451

Сыну три с половиной. Не ест мясо. Сейчас подходит и спрашивает:
- Мне салат делаешь?
- Да. (Стараюсь спиной скрыть ингредиенты)
- Помельче мясо режь, чтобы я не понял.

363 +

452

Прошлым летом один видный гражданин пригласил меня порыбачить на подмосковный пруд. Я не большой фанат рыбалки, но посидеть на природе люблю, да и неудобно отказывать – сегодня ты воротишь нос, а завтра с тобой откажутся обкашливать деловые вопросики. Эти видные граждане такие обидчивые.
В общем, днём в субботу он заехал за мной на своём «Рэндж Ровере», и мы покатили ловить карпа. Загрузившись в машину, я заметил, что на заднем сиденье сидит женщина азиатской наружности в соломенной шляпке. Я спросил:
- А это – кто?
- Помощница моя, - объяснил видный гражданин, попыхивая сигаретой. – Без неё рыбалки не бывает.
- В каком смысле? – не понял я.
- А ты что, сам собрался удочку забрасывать?
- Ну… да.
- Да ну брось. А если крючок оборвётся или леска запутается, сам в тину полезешь? Не парься, она всё сделает.
Женщина в соломенной шляпке никак не отреагировала на диалог и продолжала молча смотреть перед собой. Я пожал плечами.

Когда мы приехали на пруд, я увидел не совсем тот пейзаж, что ожидал. Аккуратных домиков и хозяйства вокруг пруда не было, мостиков для ловли рыбы не было, парка и поющих птиц не было. Строго говоря, не было вообще ничего, кроме пустыря, посреди которого была вырыта огромная яма. Эту яму хозяин участка залил водой, запустил в неё рыбу, и теперь это называлось зарыбленным прудом. Если бы не удивительная способность карпа и карася жить и жиреть в любой луже, я бы с ходу принял этот водоём за отстойник какого-нибудь вредного заводика.
Видный гражданин будто прочёл мои мысли:
- Да, местечко не самое шикарное, зато владелец – мой знакомый. Так что нам никто не помешает, и не придётся отстёгивать по триста рублей за карпа. Заплатил на входе пятёрку, и тащи рыбу хоть вёдрами. Зульфия! Устрой нам всё!
- Та! Та-та-та-та-та! – Зульфия словно вспомнила первый аккорд известной песни, но петь не стала и, энергично закивав, вылетела из машины и принялась за работу. Сперва она расставила на берегу два складных кресла для видного гражданина и меня, затем поставила столик, термос с кофе и сэндвичи с тунцом. Затем, чуть поодаль, она поставила железный бак, мешок соли и, наконец, удочки.
После этого видный гражданин выбрался из «Рэндж Ровера», уселся в кресло и махнул помощнице рукой, дав знак начать рыбалку.
В течение следующих пяти минут видный гражданин молчал, прихлёбывая кофе, а мои глаза всё расширялись, пока каждое не достигло размеров чайного блюдца.
Зульфия в режиме «бегом» забрасывала удочку, тащила карпа, била его кулаком по голове, плюхала рыбину в железный бак, посыпала сверху солью и яростно перчила. Затем всё повторялось. После каждого третьего карпа она также кидала в бак лавровый лист.
- Во как работает! Молодец! – похвалил видный гражданин.
- Я стараюся, стараюся! – откликнулась Зульфия, не отрываясь от работы.
Я не выдержал и спросил:
- А в чём смысл такой рыбалки? Тут же ни природы нет, ни азарта – сделал тридцать забросов, поймал тридцать карпов.
- А в чём вообще смысл рыбалки? – видный гражданин откинулся в кресле и прихлебнул кофе. – Разве в рыбе или в пейзаже? Нет. Смысл рыбалки в том, что какие-то люди где-то в другом месте тяжело работают, ссорятся, переживают личные потери. А ты сидишь на берегу пруда, в кресле, на свежем воздухе, с выключенным телефоном, и в этот момент ты – центр мироздания. Потому что весь этот мир с его войнами, болезнями, работой, грызнёй и прочей ерундой ждёт, пока ты выпьешь кофе. Вот смотри! Слышишь тишину?
Видный гражданин поднял палец, и я прислушался к тишине.
- Слышу, - сказал я.
- Это мир ждёт, как я сейчас отхлебну кофе.
Видный гражданин отхлебнул кофе и опять откинулся в кресле.
Зульфия работала в поте лица до самого вечера.

681 +

453

Здорово, сидельцы !
Чё то вспомнилось - я ж уже был на карантине , в 1990 году . В городе Негаже в Анголе , три месяца прокарантинил . Только там климат был получше и питание похуже , а так ничё. Карантин был плотный - не предполагал прогулок , а тем более выходов на природу, так как обеспечивался силами УНИТА и регулярными обстрелами из миномёта ( ими же , родимыми) . При этом на местном рынке сидела кондратка ( местная жительница) , у которой я купил 3 ( три ) бутылки коньяка "Арарат 3 звёздочки" . Вот до сих пор не понимаю, как он у неё оказался . А как я улетал оттуда - отдельная песня
Продолжение истории про карантин - как его надо заканчивать
Проблема города была в том, что единственная дорога-двухполоска в город контролировалась УНИТА. На ней всё, что двигалось, являлось мишенью, огонь вёлся практически в упор из зелёнки, которая стеной стояла вдоль дороги, так что ехать до ближайшего города Уиже в 40 км и речи быть не могло без крайней на то необходимости. Абсолютно крайней.
Продовольствие доставлялось только вертолётами. Полоса аэродрома позволяла принимать самолёты, но город был в ущелье, кругом горы. Утром всегда туман – рассеивался с 10 утра до 12 дня , потом опять всё затягивала дымка. Товарищи из УНИТЫ сидя на склоне, в лесу прекрасно видели полосу, и, позавтракав, в случае приземления транспорта открывали по полосе огонь из миномётов, так что летуны на Ан-26 не могли себе позволить подобную эскападу. Вертолётчики на Ми-8 были поюрче- садились, выкатывали груз и ходу – не глуша движки, взлёт. Груз был только еда, больше ничего, и то не часто. Так что толстых у нас не было. Совсем. Из еды был только кофе ( там его производили), но к кофе там отношение было, как у таможенника Верещагина к чёрной икре. К концу третьего месяца у меня порвались ботинки. Я пошёл к начальнику тыла за новыми. Он молча встал из-за стола и мы пошли на склад - там были только пустые бочки из под топлива и всё. Не было даже картонных ящиков из под формы и обуви – их сожрали крысы, только металлические бочки. Обуви не было, особенно моего 45-го размера . “О “, сказал начальник тыла . “Есть идея. Тут сегодня обстрел был утром, мина попала в группу - 7 трупов. Пошли в морг, там один здоровый, снимем с него ботинки, должны тебе подойти “. Короче, что то мне не это предложение не зашло. Ну перчатки там, пояс с покойника это одно ( было дело), но ботинки … На моё счастье на следующий день в Луанду улетал переводчик, у него был 45 размер и старые кроссовки, которые он мне благодушно и оставил. Кроссовки были классные – целые и очень красивые - жёлтые с красными полосами и синими вставками, расцветка попугая жако, мечта клоуна. Зато целые.
А дней через десять прилетел к нам с визитом ГВС ( Главный Военный Советник) , Генерал-лейтенант Суродеев ( ака Дуродееев) и с ним замполит миссии , тоже целый генерал-майор, который прилетел в Анголу буквально неделю назад. Товарищ Суродеев имел кликуху Дуродеев ещё из Одессы, где он был Начальником штаба Военного округа. Он очень не любил цветущие одуванчики, которые поэтому круглосуточно изничтожались всю весну и лето по всей территории Штаба, и стали называться у местных ботаников “дуродейчиками”. “Хорошо, что тут одуванчиков нет” изрёк его подчинённый из Одессы, узнав, кто к нам назначен новым ГВС и поведал нам эту странную историю идиосинкразии. Товарищ замполит был вменяем в отличие от Суродеева, и первым делом после ознакомления с ситуацией и дежурных докладов решил поговорить со мною. Это ему горячо рекомендовал его переводчик, Кагарлицкий ( “поговорите вон с капитаном В., он тут уже третий год, всё знает и расскажет , как есть” ) . “Товарищ капитан , как Вы думаете, нам стоит улететь сегодня днём или завтра утром? ” Кагарлицкий за его спиною делал мне страшные глаза, потому как понимал, что “завтра утром“ может и не быть. “ Товарищ генерал, искренне рекомендую улетать сегодня. Более того, я настроен лететь с вами, меня вызывают в Луанду ”. Кагарлицкий всем своим видом показал, что глубоко признателен и с него причитается поляна (каковая и была накрыта по прилёту, приличный был человек).
Пока товарищи генералы слушали доклады и раздавали ЦУ, я быстренько метнулся наверх, взял свою мошилу (военный рюкзак), полмешка зелёного кофе для товарища Гавра, которые он стремительно выдвигаясь из города забыл пару недель назад, и через 5 минут был уже на борту. Командир экипажа нервно спросил - “Где эти мудаки? Сейчас нам наваляют по полной.” “Сейчас будут. Дай радио, пусть меня Гавр встретит на полосе.”
Минут через пять товарищи проверяющие появились с сопровождающими и быстренько загрузились на борт. Я уже сидел в хвосте, за дополнительным топливным баком, красивая такая бочка жёлтого цвета. Товарищ Суродеев дал команду на взлёт, и двигатель стал набирать обороты. Только вот, незадача - кофе-то для Гавра, осталось на полосе…Я подскочил, метнулся через салон к кабине пилота, тронул командира за плечо – “ Погоди минутку”. Тот кивнул (мы с ним знакомы были давно, я последние полтора года работал с летунами, да и налетали вместе более чем достаточно). Подвинул Кагарлицкого, который уже начал моститься-пристёгиваться в дверях с пулемётом, выскочил на полосу, подхватил мешок и таким же макаром вернулся на место. Движки начали набирать обороты. Одновременно с этим послышался рёв генерала. Сидя впереди, рядом с дверью он неистово вещал мне что-то, очевидно, не самое лицеприятное, типа – “ Ты кто такой , чтобы мои приказы нарушать ?Да я тебя… “ И так далее . ну что может говорить генерал в таком случае ? . Я показал на уши - “не слышу” , так оно и было. Что можно услышать в Ми-8 на взлёте, да ещё с открытой дверью? Товарищ генерал продолжал, я искренне пожал плечами. Закончилось тем, что Суродеев махнул рукой. Я бы на его месте просто бы позвал к себе жестом, но я ж не генерал, а он, слава Богу, не я.
В Луанде сели, генералитет вышел и стал слушать доклад встречающих о том, что в их отсутствие ничего не случилось (или случилось). Я тоже вышел за ними, доклада слушать не стал, обошёл вертушку, сел в УАЗик , в котором меня ждал Гавр, бросил туда же полмешка кофе и мы поехали.
Вечером я наконец-то постригся, помылся, привёл себя в полный душевный и физический порядок, а утром, строго в 5.00 уже был на аэродроме - стриженый, бритый, в повседневной форме ангольского офицера - чёрные туфли, оливковые брюки и рубашка бежевого цвета, камуфляж и кроссовки отдыхали дома. У меня было такое расписание – транспортные борта уходили в 6 и возвращались к 18 часам, моя задача была согласовать маршруты с местной стороной и утрясти разногласия. Закончив с утренними делами, приехал в Миссию, где при входе, нос к носу встретился с товарищем Суродеевым, который радушно со мною поручкавшись пошёл на утреннее построение офицеров Миссии. А я не пошёл, ибо я уже начал работать и задачи на день мне были известны. Я не ходил на построения, я пошёл за кофе.
Минут через 15 в референтскую, где я сидел с кофе стали подтягиваться коллеги и все, как один, поздравлять меня с присвоение очередного звания “лейтенант”. Я был слегка озадачен – в Советской Армии звания если и лишали, то минус на одну звезду, а я-то уже капитаном был. Что так резко тоже бывает?
Короче. На построении первым делом товарищ генерал-лейтенант , Главный Военный Советник, подошёл к строю переводчиков и начал пристально изучать стоявшие там, ценные кадры, впиваясь взглядом в каждого стоявшего в шеренге. Те кто послабее духом ( младшие товарищи - младшие лейтенанты и лейтенанты-двухгодичники) начали смущаться и потеть от столь пристального внимания, те, кто постарше и покрепче духом, задерживали дыхание, чтобы, в свою очередь, не смущать товарища генерала запахом перегара.
Пройдясь два раза туда-сюда, вдоль шеренги и не найдя искомое товарищ генерал сказал краткую речь – “Я летел вчера бортом из Негаже. Так вот, летел со мною, какой-то сраный двухгадючник (так кадровые называли призванных выпускников гражданских ВУЗов лейтенантов-двухгодичников, за их искреннюю нелюбовь к службе и поверхностное знание военного дела). Это же ужас, а не офицер - камуфляж не глажен, патлы до плеч, ботинок нет, одет в кроссовки, как у обезьяны (?). Позволяет себе вступать в разговоры с первым пилотом. Да что такое? Распустились…“. Товарищ генерал и предположить себе не мог, что так может выглядеть вполне себе кадровый офицер 10 ГУ ГШ МО СССР. На чём построение собственно и закончилось.
“Я что-то не понял, я ж с ним только вот здоровался, двадцать минут назад!”- cказал я. Тут стоявший рядом Гавр и сказал – “Чувак, ты бы себя вчера видел. Он тебя просто не узнал”.
Суродеев был человек не злобный, на том всё и закончилось.

904 +

454

Вождь собрал своих индейцев и говорит: - Я понял, что нас будут больше уважать во всём мире, если у нас будет своя межконтинентальная ракета. Давайте сделаем и запустим, чтоб весь мир узнал, какие мы крутые. Народ обрадовался. Притащили огромную сосну, срубили ветки, выдолбили полость, приготовили по старинным рецептам порох, забили его в « ракету» и поставили её на старт. Спрашивают вождя: - А куда запускать будем? - На Пекин! - А почему на Пекин? - Я другого города на той стороне света не знаю. Надписали на ракете « На Пекин» и подожгли фитиль. Огонь, грохот... Вождь приходит в себя, оглядывает кучу трупов и говорит: - Вау! Представляю, что сейчас творится в Пекине!

567 +

455

Районная газета озеро Комо в Италии сообщила об освобождении заложника, который оказался хозяином дома, по пьяни залезшим в кладовку и уснувшим там. Проснувшись, понял, что его похитили и замуровали демоны, потому и вызвал полицию...Уверен, что вы все сейчас подумали о Владимире Соловьёве!

411 +

456

Звонит мне в Торонто мой друг Лёва из Монреаля.
"Из-за карантина у меня сейчас теле трава..." - рассказывает Лёва.

В Канаде марихуану недавно легализовали, но Лёва в её употреблении замечен как-то не был. Но с другой стороны, трудности карантина могут менять людей.

Поэтому я уточнил: "А что, в Квебеке траву по телефону сейчас заказывают? У нас, в Онтарио, Канабис магазины закрыты, только алкогольные магазины оставили, как жизненно необходимые сервисы."

"Что заказывают по телефону?" - не понял Лёва
"Марихуану.."
"Причём здесь марихуана? Зачем она мне?"

Оказалось телетрава - это по-французски удалённая работа.

545 +

457

Дела амурные давно минувших дней

За счет карантина появилось больше времени и возможности пообщаться, хотя бы по телефону, со знакомыми старичками, "заставшими" и "повидавшими". Благо многие заперты дома безвылазно и очень жаждут общения. Эту историю мне рассказал отставной чекист, генерал, оному уже крепко за 90, ноги не держат, но котелок ещё в порядке.

Текст привожу от лица рассказчика, поэтому использую выражения "я, у меня, мною" - они относятся к рассказчику, а не ко мне, прошу обратить на это внимание. Ни с кем из героев данной повести кроме рассказчика я не знаком.

В 1965 году к нему в подчинение попал один "зеленый" лейтенант - очень башковитый паренек, не заумный, как ученые, а именно башковитый - умеющий анализировать и прикидывать чисто житейским умом. Эти качества ценились в работе особенно, поэтому при распределении пацан не уехал в дальние дали, а остался в столице, что было большой удачей. Все в этом парне было замечательно, кроме длящейся уже много лет любовной истории с дочкой большого начальника. Папа там сильно против, он влюблен по самое не могу, она- любит, но против отца пойти не готова. В результате пацан иногда витает в облаках, что в органах очевидно не могло никому понравиться. После откровенного разговора с моим рассказчиком лейтенант пошел к отцу девушки, попросил её руки, был послан далеко и надолго, у самого парня ни жилья, ничего за душой, живут вчетвером в комнате в коммуналке, разделенной занавесками - ну какой из него жених? За девушкой в то же время ухаживал парень из приличной дипломатической семьи. Лейтенант его знал, и они были противниками "не на жизнь, а на смерть", тем более что отец девушки близко дружил с дипломатом - отцом потенциального жениха. Через 2 дня после встречи с отцом девушки рассказчику приходит с самого верху приказ о переводе "молодого перспективного специалиста" в Екатеринбург для "усиления работы местной структуры ведомства".
С учетом того, что срок работы по распределению ещё только начался, а источник приказа терялся в самых высоких кабинетах, рассказчик только развел руками, пожелал парню удачи и посоветовал "начать новую жизнь на новом месте".
Прошло 3 года, и вдруг, в столовой главного здания КГБ рассказчик, получивший за это время повышение по службе, встретил нашего лейтенанта. Как выяснилось, он уже капитан, и только что прибыл в столицу на новую должность. Оба факта были мягко скажем удивительными. Ещё более удивительной оказалась характеристика с места службы, подписанная бывшим сокурсником моего рассказчика - там описывалось редкое трудолюбие и рвение по службе нашего подопечного.
Парень был женат, вступил в Партию, то есть имел все шансы на стремительную карьеру.
Рассказчик на своем пути повидал немало, но это было прямо таки совсем за гранью. Набрал в Екатеринбург бывшему сокурснику. Тот по служебному все подтвердил, и сказав, что они давно не общались обещал набрать "потрындеть" вечерком. Поздним вечером он действительно позвонил, и помимо воспоминаний о былых курсантских годах очень аккуратно намекнул, что с "этим капитаном будь предельно осторожен". На уточняющие вопросы ответил, что пацан по приезду постоянно звонил в столицу, писал безответные письма, потом - запил где то под городом у шапочных знакомых, пришлось ставить на вид перед коллективом и дело шло к выговору с занесением в личное дело. Но уже через неделю пацана как будто подменили. Сначала было просто рвение в работе, потом- включение аналитических и других способностей, а дальше - начал максимально быстро изучать "внутреннюю кухню ведомства". Обычно у желторотых на это уходят годы, наш герой справился за 3 месяца, причем изучил не просто поверхностно, а копнул по самое не балуйся. Через год резко отличился при одном политическом задержании и досрочно получил старлея, через два - женился на дочке местного кандидата наук, преподававшего в институте, а к концу третьего - сумел построить настоящий внутриведомственный "заговор" с участием аж замначальника главка. До сих пор не понимаю, как мог такой желторотый пацан все просчитать. Как итог - генерал, дабы не выносить "сор из избы" его "услал на повышение", выпросив в столице должность и досрочное звание. Отсюда и такие выдающиеся характеристики - прямой приказ высшего руководства.
Прошло 5 лет, в 1972 году я увидел этого "гения подковерной борьбы" снова. Он был уже майором, по рабочим вопросам мы с ним пообщались очень продуктивно, ну а личное я решил не ворошить - зачем оно нужно. Через 4 года снова услышал о нем - на этот раз как об умелом и весьма беспринципном интригане, подставившем, правда "за дело" и строго в интересах ведомства, старого заслуженного полковника,в юности работавшего ещё в СМЕРШе. После мы снова "потерялись", на целых 6 лет. Работали в разных Управлениях КГБ и не пересекались, хотя однажды я видел его мельком на каком -то внутреннем мероприятии, уже подполом.
Но тот день в феврале 1983, я, тогда уже генерал, запомнил хорошо. Сев в свою служебную машину и поставив водителю задачи отвезти меня на дачу к жене, я услышал стук в окно и увидел героя рассказа. Я опустил окно, он же, назвав меня по имени отчеству и не представляясь, попросил сесть рядом. Я удивился, но согласился, больше из интереса - никаких общих дел у меня с ним не было.
- Попросите пожалуйста водителя прогуляться.
- Хорошо. Иванов, пройдись пока.
- Удивлены?
- Признаюсь, да. Вы же теперь в .. Управлении?
- Да. Я полковник центрального аппарата КГБ.
- Я в ваши годы ещё только подполом бегал...
- Это сейчас не важно. Взгляните на вот это. И он дал мне папку с бумагами.
Внутри была "бомба" - материалы, компроментировавшие моего непосредственного начальника и затрагивающие косвенно меня. Криминала для себя я там не нашел, но с учетом Андропова и известного мне административного влияния сидевшего рядом полковника, дело могло получить непредсказуемый оборот. Прочтя и отдав папку, я задал прямой вопрос:
- Что Вы хотите?
Назвав меня по имени отчеству, полковник глядя мне прямо в глаза сказал:
- С учетом уже собранной мною информации, к Вам у меня никаких претензий нет. Более того, Вы были моим первым руководителем, и я многому от Вас научился. Так же Вы всегда действовали в интересах нашего ведомства и страны в целом. Такие люди нам нужны, и разбрасываться в наше непростое время ими глупо.
Мое предложение предельно простое: Вы сообщаете мне подробно и полностью все, что знаете по приказу о моем переводе в Екатеринбург ( то, что вы пытались его отменить, я в курсе, спасибо), а я сделаю так, что Вас ожидаемые перемены не коснутся. Продолжите служить так же как служили.
Я задумался. Давший мне приказ генерал был сейчас совсем высоко. Настолько, что даже полковник центрального аппарата был для него лишь бобиком с картины "Ко мне, полкан!". Плюс прошло очень много лет. Ну и главное - это было личное, не имевшее никакого отношения к задачам ведомства. Поэтому я подробно рассказал полковнику все, что знал.
- Вижу, что не врете. Спасибо. За себя не беспокойтесь. Водитель пусть напишет отчет строго как видел - он меня не знает, вы напишите, что была встреча с агентом по не терпящему отлагательств вопросу.
Через пару месяцев у моего Управления поменялся руководитель, а меня действительно ничем не коснулось. А через 4 месяца я случайно услышал от коллег про срочный отзыв одного из Чрезвычайных и полномочных послов СССР. Почему от коллег - потому что под него копали по линии шпионажа, причем весьма крепко. Доказательств не нашли, но в МИД на административную работу перевели и выезд закрыли. А заинтересовала меня в этом случае фамилия посла- откуда же я её помню? Да! Это же фамилия отца того парня, который ухаживал за девушкой вместе с тогдашним лейтенантом! И судя по отчеству- это его сын. Время было неспокойное, и я решил не копать ради банального интереса- и так есть чем заняться. Но вот пришел 1984 год, и на выходе из ЦКБ я увидел генерала в форме, окликнувшего меня по имени - отчеству.
- Как ваши дела? - спросил меня генерал.
- Не хвораю вроде, спасибо. Вижу, Вы теперь совсем высоко.
- Есть такое дело. Тоже "приложиться к ручке" заглянули? ( в клинике лежал Черненко)
- Вроде как.
- Идите, вам там сюрприз есть от меня.
- Интересно, какой же?
- Увидите сами. Главное - трудитесь, а то сами понимаете, перемены у нас очень близки...
- Заинтриговали меня прямо!
- Ну, мне пора! - сказал новоиспеченный генерал и сел в свою " персоналку".
В клинике я пересекся со одним из замов главы ведомства, который действительно сообщил мне о повышении, а так же намекнул, что "главный", у которого я только что был - долго не протянет, хотя это и так было очевидно.
Получив новую должность я углубился в работу. Прошел ещё один год, потом ещё - началась перестройка, у Горбачева, как ты знаешь , были свои взгляды на будущее страны, и в какой то момент я ушел в отставку. Перед тем, как завершить дела, я уже ради личного интереса узнал про семью отозванного посла. На его отца, персонального пенсионера, явно по заказу полился ушат различной грязи, из самых разных щелей. Работала хорошо отлаженная команда, собранная просто с дьявольской точностью и тщательностью. Дипломат с приходом Горбачева тоже лишился работы в МИДе и пытался пристроиться по старым связям, но от него везде открещивались, благодаря работе все той же хорошо отлаженной машины.
На приеме по случаю моей отставки я снова увидел генерала. На его груди было уже 2 ордена, а холодный взгляд внимательно следил за всем происходящим.
-Слышал, вы интересовались моими делами? - сказал он с места в карьер.
- Каюсь, был грешок. Но поверьте, чисто из любопытства. Тем более, сами видите- ухожу на покой.
- Не сомневаюсь. И надеюсь, что полученной информации достаточно для благоразумной и тихой жизни.
Кстати, несмотря на "борьбу с привилегиями", мой Вам личный подарок - служебная дача теперь Ваша до самого конца. Личное распоряжение руководства - вот приказ.
-Не ожидал, не ожидал... спасибо. Я так полюбил этот простой, но столь уже родной мне дом. Да и жене он очень по сердцу.
-Вот именно. Когда рядом близкий человек, это нужно ценить, и уметь тому радоваться,- со странным блеском в глазах сказал он.

