.
Миша не верит, что все сердце нашей великой Родины щедро усеяно блядями. Я, в свою очередь, не верю, что кто то может сомневаться в тотальном обляденении родной столицы.
-Поехали!
Едем. Я, Бегемот и Дима. Что за херня! Ни одной шалавы!
Михайло начинает издеваться. Я в прострации. Куда они все делись? Тут же каждую ночь тучные стада продажных самок паслись!
Миша глумится. Я начинаю сомневаться в своей вменяемости.
Тут-чу! На Тверской вижу знакомую морду "мамки".
-Света! Что за целибат, я не понял? На вас Савонарола напал? Все кобылы твои в монастырь кармелиток поскакали?
-Блин, Клин Блинтон приехал!
-И что?
-Всех девочек разогнали. Облава.
-Что бы он, шалун, кого не выебал? Хиллари попросила избавить суженого от соблазнов? А магазины сигар закрыли?
-Чего?
-Свободна, поселянка!
Миша не верит.
Тут вижу погрузку остатков блядей в ментовозку. Шум, гам, визг, сдержанные ебуки мусоров перекрываются проклятиями шалав.
-Миш, паркуй тут тачку. Я сейчас. Бегин-за мной!
Скачу к действу. На бегу вижу смазливую мордочку. Цель захвачена.
-Света! Твою маму, я тебе где сказал меня ждать!
Могучим плечом раздвигаю толпу и хватаю мнимую Свету за руку.
-Чего тебя на эту сторону понесло?!
Менты опешили.
-Прости, старшой. Я этой овце сказал там стоять, а она сюда поперлась. Поехали, в театр опаздываем же!
Проститутка таращит на меня красивые, бессмысленные очи.
-Какая я тебе Света! Я Наташа!
Оппаньки. Приплыли.
Соседка шалавы прыскает в кулак:
-Вот ты идиотка!
Менты резко суровеют.
-Ваши документы!
-Айн момент, капитан! Можно вопрос? Один маленький вопрос?
-Ну?
-Тебе лично Клинтон много чего хорошего сделал? Ты ему по жизни обязан?
-?
-Не ну сам посуди - к нам САМ ПРЕЗИДЕНТ США пожаловал! Дождались! Не чаяли прям! Какая честь! Теперь у всей Москвы хуй должен не стоять из почтения?
Менты ржут. Отлично!
-Чего тебе надо?
-Вот эту, эту и эту.
-И меня!
-И эту.
-?
-50 долларов за всех.
-Ну не здесь же!
-Вон там машина запаркована, видишь?
-Крузер?
-Он самый. Подъедь к нему,ок?
-Еду.
Ментовозка , не выключая мигалок едет к мишиному Крузаку. Рассчитываемся. Получаем товар. Менты отваливают.
Миши нет.
-Где Миша? МИИИИИША!!! Куда он делся?
-МИИИИШАААААА!!!!

Из-под машины, кряхтя, вылезает Миша в прежде белом плаще.
Мы в ступоре.
-Ты чего под машиной делал?!
Повисает тяжелое молчание. Миша, по бычьи сопит в две ноздри. На грязной морде какое-то непонятное, но очень энергичное выражение.
Первым доходит до Бегемота. Он ,завывая, бьется головой в джип.
-ЫЫЫЫЫЫ-Он думал, что ты его мусорам сдал!!!! ЫЫЫЫЫ!!!!
-За что?!!! По какой статье? "Принимал участие в заговоре с целью свершения полового акта?!"
-АААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!!!!!- накрывает и меня.
-Лет на 10 на нары бы заехал!!! С поражением в правах!!!
-С кастрацией!!!!
-Макс, сука, если ты кому расскажешь, я тебя закажу!!!!
-АААААА!!!! Не ссы, Михаил Иваныч, ну кто мне поверит! Что такой серьезный бизнесмен лазил под машиной, прячась от мусоров, что его бы за незаконный оборот блядей не замели?!!!
Миша ржет сам. Не может остановиться. Похоже, у него истерика. Бляди вызвонили подруг и чинно-благородное собрание бизнесменов превратилось в радение хлыстов. Все смешалось в доме Облонских. Шофера, логисты, менеджеры и руководители узнавали коллег с неожиданных, доселе неведомых сторон.Раскрывались по-новому. Корпоративный дух креп на глазах. Ряды сплотились- руку некуда просунуть.Да и не хотелось между ними руки сувать. Единство целей и задач многочисленного коллектива поражало воображение. Луперкалии по-русски (с гиканьем и свистом) , уверен, и римлян бы смутили.

Я начал опасаться за свою нравственность. Экие затейники! В углу завхоз бил шофера, что пытался по ошибке пристроиться в завхозову корму. "Василич, обознался, бля буду! "- орал опиздюливаемый задосуй.
Происходящее было слишком даже для меня.
Ухватил какую то голую жопу, проверил -женская ли? , одел и увез домой. Поутру жопа засобиралась.
-Ты куда?
-На работу!
-Чего так рано?
- К 9ти как обычно.
-Куда как обычно?! Вы ж сранья спите!
-Кто спит? Секретарши?
-ТЫ СЕКРЕТАРША? А чего тогда...?
-Ну все...и я...

М-да. Силен коллективизм у нашего народа, ох силен.

...

В скором времени миша пал окончательно. Подсел на марихуану. Ну как подсел-мы подсадили. Стал рассеян. Часто выпадал из реальности.
Помню, надо было ехать за травой. К цыганам. В Рассказовку. Через пост ГАИ. А мы все кривые. Один Миша относительно тверез.
Решили ехать через кладбище-там поста нет.
А там дорогу бетонными блоками перегородили. Вылазим из машины и видим, что сбоку проехать таки можно. Если сломать дерево.
Виснем втроем на ветке и на РАЗ !!!, ДВА !!!, ТРИИ!!! начинаем ее раскачивать в унисон. Мишин галстук очень живописно мелькает вверх-вниз.
На одном из ДВА!!!! -Мишу осеняет. Он выпадает из ритма. Висит на ветке и так задумчиво летая вверх-вниз говорит:
-Видели бы меня сейчас , серьезного бизнесмена, мои работники, родные и близкие.
-И мама, зачем-то добавляет он.
-Мама, Миша, тобой бы сейчас гордилась, заверяю я подельника.
-Думаешь? А работники? Все мои 1500 подчиненных? Что бы они подумали, увидев, что я ,их генеральный директор, как орангутан, раскачиваюсь на дереве что бы его сломать, сука, что бы проехать через мусоров, блядь, что бы купить шмаль у цыган! Я! При этом НОЧЬЮ, НА КЛАДБИЩЕ !!!!
-Миша, хорош рефлексировать! -орет Бегин: Ритм не теряй! Ножками, ножками! Иииииррразь!!! ИИИИИДВА!!! Рез-че!!!

Хрусть! Ба-бах!!!!

Дерево с грохотом падает, мы вылезаем из ветвей. Михаил, в его костюме и неизменном белом плаще, присыпанный листвой и веткой на голове смотрится очень живописно-вакхически.
...

Недавно встретил его в магазине. в ответ на приветствие дико посмотрел на меня и метнулся на выход. Как от зачумленного.
Ей-Богу не пойму-чего это он?

Ведь я скромный, застенчивый, глубоко порядочный соплежуй. Нежный и ранимый.

Ну мне так кажется.

13.

Случилась история именно со мной, и в ней нет ни одного слова неправды.
Больше напоминает анекдот, но абсолютно реальная. Честное слово.
Итак...
На тот момент я уже года 2 проживал в Штатах. Английский был более-менее. Если общаться по IT тематике - свободный, если в быту - практически без ограничений, с докторами - большую часть понимал, с юристами - почти ничего не понимал. Ну т.е. английский на вполне хорошем уровне.
И вот заболел у меня живот. Сильно заболел. И в очень неудачное время. Он и раньше немного беспокоил, а тут прихватил, что не разогнуться.
А время неудачное потому, что в командировку мне надо ехать.
Через всю страну на восточное побережье. В город Нью-Йорк.
Авиарейс ранний, в 7 утра с небольшим. Город чужой.
Куда я там со своим животом побегу?! Уж точно будут проблемы.
Да и работа предполагалась ответственная. Заказчик важный. Что делать?
А уже вечер. Наверно около 21 часа было. Да и струхнул немного. Вдруг аппендицит, так и помереть можно. Решил я в госпиталь ехать, в скорую помощь. В "Emergency Room".
02, в смысле 911, не звонил, сам доехал. Так дешевле. Доковылял до зала ожидания в ER, занял очередь, жду.
А время идет. Уже наверно около 22 часов было.
А самолет рано утром, в 7. Приехать в аэропорт надо за час, т.е. в 6 часов. Дорога до аэропорта - тоже почти час займет. Час на умыться-одеться-позавтракать. То есть надо встать в 4 утра! Когда же спать?! И живот нестерпимо болит. И командировка ответственная. Представляете мое состояние!?
Ладно, отстоял очередь и попал к некой даме, через которую вся эта очередь один за одним проходила. Она вопросы каждому задает. Много. Большей частью про страховку. Опросила наконец-то и меня.
Ура, пропустили внутрь госпиталя. А уже на часах 23.
Отвели в отдельный кабинетик и оставили одного.
Сижу, жду. Долго.
Наконец-то приходит медсестра. Начинает опрос. Еще раз уточняет про страховку и узнает все про мой живот. Когда заболел, каким образом болит и т.п. Все записала и исчезла.
Опять один, опять жду...
Появляется доктор. С бородой, в глазах интеллект, вызывает доверие.
Опять те же вопросы, и живот мой внимательно прощупал. Вроде не нашел ничего. Ушел. Сижу, жду...
Стук в дверь. Опять доктор. На этот раз с товарищем. Вдвоем пощупали. Ушли. Сижу, жду...
А уже за полночь перевалило. Когда же я спать то буду?! И живот болит. И волнения по поводу командировки.
...Приходит мой долгожданный доктор. С финальным диагнозом.
Начинает свою речь:"... бла-бла... Все понятно... Ваша проблема - это определенно ХЕРНИЙА... бла-бла". Вот буквально, точно так и сказал: "ХЕРНИЙА"! Только с каким-то своим акцентом.
Я несколько, как бы это сказать, офигел. Как так?!
"Почему - говорю - херня? Совсем даже не херня! Реально болит".
А сам думаю: «Если эти мои проблемы – херня, то что тогда не херня? Война мировая?!»
А он меня убеждает: "Точно - говорит - Херня!"
Я на тот момент нормально мыслить уже не мог. Ночь глубокая, боль, все эти мысли о работе. Готов был этого докторишку уже за грудки схватить, честное слово.
Но в голове моей что-то не складывалось: "Доктор явно по-русски не говорит... Ни одного русского слова не сказал... Но как точно высказал свое отношение к моей проблеме!"
А доктор продолжал свою речь: "бла-бла... Если бы я эту Херню нащупал, то вырезал бы ее, и вы были бы уже через пару часов дома...".
"Как,- думаю - так? Т.е. эту Херню можно вырезать?! Что-то тут не так".
Стал складывать дважды два. "Доктор хоть херней называет, но как-то уважительно. И лечение этой херни существует. Может это болезнь какая-то?" - думаю.
Я знаю только 2 болезни живота - аппендицит и грыжу.
"Аппендицит - appendicitis. Значит это ГРЫЖА!?"
Слушаю его, а ведь похоже на правду. Точно ГРЫЖА.
Ну, успокоился я тогда. От грыжи не умирают. Не смог нащупать и вырезать, ну и ладно.
Быстрее домой и спать.
А в словаре посмотрел и действительно:"HERNIA (noun) - a medical condition in which an organ pushes through the muscle
which is around it - ГРЫЖА".
...А в командировку я съездил. Успешно. Все работы выполнил.
Да и с Херней той так и живу. Не вырезал ничего. Перестало болеть, да и ладно.

14.

Из Живого Журнала Павла Рудича

Недавний случай (быль).

Привезли в приёмный покой пьяного бича.
Запах - специфический!
Пахнет одновременно и перегаром и чистым алкоголем, прелой мочой и её свежатиной (этот бич - мокрый до ушей), пахнет грязным потом и, почему-то, чуть-чуть машинным маслом.
К этому букету примешивается запах какой-то косметики. Пьют ведь они, мерзавцы, всякие стеклоочистители и дешёвые одеколоны.
Клиента этого привезли не к нам, нейрохирургам, а так - в божий свет, как в копеечку.
В направлении «скорой помощи» красуется: «Алкогольная интоксикация. Судорожный синдром. Отравление суррогатами алкоголя».
То есть заниматься им должны токсикологи, неврологи, терапевты.
Но эти славные женщины, осмотрев больного, призвали к нему нашего дежуранта - нейрохирурга Костика.
«А исключи-ка, - говорят, - у этого несчастного черепно-мозговую травму! Вон у него на роже кровоподтёки различной степени спелости. Вот ещё ссадина, видимая под микроскопом, на не очень волосистой части головы, под сухой «корочкой». А самое главное: что-то он левой рукой и ногой двигать не хочет. От санитарок, его раздевавших, отбивался исключительно правыми конечностями, игнорируя левые и грязно сквернословя. Отчего это у него гемипарез, а?»
Костик работает у нас без году неделю.
Красный диплом, вежливый и любознательный мальчонка, но в деле пока ещё - ноль. Чуть что - впадает в панику, потом — в стопор. Море знаний в неврологии и хирургии, но в ажиотаже всё забывает, теряет голову, руки трясутся.
Хорошие хирурги редко получаются из отличников. Все, кого я знаю, в прошлом чаще всего - троечники, реже - хорошисты. Студенческие годы для таких - это время веселья, красивых девушек, хороших друзей и славных попоек.
Хирурги же из отличников, по моим многолетним наблюдениям, рано или поздно уходят на административные должности.
Костик стал с неврологами робко спорить, предлагая им исключить инсульт, эпилепсию, а терапевтам - заняться выведением больного из алкогольной интоксикации.
Но эти мастодонтные врачихи, закалённые многолетней экстренной службой до стальной твёрдости, асы спихотерапии и мастера в манипуляциях с диагнозами, упёрлись рогом и начертали в истории болезни бича, что данных за свою патологию они не находят и посему рекомендуют призвать к нему нейрохирурга.
И каждая их врачих начертала крупными буквами в своём заключении : «ЧМТ? Острая внутричерепная гематома?»
Умыли белы руки с мылом и убыли в свои терапевтические чертоги.

Костик призвал к бичу нашего нейроофтальмолога.
Генрих глянул в глубины выпученных глаз алкаша, и фыркая от резкого его амбре, сказал радостно:
- А ведь у него застой на глазном дне! Да и судороги не у пьяных бывают, а у абстинентов. Тащи-ка ты его на КТ!
А мужик песни поёт, на вязках бьётся, как ведьмак на шабаше, матерится, головой вертит и хватает правой рукой проходящий мимо мед. персонал женского пола за спец. одежду.
Сложно ему компьютерную томографию произвести!

Есть вопиющий диссонанс между европейским дизайном томографического отделения, космическим видом самого компьютера и пьяным и обсосанным бичом!
Ходят они там, томографисты, в мягких тапочках, разговаривают тихо, всегда на «вы» и через «не затруднит ли вас» и тут - опа! - вкатывают с грохотом бича.
Грязь, вонь, мат, драка с больным для его же блага...
Сделали ему таки, как больной ни возражал, томографию головного мозга.
Со снимками Костик пришёл в ординаторскую нейрохирургии. Поставили снимки на негатоскоп.
В голове больного, увы нам - огромная внутримозговая опухоль правого полушария головного мозга!
Положили алкаша к себе. Фиксировали, стали лечить и думать, когда и как его брать на операцию и стоит ли.
Коллективная мысль склонялась к биопсии и, по результатам гистологии — к химиотерапии и лучам.
Утром следующего дня алкаш протрезвел. Левосторонний гемипарез регрессировал.
Из больничного туалета, где он курил, настреляв неизвестно где сигарет, санитарки уже гоняли его швабрами.
На обходе сидел на кровати прямо и требовал выписки.
Было очевидно, что из всех методов лечения первичным для него был экстренный опохмел.

Палатный врач, Липкин, сделал значительное лицо и сообщил больному, что у него имеется огромная опухоль головного мозга, которая, если не принять определённых мер, очень быстро его убьёт.
Больной аж заржал:
- Огромная, убьёт! Как же! Я это три года назад уже слышал. Нейрохирург из Москвы говорил мне: «Срочно оперироваться, а то через месяц дуба дашь!». Тот нейрохирург, говорят, умер, а я - живёхонек! Отпустите, доктор, вам же лучше будет! На хера я вам? Взять с меня нечего... Угостите только на дорожку спиртиком. Его у вас ведь хоть залейся. Я-то знаю.

И поведал нам больной, что как только ему поставили диагноз, так он сразу принялся пьянствовать.
- Пил я - говорит,- беспробудно. Денег у меня много было. Я ведь ценным специалистом был в одной солидной конторе. Но как только сказали нейрохирурги, что пиздец мне пришёл - на всё плюнул, купил ящик водки и стал её пить. Утром, как только глаза открою - стакан водяры хрясь - и всё похуй делается. Так и повелось: ящик кончится - покупаю новый и вперёд!
С работы уволили. Я даже трудовую книжку у них не забрал. На кой она мне?!
Жена - ушла. Дети - хрен знает где... Да и хуй с ними. А потом, сами знаете как оно: деньги кончились. Стал всё продавать, менять на водку.... Квартиру трёхкомнотную обменял на однушку в хрущобе, доплату - пропил... У меня и снимки есть дома! Отпустите, я вам их привезу!
Дали мы ему спирту чуток, чтобы утих. Нашли способ добыть эти снимки.
Глянули и оторопели: внутримозговая опухоль, по всем признакам - глиального ряда, несомненно - злокачественная, на снимках трёхгодичной давности была точно таких же размеров, что и на наших, вчерашних томограммах! Может быть, даже чуть больше.

Интересно, что это? Химиотерапия алкоголем? Или ошибаемся мы в природе этой опухоли?
Ни на какие наши коврижки больной не соглашается и требует выписки.
Наши седативные и малые дозы спирта его не удовлетворяют: рвётся на волю.
Уверен, что мы ему врём, а если и не врём, то и хер с ним: прожил, говорит, три года и ещё столько же проживу, если не сдохну с перепоя или от судорог.
Такая перспектива больного совершенно не пугает.

Видимо, так и выпишем, не узнав того, что позволило этому человеку прожить столь долго с таким большим объёмом в головном мозге.

15.

Я нес тебя на руках. (Семейная легенда)

Есть такая притча. Она старинная и длинная, перескажу коротко.
Как-то одному человеку было очень плохо. Потом стало полегше. Он оглянулся на пройденный путь, увидел на песке только одни следы и возопил: «Го-ди, когда мне было очень плохо, тебя не было со мной!». И был ему ответ: «Когда тебе было совсем плохо, я нес тебя на руках. Это был мой след.»
---------------------------

Служил у меня родственник в милиции, на небольших должностях, в Луганской области. В их маленьком городке, где все друг друга знают, он был на хорошем счету: грамоты, благодарности, поощрения. Но, когда пришел Янукович и везде стал устанавливать свои порядки и своих людей, прислали им нового начальника из с соседней Донецкой области. Что-то там у них совсем не заладилось по работе, и послал мой родыч нового начальника матом.

Тут нужна небольшая ремарка, для понимания ситуации. Отношения между Донецкой и Луганской областями всегда были эмоционально сложными. Во-первых, они очень разные по доходу (донецкая заметно богаче), да и по менталитету они отличаются. Между собой они никогда не жили дружно – вечно собачились. Они даже сейчас, на малюсенькой территории с как бы общими интересами, умудрились разделиться на 2 микрореспублики.

Начальник в ответ сказал: «Я тебе сделаю!». И как принято в этих структурах, через пару месяцев сделал подставу, и родственнику моему засветил суд и строк.

Такой поворот событий для нашей большой семьи очень нехарактерный. Ну нет у нас традиции общаться с пенитенциарными службами. Тетя моя, бабушка упомянутого родственника, душевный и верующий человек, очень переживала и много молилась, что бы ее племянника это судьба обошла стороной. А тетя у меня в этом смысле человек особый.

Как-то она рассказывала: «Лежу я ночью в постели, и будто сниться мне моя соседка. А я знаю, что она в больнице, тяжело болеет. И так мне стало ее жалко, что она женщина такая одинокая, с неустроенной судьбой, никого у нее нет. И я стала молиться за нее. Сильно-сильно молилось. А потом, через несколько недель, соседка вернулась больницы, зашла в гости и говорит: «Знаешь, а ведь я была умерла. А потом меня встретили, и сказали – за тебя сильно просила одна безгрешная душа, тебе еще рано, возвращайся. Так я думаю, что это была ты.».»

Но в этот раз молитвы бабушки, казалось, не помогли.

Когда был суд, судья дал очень много, 2 года. После этого началась просто фантастика. Местный прокурор обжаловал решение – неслыханное дело в маленьком городке, где все про всех знают. Никогда ни до того, ни после того такого в этом уездном суде не бывало. Ларчик открывался просто – прокурор, как оказалось, приходился кумом новому начальнику милиции. Он, собственно, и притащил своего другана в свой город на начальственную должность. Такой вот непотопляемый тандемчик образовался. Был повторный суд, и парню впаяли 7 лет. Наша семья была очень, очень расстроена.

Парня отправили в спецколонию, которая для милиционеров. Условия там, конечно, заметно погуманнее, чем в остальных аналогичных местах. Да и контингент покультурнее. Чуть позже, поскольку парень работящий, спокойный и толковый, и работа руками его никогда не пугала, его вообще перевили в режим поселенца. Мы также помогали им, как могли.
Вскорости после второго суда случился Майдан-2014, а за ним военные действия в упомянутых Донецкой и Луганской областях. Через тот самый уездный городишко прокатилась туда-сюда линия фронта. Всю мужскую молодежь бояре постарались поставить под ружье. И, конечно, служивых, т.е. милиционеров, в первую очередь и надолго. Некоторые из сослуживцев родыча погибли, многие живут с покалеченным телом или психикой. Специально не говорю о том, чьих бояр предпочли-бы видеть мои родственники или я. Поверьте, посмотрев в глаза выживших, вы понимаете, что это не важно. Важно то, что людям очень, очень хотелось жить и что бы все это как можно быстрее закончилось. Родственники мои, пока по городу катался фронт, вынуждены были спасаться сначала по подвалам, а потом бегством на полтора месяца. Было страшно. Тетя, пока по подвалам сидели, например, запретила родне собираться в одном месте и сказала: «Я это еще с войны помню. Всем вместе нельзя, хоть кто-то должен остаться в живых». К счастью, по возвращению их дома уцелели, хотя соседский разнесло полностью. А еще через какое-то время парень тоже вернулся домой, по амнистии. Что, в его случае, логично. Сейчас работает на другой работе, помогает семье.

И, оглядываясь назад, тетя однажды сказала родне по поводу внука: «Вы посмотрите, как удачно Го-дь распорядился. Мы то все так переживали. А ведь если бы не весь этот суд, его бы обязательно сразу загребли воевать или белые, или красные. В отличие от нас, он сбежать бы из города не смог бы. Он же был милиционер. И еще не известно, чем бы это для него закончилось. А так он перебыл это время хоть и не в очень хороших условиях, но там было тепло, сухо, кормили, и, главное, там не стреляли. Он по ночам спит спокойно, не вскакивает, как его друзяки».

Как уже было сказано не мной – «... я нес тебя на руках...».

16.

Готовлю к перевозке на выставку образцы. Они в картонной коробке, надо паковать. Нужна веревка.
Задумавшись о бренности всего сущего, захожу в строительный магазин и, со скорбным лицом, погруженный в свои мысли, обращаюсь к пожилому продавцу, глядя сквозь него:
- А где у вас веревка продается?
Продавец долго и внимательно смотрит на меня и, наконец, задушевно спрашивает:
- А не рано ли?
Перевожу взгляд на него и, принимая правила игры, также душевно отвечаю:
- Так ведь позже придешь - не будет уже ничего, все раскупят... Надо пока запастись...
Еще несколько секунд молчания и продавец встает.
- Ну, пойдем, покажу....
Показал мне веревки и после моего объяснения заверил, что веревка крепкая, коробку выдержит. И не только коробку.
Смеялись оба.
Но, при нынешних временах, может, действительно, запастись впрок?

17.

ДИКИЕ ЛЕБЕДИ

«Даже по дороге к месту казни не выпускала она из рук начатой работы; десять рубашек-панцирей лежали у ее ног совсем готовые, одиннадцатую она плела…»
(Сказка: Дикие лебеди)

31-го декабря, рано утром, мой друг – бывший КГБэшник Юрий Тарасович, был послан на дачу, чтобы к приезду семьи жарко раскочегарить весь дом, а за одно и гуся в печку поставить.

Принял Тарасыч коньячку от мороза, включил проигрыватель с пластинками, сидит, запихивает яблоки в гуся, кайфует, наслаждается одиночеством.

Вдруг, на улице без всякой причины закаркали вороны.

Это было странно, ведь когда ты один, в тишине, на даче, то особенно тонко чувствуешь, что в природе ничего без причины не каркает.

Юрий Тарасыч не поленился, подошел к окошку и действительно – причина была, на противоположной стороне участка, возле сарайчика стоял здоровый мужик и…

Да, ничего не «и», просто стоял лицом к стенке и вроде бы ничего не делал. Может он хотел выломать дверь, чтобы стащить тиски и «болгарку»? Так нет же, дверь в метре от него, а мужик просто стоял уткнувшись в деревянную стену, как будто бы его поставили в угол. Нет, а все-таки, он руками что-то там такое делал, но что? Не зря ведь он перелез через трехметровый забор, чтобы сюда попасть. На извращенца не похож, да и мороз для извращений неподходящий.

