Шутки про говорила - Свежие анекдоты |
СТАЛИНГРАД
В 1943 году Норберт Винер, создатель теории автоматизации, начал писать знаменитую «Кибернетика, или управление и связь в животном и машине» (издана в 1948 году).
И советская пропаганда тогда говорила: «В то время, когда мы защищали Сталинград, они придумали буржуазную науку кибернетику».
А я так думаю - а ведь когда профессор Винер создавал новую науку - это для него тоже был свой, личный «Сталинград»…
|
Три года назад оказался я в "вольном плавании". От меня ушла девушка и я сильно поссорился с другом. И да: эти два факта взаимосвязаны. Родители, как об этом узнали, так и поставили мне условие: либо я мирюсь с Олечкой, либо вещи в руки и на выход. По их мнению она пойти на измену сама не могла, а, если уж и пошла, то винить нужно в первую очередь себя самого. Олечку они сильно любили в отличии от меня.
"Ну спасибо вам, родственники милые!", - подумал я и очутился в съёмной однушке на другом конце города. Из плюсов в этой квартире было лишь то, что совсем рядом располагался хорошенький бар, где я и стал коротать вечера.
Там я и познакомился с Алисой.
Уже возле квартиры я, изрядно выпивший, всё проговаривал: "Да ща, да ща я...", пытаясь попасть в замочную скважину. А как только дверь отворилась, схватил Алису за миловидную ручку и потащил в сторону спальни, но вдруг услышал:
- Быть может сперва винишка?
- А давай! - долго не думал я. Ведь должны же перед этим самым делом произойти некие любовные "ритуалы". На кухне Алиса налила мне полный бокал и я, пробормотав словно Гагарин "поехали", мигом его опустошил. Уже в спальне я почуял неладное: голова кружится сильнее обычного, руки и ноги слушаются как-то слишком уж слабо. А вернее вообще не слушаются, а глаза стремительно слипаются... "Должно быть меня отравили", - подумал я, падая на кровать и засыпая. Утром в квартире не доставало моей заначки в 40 тыс. руб., которую я всегда держал в тумбочке, так как банкам не доверял и был жуткий бардак. Пропал ноутбук, пропал телефон...
А ещё пропала Алиса.
Остался лишь телевизор и шкаф. Второй - по весьма понятной причине.
В полицию я обращаться не стал. Боялся, что меня поднимут на смех. По этой же самой причине о случившимся не узнали ни родители (которые и так прохладно ко мне относились), ни друзья. Случившееся я стойко держал в себе, запивая каждый вечер в том самом баре в надежде, что преступник вернётся на место преступления. Всё это время мои мысли пытались найти причину случившегося.
"Почему она вообще так со мной обошлась? - думал я. - Неужели я ей так сильно не понравился?".
Должно быть, из-за того, что особа попалась, по природе своей, тупая и мелочная. Для любви такие и не созданы вовсе - лишь для паразитирования на чужой шкуре.
Меня обманула клафилинщица. Раньше я думал, что такое лишь в фильмах бывает, но, как видно, не только в них. На этом, казалось бы, и историю можно заканчивать, если бы не одно "но". "Но" заключалось в том, что где-то спустя месяц я снова увидел Алису и случилось это всё в том же баре. Я мирно сидел за столом и пил, буравя взглядом деревянную поверхность стола, как вдруг услышал сбоку возню и обернулся. Алиса выглядела подавленно. Так сильно, что предназначавшаяся для неё оплеуха вернулась на место.
Алиса вдруг разрыдалась и стала каяться во всех грехах. она не давала мне вставить и слова.
- Я не хотела! - говорила она. - У меня просто не было выбора! У меня сестра очень больна и много денег на операцию надо, вот я и украла! А что мне ещё было делать?! Я пыталась жить честно, пыталась работать, но выходили копейки, а для неё нужна половина миллиона, где мне вообще такие суммы прикажешь брать?! Вот я и украла! Не было у меня другого выбора, вот и всё... Я же раньше подобный метод заработка презирала, считала низшим, а теперь что?.. Сама до такого опустилась... Узнала бы пять лет назад до чего я докачусь и не знаю, что бы с собой сделала...
Алиса замолчала, похныкивая, а я сидел и не знал, что мне делать. С одной стороны да - она совершила подлость, но с другой-то - подлость во имя спасения другого. Так ничего и не придумав, я принялся её успокаивать.
Так мы и оказались у меня дома. В одной кровати. Так у меня снова закружилась голова и ослабели конечности. Я тогда только и подумал, что: "Опять?! Да не может быть!". А утром у меня пропал телевизор и новая заначка на пять тысяч рублей. С тех пор женщинам я не очень-то доверяю. Но один плюс в моей ситуации всё же есть: второй раз я уж точно на эти грабли не наступлю.
|
|
Томск. Середина восьмидесятых прошлого века. По вечерним коридорам одного из тамошних технических ВУЗов мечется оскорбленно-истерический крик зама по АХЧ - маленькой кудрявой дамы в строгом костюме, очках в металлической оправе и кожаной папкой в руках: "Я же два дня вас просила!.. И вчера!.. И сегодня!.. Я говорила: Туалеты второго этажа забиты!!!"
Ее визави, двухметровый похмельный сантехник, одетый в ватник и болотные сапоги, утирая красное от "жизни такой" лицо брезентовой рукавицей, пытается оправдаться: "Да чистил я! И вчера, и сегодня... Чистил..."
"Так в чем же дело?!!" - оправа очков на даме явно приобретает признаки нагрева "докрасна".
Ответ был технически безупречен: "Ну так, труба-то на сто... А насрали - на сто пятьдесят!"
|
|
Моя знакомая в молодости еще в советские времена работала на железной дороге инструктором по технике безопасности. Как-то раз ей пришлось участвовать в разборе нарушения правил проводницей из студенческого отряда. При посадке в Москве весь вагон у той оказался заполнен суперэлитными собаками, ехавшими на международную выставку куда-то в Европу, и сопровождавшими их хозяевами. Международный экспресс останавливался редко, только в крупных городах и практически на каждой остановке девочка рвала стоп-кран при отправлении, потому что идеально вышколенные животные не могли найти деревце на залитых асфальтом платформах и убегали справлять нужду далеко от станций. Срыв стоп-крана - это ЧП, поезд отставал от графика, после поездки девочку вызвали на разбор, дело пахло увольнением...
Та сказала примерно следующее: моя мама была очень строгой и когда я была маленькой, мы гуляли на улице и мне хотелось по малой нужде, она всегда говорила: потерпи до дома, доченька, на улице это делать неприлично. Я выучилась терпеть. Однажды я гуляла одна, мне захотелось пи-пи, я побежала домой, но мама ушла по магазинам, ключа не было, соседи были на работе, и из-за этого воспитания у меня чуть не лопнул пузырь. Tеперь я всегда жалею тех, кого, как и меня, выдрессировали во вред здоровью. Можете меня увольнять.
...Члены комиссии выползли из-под столов и ограничились выговором.
|
|
ххх: Ведь у меня совершенно не было: кашля, насморка, температуры, пониженной сатурации, трудностей с дыханием, потери вкуса. Какое-то время сильно поболело тело, не было сил вставать утром, зато была слабость, постоянная усталость и все время хотелось умереть. Но мой идеал –– Спарта, потому я говорила себе: "Соберись, тряпка!", "Это пройдет!", "Все будет хорошо!", "На тебе пахать можно!", "Да раньше люди в поле рожали!" и другие поддерживающие фразы нашего региона.
|
|
Увидел намедни мем на тему того, что Юрия Алексеевича Гагарина народ не помнит, а знает только Полину Гагарину. К слову, мем занял первую строчку. Зацепил народ.
А я отчего-то вспомнил прочитанный когда-то отрывок из письма одного из наших писателей, вроде бы даже Тургенева: «Встретил тут в Париже княжну Гагарину. Представь себе — девушка по-русски не говорит, ни слова не знает!» Я решил найти этот отрывок, но гугл его, очевидно, не читал, и выдал мне текст про княгиню Прасковью Юрьевну Гагарину. Это точно была не она, потому что уродилась она княжной Трубецкой, но текст меня, честно говоря, увлёк. Немного процитирую: « …известная красавица, первая русская воздухоплавательница (каково, а? Первая русская воздухоплавательница — Гагарина!!).
Первым браком Прасковья (не из Подмосковья, папашка тупо жил в Москве, на Тверской) была замужем за полковником, затем генерал-майором князем Фёдором Сергеевичем Гагариным. Род Гагариных ведёт историю от русского князя Владимира, Красно солнашко. Во время русско-турецкой войны Прасковья сопровождала мужа в Яссы, где прославилась тем, что дала пощёчину светлейшему князю Григорию Алексеевичу Потёмкину (что сошло для супругов безнаказанно). Впоследствии последовала за мужем в Польшу, где её муж был убит во время «Варшавской заутрени» (события в Польше, когда бесноватые русофобы убивали безоружных русских офицеров). Сама Прасковья Гагарина была заключена под стражу, в плену родила дочь Софью. Освободил её Александр Васильевич Суворов. Овдовевшая Прасковья Гагарина долго отвергала всякие утешения и в серьге носила землю с могилы мужа! Ей посвящали стихи Иван Михайлович Долгоруков и Николай Михайлович Карамзин! Долгоруков в поздних мемуарах рассказывал, что княгиня Гагарина «смолоду была женщина взбалмошная и на всякую проказу готовая». 8 мая 1804 года вместе с Александрой Турчаниновой она поднялась в воздух на воздушном шаре, построенном французом Гарнереном, и приземлилась в имении Вяземских Остафьеве. (То есть сегодняшние российские олигархи, когда сажают свои бизнес-джеты в аэропорту Остафьево, следуют двухсотлетней традиции! Жаль, что они никогда этого не узнают).
Впоследствии владелец Остафьево, Пётр Андреевич Вяземский, стал зятем Прасковьи. Воздушный шар долгое время хранился в имении, а П.А. Вяземский шутил, что он стал знаменит благодаря тому, что в его имении приземлилась Гагарина. (А как стала знаменита деревня Смеловка Энгельсского района Саратовской области, где приземлился Гагарин!!).
Как считали современники, именно Прасковья Юрьевна была выведена под именем Татьяны Юрьевны в комедии Грибоедова «Горе от ума»
А теперь вишенка на торте. Пушкин, наше всё. Евгений Онегин, который не общался ни с кем из соседей (как я его понимаю!), благодаря своему другу Ленскому познакомился с семьёй Лариных. И вот вам описание мамы Татьяны и Ольги:
"Вела расходы, брила лбы,
Ходила в баню по субботам,
Служанок била осердясь —
Всё это мужа не спросясь.
