Результатов: 156

151

Пастор Шлаг Пастернаку. (из переписки)

Во всём хотелось нам дойти
до полной жопы.
До мест вот этих. До черты,
до края чтобы.
 
До сучности текущих дней,
До правды рвотной.
До подоплеки, до костей.
До подноготной.
 
Всё время разрывая нить
судеб, событий,
опошлить всё и разлюбить.
Закрыть открытья.

О если был бы толк и прок,
хотя б отчасти,
Я написал бы кучу строк
о нашей власти.
 
О беззаконьях, о грехах,
паях и долях,
счетах, молитвах впопыхах,
в поту ладонях.

О том, воздастся как сполна
за жизнью краткой.
И черти свечкой со стола
поджарят пятки.

Горячим воском с ночника -
в глаза и в уши.
И нам не избежать никак
за равнодушье.

Я б разбивал стихи, как лёд,
всей дрожью льдинок,
как ледоруб с размаху бьёт
врага в затылок.

Обманутого большинства
и злость и мука.
Натянутая тетива
тугого лука.

152

vselenniy: наивысшим проявлением моего злого гения на старой работе был взлом почты начальника (серьезный очень дядя лет 40).
vselenniy: так как он писал много писем и почти не глядя - я сменил в автосоставлении письма строчку приветствия "Добрый день,[[TO=displayname]]!" на "Добрый день, Всем Чмоке в этом чате!"
vselenniy: после переписки с акционерами он неделю ходил красный

153

vselenniy: наивысшим проявлением моего злого гения на старой работе был взлом почты начальника (серьезный очень дядя лет 40).
vselenniy: так как он писал много писем и почти не глядя - я сменил в автосоставлении письма строчку приветствия "Добрый день,[[TO=displayname]]!" на "Добрый день, Всем Чмоке в этом чате!"
vselenniy: после переписки с акционерами он неделю ходил красный

154

Из переписки советского пионера с мальчиком
из дружественной Анголы:
- Папа и мама у меня черные,
сам я тоже черный,
утром мы пьём черный кофе
и я иду в школу голый,
потому что у нас тепло.
- А я белый, и папа и мама тоже белые,
утром мы пьём чай и я иду в школу.
Если бы мы утром пили чёрный кофе,
я бы тоже ходил голый,
но у нас холодно.

155

Вызывают одну крупную писательницу в НКВД и говорят:
- У нас есть сведения, что если бы вы сейчас попали за границу, то
остались бы у капиталистов. Мы вынуждены вас арестовать и посадить в
тюрьму.
- Но это же равносильно тому, что сказать: если бы ты не была
старой девой, то могла бы стать проституткой. Не так ли? - сказала
известная писательница.
- Мы ценим ваш юмор, поэтому даем вместо расстрела десять лет
без права переписки.

1234