У Тарасыча промелькнула перед глазами вся его длинная жизнь, он судорожно начал вспоминать – кому, когда перешел дорогу и кто бы под Новый Год, мог нанять такого нелепого киллера? А может быть этот тип просто хочет спалить сарайку? Тогда, почему не палит? Где огонь? Минут десять стоит, нихрена не происходит, только ногами от холода перебирает. Уходить тоже не собирается. Может, минирует? На шутку, тоже совсем не похоже, да и какие могут быть шутки в последний день года, да еще и в восемь утра?

По своему богатому оперативному опыту, Тарасыч понимал, что такого странного человека нельзя вот так голословно, просто взять и окликнуть. Мало ли что у того на уме? Может он не задумываясь, готов прибрать вокруг себя десяток случайных свидетелей?

А Тарасычу уже за восемьдесят, многовато для удалой рукопашной схватки, поэтому он не поленился и поднялся на второй этаж, где стоит сейф. А с карабином СКС, даже слова дряхлого старика звучат уже не так голословно.

Хорошо, что снега нападало не много, к непрошенному гостю удалось подобраться метров на пять.
Тарасыч дзенькнул затвором и четко скомандовал:

- Одно резкое движение и ты умрешь прямо сейчас. Медленно подними руки и становись на колени.

Мужик, не оглядываясь, опустился на колени и поднял руки, уронив паяльник и деревянную коробку. Паяльник зашипел в снегу. Он, оказывается, был подключен!

- Ты чего тут у меня паяешь?
- Извините, я не паяю – это выжигатель по дереву. Можно повернуться?
- Встань, медленно повернись и говори.

Мужик развернулся, слегка расставил руки с дрожащими пальцами и продолжил:

- Клянусь Богом, я не знал, что вы дома, ой, не то говорю. Я не вор, понимаете, я сам из Ельца, на пилораме работаю и живу. Знаете где пилорама? Так это я. А мой земляк, вот прямо сейчас, ровно через двадцать минут, должен на «Камазе» домой, в Елец ехать. Я только вчера об этом узнал и решил шкатулку для сына сделать и передать. Внутри там конфеты, денег немного. А на крышке, видите? Деда Мороза выжигал, да не успел. Ночью у нас свет вырубили, сказали, что до первого не будет. Вот, к вам пришлось забраться, увидел розетку, не выдержал и залез довыжечь, совсем чуть-чуть оставалось. А так бы никогда. Хотел до «Камаза» успеть и чтобы красиво. Не бойтесь, вызывайте милицию, я не дергаюсь и не убегаю, понимаю что виноват, только и вы с ружьем, пожалуйста, осторожнее.

Тарасыч посмотрел на недоделанную шкатулочную картину и спросил:

- А почему ты так странно написал? «С Новым 2000-и 16-м Годом!»
- Ой, бля, точно! Это я от холода. Мозги совсем замерзли.

Юрий Тарасович спрятал карабин, позвал мужика в дом, согрел рюмкой коньяка, показал розетку и в оставшиеся минуты дал довыжигать оленя.

А то, какой же Дед Мороз без оленя...?

18.

Диалоги о рыбалке.

Знаете, когда моя жена по-настоящему довольна? После рыбалки, когда я ничего не принес!

А ведь обычно как, сборы — вынимаешь из всех углов удочки, лески, катушки и прочее и прочее. Понимаешь, что кое-что нужно докупить. Идешь в магазин. А там столько соблазнов! (Женщины знают, когда идут в косметический).
Покупаешь, минимум на 1000-1500р. + черви, опарыш или мотыль.
Собираешься, просыпаешься ни свет ни заря, едешь в тмутаракань, жжешь бензин.
Машина в г.... по ...... (в общем Вам по пояс будет).

Приезжаешь, а тут первая подстава — заботливо уложенные женой рыбные консервы. А рыбу брать с собой на рыбалку нельзя!! Удачи не будет.
Ок. Уже понимаешь, что зря вставал так рано.
Ветер!! Ну конечно, не с той стороны! При котором не клюет.
Ладно, уж коли приехал, разместился, закинул.
Дождь!!! Полгода было сухо, но сегодня обязательно. Причем не менее месячной нормы за полчаса!
Плевать! Сидишь ловишь!
Ловишь, ловишь.....ловишь. Ни одной поклевки. Вернее они есть, но у соседей. Место у них лучше что-ли?! Да и тягают хороших, а у тебя если что и есть, то только мелочь, которую сразу же и выкидываешь.
В общем, вечером, обгоревший (солнце все же вышло, но только в тот момент, когда совсем в лицо и поплавка из-за этого не видно) и пронизанный ветрами (чувство, что насквозь через уши проходил) едешь домой.

А там жена! СЧАСТЛИВАЯ!! Рыбы-то нет!! И чистить не придётся!

Много ли женщине для счастья нужно?!!

p.s. Все персонажи являются вымышленными и любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми случайно.

19.

ДАЛЬНИЙ СВЕТ

Соседка – продавщица овощного магазина, рассказала историю:

- Забежала я вчера в наш гастроном, хожу по рядам, выбираю, и тут вижу – пацан – малолетка, лет пятнадцати на вид, ну от силы семнадцать ему – это самое большее. Набрал в корзину: пива, водки, чипсов разных, а всем пофиг, ходят мимо, даже внимания не обращают. Я подхожу к нему, хватаю за корзинку и говорю: - «Сынок, а ты ничего не перепутал? Рано еще тебе пить. А ну, давай складывай все это на место!»
Он испугался, стоит, что-то бормочет, глазами кого-то ищет. И тут в меня упирается грудью здоровый мужик, показывает красную книжечку и тихо так шепчет:

- Успокойтесь гражданка, в магазине проходит спецоперация по предотвращению продажи алкоголя лицам не достигшим 18-ти летнего возраста. Ведите себя естественно и не подходите к этому парню.

Я кивнула и пошла на кассу. Расплатилась и уже выходя, громко сказала, чтобы соседние кассиры тоже услышали: «Девочки, будьте внимательны, в зале полиция, а с ними малолетка, водки набрал. Не прозевайте»

Уже на улице меня догнали злые менты и начали возмущаться:

- Гражданка, вы нам всю операцию провалили! Вы что, хотите, чтобы детям водку продавали?!
- Нет, наоборот, я им сказала, чтобы были внимательнее. Они ведь не продали водку вашему пионеру? Нет? Ну вот, значит мы с вами сделали хорошее дело. Или вы расстроились, что эти кассирши не стали преступницами?

Менты махнули рукой и пошли к машине, пионер поплелся за ними…

Я подумал и сказал:

- Зря вы их предупредили? Неправильно это. Я бы не стал, пусть бы поймали кого-нибудь на горячем.
- Что тут неправильного? Вот вы, когда едете по трассе и замечаете засаду ГАИ, предупреждаете же встречных дальним светом...?

20.

Александра Григорьевна. Судьба Врача.

Сашенька приехала в Санкт-Петербург 16-ти лет от роду, 154 сантиметров росту, имея:
- в душе мечту – стать врачом;
- в руках чемодан с девичьими нарядами, пошитыми матушкой;
- за пазухой – наметившиеся груди;
- в редикюле:
- золотую медаль за окончание захолустной средней школы,
- тщательно расписанный отцом бюджет на ближайшие пять лет,
- первую часть бюджета на полгода вперед,
- записку с адресом двоюродного старшего брата, студента.
Лето 1907 года предстояло хлопотливое:
- устройство на новом месте;
- поступление на Высшие Медицинские Курсы, впервые в Российской Империи принимавшие на обучение девиц;
- и…с кем-нибудь из приятелей брата – желательно и познакомиться…

На следующий же день, едва развесив свои тряпицы, не сомкнув глаз Белой Питерской ночью, Сашенька, ломая в волнении пальчики и непрерывно откидывая завитые локоны, отправилась в Приёмную Курсов.

Ректор, громадный бородач, впоследствии – обожаемый, а сейчас – ужасный, с изумлением воззрился на золотую медаль и ее обладательницу.
- И что же ты хочешь, дитятко? Уж не хирургом ли стать? – спросил он Сашеньку, с ее полными слез глазами выглядевшую едва на 12 лет.
-Я…я…- запиналась Сашенька, - я…всех кошек всегда лечила, и…и перевязки уже умею делать!...
-Кошек?! –Ха-ха-ха! – Его оскорбительный хохот, содержавший и юмор, и отрицание ветеринарии в этих стенах, и еще что-то, о чем Саша начала догадываться лишь годы спустя, резанул ее душевную мечту понятным отказом….
- Иди, девочка, подрасти, а то с тобой…греха не оберешься, - двусмысленность формулировки опять же была Саше пока не понятна, но не менее обидна.

Брат, выслушав краткое описание происшедшего события, заявил:
- Не волнуйся, у меня связи в министерстве, будем к Министру обращаться! Я сейчас занят, а на днях это сделаем.

Кипение в Сашиной душе не позволяло ни дня промедления. И утром она отправилась в Приемную Министра.
В Империи тех лет, как и в любой другой империи, не часто столь юные девицы заявляются в Высокое Учреждение, и не прождав и получаса, на всякий случай держа в руке кружевной платочек, она вошла в огромный кабинет, в котором до стола Министра было так далеко, что не гнущиеся ноги ее остановились раньше средины ковровой дорожки…

Пенсне Министра неодобрительно блеснуло на нее любопытством.
- Итак, чем обязан…столь интересному явлению? – услышала Саша, твердо помня свои выученные слова.
- Я золотой медалист, я хочу стать врачом, а он...(вспомнился ректор)… а он - предательский платочек САМ потянулся к глазам, и слезы брызнули, едкие, как дезинфицирующий раствор из груши сельского фельдшера, которому Саша помогала перевязывать ссадину соседского мальчишки.

В руках Министра зазвонил колокольчик, в кабинет вошла его секретарь – властная дама, которая перед этим пропустила Сашеньку в кабинет, сама себя загипнотизировавшая недоумением и подозрением: где же она видела эту девочку….

В последствии оказалось, это было обычное Ясновидение… потому что ровно через 30 лет она встретила Александру Григорьевну в коридоре среди запахов хлорки, болезней и толкотни, в халате и в образе Заведующей поликлиникой, полную забот и своего Горя, только что, по шепоту санитарок, потерявшую мужа (и почти потерявшую – сына) …и ТОГДА, уже не властная, и совсем не Дама, а униженная пенсионерка, она вспомнила и поняла, что именно этот образ возник пред нею в июльский день, в приемной….в совсем Другой Жизни…

А сейчас Министр попросил принести воды для рыдающей посетительницы, и воскликнул:
- Милостивая сударыня! Мадемуазель, в конце концов – ни будущим врачам, ни кому другому - здесь не допускается рыдать! Так что, как бы мы с Вами не были уверены в Вашем медицинском будущем – Вам действительно следует немного …повзрослеть!

Наиболее обидно – и одновременно, обнадёживающе – рассмеялся брат, услышав эту историю – и в красках, и в слезах, и в панталончиках, которые Саша едва прикрывала распахивающимся от гнева халатиком.

- Так в Петербурге дела не делаются, - сообщил он высокомерно и деловито.
- Садись, бери бумагу, пиши:
- Его Превосходительству, Министру….написала?...Прошу принять меня …на Высшие…в виде исключения, как не достигшую 18 лет….с Золотой Медалью…написала?...
-Так, теперь давай 25 рублей….
- Как 25 рублей? Мне папенька в бюджете расписал – в месяц по 25 рублей издерживать, и не более…
- Давай 25 рублей! Ты учиться хочешь? Папенька в Петербургских делах и ценах ничего не понимает….Прикрепляем скрепочкой к заявлению…вот так….и завтра отдашь заявление в министерство, да не Министру, дура провинциальная, а швейцару, Михаилу, скажешь – от меня.

…Через три дня на руках у Сашеньки было её заявление с косой надписью синим карандашом: ПРИНЯТЬ В ВИДЕ ИСКЛЮЧЕНИЯ!
- Я же сказал тебе, у меня СВЯЗИ, а ты чуть всё не испортила…
Ехидство брата Сашенька встретила почти умудренной улыбкой…Она начинала лучше понимать столичную жизнь.

Пять лет учебы пробежали:
- в запахе аудиторий и лекарств;
- в ужасе прозекторской и анатомического театра;
- в чтении учебников и конспектов;
- в возмущении от столичных ухажеров, не видевших в Сашиных 154 сантиметрах:
- ни соблазнительности,
- ни чувств,
- ни силы воли, силы воли, крепнувшей с каждым годом…

И вот, вручение дипломов!
Опять Белая Ночь, подгонка наряда, размышления – прикалывать на плечо розу – или нет, подготовка благодарности профессорам…
Вручает дипломы Попечительница Богоугодных и Образовательных учреждений, Её Сиятельство Великая Княгиня – и что Она видит, повернувшись с очередным дипломом, зачитывая имя (и ВПЕРВЫЕ - отчество) его обладательницы:
- Александра Григорьевна….
- нет, уже не 12-летнюю, но всё же малюсенькую, совсем юную…а фотографы уже подбираются с камерами…предчувствуя…

- Милая моя, а с…сколько же Вам лет?...И Вы …ХОТИТЕ… стать …врачом?...
- Двадцать один год, Ваше Сиятельство! И я УЖЕ ВРАЧ, Ваше Сиятельство!
- Как же Вам удалось стать врачом…в 21 год?..
- У моего брата были связи …в министерстве…швейцар Михаил, Ваше Сиятельство, и он за 25 рублей всё и устроил…
Дымовые вспышки фотографов, секундное онемение зала и его же громовой хохот, крики корреспондентов (как зовут, откуда, какой Статский Советник??!!) – всё слилось в сияние успеха, много минут славы, десяток газетных статей …и сватовство красавца вице-адмирала, начальника Кронштадской электростанции.

Кронщтадт – город на острове в Финском заливе – база Российского флота, гавань флота Балтийского.
Это судостроительный, судоремонтные заводы. Это подземные казематы, бункера для боеприпасов, это центр цепочки огромных насыпных островов-фортов, вооруженных современнейшими артиллерийскими системами.

Это наконец, огромный синекупольный собор, в который должна быть готова пойти молиться жена любого моряка – «За спасение на водах», «За здравие», и – «За упокой».
Это неприступная преграда для любого иностранного флота, который вдруг пожелает подойти к Петербургу.

Через поручни адмиральского катера она всё осмотрела и восхитилась всей этой мощью. Она поняла из рассказов жениха и его друзей-офицеров, что аналогов этой крепости в мире – нет. И вся эта мощь зависит от Кронштадской электростанции, значит от него, её Жениха, её Мужа, её Бога…

- Ярославушка, внучек… Помнишь, в 1949 году соседи украли у нас комплект столового серебра?. Так это мы с моим мужем получили приз в 1913 году, в Стокгольме, на балу у Его Императорского Величества Короля Швеции, как лучшая пара вечера.
Мы тогда были в свадебном путешествии на крейсере вокруг Европы…

А для меня и Ярослава, для нас – Стокгольм, 1913 год, были примерно такими же понятиями…как … оборотная сторона Луны, которую как раз недавно сфотографировал советский космический аппарат.
Но вот она – Оборотная Сторона – сидит живая, все помнит, всё может рассказать, и утверждает, что жизнь до революции была не серая, не темная, не тяжелая, а сияющая перспективами великой страны и достижениями великих людей.
И люди эти жили весело и временами даже счастливо.

…именно, с упоминания столового серебра – я и стал изучать:
- судьбу Александры Григорьевны, рассказанную ею самой (рассказы продолжались 10 лет), дополненную документами, портретами на стенах, записными книжками, обмолвками Ярослава.
- куски времени, единственной машиной для путешествие в которое были рассказы людей и книги…книги детства, с ятями и твердыми знаками, пахнущие кожаными чемоданами эмигрантов и библиотеками питерских аристократов…
- отдельные предметы:
- старинные телефонные аппараты – в коммунальных квартирах, у меня дома…
- открытки с фотографиями шикарных курортов в Сестрорецке – до революции…
- свинцовые витражи в подъездах Каменноостровского проспекта, целые и красивые вплоть до конца 70-х годов.

- Боренька, Вы знаете, какая я была в молодости стерва?
- Александра Григорьевна, что же вы на себя-то наговариваете?
- Боренька, ведь на портретах видно, что я совсем – не красивая.
- Александра Григорьевна, да Вы и сейчас хоть куда, вот ведь я – у Вас кавалер.
- Это вы мне Боренька льстите.
- Да, Боренька, теперь об этом можно рассказать.

…Я узнала, что мой муж изменяет мне с первой красавицей Петербурга…
Оскорблена была ужасно…
Пошла к моему аптекарю.
- Фридрих, дай-ка мне склянку крепкой соляной кислоты.
Глядя в мои заплаканные глаза и твердые губы, он шевельнул седыми усами, колеблясь спросил:
- Барыня, уж не задумали ли Вы чего-либо …дурного?..
Я топнула ногой, прищурила глаза:
- Фридрих, склянку!...
…и поехала к ней… и …плеснула ей в лицо кислотой…слава Богу, промахнулась…да и кислоту видно, Фридрих разбавил …убежала, поехала в Сестрорецкий Курорт, и там прямо на пляже …отдалась первому попавшемуся корнету!

Во время Кронштадтского Бунта в 1918 году, пьяные матросы разорвали моего мужа почти на моих глазах.
И что я сделала, Боря, как Вы думаете?
Я вышла замуж за их предводителя. И он взял меня, вдову вице-адмирала, что ему тоже припомнили…в 1937году, и окончательный приговор ему был – расстрел.
Сына тоже посадили, как сына врага народа.

Жене сына сказали – откажись от мужа, тогда тебя не посадим, и дачу не конфискуем.
Она и отказалась от мужа, вообще-то, как она потом говорила – что бы спокойно вырастить своего сына, Ярославушку.
Но я ее за это не простила, украла внука Ярославушку, и уехала с ним на Урал, устроилась сначала простым врачом, но скоро стала заведующей большой больницей.
Мне нужно было уехать, потому что я ведь тоже в Ленинграде была начальником – заведующей поликлиникой, и хотя врачей не хватало, хватали и врачей.
Там меня никто не нашел – ни жена сына, ни НКВДэшники…

Правда, НКВДэшники в один момент опять стали на меня коситься – это когда я отказалась лететь на самолете, оперировать Первого Секретаря райкома партии, которого по пьянке подстрелили на охоте.
Я сказала: у меня внук, я у него одна, и на самолете не полечу, вот, снимайте хоть с работы, хоть диплом врачебный забирайте.
Косились-косились, орали-орали – и отстали.

Но с самолетом у меня все же вышла как-то история.
Ехали мы с Ярославушкой на поезде на юг, отдыхать, и было ему лет 6-7.
На станции я вышла на минутку купить пирожков, а вернувшись на перрон, обнаружила, что поезд уже ушел.
Сама не своя, бросила продукты, выбежала на площадь, там стоят какие-то машины, я к водителям, достаю пачку денег, кричу, плачу, умоляю: надо поезд догнать!
А они как один смеются:
- Ты что старуха, нам твоих денег не надо, поезд догнать невозможно, здесь и дорог нет.

А один вдруг встрепенулся, с таким простым, как сейчас помню, добрым лицом:
- Тысяч твоих не возьму, говорит, а вот за три рубля отвезу на аэродром, там вроде самолеты летают в соседний город, ты поезд и опередишь.
Примчались мы за 10 минут на аэродром, я уже там кричу:
- За любые деньги, довезите до города (уж и не помню, как его название и было).

Там народ не такой , как на вокзале, никто не смеется, уважительно так говорят:
- Мамаша, нам ЛЮБЫХ денег не надо, в советской авиации – твердые тарифы. Билет в этот город стоит…три рубля (опять три рубля!), и самолет вылетает по расписанию через 20 минут.
…Как летела – не помню, первый раз в жизни, и последний…помню зеленые поля внизу, да темную гусеницу поезда, который я обогнала.
Когда я вошла в вагон, Ярославушка и не заметил, что меня долго не было, только возмущался, что пирожков со станции так я и не принесла.

На Урале мы жили с Ярославушкой хорошо, я его всему успевала учить, да он и сам читал и учился лучше всех. Рос он крепким, сильным мужичком, всех парней поколачивал, а ещё больше – восхищал их своей рассудительностью и знаниями. И рано стали на него смотреть, и не только смотреть – девчонки.

А я любила гулять по ближним перелескам. Как то раз возвращаюсь с прогулки и говорю мужику, хозяину дома, у которого мы снимали жилье:
- Иван, там у кривой берёзы, ты знаешь, есть очень красивая полянка, вся цветами полевыми поросла, вот бы там скамеечку да поставить, а то я пока дойду до нее, уже устаю, а так бы посидела, отдохнула, и ещё бы погуляла, по такой красоте…
- Хорошо, барыня, поставлю тебе скамеечку.

Через несколько дней пошла я в ту сторону гулять, гляжу, на полянке стоит красивая, удобная скамеечка. Я села, отдохнула, пошла гулять дальше.
На следующий день говорю:
- Иван, я вчера там подальше прогулялась, и на крутом косогоре, над речкой – такая красота взору открывается! Вот там бы скамеечку поставить!
- Хорошо, барыня, сделаю.

Через несколько дней возвращаюсь я с прогулки, прекрасно отдохнула, налюбовалась на речку, дальше по берегу прошлась…
И вот подхожу к Ивану, говорю ему:
- Иван, а что если…
- Барыня – отвечает Иван, - а давай я тебе к жопе скамеечку приделаю, так ты где захочешь, там и присядешь….

После смерти Сталина нам стало можно уехать с Урала.
Ярославушка поступил в МГИМО.
Конечно, я ему помогла поступить, и репетиторов нанимала, и по-разному.
Вы же понимаете, я всегда была очень хорошим врачом, и пациенты меня передавали друг другу, и постоянно делали мне подарки…
Не все конечно, а у кого была такая возможность.
У меня, Боренька, и сейчас есть много бриллиантов, и на всякий случай, и на черный день. Но по мелочам я их не трогаю.

Однажды мне потребовалось перехватить денег, я пошла в ломбард, и принесла туда две золотых медали: одну свою, из гимназии, другую – Ярославушки – он ведь тоже с золотой медалью школу закончил.
Даю я ломбардщику эти две медали, он их потрогал, повернул с разных сторон, смотрит мне в глаза, и так по-старинному протяжно говорит:
- Эту медаль, барыня, Вам дало царское правительство, и цены ей особой нет, просто кусочек золота, так что дать я Вам за нее могу всего лишь десять рублей.
А вот этой медалью наградило Вашего внука Советское Правительство, это бесценный Знак Отличия, так что и принять-то я эту внукову медаль я не имею права.
И хитровато улыбнулся.

-Боренька, вы понимаете – почему он у меня Ярославушкину медаль отказался взять?
-Понимаю, Александра Григорьевна, они в его понимании ОЧЕНЬ разные были!
И мы смеемся – и над Советским золотом, и над чем-то еще, что понимается мною только через десятки лет: над символической разницей эпох, и над нашей духовной близостью, которой на эту разницу наплевать.

-Ну да мы с Ярославушкой (продолжает А.Г.) и на десять рублей до моей зарплаты дотянули, а потом я медаль свою выкупила.

Он заканчивал МГИМО, он всегда был отличником, и сейчас шел на красный диплом. А как раз была московская (Хрущевская) весна, ее ветром дуло ему:
- и в ширинку (связался с женщиной на пять лет старше его; уж как я ему объясняла - что у него впереди большая карьера, что он должен её бросить – он на всё отвечал: «любовь-морковь»);
- и в его разумную душу.

Их «антисоветскую» группу разоблачили в конце пятого курса, уже после многомесячной стажировки Ярославушки в Бирме, уже когда он был распределен помощником атташе в Вашингтон.
Его посадили в Лефортово.

Я уже тогда очень хорошо знала, как устроена столичная жизнь…
Я пошла к этой, к его женщине.
- Ты знаешь, что я тебя не люблю? – спросила я у нее.
- Знаю, - ответила она.
- А знаешь ли ты, почему я к тебе пришла?
- …..
- Я пришла потому, что Ярославушка в Лефортово, и мне не к кому больше пойти.
- А что я могу сделать?
- Ты можешь пойти к следователю, и упросить его освободить Ярославушку.
- Как же я смогу его упросить?
- Если бы я была хотя бы лет на тридцать моложе, уж я бы знала, КАК его упросить.
- А что бы тебе было легче его УПРАШИВАТЬ…
Я дала ей два кольца с крупными бриллиантами. Одно – для нее. Второе…для следователя…

Через неделю Ярославушку выпустили. Выпустили – много позже – и всех остальных членов их «группы».
Он спросил меня: а как так получилось, что меня выпустили, причем намного раньше, чем всех остальных?
Я ответила, как есть: что мол «твоя» ходила к следователю, а как уж она там его «упрашивала» - это ты у неё и спроси.
У них состоялся разговор, и «любовь-морковь» прошла в один день.

Нам пришлось уехать из Москвы, Ярославушка несколько лет работал на автомобильном заводе в Запорожье, пока ему не разрешили поступить в Ленинградский университет, на мехмат, и мы вернулись в Петербург.

