Шутки про петровича - Свежие анекдоты

Результатов: 156

52

Про двух генералов

В критический момент Бородинского сражения французский генерал Шарль Огюст Жан Батист Луи Жозеф Бонами де Бельфонтен (нормальное имя, в то время бывали и пышнее) лично возглавил атаку одного из своих полков на эпицентр сражения - батарею Раевского.

Генералы той эпохи представляли собой превосходные мишени, если им приходило в голову возглавить атаку лично. Они были одеты картинно - высоченные треуголки, украшенные перьями, горящие золотом эполеты с косичками ручного девичьего шитья, ордена с бриллиантами, породистый конь под анафедроном в белоснежных лосинах. Они выделялись из прочей толпы, и это было полезно в сумятице сражений. Один вид генерала сам по себе был мандат, что генерал настоящий. В такое не переоденешься из полевого ранца.

Тут проблема была скорее для кутюрье - сделать так, чтобы цветастый ярче павлина генерал вызывал у войск отнюдь не смех, а почтительный трепет. И ведь получалось же.

И вот представьте себе, что вы противостоящий солдат на Бородинском поле. На вас лезет какая-то орда иноземного народу, а в руках у вас ружжо. Право по сути на единственный выстрел. Потому что ружжо долго перезаряжать, и подпустить врага лучше поближе. Дальше придется штыком. Если у вас осталась пушка и команда, то можно успеть пальнуть картечью дважды. Но потом опять штыки. И вот вы видите, что перед наступающими войсками гарцует явный генерал, во всем своем великолепии, а за ним огромная масса. На кого вы потратите свой единственный выстрел?

Так что генерал, возглавлявший атаку, был типа громоотвода.

Ну и солдаты, простые рекруты из деревни, смекали - нет, ну нифига себе! Если генерал перестал отсиживаться в тылах и ведет в атаку - значит, решаются судьбы империи. Как не помочь.

.. А в это время. Другой разряженный на всю голову генерал, по фамилии Ермолов, скачет мимо этой позиции по случайной причине - его послал Кутузов вообще в другое место. Должность Ермолова на тот момент была неопределенной - он не командовал ни армией, ни дивизией, ни даже взводом. Войну встретил начальником Главштаба Западной Армии, но не поладил с Барклаем и был отставлен. Так что должность его была просто "при Кутузове". Однако, скача мимо, он заметил безобразие - войска бегут с главной позиции. Ну и, вмешался. Обскакал войска, оборал, воодушевил, повел в атаку.

Генерал Бонами дрался до конца, был проткнут штыками. Однако, завидев бегущего на него гренадера, фельдфебеля Золотова, поднял руки, включил воинскую хитрость и воскликнул, что он неаполитанский король, маршал Мюрат.

Фельдфебель прикалывать генерала не стал и потащил его к Ермолову. Далее летопись:

"Дивизионный оный генерал, видевший гренадера, хотевшего заколоть его штыком, назвал себя королем; он, взявши его за шиворот, и привел к главнокомандующему, за что тут же получил Георгиевский крест"

А каков источник! Залюбовался названием:

"Исторические записки войны россиян с французами и двадцатью племенами 1812, 1813, 1814 и 1815 гг. (1818 г.)// 1812 год: Воспоминания воинов русской армии"

Это предшественник anekdot.ru 202-летней давности в разделе историй. С настоящими анекдотами в дореволюционном смысле: реальные достопамятные случаи, иногда забавные, иногда печальные, но заслуживающие рассказа в хорошей компании лихих гусар и восторженных барышень.

О дальнейшей судьбе генерала вики повествует вот что:

В плену Бонами находился до самого окончания Шестой коалиционной войны, после чего был отпущен на родину. 22 месяца плена, генерал провел в родовом имении А.П. Ермолова, с. Лукьянчиково. В 1985 г. орловские краеведы записали воспоминания жителей села, касающиеся пленного француза:

"Ермолов в плен его взял и к Кутузову притащил. Француз весь исколотый был, очень стонал, а у Алексея Петровича у самого рана в шею, но он и виду не подает. А Михаил Илларионович говорит: "Голубчик, ты его полонил, ты его и корми". И отправил Алексей Петрович того генерала в деревню к отцу"....... "Мы все, почитай, французы! Много девок тот генерал перепортил".

Впоследствии Бонами благополучно вернулся на родину, повоевал за Наполеона после его бегства с Эльбы и мирно умер в отставке в 65-летнем возрасте.

Ермолов, пережив значительно более тяжкие и многочисленные раны, дожил до 83, побывал послом Российской империи в Персии накануне разорванного на куски Грибоедова, потом много лет руководил Кавказом.

Примерьте это на жуткий XX век. Американский генерал лично возглавляет атаку на вражеские позиции и отправляет плененного им японского генерала домой к отцу, жить на его хлебах и портить местных девок. Или советский генерал выкидывает то же самое, отправляет пленного немецкого генерала к своему отцу на дачу, осеменять окрестных комсомолок. Это уж точно анекдот был бы, но современный - заведомо вымышленный. Почему? Генералы стали другими. Цвета хаки, чтобы лучше сливаться с местностью. В бункерах со многими накатами, чтобы лучше руководить войсками.