Бывало, писывала кровью
Она в альбомы нежных дев,
Звала Полиною Прасковью
И говорила нараспев»
Поясняю: даму звали Прасковья. Но она представлялась всем Полиной! Круг замкнулся…
|
|
О френдзоне, женских намеках и мужской непонятливости.
Мне в институте нравилась одна девушка, пусть будет Инга. Вообще мне там каждая третья нравилась, но эта больше других. Мы не были однокурсниками, она на год младше, но жили в одном общежитии и часто пересекались, разговаривали о всяком. Грезил о ней ночами, но наяву никогда не пытался обнять, поцеловать, тем более что-то более существенное: она вся такая ах какая, а я кто? Лох ботанический дикорастущий, одна штука.
Я кончил институт, уехал работать по месту распределения и оттуда написал ей. Это была еще эпоха бумажных писем. Завязалась переписка, в основном на нейтральные темы, книги, фильмы, моя работа и ее учеба, но иногда я выдавал что-нибудь пафосное: я всегда готов тебе помочь, если любые проблемы – напиши, всё брошу, приеду, спасу. И в июне она действительно написала: приезжай, спасай, до защиты диплома осталось всего ничего, а диплом не готов, программа не компилируется, я пропала.
Приехал, конечно. День просидел над ее дипломом, программу довел до ума, не так уж много она недоделала. Она тем временем чертила плакаты к защите. Полагалось то ли 7, то ли 8 плакатов на листах ватмана А1. Настала ночь, я собрался идти искать по общаге у кого переночевать, но oна сказала:
– Спи тут. Соседка уехала, ее койка свободна, мы одни в комнате.
Улеглись, но Инга не давала уснуть, всё время меня окликала, говорила о каких-то пустяках. Когда я почти вырубился, она вдруг зажгла настольную лампу и села в кровати:
– Никак не могу заснуть. Проклятые клопы, всю искусали.
– Странно, я никаких клопов не чувствую.
– Ну как же, вот тут укусили и тут. Посмотри!
Я подошел и внимательно осмотрел то, что она показывала: голую ногу заметно выше колена и розовое плечико с тонкой лямочкой ночной рубашки. Никаких следов укуса не заметил, пожал плечами и вернулся в свою кровать. Инга со злостью выключила свет и наконец угомонилась.
Наутро я проснулся раньше нее и решил сделать сюрприз, написать заголовки на трех не законченных плакатах. Я умею работать плакатным пером, получилось на мой взгляд очень красиво. Но она, проснувшись, устроила скандал, что я испортил ей всю работу и мои заголовки выбиваются из общего стиля плакатов. С рыданиями выгнала меня из комнаты и сказала, что с идиотами водиться не может и между нами всё кончено.
Я в недоумении шлялся по Москве, не понимая, в чем провинился и что мне теперь делать следующие сутки. Зачем-то потащился в институт, под дверь аудитории, в которой Ингина группа проходила последнюю консультацию перед защитой. Вышла Инга, облила меня холодным презрением, вздернула голову и зацокала каблучками вдаль по коридору. Следом вышли Алла с Леной.
Тут нужен флешбэк на год назад, а то непонятно. На пятом курсе я записался на психологический семинар, который вел известный психотерапевт Анатолий Добрович. Психология будущим программистам ни к чему, но она тогда была в жуткой моде. Большинство участников семинара были четверокурсники, в том числе две Ингины одногруппницы, Алла и Лена. В отличие от Инги не общежитовские, а москвички, так что я их раньше не знал. Алла вполне попадала в каждые третьи, а вот Лена эффектной внешностью похвастаться не могла. Маленького роста, худющая, длинноносая, вся из углов, ходила всегда в джинсах и мужской рубашке.
В самом конце семестра, за день до моей защиты, состоялось выездное занятие семинара у Аллы на даче. Добрович показывал разные упражнения, одно называлось «хозяин и раб». Участники разбиваются на пары, один приказывает, другой повинуется, потом меняются. Я оказался в паре с Леной. Не помню, что я ей приказывал (то есть помню, но не хочу удлинять рассказ), а когда настала ее очередь, она сказала: «Поцелуй меня!».
Ну и поцеловал. Это был первый серьезный поцелуй и в моей, и в ее жизни. И дальше мы целовались, и не только, и очень не только, неделю напролет. Через неделю я уезжал на военные сборы и потом на работу. И всю неделю у меня свербело, что всё классно и замечательно, но вот бы это была не Лена, а какая-нибудь такая ах какая типа Инги. И сказал на прощание, что было хорошо, но давай оставим это в прошлом. И с работы написал Инге, а не Лене. Лох дикорастущий, говорю же. Дальше вы знаете.
Ну вот, вышли Алла и Лена, Алла увидела меня и обрадовалась:
– Откуда ты взялся? Мы как раз едем ко мне на дачу, у нас опять выездное занятие с Добровичем. Поедешь с нами?
– Конечно.
Лена весь этот разговор и всю дорогу молчала и не поднимала на меня глаз. Я тоже не мог решить, заговаривать ли с ней и если да, то какими словами. Но всё решилось без слов. Добрович на дачу не приехал, но передал задание: молчать. Такое упражнение, все пять или сколько там часов общаться невербально. Оказалось забавно. Все болтались по комнате и играли в гляделки, потом стали есть привезенные с собой бутерброды. Я жестом показал, что не наелся, и тут Лена выскользнула из комнаты в огород. Вернулась с зелеными листиками и стала меня ими кормить. Это была черемша, она же дикий чеснок – видимо, единственное, что там успело вырасти в июне. Поедание листиков быстро переросло в хватание ртом ее пальцев, а там и до губ оказалось недалеко.
В электричке на обратном пути мы опять без конца целовались, в точности как год назад. Почти не разговаривали, Лена только узнала, что мне негде ночевать. И привела к себе домой. Тихо-тихо, чтобы не разбудить родителей, провела в свою комнату. Интима не было, она всю ночь рисовала плакаты к защите. Я периодически просыпался, смотрел на склонившуюся над чертежом угловатую фигурку и отрубался опять. Под утро она прилегла в одежде рядом со мной и тоже вырубилась.
Нас разбудил стук в дверь и веселый женский голос:
– Молодые люди, вставайте! Пора завтракать.
– Мам, какие молодые люди? – крикнула Ленка через дверь. – Я одна.
– Конечно-конечно. А чьи это кроссовки в прихожей, конспираторы?
На завтрак, помимо яичницы и чая, были какие-то никогда не виданные мной фрукты.
– Это папайя, а это гуайява, – пояснила Ленкина мама. А Ленка, посмотрев на мои вытаращенные глаза, рассмеялась:
– Не пугайся, мы не каждый день так завтракаем. Мама – преподаватель русского, вчера приезжал ее бывший студент с Кубы и это привез.
Давно мне не было так уютно, как за этим кухонным столом. Хотелось остаться там насовсем, что я в итоге и сделал.
Через полгода после той памятной ночи Инга вышла замуж. Я как-то нашел ее в соцсетях. Всё у нее хорошо, образцовая жена, мать и бабушка и до сих пор очень привлекательно выглядит. Между прочим, сделала карьеру в IT, начальник отдела в известной компании. Наверняка с той программой к диплому справилась бы и сама. Иногда думаю, как сложилась бы моя жизнь, прояви я тогда чуть больше понятливости. Был бы я с ней счастлив? Не знаю. С Ленкой – был.
Счастье не имеет настоящего времени. Я имею в виду – настоящего в смысле английского present simple. Я люблю помидоры, я работаю там-то, я счастлив. Вчера, сегодня, завтра, в фоновом режиме. Так не бывает. Может, буддийские монахи умеют перманентно чувствовать себя счастливыми, а мы – нет. Для нас естественное время для счастья – прошедшее. Оглядываешься назад и понимаешь: а ведь я был счастлив тогда, все эти годы.
А еще есть сиюминутное счастье, в настоящем времени в смысле английского present continuous. Кратковременное острое переживание. Чтобы почувствовать его без особого повода, у меня есть два надежных триггера. Черемша и гуайява.
|
|
Как меня посадили на губу.
Новый год прошел ,а в караул ходили по прежнему в шинелях и сапогах. Тулупы и валенки , как всегда, забыли принести в караулку. Что мы только не делали, на разводе требовали, начкара просили. Зима была мягче чем предыдущая, но все равно, снег, минус 10, замерзали по любому. Ответ был всегда один - тяготы и лишения никто не отменял.
Задумали мы тогда схемку, один из молодых должен был ночью, когда начкар отдыхает, сделать выстрел в воздух и в лес, якобы нападение. После этого обязательно проверка, и тогда точно дадут валенки и тулупы.
Сказанно-сделанно. В начале января, караульный сделал выстрел, сообщил по телефону, группа быстро выехала на место, прочесали место, никого не нашли, но все четко стали специалистами по следам, половина говорила что лось, другая кабан. Дознаватель из дивизии осмотрел утром место происшествия, и ушел. Патроны списали, после обеда привезли валенки и тулупы.
Тут бы история закончилась, но в роте у нас был паренёк с Крыма, редкостная сволочь. Во первых отказник. Он отказывался прыгать, я думал таких отправляют в стройбат, ошибался. Во вторых он был просто стукачем. Открытым. Его и били и темную устраивали. Такой идейный стукач. Обычно когда уходили на прыжки его оставляли дневальным. Вот он через несколько недель и узнал о том что мы организовали это дело в караулке и сразу стуканул. Опять дознаватель приходил, спрашивал. По концовке решили дать сутки ареста всем старослужащих. Мне дали три.
После нескольких попыток закрыть, сначала врач не давал разрешения, потом не принимал начкар, удалось закрыть в одиночку. Это было в пятницу вечером, когда менялся караул. Новый начкар был личностью легендарной. Второй раз капитаном, был майором, должен был получить подполковника, залетел по крупному, его из замкомбата сделали командиром взвода в 1 батальоне. Вот и дослуживал. Отношение к службе у него было абсолютно похуистическое. Я был единственный арестованный, мы были в хороших отношениях ещё когда он был замкомбата. Сказал выводному дать мне "вертолет", так у нас называлось то что именуют кроватью, просто две широкие доски, и тулуп выводного.
Это были мои лучшие два дня в армии. Укутался и заснул на 16 часов. Никто не трогал, в обед выводной принес покушать. И снова вырубился. Проснулся вечером, менялся караул. Новый начкар спросил у старого почему так шикарно сижу, на что тот попросил так оставить. Меня накормили ужином и я снова отрубился. Жизнь была прекрасна, так сидеть я был согласен, но все хорошее имеет свойство быстро кончаться.
После обеда меня вывели из камеры. Начкар сидел за столом с моим ротным. Оба улыбнулись, спросили как отсиделось и добавили что хватит сачковать. Личных вещей не имелось, поэтому сразу выкинули с губы обратно в роту.