- Вы видите, Боря, мою записную книжку?
- Больше всего Ярославушка и его жена не любят меня за нее. Знаете, почему?
- Когда я получаю пенсию, (она у меня повышенная, и я только половину отдаю им на хозяйство), я открываю книжечку на текущем месяце, у меня на каждый месяц списочек – в каком два-три, а в каком и больше человек.
Это те люди, перед которыми у меня за мою долгую, трудную, поломанную, и что говорить, не безгрешную жизнь – образовались долги.
И я высылаю им – кому крохотную посылочку, а кому и деньги, по пять – десять рублей, когда как.

Вот следователю, который Ярославушку освободил – ему по 10 рублей: на 23 февраля и на День его Рождения…
Вот ей, его «Любови-Моркови» - по 10 рублей – на 8е марта, и на День её Рождения.
И много таких людей.
А может, кто и умер уже.
- Так с этих адресов, адресов умерших людей - наверное, деньги бы вернулись?
- Так ведь я - от кого и обратный адрес – никогда не указываю.

В 85 лет Александра Григорьевна, вернувшись из больницы с профилактического месячного обследования, как всегда принесла с собой запас свежих анекдотов, и решила рассказать мне один из них, как она сочла, пригодный для моих ушей:
«Женщину восьмидесяти пяти лет спрашивают: скажите пожалуйста, в каком возрасте ЖЕНЩИНЫ перестают интересоваться мужчинами?
- Боря, вы знаете, что мне 85 лет?
- Да что же Вы на себя наговариваете, Александра Григорьевна, Вы хоть в зеркало-то на себя посмотрите, Вам никто и шестидесяти не даст!
- Нет, Боря, мне уже 85.
Она продолжает анекдот:
Так вот эта женщина отвечает:
- Не знаю-не знаю (говорит Александра Григорьевна, при этом играет героиню, кокетливо поправляя волосы)…спросите кого-нибудь по-старше.

Через полгода ее разбил тяжелый инсульт, и общаться с ней стало невозможно.
С этого момента поток «крохотных посылочек» и маленьких переводов прекратился, и постепенно несколько десятков людей должны были догадаться, что неведомый Отправитель (а для кого-то, возможно, и конкретная Александра Григорьевна) больше не живет - как личность.
Многие тысячи выздоровевших людей, их дети и внуки, сотни выученных коллег-врачей, десяток поставленных как следует на ноги больниц – все эти люди должны были почувствовать отсутствие этой воли, однажды возникшей, выросшей, окрепшей, крутившей десятки лет людьми, их жизнями и смертями – и исчезнувшей – куда?

Хоронили Александру Григорьевну через 7 лет только близкие родственники, и я, ее последний Друг.

Ярослав окончил университет, конечно, с красным дипломом, защитил диссертацию, стал разрабатывать альтернативную физическую теорию, стараясь развить, или даже опровергнуть теорию относительности Эйнштейна. Сейчас он Президент какой-то Международной Академии, их под тысячу человек, спонсоры, чтение лекций в американских университетах, в общем, всё как у людей, только без Эйнштейна.

У Ярослава родился сын, которого он воспитывал в полной свободе, в противовес памятным ежовым рукавицам бабушки.
Рос Григорий талантливым, энергичным и абсолютно непослушным – мальчиком и мужчиной.
Как то раз Ярослав взял его десятилетнего с собой - помочь хорошим знакомым в переезде на новую квартиру.
Григорий услужливо и с удовольствием носил мелкие вещи, всё делал быстро, весело и неуправляемо.

Энергичная хозяйка дома занимала высокий пост судьи, но и она не успевала контролировать по тетрадке коробки, проносимые мимо неё бегущим от машины вверх по лестнице Гришей, и придумала ему прозвище – Вождь Краснокожих - взятое из веселого фильма тех лет.

Но смерть его была туманная, не веселая.

А наступившим после его смерти летом, в квартиру одиноких Ярослава и его жены Алёны позвонила молодая женщина.
Открыв дверь, они увидели, что у нее на руках лежит…маленькая…Александра Григорьевна.

У них появился дополнительный, важный смысл в жизни.
Выращивали внучку все вместе. Они прекрасно понимали, что молодой маме необходимо устраивать свою жизнь, и взяли ответственность за погибшего сына – на себя.

- Сашенька, давай решим эту последнюю задачу, и сразу пойдем гулять!
- Ну, только ПОСЛЕДНЮЮ, дедушка!
- Один рабочий сделал 15 деталей, а второй – 25 деталей. Сколько деталей сделали ОБА рабочих?
- Ну, дедушка, ну я не знаю, ну, давай погуляем, и потом решим!
- Хорошо, Сашенька, давай другую задачу решим, и пойдем.
- У дедушки в кармане 15 рублей, а у бабушки 25. Сколько всего у них денег?
- Ну дедушка, ты что, совсем ничего не понимаешь? Это же так ПРОСТО: у них – СОРОК рублей!

В один, не очень удачный день, та, что подарила им самые теплые чувства, что могли быть в их жизни, чувства дедушки и бабушки – она позвонила в их дверь, покусывая губы от принятого нелегкого решения.
Сели за стол на кухне, много поняв по глазам, ожидая слов, ни о чём не спрашивая.
- Ярослав, Алёна, вы такие хорошие, а я - и они обе с Аленой заплакали от ожидаемой бесповоротной новости.
- Он, мой жених, он из Москвы.
Ярослав и Алена чуть вздохнули. С надеждой.
- Но он не москвич. Он швейцарец. И у него заканчивается контракт.
- Он…мы…скоро уезжаем.

Теперь она живет со своей мамой и отчимом в Швейцарии.
Душе Александры Григорьевны, незаслуженно настрадавшейся, наконец-то проникшей через сына, внука и правнука в девичье обличье, легко и свободно в теле ее пра-правнучки.
Они обе наслаждаются видами гор и водопадов, трогают латунные буквы на памятнике войску Суворова – покорителю Альп, рядом с Чёртовым Мостом, ловят языком на ветру капли огромного фонтана на Женевском озера, ахают от крутых поворотов серпантинов, по краю пропасти.

Приезжая к дедушке и бабушке в гости, на свою любимую, хоть и дряхлую дачу, младшая Александра Григорьевна часто хвастается, как ей завидуют тамошние подруги: ведь в ушах у нее уже сверкают прошлой, Другой Жизнью, доставшиеся от пра-пра-бабушки – лучшие друзья девушек.

Примечание 2009 года: младшая Александра Григорьевна сдала на немецком языке экзамены в математический лицей в Цюрихе, преодолев конкурс в 22 человека на место.
Мы ещё о ней услышим!

© Copyright: Борис Васильев 2
http://www.proza.ru/2011/10/19/1267

21.

Тут пошла серия историй «мир не без добрых людей». Ан, нет, расскажу свою.
В забегаловке с приятелем выпили по паре бутылочек пива. Не чтобы захмелеть, а так, для поддержания разговора. Мне, чтобы нахрюкаться до состояния «сейчас спою и набью кому то морду», этого пива ведро надо. Только всё равно даже у небольшого количества выпитого пива есть отрицательные эффекты. Во-первых, непьющий учует запах спиртного даже от немного выпившего человека. Во-вторых, выпитое пиво рано или поздно начинает проситься наружу. Проще говоря, я пошёл «в кусты», вернее в узенькую лесополосу справить нужды. Поздний вечер, место тёмное, народу – никого. В поле зрения появляется идущий перпендикулярным курсом человек, метрах в пятидесяти от меня заваливается лицом в снег. На оклики не реагировал. Подойти я не решился, может у него нож в пузе торчит, свидетелей нет, меня же потом за крайнего и примут. Иду к ближайшим торговым рядам, метров 150. Хоть, как уже говорил, поздний вечер, большинство торговых точек работает. На просьбу о помощи ответы типа «я тут шаурма/ мандарынка/батарэйка продавать, мая хата с краю». Минут через пять нашёл курящих охранников этого бедлама. Уговорил их пойти посмотреть, кто там, в снегу валяется, замёрзнет ведь. Обнаружился мужик, ходящий, как зомби, от дерева к дереву и периодически падающий. Ясно, пьяный, а не раненый бандитской пулей. Зато мне, якобы «пьяному» (сказался запашок пива) охранники очень настоятельно посоветовали «твоё какое дело, иди, куда шёл и как можно, быстрее, или наваляем тебе люлей и сдадим ментам». Развернулись и пошли к месту своей дислокации.
Вот и помогай после этого людям.

22.

А расскажу ка я Вам историйку, связанную со свадьбой.
Точнее с выкупом невесты, поскольку о самой свадьбе повесть можно написать. Молодые, мотайте на ус, коий еще не отрастили, пригодится.

Женился мой лепший кореш – Медведь.
Будущая жена, как и полагается красавица и умница, сразу предупредила, что выкупить ее, по татарскому обычаю, она наполовину татарочка, будет не так-то просто.
Её родственники-свойственники из Татарии, сплошь чемпионы областей по вольной и греко-римской борьбе, по телефону так же подтвердили, что за свою сестру/племянницу/кузину и свояченицу, в общем айбэт кыз (хорошая девочка – татарск.) стоять будут до последнего, в смысле пока не закроется ЗАГС и водка на праздничных столах не начнет стеклом пропитываться.

Медведь на это только хмыкнул, и сказал коротко – Посмотрим…
(Ну насчет того что мы пробьемся я не сомневался – мы с Медведем в десанте служили, вот только как то мордобой затевать на выкупе невесты с будущими родственниками-свойственниками, как то некамильфо, м-да диллема.)
И ведь знаете, зацепило, сидим мы с Медведем в очередном кабаке и он так задумчиво, выцедив 200 водки, как воду, смотря, куда-то вдаль говорит, а сделаем мы так, что они сами нам за невесту заплатят!

И родился у нас гениальный план, по всем правилам военного искусства – «Покорение неприступных крепостей и фортификаций».

Медведь попил водки с сантехниками из дома невесты и обзавелся дубликатами ключей от чердака.
В день свадьбы «Комитет по встрече жениха с сотоварищами» занял оборону аж за час до времени «Ч» - разведка доложила (а как Вы думали? Я ж сказал, план по всем правилам военного искусства).
Дальше картина маслом – подъезжает кортеж из черных «Волг», из передней машины вываливаюсь я, сиречь свидетель, в хламину пьяный, с фингалом и с бутылкой водки в руке из которой и отхлебываю (пьяный хорошо сыгран, фингал нарисован мелом и растерт алюминиевой пуговице, вместо водки вода вперемежку с сильно пахнущим самогоном).
Я стою «пьяный», икаю, и голосом Кисы Воробьянинова «А поедемте в но-м-м-м-ера!» предлагаю выдать нам невесту, и ехать в ресторан не заезжая в ЗАГС, поскольку водка может прокиснуть.
Борцы (сродственники невесты) вначале напряглись, теперь стоят в непонятках. Свидетельница в осадке, причитает, что делать? свидетель вдрабодан, и как мы в ЗАГС поедем? Отсутсвие самого жениха пока никого не насторожило, не до того было – ЧП на свадьбе свидетель надрался раньше времени, раньше это было не принято. Вошем враг морально оглушен, раздавлен и деморализован.
Набежавшая толпа со стороны жениха незаметно добавляет страсти и накала.

Действие второе. В соседний подъезд, никем не замеченный зашел ханыга в безразмерной олимпийке (что б спрятать костюм с галстуком), в кепочке на глазах, висящий на плечах своей «подруги» в таком же безразмерном плаще, дабы спрятать вечернее платье (жена друга из нашего стана), с безразмерным баулом, где позвякивали пустые бутылки – в котором в реале был упрятан шикарный букет красных роз.

Дальше дело техники – Медведь (он же «ханыга зашедший в соседний подъезд») поднимается на чердак, отмыкаем дубликатами ключей двери (не зря сантехников поил) и преспокойно переходит в подъезд невесты, в то время, когда все громко торгуются и проходят задания внизу.

Звонок в дверь невесты, на пороге незнакомая девушка с роскошным букетом – невеста в недоумении, без опаски открыв дверь (рано еще прятаться, жених минимум через полчаса пройдет все испытания, освободит карманы от налички и войдет в квартиру) со словами «Вам кого?» и оппа – троянский конь, нарисовывается жених, поднимает невесту на руки, а по традиции считается что, все – невеста выкуплена!.

Дальше звонок мне на мобилу с громкой связью (очень большая редкость по тем временам) и радостный голос невесты, дающий команду «Отбой» всему Комитету по встречу, поскольку невеста на руках жениха, как следствие чудесное «протрезвление» свидетеля и смывание фингального грима.

P.S. Уже после свадьбы Медведь сказал, а захотел бы так вообще закрыл дверь в квартиру и твоим пришлось бы платить за твой же выкуп.

23.

Не слишком ли рано вы,гордые вои,
Московскую рать записали в изгои!?
Забыли,наверно,кичливые паны
Под чьим сапогом трепетала Варшава?
В Плесецке подарок хороший найдётся,
И отвечать за Донецк вам придётся.
В Ливийских пустынях,сирийских болотах
Обама застрял.Ну,что взять с идиота.
Но шлёт он бендерам подушки и пушки...
Что дальше? Получит опять по макушке.
Ведь встретиться с вами на поле готовы
Стрелки из сибирской бригады Стрелкова.

Питер Вольф

24.

Незабываемые годы службы в СА. Второй год службы,заболел и попал в санчасть.Зима ведь,холодно,Приморье.Скорефанился с санинструктором,а потом вызывает меня военврач и говорит что я буду старшиной во всей санчасти,нужен ему сержант следить за порядком пока не пришлют нового фельдшера.Меня уговаривать не пришлось после стакана разбавленного спирта.На нем я и погорел.Уехал как-то наш капитан мед.службы и ни слуху ни духу.Санинструктор всё разруливал ,в смысле лечил.Я уже выздоровел,оклемался,ем хорошо за 2 или 3-х,молодых гоняю,порядок блюду.Но сплю плохо.Однажды проснувшись очень рано когда еще было совсем темно,вышел накинув бушлат покурить на улицу.Тут останавливается у санчасти "буханка",из неё выползает наш капитан со стеклянной бутылью в деревянной оплетке литров на 20. Уазик уезжает,бутыль остается,а капитан не замечая меня проходит и заходит в санчасть.А что бы вы делали? Я хватаю эту бутыль и в тапочках по снегу очень быстро бегу.В жизни быстрей не бегал.Прячу её за курилку,забегаю в роту,бужу кореша-хохла и вкратце говорю "спрячь".А сам опять же бегом в санчасть,забежал в палату и лег.Только отдышался,притих как заходит наш военврач и тихо так меня зовет к себе в кабинет.
Беда,говорит,у меня.
-Чё случилось?
-Был в командировке,привез физиологический раствор для обработки ран,а у меня его скомуниздили причем здесь на территории части.
-Ну и чё?
-Если кто выпьет,копыта отбросит.
-Может пойти,поискать?
-Где теперь найдешь,но утром на разводе узнаем точно кто,кто крякнул.
Ну думаю вот влип,не хочется брать грех на душу.
-Ладно,пойду посмотрю,поспрашиваю,может кто чё видел.
И бегом в роту.Прибегаю а хохол уже кривоооой.Я его в умывальник,заставил чайник воды выпить и два пальца в рот.
Смотрю,а в бутыле примерно четверти не хватает.Где остальное,спрашиваю.А он только мычит.Ну ладно,думаю,оклемается,вроде все правильно сделал.Прибежал и за санчасть бутыль поставил.Капитану сказал что бутыль за санчастью стоит.Он говорит тащи её сюда.Принес.Он берет графин и наливает в него половину.Потом с бачка воды туда.Наливает полстакана протягивает мне
и говорит:-Пей.Это спирт.Медицинский.
Это был красивый ход.Иначе он бы его не нашел.Так лопухнутся. Хохол потом за мной пол дня с дубиной гонялся.А вечером за казармой с хохлом и с корешами мы пили разбавленный,но чистый медицинский спирт который он успел припрятать.

25.

ИСПАНСКИЙ ВОРОТНИК

"Общая участь всех хвастунов: рано ли, поздно ли, а все-таки непременно попадешь впросак"
(Уильям Шекспир)

Эта маленькая музыкальная история произошла на одном небольшом, но очень гордом корабле Балтийского флота.
Вот, как-то раз, на этот корабль пришел служить матрос по имени Марк.
Марк был несколько старше остальных парней, ведь до армии он уже успел закончить муз училище и даже жениться.
Но служба – есть служба и пока ты «салага», то как и все, вынужден «летать» не зависимо от возраста, а пожилым салагой быть вдвойне обидно.
«Полетал» так Марик, «полетал», ему не понравилось, и он решил, что пора как-то приземляться.
Позвонил жене и та из дома привезла его дорогущую испанскую гитару в блестящем черном кофре похожем на гроб.
Вот с этого-то момента жизнь Марка изменилась до неузнаваемости: вечером он давал концерты в кубрике для своих, а ночью отправлялся на гастроли к дедам в такие скрытые каморки, о существовании которых не догадываются даже создатели корабля…
«Летать» Марк сразу же перестал, теперь он каждый вечер лабал на своей дорогой испанской гитаре и жрал с дедами сгущенку, запивая ее соком из пакетиков. Не сказать что очень уж хорошо лабал, так, средне, как говорят матросы – «пойдет», но никаких тебе особых «соляков» и даже перебором играть не умел. Зато слух имел стопроцентный и сходу мог подобрать все что угодно – от Битлов, до Мурки. Да что там слух? Марк даже ноты знал, хотя – это ведь его профессия.
Среди ста человек команды корабля, были конечно и другие достойные гитаристы, но вот беда, им так и не удалось продемонстрировать народу свой талант, гитары-то не было. То есть она была у Марка и очень даже хорошая, но не было в ней никакого смысла, хоть плачь. Ведь Марик оказался Полом Маккартни, его, кстати так и называли. Не самая поганая кличка, между прочим.
Дело в том, что Марк был левшой и играть на его гитаре не было никакой возможности – все струны вверх ногами. Не играть же на одной струне, в самом деле?
Так дорогая испанская гитара и пролежала на койке у Пола Маккартни целый год и осталась верна своему единственному хозяину.
Деды однажды хотели было переставить струны, чтобы самим чуток побренькать, но, видимо поленились, да и несолидно как-то убогого левшу обижать, ведь - это все равно, что забрать у безногого костыль, чтобы поиграть в бейсбол…

Но время шло и вот, наконец, у матерого морского волка - Марка наступил последний вечер на корабле. Служба закончилась, завтра домой, а сегодня прощальная пьянка.
Салаги давно спали в своем кубрике, а Марк с товарищами отмечал свой дембель.
Все стали просить:
- Пол, сыграй нашу, дембельскую - …и куда не взгляни, в эти майские дни… ну, давай споем.

Марк обвел товарищей победным пьяным глазом и неожиданно начал снимать струны с гитары.
Немая сцена.
- Марк, ты что? Ты зачем струны скручиваешь?
- А затем, что я ждал этого дня целый год. На самом деле, пацаны, никакой я не левша, просто пришлось научиться брать аккорды правой рукой, чтобы никто мою Испанку не трогал и не брынчал. Она, кстати, пять тысяч баксов стоит. Для музыканта инструмент – это как… Слышали пословицу – «Трубку, лошадь и жену не отдам никому»? Ну вот. А вы, кстати, не заметили, что я пишу, курю и ем правой рукой? Ха - ха- ха...
Ладно, сейчас я покажу вам, как нужно по настоящему играть на такой гитаре.

И тут матрос по прозвищу Халк, заинтересовался «раздетой» гитарой и сказал:
- Погоди, не надевай струны, дай-ка посмотреть на нее без струн.
Халк бережно взял в руки инструмент, зачем-то заглянул внутрь и вдруг неожиданно размахнулся и с громким фанерным хрустом надел Марику на голову его «Испанский воротник»

- Марик, домой приедешь, вот так с ней и ходи, не снимай, теперь точно никто поиграть не попросит…

26.

ПРОЙДИТЕ В КАССУ

В первый день старичок читал книгу стоя у маленького окошка, там светлее.
Положил ее на подоконник, оперся локтем на свою палочку и аккуратно перелистывал глянцевые страницы, то и дело воровато озираясь.
Все-таки, не библиотека, а книжный магазин.
Молоденькая продавщица, так и не дождавшись, что старик начитается и уйдет, сжалилась и принесла ему деревянный приступочек.
Вначале дед отчаянно протестовал и отказывался, но потом все же уселся и горячо поблагодарил, ведь стоять в его возрасте, да еще и несколько часов подряд…
Продавщица попросила: - «Только постарайтесь не попадаться на глаза нашей заведующей, она не приветствует избу-читальню»
Дедушка, хоть и пообещал, но все-таки нарвался.
Мимо проходила платиновая блондинка, лет сорока пяти, она остановилась, с укоризной посмотрела на читателя, недовольно помотала головой и ушла, нервно цокая шпильками.
Пару раз мимо проходил гордый охранник магазина, он пытался заинтересоваться непрошеным читателем, но гордость ему не позволила и охранник ушел.

Во второй день, дедушка опять пришел к «своей» толстенной книге, только приступочка рядом не оказалось, пришлось читать стоя. В этот день он даже что-то переписывал из книги в свой маленький блокнотик.
Продавщица поздоровалась и попросила читать аккуратно, чтобы не испортить товарного вида, книга-то недешевая, а еще, хоть немного отойти за стеллаж, чтобы не мелькать на караванных путях заведующей.
Но, рано или поздно, застучали неотвратимые стальные шпильки - на горизонте опять появилась платиновая блондинка, и по официальному тембру ее голоса, сразу стало понятно, что она и есть заведующая:
- Уважаемый, у нас тут не изба-читальня, если вы выбрали книгу, то пожалуйста пройдите в кассу.
Дед растерялся, как школьник, которого поймали с сигаретой, и виновато улыбаясь, робко возразил:
- Да, я бы с удовольствием ее купил, но очень уж дорогое издание - 1740 рублей. Пожалуйста, не гоните меня, я очень, очень аккуратно.
- Я, конечно, все понимаю, но это тоже не дело…
Платиновая блондинка повернулась и ушла со строгими губками.

На третий день деревянный приступочек был на месте, старик без приглашения уселся и как всегда погрузился в чтение «своей» книги, но тут подошла молоденькая продавщица, поздоровалась и как бы оправдываясь заговорила:
- К сожалению, нельзя вам больше тут читать, мне и так из-за вас влетело…
В этот момент, легка на помине, из-за стеллажа вынырнула платиновая блондинка и строго сказала:
- Галя, вы опять мне тут избу-читальню устроили?
- Все, все, Тамара Пална, он уже уходит.

Заведующая взяла из рук старика трехкилограммовую книгу и бесстрастно-энергично ее пролистала, устроив некоторый ветер. Это был какой-то тысячестраничный исторический фолиант о династии Романовых.
Заведующая глянула на продавщицу и сказала:
- Идите, Галя, работайте, я сама тут разберусь.

Галя ушла, а платиновая блондинка взяла книгу одной рукой за угол, и… неожиданно разжала пальцы. Книга сорвалась в пропасть и очень больно ударилась об пол.
Дед ойкнул, он даже дернулся, чтобы попытаться поймать ее налету, да куда там, только свою палку свалил и самодельный очечник выронил.
Заведующая подняла книгу с пола и громко позвала:
- Галя! Галя! Подойдите пожалуйста.

Вернулась Галя, заведующая указала ей на погнутый угол книги и сказала:
- Смотрите что у нас тут: углы замяты и суперобложка надорвана. Это последний экземпляр?
- Да, Тамара Пална, последний.
- Тогда забирайте ее и оформите «некондицию», поставьте 120 рублей.

Тамара Пална повернулась к старику и спросила:
- 120, вам будет нормально? Да? Ну, вот и хорошо, на здоровье.
Пройдите в кассу…

27.

В самом начале семидесятых годов матушка моя полюбила поэму Андрея Вознесенского. Ну понятно – и замужней женщине хочется влюбляться заново, но нельзя. Семья потому что. Вот и занимают место в сердце книжки, фильмы и киногерои. Для брака неопасно, а романтические позывы удовлетворены.
«Тетрадь, найденная в Дубне» казалась не слишком обычной для поэта-архитектора и, может, потому захватила в те годы многих. Выгуливая меня, матушка твердила, держа перед глазами тоненькую брошюрку: «В час отлива возле чайной я сидел в ночи печальной, толковал друзьям об озе и величьи бытия...» - пыталась выучить наизусть.
А я скучал. Скучал день, два, неделю. Мне хотелось услышать от мамы сказку, а звучало: «Я сказал: а хочешь – будешь жить в заброшенной избушке. По утрам девичьи пальцы будут класть на губы вишни, тишь такая что не слышно ни хвала и ни хула...»
Как-то, неудачно скатившись с горки, я подскочил к маме и попросился домой. В пути начал приставать:
- Мам! Расскажи сказку.
- Мне кажется я рассказала тебе все сказки на свете, - отвечала мама, сосредоточенно повторяя себе под нос «...но внезапно черный ворон примешался к разговорам...»
- Ну тогда я тебе расскажу, - и тут я выдал матушке всю поэму от первой до последней строчки. Что вы хотите? Детская память как губка...
Вот с этого момента, куда бы мы не пошли и кто бы не приходил в гости к нам, рано или поздно наступал момент, когда меня ставили на стульчик и просили почитать стишок. И я выдавал «Тетрадь, найденную в Дубне». Взрослые, ожидая услышать тридцатисекундную частушку Агнии Львовны про Таню, у которой руки из жопы растут, бывали сильно огорошены. Многие в процессе прослучшивания успевали напиться и проилюстрировать известный палиндром – «А рожа упала на миску салата». Кое-кто уходил по-английски.
Меня ругали. Мне обещали шоколадку. "Если в следующий раз прочтешь басню дедушки Крылова - будет большая шоколадка!" Только не Вознесенский! (И уж по крайней мере без замен постоянно забываемого по непонятности своей «ни хула» на вполне знакомое «ни ху..я»). Я обещал, но, забравшись на стул, не мог сдержаться... В конце концов родители начали зараннее предупреждать друзей, что Петенька не читает стишков. У него с памятью плохо.
Месяца два я дулся, а потом как-то привык и успокоился. Начал рассказывать про «час отлива» плюшевому Медведю... Родители позабыли про модную поэму и подуспокоились.