Уже в 90-х, на каком то вечере для ветеранов ведомства, я осмелился подойти к тому самому начальнику, в далеком 1965 году отправившем молодого зеленого литеху, ставшего теперь одним из набирающих силу теневых олигархов, в далекий Екатеринбург. Он был уже совсем старик, но на мой вопрос встрепенулся и задумался.
- Подробностей общения сказать не могу. Как ты понимаешь - человек он большой и опасный. Но на вопрос, кто звонил - отвечу. Позвонил отец парня. Мы с ним соседи по дачам были. Объяснил ситуацию, и я решил парня отправить на перспективную должностью в крупный город, с возможностью вернуться в столицу. Ну не чета он Машеньке был, очевидно же. И знаешь что ещё? Отец Машин когда узнал -мы знакомы не были, на свата тогда крепко ругался, понял, откуда ветер дует. После остыл. Но главное то - Маша САМА решила замуж за него выйти. Любила бы по - настоящему- бросила все и уехала в Екатеринбург. Твоя же с тобой тоже по гарнизонам помоталась в юности?
Сам я за это очень дорого заплатил. Как - не скажу, но признаюсь, не ожидал. Хотя сейчас, глядя на него и кровь рекой вокруг- понимаю, что ещё повезло. И тебе в это лезть не советую.

P.S. Главный герой этой истории в конце 90-х эмигрировал, а затем тихо умер по не установленной до конца причине. Суды за его наследство шли много лет по самым разным странам. Дети и жены делили великую тайную империю своего времени.

Уже в нулевых я через бывших коллег навел справки про дипломата и его семью. Отец семейства умер в конце 80-х, не выдержав травли в печати и "свободы слова", сын спился в начале 90-х. Жена ( та самая Маша) воспитала двоих детей, живет одна. Машин отец тихо умер на своей даче в начале 80-х.

Вот такая история вышла. Не болей!

1207 +

458

Только сейчас понял, почему во всех развитых государствах ЧС, а у нас режим самоизоляции: это не мы от вируса самоизолировались, а государство от нас.

496 +

459

«СИДИМДОМА», ждём чего-то …

Сидим дома. Гречку съели, -
На диету с бабкой сели
И стали мы поститься …
Мы привыкли, но желудок еды просит!

Перестали мы молиться, -
Стала бабка материться:
Президента не забыла, -
Нецензурно нашу Власть она поносит …

Волонтёры позвонили, -
Нам «услугу» предложили,
Очень вежливо приятно
Предложили в «Глобусе» еду купить.

Разъяснили мне понятно,
Что доставят всё бесплатно
На такси согласно смете …
Но за еду придётся лично мне платить!

Я сказал, что денег нету …
Мы продолжили диету
Выживать мы продолжаем,
Хотя жизнь давно похожа на говно!

Я без курева страдаю,
Власть свою в душе ругаю
И Мишустина – премьера:
Он налогами нас душит и давно …

У меня, пенсионера,
Не пропала ещё вера:
Обещал недавно тыщи
Губернатор Воробьёв мне подарить:

Я живу сейчас в Мытищи.
Он сказал, - четыре тыщи
Может сразу заплатить, -
Чтоб «коронавирус» смог я пережить!

Я поверил, стал звонить.
Жена рядышком сидит:
В это верила и знала, -
За веру женщину Вы, люди, не судите …

Долго музыка играла!
Потом девушка сказала, -
Её голос сразу я узнал:
- Губернатор занят, позже позвоните …

Три часа звонил и ждал, -
Тот же голос отвечал …
Осознал я, но не сразу:
У девушки – зараза - «коронавирус»!

Я звонил четыре раза, -
Отвечала мне «зараза» …
От её ответов – одурели
И надежда наша вся пошла на минус …

Экономно хлеб мы ели.
Умирать мы не хотели, -
Нам хотелось чуточку пожить:
О «заначке» жена вспомнила, достала.

«Червячка чтоб заморить», -
Решили хлеба мы купить
Мы сосчитали все рубли …
Их в заначке оказалось очень мало …

Сосчитать всё же могли, -
В магазин потом пошли.
Он был на первом этаже, -
Мы жили в том же доме – на втором.

Признаюсь, были в кураже.
В магазин вошли уже, -
Попасть хотели в «сказку» …
Попали с бабкой в сказочный дурдом:

У прилавка – мужик в каске.
Лицо закрыто маской …
И, вскинув кверху автомат,
А атаку вдруг на нас мужик пошёл?!

Нас спросил он хамовато:
- Почему Вы здесь, ребята,
Злостно нарушаете закон?
Придётся мне составить протокол …


Шепнул бабке я: ОМОН!
От неё вдруг слышу стон, -
У ней ноги подкосились …
Я не выдержал. Омоновцу – сказал:

- Вы, ребята, знать, сбесились!
Вы зачем сюда явились, -
Посмешище Вы нации …
Кто издеваться Вам над нами приказал?

Мы в «самоизоляции»
Живём, как в оккупации.
Вы – подлые фашисты!
Хотите стариков отправить на погост …

Тут омоновец плечистый
И, видать, душою чистый,
Мне ответил простовато, -
Ответил очень искренне и просто:

- Мы, конечно, виноваты!
Но, поймите, что солдаты
Выполнять должны приказ .
Вы, надеюсь, знаете – кто у нам главком?

Я напрягся. В тот же час
Вспомнил «путинский указ» …
И мне стало очень грустно, -
Понял, для чего поставлен здесь омон!

В кошельке уж было пусто.
Купив хлеба и капусты,
Вышли мы из магазина, -
Омоновец нас до квартиры проводил!

Знать, на то была причина:
Не похож он на кретина!
И парень этот – не дебил …
И я омоновца в душе своей простил!

Дома «телек» я включил.
Премьер снова удивил:
Налоги ввёл на вклады, -
На это президент согласье ему дал …

Я молчу, но бабка рада, -
У нас нету в банке вклада!
Она этим и гордится …
По бумажке Путин текст потом читал.

Жена снова матерится, -
Дать ему п.... грозится.
Если даст – ему писец!
Не спасут поправки к конституции …

Тут и повести – конец:
Понял кто, тот – молодец!
Не понял «нации отец», -
Устали все от властной проституции!

Акындрын – 14.04.2020

1455 +

460

Я встретил ее в строительном гипермаркете. Она была молода, стройна, красива, с какой-то сквозящей девичьей нежностью. В очереди к консультанту она стояла первой, прямо передо мной.
- Мне нужны два десюпорта на 90, - когда наконец консультант закончил разговаривать по мобильному, произнесла она. Но он, походу находясь еще под впечатлением разговора, то ли не расслышал, то ли уловил не сначала, поэтому приоткрыл рот в удивлении. - А еще мне нужны две капители, - твердо сказала она, чем заставила заволноваться и нас в очереди. Я понял, что буду выглядеть как-то убого со своими двумя мешками цемента и саморезами. - А еще у вас есть готовая люкарна в готическом стиле?
После этих слов консультант наконец-то захлопнул рот, челюсть которого уже просто находилась в свободном падении, и произнес:
- Девушка, а можно по-русски?
- Да-да, я сейчас. - Порывшись в сумочке, она выудила оттуда какую-то не очень чистую бумажку, развернула, заглянула в нее и сказала как можно серьезней. Насколько ей позволяла ее внешность:
- Вы чо в натуре, вообще строительстве не прете, волки позорные?
- Э-ээ, девушка, походу это не отсюда, - понимая, что мы можем лишиться консультанта, к которому столько времени простояли и который сейчас отчаянно хватал ртом воздух, решил вмешаться я.
- Как мне бригадир, который нам дом строит, написал, так я и прочитала, - виновато оглядывая всех, произнесла она.

669 +

461

Прочитал я тут про негра и вспомнил одну историю. Семьдесят девятый год, Амурская область, граница на замке, даже с Китаем отгорожена колючей проволокой и КСП с заставой. Это вам для дислокации.
Было в этой Амурской области одно СПТУ и учился в нем некто Мещариков. Все бы ничего, да было ему лет уже под тридцать и он очень хотел стать трактористом. И для этого была причина, ведь кто еще первый парень на деревне. Он правда и так платил уже троим алименты, но разве это могло быть причиной неисполнения его мечты. Алименты высчитывали даже со стипендии и денег катастрофически не хватало, поэтому когда директор училища на утренней линейке объявил, что в училищной котельной кочегар сломал ногу и в принципе все должны себя подготовить к лютой смерти от замерзания. А в Амурской области зимой за сорок. Но есть один выход поручить это кому то из учащихся, за хорошую зарплату в сто рублей. У Мещарикова, был только один вопрос. Правильно. Будут ли с зарплаты вычитать алименты? И он впервые в жизни хлопнул с директором по рукам, толкнув того на преступление.
-Слышь, там только поддув не работает, - крикнул ему вслед директор.
-Да мне пох... - ответил Мещариков как нормальный советский парень.
Поддув, кстати, работал, но не выключался, все было напрямую и когда кочегар открывал топку закинуть несколько лопат угля, дым и гарь выбирали самый короткий путь. На этом пути им мешала только рожа кочегара. Но вы же помните, что он сказал.
Дела шли хорошо, котельная топилась, деньги начисляли, алименты не вычитали и только очень хотелось жрать по ночам. И Мещариков нашел выход, в виде чьего-то курятника стоящего недалеко от котельной. Он пробирался ночью туда, брал пяточек яиц и выпивал их в котельной. А может быть и жарил. Его вполне это устраивало, в отличии от бабки, хозяйки яиц от ее кур несушек. И она стала выслеживать вора. И выследила. Увидев как он шмыгнул в сарай, она схватила коромысло и ломанулась следом. Затаренный яйцами Мещариков уже выходил когда она встала на его пути готовая к смертоубийству. Он растерялся, но улыбнулся. И бабка потеряла сознание.
С утра на место преступления был вызван участковый, который был один на несколько населенных пунктов. И ему эти яйца были и нахрен не нужны.
-Приметы какие нибудь вора запомнила? - чисто формально поинтересовался он у бабки заполняя протокол.
-А то как же, негр это был!
-Ты с бодуна что ли? - опешил участковый, - то-то я чую у тебя дома брагой пахнет.
-Это опара на хлеб! - урезонила его бабка, - а был негр, богом клянусь! Я ж с ним вот так, глаза в глаза, лицом к лицу. Он знаешь как оскалился, я думала все, сейчас мне что нить да откусит! У них же в Африке полно людоедов.
-Я понял, понял, видишь так и пишу «приметы не...», - негр он специально не дописал, чтобы потом если что исправить на «нет».
Так бы может все и замялось, но... Вот этим НО все так и оставался очень хотящий кушать Мещариков. Но как человек платящий многим алименты, он сообразил, что надо менять все в принципе и полез уже не в сарай, а в погреб стоящий на улице, где и погорел в первую же ночь. Нарвавшись на деда, который среди ночи поперся за рассолом. Тот сознания не терял, но начал немного заикаться, что затрудняло его объяснения участковому.
-Бля, не может же быть массовой паранойи, а раз не может, значит есть негр, но откуда он здесь взялся? Откуда? Твою ж медь, да он же через границу шмыганул, да заблудился, вот и шарится в поисках жратвы! - рассуждал участковый и поперся на заставу.
-Да ты чо!!! Ты чо несешь?! Какой негр, через какую границу, да у меня даже мышь не проскочит, а тут целый негр, да из Китая! - взвился командир заставы.
-Мышь может и не проскочит, а вот негр по темноте запросто! - перейдя на такой же тон, пояснил участковый. - Ты где нибудь у нас в области негра видел? Да хрен ли там в области — в Сибири?! Вот то-то и оно. Значит оттуда! - кивнув в сторону колючки.
А других вариантов и не было, поэтому застава была поднята «в ружье», а собака взяла от погреба след и привела бойцов, а вместе с ними и участкового к училищной котельной. Вот тут охренели уже все, в том числе и Мещариков окруженный автоматчиками. Но все закончилось хорошо, его сначала отмыли, а потом хорошенько ввалили, чтобы не лазил где попало.

867 +

462

Любовь к жизни

Последняя неделя была для меня самой жуткой в ней. Я как будто побывал на космической станции. Сначала вообще не было времени толком ознакомиться с условиями карантина - срочная работа на удаленке, погода хреновая, запасы дома есть, и я точно знал, что карантин есть. Ну и чего из дома высовываться, у меня же нет собаки. А жену выгуливать запрещено. Некуда ехать, всё закрыто. То есть, нашей орбитальной станцией стала наша квартира. Нашим иллюминатором - окно во двор. Туда было лучше не смотреть. Похоже, вымерли даже собаки.

Но, как и полагается любой нормальной орбитальной станции, у нас были прекрасные бортовые компьютеры. Благодаря общению с друзьями и коллегами мы постоянно убеждались, что жизнь на планете Земля еще существует, и узнавали подробности карантина - у нас есть права! Мы можем выйти из дома! Не далее чем за 100 метров в ближайший продуктовый магазин или аптеку, по одному.

Но смысл? - пожали мы плечами. Зачем нам ходить по одному? Дома еще все есть. И этот пронзительный, непрерывный ветер. Собаку из дома не выгонишь. А я уже заметил, что у нас нет собаки.

На третий день авральная работа резко сократилась, и я обнаружил в себе квелость, неизъяснимую тоску и многочисленные заболевания. Я пытался с этим бороться - занимался гимнастикой Нурбекова и дыхательными упражнениями йоги. Засыпалось от этого хорошо, спалось долго, но всю ночь мучали кошмары и просыпалось с тяжелой головой.

На четвертый день я высунулся из окна и обнаружил, что ветер стал еще более пронзительным и холодным. Двор оставался необитаем. Повсюду носились торпеды короновируса. Черт ли бы меня кто выгнал с моей уютной орбитальной станции. Но.. Знаете ли вы, как прорывается одуванчик сквозь асфальт? Что такое любовь к жизни? Ворочаясь от кошмаров в поту посреди хорошо проветриваемой спальни, я застудил себе бок. Он заболел. Идея! Аптека! Вот для чего мне нужно наружу! Без всякой собаки!

Через минуту подо мной весело выл электромотор, а я вовсю нажимал педали. Мускулы пели мне гимны, свежий ветер бил в лицо. Доехал до аптеки, купил какую-то мазь. И тут же мысль - да нормальная же погода! +6, ветер 7 м/c. Я всю зиму на околоноля проездил, хоть сквозь пургу и по свежему насту. А сейчас никакого снега, но я совсем расквас. Долбаный карантин! Надо найти место, где я точно ни от кого не заражусь. Мое преимущество - хреновая погода. Это должно быть место, где никого не будет. Нужен повод - просчитываю условия карантина. Желательно я должен следовать в аптеку. Но почему не в эту? Если спросит полиция.

Вспомнил - я же спрашивал еще и согревающий поясничный бандаж. Чтобы опять свой бок не застудить. А его не оказалось. Вернулся в аптеку, спросил, где его можно найти. Аптекарша созвонилась по своей сети, узнала адрес. Он оказался на Садовом кольце, километрах в шести. Ну и прекрасно. Если знать, как сделать из шести километров тридцать.

Извилиста набережная реки Яузы. Москва-река кидает петли. Долго я подбирался к Садовому кольцу по пустынным любимым переулкам. Столь причудливый анабасис я учудил только потому, что уже к третьей полицейской машине и к первому встречному велосипедисту понял - мир полон разумных людей, и никто меня арестовывать не собирается. Вернулся домой счастливым человеком и поспал наконец без всяких кошмаров. Бок прошел сам собой, все остальные болячки тоже. Ну и от кого я мог на всем пути подхватить заразу больше, чем в своей аптеке?

1511 +

463

В году 79-80, когда о секс-шопах еще и не слышали, но какую то хрень из-за бугра уже тащили, один товарищ привез член. Не члена партии и даже не судового комитета, а реальный такой каучуковый член. Говорит, что привез жене чтобы не скучала, пока он по загранкам шастает, но она при виде этой тридцати сантиметровой... как бы его эстетично назвать... во, - удовлетворитель, сначала дико засмеялась, а потом с маху саданула им же мужика по роже. Ну и правильно, нехрен было общество растлевать, да и соседям доверять надо. Короче, куда его приткнуть, он не ведал. Но был у него сын, мой друган. Тот, что к чему сообразил сразу и член у папы умыкнул.
-Видал какая вещь! - взмахнул он им перед моим лицом. Я вздрогнул, но увернулся.
-На кой хрен, этот хрен? - рассмотрев заморское чудо, поинтересовался я.
-Ты не врубаешься что ли? - опешил он, - это же член! Пойдем в общагу.
Девчонки в общаге, были не сказать, что скромные, но вот так нахрапом сразу не возьмешь.
Мужская мода тогда была — брюки-колокола, почти как клеш, но круче, клеш прямо от бедра и до самого пола. Ну короче сидим мы в этой общаге за столом, пьем с девчонками винцо и друган их склоняет к сексу. Ненавязчиво так, не напрямую, а так, шуточками-прибауточками, но с прямым подтекстом. Но те ни в какую, ни то что честь блюдут, а просто из стеснения от количества народа. Он и так и эдак, никакого эффекта. В общем на самом пике уговоров и естественно отказов, друган откидывается назад на кровати, которая была вместо табуретки, засовывает руку в свои «колокола» и со страдальческим лицом и толи криком толи рыком, рывком выдергивает оттуда этот самый член. С криком:
-Да нахрена ж ты нужен, если тебя приткнуть некуда, - хреначит им по столу со всего размаху и ломится в дверь.
Девчонки были слабоваты, одна реально упала в обморок, двое залили остальных недопитым вином, что у них было во рту. В общем была паника и только я успел крикнуть - ты куда?
-В больницу! - раздалось уже из коридора.
Через неделю я встретил этого другана и понял откуда взялась поговорка: «как сыр в масле катается», по крайней мере рожа у него была именно такая.
-Ну ты клоун, - после приветствия, произнес я.
-Клоун не клоун, но мне сейчас в общаге ни одна не отказывает!
-Так ты же по сценарию без члена, - не понял я.
-А я им говорю, что в больнице пришили.
-А размер, ты же не хочешь сказать, что у тебя такой же? - никак не мог я уловить фишку.
-Говорю, что мой пришить не смогли, поэтому донорский. Да и какая им потом разница.

1247 +

464

Здесь сейчас пошли истории про скидки за большее количество.

Читаю меню в ресторане в Галифаксе.
Пицца 12 инч - 10 долларов, 24 инч - 30 долларов.

Я, естесственно, не лох и заказываю 2 по 12 инч.
Про Пи Р Квадрат понял когда уже принесли заказ

569 +

465

Идем вчера с дочкой (7 лeт) домой. Oнa скачет, кaк ужаленная, песни поет. Проходим мимo стадиона школьного:

– Дочка, а давай-ка пробеги кружков десять, чтoб ты xopoшeнькo задолбалась. А то дoмa бyдeшь носиться, на скакалке скакать, соседи xoть передохнут.
– А спорим на двe куклы, чтo пробегу!
– Ты ж в куртке школьной, ботинках тяжелых. Не пробежишь.
– Дaвaй посмотрим. Тoлькo с oднoй передышкой.
– Лaднo, спорим!

И oнa налегке пробегает пять кругов, минуту отдышалась и… На девятом кругу я уже побледнел и мысленно начал отсчитывать писят баксов. На десятом понял, что я чего-то не знаю про свою дочь: она даже не запыхалась и спокойно потопала домой. И вcё это бeз подготовки! Из физнагрузок у нee только школьная физра.

Думаю сейчас ее на бег отдать.

762 +

466

- Мужики, кашлять умеете?! - вопрос шефа выбил из колеи весь коллектив, все так и замерли с открытыми ртами, - ну не тяните мужики, умеете или не умеете?
- Да конечно умеем, Сергеич! Что там уметь то? А к чему это?
- Не до вопросов сейчас, объясню чуть позже, а пока, кашляйте мужики, кашляйте! Я сейчас сюда с людьми зайду, выручайте! - и шеф метнулся за дверь. Мужики, а было их человек десять, посматривали друг на друга, пожимали плечами, прикашливая как бы разминаясь и только хотели выдвинуть первые версии, как дверь вновь распахнулась. Шеф был не один. - А вот здесь у нас производство. - произнес он и прикрыл рот и нос носовым платком. Но его слова и так глушил безудержный кашель раздающийся в помещении, - вы тут осмотритесь, Петрович вам все покажет. Эй, Петрович, покажи производство проверяющим! - так же не отрывая платок крикнул он и ломанулся к дверям. - Я вас около бухгалтерии подожду.
Проверяющие дико озираясь по сторонам, тоже шарахнулись следом за ним от приближающегося к ним, покашливающего Петровича. Народ так ничего и не понял, но кашлять не переставал. Минут через двадцать вновь появился шеф. - Спасибо мужики, спасибо! С меня премия!
- Ты хоть объясни что к чему. Кашлять то можно прекращать?
- Да ты чо, Петрович, атипичная пневмония ведь бушует?! - выдохнул шеф.
- И чо?
- Да то, для кого то чума, а кому то мать родна! Эти прямо на проходной акт подписали. Эх, под шумок бы еще пожарную проверку пройти...

История правда написана во времена атипичной пневмонии, но что-то думается мне, актуальности своей не потеряла.

678 +

467

Как то раз родители хотели пойти на поздний концерт. А маленького Вовочку не с кем оставить дома. Строго-настрого ему сказали:
- Если кто-то позвонит в дверь, не открывай! У нас ключи есть, мы сами откроем и войдём.
- Ладно, я всё понял.
Уходят. А жена всё волнуется. Говорит мужу:
- Как бы он кому не открыл...
- Не беспокойся, сейчас я проверю.
И муж через минут пять после их ухода возвращается и звонит в дверь.
К двери подходит маленький Вовочка:
- Кто там?
Его отец, меняя голос:
- Откройте, Мосгаз! Проверка счетчиков!
- Пошёл на хер, мы дровами топим!

757 +

468

Ехал я в маршрутке, на Васильевский.
На сиденье рядом бушевал ребенок, лет шести.
Его мама безучастно смотрела в окно, не реагировала. А он дергал и дергал ее за рукав.
За окном проплывали деревья, дождик моросил, серо было.
Ребенок что–то требовал, или, что–то утверждал.
И тут вдруг, она, как развернется от окна к нему, как дернет его за руку на себя, и как прошипит ему,
— Что ты хочешь от меня?!
Он запнулся.
– Что ты хочешь, я тебя спрашиваю?! Да ты вообще знаешь, кто ты такой?! Ты никто! Понял!? Ты никто–о! – она это выдохнула ему в лицо, просто выплеснула.
Мальчик смотрел на нее, и мне показалось, у него дрожит голова.
Или это я дрожал. Почувствовал, как потеет спина.
Помню первую мысль: Неужели это она ему говорит?! О ком она думает в этот момент?!
— Видеть тебя не могу, — прошептала она.
— «Ты же убила его!», — сказал я, но никто меня не услышал.
В маршрутке, как ни в чем не бывало, продолжали дремать люди.
Я сидел, не шевелясь.
А мальчик не плакал. Она отбросила его руку и снова развернулась к окну.
Он уже не бушевал, притих, как–то сразу. Смотрел в разорванную спинку сиденья напротив и молчал.
А у меня было желание встать и при всех, вот сейчас, просто разорвать ее на части! Сказать ей, — Это ты … последняя! Это ты никто! Ты же убила его!
Клянусь, я бы сделал это!.. Мальчик сдерживал меня.
Я закрыл глаза, стал глубоко дышать, чтобы успокоиться как–то.
А когда открыл их, увидел конфету.
Молодой парень, похоже, студент, такой светлый, кучерявый, в джинсовом костюме, протягивал конфету мальчику.
Он еще встряхнул рукой, сказал, — Бери, это тебе.
Тот взял. И тут же парень протянул ему вторую конфету.
Мальчик помедлил и взял вторую.
Дальше происходило действие, вспоминая которое, я еле сдерживаю слезы.
Мальчик не стал есть, он коснулся маминой руки.
Она не сразу повернула к нему лицо. Но, все–таки, повернула. И видно хотела добить его.
Но он протягивал ей конфету.
Она посмотрела на него, на конфету, я видел, она недоумевает.
Тогда он вложил ей конфету в руку. Она, как обожглась, быстро
вернула ему.
— Я не хочу, — сказала.
Две конфеты лежали у него на ладони.
Руку он не опускал.
— Ешь сам, — сказала она и тихо добавила, — Я не хочу… Честное слово.
Тогда он положил конфету к ней на колени.
Никогда не забуду эту паузу. И эту взрослость. Передо мной за несколько минут этих мальчик стал мужчиной, а она, из злой, раздраженной стервы, стала красивой молодой женщиной. Во всяком случае, это я так почувствовал.
Она молчала. Долго–долго молчала. Смотрела на него так, словно только увидела.
Потом обняла.
И он ее обнял.
Потом он развернул конфету и дал ей.
И пока она не положила ее в рот, сам не ел.
Вы представляете такое?!
Это был еще один шок, но уже другой.
Я тогда подумал о себе.
Я подумал, вот ты сидишь, такой праведник, ты хотел встать, обвинить, ты хотел ее «разорвать», переделать. И ты бы, ничего не добился кроме скандала и брани. А этот мальчик, посмотри, насколько он мудр, как он велик, этот мальчик, он взял другим. И пронял до самых печенок, до сердца, до слез.
А еще, этот молодой парень, который дал ему две конфеты, — подумал я, — он ведь не просто так дал две.
Я огляделся…
В заднем стекле маршрутки увидел этого молодого парня, он уходил вдаль по «моросящей» улице.
А мама и сын сидели, склонив головы, друг к другу. Как молодые влюбленные, ей богу!
Тут водитель объявил мою остановку.
Я, выходя, дотронулся до руки мальчика.
Я этим сказал ему «спасибо».
Не думаю, что он понял, но это и не важно.
Я навсегда запомнил этот урок.
Запомнил–то, запомнил, но должны были пройти годы, чтобы я его осознал.
Что это и есть настоящее воспитание. О котором не все взрослые знают.
Что только примером и воспитывают. Не криком, не обвинениями, не битьем, нет. Только пример работает, больше ничто.
И мальчик этот показал пример. И ей, и мне. И он изменил нас.
Где он, этот мальчик?!
Где ты, мальчик?! Что с тобой сегодня? Как же ты нам нужен всем, а?!
Мы ведь без тебя пропадем.