Я был возмущён, за что, мне ещё сутки сидеть, но оказалось что в понедельник в учебном центре была показуха для московских генералов и со всего полка собрали всех лучших операторов-наводчиков, гранатометчиков, стрелков. После ужина посадили в ГАЗ-66 и повезли а Казлу-Руду. Ночевали мы там в неотапливаемых казармах, в сырости и я вспоминал теплую и сухую камеру на гауптвахте. Единственные два дня в армии в которых я выспался.
|
|
Генеральская сметана
В кухонном наряде.
С точки зрения истории этот случай произошел недавно, но для меня это было очень давно, почти 35 лет тому назад. Весной 1980 года наш курсантский взвод был назначен в кухонный наряд. После приема наряда нас с моим товарищем Верещагиным дежурный по столовой направили для получения продуктов на продовольственный склад. Верещагин был крупным, высоким курсантом. Докатив громыхающую телегу до продовольственного склада, мы увидели бойца с роты РМТО, уже открывающего тяжелый навесной замок на воротах стратегически важного склада училища. Солдатик включил свет в помещении склада, похожего на длинный тоннель, и мы оказались в царстве манящих запахов продуктов. На крюках весели окорока мяса , в мешках крупы, сухофрукты издавали дурманящий аромат. Специи и приправы выдавали свое присутствие. Мы двинулись по тусклому коридору то справа, то слева мелькали проемы в помещения для продуктов. Склад отличался особой чистотой и порядком. В одном из проемов что-то мелькнуло в полутьме и я увидел контуры алюминиевого бидона. Верещагин был отменным болтунишкой и быстро нашел тему с бойцом тыла. Пока увлеченные разговором ребята шли по коридору, я оказался возле бидона.
Меня сверлила мысль, что же под крышкой ? Явно, что то, из молочного. Решительно открыв замок железного бака, я увидел сметану. Она была такая белая, густая, манящая, так и говорила:"Возьми, попробуй".Внутри находилась эмалированная кружка, явно для извлечения сметаны из бака. Мгновение, и я уже пробую желанный продукт ."Как хорошо быть генералом,"-промелькнула мысль. Обделив генерала и его свиту еще на половину кружки ,я тихо прикрыл алюминиевый сосуд и пошел к ребятам. Санек о чем- то балагурил с солдатиком и грузил на тележку взвешенные продукты. Мое появление для них было незаметно. Подойдя к своему товарищу по оружию, я тихонько сообщил о находке и месте нахождения генеральских "сокровищ", а сам продолжил отвлекать разговорами солдатика."Мамонт",такая кличка была у Санька, растворился в полумраке склада. Его хранитель завершил выдачу продуктов, что- то пометил в своей тетради и направился к центральной галерее, пропустив меня вперед. В коридоре нашему взору с предстала мощная фигура "Мамонта" . В полумраке хорошо выделялся рот моего товарища, испачканный сметаной, той сметаной на которую было наложено табу.
,,Зян! (так меня называли сослуживцы в батальоне) Все нормуль, я успел! У тыловика сначала округлились глаза, затем открылся рот, а через некоторое время вылетела фраза:
-Это же сметана товарища генерала! Я...я на вас рапорт, он не успел закончить фразу. Кулак "Мамонта"уже находился под самым носом борца за вверенное продовольствие.
-А по сопатке?
Эта фраза была произнесена курсантом - шалуном в такой форме и с такой мимикой на лице, что в полутьме было видно, как побледнело лицо тыловика.
Сейчас вспоминается эта шалость юности с улыбкой, но тогда мы с Саней ждали серьезных последствий. К счастью обстоятельства сложились так, что все обошлось для нас благополучно. Вкус генеральской сметаны помнится и сейчас!
|
|
xxx: В 90 годы моя бабушка продавала сигареты и семечки у магазина. И мне говорила: внучек, современная молодёжь ужасна - все курят и пьют! (А в моем окружении были очень положительные друзья). Я ей сказал: бабуля, а может ты начнёшь книги Пушкина продавать, и тогда у тебя другие покупатели будут?
|
|
Когда человек был еще ребенком, бабушка всегда говорила ему: Внучек, вот вырастешь ты большой, станет тебе на душе плохо ты иди в храм, тебе всегда там легче будет. Вырос человек. И стало ему жить как-то совсем невыносимо. Вспомнил он совет бабушки и пошел в храм. Там к нему подходит какой-то мужчина: Не так руки держишь! Какая-то женщина подбегает: Не там стоишь! Другая ворчит: Не так одет... Сзади одергивают: Неправильно крестишься! А еще одна женщина советует: Вы бы вышли из храма, купили себе книжку о том, как себя здесь вести надо, потом бы и заходили. Вышел человек из храма, сел на скамейку и горько заплакал. И вдруг слышит голос: Почему ты плачешь, дитя мое? Поднял человек заплаканное лицо и увидел Иисуса Христа. Говорит ему: Господи! Меня в храм не пускают! Обнял его Иисус: Не расстраивайся, дитя мое, и меня туда давно не пускают.
|
|
Африка 1988 год, страна Нигерия. Я, в командировке в этой, как раньше говорили в дружественной стране. Но, мой рассказ не про политику.
Подарили нам котенка, породы (какой не знаю, но аборигены утверждали, что этот котяра, когда вырастет, будет даже ядовитых змей пожирать). Кот вырос, стал любимцем всего нашего контингента. Но, змеюг он не ловил, даже к мышам относился, как старший брат: поймает, поиграет, воспитает и отпускает.
Когда, начался сезон без дождей, мышей развелось видимо-невидимо. Наш кот, которого мы назвали Василием, мышей ловил, потом наверное проводил с ними профилактические беседы и отпускал. Аборигены, увидев Васин либерализм по отношению к мышам, почесав затылки, подарили нам собаку породы такса. Длиной она была, метр не метр, но что-то около этого. Ей двух лап по середине, явно не хватало. Но, Надька, как мы её назвали (кличка её, на языке местных почти соответствовала её имени).
Эта псина первым делом познакомилась с Василием. Они обнюхались и вдвоём пошли в столовую, где Надьку, как и Василия, поставили на довольствие: каждому своя личная миска.
Утром, по всей территории нашей резервации огражденной железобетонным забором с колючей проволокой, лежало больше сотни мышей, всех мастей: от серых, рыжих и даже таких, что даже в энциклопедиях таких не бывает!
Надька, виляя всем своим длиннющим телом, говорила: вот я какая охотница!
А, где Василий? Ваську нашли на дереве, акация называется. Высота акации африканской метров десять-пятнадцать. Метров 6-7 голый ствол, а выше крона. Её жирафы очень любят ощипывать. Акация у жирафов самая любимая еда.
Василия обнаружили в кроне этой акации, откуда он орал нечеловеческим (точнее кошачьим) голосом! Слезать самостоятельно Вася отказался наотрез! Что делать? Взяли когти, для лазания по деревянным столбам. (Кстати, монтажные когти совершенно не нужны при монтаже подстанций, но по нормативам, когти и другие верхолазные прибамбасы, комплектовались, как необходимые средства, при нетипичных ситуациях).
Первым спасать своего любимца вызвался бригадир электромонтажников Иван. Но, выяснилось, что за кору дерева когтями зацепиться невозможно! В низу акации кора мягкая, а перед кроной, как бетон. От когтей даже царапин нет.
Что делать? Правильно! Только наша автовышка на базе ЗИЛ-131.
Кота Василия спасли от медленной голодной смерти на дереве, куда он сам залез.
Васю, принесли чуть живого от стресса, к его любимой миске.
Кот, увидев свою любимую миску, мгновенно пришел в себя и стал жадно лакать молоко, которое для него лично принесла, очень симпатичная девушка негритянка.
Но, тут пришла Надька! Бывшая подружка Васи. Надька, без всяких предупреждений и другой дипломатии, молча кинулась, на Васю. Явно сожрать, его подлого труса решила! Вася, как специалист, по игнорированию любых конфликтов, запрыгнул на высокий шкаф. Надька, из-за длины своего тела, запрыгнуть туда не смогла.
После этого враг номер один у Надьки, стал кот Василий. Гоняла она его в хвост и в шкирку! А, вначале друзьями были… .
|
|
Валентина до замужества всегда говорила: "Мне неважно, какой мужчина, пусть будет некрасивым и небогатым, главное, чтобы мне было с ним интересно!" Теперь она замужем и ей всё интересно - где муж шлялся до утра, как он умудрился пропить всю зарплату, откуда у него помада на воротнике - и многое что ещё.
|
|
Полетел я недавно в Севастополь по делам. Не был в городе с начала 90-х, многое, очень многое не узнать, но изменения благо в лучшую сторону. Провели сделку, еду обратно в аэропорт с водителем моих местных партнеров. Звонок на телефон, на другом конце провода- всхлипывающий женский голос:
- Привет..
- Привет! Что с тобой?
- Я тебе сейчас кое что скажу, только ты не будешь смеяться и просто скажешь, сможешь помочь или нет, хорошо?
- Давай!
- Обещаешь не смеяться?
- Обещаю, говори уже!
- У моей подруги приют для брошенных животных, в Подмосковье. Ей сейчас звонили из центрального черноземья - там зоопарк закрывают частный- он разорился. Животных усыпят, если не найти им новый дом.
- Понял. А какие животные?
- Ну.. гималайский мишка Барибал, пара гризли и ещё пара черных волков!
- Хорошо, ты от меня что хочешь?
- Ну у тебя же зоопарк на территории дома, может пристроишь?
- Нда... ну чем черт не шутит - давай попробую. Но у меня там верблюд и ламы, не уверен что получится..
Звоню главе ТСЖ своего дома, который заправляет зоопарком, после короткой беседы понимаю что по очевидным причинам животных принять не сможем. Перезваниваю подруге, объясняю ситуацию. На том конце слышны уже сильные всхлипывания, вот вот грозящие перейти в рыдания.
- Там осталась неделя, больше их на передержке держать не могут, понимаешь?
- Да понимаю, но ты тоже пойми - они же явно прозвонили крупные зоопарки?
- Конечно! Но там не берут...
-Ладно, дай подумать. Перезвоню.
Хотя чего тут думать - ситуация веьма глупая, самолет через полтора часа, да и прозванивать перед НГ партнеров с просьбой по братски пристроить гималайского мишку - это весьм странная затея. Без особой надежды делаю пару звонков, получаю вполне очевидный отрицательный ответ, грущу.
Внезапно слышу голос доселе молчавшего водителя:
- Вы знаете, у меня тут ситуация была- орла сбил горного. А птица краснокнижная, сами понимаете. Так вот, друзья дали мне телефон одного энтузиаста- у него свои частные зоопарки есть. И он мне помог- птицу вылечили и отпустили на волю. Могу дать его номер.