Пришел новый 1972-й год. В мамином НИИ организовали большой светлый праздник с обильными возлияниями. Вашему покорному слуге, проводящему огромную часть своего свободного времени в скачках между кульманами, и потому знакомому доброй половине сотрудников, была предложена роль Нового Годика. С обещанием красивого костюмчика и кучи подарков. С моей стороны требовалось залезть на возвышение и выразительно прочитать что-то про зайчика и снежок.
Наступил праздник. Старшие начные сотрудники уже напились до уровня младших. Доктора наук братались с лаборантами. Ужравшиеся председатель парткома с начальником первого отдела отплясывали на пару в присядку, а инженеры молча тискали по углам чертежниц. Мама с папой танцевали в дальней стороне зала, а я с пьяным в стельку Дедушкой Морозом последний раз повторял: «зайчик... снежок...новый год...»
Пробили куранты, и меня выставили на стульчик. Все замерли с поднятыми в руках бокалами. Я глубоко вздохнул и начал:

«Ой, не шейте вы, евреи, ливреи,
Не ходить вам в камергерах, евреи!
Не горюйте вы, зазря не стенайте,
Не сидеть вам ни в Синоде, ни в Сенате...»

И был тут же заглушен в миг протрезвевшим Дедушкой Морозом. И все обошлось. Потому что история происходила под новый год, а Дедушка Мороз действительно умеет дарить подарки и творить чудеса.
Ведь никто не был виноват в том, что в это время мама учила наизусть Галича, а у меня была хорошая память и строптивый характер..

28.

Я просто изумляюсь современными маленькими детишками.
Вспомнишь себя в их возрасте, и невольно чувствуешь себя идиотом. Я опускаю, что в среднем сейчас детишки начинают рано говорить, читать и прочая... То, что они уже в 6-7 месяцев уже вовсю бегают в ходунках, в то время когда наше поколение детей родители только начинали сажать на диване между подушками...

Но, к чему я это пишу? Да просто муж рассказал про внука своего друга.
Внучку годика полтора. Когда его приводят к бабушке и дедушке в гости, то он первым делом по всей квартире собирает всякие на его взгляд очень привлекательные "штучки", типа пультов – часов – таймеров - и тому подобное, и со скорбным выражения личика все это БОГАТСТВО добровольно отдает в руки деду, со словами:
- На, убиляй..., плячь...
Он, совсем масенький человечек, уже понимает, что проще сразу уж убрать с глаз долой такие интересные для него вещи. Ведь потом это ВСЕ РАВНО отберут взрослые. А зачем тогда тратить нервы и истерить, захлебываясь слезами?

Мне так кажется, что он вырастет очень знаменитым психологом.

29.

Были мы в студенчестве моём на Белом море, на летней практике. Жили на острове, в бараке. Преподы на втором этаже, мы – на первом. И каждый вечер шла у нас пьянка. А потом припасы наши кончились. Ближайший магазин – на Большой земле, туда судёнышко изредка ходит. Вот и отправили мы на нём делегата с деньгами и авоськами – закупить чегонить пожевать, а главное – чтобы горючего, горючего-то взял побольше. И преподы тоже за харчами собрались. Но им наши буйные пьянки-гулянки к тому времени уже здорово надоели. Оно и понятно – им же хотелось не за нами следить, а самим спокойно бухнуть. Поэтому они в магазине глаз с нашего засланца не спускали, так и ходили за ним следом, караулили, чтобы он чего спиртного не купил. Так и не удалось ему отовариться. Хорошо, улучил он момент и мужику знакомому с нашего острова деньги сунул – тот нам водки потихоньку и взял. И тоже на остров обратным рейсом вернулся, вместе с нашим фуражиром и преподами. А эмиссар наш гордо продемонстрировал преподам купленные пряники да конфеты.

Теперь, значит, задача – как горючку у мужика из деревни забрать и незаметно в барак доставить. Преподы-то нас ой как хорошо знали, чуяли подвох, на стрёме были. Всех, кто с сумками в барак заходил, останавливали и шмонали. А дело уж к вечеру идёт... Пригорюнились мы. Как же так, и водочка есть, и близко, и наша – а никак её не взять. Опять же, надолго ли у мужика того терпения хватит, на такое наше богатство-то любоваться? Ведь позарится он, рано или поздно...

И тут меня осенило. Взял я здоровенный бидон сорокалитровый, с которым мы за водой ходили, да и пошёл, будто к роднику. А сам – боком, боком – и в деревню. Забрал у мужика бутылки, каждую обмотал полиэтиленом, в бидон их засунул. Дошёл до родника. Бидон водой залил, на горб взвалил и, пошатываясь от такой тяжести, в барак поплёлся. А в окне второго этажа, уж вижу, начальник практики торчит, как кукушка из часов – окрестности озирает, меня поджидает. Увидел – и бегом вниз. Встречает в дверях, ехидно улыбается. Ну – говорит – колись, куда ходил? Я – дык вот, вот она, водичка-то родниковая, полный бидон. Хмыкнул он недоверчиво, приподнял бидон, покачал – да, тяжёлый, и стекло не звякает, бутылки друг о друга не стучат. Застёжки с крышки снимать не стал, так пропустил.

Через час спустился он к нам на этаж, хотел что-то про планы на завтра сообщить – и глазам не верит: все уже в зюзю бухие, за столом сидят с красными рожами, весёлые, матерную песню горланят. Он прямо опешил, только и спросил: - КАК...? И обратно ушёл.

А у нас уж дым коромыслом, и всё нам пофиг. Долго ли, коротко, но коснулся разговор одной студентки нашей – девчонки вроде бы и неплохой, но уж оооучень страхолюдной. (Забегу вперёд: она потом специально на дальнюю северную метеостанцию распределилась, где уж наверняка одни мужики - и попала, бедняга, в маленький, сугубо женский коллектив, сформировавшийся по этому же самому принципу сплошь из её таких же товарок по несчастью). И вдруг говорит один из наших, размякший и подобревший: а вот жалко мне её, мужики, ей-ей, жалко. Она ведь никогда не то что... это самое... она ведь даже "его" живьём не увидит. Это ж разве жизнь? Так давайте мы её пожалеем, штоле?

Тут и самые пьяные встрепенулись, согдрогнулись – ибо уж очень страшна была эта особа, и нет в природе такой дозы, после которой на этакий подвиг сподобишься. Ты чего же это – говорим – совсем уж допился, брат? Офигел? Что предлагаешь-то, сам подумай! Вот сам и "жалей"! А парень этот только усмехается – да нет, нет, мол, мужики... не так вы меня поняли, на такое-то и впрямь никто не решится, сколько водки ни стрескай. А давайте мы того... ну, пока в кураже... просто покажем ей! Все вместе, во! Это ж будет ей на всю жизнь воспоминание. Да вон она, гляньте в окно – как раз в туалет пошла.

И до того был народ наш уже хорош, что предложение это показалось нам очень даже дельным, вполне себе гуманным и альтруистичным, и в чём-то даже жертвенным и благородным. Сказано – сделано. Накатили мы ещё, высыпали наружу гурьбой, подошли к покосившемуся туалету "типа сортир", встали в шеренгу – и все пятеро разом вытащили. Стоим, значит, как перед психической штыковой атакой, строем, с оружием наперевес. Ждём.

И вот медленно открывается дверь туалета – и выходит оттуда... начальник практики.

Стал он как вкопанный. Медленно нас оглядел. Выматерился.
Головой покачал. Рукой махнул. И пошёл восвояси.

30.

История о законодательстве в Германии навеяно.
Скорее поучительная, чем смешная.
Не успев защить магистерскую, пригласили меня на работу в Дойчляндию (Германию), аккурат в это же время 12 лет назад. И так я сему факту обрадовался, уехав из прекрасного Киева с нищенскими по тем временам доходами, на чужбину, что на первую же буржуйскую зарплату купил новенький cd плеер панасоник, телефон нокия и фотик canon и распечатку похождения Геральта из Ривии (не было тогда еще планшетов). Сложил все это в тоже новенькую сумку. И вот с этим барахлом и поехал на электричке к корешу своему на юг Германии в Констанц.
Гуляли мы там на славу, это отдельная история, а моя, про то, как "уставший" я вернулся рано утром в понедельник назад домой и прямо с поезда, думаю, заскочу в квартиру, залезу в душ с дороги, переоденусь в свежее и на работу, арбайтен.
Уже выходя на работу, с той самой сумкой, даже не успев ничего выложить, выбежал на улицу.
Смотрю, мама дорогая, сегодня ж день большой уборки. Когда "город" бесплатно вывозит все старье, которое скопилось у бюргеров и которое бюргеры выносят на улицы - холодильники, телефизорвы, мебель и прочую домашнюю утварь - зачастую все рабочее и вполне в хорошем состоянии. Ну я думаю, ок, мне как раз домой столик нужен и стул, а из соседнего офиса выставили очень даже приличную офисную мебель. Не долго думая, возвращаюсь домой, поднимаюь на второй этаж, вещаю сумку на ручку двери и бегом вниз за наживой.
Притащить стол и стул к двери дома заняло пару минут, поднмаюсь к себе, взять ключ от подвала, чтоб все это пока там спрятать, а сумки НЕТ!
Я свято верил, что в Германии везде большой орднунг (порядок) и никто не ворует, ага, наивный.
Как же так, думаю, я ж и не отходил то от дома по сути, кто мог мою сумку взять. Смотрю, ребята какие-то стиралки в бусик грузят - русские.
Я к ним - ребята, говорю, вы тут никого с серой сумкой не видели.
Нет - отвечают.
Говорю с меня ящик пива, если сча разделимся и вокруг квартала, наверняка, тот, кто взял - далеко не ушел.
Прониклись - разбежались, через 10 мин встречаемся, никто никого с сумкой не видел.
Ну что ж - бывает, сам растяпа, минутное дело было, открыть дверь и сумку в квартире оставить.
Зашел домой, повзонил на работу, предупредил, что опоздаю и побрел в полицейский участок писать заяву.
Все ж таки 700 марок сперли, не мало.
Написал заяву, что пропало и поехал на работу. Че-то в тот день не програмилось, мысли были о другом, корил себя.
В итоге ушле домой с обеда и думаю, ну наверно все ж кто-то из дома свистнул. Вряд ли кто-то с улицы зашел, поднялся на 2-й этаж, чтобы мою сумку спереть.

Стою на лестнице и спрашиваю возвращающихся с работы соседей, мол, не видели или слышали они чего?
Одна итальянка сказала, ну на 3-м живет там гей, и дружок у него новый, жена он ему. Тьфу, мерзость какая. Вот он и мог. И надо же, не прошло и 5 минут, как спускается заморыш, я у него тоже спрашиваю, мол знаешь, видел???

Он мне сразу подозрительным показался, а тут как-то воровато оглянулся и быстро бросил, мол ниче не знает и бегом на выход. Я ему вдогонку - а вот соседка видела, кто сумку взял, вот я и думаю, сам вернет или полицию звать.
Это чудик завис и потом вернулся назад и говорит - я тебе все верну, только не сдавай ментам.
Ах ты ж падла, думаю. А сам, ему, ну ладно, давай назад все мое нажитое непосильным трудом. Он - не могу, я утром на работу шел, вижу сумка, думал, кто-то выбросил, ведь день большой уборки!!!
Я чуть не охренел там! Говорю, ты что, чудак (на букву М), не понял что сумка новая и в ней фотик, телефон и плеер на вид тоже новые - вряд ли кто такое выбросит, разве что психопат какой. Чтоб завтра все принес!, говорю.
Ну он ушел, а я вызвал полицаев, и когда тот дурик вернулся, они его уже ждали. Он во всем им признался и на след день вернул сумку, правда без плеера и телефона - успел продать их барыга. Ну а дальше был суд, и мне все вернули. Причем сразу все суммой на счет, просто автоматом оформив кредит в банке на этого эдика, которого заставили на общественных работах отрабатывать и возвращать банку деньги. Соседи после этого стали со мной здоровваться все, потому что соседство с эдиками им тоже не по душе было.

31.

Утилизационному сбору - посвящается...
Долго думалось об сборе, который ввело украинское правительство на автомобили.
Этот шаг в очередной раз показал, что руководство не дорабатывает.
Если подумать, то любую вещь ведь рано или поздно надо будет разобрать, то есть утилизировать.
Регулярно окончательно выходят из строя холодильники, стиралки, бобилки.
За них так же необходимо при покупке брать деньги.
Апофеозом должно стать введение утилизационного сбора при рождении ребенка. Он ведь вырастит и когда-нибудь помрет. Чем больше детей - тем больше сумма сбора!
Правительству еще работать и работать.....

32.

Это произошло в начале лета 1990 г. Литва объявила о восстановлении независимости (со всеми атрибутами: своими властными органами, границей и т.д.). Я работал прокурором района и замещал ушедшего в отпуск шефа. В полиции происходит ЧП: из помещения "иваси", отломав прогнившие доски пола и сделав подкоп (благо песок), "уходят" 2 подсудимых. Трижды судимый "спец" и 16-летний воришка, назовём его Арвидас Н., (случайно посаженый к "старику"). Им не повезло - попали в вольер к четвероногому полицейскому, которого не подкупишь. Но, и очень повезло, т.к. старый, заслуженный пёс буквально за неделю до побега "ушёл в леса Великой И Вечной Охоты", поэтому вольер пустовал. "Старика" нашли через час, в местном кафе. Он логично объяснил, что только хотел покушать нормальной пищи и вернуться в родной "иваси". А вот пацанёнок исчез, как в воду канул. Искали дома (семья большая, часть уже "сидит", и, конечно заверили, что его не видели. Парень - не убийца какой, его чуть-чуть поискали и дело заглохло. Рассчитывали, что его опять быстро "возьмут" на очередной краже. Оказалось - фигушки. Парень не проявился и через месяц, и через два. Тут приходит ко мне работница паспортного стола и просит указать ей, что делать, из тогдашней Украинской ССР (область и район не назову, причину поймёте) получили письменный запрос о пересылке данных на одного "товарища" (назовём его Антанас Н.) для его регистрации по месту его нового проживания. Все бы было ничего, но у нас в то время строго смотрели, чтобы литовские адреса писались не Литовская ССР, а Литовская Республика. Запрос показался ещё более странным, т.к. Антанас на данный момент не мог менять места прописки ещё года два (я был обвинителем в его деле) - "отдыхал на зоне" и никуда он не делся. Червячок сомнения и догадки закрались в наши души, но на конверте было написано Литовская ССР, город ... (приграничный с Польшей), начальнику паспортного стола. Все конверты с адресатом "ССР", по нашим гос. указам, сразу шли в мусорный ящик. Такая судьба и была у конверта с запросом. Через месяц приходит повторный запрос с той же просьбой. Адресат: Литовская Республика, ..... район ......, улица..., Господину начальнику паспортного стола.... Настырность запросов о новом месте регистрации слегка удивила, т.к. Антанас всё ещё "сидел" в колонии возле Каунаса. Посоветовал запросить по телефаксу фотографию Антанаса (тогда ещё работала такая система связи по системе МВД СССР). Очень быстро принесли фотоответ из Украины: на нём сиял образ сбежавшего Арвидаса Н. Всё стало на свои места: сбежавший Арвидас, забежал домой, взял паспорт старшего брата (где-то 23-24 лет), рванул к дальним родственникам в Украину. Там, по советским правилам, для регистрации (прописки) подал пачпорт брательника. Разница по возрасту и лицу очень видна, но украинцы - люди добрые, не придали этому большого значения. Тем более, что Арвидас прописывался у очень уважаемых людей (интеллигентов) по причине взаимной любви с дочкой хозяев. Пока шла переписка с нами, Арвидас женился на той красавице (в самом деле она была КРАСАВИЦА!) и даже начал размножаться.
После короткого совещания с начальником полиции, было дано задание ЛЮБЫМИ способами доставить "клиента" в казённый дом. Для этого были подобраны два наиболее смышленых полицейских. Проблемы были с проездом в Донбасс (полицейское оружие, наручники и др. спец.средства везти через УЖЕ ГРАНИЦУ) и собственно доставкой "товара" домой. Парни были ушлые, решение вопроса экстрадиции возложили на 3 (три) или 6 литров (в 3-литровых банках) туземного виски (в простонародьи - самогон), а наш район в те времена на всю Литву славился качественным "вискарём" из ржи. Оружие и всё другое решили провести на авось (удалось). Приехав на место, представились местному милицейскому начальству... Украинцы были поражены качеством "слезы" и копчёностей и говорили, что за выпитые "такие"(!!) 3 литра, они могут отдать нам не только Арвидаса, но и голов 10-20 местных жуликов.... Очень рано утром наших парней доставили по нужному адресу. Позвонили. Им открыли. Представились, вошли. Арвидас как раз оказался перед ними, собирался на работу (кстати, о воровском прошлом он полностью забыл, стал примерным гражданином... Оказывается, честно жить можно, если хочется). Увидев наших полицейских, он всё понял и от шока заплакал. Родственникам всё объяснили.
Последнюю попытку сбежать он сделал в поезде, но полицаи были начеку.
За это, в отместку, они ему обьяснили, что пусть не переживает: "сядет" лет на пять (так и было)... Брательник через 2 года вернётся, по своему паспорту узнает, что женат на красавице (ведь ты же сам в украинском ЗАГСе дал его паспорт!, там и штампик есть соответствующий) - будет "охаживать" твою жену....хотя, получается - свою. А ты, получается, как бы и не причём....
Много воды утекло с тех пор.

33.

Реклама парфюмерной продукции

1 сентября 2013 г., федеральные новости. Показывают девочку-первоклашку, которую везут в школу. Фраза журналистки: "Ну вот сейчас лёгкий макияж (девочке! 6 лет!) и можно идти знакомиться с одноклассниками..." Не рано ли ей флиртовать? Может стоит всё-таки подождать до окончания школы? Ведь тысячи девчонок в этот вечер сказали своим мамам: "Посмотри, а ей - разрешают! Это вы [родители] у меня такие не прогрессивные! КУПИ мне помаду, тени и тушь! А то я - не как все... И всё из-за вас!"

34.

ДИКИЙ ЗАПАД

"Справедливость без силы и сила без справедливости - обе ужасны"
(Жозеф Жубер)

Эта, мелкая история дворового значения, произошла с моей старинной подругой по имени… но поскольку она отчаянно желала сохранить свое инкогнито, а стало быть и жизнь, назовем ее редким женским именем Андрей.
Парковочные места во дворе у Андрея делились на три категории:
1) Гостевой карман для десяти везунчиков – эти козырные места реально было занять, если только нигде не работаешь, а с заведенным мотором весь день поджидаешь, что кто-нибудь вдруг уедет (хотя дураков нет, кто же покинет такое парковочное место? Уж лучше пешком на дачу уйти)

2) Несколько мест похуже в так называемой – колесоснимательной зоне. Закуток темный и глухой, к нему даже дом боком повернулся, чтобы окна его туда не глядели. В этой зоне частенько происходил неравноценный обмен - машины засыпали на новых колесах, а просыпались на старых кирпичах.

3) И наконец те автомобилисты, которые не вместились в первые две категории, вынуждены были привязывать своих коней, просто вдоль улицы. Колеса там не снимут, но машину эвакуировать – это уж раз плюнуть.

И все было бы еще терпимо, если бы не два, очень не тактичных человека.
В отличие от всех жителей дома, проблему парковки эти двое решали ковбойскими методами. Один прокалывал колеса каждому, кто становился на «его» место, а на вопрос грустного человека с дырявыми колесами:
- Но позвольте, почему Вы считаете это место своим, я ведь его первый занял?
Ковбой отвечал:
- Закрой свою индейскую пасть, это место мое, потому что это единственное место на парковке, которое видно из моего окна. Еще вопросы будут?

Вопросов, ни у кого из краснокожих, не возникало, ведь ковбой этот был то ли бандитом, то ли еще хуже – шерифом.
Короче «его» место всегда было свято и пусто…

Второй ковбой действовал несколько иначе, но не менее решительно. Он подъезжал к парковке первой категории, выбирал себе жертву, просто цеплял ее тросом и выволакивал своим джипом из ряда, как ротный старшина выволакивает из туалета, уснувшего на унитазе молодого солдатика.
С этим ковбоем тоже никто не хотел связываться, по двум веским причинам.
Во первых, у него были дерзкие земляки, а во вторых, этих земляков было, как земляники в сказочном лесу…
Себе дороже.
Таким образом, каждый индеец знал, что если на парковке осталось больше двух свободных мест, то ему повезло, а если только два, то увы - они ковбойские…

Между собой благородные ковбои не бодались, а соблюдали холодный нейтралитет, они опасались и ненавидели друг друга, даже не здоровались.

Вот однажды, моя подруга Андрей, захотела в два часа ночи отвести свою маму в аэропорт, а машина ее, как раз стояла около ковбойского джипа.
Пригляделась Андрей и ахнула – джип немного, но все же наглухо перегородил выезд ее огромной мужской машинки.
Женщины запаниковали - до регистрации на рейс оставалось не так уж и много времени, но о том, чтобы разбудить страшного ковбоя, не могло быть и речи.
Андрей даже заплакала от обиды, оставалось только выходить на проспект и ловить такси.
Выволокли чемоданы на дорогу, видят – едет трактор а в нем кучка сонных гастарбайтеров. Андрей грудью остановила трактор и за смешные деньги подбила парней на подвиг.
Ребята в оранжевых жилетах, как пчелки облепили бампер ковбойского джипа, поднатужились, подняли передок и сантиметров на десять, аккуратно переставили в сторону, даже сигнализация не сработала.
Андрей с мамой были спасены, они благополучно выпорхнули из западни и умчались в сторону Шереметьево, гастарбайтеры тоже продолжили свой жизненный путь на тракторе, но цепная реакция уже была запущена…
Рано утром проснулся ковбой номер один, подошел к своему Мерседесу и увидел, что джип ковбоя номер два, нагло закрыл ему дорогу. Совсем немножко, на полвареника, но все же выехать помешает зеркало (Парни в оранжевых жилетах мал-мала перестарались)
Видимо ковбой номер один давно ждал и готовился к этой войне, он молча открыл багажник, извлек из него биту, с одного удара начисто снес джипу зеркало и уехал.
Вечером того же дня, второй ковбой встретил первого на въезде во двор и вместо «здрасьте», сходу провалил Мерседесу лобовое стекло. А дальше цепная реакция и вовсе вышла из под контроля…
Веселый выдался вечерок: покореженные дорогие машины, выбитые зубы, сломанные руки, крики подоспевшей земляники, полицейские сирены, новая злая земляника со свежими клятвами и угрозами, шерифы, наручники, жуть.

В итоге - обоих ковбоев увезла скорая, а их машины растащили по автосервисам.

Теперь на некоторое время парковочных мест во дворе стало на два больше, мелочь, а индейцам душу греет…

35.

Вот те раз... Так начинаю свой рассказ: как не легко любовникам сейчас.
Мужья уж в край как охамели, зверей по хуже озверели.
Всё норовят застукав, тот же час, любовнику жены заехать в глаз.
Не предлагая кофе, чая, стоит сохатый и права качает.
И с ним когда-то, так случится может тоже.
Тогда поймет что был не прав, схватив чертей по наглой роже.
Короче ночью не спалось, всё так прекрасно начиналось.
К рассвету время приближалось, как в двери что-то постучалось?..
Настойчиво, и долго так, сбивая наш не спешный такт.
Так получилось что на зло, домой явилось пьяное мурло.
Оно явилось рано, это факт, прервав не театральны акт.
Ввалилось в дом, где Боже мой, нос к носу встретилось со мной.
Муж был не трезв, жена нагая, а за окном Палкан - собака злая.
В окно ни как не сигонуть, переградил Палкан к спасенью путь.
Что делать, не пойму, не знаю, молитву всё в уме читаю.
И подбирая нужные слова, стою одет в изделье номер два.
Стою пред ним, смущаясь, и писать хочется признаюсь.
Как убежать? Да кажется ни как.
Мужик щас злее ста собак.
Вот он пошел, напористо, и твердо, ох будет чувствую, разбита моя морда.
Вот шаг, ещё, и муж упал... Повержен был он алкоголем... Я жив, и этим я доволен.
Лежит, храпит, как боров, хряк, не встать ему уже никак.
Так алкоголь, казалось зло, а жизнь спасает нам любовникам - бухло.
Когда ведь пьешь, везде, и с кем угодно - В постеле рядышком с женой, другому место от тебя свободно!
(с) Катан Виктор

36.