(с) Семен Винокур

841 +

469

 Иван Петрович, прийдя с работы домой, застал жену за странным занятием - на полу лежала доска, на доске маска, по которой жена била молотком. Увидев мужа, жена заявила:
- Понимаешь, в аптеке масок нет. Я тут всех коронавирусов поубиваю и можно снова маску носить.
Иван Петрович только теперь понял, о чём говорила ему сейчас , живущая на первом этаже, баба Клава:
- Вань, уйми там свою, второй час вирусов бьёт.

551 +

470

Скворцов и тюлень

— Это несерьёзно! — сказал фотограф Скворцов. На рекламном плакате к острову Тюленей подплывал неказистый кораблик, битком набитый толстыми туристами с дешевыми фотокамерами. Ограниченный ракурс, нет возможности выбрать правильный угол к солнцу, всеобщая толкотня, грязь и хаос, думал Скворцов. Нет, надо нанять лодку. Отельный консьерж тут же раскрыл перед ним альбом с красивыми катерами. Поглядев на цены, Скворцов подумал, что не так уж и любит тюленей.
Но выход, как всегда, нашёлся. Таксист, отвозивший вечером Скворцова в портовый ресторан, рассказал, что у рыбаков можно найти лодку на весь день, не дороже пятисот рандов. С опытным шкипером. Скворцов одобрил и дал таксисту поручение.
В порт Скворцов направился, поскольку предположил, что если где и умеют готовить рыбу, то у самого моря. Пока что в Африке кормили только невкусной рыбой. К тому же, Скворцову захотелось немного романтики: сидя в Кейптаунском порту за бокалом минералки, напевать песенку «В Кейптаунском порту». Последнее вполне удалось, хотя кроме первой строки ничего не вспомнилось. Звучал джаз, сотни лампочек отражались в темной воде, от бара к бару гуляли веселые люди. Рыба, креветки, мидии — всё, что заказал Скворцов, на вкус было одинаковым и напоминало соленую вату.
Рано утром, таксист, как и обещал, ждал у входа в отель. В багажник уже поставили заказанный Скворцовым "пикник" — большой пластмассовый ящик-холодильник, где лежали во льду бутылки с минералкой, два банана и диетический бутерброд с брокколи.
Дорога оказалось долгой. Скворцов успел вздремнуть. Проснувшись понял, что город остался далеко позади. Они ехали вдоль океана, вокруг было пустынно, изредка попадались дома и большие указатели с надписью "Пляж".
— А вот и рыбацкий порт! — наконец сказал таксист и, заметив удивление на лице Скворцова, добавил, — Старый рыбацкий порт.
Весь порт состоял из бетонного мола, длинным полукругом уходящим в море. С внутренней стороны болтались на воде лодочки, с мачтами и без. На берегу стояли ржавые контейнеры, используемые, видимо, для хранения, и высилась сооруженная из тех же контейнеров будка, с гордой надписью "Офис". От этого офиса к ним направился чёрный мускулистый парень, очень чёрный, намного чернее таксиста.
— Это ваш шкипер, — радостно объявил таксист.
Скворцов для начала уточнил расценки. Парень подтвердил, что за пятьсот рандов лодка до темна в распоряжении Скворцова, но бензин оплачивается отдельно, по факту.
— Окей! — сказал Скворцов. Он был рад, что всё удачно складывается.
Шкипер взял пикник, потянулся было за фоторюкзаком, но Скворцов понёс фоторюкзак сам.
Идти пришлось немало. Уже у самого конца мола шкипер вдруг резко повернул направо и исчез. Скворцову в первый миг показалось — прыгнул в воду, но нет, парень, как по лестнице, не останавливаясь, сошёл в небольшую моторную лодку. Скворцов устремился было за ним, но замер на бетонном краю. Ступить вниз, на качающийся нос лодки он не решался, да и высота была пугающая. Шкипер прижал борт к молу, принял у Скворцова рюкзак. Скворцов же сел на край, потом развернулся и, опираясь на руки, попытался спуститься. Шкипер поймал болтающиеся в воздухе ноги фотографа и направил их в нужное место.
Изнутри лодка показалась не такой маленькой, как снаружи. Имелся тент и непромокаемое отделение, куда Скворцов тут же запихал рюкзак. Шкипер на корме возился с мотором. Скворцов решил сказать ему что-нибудь приятное.
— А мне тут гид рассказывал, что чёрные люди боятся моря. Плохо же он знает свою страну — сказал Скворцов и посмотрел на облака. Те были не особо фотогеничны, но в целом подходили. И тут Скворцов почувствовал неладное. Наверное, парень должен был что-то ответить, но ответа не было. Скворцов перевёл взгляд на шкипера и понял, что тот побледнел. Заметить этого Скворцов никак не мог, но каким-то образом почувствовал. Выкатив глаза, парень смотрел то на Скворцова, то на воду, на Скворцова, на воду и вдруг, одним прыжком выскочив из лодки, побежал к берегу.
— Куда же... эээ, — не успел спросить Скворцов и подумал, — наверное, парень забыл что-то. Важное. Бензин, к примеру.
Скворцов обвыкся в лодке, посидел на разных скамьях, определил самую удобную. Дул лёгкий ветерок. Было приятно дышать морем, похлёбывая прохладную воду из пикника.
По молу шёл черный человек с ящиком, похожим на скворцовский, но крупнее. Вскоре стало ясно, что это не шкипер.
— Доброе утро, сэр! — сказал человек, подойдя. — Не желаете мороженого?
— Нет, не желаю, — ответил ему Скворцов. Мороженщик как будто не расслышал, он поставил ящик, открыл и стал вынимать и показывать образцы продукции.
— Очень вкусное, очень холодное, сэр! С тёмным шоколадом, с белым шоколадом. С орехами, без орехов, с кокосовой стружкой. Отличная цена, сэр!
— Я сказал уже, мне ничего не надо.
— А мороженого?
— Нет.
— Окей, сэр! Я понял вас, сэр. Я могу принести пива. Есть настоящее намибийское! Для вас шесть банок по цене пяти!
— Послушай, — с лёгким раздражением сказал Скворцов, — я ничего у тебя покупать не буду. Это понятно?
Мороженщик не ответил. Он не торопясь уложил продукцию в холодильник, присыпал льдом, и, не без труда подняв ящик, медленно зашагал к берегу.
Столько прошёл и зря, думал Скворцов, провожая его взглядом. Бизнесмен то он плохенький, не то что... я. Неожиданно пришедшее на ум сравнение пляжного мороженщика с собственным бизнесом показалось Скворцову забавным. Он рассмеялся. Затем долго наблюдал за морем, птицами, мелкими рыбками, кружившими вокруг лодки. Думал о том, как велик мир. Снова смотрел на рыбок. Прошло, однако, минут двадцать пять. Пора уже что-то предпринять. Вокруг не было ни души.
— Для рыбаков поздно, для туристов рано, — подумал Скворцов настороженно. — Если здесь вообще бывают туристы.
Посмотрел в телефон, связи не было. Да если бы даже была, позвонить Скворцов мог только в Россию. В далекую, заснеженную Россию.
Попил воды, пожевал бутерброд. Возникло ощущение, что шкипер не вернётся никогда.
Надо было вылезать из катера и топать к офису. Скворцов надел рюкзак, поднял пикник, подержал и опустил. Над лодкой возвышалась ровная бетонная стена, зацепиться не за что.
Самым высоким местом лодки был нос, но выйти на него Скворцов не решался. Волнение моря усилилось, лодку неприятно подкидывало. Чтобы хоть как-то уцепиться за мол, надо было встать на бортик, но суденышко опасно кренилось. Тяжелый рюкзак стеснял движения. В лодке его не оставишь, это же Африка. Людей вроде нет, но стоит только отойти, как тут же появятся люди и всё сопрут. Кидать рюкзак на бетон, в надежде, что не все объективы разобьются, Скворцов не собирался.
Похоже, единственный вариант сделать как шкипер — оттолкнувшись от скамьи выпрыгнуть из лодки. Но это грозит падением и гибелью всей фототехники в морской воде. Не хотелось Скворцову и акул. Он поставил ногу на скамью и тут же убрал. Скворцов не был склонен переоценивать свои прыгательные способности. Решил подождать ещё какое-то время и съесть банан. Банан Скворцову не понравился — слишком сладкий. Кожуру он положил обратно в холодильник, завернув в салфетку.
Ещё можно попытаться завести мотор и поплыть. Но куда? К берегу не подойти, там острые камни, да и волны нехорошие. Вот в порту, где вчера ужинал Скворцов, были удобные причалы и людей много. Но где тот порт, сколько туда плыть, сколько в лодке горючего? Скворцов не рискнул оценить свои мореходные способности выше прыгательных. Собственно, он даже не знал, в каком из двух океанов, Атлантическом или Индийском, сейчас находится.
И вдруг то, на что не решался Скворцов, с блеском исполнил... тюлень. Метрах в пяти от лодки из воды высоко выпрыгнул морской котик и плюхнулся на мол.
— Ух ты! — только и сказал Скворцов и осторожно полез за фотоаппаратом, боясь спугнуть. Но котик и не думал пугаться. Он преданно смотрел на Скворцова и негромко тявкал.
Скворцов защёлкал камерой. С одним объективом, с другим, с фильтрами и без, меняя параметры съемки на сколько хватало фантазии. Котик вёл себя превосходно, переворачивался с боку на бок и махал Скворцову ластами.
Сзади послышались шаги. Скворцов оглянулся — шкипер? — нет, снова мороженщик.
— Добрый день, сэр! — начал Скворцов как можно вежливее, — Я хотел вам объяснить, но не успел. У меня диабет, это такая болезнь, и я не ем ничего сладкого, никаких десертов. Вы не поможете мне вылезти из лодки?
— Но вы же ничего не купили, — как-то задумчиво произнёс мороженщик.
— Я же говорю, мне нельзя мороженого.
— Так ему можно.
— Кому ему?
— Ему, — мороженщик показал на тюленя.
— А, я понял, конечно, сейчас, — покопавшись в кармане, Скворцов протянул мятую бумажку в десять рандов.
Но мороженщик не стал за ней наклоняться. Солнце светило ему в спину, темным силуэтом возвышался он над Скворцовым.
— Сэр, — заговорил мороженщик, усиливая речь жестами, — дайте мне сразу четыреста рандов. Вынем вас из лодки, накормим тюленя, а потом мой брат отвезет вас в отель, другое такси сюда всё равно не вызвать.
Подумав пару секунд, Скворцов решил не торговаться. Он передал наверх пикник, потом, с опаской, фоторюкзак. Вцепившись в руку мороженщика, выбрался на мол и ощутил приятную твердость под ногами. Фразу про твердость Скворцов раньше где-то читал, но теперь прочувствовал и глубоко. Дал мороженщику две купюры по двести рандов. Тот принял деньги обеими руками и поблагодарил. Затем протянул Скворцову мороженое.
— Снимите обёртку и бросайте. Он поймает.
Тюлень, тем временем, аж подпрыгивал на животе от нетерпения.
— Лучше ты бросай, — распорядился Скворцов, доставая камеру, — а я фотографировать буду.
Морской котик безошибочно хватал мороженое на лету, с удивительной ловкостью вертя гибкой шеей.
На десятой порции Скворцов озаботился защитой природы.
— А ему плохо не станет? Не заболеет?
— Он привычный, — уверенно сообщил мороженщик.
Скворцов взглянул на него с подозрением.
— Так это твой тюлень? Ручной?
— Нет, сэр. Это дикий тюлень. Совсем дикий. Но мы с ним родственники через третью жену.
— Как это?
— Она тоже очень любит мороженое и такая же дикая, как он.
— А сколько у тебя жён? — уважительно спросил Скворцов.
— Четыре жены, сэр.
Скворцов подумал, что поспешил с выводом о размахе бизнеса мороженщика. Всё-таки парень содержит четырёх жен и контролирует немалую территорию на берегу неизвестно какого океана.
Поймав ещё порций пять, тюлень, похоже, наелся. Он лежал на спине и вяло похлопывал себя ластами по животу.
Скворцов собрал рюкзак. Решил высыпать лед из пикника, чтобы легче было нести. Хотел было предложить мороженщику банан, но испугался, что будет неправильно понят.
Пикник и без льда нести было тяжело. Поднявшийся ветер мешал разговору, но идти молча мороженщик, похоже, считал невежливым.
— А пиво вам тоже нельзя?
— Тоже нельзя.
— Вон за теми горами живет колдун. Могущественный колдун. Лечит от всех болезней. Мой брат много пил, а теперь не пьет, боится колдуна.
— Это тот брат, который таксист?
— Нет, сэр, другой. У меня восемь братьев. А у вас?
— Четверо, — ответил Скворцов, посчитав всех двоюродных и троюродных, включая тех, кого бы и не узнал при встрече. Отчего-то захотелось, чтобы у него тоже были братья. Между двумя порывами ветра Скворцов спросил:
— Почему шкипер убежал и не вернулся?
— А вы дали ему денег вперёд?
— Нет, не давал.
Мороженщик всем своим видом показал, что в таком случае не видит причин для беспокойства.
— Ну как же, — настаивал Скворцов, — мы же договорились, а он куда-то делся. Мог денег заработать.
— Чёрные люди, сэр. Никогда не знаешь, что у них на уме.
Скворцов отметил про себя, что чёрный мороженщик далеко не такой чёрный, как шкипер. Видимо, в этих краях это важно.
Они подошли к офису. То, что таксист оказался тем же самым, Скворцова уже не удивило. Вид у таксиста был виноватый. Опять же, мороженщик издалека начал выговаривать брату на неизвестном Скворцову языке.
— Мне так жаль, сэр, так жаль, — бормотал таксист, принимая у Скворцова пикник.
— Так что случилось со шкипером? — спросил его Скворцов.
— Не знаю, сэр, не знаю. Быть может, он на выборы побежал, у них, вроде, выборы сегодня.
— Выборы? Кого выбирают?
— Вождя.
— Всюду политика, — чертыхнулся Скворцов, — куда ни плюнь.
Он простился с мороженщиком, обещав подумать насчёт колдуна. Сел в машину. Снова замелькали пустынные пляжи. Горы то приближались, то удалялись от шоссе. Потом пошли ухоженные коттеджные поселки, пристани с множеством яхт. Вскоре начался город. Скворцов узнал набережную, где ужинал вчера.
— А я знаю, почему тюлень так мороженое любит, — сказал Скворцов.
— Почему же? — живо заинтересовался таксист.
— Рыба у вас невкусная.

©СергейОК, текст и фото
2020 г.

1351 +

471

Война в Хуторовке

(Рассказал Александр Васильевич Курилкин 1935 года рождения)

Вы за мной записываете, чтобы люди прочли. Так я прошу – сделайте посвящение всем детям, которые застали войну. Они голодали, сиротствовали, многие погибли, а другие просто прожили эти годы вместе со всей страной. Этот рассказ или статья пусть им посвящается – я вас прошу!

Как мы остались без коровы перед войной, и как война пришла, я вам в прошлый раз рассказал. Теперь – как мы жили. Сразу скажу, что работал в колхозе с 1943 года. Но тружеником тыла не являюсь, потому что доказать, что с 8 лет работал в кузнице, на току, на полях - не представляется возможным. Я не жалуюсь – мне жаловаться не на что – просто рассказываю о пережитом.

Как женщины и дети трудились в колхозе

Деревня наша Хуторовка была одной из девяти бригад колхоза им. Крупской в Муровлянском районе Рязанской области. В деревне было дворов пятьдесят. Мы обрабатывали порядка 150 га посевных площадей, а весь колхоз – примерно 2000 га черноземных земель. Все тягловые функции выполнялись лошадьми. До войны только-только началось обеспечение колхозов техникой. Отец это понял, оценил, как мы теперь скажем, тенденцию, и пошел тогда учиться на шофера. Но началась война, и вся техника пошла на фронт.
За первый месяц войны на фронт ушли все мужчины. Осталось человек 15 - кто старше 60 лет и инвалиды. Работали в колхозе все. Первые два военных года я не работал, а в 1943 уже приступил к работе в колхозе.
Летом мы все мальчишки работали на току. Молотили круглый год, бывало, что и ночами – при фонарях. Мальчишек назначали – вывозить мякину. Возили её на санях – на току всё соломой застелено-засыпано, потому сани и летом отлично идут. Лопатами в сани набиваем мякину, отвозим-разгружаем за пределами тока… Лугов в наших местах нет, нет и сена. Поэтому овсяная и просяная солома шла на корм лошадям. Ржаная солома жесткая – её брали печи топить. Всю тяжелую работу выполняли женщины.
В нашей деревне была одна жатка и одна лобогрейка. Это такие косилки на конной тяге. На лобогрейке стоит или сидит мужчина, а в войну, да и после войны – женщина, и вилами сбрасывает срезанные стебли с лотка. Работа не из легких, только успевай пот смахивать, потому – лобогрейка. Жатка сбрасывает сама, на ней работать легче. Жатка скашивает рожь или пшеницу. Следом женщины идут со свяслами (свясло – жгут из соломы) и вяжут снопы… Старушки в деревне заранее готовят свяслы обычно из зеленой незрелой ржи, которая помягче. Свяслы у вязальщиц заткнуты за пояс слева. Нарукавники у всех, чтобы руки не колоть стерней. В день собирали примерно по 80-90 снопов каждая. Копна – 56 снопов. Скашиваются зерновые культуры в период молочной спелости, а в копнах зерно дозревает до полной спелости. Потом копны перевозят на ток и складывают в скирды. Скирды у нас складывали до четырех метров высотой. Снопы в скирду кладутся колосьями внутрь.
Ток – место оборудованное для молотьбы. Посевных площадей много. И, чтобы не возить далеко снопы, в каждой деревне оборудуются токи.
При молотьбе на полок молотилки надо быстро подавать снопы. Это работа тяжелая, и сюда подбирались четыре женщины физически сильные. Здесь часто работала моя мама. Работали они попарно – двое подают снопы, двое отдыхают. Потом – меняются. Где зерно выходит из молотилки – ставят ящик. Зерно ссыпается в него. С зерном он весит килограмм 60-65. Ящик этот они носили по двое. Двое понесли полный ящик – следующая пара ставит свой. Те отнесли, ссыпали зерно, вернулись, второй ящик уже наполнился, снова ставят свой. Тоже тяжелая работа, и мою маму сюда тоже часто ставили.
После молотьбы зерно провеивали в ригах. Рига – длинный высокий сарай крытый соломой. Со сквозными воротами. В некоторые риги и полуторка могла заезжать. В ригах провеивали зерно и складывали солому. Провеивание – зерно с мусором сыпется в воздушный поток, который отделяет, относит полову, ость, шелуху, частички соломы… Веялку крутили вручную. Это вроде огромного вентилятора.
Зерно потом отвозили за 10 километров на станцию, сдавали в «Заготзерно». Там оно окончательно доводилось до кондиции – просушивалось.
В 10 лет мы уже пахали поля. В нашей бригаде – семь или девять двухлемешных плугов. В каждый впрягали пару лошадей. Бригадир приезжал – показывал, где пахать. Пройдешь поле… 10-летнему мальчишке поднять стрелку плуга, чтобы переехать на другой участок – не по силам. Зовешь кого-нибудь на помощь. Все лето пахали. Жаркая погода была. Пахали часов с шести до десяти, потом уезжали с лошадьми к речушке, там пережидали жару, и часа в три опять ехали пахать. Это время по часам я теперь называю. А тогда – часов не было ни у кого, смотрели на солнышко.

Работа в кузнице

Мой дед до революции был богатый. Мельница, маслобойка… В 1914 году ему, взамен призванных на войну работников, власти дали двух пленных австрийцев. В 17 году дед умер. Один австриец уехал на родину, а другой остался у нас и женился на сестре моего отца. И когда все ушли на фронт, этот Юзефан – фамилия у него уже наша была – был назначен бригадиром.
В 43-м, как мне восемь исполнилось, он пришел к нам. Говорит матери: «Давай парня – есть для него работа!» Мама говорит: «Забирай!»
Он определил меня в кузню – меха качать, чтобы горно разжигать. Уголь горит – надымишь, бывало. Самому-то дышать нечем. Кузнец был мужчина – вернулся с фронта по ранению. Классный был мастер! Ведь тогда не было ни сварки, ни слесарки, токарки… Все делалось в кузне.
Допустим - обручи к тележным колесам. Листовой металл у него был – привозили, значит. Колеса деревянные к телеге нестандартные. Обруч-шина изготавливался на конкретное колесо. Отрубит полосу нужной длины – обтянет колесо. Шатуны к жаткам нередко ломались. Варил их кузнечной сваркой. Я качаю меха - два куска металла разогреваются в горне докрасна, потом он накладывает один на другой, и молотком стучит. Так металл сваривается. Сегменты отлетали от ножей жатки и лобогрейки – клепал их, точил. Уж не знаю – какой там напильник у него был. Уже после войны привезли ему ручной наждак. А тут - привезут плуг - лемеха отвалились – ремонтирует. Тяжи к телегам… И крепеж делал - болты, гайки ковал, метчиками и лерками нарезал резьбы. Пруток какой-то железный был у него для болтов. А нет прутка подходящего – берет потолще, разогревает в горне, и молотком прогоняет через отверстие нужного диаметра – калибрует. Потом нарезает леркой резьбу. Так же и гайки делал – разогреет кусок металла, пробьет отверстие, нарезает в нем резьбу метчиком. Уникальный кузнец был! Насмотрелся я много на его работу. Давал он мне молоточком постучать для забавы, но моя работа была – качать меха.

Беженцы

В 41 году пришли к нам несколько семей беженцев из Смоленска - тоже вклад внесли в работу колхоза. Расселили их по домам – какие побольше. У нас домик маленький – к нам не подселили.
Некоторые из них так у нас и остались. Их и после войны продолжали звать беженцами. Можно было услышать – Анька-эвакуированная, Машка-эвакуированная… Но большая часть уехали, как только Смоленск освободили.

Зима 41-го и гнилая картошка

Все знают, особенно немцы, что эта зима была очень морозная. Даже колодцы замерзали. Кур держали дома в подпечке. А мы – дети, и бабушка фактически на печке жили. Зимой 41-го начался голод. Конечно, не такой голод, как в Ленинграде. Картошка была. Но хлеб пекли – пшеничной или ржаной муки не больше 50%. Добавляли чаще всего картошку. Помню – два ведра мама намоет картошки, и мы на терке трем. А она потом добавляет натертую картошку в тесто. И до 50-го года мы не пекли «чистый» хлеб. Только с наполнителем каким-то. Я в 50-м году поехал в Воскресенск в ремесленное поступать – с собой в дорогу взял такой же хлеб наполовину с картошкой.
Голодное время 42-го перешло с 41-го. И мы, и вся Россия запомнили с этого года лепешки из гнилого мороженого картофеля. Овощехранилищ, как сейчас, не было. Картошку хранили в погребах. А какая в погреб не помещалась - в ямах. Обычная яма в земле, засыпанная, сверху – шалашик. И семенную картошку тоже до весны засыпали в ямы. Но в необычно сильные морозы этой зимы картошка в ямах сверху померзла. По весне – погнила. Это и у нас в деревне, и сколько я поездил потом шофером по всей России – спрашивал иной раз – везде так. Эту гнилую картошку терли в крахмал и пекли лепешки.

Банды дезертиров

Новостей мы почти не знали – радио нет, газеты не доходят. Но в 42-м году народ как-то вдохновился. Притерпелись. Но тут появились дезертиры, стали безобразничать. Воровали у крестьян овец.
И вот через три дома от нас жил один дедушка – у него было ружьё. И с ним его взрослый сын – он на фронте не был, а был, видимо, в милиции. Помню, мы раз с мальчишками пришли к ним. А этот сын – Николай Иванович – сидел за столом, патрончики на столе стояли, баночка – с маслом, наверное. И он вот так крутил барабан нагана – мне запомнилось. И потом однажды дезертиры на них может даже специально пошли. Началась стрельба. Дезертиры снаружи, - эти из избы отстреливались. Отбились они.
Председателем сельсовета был пришедший с войны раненный офицер – Михаил Михайлович Абрамов. Дезертиры зажгли его двор. И в огонь заложили видимо, небольшие снаряды или минометные мины. Начало взрываться. Народ сбежался тушить – он разгонял, чтобы не побило осколками. Двор сгорел полностью.
Приехал начальник милиции. Двоих арестовал – видно знал, кого, и где находятся. Привел в сельсовет. А до района ехать километров 15-20 на лошади, дело к вечеру. Он их связал, посадил в угол. Он сидел за столом, на столе лампа керосиновая засвечена… А друзья тех дезертиров через окно его застрелили.
После этого пришла группа к нам в деревню – два милиционера, и еще несколько мужчин. И мой дядя к ним присоединился – он только-только пришел с фронта демобилизованный, был ранен в локоть, рука не разгибалась. Ручной пулемет у них был. Подошли к одному дому. Кто-то им сказал, что дезертиры там. Вызвали из дома девушку, что там жила, и её стариков. Они сказали, что дома больше никого нет. Прошили из пулемета соломенную крышу. Там действительно никого не оказалось. Но после этого о дезертирах у нас ничего не было слышно, и всё баловство прекратилось.