- Давайте!
Звоню, выясняю ситуацию. Мужик обещает как минимум помочь пристроить если не сможет оставить себе.
Перезваниваю подруге:
- Товарищ действительный государственный советник, слушай мою команду! Хватит реветь! Пристроил я твоих медведей. И волков тоже. Давай контакты, все будет хорошо.
На том конце провода становится тихо и слышно сопение сильно удивленного человека.
- Что, правда пристроил?
- Да правда. Подумаешь, за полчаса пристроить трех медведей на новое место жительства!
- Мда... не зря мне подруга говорила, что тебе палец в рот не клади... а ещё говорил, что человек искусства, букинист:))))
P.S. Всех с наступающим Новым Годом, дорогие мои читатели!
|
|
Прочитал рассказ про мальчика-сироту, которого усыновили благодаря посредничеству деда Мороза, и вспомнил... не историю даже, там нет никакого сюжета. Так, маленький эпизод.
В 14 лет я попал на месяц в больницу. Получилось, что я там был самым старшим среди мелюзги. Младшим мальчикам было года по четыре, а одной девочке, наверное, года два. Она еще говорить не умела. Она была детдомовская, вернее, из дома ребенка. Наголо стриженая, в замызганных ползунках и вся в зеленке. Вряд ли ее стали бы держать в общей палате с чем-то заразным, так что, наверное, не ветрянка или чесотка, а какие-то безобидные болячки. Но выглядело жутенько.
Из-за этих болячек девочки постарше ее гоняли, называли паршивой. А она тянулась ко всем, видимо, не хватало ласки в своем детдоме. И в первый же день, когда я пришел в столовую и сел на стул, она подбежала, по штанам вскарабкалась ко мне на колени, обняла и замерла пугливо. Видно было, что она и боится, и надеется, что не прогонят.
А я не стал ее прогонять. Мне самому очень не хватало тактильных ощущений. У нас в семье телячьи нежности были не приняты, родители почти никогда нас не обнимали, с братом мы если не дрались, то играли во что-нибудь шумное. А в больнице пропало и то немногое, что было. Так что я обнял эту малышку, прижал к себе и стал покачивать. А она что-то такое завыла-запела, без слов, но очень уютное и ласковое.
Не помню ее имени. Все называли ее Мартышкой, у нее и правда было что-то обезьянье в личике. Когда я утром выходил из палаты, нянечки мне говорили: «Ну где же ты, невеста уже заждалась». Я негромко звал: «Мартышка!», и она, где бы ни была, слышала и бежала по больничному коридору мне навстречу с радостным воплем. Я подхватывал ее на руки и потом таскал на себе весь день, то на плечах, то под мышкой, то садился и сажал на колени.
Хотелось бы написать что-то вроде: «Мои родители удочерили Мартышку, и теперь она моя сестра». Но я рассказываю не рождественскую сказочку, а кусочек реальной жизни. Я ничего не знаю о ее судьбе. Может быть, ее и правда потом удочерили. Может быть, нет, и она покатилась по наклонной и спилась, как 90% детдомовцев. Может, преодолела всё и прожила достойную жизнь. А может, так и не научилась говорить и кончила свои дни в инвалидном доме.
А меня эта встреча перевернула. Я потом очень сильно тосковал по этому ощущению, когда мелкое теплое существо сидит у тебя на коленях и доверчиво обнимает. До сих пор считаю, что это – самое восхитительное, что может почувствовать человек в своей жизни, никакие сигары с коньяком, оргазмы и спортивные победы рядом не стояли.
Тоска прошла, когда родились мои собственные дети, а родились они довольно рано. С первого дня я их бесконечно обнимал, ласкал, таскал и тискал – но, конечно, не только тискал, но и укачивал, переодевал, мыл, кормил и делал всё остальное, что полагается делать с маленькими детьми. Случился в моей семейной жизни такой момент, когда я влюбился в другую женщину и задумался об уходе. Но задумался ровно на минуту, пока не задал себе вопрос: смогу ли я прожить хотя бы день без моих мартышек? Сразу понял, что нет, и вопрос был решен.
У моей жены была подруга Галя, которая вышла замуж за человека, помешаного на чистоте и порядке. Он мыл руки по двадцать раз в день и мог закатить скандал из-за одной крошки на полу или одной капли воды в раковине. Человек вырос в доме, полном грязи и тараканов, и двинулся на этой теме. Конечно, о детях в этой семье нечего было и думать, они ведь писают, какают, пускают слюни, срыгивают, размазывают еду по столу и так далее. Галя сперва переживала, потом смирилась.
Году на шестом этого брака Галя привела мужа к нам в гости. Он с опаской сел на наш не слишком чистый диван, держа руки на весу, как хирург перед операцией, чтобы ничего не коснуться. Но тут подошла наша младшая дочь, ей как раз было два года, и не говоря худого слова полезла к нему на колени.
Я прямо видел внутреннюю борьбу на его лице. Согнать вроде неудобно, не кошка всё-таки. Трогать – страшно и противно. Задал какой-то светский вопрос, типа как зовут твою куклу. Дочка охотно ответила, она в два года неплохо говорила. Сказала ему еще что-то, он ответил. Всё это держа руки на весу. Но постепенно он почувствовал, что ничего страшного не присходит, а происходит что-то хорошее, и перестал следить за стерильностью рук. Обнял дочку за плечи, покачал на колене, погладил по голове. Видно было, как человек оттаивает. Минут через двадцать он уже вел себя как любой другой гость в доме с детьми. Уходил очень довольный и жал всем руки, как нормальный человек.
А назавтра Галя позвонила моей жене в радостном потрясении: вернувшись от нас, муж потребовал немедленно, не откладывая ни на день, завести ребенка. Вот такая эстафета от Мартышки через мою дочь к Галиному сыну, который в ином случае мог бы и не родиться.
|
|
Ференц ликёр.
«Что венгру хорошо, то русскому смерть».
Сильно переиначенная мной фраза А. В. Суворова.
В не такие уж отдалённые времена довелось мне поработать в Венгрии на строительстве и запуске в работу одного небольшого завода. Само предприятие находилось на окраине села, километрах в сорока от Эгера с его, Эгера, крепостью, купальнями и винными погребами.
Жили мы в доме в том же селе. Мы – это три технических специалиста: инженер Андрей, специалист по всему что может самостоятельно двигаться и что-либо поднимать Серёга и я, Мишаня, в качестве технолога и программиста.
Со временем, худо-бедно, насколько позволяло знание языка, мы познакомились с нашими соседями по улице, в числе которых были Ференц и его жена Марта.
Ференцу было уже около семидесяти, но это был статный поджарый мужчина. Своей короткой стрижкой и седой бородой он чем-то напоминал Старину Хема. Марта же была невысокой женщиной с очень умными и красивыми глазами, которая постоянно что-то говорила. К сожалению, мы не понимали и четверти из её монологов.
При всём внешнем благополучии, Ференцу и Марте явно недоставало общения, особенно с детьми. У старшего сына детей не было, а младший, хоть и наградил их внуком, но сам был широко известным в узких кругах учёным и постоянно находился где-то на других полушариях Земли. Поэтому, когда в очередной приезд Серёга привёз свою семью вместе с пятилетним сыном, они были приглашены в дом Ференца. Потом ещё раз приглашены. Потом Серегин сын получил право приходить туда самостоятельно, когда ему захочется, и неизменно угощался разными домашними сладостями, которые великолепно готовила Марта. В конце концов, Серёга как-то раз пришёл из гостей и сообщил, что в следующий раз и мы с Андреем приглашены к Ференцу.
Несмотря на солидный возраст, Ференц являлся председателем местного охотничьего клуба, и его дом представлял собой этакий музей в миниатюре, где по всем стенам и углам были развешены-расставлены черепа, головы и чучела разных зверей и птиц. Позже, побывав там не один раз, мы стали замечать, что экспозиция периодически меняется. На наш вопрос о причинах миграции чучел, Ференц ответил, что местный музей периодически делает тематические выставки и берёт у него какие-нибудь экземпляры, а старые возвращает назад.
Надо сказать, что, похоже, национальными видами спорта в Венгрии являются взращивание и безудержное потребление стручкового перца (паприки) всех видов и любой степени остроты и производство местного фруктового самогона – палинки.
По-моему, паприка там везде: в хлебе, сыре, сосисках, колбасе. Лично сам видел, как один из наших рабочих-венгров обедал колбасой с паприкой и закусывал её болгарским же перцем вместо хлеба.
Палинку гонят все, даже принципиально непьющие. Гонят и из свежих фруктов и ягод, и из падалицы. Гонят крепкую – 50-60 градусов и «женскую» - 40 и ниже. Гонят яблочную, грушевую, малиновую, абрикосовую, сливовую, виноградную, ещёнепоймикакую, потому что название этих фруктов на русский язык не переводится. Лучшие рецепты хранятся под семью замками в тёмных мрачных погребах и передаются по секрету только на смертном одре.
Мы тоже пытались участвовать в этих видах спорта. Например, мы с Серёгой устраивали соревнования по количеству колечек острого перца в борще. Серёга вырвал победу у меня изо рта, съев борщ с шестью колечками, я же осилил только пять. Андрей в этой спартакиаде участия не принимал, благоразумно решив для себя, что запасным желудком и сфинктером его мать-природа не наградила. Зато Андрюха выгнал самую крутую палинку из винограда, который рос у нас во дворе.
Ференц же был непревзойдённым Мастером Палинки. Каждый раз, когда мы приходили к нему в дом, он доставал маленькие серебряные стопки и одну из бутылок из закромов. Разливал, и, под неизменное «эгишеги» - по-русски «на здоровье», мы выпивали этот нектар. У венгров не принято закусывать палинку, наоборот, следует подождать, подышать, «поплямкать», наслаждаясь послевкусием. Потому из закусок на столе был кофе, сливки и сладости, которые к нашему приходу готовила Марта. Бутылка пряталась, доставалась другая, с не менее вкусным содержимым, и всё повторялось. Так нас угощали тремя-четырьмя видами палинки, а затем мы напоследок пили кофе с плюшками от Марты.
И всё, как говорится, было хорошо, пока в один из визитов мы не попросили Ференца угостить нас своей самой крепкой палинкой. Ференц улыбнулся, что-то пробурчал себе в бороду и ушёл в закрома. Принёс он оттуда тёмно-зелёную плоскую поллитровку, до пробки набитую мелкими стручками перца. Оставшийся небольшой объём между стручками занимала жидкость. На бутылке красовалась этикетка с изображением мужика, подозрительно напоминавшего австрийского императора Франца-Иосифа и надписью «FERENC LIKER». Мы напряглись. «О! Именная!» - осторожно сказал Андрюха, и Ференц разлил по стопкам. Он сказал что-то по-венгерски, затем махнул стопку и продолжил речь. «Тю, фигня, - заулыбались мы, глядя на Ференца, - решил нас перцовкой напугать». Мы окончательно расслабились, и Серёга немедленно выпил.