Ненавижу корпоративные праздники, схожи они с публичным раздеванием и хождения царей в народ. Начальники спускаются с небес своего, положенного им по должности и прошлым заслугам ( кто за лизоблюдство, а кто и за поддержку политики руководства и постоянной ежесекундной верностью) положения, заигрывают с подчиненными, демократничают, рвут рубашку на груди: "Мол, свой, я свой! Из народа, как и Вы!" При этом лихо хлещут подлитую в рюмку минеральную воду, косясь по сторонам и замечая, кто с кем, когда и как. Это называется изучать коллектив, узнавать, как он живет и чем дышит. По барски смотреть на подпивших сотрудников, что б по окончании пьянки за счет черт знает какого бюджета, обнявшись с пьяным сотрудником видеть слезы умиления на его лице: "А, ведь шеф ничего мужик, свой парень! Дрючит, бывает, меня ни за что, так ведь это его работа, не он так другой, а от этого даже приятно. Свой, нашенский и водкой от него пахнет!". Проституция, проституция и педерастия вот что такое корпоративный праздник за счет фирмы. А в первый рабочий день, вызовет шеф своего человека, который еще только доказывает верность, расспросит его (он ведь уехал раньше, чтоб не стеснять народ, дать ему разгуляться) с любопытством подъездной сплетницы: "Что, мол было после меня, кто где упал, что поломал? Вальяжно, скажет оплатить поломанные фужеры и разбитые зеркала, тонко намекнув при этом виновнику кутежа, что он должен понимать кто, приказал оплатить эти шалости. Теперь подчиненные. Все, тут правит халява и инстинкт несуна, хоть в желудке но все унести с собой: водку из всех бутылок, куриные крылышки со всех тарелок и мысли:" Может моей собачке косточек завернут-все равно пропадет!"Тем кому за пятьдесят после пятой-халявной неожиданно сбрасывают три десятка лет и истерически заходятся в танце с молодыми сотрудницами, которые после бокала дерьмого вина("не зачем деньги тратить на вино, пусть хлещут водку-эстэты-бля") спрятав очки от посаженных компом глаз, в сумочки, и близоруко улыбающимися и от того глубоко красивыми глазами не могу отказать(как бы потом не вспомнил) заходятся в танце. "Ветеран" танцует как в последний раз в жизни, нет он танцует как раньше воевал его отец и дед в отечественную и гражданскую, до победы, до полного изгнания противника с родной земли! Ничего, что потом ноги болят, и в саду неделю работать не сможет, зато орел, конь, и яйца у него еще о-го-го! Молодежь, та что считает себя временными на этой говенной работе тасуется отдельно, и на весь этот "гламур" смотрят с высока. Пьют мало: общество не то, да и музыка. Музыка не та, жаль наушник не воткнешь в ухо! Постоянно звонит сотовый, в разговоре многозначительные паузы и даканье. Звонит телефон постоянно, как доказательство успеха в обществе: как я востребован и нужен. Вот такой праздник. профессиональный: кто напился, кто продался, кто отдался об этом знает только служба безопасности, но она важно хранит молчание и лишь через недельку начнет опровергать ими же запущенные слухи: Кто кого, как, и в какой комнате, и на каком столе, и для чего служил там биллиардный кий! Не праздник, а блядство души! Прости господи раба твоего, достойного члена этого коллектива с удовольствием пьющего нахаляву и жующего бутерброд с красной икрой, который вырвал у соседки слева (ей надо похудеть- потом бутерброды жрать) пусть свеклу с чесноком поест все рано целоваться не будет! Как я вас всех люблю, мой дорогой коллектив, я ваш член!

37.

Р

У полненькой, курносой блондинки Ольги на лбу было написано, что она круглая отличница и перфекционистка.
Я, конечно не проверял, но наверняка и в ее аттестате имелась только одна фраза:
- «Надпись на лбу подтверждаю»
Подпись, печать…
Оля, как заботливая наседка стремилась опекать всех вокруг себя и это было очень ценно, ведь мы занимались самым изнуряющим психику занятием – поступлением в институт.
Кто поступал при конкурсе 16 человек на место, тот не даст соврать.
Оля назубок вызубрила историю и литературу, казалось, что она знала всех опричников по фамилиям, прозвищам, предпочтениям в оружии и размерам сапог, а уж Павел Власов, так и вообще был Олиным одноклассником…
Уже провалившиеся на экзаменах, все как один, приходили порыдать на ее материнской груди, Оля нежно гладила бедолагу по голове, приговаривая:
- Ничего, ничего, подготовишься получше, а на будущий год опять подъедешь поступать, тогда все получится. Вот увидишь, главное не отчаиваться.
Да что там говорить, она даже собственноручно «шпоры» нам писала и это не смотря, на то, что все мы друг другу были злейшими конкурентами. Святая женщина:
- На, тут у тебя будут всякие довоенные даты, а тут за манжеткой положишь «НЭП» Мне в деканате девчонки сказали, что по НЭПу гоняют почти всех. Ну, ни пуха. Да, и о пятилетках не забывайте – Что? Когда? И как они назывались? Кто не помнит, вот у меня листок. Подходите сюда к окну, стойте, учите, должны успеть…

Наконец, позади мои экзамены по литературе, специальности, вот и из кабинета истории я выскочил с пятеркой. Все волнения позади, я не верю своему абсолютному счастью - на этот раз – вроде бы поступил…
Но радостная и возбужденная толпа в коридоре, не спешила разбегаться в лето, все терпеливо стояли и ждали нашу святую Ольгу. Никто, конечно же, не сомневался, что она сдаст на пятерку, но все же. Ведь каждого из нас она так или иначе «подогрела», кого учебником, кого запасной ручкой, кого датами, и всех без исключения – добрым словом.
Но что такое, почти все вышли из кабинета, а ее все нет и нет, подсмотрели в щелку – сидит, лицо печальное, готовится. Самая последняя…
Всем стало очень волнительно. Неужели наша Оля окажется сапожником без сапог и завалит историю?
Наконец открылась высокая дверь и выпустила Зареванную Олю. Тело ее подрагивало от сдавленных рыданий, тушь побежала по полненьким щечкам.
Мы и сами чуть не разрыдались…
Я спросил:
- Оля, что? Тройка?
Она не могла говорить и только повертела головой.
- Двойка?
И тут Олю прорвало и она задыхаясь от горя ответила:
- Пять.
- Пятерка? Так чего ты, дура, ревешь и нас пугаешь!?
Она оторвала платочек от лица и вдруг громко сказала:
Р-Р-Р-ыба!!! Н-Р-Р-Р-авится!?
И это ее «Р-Р-Р» было таким ленинским, таким детским, веселым и раскатистым, что мы не смогли сдержать смех и от этого Ольга зарыдала еще громче.
К тому моменту, мы знали Олю недели две, но даже и не догадывались, что до сих пор никому из нас, она еще не сказала ни одного слова с буквой «Р-Р-Р» Мозг ее всегда работал как мощнейший компьютер и без пауз, в реальном времени строил фразы так, чтобы ни разу не проскочила эта ненавистная «Р-Р-Р».
Но любой компьютер рано или поздно упирается в непосильную задачу и зависает, причем в самый неподходящий момент.
Экзаменатор остановил феерический ответ на первый вопрос и попросил переходить ко второму.
Оля похлопала глазками, но компьютер дал сбой, он уже ничем не мог помочь и тогда ей самой пришлось блеять что-то несуразное:
- До появления Иисуса на белый свет оставалось еще не одно и не два, а чуть больше тысячелетий. Где-то на два больше одного. И вот, на том месте, где находится нынешний Кавказ, имеется очень высокое место, почти самое высокое, вот возле него и возникло это …общество…
Экзаменатор снял очки, удивленно вскинул бровки и наконец остановил сей глубокомысленный ответ:
- Послушайте, успокойтесь, соберитесь, вы так хорошо отвечали на первый вопрос, что я уже подумывал поставить вам пятерку и отпустить, но с таким ответом выше двойки… Что с Вами случилось? Сосредоточьтесь и скажите что-нибудь вразумительное по данному вопросу, я ведь должен оценивать ваши знания. А не слезы.
Тогда Оля с ненавистью посмотрела на преподавателя и с вызовом за-Р-Р-Р-ычала:
- В т-Р-Р-Р-етьем тысячелетии до нашей э-Р-Р-Р-ы, в п-Р-Р-Р-едго-Р-Р-Рье го-Р-Р-Р-ы А-Р-Р-Р-а-Р-Р-Р-ат об-Р-Р-Р-азовалось госуда-Р-Р-Р-ство У-Р-Р-Р-а-Р-Р-Р-ту!!!

Наверное, никто из присутствующий так в жизни раньше не смеялся.
Смех – смехом, а ведь с тех пор прошло уже почти четверть века, но и сегодня любой из нас, тогдашних абитуриентов, услышав слово – «Урарту», наверняка по-доброму улыбнется и без запинки ответит: Что это за Урарту? Когда? С чем его едят и у какой горы оно образовалось…?

38.

БЕДНЫЙ КЛАУС

Бедняга Клаус, невзирая на свой почтенный возраст, был исключительно здоровым человеком. Никаких печеночных и прочих недостаточностей, никакой нехватки кальция, но что самое удивительное – все зубы свои и ни единого намека на кариес. Да что там кариес. Клаус, несмотря на не самую легкую жизнь, дожил почти до пятидесяти, но так и не заимел, даже самого скромного шрамика, или ушиба на голове, а это большая редкость.
Вот только с везением у Клауса были большие проблемы…

Эта история началась ровно сорок лет назад в Подмосковье.
Пионер Коля, поехал с ребятами рыбачить, купаться и загорать. Принялись они копать червей, как вдруг наткнулись на металлическую пряжку с таким рисунком, за который директор школы с любого пионера, мог бы моментально снять красный галстук и вызвать родителей. Ребятишки заинтересовались, ускорились, углубились и вскоре докопались до серо-коричневых костей, пуговиц, черепов, ложек, остатков сапог и ржавых немецких касок.
Это оказалась наспех устроенная братская могила десятка немецких солдат.
Пионеры с перепугу позвали взрослого, тот, конечно же, наказал ничего руками не трогать, а сам побежал звонить в милицию.
Но девятилетний Коля, ослушался инструкций взрослого, он никак не мог оторвать взгляда от зияющей черноты глазниц одного из немецких солдат. Снял Коля с себя футболку, завернул в нее череп и под шумок, помчался с ним домой.
Родителям рискнул показать только через месяц, все дожидался благоприятного настроения. Не дождался.
Папа был категорически против немецкого черепа в квартире, мама, еще под вопросом, но скорее всего – тоже против, просто у нее речь ненадолго отнялась и ноги подкосились.
А пионер Коля катался в рыданиях по полу, доказывая родителям все преимущества наличия в доме головы убитого немецкого солдата, но родители были суровы и непреклонны, и тогда хулиган и двоечник Коля, пустил в ход последний аргумент:
- Мама, Папа, давайте так – если я получу хоть одну двойку по любому предмету, то сам эту голову отнесу на мусор, а пока не получил, то пусть она лежит, хотя бы в подвале в посылочном ящике…
Несмотря на кощунственность ситуации – это было неплохое предложение и родители со скрипом согласились, ведь они знали наверняка, что их оболтус, завтра же, как миленький нахватает «пар» и «колов».
Но, Коля не нахватал. Он держался из последних сил - тянул на уроках руку, делал все домашние задания, не прогуливал труд и физкультуру, понимал, что родительское слово – кремень и все зависело только от него самого.
В его простенькой пионерской жизни, никогда раньше не было чего-нибудь настолько же неигрушечного и настоящего, как человеческий череп, да еще и немецкий – это практически, как иметь бивень мамонта и не просто мамонта, а мамонта - фашиста…
Каждый день Коля вызывался сходить в подвал за картошкой и подолгу там сидел, разглядывая свое богатство, а однажды он спросил у мамы:
- Мама, а как мое имя будет по-немецки?
- Ну, наверное - Клаус, а что?
- Клаус? Не плохо, мне нравится. Буду звать его Клаус, а то все - череп, да череп…

Прошли годы, Николай (спасибо Клаусу) почти на отлично закончил школу и без всякого блата поступил в медицинский институт, хотя до этого, врачей в Колином роду не наблюдалось.
В веселые студенческие годы, Клаус помогал своему другу как мог – служил ему наглядным пособием, пару раз вполне убедительно сыграл в студенческом театре роль бедного Йорика, и даже помог Николаю защитить кандидатскую…
Спустя много лет, Николай Сергеевич, стал доктором наук и очень хорошим детским врачом, а старина Клаус, уже давно не пылился в сыром подвале в посылочном ящике, а спокойно спал в старинном письменном столе. Даже старенькую маму Николая, Клаус уже не пугал, наоборот, она относилась к нему, как к дальнему родственнику и была благодарна ему за то, что когда-то, он так или иначе, заставил сыночка взяться за (свою) голову…
Однажды в гости к Николаю Сергеичу заглянула младшая сестра с сыном-тинейджером. Пока Коля с сестрой возились на кухне, племянник вытащил Клауса, схватил со стола чернильную ручку и не долго думая, нарисовал на черепе эсэсовские молнии и свастику.
Николай пришел в бешенство, он наорал на племянника, кричал, что это скотство, кощунство, и все в таком же духе, и когда гости разошлись, Коля принялся спичечными головками отчищать Клауса от похабных рисунков и тут он вдруг подумал: - Племяш мой, конечно, законченный балбес и циник, но чем же я лучше него? Я ведь и сам, уже сорок лет издеваюсь над трупом бедного Клауса, не давая ему покоя… Да и что я про него знаю, кроме того, что у него было богатырское здоровье, чуть лопоухие ушные раковины и того, что он погиб под Москвой? Ничего. Я даже имени его не знаю…
Бывший пионер Коля напряг все свои связи и попытался узнать - Куда сорок лет назад подевали останки немецких солдат из той братской могилы? Но так ничего и не выяснил. Ему объяснили, что, скорее всего, чтобы не поднимать ненужной огласки, их увезли куда-нибудь на свалку и затрамбовали катком…
И тогда Николай Сергеевич списался со своими коллегами - врачами из Германии, объяснил ситуацию и… не прошло и месяца, как под его окнами припарковался огромный серебристый автопоезд, похожий на самолет и из него вылез толстый усатый немец. Немец поздоровался с Николаем, взял в руки коробку с Клаусом и осторожно открыл ее.
Николай Сергеевич заранее принял лошадиную дозу валокордина и предпринял нечеловеческие усилия, чтобы не разрыдаться, прощаясь со стариной Клаусом.
Успокаивало только то, что этот толстый немец - дальнобойщик, был единственным человеком, кто за последние сорок лет, так же трепетно отнесся к Клаусу, как и сам Коля…
Умом-то Коля все понимал, но его душа никак не могла примириться с тем, что Клауса нужно вот так взять и вдруг зарыть в грязную землю. И почему сейчас? Может еще парочку лет подождать? Ну что с ним может случиться, он ведь уже сорок лет все смотрит на нас глазной чернотой и улыбается своими белыми, здоровыми зубами?
Автопоезд на прощанье душераздирающе посигналил и уехал… а бывший пионер Коля, сразу почувствовал, что на душе у него стало пусто, грустно и одиноко, но легко - легко, как космонавту на Луне…
Вскоре позвонили коллеги из Германии и сообщили, что Клаус со всеми воинскими почестями был торжественно похоронен на воинском кладбище в братской могиле.

P.S.

Пока мы, с моим, изрядно заболевшим сыном сидели в кабинете в ожидании результата анализа крови, доктор Николай Сергеевич курил и рассказывал мне всю эту историю…
(Сегодня, спустя неделю, мой Юрка уже почти совсем выздоровел - тьфу, тьфу, тьфу, и все благодаря глубокоуважаемому Доктору и убитому под Москвой немецкому солдату Клаусу…)
Прощаясь, Николай Сергеевич задумчиво улыбнулся и очень серьезно сказал:
- Можете обо мне думать что хотите, но рано или поздно, я, так или иначе, съезжу к своему Клаусу на могилку…

39.

Из книги Владимира Фридкина

Одним из оппонентов на моей докторской защите был профессор Федор Федорович Волькенштейн. Близкие звали его Фефа.
...
Однажды, будучи за границей, я купил и прочитал книжку дочери Сталина “Двадцать писем к другу”. Светлана Аллилуева в своей книге, естественно, не раскрыла имя друга. Сказала только, что он — известный физико-химик. Я, как обычно, в Шереметьево струсил. Побоялся протащить книгу через таможню. В Москве рассказал об этом Фефе, пожалел о книге.

— Этому делу легко помочь, — сказал Фефа. Он достал с полки две книжки. — Вот эту книжку дарю тебе. А этот экземпляр она мне подписала. Ведь известный физико-химик — это я.

И Фефа рассказал о дружбе со Светланой Аллилуевой. Светлане хотелось рассказать об отце, о гибели матери, о своей жизни, жизни советской принцессы в золотой клетке. Фефа посоветовал ей написать все это в форме писем к нему. В интимные подробности этой дружбы он не вдавался, а я не спрашивал. Сказал только, что благодаря Светлане он рано выехал за границу, и сразу в США. Правда, не один, а в составе делегации. Было это в пятьдесят четвертом, а может быть, в следующем году. За Фефу Светлана хлопотала перед Хрущевым. Как-никак, а приемный сын самого Толстого! Фефа рассказал, что в Нью-Йорке в отеле “Halloran House” случился скандал. Руководитель делегации, человек с Лубянки, потребовал, чтобы мужчин селили в номера по двое. А дежурный администратор никак с этим не соглашался. Дескать, неудобно, неприлично. В делегации по-английски кроме Фефы никто не говорил. Тогда Фефа сказал на ухо администратору, что прибыла советская делегация сексуальных меньшинств. Администратор был поражен. Но советские гости были в новинку, и их разместили, как требовалось.
---------------
Так вот где таятся истоки всеобщей убежденности о нетрадиционной ориентации власть предержащих в России!

40.

СПЕЦОПЕРАЦИЯ

«Хотели как лучше, а получилось как всегда…»
(В.Черномырдин)

Вчера эвакуировал с дачи старого друга – бывшего КГБэшника Юрия Тарасовича. За это я был напоен крепким чаем, накормлен плюшками и снабжен жуткой историей сорокалетней давности. Чай и плюшки мне, а историей, так уж и быть – поделюсь. Лично у меня от этой истории непроизвольно подкосились коленки.
Женщины могут слушать ее подхихикивая – им не понять. А вот мужчинам я бы порекомендовал встать в футбольную стенку и на всякий случай прикрыть свое беспокойное хозяйство, ведь речь пойдет именно о нем…
В один прекрасный, теплый советский денек, политбюро ЦККПСС объявило решительную борьбу с разного рода религиозными сектами и тому подобными кружками по интересам.
КГБ ответил: «Есть!» и со всей чекистской ответственностью принялся рыть вглубь и вширь по всей стране.
Оперативные данные указывали на то, что в одном невыдающимся районном центре орудовала весьма одиозная секта скопцов.
Членами секты были люди обоих полов, причем - даже ее члены мужского пола, далеко не все были с отчлененными членами. Только самые идейные шли на эту жуткую экзекуцию, дабы усмирить плоть и дабы… Да я уж и не знаю дабы что еще…
Вот эту секту и решило прихлопнуть областное управление КГБ и не просто прихлопнуть, а все по закону - с судами, «доказухой» и посадками идейной верхушки за злостное членовредительство советского народа.
Естественно, начали с внедрения «засланного казачка».
На роль казачка быстро выбрали неработающего, двадцатипятилетнего шалопая, который после службы в армии, уже успел засыпаться на краже мотоцикла. Парень ходил под условным сроком, но этого ему показалось мало и вскоре он попался на совсем уж дурацкой краже колхозного сена.
Потенциального казачка «пригласили» в КГБ и ткнули мордой в выбор:
- Либо садишься на полную катушку за мотоцикл, сено и тунеядство, либо помогаешь родным органам и становишься героем, а в награду тут же аннулируются все твои уголовные дела, плюс исполком идя на встречу органам, выдает тебе двухкомнатную квартиру в райцентре.
И загнанный в угол казачок с удовольствием согласился посотрудничать, тем более – опасности никакой, все под контролем. А с такой-то квартирищей и жениться не трудно, только свистни, целый табун деревенских красавиц понабежит.
На том и ударили по рукам.
И вот, на очередном подпольном собрании скопцов появился новый человек. Поначалу, естественно, к нему отнеслись очень подозрительно, но парень был таким скромным, таким старательным и благообразным, что рано или поздно ему таки удалось влезть в удивительный мир оскопления…
Со временем казачок стал незаменимым членом секты. Он вел большую разъяснительную работу с населением, собирал пожертвования, очень смело хранил и распространял запрещенную литературу, а самое главное - организовывал в своем доме подпольные собрания. Короче – все ближе и ближе подбирался к главным тайнам членовредительства.
Спустя полгода, руководство секты наконец поверило и дало рекомендации: «Братка дозрел до осознанного оскопления». Хоть его и отговаривали, стращали необратимостью процедуры, ничего не помогало: «Хочу - не могу, надоела уже эта «неусмеренная» плоть. Если вы не поможете, то я сам себе ее отчекрыжу! В конце-то концов – какой же я скопец, если я не скопец?!»
Охота пуще неволи и вот, в один прекрасный теплый вечерок, парню наконец сообщили радостную весть, что с Украины специально для него приехал главный экзекутор со своими помощницами, так, что радуйся, сынок, завтра чуть свет тебя и обкорнают. Никуда не отходи, будь дома.
Казачок жарко поблагодарил и со скоростью торнадо бросился к своему куратору.
Куратор выслушал, потер ручки и дал ц.у: «Ничего не бойся, дом будет окружен двойным кольцом. Твоя задача - максимально ближе подойти к самому оскоплению, а наша – ворваться и вовремя предотвратить. На суде дашь показания, что они тебя охмурили запутали, уговорили и все, свободен. Их всех ждет тюрьма, а тебя «двушка» в доме улучшенной планировки. Теперь к деталям: Придешь домой - сразу вытащи стекло из форточки и держи ее открытой. Дальше смотри по ситуации, когда почувствуешь, что до оскопления осталось не больше минуты, как бы невзначай закрой форточку – это и будет условным сигналом к захвату. Если вдруг не сможешь закрыть, не тушуйся, в крайнем случае – кричи, мы услышим. Вопросы есть?»
Вопросов в общем-то не было.
Перед рассветом, к казачку в хату постучали. Вошел огромный бородатый мужик с двумя молчаливыми женщинами средних лет.
Все необходимое они принесли с собой: деревянный стул с большой зловещей дырой на сидении, медный тазик, чемоданчик с медицинскими принадлежностями и даже широченную белую ритуальную рубаху для виновника торжества.
Велели раздеться до гола, надеть рубаху и сесть на стул с прорехой, под который установили тазик.
Переоделся, сел, рубаха оказалась такой широкой и длинной, что даже стул собой закрыла. Женщины суетились по всей хате: одна разворачивала бинты, другая, что-то кипятила на плите, поправляла тазик и успокаивающе гладила «счастливчика» по голове.
Пришло время огромного бородатого дядьки. Он открыл чемодан и извлек из него здоровенный, жуткого вида тесак - почти саблю, отошел в дальний угол и принялся натачивать свою сакральную косу. Звук был до того тошнотворный и мерзкий… мужчины легко могут его себе представить, а женщины пусть поверят на слово.
Вот страшный дядька приостановил скрежетание и спросил виновника торжества:
- Насколько крепко твое желание стать скопцом? Говори, не бойся, если передумаешь, я еще могу все остановить. Мы попрощаемся и сразу уйдем. Только скажи. Это не зазорно, многие в последний момент отказываются. Не переживай, ты все равно останешься нашим братом.
Но казачок гордо посмотрел на мясника и с решимостью Павки Корчагина ответил:
- Я все давно для себя решил. Давайте уже, не томите.
Мужик, вздохнул, пожал плечами и продолжил точить свой огромный нож.
Подсадной скопец решил, что с него уже пожалуй хватит, пора давать сигнал к началу операции, привстал, дотянулся, захлопнул форточку и сел на место.
Секунды застучали и висках и гораздо ниже.
А ничего не подозревающий мужик, в дальнем углу хаты, все так же не спеша испытывал на бумажке остроту своего свинореза.
Не протикало и десяти секунд, как с грохотом упала входная дверь, вылетела оконная рама. Хата наполнилась звоном и криками: «Всем оставаться на местах! Милиция! Руки за голову!
Но все эти звуки, с большим децибельным запасом перекрыл истошный вой засланного казачка и послышался гулкий «шмяк!» - это его отрезанное хозяйство плюхнулось в медный тазик под стулом…
…Оказалось, что страшный дядька с огромным ножом, служил всего лишь отвлекающим от самой процедуры фактором, а настоящим мастером по сакральной обвалке мяса, была одна из его «помощниц», которая незаметно пролезала сзади под стул и специальными ножницами…
…КГБ не обманул – после суда, герой, как и договаривались, получил новенькую квартиру, вот только табуна деревенских красавиц он так и не дождался…

41.

ИНТРИЖКА

Раз в году, сисадмин Андрей отрывался от своего прокуренного монитора и выходил на улицу к людям, чтобы для начала вытащить пачку денег из банкомата с простеньким дисплеем и слабенькой операционкой.
Следующим пунктом Андрюхиного квеста было турагенство.
Там в обмен на деньги ему давали путевку, а уже путевка менялась на недельное лежание в турецкой гостинице с вай-фаем и видом на Средиземное море. Вот такой нехитрый ежегодный план.
Эх, если бы вай-фай добивал до самого моря, то можно было бы даже искупаться…

Итак, сисадмин звякнул дверным колокольчиком и вошел в маленький холл турбюро, где в радостном предвкушении своей очереди листали проспекты десяток посетителей с маленькими посетителятами.
Андрей присел на холодный диван и только тогда заметил бледнокожую девушку сидящую в углу за столом. Она что-то печатала на компьютере, шевеля при этом губами.
А ниче такая - подумал Андрей, можно попробовать «поклеить», пока очередь не подошла.
- Девушка, у Вас неправильно системник стоит, перегревается небось.
Девушка на секунду глянула на компьютерного ловеласа и тихо-тихо ответила, так тихо, что даже Андрей не услышал:
- Ничего, спасибо…

Ответ явно не подразумевал никакого продолжения. Интрижка не клеилась. Да и хрен с ней, зато впереди Турция, загорелые девчонки и целое море вай-фая…

Парня позвали в кабинет и уже через полчаса он бегал по магазинам в поисках плавок, сумки для ноута и малюсенького замочка для чемодана.