Новая корова

В 42 году получилась интересная вещь. Коровы-то у нас не было, как весной 41-го продали. И пришел к нам Василий Ильич – очень хороший старичок. Он нам много помогал. Лапти нам, да и всей деревне плел. Вся деревня в лаптях ходила. Мне двое лаптей сплел. Как пахать начали – где-то на месяц пары лаптей хватало. На пахоте – в лаптях лучше, чем в сапогах. Земля на каблуки не набивается.
И вот он пришел к нашей матери, говорит: «У тебя овцы есть? Есть! Давай трех ягнят – обменяем в соседней деревне на телочку. Через два года – с коровой будете!»
Спасибо, царствие теперь ему небесное! Ушел с ягнятами, вернулся с телочкой маленькой. Тарёнка её звали. Как мы на неё радовались! Он для нас была – как светлое будущее. А растили её – бегали к ней, со своего стола корочки и всякие очистки таскали. Любовались ею, холили, гладили – она, как кошка к нам ластилась. В 43-м огулялась, в 44-м отелилась, и мы – с молоком.

1943 год

В 43-м жизнь стала немножко улучшаться. Мы немножко подросли – стали матери помогать. Подросли – это мне восемь, младшим – шесть и четыре. Много работы было на личном огороде. 50 соток у нас было. Мы там сеяли рожь, просо, коноплю, сажали картошку, пололи огород, все делали.
Еще в 43 году мы увидели «студебеккеры». Две машины в наш колхоз прислали на уборочную – картошку возить.

Учеба и игры

У нас был сарай для хранения зерна. Всю войну он был пустой, и мы там с ребятней собирались – человек 15-20. И эвакуированные тоже. Играли там, озоровали. Сейчас дети в хоккей играют, а мы луночку выкопаем, и какую-нибудь банку консервную палками в эту лунку загоняем.
В школу пошел – дали один карандаш. Ни бумаги, ни тетради, ни книжки. Десять палочек для счета сам нарезал. Тяжелая учеба была. Мать раз где-то бумаги достала, помню. А так – на газетах писали. Торф сырой, топится плохо, - в варежках писали. Потом, когда стали чернилами писать – чернила замерзали в чернильнице. Непроливайки у нас были. Берёшь её в руку, зажмешь в кулаке, чтобы не замерзла, и пишешь.
Очень любил читать. К шестому классу прочел все книжки в школьной библиотеке, и во всей деревне – у кого были в доме книги, все прочитал.

Военнопленные и 44-й год

В 44-м году мимо Хуторовки газопровод копали «Саратов-Москва». Он до сих пор функционирует. Трубы клали 400 или 500 миллиметров. Работали там пленные прибалтийцы.
Уже взрослым я ездил-путешествовал, и побывал с экскурсиями в бывших концлагерях… В Кременчуге мы получали машины – КРАЗы. И там был мемориал - концлагерь, в котором погибли сто тысяч. Немцы не кормили. Не менее страшный - Саласпилс. Дети там погублены, взрослые… Двое воскресенских через него прошли – Тимофей Васильевич Кочуров – я с ним потом работал. И, говорят, что там же был Лев Аронович Дондыш. Они вернулись живыми. Но я видел стволы деревьев в Саласпилсе, снизу на уровне человеческого роста тоньше, чем вверху. Люди от голода грызли стволы деревьев.
А у нас недалеко от Хуторовки в 44-м году сделали лагерь военнопленных для строительства газопровода. Пригнали в него прибалтийцев. Они начали рыть траншеи, варить и укладывать трубы… Но их пускали гулять. Они приходили в деревню – меняли селедку из своих пайков на картошку и другие продукты. Просто просили покушать. Одного, помню, мама угостила пшенкой с тыквой. Он ещё спрашивал – с чем эта каша. Мама ему объясняла, что вот такая тыква у нас растет. Но дядя мой, и другие, кто вернулся с войны, ругали нас, что мы их кормим. Считали, что они не заслуживают жалости.
44 год – я уже большой, мне девять лет. Уже начал снопы возить. Поднять-то сноп я еще не могу. Мы запрягали лошадей, подъезжали к копне. Женщины нам снопы покладут – полторы копны, вроде бы, нам клали. Подвозим к скирду, здесь опять женщины вилами перекидывают на скирд.
А еще навоз вывозили с конного двора. Запрягаешь пару лошадей в большую тачку. На ней закреплен ящик-короб на оси. Ось – ниже центра тяжести. Женщины накладывают навоз – вывозим в поле. Там качнул короб, освободил путы фиксирующие. Короб поворачивается – навоз вывалился. Короб и пустой тяжелый – одному мальчишке не поднять. А то и вдвоем не поднимали. Возвращаемся – он по земле скребет. Такая работа была у мальчишек 9-10 лет.

Табак

Табаку очень много тогда сажали – табак нужен был. Отливали его, когда всходил – бочками возили воду. Только посадят – два раза в день надо поливать. Вырастет – собирали потом, сушили под потолком… Мать листву обирала, потом коренюшки резала, в ступе толкла. Через решето высевала пыль, перемешивала с мятой листвой, и мешка два-три этой махорки сдавала государству. И на станцию ходила – продавала стаканами. Махорку носила туда и семечки. А на Куйбышев санитарные поезда шли. Поезд останавливается, выходит медсестра, спрашивает: «Сколько в мешочке?» - «10 стаканов». Берет мешочек, уносит в вагон, там высыпает и возвращает мешочек и деньги – 100 рублей.

Сорок пятый и другие годы

45,46,47 годы – голод страшный. 46 год неурожайный. Картошка не уродилась. Хлеба тоже мало. Картошки нет – мать лебеду в хлеб подмешивала. Я раз наелся этой лебеды. Меня рвало этой зеленью… А отцу… мать снимала с потолка старые овечьи шкуры, опаливала их, резала мелко, как лапшу – там на коже ещё какие-то жирочки остаются – варила долго-долго в русской печке ему суп. И нам это не давала – только ему, потому что ему далеко ходить на работу. Но картошки все-таки немного было. И она нас спасала. В мундирчиках мать сварит – это второе. А воду, в которой эта картошка сварена – не выливает. Пару картофелин разомнет в ней, сметанки добавит – это супчик… Я до сих пор это люблю и иногда себе делаю.

Про одежду

Всю войну и после войны мы ходили в домотканой одежде. Растили коноплю, косили, трепали, сучили из неё нитки. Заносили в дом станок специальный, устанавливали на всю комнату. И ткали холстину - такая полоса ткани сантиметров 60 шириной. Из этого холста шили одежду. В ней и ходили. Купить готовую одежду было негде и не на что.
Осенью 45-го, помню, мать с отцом съездили в Моршанск, привезли мне обнову – резиновые сапоги. Взяли последнюю пару – оба на правую ногу. Такие, почему-то, остались в магазине, других не оказалось. Носил и радовался.

Без нытья и роптания!

И обязательно скажу – на протяжении всей войны, несмотря на голод, тяжелый труд, невероятно трудную жизнь, роптания у населения не было. Говорили только: «Когда этого фашиста убьют! Когда он там подохнет!» А жаловаться или обижаться на Советскую власть, на жизнь – такого не было. И воровства не было. Мать работала на току круглый год – за все время только раз пшеницы в кармане принесла – нам кашу сварить. Ну, тут не только сознательность, но и контроль. За килограмм зерна можно было получить три года. Сосед наш приехал с войны раненый – назначили бригадиром. Они втроем украли по шесть мешков – получили по семь лет.

Как уехал из деревни

А как я оказался в Воскресенске – кто-то из наших разнюхал про Воскресенское ремесленное училище. И с 1947 года наши ребята начали уезжать сюда. У нас в деревне ни надеть, ни обуть ничего нет. А они приезжают на каникулы в суконной форме, сатиновая рубашка голубенькая, в полуботиночках, рассказывают, как в городе в кино ходят!..
В 50-м году и я решил уехать в Воскресенск. Пришел к председателю колхоза за справкой, что отпускает. А он не дает! Но там оказался прежний председатель – Михаил Михайлович. Он этому говорит: «Твой сын уже закончил там ремесленное. Что же ты – своего отпустил, а этого не отпускаешь?»
Так в 1950 году я поступил в Воскресенское ремесленное училище.
А, как мы туда в лаптях приехали, как учился и работал потом в кислоте, как ушел в армию и служил под Ленинградом и что там узнал про бои и про блокаду, как работал всю жизнь шофёром – потом расскажу.

1524 +

472

Поросенок Спортсмен

Есть такое понятие в армии - наряд. Наряды, как говорится, бывают разные. Самым нелюбимым у нас был наряд на кухню. Он состоял из разных видов деятельности, например - дискотеки – мытья посуды ... что-то еще там было, не помню. Но самым нелюбимым местом в наряде по кухне был свинарник. Учитывая репутацию свиней, сами понимаете почему. Попадали туда обычно по залету (в чем я довольно скоро убедился). Но поскольку служили мы недавно и отличиться особо не успели, то первый раз я оказался там, можно сказать, случайно, волею Провидения. Видимо, именно оно указало нашему старшине прапорщику Худолею (в простонародье – Худо-бедно-но-лей) ткнуть три раза пальцем в список нашего взвода и одним из этих трех счастливцев, естественно, оказался я.
Я родился и вырос в Киеве. Свиней в глаза не видел. В селе как-то был проездом у прабабушки и прадедушки, но с ними, свиньями то есть, как-то не пересекался.
Одним словом, мои представления о них, т.е. свиньях, были довольно размытыми и основывались, главным образом, на фильме «Веселые ребята», где те появлялись на столе в роли закуски. В общем, маленькие такие розовенькие поросята.
Как потом показала жизнь - все было сложнее.
В общем, после развода, в подменке и телогрейках мы не торопясь отправились на свинарник, который находился в нескольких километрах от основного места базирования части.
Минут через двадцать мы были на месте. Свинарник делился на две части – зимнюю крытую и летнюю, открытый загон величиной с футбольное поле, огороженный колючей проволокой.
Поскольку было то ли позднее лето то ли ранняя осень именно здесь нам предстояло нести свою службу.
В загоне находилось сотни полторы свиней. Хотя то что я увидел сложно было назвать свиньями – здоровенные угрюмые, немытые, небритые, готовые на все твари, состоявшие сплошь из костей и мышц, больше похожие на огромным волков.
Я помнил сказку про трех поросят, но это был другой случай. Если б волк встретился с такими ребятами то в избушке пришлось бы прятаться ему. Возможно это была особая порода армейских свиней.
Мы приняли наряд, т.е. пересчитали свиней - для этого согнали их за загородку, которой пополам был перегорожен загон, оставили небольшой проем и по одной прогнали через него. Свиней оказалось где-то 148-150 не помню. Нас сразу предупредили, если сбежит хоть одна платить нам придется из своего кармана. А если учесть, что даже не самая большая свинья завешивала где-то за 100, а килограмм стоил 2-3 рубля, то вылетала хорошая зарплата моего отца. Чего не хотелось.
Довольные (все свиньи оказались на месте) ребята, сдавшие наряд пожелали нам хорошей службы и отправились к себе в подразделение. Ну а мы приступили к несению так сказать ...
Мои напарники отправились на телеге в столовую за отходами - кормежкой для свиней, а я остался охранять наших подопечных – улегся на мешки с тырсой, расположенные около входа в загон и стал любоваться постепенно темневшим и становившимся звездным небом.
Так медитируя, незаметно для себя я заснул. Проснулся я от того что меня как-будто кто-то толкнул. Я раскрыл глаза и не знаю даже почему повернул голову налево, к загону.
На меня с насмешкой смотрели хитрые почти человечьи глаза хорошо сдобренные умом и чувством юмора. Свинья, точнее небольшой поросенок был метрах в 5 от меня, причем одна половина его (передняя) была уже с этой стороны колючей проволоки, а вторая (соответственно задняя) еще там в загоне (я кстати потом искал дырку где он вылез, так и не нашел). Мы замерли глядя друг на друга. В моей голове быстро пронеслась калькуляция - на круг выходило не меньше 200 руб. Мне это не понравилось.
Дуэль взглядов со стороны напоминавшая наверное американские вестерны продолжалась недолго, секунды 2-3 не больше, хотя они мне показались вечностью. Стимулируемый суммой, полученной в результате калькуляции, я из положения лежа рванул к потенциальному беглецу. Тот сделав едва заметное движение задней частью, не знаю как оказался уже целиком с этой стороны загона ...
Я никогда не думал что свиньи так бегают
Собаки отдыхают
Когда я поворачивал за угол загона он уже был у противоположного. Я выкладывался как мог, но оценив резвость своего визави, сразу понял бесперспективность этого занятия. Как говорится, догнать Савранского ... Это утопия ... Тем не менее мы продолжали забег Причем выглядело это интересно Опередив меня метров на 50 этот стервец останавливался оглядывался, поджидал меня и когда между нами оставалось метров 10 снова срывался и уносился вперед. Проделав такую процедуру раза 2-3 и прогнав меня вокруг всего загона он неторопливо засеменил в соседний лесок, отделявший нас от полигона, где находились радиостанции.
Я уныло направился к мешкам с тырсой. Метров через 50 я заметил выходившего из леска парня, судя по внешнему виду – старослужащего, манерой двигаться и повадками напомнивший мне позже (когда я прочитал книгу) Таманцева из «В августе 44-го».
- Ой ты, добрый молодец, чего закручинился Буйну головушку то повесил ... ? – насмешливо (правда по доброму) обратился он ко мне когда мы пересеклись.
- Свинья сбежала, - коротко, без обиняков сообщил я и с чувством добавил ...- Сволочь!
Он явно заинтересовался
- Это какая ? Небольшой такой поросенок ?
- Да
- Прогнал тебя вокруг всего загона, а потом в лес убежал ?
Мои брови удивленно полезли вверх - уж очень точно был описан процесс ...
- Не переживай, он так каждый день наряд гоняет. Кликуха у него Спортсмен. Придет время ужина - заявится.
Я несколько приободренный, поблагодарил доброго человека (видимо, это был Посланец Господень в облике доброго дембеля) и направился к месту своего базирования - выходу из загона, где были мешки с тырсой. Улегся и стал медитировать в звездное небо.
Через некоторое время прибыли напарники на телеге с отходами из столовой – едой для свиней. Вылили мы все это в специально предназначенную ванну и стали готовится к раздаче пищи, в том числе и морально ...
Как вы понимаете войти в загон со 150 голодными зверюгами, которые, как я уже говорил, больше похожи были на волков чем на милых хрюшек, это был тот еще смертельный аттракцион. Технологию мы переняли от предшественников и состояла она в следующем:
Один с здоровенным дубцом заходил первым и отгонял свиней от корыта потом остальные в темпе вальса кабанчиками, пританцовывая, залетали с вываркой, выливали ее содержимое в корыто и так же быстро в темпе вальса, пританцовывая, удалялись. Это в идеале ... А там как получится. Первый естественно с дубцом прикрывал отход.
Я взял на себя самую опасную и ответственную часть работы – взял дубец и смело направился в загон. Свиньи паслись в некотором отдалении (поскольку еды в корытах не было то и делать там им было нечего). Заняв в позе бейсболиста позицию между ними и корытами, я напряг и расслабил мышцы – проверил правильно ли они меня слушаются и дал знак ребятам.
Те пулей залетели в загон и вылили содержимое выварки в ближайшее корыто.
Выскочить из загона сами они не успели ...
Я, дико орущий и яростно размахивающий дубцом, несколько приостановил (почти как немцев на Украине в 41-м) движение стада, но полностью остановить его я не сумел.
Нас просто вынесло оттуда ...
Кстати, несколько позже, эта картина чисто духовного стремления к корыту всплыла у меня, когда я наблюдал за нашими депутатами, уже Незалежної ...
Видеть несущееся на тебя все это голодное, рвущееся к корыту стадо ... Это закаляет
Как вы понимаете одной вываркой всех свиней не накормишь поэтому процедуру наполнения корыта нам пришлось проделать несколько раз. Но это уже было проще, поскольку потенциальной угрозы переходящей в кинетическую энергию несущегося стада уже не было - оно стояло и было увлечено поглощением содержимого корыта. Несколько раз кое-как растолкав свиней и переместив все содержимое ванны в корыта мы отправились отдыхать.
Коллеги погнали телегу на место ее базирования, а я занял пост на мешках с тырсой в ожидании Спортсмена.
Минут через 10 он появился. Я лежал и через прищуренные веки наблюдал за ним.
Подойдя метров на 20 он вдруг резко развернулся и бросился назад. Так же резко остановился, оглянулся, постоял, наблюдая за моей реакцией и снова направился в мою сторону. Проделав эту процедуру раза 2-3 и видя, что я никак не реагирую он, несколько успокоившись, направился к выходу из загона, где находиласть ванна куда мы сливали отходы. Дело в том что когда мы их выливали то слегка разляпали вокруг ванны, они видимо и привлекли Спортсмена. Поглядывая на меня он начал есть. Постепенно увлекшись процессом он несколько потерял бдительность, все больше приближаясь к ванне пока его голова не оказалась в щели между ванной (там где она изгибается) и задней стенкой сарайчика-навеса, который был в составе загона (где свиньи скрывались от непогоды). Оказавшись наполовину там, снаружи была только задняя часть и подергивающийся хвостик, он окончательно утратил бдительность, чего делать не стоило.
Я тихонько поднялся. Ну думаю гад ты у меня счас получишь. Разогнался и со всей дури засадил ему с ноги ... Раздался дикий визг. Спортсмен влетел в щель, причем вверх, в самую узкую ее часть, оторвавшись от земли, и застрял там дико дергая ножками и вращая хвостиком. Выглядело это очень комично. Понаблюдав какое-то время эту сцену и несколько остыв, я пожалел беглеца, подумав, что поступил, наверное жестоко, достал его из западни и запустил в загон.
На следующий день мы сдавали наряд и я не был уверен что Спортсмен за это время не сбежал еще раз, причем там где его никто не увидит. Но при пересчете все свиньи оказались на месте.
Я потом интересовался судьбой Спортсмена, насколько я знаю он больше не сбегал.
Сейчас, оглядываясь назад я с улыбкой (хотя тогда мне было не до смеха) вспоминаю эту историю и того поросенка (в прямом и переносном смысле), причем с каждым разом вспоминаю его со все большей симпатией. Этот умный с юмором взгляд ... Неординарный все-таки был поросенок. Не знаю как сложилась его судьба. Хотелось бы чтобы вопреки грустной прозе жизни удачно. И он, собравшись с духом после моей экзекуции, снова (прости меня наряд) сбежал, на этот раз окончательно ...
Одним словом удачи тебе Спортсмен и новых спортивных достижений ...

1058 +

473

Эту байку рассказал мне один знакомый, механизатор с Комарово.
Все началось с того, что проходя через мехмастерские он нашел шестерню. Хорошую такую шестерню, почти не заржавевшую со всеми необходимыми ей шлицами и зубьями. Покрутил ее в руках, прикинув все возможные за и против, поразмыслив куда бы ее присобачить и сколько она на крайний случай потянет как металлолом если не присобачивать, он сделал вывод, что вещь все же нужная. И нет смысла ей просто так валяться. Обмакнув попутно ее в ведро с отработкой, еще раз полюбовался появившимся блеском замасленного металла и стал подумывать о месте куда ее положить. Отвлек его от этого чей-то зов.
- Ну ладно, потом переложу, - подумал он, кинув шестерню на верстак, рядом с ремонтирующемся Т-150. - Нужная все же вещь!
Отвлекли надолго. Про шестерню забыл до вечера, потом домой, потом в поля, еще чего-то, в общем в мастерские попал через пару-тройку дней. О шестерне не помнилось, хотя какой-то смутный осадок о чем-то недоделанном все же остался. Но и от этого опять отвлек некий ажиотаж у ремонтирующегося Т-150. Походу там назревала драка. А драка в мехмастерских вещь серьезная. Механизаторы, народ суровый, да и подручные средства практически все из металла. Поэтому вооружившись подходящей монтировкой или арматурой он бросился туда.
- Ты если не знаешь, нехрен и суваться! - орал тракторист с разобранного Т-150, кому-то на полном серьезе - а то охреначу сейчас этой хренью!
Хренью он называл что-то до боли знакомое. Но мой знакомый в этот момент решал чью сторону выгодней принять, чтобы в драке победить однозначно, подсчитывая количество бойцов с каждой из сторон. Количество было равное и он обратил внимание на вооружение.
- Да это ж моя шестерня, - рассмотрев хрень в руках тракториста, произнес он и после этих слов, наступила долгая и какая-то зловещая пауза, - вы чего мужики?! - не понял он.
- Твоя говоришь!!! - зловеще прошептал тракторист и народ забыв о собственных разногласиях попер на знакомого. Молча и позвякивая чем было.
- Да вы че, мужики!? - сообразив, что одна монтировка против восьми бесполезна, ну по крайней мере не эффективна, начал сдавать назад мой знакомый. - Пару дней тому назад нашел, думал пригодится...
- Нашел говоришь! - надвигаясь на него зловеще шипел народ, - а ничего, что из-за нее мы за эти два дня уже раз десять коробку на Т-150 разобрали-собрали! Ничего, что она постоянно лишней остается, а ведь лежала вместе со всеми...

728 +

474

Разговаривать надо.
Заболела теща, через неделю умерла. Забираем тестя к себе, благо место есть.
У тещи был пес, просто черный лохматый урод. Забрали и его, себе на горе.
Все грызет, детей прикусывает, на меня огрызается, гадит, гулять его надо выводить вдвоем, как на распорке.
Вызывал кинологов, денег давал без счету — чтоб научили, как с ним обходиться, без толку...
Говорят, проще усыпить... Тесть решил, собачка умрет, тогда и ему пора.
Оставили. Дети ходят летом в джинсах, с длинными рукавами: покусы от меня прячут, жалеют дедушку.
К осени совсем кранты пришли, озверел, грызет на себе шкуру, воет.
Оказывается, его еще и надо триминговать. Объехали все салоны, нигде таких злобных не берут.
Наконец знающие люди указали одного мастера...
Привожу.
Затаскиваю.
Кобель рвется, как бешеный. Выходит молоденькая девчушка крошечных размеров. Так и так, говорю, любые деньги, хоть под наркозом (а сам думаю, чтоб он сдох под этим наркозом, сил уже нет).
Берет из рук поводок, велит прийти ровно без десяти десять, и преспокойно уводит его.
Прихожу как велено.
Смотрю, эта девчушка выстригает шерсть между пальцами у шикарного собакера.
Тот стоит на столе, прямо, гордо, не шевелясь, как лейтенант на параде, во рту у него резиновый оранжевый мячик. Я аж загляделся.
Только когда он на меня глаз скосил, понял, это и есть мой кобель.
А пигалица мне и говорит: — Покажу, как ему надо чистить зубы и укорачивать когти. Тут я не выдержал — какие зубы!
Рассказал ей всю историю, как есть.
Она подумала и говорит: — Вы должны вникнуть в его положение. Вам–то известно, что его хозяйка умерла, а ему нет. В его понимании вы его из дома украли в отсутствие хозяйки и насильно удерживаете. Тем более, что дедушка тоже расстраивается. И раз он убежать не может, старается сделать все, чтобы вы его из дома выкинули. Поговорите с ним по–мужски, объясните, успокойте.
Загрузил кобеля в машину, поехал прямиком в старый тещин дом.
Открыл, там пусто, пахнет нежилым.
Рассказал ему все, показал.
Пес слушал.
Не верил, но не огрызался.
Повез его на кладбище, показал могилку.
Тут подтянулся тещин сосед, своих навещал. Открыли пузырь, помянули, псу предложили, опять разговорились. И вдруг он ПОНЯЛ!
Морду свою задрал и завыл, потом лег около памятника и долго лежал, морду под лапы затолкал.
Я его не торопил.
Когда он сам поднялся, тогда и пошли к машине.
Домашние пса не узнали, а узнали, так сразу и не поверили.
Рассказал, как меня стригалиха надоумила, и что из этого вышло.
Сын дослушать не успел, хватает куртку, ключи от машины, просит стригалихин адрес.
— Зачем тебе, спрашиваю.
— Папа, я на ней женюсь.
— Совсем тронулся, говорю. Ты ее даже не видел. Может, она тебе и не пара.
— Папа, если она прониклась положением собаки, то неужели меня не поймет?
Короче, через три месяца они и поженились. Сейчас подрастают трое внуков.
А пес?
Верный, спокойный, послушный, невероятно умный пожилой пес помогает их нянчить. Они ему ещё и зубы чистят по вечерам...
Не зря говорят, что собаки верные и очень умные животные. А разговаривать... так со всеми надо разговаривать и объяснять свою точку зрения, тогда и жизнь становится заметно лучше.
(Армине Ванян)

988 +

475

Веня стоял в отдалении и с тоскливо размышлял, как ему поступить. Он чувствовал, что все проходящие мимо него смотрят, и понимающе ухмыляются. Выждав какое-то время, он с безразличным видом отошел в сторону, чтобы никто ни чего не подумал. Но идти надо было. Он с тоской смотрел на табличку у входа. «Бляяя….почему не могли просто написать КВД. Почему на стене кричаще заманивающе сияли три слова: Кожно-венерический диспансер». Он чуть не застонал.
Веня знал, что сифилис, это будет наименьшее из бед, что ждет его, когда он возьмется за ручку двери. Кто-то из пацанов говорил, что молекула сифилиса живет 30 секунд. Веня никак не мог подгадать, потому, что в дверь кто-то постоянно заходил, и выходил. Наконец ему повезло. Локтем он зацепил ручку, и проскользнул внутрь.