Если бы Сергей в этот момент сидел за столом, то история, может, потекла бы в другом русле, но он, на свою беду, стоял. Взвизгнув и зарычав одновременно, Серёга выронил стопку из рук, два раза крутанулся вокруг себя и, фактически, исчез. Во всяком случае, я не заметил, как он убежал. Где-то что-то громко хлопнуло. Злые языки утверждали потом, мол, это была дверь, но мне кажется, что Серёга нечаянно преодолел звуковой барьер.
«Как-то странно он себя ведёт», - подумали мы с Андрюхой, и я тоже немедленно выпил. Ну что сказать… Видимо, в прошлой жизни, в средние века, я подделывал монеты, и меня тогда не поймали. А сейчас провидение вспомнило про мои грехи и, таки, решило наказать. Я никуда не побежал, не выл, не визжал. Меня просто пригвоздило к стулу, и мне казалось, что мне в рот залили расплавленный свинец, и он, свинец этот треклятый, сейчас сделает внизу меня дыру и вытечет на пол. При этом, я усиленно пытался сделать вид, что всё хорошо и, вообще, я такое каждый день перед сном пью, но у меня предательски дёргался левый глаз. На все эти телодвижения Андрей смотрел уже очень подозрительно. «Пей, не бойся, нормально всё», - сказал я ему чужим хриплым голосом, а потом зачем-то добавил: «Пей, а то из-за стола не выпустят». Андрюха обречённо вздохнул и выпил.
Ничего не сказал нам Андрей. Он,вообще, долго потом ничего не говорил, просто молча быстро выпил кофе, затем сливки, потом съел плюшки. Потом долго с надеждой смотрел на Марту, пока она не принесла ещё плюшек, и мы их быстро съели уже вдвоём. Потом пришёл Серёга выяснять что это было. И выяснил! Отсмеявшись, Ференц и Марта рассказали нам, что угостили нас перцовой настойкой, которую Марта готовит, чтобы втирать Ференцу в спину от ревматизма.
|
|
Даже на гастролях актёры старались выглядеть элегантно, особенно актрисы. Однажды Лев Дуров ехал в поезде в одном купе с Ольгой Аросевой. Поезд шёл ночью, и актёры улеглись спать.
Дурову не спалось. Он вертелся, вертелся и решил сходить в туалет. Напяливать рубашку и брюки не хотелось. Он сел на своей полке и стал прислушиваться, спит ли Аросева? Даже наклонился к актрисе, но та или действительно спала или тщательно делал вид.
Лев Константинович схватил висящий на вешалке элегантный халатик коллеги, надел его на себя, сунул ноги в её отороченные мехом домашние туфельки на каблучке и в таком виде вышел в коридор. Вернувшись, всё поставил и повесил на место.
Утром ничего не подозревающая Ольга Александровна облачилась в халатик и туфли и пошла умываться. Проходя мимо двух женщин, стоявших в конце коридора, случайно услышала тихий разговор:
- Смотри-ка, - говорила одна. - Ей за восемьдесят, а как шикарно выглядит!
- Шикарно? - возмутилась вторая. - Да ты её ночью не видела! Во-первых, на ней парик, а на самом деле она уже лысая! Во-вторых, она сейчас накрашена, а без макияжа у неё очень страшное, грубое, старое, морщинистое лицо! Хотя, надо признать, ножки очень стройные! Я сама видела.
|
|
Архитектурный конкурс в правительстве Москвы на тему урбанизации Крайнего Севера. А что тут такого, деньги лишними не бывают. В качестве свадебного генерала красноярский губернатор и тоже генерал с лебединой фамилией. От конкурсанта к конкурсанту его круглое рязанское десантное лицо вытягивалось и вытягивалось. Тут в зал входит очередной конкурсант, дама богемного вида в вытянутом свитере и с зелеными волосами. И начинает, растягивая глассные, представлять свой оригинальный дизайн жилого небоскреба для города Норильска. То что жилая башня на макете выглядела как эрегированный пенис, заставило генерала встрепенуться и подойти к макету поближе, в желании рассмотреть детали такого оргинального прочтения. Вопросы вызвала прозрачная округлая головка члена, пардон жилого дома. Это что - спрашивает генерал - и для чего эта ХХлупа? А это, говорит дама архитектор, пентхаузы с панорамным остеклением. Чтобы с верхних этажей любоваться зимними видами и северным сиянием. Чем любоваться, видами чего, Норильска что-ли, зимой? А то, что там минус 50 зимой вас не напрягает? Про отопление этой ХХлупы вы подумали? Нет, говорит архитекторша, не напрягает. Я все продумала. Я была в Гренландии и видела как там отапливаются дома подземными горячими источниками. Поэтому мы будем отапливать наши дома в Норильске подземными горячими водами. Но это она уже говорила в спину выбегающему и матерящемуся красноярскому генерал губернатору.
PS Спросите, зачем я решил рассказать эту давнюю историю. Однако история ничему не учит. Недавно я увидел проект этой многоэтажной стеклянной ХХлупы на новом архитектурном конкурсе по урбанистике Воркуты. Никто не в курсе, есть ли горячие источники минеральной воды под Воркутой?
|
|
Яблоки
- Сынок, купи яблочки, свои, домашние, не кропленные.
Именно это «не кропленные» и заставило Александра остановиться и обернуться. Так говорила всегда его бабушка в далёком детстве: не опрыскать, а покропить.
- Не кропленные, говорите, - подошёл он к прилавку.
Старушка с кучкой яблок оживилась и быстро затараторила:
- Не кропленные, не кропленные, со своего дерева в огороде, уродила в этом году яблонька, как никогда. Ты не гляди, что не такие большие, как у перекупок, то ж привозные, бог знает, откуда, там яду больше, чем яблока. А это ж наши, местные, - её руки быстро перебирали яблоки, показывая покупателю товар со всех сторон. – Они ж яблоками пахнут, а вкусные какие, ты попробуй, попробуй. Вот, гляди, гляди, - с каким-то восторгом продолжала бабка, протягивая яблоко, на котором была маленькая буроватая отметина – видишь, их даже червячок кушает, потому, как не кропленные.
Александр невольно рассмеялся после этих слов:
- Так они у Вас все червивые?
- Да нет же, - испуганно отдёрнула руку с яблоком старушка, - смотри, все целенькие, это одно попалось, не доглядела. Ну, червячок же ест, значит, и для человека безвредное, говорю ж, не кропленные.
Александру эти яблоки были и даром не нужны, он просто, проходя через вечерний базар, срезал угол на пути к дому. Но что-то в облике этой бабки, в её манере говорить, в открытом бесхитростном взгляде, в её способе убеждения червячком в правдивости своих слов напоминало его родную бабушку. Какое-то, давно забытое, чувство тёплой волной разлилось в груди, и Сашке захотелось сделать что-нибудь хорошее для этой старушки, торговавшей на базаре. Поэтому, не торгуясь, он купил два килограмма этих яблок, сам не зная зачем, рассказав, что у него дома сынишка приболел (он вообще здоровьем слабенький), кашляет и жена в положении, и что, наверное, им будет полезно не кропленные яблочки поесть. В общем, сам не понимая почему, Александр поделился с этой незнакомкой самым сокровенным, что мучило его душу.
Бабка охала, вздыхала, качала головой, приговаривая, что сейчас старики здоровее молодых, потому как, разве в городах сейчас еда? Это ж сплошная химия, и сам воздух тут тяжёлый и больной. Он кивал и соглашался. Когда уже собрался уходить, бабка вдруг схватила его за руку:
- Слушай, приходи завтра сюда же, я тебе липы сушёной привезу да баночку малины с сахаром перетёртой, от простуды первое дело. Так я привезу, ты приходи завтра.
Александр шёл с яблоками домой и улыбался, на душе было хорошо, как в детстве, когда бабушка гладила по голове своей шершавой натруженной рукой и говорила: «Ничего, Сашок, всё будет хорошо».
***
Родителей своих Сашка не знал. Бабушка говорила, что отца его она и сама не знает, а мать… мать непутёвой была. Как привезла его однажды из города, в одеяльце завёрнутого, так и укатила обратно. Обещала забрать, как жизнь свою наладит, да так и сгинула.
Бабушку Сашка любил. Когда она, бывало, зимними вечерами тяжело вздыхала, вспоминая дочь свою пропащую, прижимала голову внука к груди, целовала в макушку, он говорил:
- Не плачь, ба. Я когда вырасту, никогда тебя не брошу, всегда с тобой жить буду. Ты мне веришь?
- Верю, Сашок, верю, - улыбалась бабушка сквозь слёзы.
А когда Сашке исполнилось двенадцать лет, бабушки не стало. Так он очутился в школе-интернате. Бабушкин дом продали какие-то родственники (это когда они вдвоём с бабушкой жили, то Сашка думал, что они одни на белом свете, а когда речь о наследстве зашла, претендентов оказалось немало).
Кто жил в детдоме, тому не надо рассказывать все «прелести» пребывания в подобных учреждениях, а кто не жил, тот до конца всё равно не поймёт. Но Сашка не сломался и по кривой дорожке не пошёл. Отслужил в армии, приобрёл профессию. Вот только с девушками ему не везло. И хотя сам Сашка был высоким, спортивного телосложения, симпатичным парнем, все его подруги, узнав о том, что он сирота, быстро исчезали с его горизонта. Поэтому, когда пять лет назад он случайно столкнулся в супермаркете со Светкой (они воспитывались в одном детдоме), то обрадовался, как самому родному и близкому человеку. Света тоже была очень рада встрече. А через полгода они поженились, родился сын, вот сейчас дочку ждут. И, в общем-то, жизнь наладилась.
***
- Свет, я тут яблок тебе с Дениской купил на базаре, домашние, не кропленные, - протянул пакет жене.
Света, выросшая с рождения в детском доме, пропустила все эти эпитеты мимо ушей. Она помыла яблоки, положила в большую тарелку и поставила на стол. А спустя полчаса в комнате уже витал яблочный аромат.
- Слушай, какие классные яблоки, а как пахнут, - говорила Света, уплетая их за обе щеки вместе с сыном.
- Так домашние же, не кропленные…
Этой ночью Александру снилась бабушка. Она гладила его по голове, улыбалась и что-то говорила. Сашка не мог разобрать слов, но это было и не важно, он и так знал, что бабушка говорила что-то хорошее, доброе, ласковое. От чего веяло покоем и счастьем, забытым счастьем детства.