Турецкая неделя пролетела, как школьная перемена перед неминуемой контрольной по алгебре.
Андрей снова сидел в своем прокуренном подвале, равномерно освещая лицо синюшным монитором.
Но что-то было не так…
Ему чего-то не хватало и чем дальше, тем заметнее.
Проанализировал и понял – нужно увидеть ту молчаливую, некомпанейскую девушку из турагенства.
Но на хрена она ему? Не влюбился же в конце-концов? Да и не в кого там влюбляться: глаза, волосы, руки, черное платье все как у всех, ничего выдающегося.
Но съездить и посмотреть все же стоило. Причем прямо сейчас…
Отпросился с работы и поехал.
Странное чувство навалилось на Андрюху, когда он стоял перед дверью и боялся войти. Боялся, что не увидит ее, а еще больше – что увидит.
Звук колокольчика ему показался противоугонной сиреной…
Вошел, присел на диван и только через минуту отважился глянуть в угол где стоял стол бледнокожей девушки. Она так же как и тогда, что-то печатала и шевелила губами.
Андрей:
- Добрый день.
Девушка на секунду оторвалась от монитора:
- Здравствуйте.
И тут Андрей почему-то дико испугался, что сейчас все догадаются, что он с трудом отпросился у начальника, приехал сюда с двумя пересадками через всю Москву, чтобы только сказать – Добрый день…
На улице Андрею не понравилось, хотелось обратно в предбанник турфирмы, но нельзя.
В Андрюху медленно, но неотвратимо вселялся маньяк, постепенно вытесняя обычного, спокойного сисадмина, любящего пиво с корюшкой.
Через пару невыносимых дней, Андрей опять сидел на кожаном диване, сгорая от злости на себя, от того, что у него не было абсолютно никакого плана.
И тут они с барышней остались одни в комнате и маньяк решился:
- Девушка, а Вас как зовут? Меня – это… Андрей.
Жертва подняла голову, смущенно улыбнулась и ответила, что-то тихое и невнятное:
- Зачем это Вам?
Интрижка резко осложнялась тем, что девушка оказалась не простой. Она была из тех девушек, на которых нужно сперва жениться и уж только потом можно спрашивать – «Хорошая погода, не правда ли?»

Ее имя, Андрей узнал только через неделю, после трех колокольчиковых заходов, да и то, потому что ее позвали.
Звали ее Камила и была она дагестанкой. Приехала на лето к старшему брату посмотреть Москву, а заодно помочь в его турагенстве.
Через месяц знакомства, у Андрея уже был заветный телефончик, но звонить он не мог, вынужден был ждать звонков от Камилы, а иначе она могла засыпаться, как разведчик-нелегал.
На работе с сестрой, дома с женой брата, а в машине по дороге – с самим братом.
Вскоре Андрею пришлось прекратить походы в турагенство – сестра однажды подозрительно на него посмотрела и спросила у Камилы – а кто этот парень? Я вижу его не в первый раз…
Оставалось только ждать хотя бы смсок, не говоря уж о звонках.
Промчалось лето и Камила улетела обратно в свое Дагестанское село.
Полный тупик.
Кое-как со скрипом прошла зима, за которую Андрей высох и потратил все свои деньги на звонки в Дагестан.
Даже курить бросил. Хотя, если честно, то курить он бросил еще когда Камила была в Москве. Она как-то по телефону спросила:
- Андрей, а ты вообще куришь?
- Нет – соврал Андрей.
Оказалось – не соврал.

Но все тайное, рано или поздно всплывает, как атомная подводная лодка заплутавшая в аквапарке.
Однажды случилось страшное – отец Камилы застукал дочь за разговором по телефону.
Гром, молния, дикий скандал, разборки:
- Кто он, и что у тебя с ним было!!!?
Камила клялась, что ничего и это была чистая правда. Самое близкое расстояние, на которое Андрей приближался к девушке - метра полтора, в момент входа и выхода из колокольчиковой двери.
Однако сурового дагестанского папу было уже не унять.
К Камиле давно сватался сосед, хороший парень, но из другого рода, поэтому отец категорически отказал, а тут и вовсе какой-то Москвич, не то, что не аварец, а вообще не дагестанец и даже не мусульманин, да еще и Андрей… Ужас.
С этим позором нужно было срочно что-то делать.
Отец посадил дочь под домашний арест, забрал телефон и от ее имени послал Андрею Смску – "Пока мне не звони, а срочно приезжай к нам в гости. Родители хотят с тобой познакомиться. Целую. Твоя Камила".
План у отца был простой и действенный как кувалда - встретить с сыновьями этого московского красавчика и повезти якобы к себе, а по дороге скинуть.
Уже и ущелье присмотрели...

Жизнь Андрея моментально приобрела вкус, запах и смысл, он был на седьмом небе от счастья – наконец и у них будет все как у людей. Сколько можно шифроваться, ведь он любит Камилу и не сделал ничего дурного.
А вдруг, если повезет и он понравится папе, хоть это и мало вероятно, но тогда, может быть…
Конечно нужно было срочно лететь и не просто лететь, а что-то организовать, чтобы показать серьезность своих намерений…

Махачкалинский аэропорт. Поздний вечер.

Отец Камилы и двое его сыновей уже несколько часов напряженно ождали прибытия большой московской проблемы.
Наконец самолет сел и в зал прилета к встречающим выскочил улыбающийся Андрей с большим букетом изможденных цветов, а позади него двигалась целая делегация – мама, папа и старшая сестра московского жениха…
Лютый отец Камилы удивленно выпучил глаза, для такой неожиданной ситуации у него не было никакого плана.
Наняли вторую машину и поехали в село.
Поужинали с дороги, каждый из многочисленной семьи получил маленький подарок и неловкая пауза начала проходить.
Отцы поговорили, матери познакомились, сестры подружились…
Так родители второй раз подарили Андрею жизнь, а заодно и счастье.

Вот уже три года Андрей с Камилой живут в Москве.
Их дочка Лиза, всегда меня узнает, радуется, улыбается и даже хвастает новыми сандаликами, но на ручки не идет ни под каким видом.
Настоящая дагестанка…

42.

ОДИНОЧЕСТВО

«Два одессита разглядывают афишу.
- Рабинович, Вы посмотрите, к нам с лекциями приезжает создатель теории относительности – сам Альберт Эйнштейн!
- Да? И шо у него за теория?
- Если в двух словах, то – час, проведенный с любимой женщиной, может показаться одним мгновением, а мгновение, проведенное голым задом на горячей сковородке, покажется вам целым часом…
- И шо, Ваш Эйнштейн, собирается удивить Одессу этой хохмой…?»

Мой институтский приятель, Арам, однажды на целых две недели и четыре дня, стал самым несчастным человеком во всей вселенной.
Самым несчастным, потому что безумно одиноким. Он был последним человеком на земле.
Врагу не пожелаешь…

Девятнадцатилетний Арам – профессиональный музыкант, скрипач, как-то в кои веки прилетел из Питера навестить свою бабушку.
Старушка была счастлива увидеть любимого внука и утром, чуть свет, побежала на базар за вкусностями, а по пути - за родственниками, чтобы позвать в гости и поделиться радостью.
Внука будить не стала, пусть ребенок выспится с дороги. Наконец Арамчик проснулся в пустой квартире, проделал ежедневную утреннюю зарядку в виде игры на скрипке (с которой никогда не расставался) и перешел к водным процедурам.
Наполнил ванну, набултыхал высокую пену и влез с недочитанной книжкой, чтобы, не спеша покайфовать и погреться.
Хорошо в гостях у бабушки…
Вдруг, как это всегда бывает – очень не к месту, наступил конец света.
Причем – конец во всех смыслах.
Погас свет и тут же сверху с грохотом упал потолок…
Некоторое время Арам все еще продолжал сидеть в воде, держа перед собой открытую книгу.
Со временем пришел в себя и понял, что потолок, хоть и рухнул, но не до конца, иначе, было бы некому это понимать…?
Пощупал, оказалось – правда, потолок дошел до пола только с одной стороны, даже ванну подвинул, оторвав с корнем от труб.
Теперь ванная комната стала втрое меньше и с косым потолком.

Неизвестно по каким признакам, но несчастный Арамчик понял, что – это не сон и не ядерная война, просто весь мир взял и ушел под землю.
Все, человечество кончилось. Все кроме него уже умерли.
Но, почему же смерть не приходит за ним – несчастным голым человеком, сидящим глубоко под землей в кромешней тьме, в остывающей ванне…?
И тут до него дошло – а ведь первым человеком на земле был Адам и последним видимо должен стать он – Арам.
Легче от такой догадки не стало.
Вода совсем остыла, наверное, потому, что последним временем года, перед концом света, была зима.
Обогнул головой потолок, нащупал и выдернул пробку.
Вода быстро отступала от замерзшего тела, журча где-то на полу, когда ее оставалось по щиколотки, Арамчик, вдруг опомнился, перепугался и быстро воткнул пробку назад.
Хоть и неизвестно, где тут верх и низ и что будет дальше, но ведь он осколок старого мира, а в старом мире, без воды никак…
Попробовал вылезти из ванны – получилось, но пришлось стоять согнувшись, повторяя телом новые контуры стен и потолка.
Каждый когда-нибудь умрет, но все мы в глубине души мечтаем умереть в своей постели в возрасте ста двух лет, окруженные безутешными внуками и правнуками, большинство из которых – президенты самых могучих стран мира…
Да, и самое главное – мы должны не просто банально умереть, а обязательно спасая мир, пусть и лежа в постели…

Но как же тоскливо подыхать в темноте и в полном одиночестве.
Чтобы как-то занять время, Арам решил его считать.
Нащупал корзину для белья, насобирал зубных щеток, тюбиков, пузыречков, кусков мыла, всего, до чего смог дотянуться.
В своей книжке отсчитал ровно 60 листов, остальные аккуратно выдрал.
И время пошло.
Каждую минуту Арам переворачивал страницу, когда минуты складывались в час, бросал в корзину для белья зубную щетку или тюбик, когда проходили сутки, пересчитывал предметы, вынимал их обратно и в сухом углу складывал кусок мыла – день прошел.
В первые три дня есть совсем не хотелось, но на пятые сутки конца света, голод стал невыносимым.
Пробовал есть мыло и пасту. Не получилось. Хорошо, хоть вода еще оставалась.
Так изо дня в день, чтобы не думать о будущем и не сойти сума, последний человек, превратился в пока еще живые часы. Вспоминал ушедший мир и машинально отсчитывал страницы-минуты.
Спал мало и тревожно, неожиданно просыпаясь от кошмаров и холода.
Целыми днями играл на воображаемой скрипке (не забывая перелистывать в книжке минуты)
В конце первой недели бедняга сильно простудился и заболел, чуть концы не отдал, но спустя три дня, каким-то чудом пошел на поправку и почти совсем выздоровел.

Через две недели, а точнее через 15 дней и 7 часов, в ванне закончилась грязная, мыльная, но такая желанная вода.
Наконец-то и к нему, в центр земли пришла смерть…
Прошло еще двое суток и Арам услышал какой-то гул.

С этого момента последний человек уже не мог быть живыми часами, ведь развязка стала так близка.
Гул все нарастал, вдруг комнатка озарилась ярким светом. Может, на самом деле, света было не больше, чем от стрелки компаса, но после трех недель абсолютной темноты, и от него можно было ослепнуть.
За стеной послышалась английская речь и Арам, от счастья мысленно подпрыгнул до своего низенького потолка…
Значит – это не конец света, а всего лишь ядерная война с Америкой…
А когда сквозь потолок влезла маленькая пахнущая псиной собачка, это стало самым счастливым событием во всей его прошлой и будущей жизни…
Рано или поздно, Арам, абсолютно голый, все еще щурясь на свет Божий, вылез из под обломков бабушкиной пятиэтажки, увидел удивленных НАТО-вских солдат, поднял руки и громко закричал на ломанном английском:
- Не стреляйте, я сдаюсь!

«Американская военщина» оказалась иностранными спасателями, прилетевшими в Спитак, чтобы помочь в поиске живых.

Вскоре, за чудом уцелевшим Арамом, примчались родители и без скрипки, зато с бабушкой, забрали обратно в Питер.
____________________________________

Но вернемся к старику Эйнштейну.
Оказалось, что живые часы Арама, чуточку спешили.
На самом деле, в своей гробнице он пробыл не две недели и четыре дня, а… всего лишь 29 часов…

43.

КИТАЙСКИЕ ИСТОРИИ

Когда-то в далеком 1993 году, будучи еще кандидатом наук, мне посчастливилось работать с большим ученым и прекрасным человеком профессором Миланом Страшкраба в его лаборатории в Чешских Будеевицах, Южная Богемия, Чехия. Там же в кампусе (университетский городок – если, кто не знает или забыл) я познакомился с тогда еще аспирантом-гидробиологом Ю-Фенгом Янгом из Китая. Ю-Фенг был, хотя и малопьющим, но удивительно приятным в общении, добрым и понимающим юмор. После довольно продолжительного общения с Ю-Фенгом я начал понимать его китайский-английский. А это, скажу вам, не так-то просто. Возможно, тут помог и прекрасный будеевицкий «Будвайзер». Кто знает?
К моменту нашего знакомства Ю-Фенг уже успел полгода «покантоваться» в Лимнологическом институте в Линце, Австрия. Это нам, вроде, в таких местах должны приличные деньги платить. А малопьющему и некурящему Ю-Фенгу-аспиранту положат 400 долларов и койку в общежитии, - ему и достаточно. Был ноябрь и я уже собирался в Петроград, а Ю-Фенг ненадолго опять в Австрию. Ю-Фенг никогда в России не был. Поэтому начал «прокачивать» идею своего визита на обратной дороге в Китай в наш Институт озероведения РАН в Петрограде. Дескать, положат долларов 300-400 – и на том спасибо. Пытался ему объяснить, что ситуация в российской науке не очень, мягко говоря, простая. Что у нас такие «дикие» деньги получают не все директора институтов. Да и, вообще, своих-то сотрудников с трудом терпят. Ю-Фенг из деликатности делал вид, что понимает, кивал головой, но, вижу, не верит... Тогда говорю:
- Хорошо, ты прилетай. Остановишься у меня. С «людям» и институтами я тебя познакомлю. Харчи и выпивка – мои, но на карманные расходы – только на проезд и общественный туалет. Ю-Фенг поудивлялся, но на том и сошлись. Забегая вперед, скажу, что Ю-Фенг провел у меня примерно две недели, а потом неделю в Москве у моих хороших друзей, откуда благополучно и сбыл в славный город Пекин.
Конечно, Ю-Фенг получил у нас много впечатлений, положительных эмоций, и многому поднахватался. Но он все воспринимал весело и с хорошим чувством юмора. С тех далеких пор мы обменивались новогодними поздравлениями и иногда посланиями. Со временем Ю-Фенг стал в Китае не последним человеком. Но добро он помнит, и все время работал над идеей пригласить меня в Китай. Но, то деньги находились на все, кроме дороги, то – наоборот. И тут в начале 2005 года Ю-Фенг, будучи уже профессором в Университете Джина, Гуангжоу (Jinan University, Guangzhou), южный Китай, нашел и то и другое. И вот почти на четыре месяца я двинул в Китай через Амстердам и Гонконг – посмотреть, почитать лекции аспирантам и позаниматься наукой.
За время визита довелось побывать в нескольких городах, и четырех южных и центральных китайских провинциях из примерно тридцати. Многим из увиденного я был поражен и решил поделиться некоторыми наблюдениями и впечатлениями.

История 1. Гонконг – город контрастов

Капитализм в одной части мира (СССР)
уже сдан в музей, а в остальных странах
еле дышит, и скоро тоже попадет в музей

Мао Цзэ-дун, «О новой демократии»
Январь 1940, Избр. Произв. Т. II

На счет «сдачи в музей» не уверен, но Гонконг (кит. Сянган) уже несколько лет как перестал быть британским протекторатом, хотя и остается, также как и Макао (кит. Аойминь), особым административным районом Китая. Надо сказать, что китайское руководство поступает мудро, свои порядки в Гонконге вводит очень медленно и постепенно – «не рубит золотые яйца, на которых сидит». Поэтому и безвизовая езда в Китай и обратно для китайцев, гонконгцев, гонкончан, гонконок и гонконгчанок (не знаю, как правильно), да и просто для иностранцев, здесь заказана. Пока. На Первомай тут на этот счет даже была демонстрация «трудящих». Смотрел в ТВ новостях. Правда, не понял, то ли «трудящие» за свободную езду, то ли против. Ну, да Бог с ними! Пущай ездят, или не ездят. Как хотят.
В Гонконге я раньше не был и не могу судить, похорошел ли он за годы советской власти, или похужел. Прилетел в конце апреля рано утром из Амстердама. Там было +8ºС, а здесь +27ºС! А я в рубашонке, маячке, курточке, и выгляжу, наверное, как оболтус Буратино идущий в школу из дома деклассированного элемента - папы Карло. В аэропорту сначала ветеринарный, потом паспортный контроль. Таможни не видно. Жаль, что взял только 2 бутылки водки и один блок сигарет. Правильно говорят преферансисты: «знал бы прикуп – жил бы в Сочи» или «знал бы прикуп – не работал».
На ветеринарном контроле заставляют заполнять жуткого размера вопросник с нетривиальными вопросами. Вроде такого – «Болели ли вы или ваши ближайшие родственники коровьим бешенством или куриным гриппом?». Интересно, что будет, если ответить «а як же»? Но не рискую. А то отправят на скотобойню, а наши «партия и правительство», как известно, выручать своих граждан-«россиянов» любят, «понимашь», но... не очень.
На паспортном контроле достаю из широких штанин... Недобрый «китайца» начинает допрашивать:
- Цель Вашего визита в Гонконг, сэр?
А я злой. Жарища, а тут коровье бешенство, и устал к тому же - почти 12 часов лету и курить нельзя. У нас, у советских ведь собственная гордость! Какое твое дело, зачем я прилетел. Но не рискую и отвечаю спокойно:
- Купить фруктов и овощей.
- ???
Уходит сердитый с моим паспортом в свою будочку минут на пять. Видимо, юмор не понял и проверяет меня по базе Интерпола. Не каждый же день такие идиоты прилетают с Амстердамщины за овощами! Кстати, шутка не моя. Мой хороший московский товарищ Дима Рубцов как-то обратил внимание на то, что даже в наши дни в российских гостиницах в бланках, которые заполняешь по прибытии, остался идиотский пункт – «Цель приезда». Не обращали внимания? Так вот, Дима обычно пишет «ограбление народа или банка, что подвернется». Гостиничные тетки-администраторы, как правило, эти бланки не читают и Диме лишних вопросов не задают. А и зададут? Ограбление народа - это же вам не разжигание национальной розни! Кроме того, народ уже и так ограблен. А за намерения у нас в России пока, слава Богу, не судят. Или я ошибаюсь?
Так вот. Жду. Приходит пограничник, смотрит волком, но штамп ставит и молча возвращает паспорт. Снимаю курточку. Иду за багажом. Взял. Теперь надо перебраться на поезде в китайский город Гуангжоу, что примерно в 170 км отсюда. Выясняю, где вокзал, как добраться, и сколько для этого надо гонконгского черного нала. Объясняют все вежливо, без мату. Меняю «таньгу». «Визу» в транспорте не принимают, как и у нас. Правильно и делают – с «Визы» простому «трудящему», какого навару? Никакого! Другое дело – черный нал. Но, по порядку. Сажусь в автобус, и примерно час не спеша еду через весь Гонконг, разбросанный на островах. Билеты надо покупать у водителя при выходе. Правильно. Билет в транспорте – это договор между тобой и водителем об оказании услуги. А вдруг, услугу не окажет и не довезет? Так что заранее платить – это пережиток. Автобусы 2-х этажные с кондиционером. Народу мало, «местов» много. Для багажа прямо в автобусе специальное отделение на первом этаже. Движение, как и положено, левостороннее – наследие «загнивающей» Британии.
Еду, смотрю по сторонам. Очень много людей с избыточным весом. Причем и женщин и мужчин, и взрослых и детей. Где-то читал, что одна из современных гипотез объясняет это не столько гиподинамией, сколько поеданием генетически модифицированных харчей. Не зря, наверное, же в Америке с их генетически модифицированными соей и кукурузой столько толстяков! Смотрю дальше. Кругом чистота. Кстати, курить почти нигде нельзя. И штраф похлещи, чем в Штатах – 5 тыс. гонконгских долларов (примерно 700 амер.). Кстати, (или нет?) здесь развертывается движение «трудящих» под лозунгом что-то вроде: «Превратим город-герой Гонконг в город для некурящих!». Вообщем, душат народ, как хотят.
Отвлекся. Надо на за оконный Гонконг посмотреть. Люди “гонконгской национальности” золотишком на каждом углу спекулируют. Через шаг меняют доллары на юани и обратно. Нищих не видно. На «белых» людей внимание никто не обращает. Многие торговые люди, и не только, в марлевых масках и резиновых перчатках. Многие чихают. При этом многие не прикрываются платками и не отворачиваются. Другие едят что-то из маленьких тазиков, не снимая перчаток. Не зря, видимо, о коровьем бешенстве интересовались. Народ одет прилично, хотя и не по сезону. Несмотря на жарищу, многие в пиджаках, а тетки в плащах – пар костей не ломит. Правда, у нас есть и альтернативная присказка – «Вошь тепло любит».
Когда-то булгаковский генерал Хлудов загоняя в тупик «убегающие» на запад вагоны с «пушным товаром» и приказывая облить их керосином и сжечь, мотивировал свой приказ тем, что «заграничным шлюхам русских соболей не видать!». Ошиблись, Ваше превосходительство. Видать – еще, как видать! Вон только что “по левому борту” проехали магазин – «Сибирские меха». Обана! Наверное, зимой носят. Но сейчас-то жарища и гонконгский цыган уже шубу продал.
Проезжаем мимо гонконгского порта. Впечатление грандиозное – до горизонта контейнеры, а между ними снуют автопогрузчики. И как они помнят, где, что, и чье складировано? Кораблей на рейде – тоже полно. Не зря Гонконг – один из крупнейших мировых портов. Кстати сто с небольшим лет назад англичане прихватили Гонконг как раз под предлогом борьбы с процветавшими здесь грандиозными пиратством и наркотрафиком.
Приехали. Билет стоит 30 гонконгских доллариев (примерно 4.5 амер.). Выхожу из автобуса последним. Протягиваю водителю-китайцу 200 гонконгских доллариев одной монетой. Берет и говорит, что «нема» сдачи, но сейчас, мол, сгоняет, разменяет. Убегает. Жду. Через пару минут прибегает. Отсчитывает сдачу и, озираясь, спрашивает: «Сэр, а вам сам билет нужен?». Да... знакомым повеяло! А мне этот билет все равно не оплатят, поэтому отвечаю: «Вообще-то нет». «Водила» оставляет себе билет, благодарит, протягивает мне еще дополнительно 10 доллариев сдачи, и расстаемся оба довольные. Приятно иметь дело с приличными людями! А предприниматели-кровопийцы должны с народом делиться! Иначе народ все равно найдет возможность перераспределить нажитое неправедным трудом. Кстати, в Гонконге за задержку выплаты народу «получки-жалования» больше чем на 2 дня - штраф 7 тыс. амер. долларов. А за взятого на работу нелегала – 10 тысяч!
На ж/д. вокзале чистота, кондиционеры. Кругом полупустые залы ожидания, но везде «объявы» - «На полу не сидеть», а на бесплатных вокзальных тележках – знаки, запрещающие возить на них детей (?!). Но гонконгцы (или, как правильно сказать – гонкончане?) – народ гордый. Многие, невзирая на «объявы», возят детей в тележках, и гордо сидят “на палубе”, и что-то едят из маленьких тазиков. Или и то и другое сразу – он сидит на палубе, а рядом в тележке сидит ребятенок. Хотя кресел кругом свободных полно! И. вроде, одеты прилично. Некоторые в резиновых перчатках. Да, Восток – дело тонкое! Такое чудо, правда, уже видел в Японии. В крупном супермаркете прилично одетые люди, в галстуках, с портфелями в руках сидят на корточках вдоль стен и спят! А что? Устали, вот и отдыхают. Ни тебе полиции, ни тебе скандальных продавцов! Поспал, отдохнул, пошел дальше... У нас давно бы “замели” или обобрали. Впрочем, первое у нас часто равносильно второму! И наоборот.
Говорят, Гонконг очень дорогой город. Опыт пребывания у меня мизерный, но из газетных объявлений знаю, что снять однокомнатную квартиру в дешевом районе – 1.5-2.0 тыс. амер. долларов в месяц. Вообще цены на недвижимость здесь за последние 2 года выросли на 40%. Это, кстати, хороший индикатор того, что китайское руководство ведет в отношении Гонконга мудрую политику. Зато, в отличие от однокомнатных квартир, баночный «Хейнекен» здесь на вокзале – один амер. доллар, а в амстердамском аэропорту - четыре. Так, и у нас в Петрограде на Московском вокзале – потора-два!
Поезда на Гуангжоу каждые полтора часа. И ехать столько же. Билет в первом классе – 40 амер. долларов, во 2-м – 20. Пытаюсь выяснить у тетки-кассирши, в чем разница, кроме цены. Отвечает:
- Да ни в чем, сэр. В первом классе чай разносят, а во втором только холодную воду!
- А курить в первом классе можно?
- А курить, сэр, ни в каком классе нельзя и даже в тамбуре.
- Тогда мне один до Гуангжоу во втором классе.
Похоже, между гонкончанами и нами есть много общего. Старый хороший анекдот. Как заставить американца, француза и русского броситься с Тауэр-бриджа вниз головой в Темзу. Американца спрашивают:
- У вас есть акции «Дженерал моторс»?
- Есть, а что такое?
- Эта компания вчера прогорела!
- Не может быть!!!
И американец прыгает в Темзу вниз головой. Спрашивают француза:
- Вы знаете, что вчера все рестораны Парижа закрылись и больше никогда не откроются?
- Не может быть!!!
И француз прыгает вниз головой в Темзу. Спрашивают русского:
- А знаете, что компания «Дженерал моторс» обанкротилась, а в Париже закрылись все рестораны и больше никогда не откроются?
- Да мне-то, какое к чертовой матери до них до всех дело?
- А знаете, что вчера в Англии принят закон, запрещающий прыгать вниз головой с Тауэр-бриджа?
- Что?! Да видал я в гробу все ваши законы!!!
И с этими словами русский прыгает с Тауэр-бриджа вниз головой!
К чему я это рассказываю? Да к тому, что пора идти на поезд - покурить в тамбуре и посидеть “на палубе”! Жаль, что во 2-м классе еду в тазиках не подают, и вокзальных тележек с сидящими в них детишками нет. Да, на обратном пути в Амстердам не забыть бы купить фрукты-овощи, чтобы не расстраивать китайца-пограничника.
До свидания гонконгский грипп, гонкончане, гонконгцы, гонконгки и Гонконг – город контрастов! Докукарекаетесь - сдадут вас скоро в музей к чертовой матери китайские товарищи!