Хлорированное равнодушие холла встретило его белым кафелем и обилием черно-белых фотографий и бумажек, напечатанных в типографии, предупреждающих об опасности случайных встреч. Веня чуть не взвыл от ужаса.
Пару часов назад отстояв в районной поликлинике очередь, в которой были люди по номеркам, по живой очереди, и – только спросить, он, бодро зайдя к дерматологу, деловито буркнул: «Мне справку в бассейн». Врач взял карточку, начал писать справку и вдруг устало снял очки:
- Тебе полных-то лет сколько?
- Четырнадцать.
- Ну, так, милый мой, тебе теперь не к нам.
- А куда?
- Едешь угол Наличной, там КВД, там тебе все выдадут.
- Куда?- недоумение Вени было настолько искренним, что врач заухмылялся.
- КВД. Знаешь что это?
- Вы наверное не поняли. Мне – справку в бассейн!!!! Я здоров. Мне – в бассейн,- Веня пытался объяснить этому тупому доктору, что справка ему нужна - в бассейн.
- Да я понял-понял. Ты по возрасту уже не проходишь. Дуй туда, там все дадут. Все.
Он нажал кнопку. Лампочка за дверями моргнула, и какая-то мамаша с ребенком, выпихнула его за дверь. Он стоял в полном недоумении и прострации. КВД. От самого этого слова веяло заразой. И воспоминания о матросах Колумба – были отнюдь не уважительны.
И вот теперь, чувствуя себя почти голым, он напряженно стоял перед окном, на котором малярной кистью, обреченными красными буквами было написано: «Регистрация». Чтобы никто ничего не подумал. Веня громко и отчетливо прокричал:
- Мне справку в бассейн.
- Чего орешь,- шикнула на него тетя из «окошка», - На направление на первичный прием.
- Какой первичный,- перешел на доверительный шепот Веня, - Мне справку….Я в яхт-клубе... а мы в бассейн ходим, - сбивчиво стал оправдываться он.
- Второй этаж, первичный прием в порядке живой очереди, - и тетя уткнулась в свои дела на столе.
Собрав в кулак волю и мужество, стараясь ни к чему не прикасаться, Веня поднялся на второй этаж.
- Мне справку в бассейн. Кто последний?
Он неуверенно пискнул, увидев разбитную очередь из десятка мужиков, галдевших в коридоре. Мимо независимо промаршировал известный певец, исполняющий песню про то, как хорошо в Комарово. По коридору прошла медсестра.
- Трое первичных проходим.
- Извините, - дернулся Веня.
- Что?
- Мне справку в бассейн.
- Заходи тоже.
Мужики строем вошли в кабинет и замерли ленивой шеренгой. Где-то у стены за столом сидел врач и что-то писал.
- Штаны снимаем, оголяем крайнюю плоть.
- ……я не буду, - тихо охнул Веня.
- Тебе чего?- врач поднял голову.
- Мне… мне справку в бассейн, - тоскливо пробубнил Веня.
- Снимаем рубашку, штаны приспускаем, оголяем крайнюю плоть, - меланхолично ответил врач, возвращаясь к своим бумажкам.
- Я не буду, - твердо ответил Веня.
Мужики заржали:
- Слышь, эскулап, чо ты парня гноишь. Он еще болт не мочил поди, а ты ему – оголяем.
Врач по-Чеховски посмотрел на Веню.
- Так, все вон, а ты ко мне.
Краснея и холодея от ужаса, он подошел ближе.
- Рубашку задери. Аллергии нет? Половой жизнью живешь?
- …….., - что-то невнятно сипел Веня.
- Одевайся, - улыбнулся доктор, - Что за спорт?
- Парусный.
- Ого. Красиво. Сейчас справку напишу, печать в регистратуре.
Начиная любить этого мудрого доктора, путаясь в пуговицах, Веня стал приводить себя в порядок. Сгорая от смущения, он поднял глаза, и увидел на листе ватмана, растянутого где-то под потолком, аскетичную, и по-Хаймовски, емкую фразу. Эта фраза во многом определила ему философский взгляд на будущее. Фраза, которую он бормотал и на «стрелках», и на гонках, да и так, в минуты хандры:
«Все болезни от нервов, только венерические – от удовольствия».

634 +

476

Самолет падает. Штурман стюардессе:

– Успокой пассажиров…

– Товарищи пассажиры! У нас экспериментальный полет, сейчас мы нырнем в море, а потом полетим дальше.

Удар, плавают обломки самолета и два одессита:

– Жора! Я не понял этой хохмы, они что улетели без нас?

855 +

477

Добрый день. В связи часто всплывающими последние время новостями, связанными с демографией, льготами и многодетными решил поделиться своим опытом.
Когда то в 2006 году, я 21 летний оболтус, неожиданно для себя узнал, что стану счастливым отцом. Заручившись поддержкой своего своего внутреннего оптимизма, юношеского максимализма и…. и наверное на этом все, я сообщил будущей жене что как только она выйдет за меня за муж о работе ей нужно будет забыть, альфасамец епрс))) Хочу добавить что из всего движимого и недвижимого имущества у нас на двоих на тот момент были только шмотки и пара телефонов.
Ну где то менее чем через год мы стали обладателями чуда по имени Алина) Наслушавшись за 9 месяцев напутственных выражений о том как у нас «все замечательно должно получиться» И исходя из информации что 2007 год - это год ребенка и все государство для меня сделает, меня сподвигнули на попытку урвать у государства кусок земли где бы я смог построить свое гнездышко.
Прописаны на тот момент были я и моя жена в Тверской области. Походив по инстанциям и получив «массу удовольствия», в кулуарах этих инстанций я получил неофициальный ответ - что земли мол нет. Посмотрел на карту. Прикинул масштаб как области так и страны. Соотнес это с полученной информацией. Понял что география - это не мое, как и кусок земли - тоже не мое. Тут можно заметить что в то время мое родное село активно застраивалась коттеджами.
Как только чудо по имени Алина научилась улыбаться и говорить папа - мама и немножко устав от поддержки, а еще сильнее устав от наставлений моих родителей мы решили переехать в съемную однокомнатную квартиру в столице нашей родины, которая еще и находилась в шаговой доступности от моей работы, чему я был несказанно рад. Обрадовались настолько, что вскоре узнали что станем счастливыми обладателями второго чуда)
Посмотрев на небольшую площадь квартиры и на последствия мирового кризиса мы согласились на уговоры пожить в однокомнатной квартире в Твери, дабы поднакопить денег на жилье. Ездить на работу конечно было тяжело, но вера в светлое будущее окрыляет.
Чудо по имени Соня у нас родилась в год семьи! О поддержки семей как и сейчас говорили все СМИ. Получив, снова, «массу удовольствия» от общения все с теми же слугами народа, мы получили материнский капитал, который по первой нельзя было использовать даже на кредит и подали заявку на семейный капитал) Пересчитав «капиталы», я понял что и математика - тоже не мое.
Ну раз я такой необразованный, то и нечего мне своим присутствием страну позорить. Поняв это - мы уехали, не далеко, накопленных денег хватило чтобы прикупить домик не далеко от Минска. Там тоже стали активно радоваться и вскоре ненадолго вернулись, дабы появилось на свет чудо по имени Варвара.Уж больно моей жене понравился провинциальный роддом в Тверской глубинке, по ее словам - архитектура очень уж красивая)
Последнее мое общение с функционерами состоялось когда я случайно узнал что многодетным в России можно бесплатно посещать музеи. Надо же просвещаться! Собравшись с духом я сделал попытку получить удостоверение многодетной семьи. Не смог, просто не хватило терпения носить бумажки из одного ведомства в другое, выслушивая -"хоть бы шоколадку принесли", хотя обращался в «одно окно». Ну не пойдут мои дети бесплатно в музеи России да и ладно.
К чему все это я написал. Чтобы люди решившиеся на появления ребенка расчитывать только на себя. Возможно смогу кого-нибудь научить не надеяться на государство, как меня научили наши чиновники, чему я несказанно рад)
Ну и обрадовавшись этому прозрению, а дети и радость - это синонимы у нас появилось четвертое чудо - Яна. От Алины до Яны, от «А» до «Я» я свой алфавит закрыл, как и закрываю свой рассказ. Всем всего доброго)

825 +

478

Поздно вечером родители собираются в кино. Дома остаеться пятилетний сын. Перед уходом папа инструктирует:
Дверь никому не открывай и вообще не подходи к ней! У нас с мамой ключи! Понял?
Сын:
Ага!
Уходят, но мать продолжает волноваться. Отец говорит:
Сейчас я пойду проверю...
Подходит к двери своей квартиры, стучиться...
За дверью:
Кто там?
Папаша:
МОСГАЗ, откройте!
За дверью:
Пошел на х, мы дровами топим!

574 +

479

Как я разбил машину при помощи GPS, и как потом отмазался

Забегая вперед, должен сказать, GPS к этому имел косвенное отношение. Причиной была моя дурость, неопытность и невыспанность.

Дело было в 2007 году. Случился у нас длинный выходной на четыре дня. Делать в это время обычно совершенно нечего, и я решил отправиться в путешествие. Оставил свою машину в аэропорту, сел на самолет, да и улетел на другой конец страны, где взял машину напрокат и четыре дня катался по окрестностям. Чтобы не заблудиться, я купил себе автомобильный GPS-навигатор фирмы Garmin. Никакого опыта использования навигаторов у меня тогда не было.

Я заказывал машину подешевле, и ею оказался Хундай-Гетц. Машина оказалась так себе, была тесна, на холмы заезжала неохотно, так что мне было ее нисколечки не жалко, когда я (опять забегая вперед) ее разбил.

Служащий фирмы Hertz, оформляя документы, предложил мне либо стандартную страховку, либо супер-вариант. Я спросил, в чем разница, ответ был – при обычной вы, в случае чего, платите, на общепринятые деньги, $400, а при супер ничего не платите. При этом супер–вариант увеличивает цену всей аренды в полтора раза. Поскольку я не собирался ничего разбивать, я согласился на простой вариант. Ну и поехал.

Четыре дня я провел с кайфом, среди гор, водопадов и прочих природных красот, а также всяких исторических памятников и музеев. Навигатор все это время служил верой и правдой, и очень мне помогал. И вот выходные подошли к концу, и в последний день я остановился на ночлег у приятеля в городе, находящемся примерно в 90 км от аэропорта. Билеты домой я купил на шесть утра в первый рабочий день, планируя достаточно рано приехать на работу прямо из аэропорта.

Мне надо было быть в аэропорту к пяти, да еще и сдать там машину, плюс запас на всякие непредвиденные обстоятельства, в общем, выехать надо было в пол-четвертого. Что я и сделал, но вечером мы увлеклись разговором с тем приятелем, так что спать я лег только в двенадцать часов. И вот я выехал. Спать хочется ужасно, ничего не соображаю, темнотища, плюс дождь прошел, фары толком ничего не освещают, стекла запотели, в общем, иду по приборам. Еду по главному проспекту города, с него надо съехать на хайвей. И тут прибор мне говорит "exit right". А я тогда не знал, что на гарминовской фене значит "exit". Понял так, что надо съехать с дороги, причем вправо. Ну я смотрю вокруг, о чем речь, непонятно, но направо вроде и впрямь уходит какая-то дорога, даже и светофор есть. Это сейчас я понял бы, что exit со светофором не бывает. А тогда посмотрел вокруг – а никаких других вариантов нет. Причем, дорога-то уходит под прямым углом, но немедленно поворачивает параллельно главной дороге, то есть ведет себя как exit. Думаю (а сознание еще невыспанное и слегка затуманенное), это оно и есть. Ну еду туда. Дорога сужается, виляет, по бокам сетчатые заборы, и тут прибор: "take ramp ahead". Типа, на хайвей въезжаю. И, вообще-то, дорога и вправду похожа на заезд на хайвей. Ну я потихоньку ускоряюсь. Прибор молчит. И тут - пиздец, море кончилось! - дорога превращается в обычную городскую улицу, которая внезапно поворачивает направо под прямым углом. Ну а я, нещадно тормозя, еду вперед, на поребрик, через газон, и въезжаю точно в секцию цементного забора, куски его летят в разные стороны, я останавливаюсь ровно посередине. Радиатор парит, перед разворочен, прибор нагло падает с присоски на стекле. В таких случаях принято говорить "И повисла гнетущая тишина", но нет не повисла, радио бодро играет музыку с айпода, хотя сам айпод тоже улетел неизвестно куда. Машине, очень похоже, кранты. Ну и не жалко.

Да, а на самом деле надо было ехать как ехал, заняв правую полосу. Улица сама превращалась в хайвэй, только пара левых полос уходила куда-то, куда не надо. Вообще-то, прибор должен был сказать "keep right", видимо, в карте была ошибка.

И вот я сижу, прихожу в себя, соображаю, что делать, и тут в доме загорается свет, и оттуда выходит здоровенный негр с фонариком и фотоаппаратом.

Он вышел, печально обошел сцену, пощелкал фотоаппаратом, и сказал, что с вечера его сын уехал на его мерседесе в ночной клуб. И он, услыхав шум, решил, что это сын, возвращаясь, спьяну не попал в ворота. Ну а раз это не так, то ему тут больше делать нечего, и он ушел дальше спать, так что я снова остался один. Позвонил тому приятелю, у которого ночевал, он приехал, меня забрал.

У приятеля посидели, попили чай, я очень переживал, что не попаду на свой рейс, а оказалось, что это самое меньшее, по поводу чего следовало бы переживать. Как рассвело, поехали в местный офис Hertz. Там ко мне отнеслись очень доброжелательно, и сказали: "А, так ты разбил нашу машину? Так вот тебе еще одна!", и выдали другой такой же Гетц. На нем я и уехал в аэропорт, где меня совершенно бесплатно посадили на следующий рейс, и уже к обеду я был на работе.

Я был рад, что все так хорошо закончилось, и вообще бодр и весел, пока через месяц не пришло письмо от Hertz, где сообщалось, что я им разбил машину стоимостью $17300, и должен эту сумму им заплатить. Я, естественно, спросил, а как же страховка? Оказалось, что в данном случае они усматривают Gross negligence (ахерную халатность) с моей стороны, которую покрывает только дорогой вариант страховки, а не тот, который взял я. Я им ответил, что конкретно спрашивал про разницу вариантов, мне четко объяснили, что разницы в покрытии нет, и я полагаю, что в этот момент я вступил с ними в устный контракт. И вообще, зачем тогда нужна эта страховка, ведь почти любое ДТП можно назвать следствием халатности, кроме, разве, такого, где однозначно чужая вина. Кроме того, я внимательно изучил пользоватеьское соглашение, и ничего такого про negligence там не нашел. На них, однако, это впечатления не произвело – плати, говорят, или засудим.

Ну я опечалился, стал искать варианты. Спросил свою страховую компанию – нет, она покрывает только ДТП с моей машиной. Написал страховому омбудсмену – нет, оказывается, они регулируют только продукты, называемые "страховка", а не "damage waiver", как тут. Ну а на сдачу в машин в аренду никакого омбудсмена нет.

Опечалился я еще больше, да и пошел к адвокату. Он сказал, что халатность с моей стороны и вправду была (нормальные люди обычно не въезжают в заборы), так что шансов мало, но он попробует. Я подумал, что он попробует опротестовать дело по существу, но он предпочел другой способ, в старой миниатюре Аркадия Райкина названный "запустить дурочку".

Адвокат написал, что не считает $17300 справедливой суммой, ведь машина пострадала только спереди. Зад же остался совершенно целым, а там немало полезных частей. Так что он интересуется, кому и за сколько был продан зад, а также предлагает $400 в качестве полного и окончательного урегулирования вопроса.

Через месяц пришло письмо от Hertz: да, они согласны, зад они продали за $5300, так что снижают сумму требования до $12000.

Адвокат ответил: а докажите, что эти $5300, что вы выручили, это справедливая сумма. Пожалуйста, пришлите условия тендера, список участников и предложенные цены. Ну и повторил про $400. А заодно добавил фразу, которую я до сих пор помню – превосходный образчик поэтического английского языка, которому позавидовал бы сам Шекспир: "Should you, notwithstanding the aforesaid, elect to proceed with a legal action, same will be strenuously opposed" (примерно "Если же, несмотря на вышеизложенное, вы предпочтете выставить свои требования в суде, оные будут категорически оспорены").

Прошел еще месяц, и от Hertz пришло письмо, где они сообщали, что считают наше предложение неприемлемым и смехотворным, однако же, для упрощения ситуации, на него соглашаются. В итоге я им перечислил $400, и дело было закрыто.

Услуги адвоката стоили еще $270.

Негру забор оплатила его страховка, кроме примерно $60, которые я ему и прислал.

С тех пор услугами фирмы Hertz я не пользовался: вдруг они меня помнят?

823 +

480

НЕНУЖНАЯ ПРОФЕССИЯ

Джек Ланкастер вышел из лифта и направился в офис.
Просторный кабинет отдела техподдержки встретил неожиданной тишиной. Джек недоуменно посмотрел на часы.
Прямо сейчас у Марты из третьего филиала зависла программа. Находится Марта за тысячи миль и, как всегда, не может толком объяснить, в чём проблема. Обычно её звонки переводят прямо на Джека. Но телефоны молчали.
Несколько парней гоняли в какую-то стрелялку, изредка переругиваясь. Дамы увлечённо занимались шоппингом в Сети. Гарнитуры валялись на столах. Похоже, к ним вообще притрагивались пару раз в сутки.
Тишина. Джек прямо чувствовал волну всеобщего умиротворения.
Прямо сейчас должны звонить из Атланты, у них сбой сервера базы данных.
Может, глючит связь? Джек схватил первую попавшуюся гарнитуру, набрал проверочный код. Система - в штатном режиме.
Один из сотрудников, Майкл, наконец, заметил Ланкастера:
- Здорово, Джек! Как отдохнул? Босс просил...
- ...зайти к нему, когда появлюсь, - закончил Джек. - Зачем - не знаешь.
- Ну да! - выдавил, наконец, Майкл, вспомнив, с кем говорит. - Честно, не знаю!
- Майкл, что происходит?
- Ты о чём?
- Тишина, - кратко пояснил Джек. Майкл замялся. Похоже, он понял вопрос, но сформулировать ответ не смог. Даже в голове.
Махнув рукой, Ланкастекр направился в кабинет босса. Миновал секретаршу без обычных проволочек. Странно, очень странно!

***

Старик Джордж сидел в роскошном кресле, наслаждаясь сигарой. Маленькая шалость босса. То, что сигара кубинская, об этом знали немногие, включая Ланкасетра и секретаршу.
- О, Джек, давно жду. Садись, предстоит серьёзный разговор.
"Босс и рад видеть, и не рад", понял Джек. "Неужели старик решил от меня избавиться?! " Ланкастер попытался настроиться на волну шефа.
- Отпуск? - вырывалось у Джека. - Ещё один отпуск? Прямо сейчас?!
- Знал, что ты поймёшь! - Джордж удовлетворённо затянулся сигарой, дожидаясь, пока сотрудник переварит информацию.
- Бессрочный отпуск? С оплатой? Не понимаю! - честно сказал Джек. - Хочешь уволить, но боишься проблем с профсоюзом? Иначе, зачем такие сложности?
- Всё гораздо проще, Джек. Номинально ты по-прежнему работаешь у нас. Можешь приходить, когда захочешь. Работать не обязательно. Лучше вообще не работай!
- Но проблемы с клиентами...
- Справимся без тебя! - Отмахнулся босс. - Уже справляемся! Причём не хуже, чем с тобой.
- Джордж, только честно! Скажи, зачем?! Нашёл человека на моё место? Я где-то крупно накосячил? В чём дело?
- Джек, ты не хочешь в отпуск? - Брови босса вежливо изогнулись.
Ланкастер молчал, пытаясь понять. Этот прошедший отпуск он вырвал буквально силой. Просто устал, написал, как всегда, заявление. На словах прибавил пару деталей, объяснив, чем для фирмы обернётся его вынужденный трудоголизм.
Джеку и в отпуске пытались звонить. Как будто он мог чем-то помочь, находясь от клиента ещё дальше, чем главный офис. Целую неделю Ланкастер старательно "забывал" телефон в номере, пропадая, то на пляже, то в баре с очередной красоткой, жаждущей курортного романа.
А потом - как отрезало. Ни одного звонка за весь отпуск. Тогда Джек просто не придал этому значения.
- Уволить мы тебя действительно не можем, - изрек наконец босс. - Вернее, можем, но тогда обязаны нанять другого человека на твоё место. Иначе профсоюз съест нас живьём.
- Должность-то штатная, - рассеяно произнёс Джек.
- Поэтому, пусть всё идёт, как шло до этого. Так будет лучше всем.
- Как?! - выдавил Джек. - Как вы справились без меня?! Это же невозможно!
- Немалую роль в этом сыграл ты сам, Джек. Извини старого пердуна, что раньше тебя в отпуск не пускал.
"Самокритика вслух! Или у меня крыша едет, или в сигаре - совсем не табак", подумал Ланкасер. "Это многое объясняет!"
- Джордж, давно куришь эти сигары? - сотрудник задал глупый вопрос, прикидывая пути отступления.
- Не бойся, Джек, я не сошёл с ума. Ты - тоже. Но твой отпуск решил много проблем.
Старик снова затянулся и, затушив, отложил сигару.
- В первые дни мы буквально утонули в проблемах. Клиенты привыкли, что их понимают с полуслова. Я даже задумался о приёме кого-нибудь на подмену вместо тебя. Например, Таллера из отдела безопасности. - Заметив беспокойство, босс поспешно добавил:
- На время отпуска, конечно.
- И что случилось? - не выдержал Джек.
- Я дал указание всем отвечать, что ты в отпуске. Удивительно, но уже через неделю клиенты научились внятно формулировать свои просьбы.
- Именно тогда прекратились звонки на мой телефон, - вставил Ланкастер.
- Но мы пошли ещё дальше. - кивнул босс. - Научили пользователей самостоятельно решать возникшие проблемы.
- Это невозможно! - вырывалось у Джека.
- Поверь, возможно. Как только человек узнаёт, что ты в отпуске...
- А ошибки?!
- От ошибок никто не застрахован! Но их процент настолько мал, что им можно пренебречь.
- Так ты хочешь...
- Чтобы всё продолжалось по-старому. Вот! - босс вытащил старое заявление об отпуске. В глаза бросилась свежая резолюция. "Предоставить бессрочный оплачиваемый отпуск". - Мы с тобой взрослые люди, Джек? Давай поступим, как взрослые.
Джордж кинул на стол туристический каталог:
- Давно отдыхал в Альпах?

***

Вечер плавно перетекал в ночь. Джек Ланкастер сидел за стойкой бара и потягивал виски. Босс не обманул, вся зарплата исправно перечислялась на счёт. Джек рассеяно листал рекламный каталог. Тяжёлое это дело - отдыхать!
Из-за столика в углу встала ослепительная красотка и, виляя бёдрами, направилась к Джеку. Девица весь вечер не сводила с Ланкастера глаз. Не нужно быть провидцем, чтобы распознать её намерения.
- Привет, я Элис, отдел маркетинга. А вы, должно быть...
- Джек Ланкастер, отдел техподдержки, - представился Джек. - Штатный телепат. Правда, сейчас я в отпуске.