Звук будильника безжалостно оборвал сон.
Весь день на работе Александр ходил сам не свой. Что-то беспокоило, какая-то непонятная тоска грызла душу, к горлу периодически поднимался ком. Возвращаясь домой, он поймал себя на мысли о том, что очень хочет опять увидеть ту бабку с яблоками на базаре.
***
Евдокия Степановна (так звали бабку, торговавшую яблоками) слонялась по двору, тяжело вздыхала, раз за разом вытирая набегавшие на глаза слёзы. Давным-давно её старший сын погиб при исполнении служебных обязанностей (пожарником был), даже жениться не успел, а младшая дочь, красавица и умница, когда училась в институте в столице, вышла замуж за африканца и укатила в жаркий климат, где растут бананы и ананасы. Муж её покойный долго бушевал и плевался по этому поводу. А она что? Она только плакала, предчувствуя, что не увидит свою девочку больше никогда. Так и вышло. Пока ещё был жив муж, держалась и она. Ну, что же делать, раз жизнь так сложилась? А как два года назад мужа не стало, померк свет в душе Евдокии Степановны. Жила больше по привычке, прося бога, чтобы забрал её побыстрее в царство покоя.
Этот молодой человек, что купил вчера яблоки, растравил ей душу. Ведь чужой совсем, а как хорошо с ней поговорил, не отмахнулся… Что-то было в его глазах… какая-то затаённая тоска, боль, она это сразу почувствовала. Её материнский инстинкт прорвался в словах: «Приходи завтра сюда же, я тебе липы сушёной привезу да баночку малины с сахаром перетёртой, от простуды первое дело. Так я привезу, ты приходи завтра».
И вот сейчас, заворачивая в газету банку с малиновым вареньем, Евдокия Степановна непроизвольно улыбалась, думая, что бы ещё такого захватить для этого парня и его семьи. Очень уж хотелось ей порадовать человека и, конечно же, ещё немного поговорить, как вчера.
***
Вчерашнее место за прилавком было занято, и Евдокия Степановна пристроилась неподалёку, в соседнем ряду. Выложив кучкой яблоки, она всё внимание сосредоточила на проходящих людях, чтобы не пропустить.
Народ массово возвращался с работы. К этому времени Евдокия Степановна окончательно разнервничалась. «Вот же дура старая, насочиняла сама себе, напридумывала… и на кой ему слушать и верить чужой бабке», - досадливо думала она, а глаза всё высматривали и высматривали знакомый силуэт в толпе.
Александр вчера не придал особого значения словам бабке о липе и малиновом варении. «Эти базарные бабушки чего хочешь наговорят, лишь бы товар свой продать», - думал он. – «А вдруг и, правда, приедет? Не похожа она на опытную, бойкую торговку. Червячка показывала… вот же придумала…», - заулыбался, вспоминая бабкино лицо, с каким жаром она о червяке говорила. – «Эх, какая разница, всё равно ведь через базар иду, гляну, вдруг стоит».
Саша свернул в ту часть базара, где вчера стояла бабка с яблоками, пошёл вдоль прилавка, не видно бабки. «Тьху, дурак, развели, как малого пацанёнка, хорошо что вчера, с дуру, Светке не похвастал обещанной малиной». Настроение мгновенно испортилось, не глядя по сторонам Саша ускорил шаг.
- Милок, я тут, тут, постой, - раздался громкий крик, и Александр увидел спешащую к нему вчерашнюю бабку.
Она радостно схватила его за локоть, потянула за собой и всё тараторила:
- Место занято было, я тут рядом пристроилась, боялась, пропущу, думала, придёшь ли? Я ж всё привезла, а думаю, вдруг не поверил бабке…
Бабка всё «тарахтела» и «тарахтела», но Александр не прислушивался к словам, он на какой-то миг душой перенёсся в детство. Эта манера разговора, отдельные слова, выражения, движения рук, взгляд, в котором затаилось желание обрадовать человека своими действиями, всё это так напоминало его родную бабушку.
Он спросил: сколько должен, Евдокия Степановна замахала руками, сказав, что это она со своих кустов для себя варила, и принимать это надо, как угощение. А ещё говорила, что малина у неё не сортовая, а ещё та, старая, не такая крупная и красивая на вид, но настоящая, душистая и очень полезная. И Сашка вспомнил бабушкину малину, её запах и вкус, а ещё ему почему-то вспомнилась картошка. Жёлтая внутри, она так аппетитно смотрелась в тарелке, а вкусная какая. После смерти бабушки он никогда больше не ел такой картошки.
- А картошка жёлтая внутри у Вас есть? – перебил он старушку.
- Есть и жёлтая, и белая, и та что разваривается хорошо, и твёрденькая для супа.
- Мне жёлтая нравится, её бабушка в детстве всегда варила, - мечтательно произнёс Александр.
- Милок, завтра суббота, выходной. А ты приезжай ко мне в деревню, сам посмотришь какая у меня картошка есть, у меня ещё много чего есть… Старая я уже, тяжело мне сумки таскать, а ты молодой, тут и ехать-то недалече, всего сорок минут на электричке. Приезжай, я не обижу…
И Сашка поехал. Не за картошкой, а за утраченным теплом из детства.
***
Прошло два года.
- Наташа, печенье точно свежее? – озабоченно вопрошала уже второй раз Евдокия Степановна.
- Да, говорю ж Вам, вчера привезли, ну, что Вы, ей богу, как дитё малое? – отвечала продавщица.
- Дети ко мне завтра приезжают с внучатами, потому и спрашиваю. Дай-ка мне одно, попробую.
- Гляди, совсем Степановна из ума выжила, - шушукались в очереди, - нашла каких-то голодранцев, в дом пускает, прошлое лето Светка с детьми всё лето на её шее сидели. Видно, понравилось, опять едут.
- Ой, и не говори. Чужие люди, оберут до нитки, а то и по башке стукнут, дом-то хороший. Василий покойный хозяином был. Говорила ей сколько раз, отмахивается.
- Взвесь мне кило, хорошее печенье.
- Ну, наконец-то, - выдохнули сзади стоящие тётки. – Не тех кормишь, Степановна.
Евдокия Степановна, не спеша, шла домой и улыбалась. Что ей разговоры? Так, сплетни всякие. Родные – не родные, какая разница. Где они эти родные? За столько лет и не вспомнили о ней. А вот Саша со Светой помогают, да и не в помощи дело…
- Саша, а чего нам до завтра ждать? Я уже все вещи сложила и гостинцы упаковала, на последнюю электричку как раз успеваем. Поехали, а? - агитировала Светлана мужа, пришедшего с работы.
- Папа, поехали к бабушке, поехали, - подхватил Дениска, - там курочки, пирожки, вареники с вишней… там хорошо.
- Баба, - запрыгала двухлетняя Леночка, - хочу к бабе.
Александр посмотрел на своё семейство, улыбнулся, махнул рукой:
- Поехали.
Они сидели в электричке, дети смотрели в окно, периодически оглашая вагон восторженными криками: «Смотри-смотри!» А Саша со Светой просто улыбались, ни о чём особо не думая. Ведь это так здорово, когда у тебя есть бабушка, которая всегда ждёт!
|
|
Жена Баба Лена ужинает внуков Олега и Веру, десяти и восьми лет. Слышно только Веру - говорит безостановочно - остальные молчат. Проходя мимо, говорю: "Анекдот придумал. Верочка молчит, только когда жуёт". Верочка иронично-снисходительно: "Ха-ха". Возвращаюсь с перекура. Вера: "А я жевала. когда говорила ха-ха"...
|
|
Позвонила тут тёща, рассказала о своей триумфальной победе над «Мосэнерго». Ну, или как там называется организация, которая с москвичей берёт деньги за электричество. Дело в том, что моя тёща — москвичка. Не коренная, и не потомственная, — москвичкой она стала, когда несколько лет назад Москва аннексировала большой кусок Подмосковья. Причём московской стала не только тёщина квартира в совхозном доме, но и, что важно для этой истории, участок земли с садовым домиком в деревне под названием, то ли Старое Хреново, то ли Нижнее Жопово, не суть. Так вышло, что тёща довольно долго жила у нас, а потом поехала пожить в свою столичную недвижимость. И там её ждал сюрприз в виде счёта за электроэнергию, употреблённую в этом самом Старом Жопове. Внуки коммуналку в квартире оплачивали, а про участок не вспоминали, поскольку бывали там крайне редко — молодёжи весь этот садовый мазохизм малоинтересен. Вот и пришёл тёще счёт. Нет, неправильно: СЧЁТ! Потому что был он на сумму девяносто тысяч рублей. Тёща моя всякое за свою жизнь пережила, статус малолетнего узника фашизма о многом говорит, но этот сюрприз её, конечно, не обрадовал. Начала она названивать по контактным телефонам, с просьбой разобраться, как мог садовый домик с электрооборудованием в виде лампочки Ильича употребить такое количество электрической энергии, и не захлебнуться. Да что там, не захлебнуться, не утопить всё Верхнее Хреново. Тёща много лет проработала начальником ЦК (центральной котельной) и кое-что в энергетике понимает! Однако контактные телефоны существуют не для того, чтобы контактировать, а чтобы защищаться от контактов, так что результативной коммуникации не получилось. Походы в соответствующие конторы тоже результатов не принесли. Тем временем счета приходили новые, и сумма возросла уже до ста тысяч рублей! Мы ничего не знали: тёща говорила, что разбирается с оплатой, но о масштабах проблемы ничего не рассказывала. Тем временем ей начали каждое утро названивать люди, которые неприятными голосами советовали незамедлительно погасить долг. Рекомендации они перемежали угрозами и оскорблениями. Ситуация становилась совсем уж тупиковой, но тут тёще удалось узнать некий секретный номер очень большого начальника. В приёмной этого самого начальника тёще дали секретный адрес электронной почты, на которой она (с помощью внучки) отправила заявление. И, представьте себе, это сработало! Приехала комиссия, которая изучила счётчик, лампочку, и вынесла вердикт: долг есть! Но не сто тысяч, а девяносто. РУБЛЕЙ. Каковые девять червонцев тёща тут же и уплатила, потому что должницей быть не любит. Что, согласитесь, очень похвально.