44.

АДСКИЙ ОГОНЬ

Сошел последний снег и школа выгнала моего второклассника в лес, собирать природные материалы. Третий час ходим, конкурируем с белочками и сороками, а кроме кусочков гнилой коры и пары трухлявых веточек, ничего путного найти не удалось.
Вот уже уперлись в железную дорогу, разделяющую лес на «наш» и «чужой»
Вдоль насыпи ходит старушонка и шурудит палкой гравий.
Поздоровались, спрашиваем:
- Вас на ту сторону перевести, или потеряли чего?

Старушка выдержав паузу, неопределенно ответила:
- Да…я тут просто…
Что по интонации означало - Друзья мои, а ведь вы до встречи со мной наверняка куда-то шли…

Мой сын не понял ее интонации и простодушно переспросил:
- Вы что-то на рельсах собираете? Мы тоже природный материал ищем, вот смотрите какие ветки, только не трогайте, они в грязи.
Бабулька погладила Юру по голове и обратилась ко мне:
- А Вы не курите?
- К сожалению для Вас – давно бросил.
- Это хорошо, я тоже никогда не курила.
- Так для чего тогда закурить просили?
- Когда? Я не просила, Вы же сами спросили - что я тут собираю? Ищу я вот такие камешки.

Старушка развернула бумажный пакетик и высыпала на ладонь до боли знакомые с детства желтенькие кусочки серы.
Юра, используя свою близость к земле и молодые глаза, тут же подобрал и отдал еще два камушка.
Потом мы присели на ржавый заборчик и выслушали длиннющую историю всей бабушкиной жизни, начиная с ее отца – военного моряка и непутевого брата матери...

Но все вы люди занятые, так, что - к черту подробности, сразу перейду к сути:
Старушке явно не повезло с соседями по этажу. Мало того, что узкий общий коридор невозможно толком проветрить, так соседи еще и регулярно в нем дымили…
Бабушка пыталась и по-хорошему и по-плохому, дескать – после вас дым всю ночь стоит столбом. Сквозь щели летит ко мне и я со своей астмой до утра не сплю. У Вас же есть балкон, почему бы там не покурить?

Но в арсенале у соседей имелись три надежные отговорки:
1) На балконе холодно.
2) Мы не виноваты, что у вас в дверях щели.
3) Кто Вы такая, чтобы указывать, где нам курить?

Пробовала вызывать участкового, тот обещал раскидать дела и зайти, но, видимо, дел у бедняги накопилось на долгие годы, а соседи как курили, так и дальше не берегли себя. Только разговаривать совсем перестали. На все замечания, неопределенно махали рукой или показывали «фак»
Вот однажды в очередную табачную ночь, старушка лежала, кашляла, ворочалась, думала и придумала…
На следующий вечер, после того, как соседи вышли перекурить прожитый день и отправились спать, бабушка тихонечко вышла в коридор и подожгла на фольге пару желтеньких камешков. Сама закрылась в квартире, обложила дверь мокрыми тряпками и настежь открыла свой балкон. Спала в шубе и под тремя одеялами, но крепко и счастливо.
Назавтра соседям удалось совершить чудо – притащить участкового. Тот строго спросил у бабки:
- Вы устроили ночную газовую атаку? С какой целью?
Старушка:
- Какая атака? Я просто вышла покурить, как и мои глубокоуважаемые соседи. Наконец они тоже на своей шкуре почувствовали – Каково быть некурящим человеком.
Участковый:
- Но ведь, они просто курили, а Вы поджигали серу.
Старушка:
В русском языке у слова курить, есть только одно значение – это дымить. А уж кто, какой табачок предпочитает и сколько в нем серы – это дело личное. Им нравятся американские сигареты, а мне наша российская сера…

Участковый улыбнулся и сказал соседям:
- А ведь она права. Давайте поступим так - с этого дня в коридоре курить никто не будет - это между прочим место общего пользования.
В тот же вечер сердитые соседи, в знак протеста снова закурили, а ночью бабушка снова им напомнила, какой вокруг будет стоять запашок, когда соседи, рано или поздно попадут в Ад…

Я спросил:
- Так что, способ не сработал, раз Вы опять пришли за волшебными камешками?
- Ну, что Вы? После второго раза, курить они совсем перестали. Вот уже год, как в коридоре не дымят. Даже здороваться со мной начали…

Это я для подруги собираю, у нее тоже курилка под дверью…

45.

Лет в сорок я впервые нанял водителя.
Сорвал спину и разгрузка коробов с товаром превратилась в сущую муку.
Торговля была неплохая, денег хватало, и я обзвонил знакомых, чтобы порекомендовали какого-нибудь непьющего добросовестного спокойного человека.
Вскоре я встретился с кандидатом.

Он раньше водил "Газель" какого-то рыночного торговца, но недавно тот свернул дела, и теперь Саша работал сторожем на стоянке, и был готов перейти ко мне.

Я рассказал ему, что надо будет с экспедитором ездить в Москву за товаром, грузить-разгружать, ревизировать в магазине неработающие игрушки и, при возможности, ремонтировать их, либо отсортировывать на возврат поставщикам, готовить к продаже детские велосипеды, и вообще быть в магазине мастером на все руки. Ну и обычные водительские обязанности на нём, как-то - эксплуатировать машину надлежащим образом, и вовремя производить все регламентные работы.

Предложенная зарплата его устроила, и он был готов приступить к работе хоть прямо сейчас.
Я осведомился - не подставит ли он своего теперешнего работодателя неожиданным увольнением, и сказал, что готов подождать, пока на автостоянке ему найдут замену.
Он ответил, что с этим никаких проблем, и назавтра принес уже мне свои документы.
Однако вскоре я случайно встретился с этим его работодателем.
Он оказался моим старым приятелем.
Шутливо, но с долей серьёзности он мне сказал:
- Что же ты, Витя, чужих работников переманиваешь? Нехорошо, нехорошо... Хоть бы позвонил, переговорил...
Я расстроился:
- Серёга, извини! Я же разговаривал с ним на эту тему. Он сказал, что никаких проблем...
- Всё равно нехорошо. Проблем действительно никаких. Но надо было позвонить. Проблемы будут... У тебя... С ним... Но я тебе о них заранее рассказывать не буду. Нет, не пугайся, - воровать он не будет. Но ты поймешь, что я подразумевал.

Саше я показал особенности управления Транспортёром, на котором ему предстояло ездить, покатался пассажиром с ним по городу, доброжелательно проконтролировал, как он собирает велосипеды и ковыряется с браком, предложил, чтобы для простоты общения он называл меня Николаичем и на "ты", и, несмотря на появившееся у меня к нему чувство необъяснимой антипатии, полагал, что с работой он справится, и я вздохну свободно.

Экспедитором ездила с ним Лена - мой зам.
Я уже давно приказом назначил её заведующей. Большую часть повседневных вопросов в магазине и возникающих проблем решала она. И товаром она занималась.

И вот, не прошло и недели, как она заговорила об увольнении этого Саши:
- Николаич, ищи другого. Я не могу с ним ездить! Ты знаешь - после того, как мы с тобой перевернулись на "шестёрке", я не терплю быстрой езды. Но он вообще полный тормоз! Вот мы подъезжаем к нерегулируемому перекрёстку. У нас - главная. Справа и слева стоят - нас пропускают, в соответствии с Правилами. И он встаёт. Смотрит испуганно по сторонам, потеет, сморкается и не трогается с места. Сзади сигналят, с боков мигают, он - стоит. Потом те, что стоят на второстепенных, начинают трогаться, а он теперь наконец рожает, и тоже трогается. Они пугаются, сигналят, и встают. Он - тоже.
Или, едем по Рязанке. Он всегда в правом ряду. Упрется в фуру, и едет за ней. Две полосы для движения в нашем направлении, но обогнать кого-то для него мука смертная. Фура - шестьдесят, и он - шестьдесят. Фура сорок, а его это не напрягает, так за ней и едет... Николаич! У него всегда сопли! И он, с бульканьем, постоянно втягивает их в себя! Меня от него тошнит!

Я возразил:
- Ну, как я его теперь уволю? Он же ту работу потерял! Потерпи - может насморк у него пройдет, и на дороге он освоится...
- Тебе легко говорить! Ведь, терпишь-то не ты, а я!

На выходные я разрешил Саше воспользоваться фургоном - что-то перевезти на дачу.
В понедельник он с гордостью продемонстрировал мне линолеум, которым он застелил фанерованный пол в фургоне, закрепив его по периметру саморезами через каждые десять сантиметров.
Очень удобно при погрузке - картонный короб с товаром поставил в фургон, толкнул его, и он едет по скользкому линолеуму аж до передней стенки.

Я огорчил его:
- Это ты зря! Зимой ты на обуви занесёшь в кузов снег, и на этом полу будешь здесь падать с кувырками. Да и после дождя мокрыми подошвами мы здесь будем опасно скользить.
- Нет, Николаич! Нормально! Я не буду падать!
- Будешь. И я буду! Сними!
Поговорка мне тут вспомнилась - услужливый дурак опаснее врага.

Через пару дней Лена позвонила мне из Москвы, и попросила приехать на Форде, забрать товар, который не помещается в Транспортер.
Приехал.
Саше сказал, чтобы он отправлялся в Воскресенск разгружаться, а мы, дескать, с Леной дополучим остальное, расплатимся, и подъедем скоро после него.
Он, выслушав меня, как-то заменжевался, потом нырнул в помещение для клиентов, где нас бесплатно угощали чаем в пакетиках и кофе "три в одном", быстро вышел оттуда, сел в машину и уехал.
Следом за ним из этого буфетика выскочила сотрудница, что-то возмущенно крикнула ему в спину, но он не обернулся.
Оказалось, что он, зайдя туда, схватил горсть пакетов Липтона, и сунул их в карман. Хотел ещё и кофе набрать, но она его остановила.

Я потом высказал ему своё возмущение:
- Как ты не понимаешь, что это не халява с помойки, а угощение! Ты и в гостях так себя ведёшь?

Прошла ещё неделя.
Снова неприятный разговор с Леной:
- Николаич! Я отказываюсь с ним ездить за товаром. Езди ты! Плати мне меньше. Я буду заниматься только магазином и товаром в магазине. А в Москву с ним ездить отказываюсь! Несколько часов в день проводить с ним невозможно! Он хлюпает носом. Я всё время сижу отвернувшись, чтобы меня не вырвало! У меня от этого уже шея болит. Тебе жалко его, но не жалко меня! Хорошо! Твоё право. Но не надо жалеть его за мой счет. Давай, закупками будешь заниматься ты!

По ряду причин её предложение меня не устраивало.

Я позвонил Сергею - хозяину автостоянки. После обмена приветствиями перешёл к главной теме:
- Слушай, а ты возьмешь Сашу назад сторожем?
- Ха-ха! Помнишь, ты мне рассказывал анекдот про диагноз: "Психических отклонений нет, - просто мудак!" Вот этот Саша и мне на хер не нужен был. Я его терпел только из жалости, потому что он убогий. А, когда ты его забрал, я, на самом деле, обрадовался. Вот, думаю, пускай Витя теперь с этим дуралеем лиха хлебнёт! И поделом тебе! Не будешь работников переманивать!
- Серёг, ну я же тебе объяснял - не переманивал я! Я специально с ним этот вопрос обговаривал...

В общем - Сергею этот Саша был не нужен.

Сашу я попросил написать заявление об уходе, выплатил ему месячный оклад в качестве компенсации, и мы расстались без обид. Очень скоро он нашел работу на грузовой "Газели".
А я начал закидывать удочки через знакомых в поисках нового водителя, будучи при этом сам и водителем, и грузчиком, и бракёром, и администратором.
Свято место пусто не бывает, и вскоре я познакомился со следующим претендентом.
Лёша тоже пришел ко мне через знакомых.
Если Саша был заторможенный, то этот напротив – очень бойкий. Что бы я ни начинал ему говорить или объяснять, он вскоре перебивал меня, чтобы высказать своё аналогичное мнение и полное со мной согласие. Это слегка раздражало.
Я вполне закономерно поинтересовался его прежним местом работы и причиной увольнения.
Оказалось, что он водил «Газель» какого-то предпринимателя, работал много и добросовестно, но козёл-начальник не оценил Лёшины старания, и платил явно недостаточно.
Я в ответ сказал, чтобы он никогда не отзывался так о старых работодателях в присутствии нового.
- Потому что, - добавил я, - первое, что мне приходит в голову, это: «А что он про меня потом будет говорить?»
- Не, Николаич, ну, ты же не такой!
- Ты ещё не знаешь, какой я. И я не знаю – какой ты. Нам обоим рано обольщаться.
Сели в «Транспортёр». Я за рулём. Показываю – на каких скоростях переключать передачи, как разгоняться…
Я выезжал с второстепенной дороги, и БМВ мигнул мне фарами, пропуская. Я вырулил на главную перед ним и благодарно мигнул «аварийкой».
Леша удивленно спросил:
- Николаич! А зачем ты его на хуй послал?
- Кого?!
- БМВ этого? Ведь, мигнуть аварийкой, это значит «пошел на хуй»! В Москве всегда так – кто-нибудь влезет перед тобой, и обязательно аварийкой потом мигнет – пошел на хуй!

Я, услышав такое, просто оторопел. Потом ответил:
- Да кто тебе такое сказал?
Аварийкой в таких случаях мигают, чтобы поблагодарить или извиниться!
Это тебе, верно, в шутку кто-то объяснил так. А ты, что же, всегда думал, что тебя посылают?

Вот он за рулем. Выезжаем на главную у светофора. Машинам красный, пешеходам - зеленый. Выезжая на дорогу в этом месте, я всегда сначала останавливаю машину в раскоряку, пропуская пешеходов, после их прохода выравниваю машину и жду зеленого.Леша же,.выезжая, принялся вовсю сигналить, распугивая пешеходов и чуть не расталкивая их бампером.
У меня - глаза на лоб:
- Ты что делаешь?! Пропусти их! Вон человечек на светофоре зеленый, - у них же приоритет!

Ему было непонятно моё возмущение.

Он постоянно генерировал идеи.
- Николаич! Я вот что придумал, - давай уберем одну кассовую кабину. Место освободится в магазине, на которое можно товар поставить.
- Леш, а если кассиру понадобится в туалет отойти, или покушать?
- Так сменщица в её кабинку и сядет!
- А случись недостача, с кого из них спрашивать?
- Ааа...

- Николаич! Я вот что придумал, - давай грузчика наймем!
-...
- Ну я только водителем буду, а товар грузить-разгружать-носить - он.
- А платить ему из твоей зарплаты? А если твою зарплату располовинить, найдется работник на такие деньги? А браком кто будет заниматься - ты или он? Или нам потом ещё надо будет бракера нанять? И вообще тогда, ты-то зачем мне нужен? Не проще ли найти грузчика с водительским удостоверением, который будет и шоферить, и грузить, и браком заниматься, и лампочки в магазине менять при необходимости, и прокладки в смесителе тоже. Ведь до твоего прихода я один со всем этим справлялся, ещё и администрированием занимался...

- Николаич! Я не буду больше велосипеды собирать. У меня друг есть. Он пенсионер и живет в деревне - семь километров отсюда. Дом у него большой - места хватает. Я буду отвозить ему короба с велосипедами и потом забирать готовые.
- Хм... Инструмент у него есть?
- А я отсюда ему привезу.
- А если здесь обнаружится какая-то недоделка, - велосипед надо будет к нему в деревню везти? А если какой-то некомплект окажется в коробе? Все запчасти тоже к нему надо будет заранее отвезти? И по всякой неожиданной обнаруженной неисправности надо будет к нему ехать? Ну, хорошо. А платить ему как?
- Я из своей зарплаты буду ему отстегивать.

По сравнению с предыдущим местом работы, теперешняя зарплата казалась ему очень приличной. Я в виде эксперимента согласился с ним, но расплатившись со своим другом один раз, Леша стал собирать велосипеды сам.

- Николаич! Колесо спустило. Где домкрат?
- Я же показывал тебе - под твоим сиденьем. А запаска сзади под кузовом. Ты умеешь колесо-то снимать?
- Обижаешь, начальник.
Через некоторое время я почувствовал легкое беспокойство и вышел проверить, - как он справляется.
Он сумел меня удивить. Домкрат стоял не в специально предназначенном для этого месте возле арки колеса, а посредине порога, сминая этот порог. Автомобилисты поймут мои чувства.
После этого я начал подыскивать ему замену, но он ещё успел сделать мне заманчивое предложение:
- Николаич! Я вот что придумал! Давай ещё один магазин откроем! Где-нибудь в центре. Только там я буду уже заведующим.

Лёшу я попросил написать заявление «по собственному…», и принял на его место Филиппа.

Вот о нём мне нечего рассказать забавного..
Просто хороший человек.
Она проработал у меня четыре года.
Не припомню за ним ни одного косяка.
Выдержанный, корректный, с чувством собственного достоинства и развитым юмором.
Не болтун, но случалось, рассказывал интересные истории из жизни.
Компетентный. Толковый.
Я советовался с ним по самым разным вопросам, и, принимая потом решение, учитывал его мнение.
Он один из тех людей, которых я очень уважаю, и чьим уважением дорожу, если, конечно, его заслуживаю.
Он моложе меня лет на пятнадцать, но какого-либо превосходства в житейской мудрости или жизненном опыте я не чувствовал.
Настоящий мужчина, муж, отец.
Он видел, что магазин приходит в упадок.
И для него не было неожиданностью моё признание в том, что в ближайшем будущем для меня будет непозволительной роскошью платить ему зарплату.
Мы расстались.

И это печально.

46.

Случилось мне как-то конкурс красоты победить в далёком сибирском
городе. Ну, родилась я там и красоту, видимо, взрастила такую, что ни в
сказке сказать, ни пером описать. И вот отправили меня, значит, в Москву
– страну покорять. А я ещё, толком-то – ни рыба, ни мясо. И отроду мне
всего-ничего - шестнадцать лет. Вот приехала я, глазами хлопаю, дар речи
аж пропал. Проспекты широкие, дома высокие, людей море целое. Простор!
Красота! Довольную поселили меня в гостиницу. «Россия» гостиница та
называлась.

Кто знает, тот поймет, что гостиница та особенная. Традиции в ней, так
сказать, сложились. Но вот мне-то в тот момент это ведомо не было. Ну,
гостиница и гостиница. Путнику - приют. Разместили меня в номерок
небольшой. И, в общем, организаторы мои до утра удалились на заслуженный
отдых. Утром позвонят мне, сказали. О времени условились. Вот как-то
так.

Поначалу мне моё положение очень по нраву пришлось. Двери дубовые,
тяжёлые! Прямо с места не сдвинуть. Окна во двор – колодец. Я сроду
таких дворов не видела. Романтика, да и только. А коридоры в этой
гостинице длинные-длинные и номеров столько! Голова кругом! Нумерация на
них странная. Уж если выйдешь куда, дорогу обратно точно не найти!
Интригует. И кажется мне, что гостиница огромная, а ни одной в ней живой
души. Вахтёрша, впрочем, была на этаже, где-то в конце коридорного
лабиринта. Да, точно была. Значит, одна душа есть. Живой ее конечно,
трудно назвать. Спала она, что ли, когда мимо неё проходили, бренча
ключами. Кстати о ключах. У них брелоки такие есть. Дубовые тоже.
Огромные. Ни в один карман не лезут. Это для дисциплины, видимо. Чтоб,
выходя, ключик вернуть не забывали. Ну, такой точно не забыть. Его двумя
руками несешь. Лично мне в одну не помещался. Ну а сумочку дамскую пока
в зубах можно. Она меньше ключика. Это всё к прелестям относится.

Ну а самое главное – свобода и независимость! Дитё в первый раз из-под
родительского плеча выпорхнуло и сразу – в Москву! Весь номер – мой! Что
хочу, то и делаю. По крайней мере, до утра.

Вошла я, значит, ключик дубовый на стол положила и в кресло!
Наслаждаюсь. И в окошко выгляну и в зеркало полюбуюсь. А за окном, тем
временем, вечереть начало. Мрачновато как-то стало. Я свет включила. А
свет там не на потолке был, как это принято. А как-то так вдоль стен.
Тени от светильников по всей комнате бродят. Мне как-то не по себе
стало. Я перестала разгуливать по комнате. Решила спать лечь, да и
вообще этот свет выключить. Так лучше будет. Завтра ведь вставать рано.
Легла. На один бок повернусь – как-то не спится, на другой – тоже что-то
не то. Мысли всякие в голову лезут. Вспомнилось, что мне ведь даже
контактов никаких не оставили. Так если что… А что может быть-то? Да
вроде бы ничего. И всё-таки. Город незнакомый. Я одна тут совсем. Темно.
И тишина такая, будто вымерли все. Вспомнилось сразу, что время сейчас
такое. Шальные девяностые были в самом разгаре тогда.

Уснулось мне как-то ненадолго. Сон страшный приснился. Думаю, душно,
наверное. Надо бы окошко открыть. Открываю. А оттуда крик
нечеловеческий! О, ужас! Может быть, просто хулиганил кто. На тот момент
же мне почудилось, что кого-то убивают. Я быстро обратно в кровать.
Коленки дрожат. Свет включить боюсь. Тени ведь опять двигаться начнут! А
в темноте совсем стало невыносимо. Я телевизор включила. А там! Кошмар!
Там триллер какой-то идёт! Выключила. Сижу – не дышу. И тут… раздается
телефонный звонок! Хочу кричать, но молчу. Дрожащей рукой тянусь до
телефонной трубки. Мужской голос: «Наташа?» «Нет, это не Наташа» -
автоматически отвечаю я. А у самой - душа в пятки. А голос на том конце
трубки продолжает: «Наташа, приходи к нам!» Стараясь казаться как можно
более спокойной, я вежливо отвечаю: «Нет, вы ошиблись» и кладу трубку.
Холодные мурашки пробегают по моей спине. Я тихо пробираюсь к двери,
выглядываю в коридор. Сумрачный свет. Бесконечные двери, двери. А в
конце коридора стол и … о боже! Вахтёрши нет! Это абсолютно точно. Моя
последняя надежда на спасение ушла… Забиваюсь в угол, укутываюсь в
одеяло с головой. И, о нет! Звонок… Кто ещё это может быть? В такой час?
Поднимаю трубку. Слушаю. Неуёмный мужской голос уверенно заявляет:
«Наташа, тогда мы к тебе сейчас придём». Что делать, куда бежать?
Пытаясь снова промямлить что-то про неправильно набранный номер, бросаю
трубку. Не помня себя от страха, я забаррикадировалась так, как только
это было возможно. Плотно закрыв шторы, забившись в угол, и натянув на
себя одеяло, я боялась не то чтобы пошевелиться, даже дышать! И выжидала
минуту за минутой, то и дело, приглядывая в темноте предметы потяжелее.
Мой пульс не уставал отбивать секунды, мне стало казаться, что где-то
совсем рядом в комнате, быть может даже под моей кроватью, находится
бомба с часовым механизмом и вот-вот она разорвется. Через несколько
часов усталость взяла верх и мои глаза закрылись. Кажется, сон длился
совсем недолго. Но проснулась я от стука в дверь. Моё тело вздрогнуло.
Может всё-таки послышалось? Но стук раздался громче. Боже! Ещё надеясь,
что стучат не ко мне, я неслышно встала и на цыпочках подкралась к
двери. Опять постучали… Сомнений нет! Это сюда... Автоматически
подхватив стул, я распахнула дверь и замахнулась.