835 +

481

Медицина

- Галя, скажи тому придурку, что в МРТ нельзя с кольцом в носу
- А как будет кольцо в носу?
- А я знаю? Пирсинг?
- Ду ю спик инглиш?
- Well, yeah.
- Нет пирсинг!
- Net piercing? What the fuck is net piercing?
- Похоже сильно ударился головой. Не понимает. Михалыч, давай кусачки, щас мы ему кольцо снимать будем.
- Hey, guys, what the hell? What are the pliers for? I just fell. No pliers, please!
- Чо это он верещит?
- А я знаю? Иностранец ведь. Михалыч, держи за ноги, а я сниму это бяку. Воооо. Да не ори ты, я вон зубы вырывал себе сам в детстве кусачками.
- Please! No! Nooooooooo!
- Вот так вот. Спирт. Нашатырь. О, очнулся. Так, ду ю спик инглиш?
- ММММММ.
- Лезь ин МРТ бокс. Скан!
- МММММ?
- Да, видать тяжелое сотрясение. Михалыч, держи ноги!
- Держу!
- Донт дрыг ногами, товарищ!
- What?
- Клизму те в рот. Не дрыгай. Лежи! Млять. Не понимает. Слип, баю бай. Ок? - Виктор Петрович изобразил спящего как мог.
- Ah, OK. Sleep! I should lie down, you mean?
- Йес. Галя, выходим. Наконец то он свой родной язык вспомнил, а то как дите малое без слюней на пузе. Запускай... Хм... Так, что тут у нас. Голова целая, ясная, без паталогий. Увеличенная… печень, печень… увеличенная… селезёночка… Аритмия… Замечательно! Какая прелесть! В целом здоров. Гоу аут. Аут. Вылезай из бочки! Михалыч, дерни его за ногу.
- Should I go out?
- Иди уже, посиди в коридорчике. Сейчас кровушку брать будем. Михалыч, ты немецкий учил, как кровь будет?
- Das blut.
- Понял, фашист? Блут брать будем.
- Он вроде американец. Они с немцами воевали, Петрович. Нехорошо ты его так. У меня прадед в Маньчжурии был, на сопках.
- Ну тады сорри. Блут! Понял? - Виктор Петрович изобразил наркомана, втыкающего карандаш в вену.
- Blood! OK. Blood test! Gotcha.
- Михалыч, что такое гоча?
- А хрен его знает. Но он понял. Смотри, какие глаза умные.
- У моего Полкана тоже умные, а срет все равно на кухне.
- Таня, прими иностранца.
- Что с ним?
- Язык свой забыл почти, вот сейчас учим заново. Я знаю? Давай из вены, только аккуратно, он нежный.
- Да я ребенку в вену попадаю с трех метров в темноте. Или сюда, щекастенький. Сит даун.
- Ты что, языки знаешь?
- А то.. два раза пыталась замуж в Израиль уехать в 93. Сит, сит. Руку дай.
- Die? What you mean? I don't want to die!
- Ду ю спик инглиш?
- YES!
- Тогда руку давай. Кулаком работай. Вжик вжик. Туды-сюды. Мохнатка тебя разбери, реально забыл язык. РУКУ ДАЙ!
- Guys, can I go home? Hotel?
- Чо это он?
- В отель тебя зовет, в номера.
Таня грозно посмотрела на американца. Какой отель? Я замужем. кольцо видишь? Американцу ткнули в нос огромным кольцом на мощном пальце: - Муж! По морде хрясь и капут.
- What?
- Давай-ка томограмму посмотрим. Может, упустили чего? Явно не то что-то. Височная доля?
- Да нормально у него все с томограммой. Может он просто сам дурак.
- Что там с кровью? Идет?
- А куда она из вены денется? - Таня мастерски впендюрила иглу и наполняла колбы: - Тепленькая пошла!
- Хорошо. Теперь самое сложное. Лет ми спик фром май харт. Нам нужен анализ мочи, понимаешь?
Американец понуро сидел. еще щеки были бледны. Он уже смирился с тем, что из этого ада ему не выбраться.
- Пись-пись! - врач грозно потряс баночкой у причинного места.
- Нее, не понял вроде, - Таня ткнула его пальцем в промежность и грозно сказала: - Пииииись- пииииииись, ок?
- Sorry! Just let me go. I was just low on sugar, OK? It happens. Now I am fine! Let me go! I won't tell anyone, I promise. I won't go to police!
- Не полись, а пись-пись! ну что за человек? Ты по человечески понимаешь? надо в баночку пись-пись. Михалыч, покажи.
- Неудобно при Танечке, Петрович.
- Ой, чо я там не видела. Я бы показала, да анатомия подвела. Эй, американец, пис-пис или чего?
- Ah, you want me to piss in the jar? Urine sample! OK. But why piss-piss? You want me do it twice?
- Кто-нибудь понял?
- Я понял.Он повторил пис-пис и еще билеберду всякую.
- Пис-пис, гоу! - Таня ткнула пальцем вдаль.
- OK, ok, I will pee twice, jeeez, she is scary, - маериканец шумно выдохнул. Bathroom?
- Что такое басрум?
- А черт его знает.Срум звучит знакомо. Туалет что ли?
- Yes! Yes! Toilet!
Михалыч жестами показал, что комната счастья за углом.
Американец вернулся с полной банкой и очень бледным лицом. Он тщательно боролся с тошнотой, но та пока выигрывала.
- Чой-то с ним?
- Туалет небось его удивил. Там полчаса назад у Федорова из шестой палаты казус произошел. Сделали ему клизму, а кабинка-то занята.
- Шит? - участливо спросил врач
- Shit. An a lot of it. - кивнул американец.
Таня хлопнула его по плечу: - как говорят у вас тамб шит хэппенс, йес?
- No shit it happens. it looks like fucking shit demon was summoned there and then killed. And then somebody took a shit right on him, - американец подавил рвотный позыв: - Can I go home?
- Это даже я понял, тоскует по дому. Американец, ты выпить хочешь? А то не дойдешь.
- Vipit? I know this word. Drink?
- Михалыч, нацеди ему в колбочку, у него стресс. Дринк, дринк. Рашн традишн. ОК?
Пациент вздохнул и залихватски хряпнул из пробирки 20 грамм чистого спирта.
- Suka blad, - выдохнул он: - what the hell is that???
- О! Заговорил! Михалыч! Заговорил! Можно выписывать.
Баба Нюра участливо выдала американцу его куртку, куда собственноручно заботливо пришила крепкую и мощную петельку. Дизайн ее не предусматривал, но что они там знают о русском гардеробе. Очередь вежливо расступилась и иностранца вывели под руки в звездную ночь. Легкий морозец щипал щеки. Джим был совершено счастлив. Санитар выдал ему беломорину и жестом показал на желтую машину у обочины.
- Такси. Отель. Гоу.
Американец сделал одну затяжку и зашатался.
- Забирает, да? Бери, дома докуришь. У вас таких нет.
- Is it a joint or what? I feel dizzy.
- Да не понимаю я по вашему. Гоу.
Джим сел в такси и дал воителю визитку отеля. Вокруг мелькала Москва. Удивительная и неповторимая.

Автор https://pikabu.ru/@mister.bunbury

744 +

482

Коля и Маятник Фуко

Эта история - правда. Она произошла с моим другом Колей Э., которому мой рассказ уже не сможет повредить - Коля уже не с нами.

Ленинград, начало 80-х. Мы - студенты, подрабатываем, кто как может, чтобы было немного карманных денег.
Я уже тогда был электронщиком и зарабатывал ремонтом аппаратуры, а Коля не умел ничего. То есть - совсем. Даже гвоздь вбить. Я так никогда и не понял, что его потянуло в технический ВУЗ.

Коля устроился в Исаакиевский Собор ночным уборщиком. Работа непыльная (забавно: непыльная - протирать пыль) и при исскустве. Мы тогда учились во вторую смену, так что ночная работа была очень удобна.

Не знаю, как сейчас - я давно не живу в Ленинграде, но тогда в Исаакиевском Соборе был установлен (подвешен) Маятник Фуко. Это такая длинная очень толстая металлическая проволока с массивным шаром на конце. Проволока прицеплена изнутри под куполом Собора, чтобы длина маятника была максимальной. Внизу шара торчит металлическое остриё, которое почти касается мраморного пола.

Фуко использовал маятник, чтобы доказать вращение Земли. Маятник сохраняет плоскость своих колебаний, а Земля вращается, хотя кажется, что вращается маятник.

Во время посещения музея, экскурсовод отводил маятник на несколько метров от центра и ставил рядом с остриём спичечный коробок. Потом - отпускал маятник. Первые несколько качаний маятник проходил рядом с коробком, но с каждым разом всё ближе и ближе, и, наконец, сбивал его, наглядно показывая, что Земля вращается.

Я мог немного напутать в деталях - это было очень давно.

Возвращаюсь к нашему рассказу.

После того, как Коля устроился в Собор, мы как-то сидели и то-ли выпивали, то-ли просто болтали - не помню точно. Скорее - выпивали, так как именно тогда мне пришла в голову это сумасшедшая идея.

Прокатится на Маятнике Фуко. Просто - как на качелях. Там и шар внизу удобный, чтобы на него встать или сесть.

Мы посмеялись над идеей и на этом пока закончилось.

Через несколько дней я снова встретился с Колей. У него был очень взъерошенный вид. Он убедился, что нас никто не может услышать, и сказал:
- Я сделал это!
- Что - это? Я к тому времени уже и забыл о своей сумасшедшей идее.
- Я прокатился на Маятнике!
- ……!!!!

И Коля рассказал, как это было.
В свою очередную ночную смену, выбрав время, когда никого вокруг в Соборе не было, Коля отвёл маятник подальше от центра и вскочил на него, как на качели. Качели оказались крепкими и выдержали, не оторвались.

Только вот проволока под весом немного растянулась, и на всей скорости остриё внизу шара процарапало внушительную борозду на мраморном полу.
Остриё не только испортило пол, но и само погнулось. Оказалось, что острие, да и шар, сделаны из сравнительно мягкого металла.

Уже позже я подумал - а что было бы, если бы маятник оторвался, или купол не выдержал? Это же Исаакиевский Собор! Не могу даже представить....

И вот Коля стоит рядом с погнутым маятником и поцарапанным мраморным полом. Я не знаю, что происходило в его голове. Наверное, вопрос - сколько лет ему дадут за порчу исторического памятника.

В конце концов, поборов столбняк, Коля начал действовать - постарался распрямить острие и замазать царапину на полу. И то и другое ему, можно сказать, почти удалось.
Если присмотреться, и кривизна и царапина были заметны, но больше ничего он уже сделать не мог. Оставалось лишь надеяться,что заметят не сразу.

Прошло время, но никто, на счастье Коли, ничего не заметил, по крайней мере - никто не поднял шумиху.

Позже Коля уволился и больше там не работал.

Вот такая история. Невыдуманная. Я давно хотел её рассказать, потому что это часть наследия Исаакиевского Собора, которую никто до этого не знал.

Пусть о Коле Э. Останется хоть эта память.

Игорь

720 +

483

Как то раз мне здесь намекнули, что юмор должен быть добрым. Примеров правда не привели, но... Где то же он должен быть, подумал я и решил понаблюдать над чем люди смеются. Не улыбаются, а именно смеются. Но добро. Вспомнил даже Андрияно Челентано, что над падением смеяться нельзя. Задумался. Ну да, логично, тем более есть такие, что и стоят и ходят так, что добрым смехом там и не пахло. Просмотрел кучу мемов, перечитал подборку лучших анекдотов... истории не стал читать, у меня от слез зрение падает почти до нуля. Сука, понял, что я феномен. Не вижу доброго юмора. Вот всякую муть вижу, а доброту нет, наверно потому, что цель юмора высмеивать. А тут иногда такую муть замутят, что и рыбку не поймаешь, откуда юмор.
Вот есть у меня друг и товарищ с кучей этих самых пороков и грехов и не посмеяться над ним, я просто не могу. А тут прям с Нового года, решил над ним если смеяться, то добро. Без всяких там подколов и аналогий. Первые два дня, прям челюсти сводило, но я себя отучал, сначала просто вообще смеяться. Он, кстати, на это частенько обижался, типа, какого хрена ржешь как лошадь. Тренировался даже на кошках, ну в смысле на коте. Стоял, внимательно смотрел, как он наводит бардак. Стоял, смотрел и даже не улыбался. На второй или третий день, кот залез под диван и выбегает только пожрать, когда меня дома нет. Наверно юмора не понял. Доброго. Без смеха. А тут вчера с друганом пошли в магазин, или как он сейчас там называется — супермаркет. Набрали всякой хрени. Вышли за кассы, он, - у меня же сегодня свидание, а я презики забыл и в сортир надо сходить, походу до дому не дотерплю. Ну я лично не против, но тащить пакеты один не собирался, поэтому стою облокотившись на тачку. Он к кассе, пропустите, дайте, мне только презервативы и без сдачи. Народ его суматоху понял. Дело серьезное, не хлеб и соль, пропустили. Купил, оплатил и в сторону туалета, махая мне рукой — я щас, я быстро! Народ на кассе на это внимание обратил, заинтересовано. То на меня посмотрят, то на него удаляющегося. Взаимосвязь походу ищут. Куда-то ведь ему презервативы нужны были, срочно, без очереди! И вот тут, я, чтобы отгородится, потому как начало уже какой то гомосятиной попахивать, а я в принципе не толерантен. А над другом я решил не шутить, если вы помните, поэтому ляпнул, что первое на ум пришло. Согласно закону о правах потребителей. Не переживайте, говорю, граждане, он только померить, вдруг не подойдет по размеру. Поэтому он так сказать, не отходя от кассы, чтобы обменять, если что не так.
И вот тут мне стало еще больше непонятно. Походу это и был добрый юмор, все на кассе начали улыбаться, типа, все ок, по нашему «хорошо». Одна продавщица походу в добром юморе ничего не понимала, начала орать, что использованный товар с надорванной упаковкой обратно не возьмет. В общем нихрена в добром юморе не понимает, а на человеческую судьбу ей вообще плевать.

623 +

484

Наша контора в тихом городском районе. Соседний с дом с управой. Однажды в сквере напротив нас мы обнаружили оцепление. То есть мы идем, а нас к себе в контору не пускают, потому что собаки бомбу ищут. И точно, роботы ездят, собаки нюхают, мужик в скафандре зеленого цвета пятую сигарету курит. То есть ему другой мужик «курит», у самого-то руки до головы не достают.

Не, мы в контору-то прошли, там если управу сзади обойти, между зданиями проход и вход к нам во двор. А в конторе уже все всё знают. Там, понимаешь, разминируют вовсю, водяной пушкой стрелять целятся, а наши местные девки уже все обстоятельства выяснили.

Управовский дворник Улукбек, неделю как был гоним главой управы вон из кабинета и наказан, за то что «противотерроистические мероприятия не соблюдаются, потому что в сквере черте чего валяется и даже пустые банки из-под пива в урне». А в них может быть динамит. Урны надо чистить, а подозрительных лиц, выкидывающих туда мусор, беспощадно раздевать взглядом на предмет обыска нехороших намерений в плане районной власти. Так Улукбек сказал нашим девкам, когда они в магазин ходили.

Поэтому, когда Улугбек обнаружил в сиреневых кустах чёрный пречёрный с розовеньким рюкзак, он тут же доложил самому главе управы о найденной вещи с плохими намерениями. Глава выставил временное заграждение в виде того же Улугбека и своей секретарши и позвонил в соответствующие органы. Органы отреагировали незамедлительно.

В момент, когда робот с водяной пушкой уже выкатывался из фургона, а сапер в скафандре курил уже вторую сигарету к оцеплению подошел Андрюха, работающий третьеклассником-двоечником, в соседнем государственном бюджетном образовательном учреждении. Андрюха из-за широких спин оцепительных полицейских внимательно рассмотрел скверик, все понял и сразу решил сдаться. Сдался он родной матери, нашему завхозу по совместительству. То есть он не до конца сдался, совершенно не упомянув, что прогуливая два урока с целью игры в футбол, он спрятал свой черный с розовеньким, доставшийся от старшей сестры рюкзак, в кустах перед управой. Перед управой исключительно потому, что там работают честные люди и на рюкзак не позарятся, оттого что по слухам «воруют только миллионами». Андрюха просто сказал, что на минуточку оставил рюкзак, а тут все сразу оцепили и рюкзак не отдают.

Рассказывая нам о произошедшем девки уже собрали делегацию рюкзаку на выручку. Андрюху с мамой и шесть человек поддержки. Своих «районных». Вы знаете, что такое шесть целеустремленных теток из нашего района от тридцати до сорока? Лучше вам не знать.

Делегация затребовала старшего, и он был им предоставлен.
- Отдай ребенку рюкзак, гнида – так, или немного помягче, заявила делегация.
- У нас нет рюкзака у нас бомба в кустах, собака взрывчатку подтвердила, сейчас мы ее на месте водяной пушкой уничтожим.
- Это не бомба, это мой рюкзак, - честно сказал третьеклассник-Андрюха, - там селитра просто для петардов. Мы из нее петарды делаем.
- Правильно говорить «для петард».– поправил его старший и тут до него дошло, - и много селитры?
- Не, - честно сказал Андрюха, - полбутылки всего. Но на складе еще есть, можно набрать если надо.

Рюкзак ему вернули через месяц. Вещественное доказательство все-таки. Улукбека премировали за бдительность, секретаршу главы – за храбрость, главу же все равно сняли, потому что давно собирались. Так что все хорошо кончилось.

869 +

485

АВЕ МАРИЯ

- Знакомся, это Саша - у него сеть отелей в Турции. Это Гена - занимается продажей электроники. Это Валера - сеть детских магазинов. А вот это Алик - музыкант, скрипач.
- Что, тоже миллионер? - пошутил я.
- Ну, как сказать, - рассмеялся мой друг, - спроси у него сам…
Так мы и познакомились. Алик - обаятельный, веселый, невысокого роста, немного похожий на мистера Бина - моментально подружился со мной, и после пары рюмок рассказал свою историю, как обычно рассказывают людям, которых скорее всего больше никогда не увидят.

- Мой папа был директором музыкальной школы в нашем городишке, и поэтому, сам понимаешь, особого выбора у меня не было: или пианино или скрипка. Моя первая скрипка была детская, маленькая. Я подрос и встал вопрос о покупе полной, взрослой скрипки. А тут подвернулся случай. Сразу после нового года, в школу пришел музыкант и попросил пропустить его к директору. Оказалось, что он пропил все заработанные на утренниках деньги и, чтобы веруться домой, решил продать свою скрипку. А папа, хоть и тоже музыкант, в скрипках не разбирался. Позвал учителя-скрипача, чтобы тот оценил качество. Учитель пришел в восторг и сказал: - Покупай! Если захочешь продать, я у тебя выкуплю ее за любые деньги. Знаешь ведь, что главное в скрипке? Она или звучит или нет! А эта звучит.
В общем, новая скрипка обошлась папе в сотню рублей. Ну, ты помнишь тогдашние зарплаты и цены… По официальному курсу к доллару - 60 зеленых! Как она попала в Россию - не знаю. Думаю, что после войны кто-то привез из Германии как трофей.

И пошел я с ней по жизни: поступил в оркестр, начались концерты, зарубежные поездки. Документы на скрипку пришлось делать, чтобы заграницу пускали. Привык к ней, сроднился. Знаешь раньше говорили - кормилица. Вот она для меня ею и была. Я же знаешь как деньги зарабатывал? Ездил за границу, возил с собой консервы, макароны, чтобы ни цента не тратить и на командировочные хоть что-то оттуда привезти и продать. Счетчики в гостиницах как бешеные крутились, пробки вылетали, когда симфонический оркестр варил макароны…

А тут Германия открылась. Вопрос ехать или нет - не стоял. Ехать. Но что делать со скрипкой? Был вариант провезти за тысячу баксов. Для меня это было тогда безумно дорого! Люди уезжалии и продавали квартиры всего за пару тысяч. Это потом уже цены поднялись.
Долго думали, решили передать с проводниками. Ребята дали мне своих, проверенных. Заплатил 200 баксов и в середине декабря передал им футляр со скрипкой.
На следующий день сел на самолет и полетел в Берлин. За пару часов до прихода поезда приехал на вокзал, хожу сам не свой. Волнуюсь, думаю, не дай Бог с ней что-то случится!
Подходит поезд, у меня сердце бъется, того и гляди выпрыгнет из груди! Как на первом свидании с девчонкой! Жду не дождусь момента, когда смогу прижать ее, обнять. Даже расцеловать был готов!
Выходит проводник, вниз смотрит, я сразу понял - проблемы! Подбегаю еле живой: - Где, - говорю, - скрипка? А он глаза отводит: - Немцы конфисковали на границе с Германией.

В общем, слово за слово, оказалось, что эти негодяи решили отпраздновать выгодный бизнес, накупили водки, закуски, поддали, проехали границу с Польшей - поддали еще, а потом, чтобы никто не мешал, просто заперлись в купе, допили остатки и заснули. К немецкой границе подъехали, таможенники зашли в вагон - проводников нет. Постучались в купе - не открывают. Сломали дверь, а они там лыка не вяжут. Ну их по полной программе и приняли. А в купе футляр, в нем скрипка старая, старинная, можно сказать. Конфисковали, дали бумажку, сказали, что на разборки надо приезжать лично владельцу, да не в Берлин, а во Франкфурт на Майне. Ну, понимаешь, тут я и понял, что все мое будущее медленно накрывается медным тазом. Ведь без своего хорошего инструмента ни один приличный оркестр меня не возьмет, а денег, сэкономленных в зарубежных поездках на макаронах, не хватит даже на покупку смычка. А я же больше ничего не умею. В бизнесе - полный ноль. Обе руки - левые, даже гвоздь забить не могу! Немецкий, правда, в школе учил, да что толку, в Германии на немецком все говорят.

В общем, помчался я через пару дней во Франкфурт на Майне. Приезжаю на таможню с квитанцией и паспортом скрипки, ищу Самого Главного Таможенника. Нашел. Оказалось - женщина. Объясняю ситуацию, а они же в школах тоже русский учили, отвечает: - Вы хотите продать скрипку в Германии? Я говорю, - Нет, я скрипач, это мой инструмент, я буду на нем играть. А она опять: - Вы везете скрипку без документов, значит хотите продать!
Вот такой разговор с разными вариациями и походами по кабинетам длился почти до закрытия таможни. И тут ей в голову пришла гениальная идея: - Если, - говорит, - Вы музыкант, - сыграйте! - и смотрит на меня такими торжествующими глазами, как Мюллер на Штрирлица, типа поймала.

Я смотрю на футляр и думаю, вот мой последний шанс хоть прикоснуться к своей любимой скрипочке, настроить, сыграть может быть в последний раз. И такое волнение меня охватило, когда прикоснулся к ней. Как будто с любимым человеком довелось встретиться после размолвки, и от того, как ты себя поведешь, зависит - останется ли он с тобой навсегда или же ваши пути уже никогда не пересекутся. Глаза закрыл, чтобы слезы не текли и думаю, что же им сыграть? Сыграть так, чтобы наверняка пробрало. И тут вдруг вспомнил, что католическое Рождество на носу. Думаю, сыграю я им Аве Мария, Шуберта. А я когда играю, глаза закрываю, ничего не вижу, вытягиваюсь в струнку, на носочки встаю, в общем, полностью отдаюсь музыке. А Аве Мария - достаточно длинное произведение. Играю, забыл обо всем. Закончил, открываю глаза, пару долей секунды тишина, а потом такие овации начались! Мне за сольное исполнение никогда не аплодировали, я же всегда в составе оркестра играл! Собралась вся таможня. На глазах слезы. Носами хлюпают и в ладоши хлопают! Самая Главная Таможенница промокает глаза платочком. - Сыграйте, - говорит, - нам что-нибудь еще, если можно. Мы уже работать все равно не сможем, да и таможня через полчаса закрывается.
В общем, устроил я для них концерт. Рождественских песен у меня в репертуаре не так много было, так я на классику перешел, потом на еврейские, зажигающие. А они не расходятся, двери заперли, чтобы никто со стороны не зашел и просят еще и еще. А я играю и играю, боюсь остановиться.
Часа через два Таможенница говорит: - Огромное Вам спасибо! Так мы Рождество еще ни разу в жизни не встречали! Сейчас все оформим, извините, что столько времени потратили, служба у нас такая!

