Анекдоты про кабине
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 209

201

Дорожная

Эта история, почти мистическая, приключилась со мной зимой, на первом курсе мореходки. Тем вечером, уже в сумерках, я добирался из Стрельны домой, в город, и остановил на Леншоссе попутную грузовую машину. За рулем сидел, как мне показалось, молодой парень, чуть старше меня. В кабине было сильно натоплено: я снял шапку и расстегнул шинель. Он предложил папиросу. Я не курю, но почему-то, наверное, из вежливости, согласился. Мы задымили.
Водитель спросил: «Как служится?»
Ответил, что: «Больше учится, чем служится».

Его звали Петром, и он начал рассказывать, как ему служится, вернее, служилось. Как задолбали офицеры, которые заставляли весь день куда-то идти, а потом всю ночь рыть окопы, а утром опять надо было куда-то идти и следующей ночью снова рыть окопы, но уже в другом месте. Рассказал, что ППС таскать гораздо удобнее, чем ППШ и что он мечтал служить в автобате и как ему потом повезло, когда его, после ранения и госпиталя, наконец-то, отправили в автороту. Как летом 45-го года замполит возил их всех на экскурсию в Берлин и как он расписался на Рейхстаге.

Это была совсем не та история о войне, которую я много раз слышал в школе на встречах с ветеранами. Это был трёп приятеля в курилке, рассказ курсанта из соседней роты, безо всякого учета разности в возрасте поколений, как сверстника со сверстником.

Я был ошарашен той встречей. Та далекая война вдруг оказалась совсем рядом, а седые ветераны неожиданно, на мгновение, стали моими ровесниками.

202

ПРИЗРАЧНЫЙ ПОЕЗД
Если твой самый большой страх, связанный с московским метрополитеном - уехать в депо, то приготовься, мы принесли тебе новую фобию. Вот уже много лет ходит легенда о призрачном составе, который раз в месяц после полуночи проезжает по кольцевой линии, останавливаясь на каждой станции. Иногда даже открываются двери вагонов, но если присмотреться, то будет очевидно: пассажиров нет, а в кабине машиниста сидит человек в форме чуть ли не столетней давности. Говорят, что этот поезд - средство передвижения для всех неупокоенных душ рабочих, скончавшихся во время строительства тоннелей и навсегда привязанных к подземке. И да, заходить в такой, конечно, нельзя, иначе уже не вернёшься.

203

Недавно я вновь встретился с Саньком. Это немного напрягло. Годы ведь мои идут, а это или тенденция какая-то или звоночек. Поэтому после слов приветствия я сразу взял быка за рога.
- Санек, а на твоем поприще имеются какие либо параметры приближающейся кончины?
- Конечно, вот например война или эпидемия, - не задумываясь ответил он. - Знаешь сколько мы захоронили в корона-вирус.
- Ну это-то понятно. А если без всяких катаклизмов мирового масштаба?
Санек на секунду задумался:
- А вот поехали со мной, покажу.
Времени особо не было, но предложение Александра заинтересовало и я взгромоздился на сиденье его катафалка. А тот без лишних слов через несколько минут подрулил к городскому ГАИ или ГИБДД. Не знаю как оно сейчас правильно называется:
- Ты пока осмотрись, а я пойду быстренько список найду – произнес он.
Чего надо было осматривать я так и не понял, но было интересно. Народу там толпилась целая куча и в основном молодежь. Были и пацаны с начинающими пробиваться усами и девчонки в коротких юбках и с немаленькой грудью. В общем было на что посмотреть. Только я проникся этими смотринами как хлопнула дверка и в кабине опять появился Санек.
- Насмотрелся? – поинтересовался он.
- Ммм, в принципе да, но ни хрена не понял.
- А что тут непонятного, сдают на категорию А и все, что к ней относится. Согласно практики львиную долю из них вскорости мне увозить с места ДТП придется. И хорошо если целиком, а бывает, что и по частям. Вот фамилии из списка сфоткал на всякий случай, легче будет потом родственников искать. Вот тебе и параметры.