За дверью в костюме и галстуке широко открыв глаза от удивления и,
видимо, потеряв дар речи, стоял человек из модельного агентства. Я
проспала! За плотно зашторенным окном давно светило солнце. Времени на
объяснения уже не было. Да и что тут скажешь. Быстро собравшись, я
отправилась, наконец, осуществлять цель своего приезда.

47.

ИЛЬЯ МУРОМЕЦ
Прошло уже двадцать пять лет, а я все вспоминаю и не перестаю удивляться
одному странному человеку по фамилии Потоцкий.
А дело было так…
Псковская область, учебка ПВО.
Поскольку СССР тогда еще не развалился, мы в казарме во всей красе
поимели оголтелую дружбу братских народов, но главные проблемы возникали
у нас из-за узбеков. Было их в нашей роте человек тридцать, отсюда и
проблемы, ну как проблемы… они собирались оптом и регулярно нас били и
от этого естественно у нас бывали проблемы…
Грузины держались друг за друга, казахи тоже не давали себе в кашу
плевать, а вот за нас русскоукробелорусов, некому было заступиться. Мы
никому не были нужны, даже самим себе, вот и терпели регулярные набеги
от тамерланова войска.
Самое большее, что мы могли выставить – это человек десять (У остальных
наших воинов возникали неотложные дела…) Вот и получались не эпические
битвы, а доказательство преимущества среднеазиатского образа жизни.
Но вот, месяца полтора спустя на пороге нашей казармы появился Он.
Ростом не особо высок, но метра два в нем, конечно же, было, может чуть
больше.
Голова огромная как у коня, пузо выпирает и если отойти подальше и
посмотреть издалека, то по пропорциям кажется, что он маленький и
толстенький, но как только к нему приближался обычный человек, то от их
сочетания становилось понятно, что в этой жизни, не все еще нам понятно…
Родом он был из глухой белоруской деревни и носил гордую фамилию
Потоцкий.
По натуре был он человеком ласковым и стеснительным и это как раз не
удивительно, ведь иначе какой-нибудь любвеобильный кроманьонец, так бы и
не осмелился приблизиться к неандертальцу - далекому предку нашего
Потоцкого по женской линии.
Потоцкий почему-то панически боялся любого начальства, даже сержантов,
он был медлительным и совсем неспортивным человеком, но при массе в
двести килограммов и силой, как у оборотня – это были абсолютно не его
проблемы.
Командир части, называл нашу роту бандеровским отрядом. Представьте себе
- рота солдат, позади которой марширует гигантский человек одетый в
черный зэковский бушлат, серые брюки, на голове маленькая тюбетейка в
виде солдатской шапки, а на ногах сапоги с разрезанными сзади
голенищами. Из всего необходимого обмундирования, на складе только и
оказалась шапка и кирзы сорок восьмого размера, а остальное – в чем
забрали в армию, в том месяца три и служил, аж пока не пришла из округа
сшитая на заказ гулливеровская форма.
Не знаю почему, но мы с ним как-то сразу сдружились, хоть по началу я
опасался приближаться к этому огромному человеку, мне очень стыдно, но я
боялся, что он меня укусит, если вдруг сойдет с ума. Вам это, наверное,
покажется смешным, просто вы Потоцкого не видели. А вот дрессировщики
львов меня поймут…
Первый раз он удивил меня, когда рота получала на складе толстые
солдатские лыжи для кросса. Нескольким счастливчикам не хватило и они
отправились в теплую казарму ждать возвращения уставших героев-лыжников.
Время поджимало, скоро на старт, все подгоняют крепления и цепляют к
ногам тяжеленные дрова, а Потоцкий зудит мне над ухом со смешным
белорусским говорком:
- Ой, мамочки, ой убъющь я на этих прыдуркаватых лыжах, я же сроду на
них ня ездиу. Ой шо са мной будзе…
Вдруг за спиной послышался громкий треск, от которого я подпрыгнул – это
мой огромный друг незаметно сломал свою лыжу пополам, просто держа ее
поставленными рядом ручками. Я пробовал потом переломить такую дровыняку
об колено, неа, не смог.
Время шло и рано или поздно, но Потоцкий должен был нарваться на
тамерланово войско из тридцати сабель…
И этот день настал.
Обед. Наш богатырь возвышался с краю стола и привычно держал миску за
дно, как блюдце (так ему было удобнее), напротив Потоцкого сидел
свирепый узбек – главный батыр и предводитель их войска. Батыр решил -
«пора», схватил черпак и начал трясти его перед огромным добродушным
лицом белоруса, выкрикивая всякие тюркские ругательства…
Гигант промолчал, опустил глаза и молча продолжил есть дальше. Тут и
батыр довольный произведенным эффектом отложил черпак и тоже вернулся к
трапезе.
Внезапно (хотя слово «внезапно» придумано не для динозавров) Потоцкий
улучил момент и дал узбеку отцовского леща.
Батыр даже не ойкнув рухнул лицом в тарелку обрызгав супом всех за
столом.
Крики! шум! угрозы! Земляки вынесли тело батыра на улицу, только там к
нему вернулось сознание.
Я, как и все русобелоукраинцы нашей роты, понимал что жить нам осталось
примерно до ужина, да и хрен с ним, не впервой, но что это за лещ такой,
от которого человек напрочь выключается?
И Потоцкий еще раз продемонстрировал этот фокус на солдатской миске, тут
все встало на свои места. После леща по дну, миска навсегда потеряла
симметрию и сделалась неустойчивой, как будто грузовик проехал.
Вечером мы сидели в полупустой казарме и тихо беседовали. В воздухе
пахло кровью, да и ощущения мерзкие – не поймешь толи жарко тебе, толи
холодно. Страшно, одним словом.
Весело и беззаботно было только чудо богатырю и он болтал без умолку о
разных гражданских глупостях. Я попытался вернуть его на нашу грешную
татаро-монгольскую землю:
- Видимо сейчас придут узбеки тебя бить. Ну и нас четверых заодно. Надо
бы приготовиться как-то…
- А чего там готовится, как придут, так и наполучают ляшчей, как сьоння
в столовой. Я, кстати, часто дома драуся дярэуня на дярэуню. Ох и вещело
было. Придет ко мне одна дярэуня, даст деньог и я иду с ними лупить
тамтую дярэуню. А потом наоборот – те собрали деньог, заплатили мне и мы
идем лупцевать перших…

Но веселее от этого святочного рассказа нам не стало. Видимо наш
бандеровец не очень себе представлял коварных азиатов в количестве
тридцати штук.
Ну, вот и все.
Топот сапог, сквозь лес коек мы увидели вражье войско. Узбеки стояли в
центральном проходе и гортанно выкрикивали:
- Патоски, выхади шакал, убивать тебя будем!
Потоцкий поднялся с табуретки и направился к ним с трудом протискиваясь
между коек.
Мы вчетвером встали и обреченно поплелись за ним.
Белорус оглянулся и спросил с улыбкой:
- Ой, а вы ж куда? Щидите тут, шобы я вас случайно не зачапиу. Щидите
гавару!
Мы послушно сели, а дальше начались живые картинки из русских эпических
былин.
Илья Муромец подошел к воинству поганому и сказал:
- Шо чурки не русские, приперлища?
Самый могучий Челубей еле доставал Муромцу носом до бляхи ремня.
И тут началось – все тридцать бусурман с гиканьем кинулись на Богатыря
со всех сторон, пытаясь его расшатать. До лица, конечно, никто достать
не мог, поэтому их азиатские кулачки уютно тыкались богатырю в огромный
живот как в подушку.
Самое дикое, что Потоцкий смеялся. Ему было весело!
Ситуация становилась патовой, Муромец их не только не бил, но даже не
воспринял всерьез, а визгливое войско Батыя безрезультатно раскачивало
богатыря, будто дошколята борются со своим игривым отцом.
В конце концов Потоцкому это наскучило и он решил освободиться от этих
гигантских пчел. Богатырь хватал врагов за ремни, бережно отрывал от
пола и откидывал от себя метра на два. Сразу по двое. При этом он
счастливо хохотал и комментировал:
- Потешные вы чурки, как дети малые. Летите уже, поигралищя и буде…
Бусурманское войско пришло в замешательство, первый раз в жизни их
неистовый бой превращался в балаган.
Тут кто-то из них вспомнил про ремень, извернулся и достал богатырю
пряжкой до лица.
Потоцкий издал рев как из ночных джунглей, резко выхватил обидчика из
толпы и только теперь включив всю свою звериную дурь, двумя руками
забросил его вертикально вверх. Узбек с глухим ударом встретился с
высоким казарменным потолком и посыпался вниз вместе с разбитыми лампами
дневного света.
Потоцкий как цирковой лев, прорвавшийся на зрительские трибуны, сеял
панику и разрушения. Лютые враги моментально превратились в
пингвинчиков, которые с пробуксовкой сваливали от вертолета. Потоцкий
хотел уничтожить всех, но, к счастью, так никого и не поймал.
Несколько секунд и казарма опустела. Один особо впечатлительный узбек,
даже бросил табуретку и попытался выпрыгнуть вслед за ней в разбитое
окно…
Муромец вернулся в наш угол, мы слегка напряглись (черт его знает, как у
неандертальцев с торможением…) Он сел на свой табурет, пощупал вспухшую
губу и сказал:
- Эх, перестарауся, боюся я, шо чурки всеж таки заложат меня сержантам.
Хлопцы, може у кого жеркало есть глянуць на свою рожу?

48.

КОНТАКТ.
Осенью туманы не редкость. Если не видно соседнего дома – это обычный
туман. Туманчик. Что бы вы сказали про туман, когда почти не видно
ногтей вытянутой руки? Не смотрели, случаем, фильм по Стивену Кингу
“Мгла”? Или мультик "Ёжик в тумане"? Типа такой. Скорее задымление, а не
туман, но без копоти и гари.
Давайте историю про такой туман расскажу.

История будет армейская. 1984г. Службу я нёс на дальних рубежах единой
пока Империи – Приморье, Сахалин, Кунашир. Последний год дослуживал на
Шикотане (самый юг Курил). Наша РТОТ (рота танковых огневых точек)
занимала позицию на одной из господствующих сопок острова, 300 с хвостом
метров над уровнем океана. Энное количество разнокалиберных, устаревших
уже тогда танков, вкопанных по глаза в скальный грунт. Со снятыми
движками и установленными взамен аккумуляторами, чтобы быстро башни
крутить. Зоопарк техники был тот ещё, чуть ли не со второй японской
войны осталось, были ИС-2 и ИС-3, Т-54 и даже один антикварный Т-34. К
слову, довелось разок из него жахнуть для разнообразия. Незадолго до
этого неподалеку Боинг корейский сбили и обстановка была нервная, янки
флот подтянули с F-16. В случае чего, нас бы первыми стали плющить. Нет,
так меня уведёт в сторону от темы.

После материковых морозов климат на острове был северно-тропический.
Этакая водная эмульсия вместо воздуха. Влажность за 100%. Не всегда, но
часто. Любая необработанная сразу царапина гнила много дней. Получив
синяк в драке, можно было приехать домой с гематомой, там она не
проходила. Зимой же наметало столько снега, что трехметровые ели торчали
из-под снега самыми верхушками, похожие на тех, что теперь ставят на
стол в офисах у мониторов на Новый Год.
Высокие штабеля из снарядных ящиков, сложенные прямо на земле, заметало
заподлицо и мы ходили по насту, под которым они стояли. Большую часть
времени зимой мы тратили, чтобы откопать себя, свои теплушки, технику и
не оказаться погребёнными под толстым слоем снега. Ходы-выходы в
строения напоминали крысиные норы в сугробах. Раз в месяц к подножию
сопки продирался вездеход с продуктами и мы их затаскивали, выстраиваясь
в цепь.

Вернусь к той осени. Возможно, из-за этой влажности, плотности воздуха и
близости океана, но таких осенних туманов я больше уже не встречал.
Ногти не ногти - в нескольких метрах днём видимость была ноль. Ночью её
вообще заменяла слышимость, фонари помогали - прекрасно освещали ноги.
Вряд ли тот год был исключением, раз местные не удивлялись.

В такие дни по всей позиции заранее натягивались двойные веревки -
коридорами для передвижений. Круглые сутки периметр части охранялся
караулом, в который мы все по очереди заступали. Выходя ночью в густой
молочно-сметанный туман, главное было не сбиться с трассы. Не дай бог
выйти за ограждение, искать пропавшего пришлось бы долго, всем личным
составом, с пальбой и сиренами.
Это чтобы было ясно про погодные условия.

Теперь о специфике местности. Внизу, под сопками – рыбокомбинат,
когда-то бывший самым большим в Союзе. Население острова - в основном
военные, их семьи, рыбаки и работники комбината. Несколько раз в году
наступает путина, раз в год главная – идёт сайра. В наших магазинах она
вся оттуда. Если глянуть в это время с сопки в океан и ночь будет ясная
– то вдали возникает целый город, полный огней. Это пришли флотилии
сейнеров и траулеров. Красота? Нет, ужас.

За несколько дней население острова распухало в разы, с материка
приезжала прорва желающих зашибить быструю деньгу. Оживал и заселялся
целый поселок из пустующих весь год бараков и сараев, называемый
почему-то всеми Пентагон. Вместе с работягами приезжала куча бичей,
алкашей, проституток и прочий лихой народец. Воинские части приводились
в повышенную боеготовность, т. к. этот народец естественно начинал к ним
лезть. Не за тушенкой и секс-деньгами, хотя были и такие (какие у нас
деньги тогда были?) Спереть, сменять что-нибудь, а повезёт и разоружить
спящего часового. Это реально.

А что нас не разоружить? Сами не раз так делали. Подойдёшь менять
часового, а эта ссука сладко дрыхнет, привалившись к снарядному ящику
или чахлой березке. Деревья на сопке, кстати, все от ветра чахлые да
кривые. Осторожно забираешь его калаш, стоящий рядом, растолкаешь и
проводишь полит-беседу с учётом срока службы. Если срок службы меньше,
то обязательно с мануальной терапией.

В спокойное время в караул заступали в основном молодые, а дедушки брали
на себя трудную и почётную роль разводящих. Но во время путины число
постов увеличивалось и в караул запрягались все. А караульная служба,
длящаяся несколько дней, выматывает до отупения и шизанутости. 2 часа на
посту, потом 2 часа бодрствования и 2 часа сна (скорее полтора). И так
по бесконечному циклу. Чем дольше, тем хуже.
В тот год туманы пришли вместе с сайрой.

И вот в соседней части понаехавшие “пентагоновцы” действительно
разоружают часового. Автомат не найден, все на ушах, это ЧП. А тогда –
это не тут.
Капитан нашей роты объявляет нам, что кто застрелит в карауле нарушителя
– поедет в отпуск. Это он зря так сказал сгоряча. Отпуск на материк –
это же минимум две недели, а то и месяц гражданки с учетом дороги.
Других вариантов отпуска с этого края земли нет. Естественно, что вскоре
нарушители начинают к нам ползти пачками.
Точнее, они начинаются всем мерещиться. Особенно в сумерках и ночью в
тумане. То силуэт на танковой башне мелькнет, то призраки меж кривых
деревьев пробегут. Чуть не каждую ночь с дальнего поста, от которого
идёт дорога вниз в поселок, раздаётся автоматная очередь.

После чего вся рота вскакивает, а группа захвата, стряхивая остатки
драгоценного сна и вовсю матерясь, отправляется в этот чёртов туман. С
каждым разом этажность мата растёт, ведь днём кроме гильз и следов от
пуль опять ничего не находим. Думается, к нам бы полезли в последнюю
очередь, раз здесь по ночам какие-то психи то и дело войну устраивают.

Такая вот преамбула с декорацией. В общем, музыка и немного нервно.

И вот заступаю в очередной караул. Ночная смена. Тот самый дальний пост.
Раздвигая дымное молоко, ползём меж верёвок вместе с разводящим,
приятелем-молдаванином Димой Нягу. Метров за сто ещё, нарушая все
уставы, начинаем свистеть и орать, чтобы часовой сдуру не сделал из нас
дуршлаг. Какие нахрен положенные “Стой! Кто идет! Стрелять буду! И т. д.”??

Ладно, услыхал нас. Не спит, и то хорошо. Делаем смену. Они,
растворяясь, вдвоем уходят, а я вспоминаю, что забыл взять у Нягу часы.
Мои, отсырев несколько дней назад, окончательно встали. Хреново, в этой
мгле время будто стоит на месте. Луны и звезд, понятно, нет. Туман
сегодня кажется особенно густым. Можно было бы мерять время сигаретами,
но с ними уже совсем абзац – вездеход будет через два дня, месячный
запас курева в роте давно кончился, все свои-чужие заначки и укромные
места перерыты по нескольку раз. Мобильных телефонов, на которых есть
часы, кстати тогда не было. Даже у маршала обороны.

Выкурив дотла заветную последнюю сигарету и обойдя пару танков,
пристраиваюсь поудобнее у облюбованной ёлки, которая изогнулась стволом
к земле и поэтому отполирована нашими задницами. Из всех звуков – легкий
шелест травы на ветру. Всё равно ничего не увидишь, чего зря глаза
пялить. И они начинают потихоньку, но неумолимо склеиваться. Тёрка ушей
и махи рук помогают, но ненадолго. Проходит около часа, или того меньше.
Наверное так чувствует себя осенью муха, медленно замерзающая между
оконными рамами.

И тут где-то впереди, далеко или не очень, раздаётся странный звук.
Вроде металлический, но глуховатый, не звонкий. Расстояние до источника
звука в тумане определить невозможно, вроде не близко. Почудилось
конечно. Глаза опять начинают закрываться. Но через некоторое время звук
повторяется, только немного громче и правее. Сон с меня мигом слетает и
сердце начинает переходить в форсаж. Тихо снимаю АК-74 с предохранителя.

В голове: “Лезут, гады”. Самое неприятное, что я не могу понять, что это
за звук. Мы натянули за постом проволоки с консервными банками, но звук
не похож на звяканье банок. Спустя некоторое время звук повторяется,
чуть погромче и теперь слева. Как я не щурюсь, не видно ни зги, ничего.
Медленно и по возможности тихо досылаю патрон в патронник.
Передёргивание затвора в покадровом режиме. Лёгкое клацание затвора
неизбежно, поэтому тихо меняю позицию, поближе к дороге. Орать
“стой-кто-идет” глупо. Дать веером очередь – рано. Мы только
договорились накануне между собой стрелять только в случае крайней
нужды, уже достало всех бегать по ночам.

Лиса? Здесь они бегают иногда, но явно не она. Говорят, на острове какие
твари остались неизученные. Может японцы высадились? У них тут еще
старые дзоты остались. Бичи бы постарались тихо подползти...
Пришельцы?

Когда человек не может объяснить себе природу явления, ему лезет в башку
чёрт-знает что. Тем более, когда из всех чувств остается одно не самое
развитое – слух. Дрын! И опять через минуту - дрын…
Сейчас бы, наверное, мне полезла в голову какая-нибудь бесовщина, но
тогда я был, как и многие, неверующим атеистом до спинного мозга, плюс
любитель фантастики, начитался про контакты третьего и прочего рода. Мне
наверное мерещилось что-то из ”Сталкера”, “Соляриса”, того же Кинга или
фильма “Морозко”, где старичок-грибовичок играет с Иванушкой в прятки.
Импортных кинострашилок мы ещё не знали. Впрочем, это уже поздняя
реконструкция, а о чём тогда думалось - не помню. Но что было жутковато
- факт.
Ясно только, что это были не наши – шутить бы так не стали, себе дороже.
Мой указательный палец прилип к курку. Автомат с полным рожком немного
успокаивал.

Глуховатые звуки продолжали медленно приближаться. Какими-то зигзагами.
Слева. Справа. Прямо. Что-то не торопясь подкрадывалось и уже было
где-то рядом. Наконец стали проступать контуры странного существа. В
последний момент я успел заметить какие-то антенны на его голове и тут
из туманной каши прямо мне в лицо вылезла... рогатая морда коровы.
На ее шее было подвешено большое ботало, которое и издавало эти глухие
звуки. Отвязалась падла у кого-то внизу в поселке и зачем-то попёрлась к
нам на сопку.
Через секунду мой контакт с неземным разумом был закончен.
Криком “Ах ты, блядь!” и ударом приклада по коровьей морде.

Я рухнул на какой-то пень со смешанным чувством облегчения и злости.
А чудом оставшаяся в живых корова обиженно шарахнулась назад, не
догадываясь о своём везении.

Разводящий Нягу, выслушав меня, всю обратную дорогу матерился, что
пропало столько мяса. Стивена Кинга он явно не читал.

49.

В ТАНКЕ
В конце 50–х годов один молодой курсантик залез в танк.
Шли годы, менялась политика партии, да и сам курсантик мужал и рос по
службе.
Успел жениться, произвести на свет двоих мальчиков и девочку (от девочки
я и услышал эту историю). Менялась конструкция танка и его дислокация, а
танкист все продолжал сидеть внутри – всегда готовый честно выполнить
любой приказ Родины. Менялись генсеки, поддували ветры перемен, началась
и развалилась вместе с Советским Союзом перестройка, наступили безумные
90-е, но в танке все было по старому – так же пахло соляркой и белые
стены создавали в полумраке тот же привычный спартанский уют.
Неожиданно по башне постучали маленьким гаечным ключиком, танкист вылез
щурясь на свет и ему улыбаясь объявили:
- Товарищ полковник, освободите пожалуйста казенный танк. Все. С этого
дня Вы больше не командир нашего полка, а военный пенсионер. Разрешите
от имени и по поручению, проводить Вас из ворот части на заслуженный
отдых. Аплодисменты.
Командирский уазик последний раз подвез полковника к подъезду хрущевской
пятиэтажки, так он и заявился домой средь бела дня с грустными глазами и
бутафорской подарочной шашкой подмышкой.
Полковник был хорошим солдатом и честным командиром, он даже свою жену –
почтальона, стеснялся устроить прапорщиком в часть, хоть многие
офицерские жены сидели на хлебношерстяных должностях. На самые мелкие
просьбы супруги, он неизменно отвечал:
- И не проси, городок у нас маленький, слухи пойдут, я командир полка,
что обо мне подумают мои офицеры, если я притащу ватман из клуба? Нет -
это стыдно. Купим.

Даже свой старенький безколесый «москвич», за много лет, он так и не
отважился оттащить в автопарк, для переборки движка. А теперь уж и
поздно...

Пенсионер с двухдневным стажем сидел у телевизора, грустил и фантомными
болями переживал потерю своего любимого танка...
Безделье было очень непривычным состоянием, ведь еще пару дней назад, он
приползал с работы, чтобы только упасть и налету уснуть до неожиданного
появления посыльного из штаба, а теперь сиди у «ящика» и ни одна собака
тебе даже не позвонит. Конечно же, командир полка знал, что рано или
поздно так и будет, но не ожидал, что это будет так...
Наконец вернулась с работы жена с дочерью, сварили супчик на скорую
руку. Сели ужинать.
Полковник, без аппетита болтая ложкой в тарелке, сказал командирским
тоном:
- Я присмотрелся, к вашему хозяйству – кругом один бардак, включаю
чайник - вылетают пробки! Вы бы давно или выбросили его или мне сообщили
о поломке.
Жена и дочка переглянулись.
Полковник продолжал:
- И этих гавриков что-то не видно, хоть бы внуков привезли порадовать
деда, знают же что я теперь дома сижу... Послушайте, что вы мне тут
наварили...? На хрена мне ваш жиденький манный супчик!? Я не язвенник и
не на диете, я здоровый мужик и мне нужно жареное мясо!
Жена и дочь опять переглянулись. Жена:
- Это ты серьезно насчет мяса?
- Ну да...
- Так неси мясо, я кину на сковородку, дело пяти минут.
Полковник обижено сорвался из-за стола, метнулся в кладовку к
холодильникам и тут же вернулся еще злее прежнего:
- Хозяйки вашу мать, а что это у нас происходит? В холодильниках шаром
покати, зачем спрашивается, я вам купил целых два холодильника, чтобы в
одном лед, а в другом горчицу холодить!? У вас сисек больше чем мозгов,
в доме две бабы, а одного мужика нормально накормить не в состоянии! Я
человек неприхотливый, могу на голой земле спать и одну тушенку жрать,
но есть же какие-то вещи!
Жена:
- А ты действительно так одичал за тридцать лет в своем танке, или
прикидываешься?
Если прикидываешься, то послушай, как устроена жизнь снаружи: Чайник наш
не сломанный, просто с этого дня прежде чем его включить, выруби
калорифер. Пока ты у себя на учениях организовывал танковые клинья, к
нашему дому из части протянули толстенный кабель, вот свет и не
вырубался никогда. А теперь, когда ты в отставке, его и смотали за
ненадобностью, так что-либо обогреватель, либо чайник...
Ты ждешь в гости внучат? Какая прелесть. Дед, ты серьезно думаешь, что
дети после работы почти каждый день через весь город волокли на автобусе
внуков, только для того чтобы ты им на коленках лошадок устраивал!? Ты
что не видел, с какими сумками они от нас уходили?
- С какими сумками...?
- Да ты хоть представляешь, что теперь делается в магазинах, и какие там
цены? Твоей огромной пенсии хватит только на кило не самых дорогих
сосисок. Завтра сходишь за хлебом, сам поймешь...
Полковник удивленно хлопал глазами.
Жена продолжала, но уже более ласково:
- Бедный мой полковник, Ты, правда, не в курсе, что уже много лет, почти
каждый день, пока ты был на службе, к нам приезжал солдатик на ЗИЛке и
под завязку догружал наши холодильники?

Танкист сгорбился, опустил глаза и молча принялся хлебать манный супчик.