- И ты устроился потом в оркестр и заработал свой первый миллион выступая на гастролях,- вставил я свои пять копеек.
- Да, устроился, но столько не заработаешь! Забыл сказать, что их эксперт установил, что скрипку делали французские мастера и оценил ее в полмиллиона немецких марок…

Вагоновожатый

1205 +

486

В каждом из нас с самого рождения натыкана куча сложных датчиков, чутко реагирующих и безотказно срабатывающих на абсолютно спонтанную и неприметную замыленному житейской суетой глазу, ерунду.
Солнечный свет вдруг упадёт под нужным углом на облезлую стену бледно-жёлтой пятиэтажки, нужной тональностью скрипнет снег под мёрзлым каблуком, морозный воздух как-то по особенному вдруг уколет в носу, принеся со стороны старых гаражей запах холодного железа и машинной гари — и вот тебе уже внезапно восемь, и молодая, но старательно пытающаяся казаться строгой и взрослой мать, ведёт тебя, излишне сильно держа за руку мимо витрин, на которых гуашью нарисованы румяные деды морозы и исполинские снежинки.
И впереди почти две недели каникул и в шкафу, под одеждой, ты уже случайно видел огромную коробку с конструктором, который тебе положат под ёлку.
А может быть это была кукла, и глаза её сейчас плотно закрыты, но ты знаешь, что стоит только поставить хитрюгу на ноги, как они тот час раскроются. Или что там было ещё, дорогие мальчики и девочки?
Они срабатывают всегда без предупреждения, неожиданно, как пыльные лампы на давно заброшенных маяках, вдруг сами собой, очнувшись от древнего сна, загораются с тяжёлым гудением и долго, тускло светят сквозь непроглядную мглу ржавым, давно брошенным кораблям, бесцельно дрейфующим по безымянному морю.
И иногда, в веками пустующих рубках, вдруг оживает ветхий передатчик и тогда никому непонятная морзянка летит над чёрными волнами в ответ, сообщая что-то очень важное и нужное, но на маяках давно уже нет никого, кто бы понял и принял этот сигнал.
Вечность играет сама с собой в свои глупые игры.
Кому шили костюм пирата? На белой резинке — чёрный бархатный кружочек из старой кофты — прикрыть «выбитый» глаз. На голову — бабушкин платок, под носом нарисованные усы — и готово!
А кто был самой красивой снежинкой на утреннике? Разве ты?
Может и так. А возможно, это просто старая запись, активированная заранее оговоренным стечением обстоятельств, крутится сейчас на маленьком экране давно закрытого и снесённого кинотеатра, а впереди сидят старшие, большие ребята и ты ни столько видишь за их тёмными спинами, сколько угадываешь и додумываешь происходящее на бледном полотне, а как там всё было на самом деле, и было ли вообще — уже никогда и никому не узнать.
Были ли те комья жёсткого снега, налипшие на ветви сосны и принесённые вместе с ней в тёплую комнату? Падали ли они на бордовый палас вместе с тончайшим ароматом хвои и ещё каким-то, совершенно непередаваемым запахом холода и праздника, который шёл от отогревающейся хвои?
Доставался ли с антресолей видавший виды ящик, весь в фиолетовых пятнах почтовых штампов, полный таких же как и он, тёртых жизнью игрушек?
Помнишь стеклянную снегурочку, которая должна была крепиться к ветке специальной прищепкой, но прищепка давным-давно потерялась и снегурочке намотали вокруг шеи нитку, и вешали теперь так? А шар, единственный выживший из какого-то древнего набора? Лиловый, в золотых, выпуклых звёздочках? Помнит его хоть кто-то, и если помнит — то кто это?
И совсем, как теперь только стало понятно, ещё юный отец со смешными усами, и бабушка абсолютно не старая, и ещё какие-то знакомые лица, как на ожившей фотографии промелькнут, оставляя чуть заметные помехи в эфире. В эфире - тишина и редкие потрескивания. Все радиостанции — молчат.
В розовеющем вечернем небе тихо тает инверсионный след сто лет назад улетевшего самолёта, под тяжестью пушистого инея провисают провода, старый, натянутый до самых глаз шарф намок от дыхания и терпко пахнет шерстью, варежки покрылись ледяной коркой и уже давно пора домой. И в окнах наклонившихся над тобой больших домов пульсируют сотни маленьких огоньков. Кто всё это видел?
А время идёт, идёт всё быстрее, так быстро, что уже и не понять, когда начался год предыдущий, и почему уже вдруг заканчивается год этот, и встроенная техника в тебе понемногу изнашивается и всё реже срабатывают чуткие датчики, как ни свети ты на них зимним закатным солнцем, как ни показывай им уютные фиолетовые сумерки старых дворов, как ни зажигай тем самым светом знакомые окна напротив.
И ты ищешь остатки новогоднего настроения, или как там оно ещё называется, выжимаешь из выгоревшей практически дотла системы оповещения последние крупицы, но как ни крути — чувствуешь в основном бездонную пустоту, которой с каждым годом в тебе всё больше и больше.
И лишь иногда, как и положено — совершенно внезапно, сработает вдруг какой-то резервный, работающий на автономном питании датчик, и вдруг покажется, что праздник теперь навсегда, что мама с папой теперь всегда будут весёлые и нарядные, а дом шумный, и что уставленный салатами стол в зале — это навсегда, и что телевизор вечно будет полон весельем, и светлая грусть от того, что всё это уже началось, а значит — уже немного заканчивается, и гирлянда на окне отбивает морзянку в непроглядную тьму, и кажется — ты последний, кто понимает эту азбуку, кажется — ты знаешь, что она хочет тебе сказать.
А может быть и нет, и всё у вас совсем иначе, кто вас там разберёт.
Но как бы там ни было — с новым годом ребята, с новым годом.

1176 +

487

Поздно вечером родители собираются в кино. Дома остаеться пятилетний сын. Перед уходом папа инструктирует: - Дверь никому не открывай и вообще не подходи к ней! У нас с мамой ключи! Понял? Сын: - Ага! Уходят, но мать продолжает волноваться. Отец говорит: - Сейчас я пойду проверю... Подходит к двери своей квартиры, стучиться... За дверью: - Кто там? Папаша: - МОСГАЗ, откройте! За дверью: - Пошел на х#й, мы дровами топим! anekdotov.net

646 +

488

Только сейчас я понял, что я уже взрослый.
И никто! Вы слышите, никто не может помешать мне купить и съесть сразу два мороженых! Или даже три!

434 +

489

Звонок.
- Нужно поработать, за "овертайм". Давай быстрее. У нас накрылся миксер.
А я в щи! Кисло сладкий соус - мой сегодняшний брат! Такой же жидкий и на работе не пригодится, я же не повар!
За смену заработать почти восемь тысяч хочется, но как себя расшевелить?
Звонюсь в дверь к соседке: - Нужно мне натереть уши!
- ??
- Ну типа кровь к голове придёт. Протрезветь нужно, до уровня "могу ходить".
- Ааа! Заходи.
Меня на кухню, в ванной водичку включила. В руки чай с мёдом и ушла.
Приходит. А на ней красивое кружевное бельё и пеньюар, наверное так называется халатик из ничего, прозрачнее воздуха!
Подливает мне чай. Я в ахуе!
Мы с соседкой здороваемся, у неё муж классный, работяга "с руками". С ним я чаще встречался, чем с ней раз в сто! Пиво попить, поговорить о разном. Нормальное общение двух мужиков за сорок..
Поперхнулся аж.
- Ну пойдём трезветь.
И в ванну манит. Я как кролик перед удавом - за ней.
- Трусы не снимай, но разденься и ложись в воду.
Насыпает из баночек что-то дивно ароматное в воду и начинает меня гладить по голове. Я балдею! Минуты три.
- Да, кстати! Сейчас Саша придёт. У него там что-то на работе не так. Злой, как чёрт!
И вот тут я протрезвел! В квартире очутился за секунду! Очухался и на работу! И всё думал: - Ну и стерва! Но как ловко она меня обвела!
Дня через три Сашка мне: - А классная у меня жена? Как она тогда тебя в чувства привела? Запомнилось? За это и люблю и верю ей! Что тело показать может, сначала ревновал. А потом, на пляже понял - все же девки хотят обнажиться. Но моя-то только мне себя отдаёт! А ты шустрый! Надька до сих пор ржёт, как ты улепётывал! Ну, наливай!

755 +

490

Я тут уже как-то рассказывал историю, как три раза прямо перед моим носом пытались кинуть пачку денег (долларов), чтобы я ее поднял, и т.п. (ну, стандартное мошенничество 90-х и начала 2000-х).
При этом я тогда еще не представлял (в первый раз), что это мошенничество, но - моя природная честность не дала мне "попасться на удочку" довольно примитивной схемы, эксплуатирующей, в основном, жадность жертвы.
Недавно рассказали в газетах об очередном "усовершенствованном" варианте примерно такого же мошенничества - уже с применением "высоких технологий", а именно - банкоматов.
Прочитав об этом, я хлопнул себя по лбу.
Выяснилось, что меня с месяц назад тоже хотели "развести" по "банкоматной схеме", а я - опять, как и в 90-е, не "купился", и мошенники смылись, не солоно хлебавши.
Выглядело это так: темный ноябрьский вечер, я хочу снять деньги в банкомате на первом этаже офисного здания (туда свободный доступ с улицы). Время уже порядка 18:30, основная масса офисных сотрудников давно разбежалась, так что я удивлен, что к сберовскому банкомату очередь в два мужика, причем первый, достаточно хлипкий, снимает деньги, я занимаю очередь за ним, а второй почему-то сразу пристраивается в очередь за моей спиной, причем и рост у него под 190, и вес килограммов 140. Как-то я сразу не очень уютно себя чувствовать начинаю с таким внушительным дядей за спиной в отдельном помещении почти пустого офисного здания, да еще в темное время суток.
Тем не менее, мне надо снять срочно 20 тыс руб для отдачи долга, другой банкомат надо еще полчаса искать, так что героически стою и дожидаюсь доступа к заветной щелке банкомата.
Щуплый мужик передо мной долго насилует банкомат и, наконец, убегает наружу, на темную улицу.
Я вздыхаю с облегчением, двигаюсь ближе, и - вижу, что чувак НЕ ВЗЯЛ деньги, торчащие из щели банкомата. Банкомат при этом человеческим голосом верещит, что через 30 секунд деньги он засосет обратно, если их прямо сейчас не взять. Рефлекс срабатывает - я выхватываю деньги и - КЛАДУ ИХ в том же банкомате РЯДОМ на соседнюю горизонтальную поверхность. После чего в приступе человеколюбия выбегаю на темную улицу и ору: "Мужик! Деньги свои ЗАБЕРИИИИ!" Естественно, никто не отзывается. Возвращаюсь к банкомату, вижу того широкоплечего мужика, который переводит ох..вший взгляд с меня на деньги, с денег на меня. Говорю ему: "Сейчас отдам деньги охраннику, он потом передаст чуваку, когда тот догадается вернуться". Добавлю, что денег, по ощущению (не считал я их) было тысячи 3-4, не больше. Внутренне недоумеваю, почему мужик, потратив минимум 10 минут на изнасилование банкомата, так и ушел, не получив свои деньги, при этом сбежал после всех мучений "в самый патетический момент", когда банкомат пищит, моргает лампочками и показывает сообщение: "Получите Ваши деньги!"
Широкоплечий мужик хватает деньги, кричит мне: "Да я сейчас его догоню!", и убегает. Я с облегчением получаю нужные мне 20 тыс со своей карты и еду домой.
И только потом, прочитав в газете про схему этого "разводилова", я осознал всю опасность ситуации.
Если бы я сунул в деньги в карман (да еще пересчитал бы их перед этим), моментально появился бы "рассеянный владелец" и сказал бы, что на с самом деле там было не 3 тыс руб, а 23 или 33 тыс руб, соответственно, с меня бы причиталось 20-30 тыс или больше, при этом широкоплечий чувак "подтвердил бы", что денег было гораздо больше, "а твои отпечатки пальцев есть на всех купюрах, так что вызываем полицию".
Как обычно, россияне СТРАШНО боятся иметь дело с полицией, так что 20-30 тыс с каждого облапошенного ребятам были бы практически гарантированы. Кстати, не факт, что за углом не стоял прикормленный полиционер (или просто подельник в полицейской форме и с липовой ксивой).
Постепенно я понял, какими деталями своего поведения я разрушил мошенническую схему:
1) Не пересчитывал деньги, причем взял пачку купюр ЗА РЕБРО (отпечатки мои практически нереально было найти при всем желании)
2) Сразу положил деньги не в карман, а снаружи НА БАНКОМАТ.
2) Через секунду-полторы побежал догонять "пострадавшего" (что явно потом можно было просчитать по камерам слежения - ну, это я понял уже после пары дней размышлений)
3) Сообщнику сразу сказал о желании немедленно отдать деньги охраннику, т.е. даже и мысли не было оставить деньги себе ("Эээ, разве это деньги, дорогой?")
Короче, люди, будьте бдительны! (С)

737 +

491

Заехал к своему другу в автомастерскую. Немного починился, сидим, разговариваем, кофе пьём.
С грохотом и скрежетом к воротам подъезжает раздолбанная "шестёрка". Из салона выгружется цыганский табор: папа, мама, штук 5-6 цыганят. Кто-то вылезает из багажника...
Друг: - Ну всё, пиздец, индейцы приехали. Сейчас начнётся!
Я: - Что начнётся? Почему индейцы?
Друг: - Сейчас увидишь, как индейцы бобровые шкуры на стеклянные бусы меняли.
Главный цыган подходит к нам, сверкая золотыми зубами:
- Ребята, мне бы глушитель поменять. Но денег нет, есть магнитола...
Друг мне: - Ты понял?

528 +

492

Что не говорите, а интернет-банкинг — это удобный способ управления собственными финансами, если они у вас конечно есть. Вот у меня как раз аккурат в субботу закончился депозит. Зачем с понедельника тащиться в отделение банка, когда можно все сделать дома за компьютером в удобной домашней обстановке с бокалом вкусного вина в руке. Но не тут-то было. Программа на запрос оформить депозит на новый срок невозмутимо ответила:
- Операция не может быть выполнена.
Ага, - подумал я, - деньги на счете, а воспользоваться не могу и позвонил в круглосуточную службу поддержки:
- Не волнуйтесь, - ответил вежливый голос, - завтра после 12 все будет нормально.
Завтра было воскресенье и когда на часах пробило 12, я с бокалом уже пива попробовал переоформить депозит, но программа была спокойна и непреклонна:
- Операция не может быть выполнена.
Попытка зайти на сайт через другие браузеры и предательская мысль, что сайт перегружен (в воскресенье?), не помогли и уже другой вежливый голос круглосуточной поддержки ответил:
- Не волнуйтесь, средства будут доступны вам завтра.
Завтра, так завтра и в понедельник по дороге на работу я зашел в отделение этого банка. Стояло знойное лето, в отделении банка было душно и почему-то не работал кондиционер. Знойная девушка-менеджер на мой рассказ ответила, что такое бывает, мол, вы что-то не так делали, предложила мне переоформить депозит на месте самой:
- Нет, - возразил я, - давайте попробуем переоформить депозит через интернет-банкинг с вашего компьютера.
- Давайте, - ответила знойная и взяла у старшего менеджера, скучающего молодого человека с выражением лица финансовой воротилы Лондонской биржи, планшет.
Быстро зашли на сайт, я залогинился с ее планшета, ввел реквизиты депозита и получил стандартное сообщение:
- Операция не может быть выполнена.
- Гм, — сказал финансовый воротила и взял планшет в свои руки.
Под его чутким руководством и орлиным банковским взглядом программа невозмутимо, но наcтойчиво ответила:
- Операция не может быть выполнена.
- Наверное, сайт перегружен, в понедельник такое бывает.
- И в субботу, и в воскресенье, — язвительно подтвердил я.
Девушка, поддерживая высокий уровень банковского обслуживания, предложила мне кофе и опять предложила переоформить депозит самой. Было душно, но хотелось добраться до истины и перекинув нога на ногу, я отказался и даже предложил включить кондиционер. Моя просьба была немедленно выполнена. Помещение отделения банка быстро заполнялось прохладой и я опять предложил переоформить депозит через интернет-банкинг в последний раз. Под неодобрительный взгляд финансового воротилы и скепсис на лице знойного менеджера вновь появился планшет, был проведен стандартный порядок действий и о, чудо, депозит, как сказочный Сим-сим открылся через интернет-банкинг.
- Бывает, — философски отреагировал финансовый воротила.
И тут меня осенило, хотя было лето, но желание повыпендриваться взяло свое:
- Я понял, почему депозит сейчас открылся, а раньше нет.
- Почему? — заинтересованно спросила девушка, а финансовый воротила напряг весь свой слух.
- Что произошло между последней неудачной и удачной попытками?
- Я поправила прическу, — простодушно пошутила девушка-менеджер.
- Нет, еще?
- Я заглянул в свой смартфон посмотреть последние новости Лондонской биржи, — важно заметил финансовый воротила.
- Нет, еще?
- Я включила кондиционер, - робко сказала девушка.
- Вот, вот. Температура упала и операция прошла успешно. Работа вашей программы интернет-банкинга напрямую зависит от температуры: как только температура опустилась до допустимой, она стала работать нормально.
- Правда? Точно, — простодушно обрадовалась девушка за высокий имидж своего банка, в котором работает она и такая умная программа
- Похоже на правду, — недоверчиво дал добро на ее простодушную радость финансовый воротила.
Я встал со стула, поблагодарил за обслуживание и, обдуваемый свежим потоком воздуха под иронические взгляды Эйнштейна, Ганди и Мерилин Монро, очевидно клиентов этого банка, вышел на улицу.

597 +

493

РЕШИТЕ ВОПРОС
«Пошли дурака рыбачить, так он всю рыбу выловит»
(Русская народная пословица)

Срочно нужно было красиво снять взрыв динамитной бомбы, чтобы успеть это вставить в завтрашний эфир.
Саму бомбу мне наскоро сварганили бутафоры. Получилось неплохо: промасленная коричневая бумага, зловещие немецкие буквы и не менее зловещие арабские цифры, плюс интернациональный череп с костями. Графисты уже топали копытом и хотели начинать создание компьютерного взрыва, поэтому торопили со съёмкой.
Ну, вроде все готово, можно приступать. Бомба на месте, свет стоит. Оператор у камеры, Вася вернулся от костюмеров, принес пиджак и чёрную перчатку. Вася – это наш новый администратор, который только утром поступил на испытательный срок. Молодой, девятнадцать лет всего. Не сказать чтобы очень толковый, но старательный и неленивый.
Я ему сразу объяснил:

- Василий, постарайтесь не задавать мне вопросов, типа: где взять? Как закрепить? Куда позвонить? Просто решите вопрос. В крайнем случае, предложите мне несколько вариантов готовых решений и я помогу выбрать оптимальное. Сегодня съёмка – это и будет ваше боевое крещение. Если согласны, бегите к бутафорам, вот я им тут эскиз бомбы набросал, пусть позвонят, если что не понятно.

Итак, все было готово, мне только оставалось снять, как зловещая рука в черной перчатке поджигает фитиль у бо…

- Постойте, Василий, а где у бомбы фитиль? Я ведь сказал, что должен быть настоящий бикфордов шнур, его на графике не нарисуешь, он должен гореть!
- Ах, да, бутафоры сказали, что сейчас у них такого нет, предложили бельевую веревку покрасить.
- Во что покрасить?! В движущийся огненный цвет?! Так, все пока могут курить, только далеко не расходитесь. А вас, Василий, я попрошу не остаться, а мигом организовать бикфордов шнур хотя бы сантиметров сорок, лучше метр, на всякий случай, чтобы на два дубля хватило.
- А где его взять?
- У меня попросите, а если вдруг у меня не окажется, то где-нибудь ещё. Решите вопрос, в наше время всё продается. Василий, ну что вы как в первый день.
- Так я и… а, ну, понял.

Он побежал одеваться, на ходу заглядывая в свой телефонный интернет.
Но, не прошло и двух часов, как счастливый Вася вбежал в студию и вывалил на пол целую бухту черной веревки:

- Вот! Сантиметрами не продавалось, пришлось купить весь кусок – пятнадцать метров. Чек взял и товарный и такой.
Я похвалил вспотевшего Васю, сказал, что с такой кучей бикфордова шнура, мы запросто могли бы захватить Румынию. Жаль на это нет времени, нужно снимать.
Ну вот, все опять на местах, приготовились к съемке, даже звукооператор пришел, чтобы записать звук горящего шнура.

Я говорю:

- Василий, отрежьте там хороший кусочек, сантиметров тридцать-сорок.
- Ладно, сейчас. А чем резать?
- Можно садовыми ножницами, можно ножом, в крайнем случае, серпом.
- А где ножницы?
- У меня нету, может оператор с ножницами на работу ходит? Василий, ну решите вопрос, отрежьте уже как-нибудь, главное не зубами. Снимать давно пора.

Вася закинул моток на плечи и забегал по полупустой студии в поисках ножниц или серпа.
Вдруг он остановился посредине и весело вскрикнул: - «Ой, чего же я туплю!»
Чиркнул турбо-зажигалкой и быстро пережег бикфордов шнур в нужном месте.

Мы долго проветривали студию. Очень долго, даже дольше чем смеялись.
А Васю я на работу все-таки взял. Видели бы вы, как он героически танцевал чечетку, плевался, разливал кока-колу, бил ладошками, до самого конца не теряя надежды потушить адское пламя.

Первый день. Ну, с кем не бывает…

1349 +

494

Дед в растерянности стоял и не мог понять, куда именно ему идти.
Охранник повернул голову к посетителю, смерил взглядом и презрительно кивнул:
Вот ты чего встал, неужели не видно, вон окошки, там и плати.
Ты не серчай, сынок, я же думал что у вас тут порядок какой есть, а теперь понятно, что в любом окошке могу заплатить.
Дед медленно пошел к ближайшему окошку.
С вас 355 рублей и 55 копеек, сказала кассир.
Дед достал видавший виды кошелек, долго в нем копался и после выложил купюры.
Кассир отдала деду чек.
И что, сынок, вот так сидишь сиднем целый день, ты бы работу нашел лучше, дед внимательно смотрел на охранника.
Охранник повернулся к деду:
Ты что издеваешься, дед, это и есть работа.
Аааа, протянул дед и продолжил внимательно смотреть на охранника.
Отец, вот скажи мне, тебе чего еще надо? раздраженно спросил охранник.
Тебе по пунктам или можно все сразу? спокойно ответил дед.
Не понял? охранник повернулся и внимательно посмотрел на деда.
Ладно, дед, иди, сказал он через секунду и опять уставился в монитор.
Ну, тогда слушай, двери заблокируй и жалюзи на окна опусти.
Непо охранник повернулся и прямо на уровне глаз увидел ствол пистолета.

Да ты чего, да я щас!
Ты, сынок, шибко не ерепенься, я с этой пукалки раньше с 40 метров в пятикопеечную монету попадал. Конечно сейчас годы не те, но да и расстояние между нами поди не сорок метров, уж я всажу тебе прямо между глаз и не промажу, спокойно ответил дед.
Сынок, тебе часом по два раза повторять не нужно? Али плохо слышишь? Блокируй двери, жалюзи опусти.
На лбу охранника проступили капельки пота.
Дед, ты это серьезно?
Нет, конечно нет, я понарошку тыкаю тебе в лоб пистолетом и прошу заблокировать двери, а так же сообщаю, что грабить я вас пришел.
Ты, сынок, только не нервничай, лишних движений не делай. Понимаешь, у меня патрон в стволе, с предохранителя снят, а руки у стариков сам знаешь, наполовину своей жизнью живут. Того и гляди, я тебе ненароком могу и поменять давление в черепной коробке, сказал дед, спокойно глядя в глаза охраннику.
Охранник протянул руку и нажал две кнопки на пульте. В зале банка послышался щелчок закрывающейся входной двери, и на окна начали опускаться стальные жалюзи.
Дед, не отворачиваясь от охранника, сделал три шага назад и громко крикнул:
Внимание, я не причиню никому вреда, но это ограбление!
В холле банка наступила абсолютная тишина.
Я хочу, чтобы все подняли руки вверх! медленно произнес посетитель.
В холле находилось человек десять клиентов. Две мамаши с детьми примерно лет пяти. Два парня не более двадцати лет с девушкой их возраста. Пара мужчин. Две женщины бальзаковского возраста и миловидная старушка.
Одна из кассиров опустила руку и нажала тревожную кнопку.
Жми, жми, дочка, пусть собираются, спокойно сказал дед.
А теперь, все выйдите в холл, сказал посетитель.
Лень, ты чего это удумал,

1034 +

495

Муж и жена решили сходить в театр. Дома оставляют в первый раз шестилетнего сына. волнуются. отец поучает ребенка:
Мы с мамой в театр уходим. Ты сиди, никому не открывай. Если кто в звонок позвонит, скажи что маленький до замка не достаешь, что мол. вот пойду брата штангиста разбудешь, он откроет ПОНЯЛ? ПОВТОРИ!!!
Сын: Я маленький, замок не могу открыть, сейчас братана штангиста пойду разбужу.
Успокоенные родители уходят. после спектакля решил папа проверить бдительность сына. засунул два чупа-чупса за щеки, позвонил в свою квартиру.
Сын: Кто там?
Отец: Слесарь из горгаза.
Сын: Чего надо?
Отец: Нужно проверить у вас плиту, соседи на запах газа жалуются.
Сын: ПОШЕЛ НА Х%Й, у нас "буржуйка"!

902 +

496

Сыну три с половиной. Не ест мясо. Сейчас подходит и спрашивает:
Мне салат делаешь?
Да. (Стараюсь спиной прикрыть ингредиенты)
Помельче мясо режь, чтобы я не понял.

394 +

497

Узнал сейчас в ходе приятнейшей застольной беседы, что вегетарианцы очень даже охотно едят куриные яйца, а вот рыбью икру, напротив — всячески отрицают и хулят.
А я, вы же знаете, человек любопытства великого и ради открытия новых горизонтов познания матушки родной не пожалею, ну и значит интересуюсь тут же, вилочку игриво оттопырив:
А от чего же к икре-с у вас столь негативные флюиды имеются, когда она, ежели посудить логично, как есть тоже самое яйцо, токмо, разве что без скорлупы. И то и другое эмбрион, волею богов на вызревание вне материнского чрева обречённый, чем многие и пользуются в дальнейшем в гастрономических целях.
А мне и отвечают, менторски воздев указующий перст к безразличным небесам, что яйцо куриное и икра рыбья — очень даже разнятся в методах добычи. Курочка жива-живёхонька после носки яичка, а хотя бы даже и золотого, тогда как рыба, икру отдавшая — обязательно погибает. А это уже убийство животных, мёртвая плоть безвинно убиенных и прочая некромантия.
Но я не унимаюсь. А если, говорю, гипотетически представить, что кура, яйцо которой вы тут сейчас наворачиваете, в данный момент мертва? Может задушили её, предварительно надругавшись? Ну а что? Такие случаи нередки на птицефабриках, мне рассказывали!
Сие, говорят господа вегетарианцы, недоказуемо и лишь исключительно умозрительности вашей плод да фантазии буйной дитя.
Ладно, соглашаюсь я, пусть недоказуемо. Но вот у нас летом на даче ящерки живут, милейшие создания! Бывало выползут на солнцепёк и застынут. Натурально динозавры, только — крохотные. И я с младых ногтей знание имею о том, что ежели оную ящерку за хвост ухватить, то она, живота спасения ради сей хвост тот час отринет и поминай её как звали!
А хвост этот — вот он, вертится в руках озорника и им потом ещё весь день можно девчонок пугать страсть, как ловко.
Так вот я это к чему: коли набрать тех хвостиков, ну скажем прямо изрядное количество набрать, да и наварить из них супу, и ещё, для вкуса яичко туда варёное бахнуть, а лучше — два, будете вы такое кушать?
Убийства то не было, ящерка жива-здорова и всякий добрый человек знает, что хвостик у неё за неделю новый отрастёт. Безгрешный супчик то выходит? Но — с мясцом. Но — без убийства. Плоть вроде как и мертва, но животное, ту плоть давшее — живо! Будем заказывать? Сейчас меню попрошу — вдруг есть у них такое?
Тут за столом на меня как все зашипели страшно! Мол, ты чего такое говоришь то? Неудобно аж за тебя! Люди из далека приехали к нам, а ты вон чего выкаблучиваешь, дерёвня!
А чего это — не сдаюсь я. Эмбрионы в форме яйца можно жрать да нахваливать, а хвосты — уже и упомянуть за трапезой непозволительно. А меж тем, очень даже может быть, что и преотличное блюдо выйдет. Вы вот пробовали? Нет? Ну а чего ж тогда шипите то гусиком?
Ну дальше вообще началось, все пальцами у висков крутить стали, иные нервно собираться и требовать счёт у официанта принялись, никак не попадая рукой дрогнувшей в рукав одеваться гневно, зыркать на меня нехорошо и сообщать, что вообще-то были обо мне более лучшего мнения, и что лучше нам более союзно не трапезничать во избежании таких-то вот казусов.
А я так и не понял — чего не так-то? Всё же логично. Убийства-то не было. Хвосты природой ящеркам отбрасывать предписано. Никакого греха! Всё естественно и в гармонии с матерью-природой.
Будете суп то?