Я если честно вздохнул с облегчением. Пока. Я ведь на мотоцикле уже лет двадцать не езжу.

204

Летит большой самолет и попадает в бурю. Потрепало сильно, но все обошлось. После того как вышли из бури, пилот говорит по внутренней связи пассажирам: ``Спасибо за терпение, все хорошо, мы успешно продолжаем наш полет.`` После серии щелчков снова слышится голос пилота: ``Эх, сейчас бы кофейку, и стюардессу трахнуть``. Стюардесса со всех ног бросается к кабине пилота - сказать, что в салоне все слышно... Сидящий у двери кабины пассажир говорит ей: - Не забудь, он еще кофе хочет...

205

В апреле 1978 года Министерство внутренних дел СССР (МВД) организовало совещание
работников руководителей следственных органов, которое проходило в Смоленске.
Я в это время работал в должности главного инженера областного объединения
"Смоленскоблфотопарикмахерские" и отвечал за работу всех региональных фотографий.
Примерно за неделю до начала этого совещания в нашу контору приехал высокопоставленный сотрудник
этого ведомства и попросил "продублировать" работу их штатного фотографа.
Сейчас не помню точно, но на этой "сходке" должно было быть не менее 400 человек самого высокого ранга,
начиная от тогдашнего Министра, генерал-полковника Николая Анисимовича Щелокова.
(о трагической судьбе Н А можно прочитать в безграничном Интернете).
Совещание должно было проходить в большом зале Дома Советов, как тогда называлось здание
областной Администрации.
Получив такое "партийное задание", я решил провести пробную съёмку на месте будущего "эпохального события".
Пошёл в наш "Дом бытовых услуг", носивший символическое имя "ГАМАЮН", на первом этаже которого
размещалась "Фотография номер 50". Поговорил с ведущим фотографом Валентиной Культурной и сказал,
чтобы она подготовила аппаратуру к съёмке "на выезде".
У них ответственным за обеспечение этой "фотосессии" был милицейский подполковник по фамилии Серый.
В моё распоряжение была выделена автомашина, получившее позднее в народе название "буханка".
Накануне я заехал в "ГАМАЮН", загрузил в ам только что полученную из ГДР съёмочную камеру
"GLOBICA" с размером негатива 18х24 сантиметра.
Села рядом и фотограф Валентина Кузьмина, имевшая
четвертый профессиональный разряд. Она, бедная, как узнала, куда её везут, аж за причитала:
"Ой, не надо меня туда! Я боюсь" и т д. Как мог успокоил её.
А она, трясущаяся от страха, возьми да и спроси у подполковника:
"А что со мной будет, если фото не получится?"
А тот, почти в шутку и говорит:
"Место для вас в СИЗО всегда готово!"
Слёзы из её глаз полились ручьём. Еле очухалась.
Теперь о дне съёмки.
Погода стояла великолепная: на небе ни облачка, только солнышко светит высоко над горизонтом.
Надо сказать, что прождали мы на улице очень долго, потому что Николай Анисимович был принят
тогдашним Первым секретарем обкома партии Иваном Ефимовичем Клименко. Они, вероятно,
засиделись в его кабине, но в конце концов вдвоем вышли и сели в середине первого ряда импровизированной
трибуны, где уже покорно ожидали начала "фотосессии" около 400 сотрудников.
Рядом с нами находился и их "штатный" со старенькой фотокамерой ФК 13х18 на шатком деревянном штативе.
Съёмка началась и тут я заметил, что у моего "коллеги" вдруг из камеры выпало матовое стекло, без которого
съёмка просто невозможна!
Дальше было так. Нас с Валентиной привезли в "ГАМАЮН", где она проявила негативы.
Глянув на них, я понял, что всё получилось классно и сказал, чтобы она готовилась к печати
фотографий в количестве 400 (!) штук.
Через несколько минут приехал с серым хмурым лицом подполковник Серый, который сказал:
"Давайте счёт на любую сумму, мы всё оплатим, но к утру фотографии должны быть готовы!"
Эпилог: задача была выполнена, фотографии в нужном количестве были своевременно выданы заказчику!
Вот так.
С уважением, инженер-пенсионер
Вячеслав Дмитриевич Шеверев