После этого только она посвятила всех в этот сюжет, и попутно спросила меня, может ли она как-то добиться наказания для тех, кто ей звонил. Я сам по натуре скептик, поэтому промямлил, что для иска надо было записать разговоры, сходить в медпункт, зафиксировать повышение давления и уровня сахара… А сам думаю: фашистов она, трёхлетний ребёнок, победила, с «Мосэнерго» справилась… Может и тут добьётся?? Дай Бог!!
|
|
Петр Иванович по старой привычке встал рано. Он обычно гулял с Греем в это время. Теперь гулять было не с кем. Петр Иванович оделся и пошел по обычному маршруту. Он шел и думал о тех 14 годах, прожитых вместе с Греем. Под ногами шуршали желтые подсохшие листья. Когда то они договорились с женой, что это будет их последняя собака. Тогда им было по 60, а Грею 5 месяцев. Щенок был таким трогательным и толстолапым, неугомонным, любознательным и талантливым. А теперь все это закончилось. Петр Иванович развернулся, и побрел к дому. Навстречу ему шла девушка, почти девочка, рядом с ней прихрамывал немолодой пес с седой мордой.
- Ваш? – спросил Петр Иванович.
- Нет, - ответила девушка, - в соседней квартире мужчина умер, а овчарка осталась. Родственники дали две недели, что бы его пристроить, иначе усыпят или выкинут. А Джек уже старый, ему 10 лет, и старик никому не нужен. Вот, захожу в 11 квартиру, кормлю его, и выгуливаю. Пробую пристроить.
- Удачи Вам, - сказал Петр Иванович, и пошел дальше.
Весь день он думал о старом Джеке, но так и не решился поговорить с женой. Проворочался ночь, и заснул под утро. Он проспал дольше обычного, а когда встал, жены не было дома. На кухне лежала записка: «ушла в магазин». Петр Иванович решился, быстро оделся, схватил поводок Грея, и почти побежал к тому дому, где встретил девушку. Сентябрьский дождь барабанил по зонтику. Он позвонил в квартиру. Ему открыла стройная женщина.
- Я насчет собаки. Говорят, Вы собаку отдаете? - спросил Петр Иванович.
- А я его выкинула, - ответила женщина, - вот еще, только псины мне здесь не хватало.
- Но Вы же говорили, что даете 2 недели.
- Да мало ли, что я говорила. Надоел, жрал много, и спать на диван лез. Если уж он так Вам нужен, поищите возле дома, я его на улицу выставила.
Петр Иванович обошел вокруг дома, пробежал по кварталу, собаки нигде не было.
- Старый, долго на улице он не протянет, - подумал Петр Иванович, - надо надеть куртку и пойти поискать.
Петр Иванович уже почти дошел до своего дома, когда позвонила жена.
- Петенька, ты только не ругайся пожалуйста, не ругайся.
Опять какого ни будь бомжа накормила, или кота с дерева сняла, - подумал Петр Иванович.
- Да говори уж, - сказал он.
- Ты знаешь, я шла из магазина, а он сидел во дворе, через 2 дома, прямо под дождем. И записка лежала: «забирайте, не нужен», и папка с его документами. Я знаю, Петенька, мы договорились. Но он же седой, как и мы. Ты только не сердись, Петенька.
Петр Иванович посмотрел вперед. Под струями дождя, метрах в 20, стояла его жена. В одной руке она держала сумку с продуктами, а в другой – телефон. Джек сидел у ее ног. Петр Иванович побежал к жене. Ее седые волосы были мокрыми, очки совсем запотели. Он поцеловал ее холодные щеки, и взял покупки.
Втроем, под проливным дождем они пошли домой.
Елена Андрияш
|
|
Из рубрики "злободневное"
Моя подруга - глубоко творческий человек, совершенно чуждая политики и лишь местами касается экономики. Круг знакомых и друзей, как и у меня- очень широкий, причем мало пересекается с моим. Вечером в доме очень часто гости.
На днях поздно возвратился со встречи, подруга ( обожает готовить) - у плиты что то варит. По запаху чувствую вкусняшку, но сперва хочу взять мороженку, открываю холодильник и понимаю, что он под завязку забит лосятиной.
Выйдя из стопора машинально спрашиваю:
- К нам что, депутат приезжал в гости?
Подруга, ошарашенно:
- Да... А ты откуда знаешь? Вы ведь не знакомы и я тебе не говорила про него ни разу!
Я, ещё более охреневши:
- Да я пошутил вообще-то, сейчас во всех новостях этот депутат с лосем....
Подруга бросает суп и начинает судорожно набирать номер приятеля.
P.S. Лось добыт по официальной лицензии отцом ее приятеля, все совпадения в этой истории случайны.
( Навеяно историей https://www.anekdot.ru/id/705770/ )
|
|
Когда я угодил в больницу со сломанным позвоночником, супруга моя ненаглядная была на даче, и узнала о случившемся только спустя наверное неделю.
Узнав, она конечно тут же примчалась, и с порога закричала:
- Вот видишь?! Вот видишь?!
- Что видишь? – спросил я.
- Я же говорила! Я же говорила!
- Что ты говорила?
- Чёрная кошка!!! Помнишь?
Я напряг голову, и действительно вспомнил.
Как где-то примерно за год до этого мы шли домой, и дорогу нам перебежал чёрный котёнок.
- Стой! – испуганно сказала жена, и схватила меня за рукав. – Давай квартал обойдём!
Жена моя, несмотря на два высших образования, увлекалась Блаватской, Даниилом Андреевым, читала научно-популярную газету «Оракул» от корки до корки, и вообще верила во всякую чушь.
- С ума сошла?! – сказал я. – Щас, я из-за какой-то кошки домой через Китай ходить буду.
И самоотверженно шагнул вперёд.
- Ну что, вспомнил? А ведь я предупреждала! А ты меня не слушаешь!!!
Я был привязан к кровати, и спорить с женой в таком положении у меня не было никакого желания.
А когда она наконец ушла, изрядно утомив меня дачными новостями про колосящуюся редиску и соседей-алкоголиков, я вдруг подумал.
А ведь это получается что она всё это время, весь год про эту чёрную кошку помнила, и ждала подходящего случая, чтобы доказать свою правоту.
Я к чему вспомнил? Мне тут намедни голубь на бейсболку нагадил. Вы не в курсе, через сколько вообще приметы должны сбываться?
|
|
Жила в семье слепая девочка. Когда вся семья садилась за стол, девочка ощупывала свою порцию и говорила:
Опять мне меньше всех досталось. Думаете, что если я слепая, можно меня обманывать?
Так продолжалось несколько месяцев, пока мать не пошла к врачу, чтобы спросить, что ей делать. Врач посоветовал сварить тазик пельменей и поставить девочке на стол. Мать так и сделала. И вот ощупав нехилую порцию пельменей дочка произнесла:
Блиин, представляю, сколько вы себе нахренячили
|
|
У школьника отец, достаточно знаменитый теолог и теософ. В доме всегда много интеллигенции, разных представителей всех видных направлений мирового духовенства.
А дети, как раз наоборот, воспитываются обычным способом. Мол как вырастут - сами решат свое будущее, а образование нужно!
И вот как-то младший ничего не натворив в школе, просит отца придти. Его вызывает учительница.
Точно ничего не натворил? Точно.
Ладно, пойдем, разберемся.
Классная встретила отца тепло. Поговорили о том, о сем, о успеваемости. Отец в людях разбирается, и понимает что нужно то словоблудие вытерпеть до конца, потому что классная не может просто так начать эту тему, ради которой и вызвала.
Но к концу монолога все-таки пришла к той самой теме:
- Скажите пожалуйста, у вас в семье все в порядке? Ребенок никаких таких вне РПЦшных сайтов не посещает?
Отец то и понял, собсно вот оно. И решил играть роль Несведущего до конца:
- Что-то произошло? Расскажите.
Она запеклась. Хлебнула кофе и решилась напродолжить:
- Понимаете, тут недавно... Я распечатала одного ребенка... Крепко... сама не знаю как сорвалась на крик... Но и вы меня поймите, условия труда, требования сверху, мизерная зарплата... Не удержалась. Сорвалась. И тут подходит ваш сын, и спокойным голосом говорит: "Суть гнева является кратковременное безумие. И все что говорит человек это бред, его слова не несут никакого смысла, и все к чему ведёт его поведение лишь смерть как разума так и тела. Кто хочет с таким общаться?" Притом ваш сын говорил это так тихо, так отстраненно, что я моментально успокоилась...
Сам же отец когда это рассказывал, смеялся, и говорил что учительница говорила это крайне тактично и тихим скромным голосом...
|
|
На прием к психологу пришли супруги, прожившие в браке уже 15 лет. На вопрос психолога, в чем их проблема, жена начала гневную тираду обо всем, что ее не устраивало за все эти годы. Она говорила уже полчаса, не замолкая ни на минуту. Наконец, психолог встает, подходит к женщине, обнимает ее и страстно целует.
Когда поцелуй закончился, женщина осталась сидеть, молча застыв в оцепенении.
Психолог повернулся к мужу и сказал:
Вашей жене это нужно хотя бы три раза в неделю. Справитесь?
Муж задумался, а затем ответил:
Ну, я могу привозить ее сюда по понедельникам и средам, но в пятницу я играю в гольф!
|
|
У меня довольно сильная депрессия. Говорила с психиатром о назначении препаратов, и он спрашивает, имеются ли суицидальные мысли, на что получает положительный ответ. После просит заверить, что ничего подобного я с собой делать не буду, на что я ему говорю, мол, не волнуйтесь, сил всё равно не хватит. Очень порадовало его замечание: "Ничего, вот начнёшь таблетки принимать, так сразу силы на это появятся". Хороший врач, и подход интересный)
|
|
История, случившаяся со мной ещё в студенчестве, сразу скажу, не смешная. В определённый момент понадобилось мне новое жильё. После непродолжительных поисков удалось такое найти у одного дальнего знакомого, проживающего в другом месте, но квартиру имеющего. Договорились о цене, обговорили даты и в нужное время я был на месте. Подъезд моему взгляду предстал обшарпанный, окурки валяются, бутылки под батареями стоят... Красота, одним словом! Невесело ухмыльнулся, открыл дверь.
И вдруг меня, вот прямо так, хватают, как говорится, "за шкирняк". Как котёнка.
- Это чё такое? - и меня нормально так дёргают!
- Что такое? - перепугался я. Меня развернули и перед глазами возникла полноватая фигура со злобными глазками.
- Кто такой, клоун? - вот так вот сразу спросили меня.
- Жилец тут новый. Андрей, - ответил перепуганный я.
- Не помню такого тут, - говорит мне это тело.
- Так я же говорю: "новый". Только въехал. Я хозяина этой квартиры знаю - он мой знакомый.
- А чё он тогда сам тут не живёт, раз хозяин, - тело, судя по всему, было намерено продолжать допрос.
- Он новую квартиру купил, - оправдывался я.
- Звони ему!
- Но...
- Звони, говорю, ему!
И я позвонил. Эта ситуация меня так растормошила, что я тут же забыл обо всём. Когда тело услышало из телефона знакомый голос и подтверждение того, что я действительно теперь тут проживаю, то злобно сверкнуло глазками и удалилось. Я же стал обживаться, смакуя на душе мерзкое ощущение от первой встречи. Тем же вечером мне в дверь позвонили и когда я открыл, то снова увидел тело. Вздрогнул!
