51
С давних пор, несмотря на все горести, есть одна великая силушка, от рождения народу нашему данная и поныне неискоренимая. То не страсть до халявы сладостной, да не тяга к застолью сытному, то любовь к смешной шутке доброй, чувство юмора, то бишь огромное.
Было дело в пору недавнюю, в октябрь лета 2008го иль 2009го, упахался аз от дел праведных, к турагенту свои стопы направил. Меня встретила девица юная, да как водится словушко молвила: что Вам, сударь, угодно будет? Чем могу я Вас, сударь, порадовать? Молвил аз, видишь, девица красная, от работы уж нету моченьки, отдохнуть хочу да недорого, да в заморских землях у теплого морюшка. Вас, мне девица молвит, порадую, есть для Вас, говорит, предложение, отправляйтесь-ка завтра в Египет к морю Красному, к морю теплому, да в ненашенскую землю заморскую. Время было в Египте не смутное, дал аз девице кровных рубликов, да домой зашагал собирать одежи пляжные, да злато-серебро заокеанское, ибо не берут поганцы нашенское, да к дороге дальней стал готовиться.
Утомлять Вас не стану строками, как чудесно добрался за море. Только все чин по чину встретили, угощали разными яствами.
В общем, есть в той земле Египетской, город, что Хургадой величается и стоит в граде том, прям у морюшка, тот отель, что «Sinbad» называется. Вот и аз гостил там две неделюшки, да еще германцев много с англами, ну и нашего племени дюже веселилось со всеми тоже.
А помимо всякой там всячины, в том отеле для деток не великих, ни малых, находилося дивное-диво, что батутом принято кликать. И скакали детишки там радостно, но пришло вдруг горе великое, появилась вдруг дырка злобная, дюже гадкая. В общем сдулся батут и настала, средь детишек здесь отдыхающих, уж такая кручинушка страшная, что и слов не могу подобрать, чтоб отчаяние их описать. Ох, искали ту дырку холопы местные, ох, чего они только не делали, не смогли найти и решили проявить похвальное рвение, чтобы нам понапрасну не ждать, написать на трех языках объявление – мол, простите нас гостюшки здешние, только диву полный кирдык, уж такие мы, видимо, грешные. Вот пошли они с просьбой этою - подсказать как писать им правильно, с иноземцами-то беседовать. Подошли к германцу и к англу, вопросили и успокоились, ну и к нашим пошли разумеется. Если кто тут подумал ужасное, сообщу, что Вы это напрасно. Забегу наперед Вам о том сказать, чтоб не ждали Вы слов бранных да матерных, ибо в шутке вовсе не злой их использовать не обязательно. Тот, что к нашим ходил – смерд смекалистый, давно знает нашего брата, что один ему написал, показал еще многим - опыт однако! Долго бегал он к молодцам добрым, не забыл спросить и голубок. Видно думал, что девицам нашим, даже здесь совсем не до шуток. Опросил он и правда многих, все кивали, не смев улыбнуться, ну а дальше «картина маслом» - утром следующим аз проснулся…
Аз проснулся, умылся и тут… Мысль дурацкая: «как там батут?». Еще издали вот что заметил, подходят к диву англицкие дети, прочитают и страшно ревут - «не работает больше батут». Как германцы детей приведут, те прочтут и чего-то орут, разобрал только: «Аллес Капут!». Наши, как подойдут так хохочут, интересно, выходит - интрига! Аз решил посмотреть почему, что написано-то про диво? Подошел, посмотрел, по германски и англицки: «починить мы не сможем батут, извините, друзья, нас пожалуйста». А на нашем египетский хлыщ начертал одно слово:
«Бзддддддддддыдыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыщь».
|