206

Профессиональное образование в сельской школе СССР

С 87-го по 92-й работал в Ратчинской сельской школе инструктором производственного обучения. Обучал мальчишек 9 и 10 классов специальности тракторист-машинист.
В кабинете стоял полуразобранный трактор МТЗ-52, двигатель, коробка передач, ещё какие-то узлы.
Мама сохранила фотографию, где я возле этого самого МТЗ-52.

Совхоз-племзавод "Ачкасово" передал мне трактор ЮМЗ.
Я оборудовал его дополнительными педалями сцепления и тормоза. Заменил кресло в кабине на сидушку из списанной грузовой машины, и на этом тракторе проводил занятия по вождению. По понедельникам с 14 до 18-ти часов гоняли по полю с десятиклассниками, по четвергам - с 9-классниками.
В мае приезжал инспектор Гостехнадзора - принимал у 10-классников экзамен, и выдавал им Свидетельство об обучении специальности.
По достижении 18 лет они могли с этим свидетельством получить в Гостехнадзоре Удостоверение тракториста.
А девочек зоотехник совхоза обучал специальности доярка машинного доения.

Я в 79-м окончил эту же школу. Храню и свидетельство, и удостоверение.

207

Тенерифе: два громадных «Боинга», туман и самая смертоносная авиакатастрофа в истории

27 марта 1977 года обычный день на Канарах закончился катастрофой, которая до сих пор остаётся самой смертоносной аварией в истории гражданской авиации. В аэропорту Лос-Родеос на Тенерифе столкнулись два Boeing 747 — KLM Flight 4805 и Pan Am Flight 1736. Погибли 583 человека. Выжили только 61 пассажир и член экипажа с борта Pan Am.

Самое страшное в этой истории то, что катастрофа не началась с поломки в воздухе. Оба самолёта вообще не должны были оказаться в этом маленьком аэропорту в таком количестве и в такой спешке. И KLM, и Pan Am летели в Гран-Канарию, но после взрыва бомбы в терминале аэропорта назначения рейсы начали срочно перенаправлять на Тенерифе. Лос-Родеос был перегружен, тесен, с одной основной полосой и ограниченными возможностями для руления. Самолёты стояли где попало, обычная логистика ломалась прямо на глазах, а затем на всё это ещё и лёг густой туман.

Дальше началась цепочка мелких решений, которые по отдельности не выглядели как приговор, но вместе стали смертельными. KLM решил дозаправиться на Тенерифе, чтобы не терять время позже, из-за чего простоял дольше и стал тяжелее. Когда вылет снова разрешили, самолётам пришлось использовать саму взлётную полосу ещё и как рулёжную дорожку: KLM должен был развернуться в её конце и готовиться к вылету, а Pan Am — ехать следом по полосе и затем уйти с неё по одной из рулёжек. Но из-за тумана и сложной схемы съезда экипаж Pan Am не ушёл с полосы вовремя и продолжал двигаться по ней, пока KLM уже стоял на старте.

И вот здесь случилось то, что потом десятилетиями разбирали в учебниках по авиационной безопасности. Радиообмен между экипажами и диспетчером был напряжённым и неоднозначным. Капитан KLM начал разбег, хотя формального разрешения на взлёт у него ещё не было. Ситуацию усугубили плохая видимость, спешка, перегруженный эфир и перекрытие радиосигналов: часть передачи, которая могла бы остановить экипаж, просто не была нормально услышана. Расследование потом пришло к выводу, что основной причиной стало именно начало взлёта KLM без подтверждённого разрешения, при том что Pan Am всё ещё находился на полосе.