- На, - радостно протянуло оно мне бутылку пива. Я не пил и поэтому сказал:
- Я не буду.
- Спортсмен что-то? - злобно спросило тело.
- Нет, просто не пью.
- Тьфу ты! - тело сплюнуло. Прямо рядом с дверью. - Да нормально всё будет. На!
Я отказался опять. Тело проявило раздражение.
- Ну я же по-нормальному тебя прошу.
- Извините, но нет. Говорю же: не пью.
- Как же я вас ненавижу таких! - вдруг сказало оно.
- Каких это: "таких"? - не понял я.
- Правильных таких, - скривилось оно. - Ходите все такие идеальные, строите из себя невесть что. Я же тебе нормально говорю, ботаник, давай с тобой нормально пообщаемся, узнаем друг-друга получше, я же со всей душой к тебе. А ты нос воротишь. Ведёшь себя как падаль!
- Ну извините, - уже стал раздражаться я. Про то, что я с парнями обычно не знакомлюсь, я предпочёл благоразумно промолчать.
- Пошёл ты! - выплюнул он и вдруг добавил: - Как дал бы!! - и замахнулся.
Всё это, должен сказать, так насытило меня стрессом, что когда он ушёл, я ещё некоторое время ходил по квартире как потерянный ребёнок и боялся трогать в ней все вещи. Мне казалось, что сделай я лишнее движение и это тело опять придёт и сделает мне что-нибудь плохое. Никогда ещё я не встречал в своей жизни настолько типичное быдло и, будь я чуть по массивнее и покрупнее (и по увереннее в себе!), то непременно бы решил эту проблемку при помощи грубого слова, а возможно и вовсе силы. А ещё я осознавал, что, вероятнее всего, теперь у меня настанет по-истине "невероятная" жизнь. И не ошибся!
Тело пришло на следующий же день.
- Машину переставь, - без предисловий начало оно. - Ты на моё место её поставил. Я тогда только вышел из ванны и ответил, что сейчас, оделся, вышел и переставил. Тело ушло. Этой ночью оно очень громко слушало музыку, но спускаться к нему я не решился.
На другой день тело пришло опять.
- Машину переставь. Мешает. На моё место поставил.
Я испытал самое настоящее чувство "дежа-вю".
- Так я же уже на другое место поставил, - удивился я.
- Ты умничать будешь? - сверкнуло оно глазками. - Там тоже моё место.
- А где же тогда не ваше?
- Сам найдёшь! - и тело опять сплёвывает мне под ноги.
- Ну ладно, - и я опять переставляю машину. Лишь для того, чтобы тело пришло и на другой день, и ещё на другой с подобной же просьбой. В какой-то момент я даже стал воспринимать это как такую своеобразную игру в "сапёра". В одну из таких "ходок" тела я попросил его слушать музыку потише, но что тело сказало:
- Слыш, тебя вообще *волнует как я слушаю свою музыку?!
- Ну вообще-то да, - ответил осторожно я. - Я работаю и учусь, а вы мне спать мешаете.
- Беруши покупай, - такой был ответ.
Опять же, напомню, человеком я был хрупким и трусливым и с таким отношением к себе не сталкивался я даже в младших классах и поэтому, что делать я не знал. В каком-то смысле в тот момент я лишился "девственности". Тело не давало мне прохода при каждом удобном случае. Тело прибегало с угрозами и руганью, когда я по его словам "слишком громко топал", хотя я в этот момент мылся в ванной и топать физически не мог. Должно быть меня тогда подставлял сам домовой. Когда я встречал его в подъезде, то слышал либо претензию в свой адрес, либо колкий комментарий, направленный на мою излишне ботаническую внешность, либо и вовсе угрозу физической расправы и поэтому домой я старался прийти лишь поздней ночью, когда тело уж точно будет у себя дома и в подъезде я его не увижу. Когда же приходил момент идти на учёбу, то я весь сжимался словно маленький мячик и боялся подходить ко входной двери. В подъезде же я старался продвигаться тихо и зажато, как маленькая мышка среди огромной толпы людей-крысоловов. Часто в моих снах я был объектом для издевательств со стороны разных угрожающе выглядящих личностей (и почему-то все они выглядели в точности, как тело) и просыпался с колотящимся словно паровой молот сердцем. Иными словами: я не ощущал дом - своей крепостью; скорее уж тюрьмой. Жизнь моя превратилась в самый настоящий ад, в настоящий ужас, из которого ты не видишь выхода. Я вспоминал в тот момент словосочетание "лавкравтовский ужас", применяя его к телу. Он виделся мне злобным ктулху. Что было нужно от меня телу и почему оно проявляло такое излишнее внимание, мне было непонятно. Быть может тело вспоминало школьные годы, когда над ним издевалось и так сильно эти картины прошлого драги его израненную душу, что выплёскивало оно всю эту боль на мне. А может тело просто было "чудаком" с буквы "м".
Один раз я осмелел настолько, что сказал:
- Машину я переставлять не буду!
Вот как! Тут кажется, что я, говоря это, делал уверенный взгляд и гордо вздымал свою мужественную грудь, словно Геракл, взирающий сверху вниз на своего неприятеля, но увы... Даже буквы, когда я это говорил, получались у меня инопланетные и чуждые уху человеческому. А когда из рта моего донёсся последний бессвязный звук, то я был по-настоящему уверен, что сейчас умру. Тело же лишь сказало: "ну-ну" и ушло. Всё это время я не находил себе место. Я отпаивал себя валерьянкой и всё ждал, что сейчас тело вернётся с топором или кухонным ножом. Или с битой! Но время шло, тело не приходило... Я то и дело подбегал к двери и напрягал уши, отпаивая себя очередной заводской партией валерьянки. Утром я вышел во двор и увидел, что колёса спущены. Кто это сделал я знал, но сделал вид, что я этого не знал. До универа пришлось добираться на автобусе.
Своему знакомому я позвонил уже в автобусе, высказав ему всё, что о нём думаю. Нельзя так людей подставлять! Выслушав меня, тот искренне удивился и сообщил, что и думать не знал, что внизу живёт такой психопат. По его словам тело, когда там жил он, вело себя тихо и забито, а когда въехал я - внезапно раскрепостилось. Чудо какое-то - не иначе! Знакомый мой, кстати говоря, выглядел как самый полноценный советский антресоль весом под три тонны. Громкую же музыку он, как сказал, тоже не слышал. К сожалению, во всех остальных квартирах жили лишь мирные полуглухие бабульки и не было того, кто мог бы сделать телу внушение по-поводу шума. На этом мы и закончили разговор...
Всего я прожил в той квартире два месяца и всё это время я не переставал ощущать себя так, словно попал в ад. Тело постоянно надо мной подтрунивало и читало нотации. Ночами тело слушало музыку и стены тряслись. А один раз тело сказало, что неплохо бы скинуться всем подъездом на новые окна.
- Все уже сдали по косарю, - сказало оно с хитрыми глазками. - Неплохо бы и тебе с них пример взять.
- У меня нету, - соврал я.
- Ты уж найди, ботаник, я в тебя верю.
И на другой день, тело уже пришло, я отдал ему это тысячу. Поступить иначе, как бы я не хотел, не осмелился бы... Окон - удивительно! - так новых и не появилось...
Апогей такой жизни наступил к концу второго месяца. Я уже приспособился спать в берушах и ходить по подъезду как ниндзя - бесшумным шагом. Мастер у меня был что надо! Последние три дня тело напивалось и долбилось по ночам ко мне в дом. Поскольку я спал в берушах, то слышал лишь приглушённые "пухи" и вибрацию, ощущаемую спиной, а ещё музыку чуток, а утром находил на двери отметины ног. Словно ребёнок я закрывался тогда одеялом с головой и представлял, что всё хорошо. Для чего он это делает? Ясно, что не для хорошего и поэтому бояться я стал сильнее. А один раз я и вовсе заметил, что у моего окна мелькает какой-то странный агрегат, что был похож на селфи палку. Когда на другой день я всё же не смог от него увернуться в подъезде, то осторожно поинтересовался зачем это всё нужно.
- А чтобы ты не расслаблялся, лош*ра, - ответил он. На этот раз телу не понравилось, что я на него как-то странно смотрю.
- Ты уж не голубой ли часом? - спросило оно, заставив меня ответить "нет. - Ты смотри у меня, - ответило оно и ушло.
А тем же вечером полупьяное тело подошло ко мне на улице, когда я рылся в капоте машины и, ничего не говоря, зарядило мне по щеке кулаком.
- Как же ты всё же на голубого похож, - сказало оно. Я благополучно распластался на земле, а тело пнуло меня ещё раза три и ушло. Рёбра болели, лицо ныло, из глаз чуть на лились слёзы... А в голове только и было: "Беги! Оно же сейчас вернётся!". Дома я чуть ли не с паникой заметался по квартире и не знал, что нужно делать. Перед зеркалом обнаружились внушительные синяки. На душе стояла горячая смесь из эмоций, боль в теле... Тем же вечером я понял, что терпеть такое больше нельзя и пошёл в полицию писать заявление. А тем же вечером тело забрали. И тут началось! Звонила его мать, чуть не плакала, говорила забрать заявление, ведь, по её словам, тело за ней ухаживало, оно было ей единственным сыном, без него она бы погибла, так как была не ходячая. На тот момент я не знал, что у тела в квартире живёт кто-то ещё. В ответ на всё это нытьё я лишь заявил, что опасаюсь за свою жизнь.
- Да он больше не будет, - ответила мать, уже рыдая. - Димка всегда импульсивным был. Он же не со зла!
В ответ же я говорил все те случаи, когда её "Димка" не давал мне житья. Всё это время мать охала-ахала, плакала и говорила:
- Да он же не со зла!
Ну словно не человека выгораживала, а собаку - честное слово! Короче, заявление я решил забрать - не портить же жизнь человеку из-за такого. Когда "Димка" увидел меня в подъезде в следующий раз, то лишь зашипел:
- Не по мужски это! Как баба себя повёл! Мразь ты! - сплюнул мне под ноги и, вопреки ожиданиям, просто прошёл мимо. Не убил даже. Да что не убил! Даже плечом не толкнул! Ну словно другим человеком стал! Я же лишь пожал плечами и поскорее попытался оттуда уйти. Больше "Димка" себя не проявлял, но, как бы невзначай, плевал мне под ноги при каждой встрече. Музыку он тоже больше ночами не слушал (вернее слушал, но не так громко). А через две недели я, наконец, накопил достаточно денег и съехал оттуда к чёртовой матери, чему был очень и очень рад.
|
|