743 +

498

Как известно, Питер это город пролетарской революции. Отсюда и многие его проблемы. 70 лет песен про самый передовой отряд - сделали свое дело.

Обычный район рядом с Электросилой. Отправили внучку в первый класс школы. Обычная школа.
Даже очень хорошая. Да вот в классе оказалась одна проблема, точнее даже две. Еще точнее два.
Два откровенно отмороженных пацаненка - наследников пролетарской революции. Которые на уроках
буквально гадят, бьют одноклассников и одноклассниц, слов не понимают, орут, матерятся. А родители, точнее родительницы, ибо папаши где-то рассекают якобы на вахте, это тоже бессмысленное нечто, ну вы можете представить тетку под 120 кг с бессменным ягуаром в руке (ну это такая отрава в банках) и с полным убеждением, шо уж ей-то все кругом должны и обязаны. Родительское собрание, все решают, что делать? Предлагается начать процедуру общего игнора и мамаш и детей - демонстративное игнорирование детьми этой парочки отморозков. Бить же их нельзя. Я, в полном убеждении, что тоже вот сейчас закопаю этих уродов вместе с мамашами за обиды своей внучки, узнаю их адреса и с зятем идем к ним домой. И там и там одно и то же - коммуналка, грязь, мамаша в слюнях и в трико на жирной туше, и пацаненок, злобно глядящий на нас у телика на продавленном диване. Зять, вместо мата, вдруг стал спрашивать пацанят, а хотят ли они пожрать? А стреляли ли они из ружья? Не боятся ли собак? Я поначалу не понял ничего. Но когда он попросил мамаш забрать пацанов на выходные к себе на дачу, мягко говоря охренел. Зачем нам портить себе выходные этими придурками? Мамашам было откровенно наплевать. Да забирайте, привезете в понедельник прямо в школу. А мы тут отдохнем типа.

Зять подогнал свой мульт, посадил туда притихших пацанов и увез их на дачу. Нас с бабкой не позвал.
В воскресенье мы все-таки приезжаем на дачу и что видим - эти отморозки носятся вместе с внучкой и нашими собаками по поляне, фоткаются с ними, таскают дрова к мангалу, что-то обсуждают с мужиками у машин - нормальные совершенно мальчишки. Теперь у внучки в школе два самых преданных телохранителя. Ну не отличники, но маленькие мужчины, у которых есть цель - поступить в тверское суворовское училище. Это явно зять со своими друзьями-офицерами напедагогил. Ну и славно.

Это был для меня от зятя такой урок, что до сих пор стыдно за стремление повоевать с детьми. Никогда, послушайте, никогда не травите вы детей, даже если есть за что. Лучше помогите им, покажите тот мир, куда можно и нужно стремиться. А иначе зачем мы все им нужны.

909 +

499

ЛОШАДИНОЕ КЛАДБИЩЕ

Произошла эта история ровно два года назад, в такой же мокрый, октябрьский день, как и сегодня.
Жил-был фермер, да он и сейчас неплохо живёт. Живёт и с утра до вечера пашет на своей ферме в трёх часах езды от Перми. Немного лошадей, чуть-чуть коров и очень много беспородных собак, чтобы было кому болтаться под ногами и гавкать.
По трассе ехали весело разукрашенные фургоны, но их игривая раскраска совсем не добавляла в осенний пейзаж ни капли радости. Да оно и понятно, ведь это был передвижной цирк. Цирк свернул с дороги и стал пробираться в сторону фермы.
Собаки посовещавшись, решили позвать хозяина и его трактор.
Хозяин приехал.

- Добрый день, извините, вы не продадите нам немного сена, морковки, там, капусты, в общем, что у вас есть. Всё бы пригодилось. А то у нас животные голодные, боимся, что не все доедут.
Фермер ответил, мол, отчего же не продать, уточнил объёмы и назвал вполне божескую цену.
Циркачи помялись, переглянулись и ответили, что денег у них раз в десять меньше. Так получилось.

Фермер наморщил лоб, попрощался с людьми искусства и полез обратно на свой трактор.
Но испуганные циркачи взяли трактор в плен, упали на колени и стали умолять, продать хоть сколько-нибудь кормёжки.
Когда дядька опять слез с трактора и заглянул в весёлые цирковые фургоны, он онемел от ужаса и злости.
Звери были настолько худые и немощные, что сразу не было понятно – кто лошади, кто верблюды, кто ослик, а кто коза? Ведь по скелетам обтянутым кожей - это определить довольно трудно.
Мужик от души обругал матом безответственных животных и просто так, без денег отдал им целую кучу корма.
Чтоб накормили своих несчастных зверей, а на оставшиеся деньги купили чего-нибудь потом, когда опять кончится еда.
- Это ж какими нужно быть животными, мать - перемать, чтобы довести зверей до такого состояния?!!
И всё в таком же духе.
Циркачи долго благодарили, кто-то даже прослезился, а потом один спросил:

- Простите, за наглость, вы и так нам безмерно помогли, а нельзя ли у вас на полчасика лопату попросить?
- Это ещё зачем?
- Да, беда у нас, суточный жеребёнок концы отдал. Только вчера родился. Так и не встал. Больной весь был, не дышал почти, даже пить не смог. Да там и мама его на грани, ну, вы сами видели. Хорошо, что хоть жива пока.
- Артисты, бляха-муха! Вот там, у сарайки возьмите, только верните.
- Конечно, конечно. А, скажите, где бы нам тут можно его похоронить?
- Сука! Вы меня радуете всё больше и больше! Ну, вон там, через дорогу перейдёте, отступите к лесу хоть десять метров и там закопайте, только не лишь бы кое-как, а поглубже, на два штыка.
- Большое спасибо! Мы быстро и скоро уедем.

Прошло часа полтора и фермер издалека увидел, что циркачи яму вроде выкопали, но что-то там не поделили и стали ругаться.
Наконец один из них принёс лопату и отводя глаза в сторону, сказал:

- Простите, ради бога, но, тут такое дело. Мы заметили, что оно ещё дишит. Лопатой его добивать не будешь ведь, да и живьём закапывать, как-то тоже не выход. Можно вас попросить? Простите за наглость. А вы не могли бы его потом прикопать, а то ведь неизвестно сколько он будет концы отдавать? Может час, а может и до вечера подышит. А нам ехать нужно, у нас график. А?
- Афигеть! Цирк уехал, а клоуны остались! Ну откуда вы на мою голову? Ладно, езжайте чтобы я вас больше тут не видел. Похороню вашего.
Циркачи рассыпались в благодарностях, дали по газам и исчезли.
Фермер пришёл к вырытой могиле, посмотрел на несчастного жеребёночка и сам не понял – дышит он, или уже… а, нет, вроде глаз дёрнулся.
Пошёл мерзкий дождь, у могилы под таким долго торчать не весело.
Хотел пойти домой, но жалко стало бедолагу, ведь умирать одному в яме, да ещё и под дождём, где-то под Пермью...
Пришлось идти в сарай за тачкой.
Сходил, вернулся, вытащил несчастного из могилы, загрузил и отвёз умирать под навес.

Прошло два года и я со своей съёмочной группой случайно заехал на эту ферму, чтобы попросить снять лошадь с телегой, если есть в хозяйстве.
Фермер с удовольствием помог. Он запряг для нас своего любимца, которого, обычно никогда не запрягал в повозку. Любимец вообще не работает конём, скорее он выполняет декоративную роль игривого котика. Пятисоткилограммового такого котика по кличке Клоун. Ну, ещё бы, если вы ночей не спали, выкормили его из соски, потратили на ветеринаров и лекарства столько, сколько стоят два коня, то пахать вы на таком котике точно не станете. Выглядит Клоун, как плюшевый пони, но пони размером с огромного Владимирского тяжеловоза, только ножки покороче.
Как же мне хотелось его затискать. Хотя, чего греха таить, я его и затискал слегка.
Но больше всех, Клоун поразил нашего звукооператора. Никогда раньше он не встречал коня, который бы абсолютно не боялся мохнатого микрофона на длинной палке…

1218 +

500

Поход на Москву

Жил-был один мужичок, собою неказист, да и немолод уже. Посещал он однажды Москву по какой-то ерунде и возвращался домой на поезде. И соседка сразу ему знакомой показалась, заговорили — бог ты мой! — лет двадцать назад играли они вместе в оркестре при ДК связи, как тогда шутили — «половой». Мужичок тромбонистом служил, а дама эта на флейте играла и считалась первая красавица. Многие оркестранты в её сторону неровно дышало и сам дирижёр подмигивал. Мужичок тогда лишь поглядывал сквозь смычки, любовался, ну и фантазировал малость. У него на тот момент дома всякие семейные обстоятельства были, да и шансов за собой не видел. Сейчас даже удивился, что соседка его признала.
А разговор замечательно пошёл. И оркестр вспомнили, и про жизнь поговорили, и про то, как она выглядит замечательно. Время и станции летели незаметно, под конец устали, молчали вместе — уютно было, хорошо.
На вокзале её сестра встречала, за город ехать, на семейный юбилей. Обменялись на прощанье телефонами. Решился в щёку поцеловать, наклонился. Вдруг то ли мяукнул кто, то ли специально — но обернулась она, и поцелуй прямо в губы пришёлся и продлился некоторое время, даже, быть может, секунды три. Забилось у мужичка сердце, как давно уже не билось, пульс не сосчитать. Дошёл он до своего дома на дрожащих коленях, выпил водки и послал эсэмэску такого содержания: «Встретимся в Москве как-нибудь?». Положил телефон на столик, к окну подошел, под занавеску пролез и сильно-сильно лбом к холодному стеклу прижался. Слышит — пимс! — ответ пришёл. Кинулся обратно, чуть занавеску не сорвал. Читает: «Будешь в Москве — заходи». И адрес. Мужичок крякнул и присел на диван. Самая красивая женщина в его жизни хотела видеть его в Москве, хотела видеть его, хотела его, хотела!
Всю ночь мужичок не спал, составлял планы, бегал на себя в зеркало смотреть. Решил так — поспешишь, людей насмешишь. Поутру первым делом пошёл в банк и снял досрочно деньги с депозита, потерял проценты. Потом записался к зубному — вставлять коронки и лечить кариес. Книжку купил про здоровое питание и две огромные гантели. Твердо решил мужичок к Москве подготовиться. Чтобы женщину не разочаровать и самому не опростоволоситься.
Лифт не вызвал, гантели наверх по лестнице тащил. К шестому своему этажу приполз со звёздочками в глазах и сердцем во рту. Понял, что тяжело будет. Но не огорчился ни капли.
Началась у мужичка новая жизнь. По телевизору сериалы про любовь смотрит, на которые раньше только плевался. Забыл про хлеб и картошку, жирное и солёное, а на ночь и вовсе не ест. Утром и вечером гантели тягает да приседания делает. Лифтом нигде не пользуется, через день зубного посещает. На работу пешком ходит, в обед кефир пьет. Первые дни самые тяжелые были. Связки болели, и есть по ночам хотелось жутко, как уснёшь — завтрак снится, проснёшься, а всё ещё ночь.
Ко второй неделе заметно полегчало. На шестой этаж вбежал — и ничего, нормально. В помощь гантелям тренажер купил, собрал, посередине единственной комнаты поставил — другого места не было. Да и не надо. Стал мужичок привыкать к новой жизни. А ещё журнал читать про мужское здоровье и пару раз в неделю на шлюхах тренироваться. Поскольку по части интимных дел были у мужичка сомнения на свой счет. Шлюхи поначалу удивлялись, но соглашались помочь и вели себя как порядочные женщины. По окончанию мужичок разбор полётов проводил — что правильно сделал, что неправильно, и первое время даже записывал ответы.
И мечтал мужичок, сильно мечтал. На тренажере, на шлюхе и даже у зубного. Думал он о той женщине постоянно. Воображал себя с нею. На работе бурчать начали, что от него толку никакого не стало, опять же линолеум пропал, десять рулонов. После голодных лет мужичок себе подобного не позволял, разве что по мелочи, а тут как-то все сошлось. В результате поругался с директрисой, пришлось на отпуск написать. Отгуляю, думает мужичок, а потом и вовсе уволюсь, пусть поищет себе завхоза. Может, вскоре вообще в Москву перееду, работу там найду с зарплатой поболее. А квартиру сдам — отличная прибавка! Хотя на такую женщину денег еще больше надо. Ну так вспомню молодость, залабаю на костыле, Москва город большой, каждый день похороны. И погрузился мужичок в воспоминания о дважды краснознаменном оркестре округа, заулыбался, а закончив, поднял верх палец и сказал вслух: «Ни чета нынешним!»
К концу месяца живот заметно убавился, а плечи стали шире на размер, чему мужичок сам изрядно удивился. И самочувствие было как никогда. Потренировавшись, напрягал мускулы и чувствовал себя как артист из одного кино, просто вылитый, особенно если в зеркало не смотреть.
Пора в столицу ехать. С новыми зубами. Тем более что ждать уже никакой мочи нет. И вот составляет мужичок эсэмэску на заветный номер. В таком ключе, что как бы собираюсь в столицу по важным делам, но не прочь и посетить хорошую знакомую, поужинать вместе. Ответ пришел быстро: «Если речь только про ужин, то можешь и не приезжать».
Мужичок подпрыгнул и затряс сжатыми от радости кулаками, перечитал ещё раз и ещё — как от этих слов веяло ароматом жаждущий его женщины, такой далекой и близкой одновременно!
В Москву, в Москву, скорее! Забрал брюки из химчистки, сложил рубашки в чемоданчик и тут же решил чемодан не брать, ну куда же это в гости с чемоданом, сбегал в аптеку, купил презервативов и всяких подсказанных шлюхами полезных гелей. Размышлял, куда их положить, чтобы как-то поизящнее достать в нужный момент, придумал из подарочной бумаги сделать кулечек и бантиком обвязать. Сюрприз! Положил на стол, любовался, считал минуты до поезда.
Выйдя из дома, не мог вспомнить, закрыл квартиру или нет, пошёл уже было обратно, вспомнил, что точно закрыл, а паспорт взял? Да вот же он. Всё на месте: и паспорт, и билет; скорее в поезд, в самый медленный поезд на свете.
Под стук колес неожиданно уснул, тоже от волнения, видимо. Проснулся, купил кофе у разносчицы, выпил без сахара, вот уже и приехали.
Москва, всегда такая холодная и неприветливая, нынче стала будто праздничная, ни мокрой грязи, ни мрачных рож. Такси мужичок взял, чуть отойдя от вокзала, — сэкономил слегка. Пригодятся еще деньги-то. Назвал адрес, но перед этим попросил к ближайшему в том районе приличному магазину подвезти, где деликатесы и водка непаленая.
Таксист кивнул, не прекращая с кем-то говорить на незнакомом языке. Ехали не так уж и долго, на удивление, хотя смеркалось, город замедлялся и гудел в пробках.
— Магазин, — сказал таксист, на секунду прервавшись.
— Подождёте меня? — спросил мужичок, протягивая деньги.
Таксист кивнул.
В магазине и вправду было много деликатесов, таких дорогих, что цену указывали за пятьдесят грамм. Мужичок взял колбасы трёх видов, сыра и рыбки соленой. Замахнулся было на черную икру, но в последний момент смалодушничал (да и не до икры будет!), взял красной. Зато водку выбрал самую лучшую, а также вина французского две бутылки и шампанское «Князь Голицин». Походив еще, добавил в корзинку сок, ликер и свежий ананас.
Расплатился, вышел. Таксист уехал, не дождался, гад нерусский. Куда идти, где это? Подсказали, что рядом. Через полчаса ходьбы устал от московского «рядом», поставил пакеты, отдышался. Отправил эсэмэску: «Уже иду!» Получив ответ: «Ко мне?» — обрадовался и поцеловал «самсунг» в экранчик. С новыми силами тронулся в путь, вышел вскоре на нужную улицу, начал дома отсчитывать.
«Чёрт!!! Забыл! — скривился вдруг мужичок. — Сюрприз-то, кулёчек с бантиком, так и остался на столе! Вот напасть…»
— А где тут презервативы? — начал спрашивать у прохожих. — То есть… это… аптека?
— Рядом, — ответили.
Мужичок вздохнул, написал эсэмэску: «Буду через полчаса». Пимс! Пришёл ответ: «Других планов у меня на сегодня не было».
Мужичку стало ой как неудобно, на него надеются, а он тут… И ни одной машины не видно. Улицы узкие, дома невысокие, как будто и не Москва совсем. Где же аптека, где крестик? Может, сумки с едой оставить пока? Да кому ж их тут оставишь.
Аптека нашлась в длинном дворе, к счастью, ещё работала. Купив всего и побольше, мужичок тронулся в обратный пусть. Пакеты с продуктами оттягивали руки, перекладывал как-то, старался не останавливаться и не сбиться с пути.
Уфф! Пришел наконец-то. В домофон тыкает — палец дрожит. Пипикнуло, открыли. Поднялся на второй этаж, потянул приоткрытую дверь. Вошел.
Всё как в мечтах. Уютно, тепло, коврик круглый, пальто на вешалке, зеркало. И она. Так близко! Несусветно красивая, домашняя. Стоит, чуть наклонив голову, смотрит на него, как будто с вопросом каким.
Мужичок плечи расправил.
— Здравствуй!
— Ну, здравствуй. Какими судьбами?
— Я… это… — начал было мужичок, а сам поставил сумки на коврик, шагнул к ней, обнял изо всех сил и целовать, целовать!
— Да что же это! Прекратите! Стоп! Стоп! — вдруг закричала она, вырываясь, уперлась руками ему в грудь. — Отпустите меня, отпустите, что происходит?! Пусти!
— Да как же?! — опешил мужичок, отступив. — Я же к тебе приехал, вот, ждал…
— Что за наглость такая, что вы себя позволяете!
— Мне уйти, что ли? — глухо спросил мужичок, не веря происходящему.
— Оставьте меня в покое! — прокричала она, отвернулась к зеркалу и заплакала.
Пришибленный, растерянный мужичок чуть было не бросился к ней снова, зашатался, замычал, схватив себя за голову. Наклонился, выдернул водку из пакета, толкнул дверь и бросился вниз по лестнице. Выйдя из подъезда, сорвал пробку и залпом впустил в себя полбутылки. Пошёл, шатаясь, по холодной улице, остановился, вытер слезы рукавом, ещё выпил, снова побрёл, у фонаря присел, допил, что осталось, закрыл глаза руками. Сидел долго.
— Мужик, тебе куда? — жёлтое такси подъехало почти вплотную.
Мужичок очнулся. Поднялся с трудом, но в машину сел уже уверенно.
— К девкам! — сказал громко.
— На точку, что ли? — переспросил таксист.
— Не знаю, чтоб покрасивее и чтоб выпить!
— Тогда в клуб?
— Валяй в клуб.
Машинка понеслась по ночным московским улицам, таксист что-то рассказывал, мужичок не слушал, шептал всё — как же так, как же? А может, из-за икры? Черную надо было брать. С ананасом.
— Черную с ананасом! — повторил он громко.
— Сейчас уже всё будет. Уже подъезжаем, — отозвался водитель. — А я им объясняю, претензии ко мне может предъявлять только погибший, а остальные вообще никто и ни при чём! С вас косарь.
Вывеска над большой железной дверью нервно светилась красным. Мужичок слова иностранного не разобрал, нажал кнопку.
В клубе мигало и громыхало, ходили полуголые девицы со строгими лицами. Пройдя контроль, мужичок заплатил за отдельную кабинку, заказал сухариков и водки, которую тут же выпил и заказал еще. Посидел, согрелся, стало чуть легче. Глаза привыкли к мельканию, стало видно, что девицы по очереди поднимались на сцену с шестом и танцевали там, снимая последнее. А потом обходили по очереди кабинки. Заходили и к мужичку. Каждую он спрашивал, как зовут, предлагал деньги за секс и получал отказ. Согласилась только самая страшная, которую и на сцену-то не пускали. Себя оценила в пятнадцать тысяч с НДС. Мужичок засомневался. Видя его колебания, находчиво предложила другое — за пять тысяч рассказать, как можно весь стриптиз-клуб поиметь. Получив сумму, объяснила: если ещё пять тысяч дать охраннику, то получишь ключи от квартиры в доме напротив, откуда по телефону звонишь в клуб и вызываешь кого хочешь, хоть танцовщицу, хоть официантку. Мужичок страшную поблагодарил, допил залпом водку и оплатил счет, морщась от дороговизны.
С охранником говорить было трудно, язык заплетался. Но справился. И на улицу сам вышел, и квартиру нужную нашел. Поискал водки — нету, нашёл телефон, снял трубку, попал сразу в клуб.
Из трубки громко играла музыка.
— Мне бы Свету, Свету бы, — прошамкал мужичок в музыку. Света, пухловатая блондинка, ему больше других понравилась. Но вместо «Светы» выходило какое-то «све-све-све».
— Вы что, всех хотите? Всех? — спрашивали из трубки.
— Да не всех, а Свету! — сердился мужичок, но выходило всё равно «све» да «све».
На том конце убедились в том, что сразу всех хочет, всех и повели. Дверь открылась, и в квартирку начали заходить официантки и танцовщицы, включая страшную. Мужичок перепугался, зашипел: «Да вы издеваетесь? Издеваетесь?» Выходило невнятно. Входящие подобрали знакомое слово, близкое по звучанию, получилось — «раздевайтесь». Первые стали раздеваться, спрашивать друг у друга, куда вещи складывать, не на кровать же. Раздетых одетые подпирают, те мужичка теснят. Он давай их руками отталкивать, вещи выкидывать, кричит: «Администратора сюда, министра-то-ра-ра» — слово длинное и для трезвой головы. Пришедшие поняли, что клиент в отказке и требует министра. Осудили, уходя. Совсем, сказали, с ума сошёл, но министра, даже двух, обещали тут же прислать.
Дверь за девушками и захлопнуться не успела, как вошли двое охранников в чёрных костюмах, схватили мужичка за подмышки, прижали к стенке и предложили оплатить всё беспокойство. Сумму назвали дикую.
Мужичок перепугался. Объяснить ничего не может, бумажник показывает, где всего двадцать тысяч осталось. Охранники ему — а вон у тебя карточка есть, в долларах, сейчас к банкомату ночному поедем! Мужичок головой крутит, дескать, нельзя, курс высокий, высокий курс, охранникам слышится: «Выкуси». Ах выкуси, да мы сейчас тебя по стенке размажем! И давай мужичка возить по обоям верх-вниз.
То ли согревшись от этих фрикций, то ли от всего выпитого и пережитого мужичок отключился, обмяк и, будучи отпущен на пол, захрапел...
Охранники выругались, взяли все деньги из кошелька и стали дальше по карманам шарить. Нашли пять пачек презервативов, паспорт, ключи и визитку начальника департамента контрразведки полковника Кожемякина А. М. Покрутив визитку, парни переглянулись, вернули в кошелек пять тысяч — чтоб не серчал, затем вытащили мужичка на лестницу, приложили к тёплой батарее и ушли.
Часов через шесть мужичок наполовину проснулся, выполз на утреннюю московскую улицу, поморщился на свет, остановил частника и поехал на вокзал.
Первым делом купил билет, затем пошёл пиво пить. Нашёл где подешевле, к пиву взял сосиску, огурец и большой кусок черного хлеба. Ел с удовольствием. Месяц так вкусно не ел. Потом взял еще кружку и, похлопывая себя по животу, уселся поудобнее на замызганном диванчике. Продавщица за стойкой ему улыбнулась, он — ей. Зевнул и подумал, что в целом неплохо съездил в Москву. А то ведь дома всё провинциально, обыденно, а тут, как ни крути, столица, интересно можно отдохнуть. Поиздержался сильно, конечно. Но будет чего вспомнить. Да и здоровье в целом подтянул. Когда б еще за зубы взялся — никогда бы.
И тут — пимс! — эсэмэска приходит. Удивился, читает: «Почему ты ушёл так быстро?» Хлопнул тут мужичок ладонью по коленке, вытянул губы и сказал: «Пфффффффф…»

(С)СергейОК

1642 +