Когда экипаж Pan Am наконец увидел огни KLM в тумане, времени почти не осталось. Командир Pan Am попытался резко свернуть влево с полосы. Экипаж KLM, поняв, что впереди другой самолёт, отчаянно попытался оторваться от земли раньше времени. Но дистанции уже не хватало. KLM частично поднялся, хвостом чиркнул полосу, а затем его шасси, нижняя часть фюзеляжа и двигатели врезались в верхнюю часть Pan Am. KLM рухнул дальше по полосе и загорелся. Pan Am был разорван практически над крылом, и именно поэтому уцелели в основном те, кто находился в передней части.

После удара начался уже чистый ад. На борту KLM погибли все 248 человек. На Pan Am погибли 335 из 396 находившихся на борту, 61 человек выжил. Для многих из них спасением стало буквально место в салоне: те, кто сидел ближе к носовой части Pan Am, получили шанс выбраться через разорванный фюзеляж до того, как огонь окончательно охватил самолёт.

Но Тенерифе запомнили не только как чудовищную катастрофу, а ещё и как точку, после которой авиация начала говорить и думать иначе. После неё усилили стандартизацию радиообмена, начали особенно жёстко избегать двусмысленных фраз вроде «we are now at takeoff», изменили подход к взаимодействию экипажа и власти командира в кабине, а сама авария стала одним из важнейших кейсов для Crew Resource Management — культуры, где второй пилот и другие члены экипажа обязаны не молчать, если что-то идёт не так.

Меня в этой истории сильнее всего цепляет то, что это был не один роковой сбой, а почти идеальная цепь человеческих и системных ошибок. Не «злая судьба», не один безумный поступок и не отказ двигателя. Просто туман, давление времени, усталость, перегруженный аэропорт, неоднозначная фраза и несколько секунд уверенности там, где нужна была абсолютная ясность. И, наверное, именно поэтому Тенерифе до сих пор так пугает: он показывает, что для конца света иногда не нужен взрыв в небе — достаточно двух огромных самолётов, одной полосы и момента, когда никто уже не видит друг друга.

Из сети

208

Два машиниста едут в кабине поезда, один с тоской смотрит в окно и говорит: - Всё, Вась, пойду в путейцы работать. - Нафига??? - А вот посмотри на них. Как ни проезжаем, они все время курят и больше ничего не делают. Работа мечты, че. Ну, сказано-сделано, уволился он с работы, устроился в путейцы. Там ему выдали кувалду, и он ей машет. Час, второй, третий, четвёртый... На пятый он и говорит: - Слышь, бригадир, а курить-то когда будем? - А ща поезд поедет, мы все и покурим...

209

Рассказы вертолетчика, Маугли

В 1986 году СССР продолжало бурными темпами осваивать газонефтяные богатства севера Тюмении, страны «вечнозеленых помидоров». Силы и средства были брошены соизмеримые с освоением космоса, а может и более. Война в Афгане, «экономика развитого социализма»…- всюду нужна была валюта.
Что бы Вы, читатель представляли себе, что там творилось, приведу маленький пример.
Видели пробку на МКАД? Представляете себе ее? Вот точно так же было например и в Надыме, но только из….вертолетов.
Да, да….перед закатом короткого полярного дня слеталась куча вертолетов, которые должны сесть с 2-х минутным интервалом между собой строго до конца светового дня. Диспетчера посадки Надымского аэропорта работали втроем, когда везде в Союзе их было по одному. Скороговоркой безошибочно выдавая команды (Тина Канделаки в сравнении с ними - немая) они каким то чудом умудрялись посадить около 30 бортов за 20 минут. Да с нарушениями, но газ/нефть оправдывали все..
И вот в тот год, по осени моему экипажу выпала «честь» транспортировать первый жилой вагончик на вновь осваиваемое Харасавейское месторождение. По тому маршруту мы летали уже много, но сначала там были короткие геологоразведочные партии, которые обходились минимумом (палатка+водка+костер).
Перелетаем под загрузку в г.Лабытнанги. Там кончается железная дорога и оттуда всеми возможными видами транспорта, груз далее распространялся по Северу.
Вертолет Ми-8 на внешней подвеске может взять груз в три тонны. Наш вагончик по заявлению грузоотправителя столько и весил. Почему экспедитор выбрал Ми-8? Хз, может решил , что и так сойдет, Ми-26 тогда были редкостью их по моему вообще на тот год штуки четыре всего было, Ми-6 малочисленны и нарасхват…
Командир предупредил меня, что рейс ответственный, образцово-показательный, рискованный и т.д…Топливо было рассчитано до грамма ( больше возьмешь топлива = меньше груза). Маршрут строго по прямой. Все на нервах. Подлетаем к вагончику. Блин.. Еще и телевидение снимает. Бортмеханик дает команду на подцепку груза. Цепляем. Контрольное висение с грузом. Мать моя!!! А мы его и от земли оторвать не можем. Догадываемся, что вагончик просто прилип к глине. Дело то по осени. Начинаем раскачивать…Чмок ..оторвали один край..другой..Ну ка, а щас..Отрываем полностью от земли, двигатели взлетный режим, а обороты винта падают, 90-89-88 %...Бля…Ну нет, полярные летчики не сдаются.
Не буду Вас мучить. Есть на Ми-8 одна запретная хитрость, основанная на том что обороты винта реагируют моментально, а обороты двигателя с приемистостью секунд 5.
Взлет был ужасен… С многочисленными ударами вагончика об землю, с преодолением ЛЭП за пределами площадки ( я тогда первый раз увидел в кабине Ми-8 полностью небо, кабина сферическая и обычно половину картины занимает земля… так мы его задрали).
Думая, что самое страшное позади выбрались по-над р.Обь. Надо лететь в горы Полярного Урала, а мы не можем высоты набрать, барражируем над рекой как «Юнкерс» над Прагой. Кое как поизрасходовав керосина набрали 1500 метров и вперед с матами. Через 45 минут над точкой. По технологии перед посадкой делается контрольный проход над площадкой, мало ли там дерьма какого накидали...
Я видел, как заслышав вертолет, из палаток повыбегали комсомольцы-геологи и радостно, кто бегом, кто на вездеходе побежали/поехали к вертолетной площадке, расположенной рядом на срезанной макушке маленькой сопки.
Какой контрольный проход?!!!! Только сбросив газ, мы сразу почуяли, что высоты нам снова не набрать…
Далее команды бортмеханика:
- Высота 200, обороты 90
- высота 150 обороты 88
- высота 100 обороты 87. Уходим?
- высота 50….Бросай Борисыч!!!! Бросааааай!
С высоты 45 метров вертолет Ми-8 произвел бомбометание вагончиком.
………………………………………………………………………………………

Вы когда нибудь получали пинок силой в 5000 кг?
Я получил. Аварийный сброс груза помог в этом. Получив в долю секунды дополнительные 5 тонн тяги, мы в мгновение ока вознеслись куда то в ближний космос. Так вот ты какая голубая планета…Вон Америка с еще молодым Б.Гейтсом, вон Кения где еще бегает Б.Обама за жирафами, а вон и Москва с министром гражданской авиации Бугаевым, который грозит лишить нас свидетельства пилота….
……………………………………………………………………………………………….

Падая вагончик намотал на себя тросы и оставил просеку и распугал всех геологов. Тросы казенное имущество, если бы не они, мы и садиться бы не стали, топлива уже не было. Сели, полпачки сигарет за три минуты. Подошли к вагончику…Педерасты!!!! Отправитель не мудруя лукаво решил, а почему большая железная птица повезет вагончик пустым. И набил туда чугунных печек буржуек, годовой запас дров и тушенки и пр.

На обратном пути все молчали. Горела лампа об аварийном остатке топлива, бортмеханик яростно рвал ленту из «черного ящика». Мы думали о мести….
……………………………………………………………………………………………………

Не спрашивайте меня, откуда у меня в 22 года появились седые волосы и где я их потом потерял….
И это первый из рассказов о Маугли….

12345

Партнеры

Реклама