Эскападу с посылкой вражеского генерала домой к папе они могли в принципе устроить, но тайно. Без доклада главнокомандующему. И это непременно бы вычислили бдительные Органы - ФБР или СМЕРШ. Пришлось бы несладко обоим генералам - что пленившему, что плененному. Невзирая на подвиги, чины и заслуги.

Я считаю, в этом главная ошибка XX века. В моде стали режимы типа демократические или народные, но в терминах войны это по сути одно и то же - озверение, тотальное стукачество, безупречное подчинение даже дубовым или преступным приказам как фактор боеспособности. Отношение к войне как средству полного уничтожения сопротивляющегося противника, включая мирных граждан. Как следствие - массовые жертвы. Мне кажется, аристократия 18-19 веков воевала красивее, гуманнее и веселее. У этих людей были яйца, во всех смыслах.

Имя Бонами выбито золотыми буквами на Триумфальной арке в Париже. Имя Ермолова - нет. Хотя триумф тут в общем-то его.

55

Даже Ленин встанет

Сегодня было забавное. Заходит с утра ко мне в кабинет завхоз Петрович, бурчит приветствие сквозь усы и мотает головой куда-то в коридор.

- Салли Каэсовна, там… это…
- Что? - напрягаюсь.
- Я сунул… там… в угол… Брат у меня. В зеленом пакете!
- Что-что?
- Да форель! - рявкает он.

Делаю еще одну попытку разобраться.

- Что сунули, куда? Вы о чем?

Петрович набрал в грудь побольше воздуха, чтобы сформулировать для самых бестолковых.

- Форель я вам принес. Положил в морозилку, в угол. В зеленом пакете. Брат мне привез с работы, - и называет предприятие, где эту рыбу производят.
- Ну ладно, - говорю неуверенно. - А сколько я вам должна за форель?
- Дак я же сказал, что просто так принес, - Петрович уже утомился от моих расспросов и явно хотел поскорее уйти.
- А за что?
- Дак за херомоны эти вонючие!

Вот теперь прояснилось. Отдел, с которым у Петровича испокон веку были сложные отношения, — бухгалтерия. А контачить им надо регулярно, ведь Петрович завхоз и «начальник транспортного цеха». Помимо особой строгости к перерасходу бензина и туалетной бумаги, бухгалтерия славится тем, что в ней, как ни в каком другом отделе, силен стадный инстинкт. Одна сделала ногти «с дизайном» - все побежали и налепили такие же. Одна купила орхидею фаленопсис — через пару недель уже весь отдел заставлен горшками. Одна поставила себе на стол денежную жабу… и так далее. И когда я вернулась на работу в эту контору, для меня большой неожиданностью (и не скажу, что приятной) стало повальное увлечение бухгалтерии духами с феромонами. Сотрудницы там, конечно, по большей части вполне молодые (кроме главбуха), но, блин, зачем женщинам с высшим экономическим образованием и по большей части семейным, духи с феромонами в рабочее время?

Я про эту штуку не сильно много знаю, но вроде бы она сильно пахнуть не должна. Но… от этих чертовых феромонов запах стоял такой, будто все самые вонючие самки диких животных в течке собрались, чтобы привлечь сексуальных самцов конкретно в нашу бухгалтерию для спаривания и дальнейшего совместного воспитания потомства. То ли они льют эти феромоны не туда и не так, то ли пьют, то ли им продали дешевую подделку из ссанья, но находиться в бухгалтерии стало невозможно. А Петровичу там находиться приходилось, повторюсь, регулярно. То ли на него феромоны не действовали, то ли, наоборот, действовали, но орал он громче обычного и ходил мрачнее тучи, нюхал свою рубаху и плевался.

- А чем это у вас так пахнет… ммм… интересно? - полюбопытствовала я сквозь рвотные позывы, когда мне тоже пришлось зайти в бухгалтерию. Я и раньше чувствовала, что чем-то странным воняет от сотрудниц этого отдела, но когда они все вместе в одном стаде в одной стае — это реально то, что способно сбить с ног даже вполне крупного хищника. Свое отношение к неумеренному пользованию даже нормальными духами, не являющимися химическим оружием, я уже высказывала.
- Духи с феромонами, - горделиво прощебетали дамы.

Я не постеснялась спросить, зачем им весь этот животный магнетизм на работе (вдруг начальник централизованной бухгалтерии, когда они пойдут туда с бумагами, не выдержит и овладеет ими прямо на рабочем столе), а экспериментаторши объяснили, что это духи «нового поколения», и настоящий эффект от них наступает спустя несколько часов использования, когда выветривается «все лишнее». В общем, как раз к вечеру они этим будут радовать личных мужей, а не посторонних мужиков. У какой-то из них сестра барыжит этими волшебными снадобьями для особо отбитых дур.

- Девушки, но вы в курсе, что дышать здесь невозможно? - уточнила я.
- Так к нам никто не ходит, кроме Петровича, а ему все равно, - фыркнули они.

Никто не ходит. Угу. Коллеги жаловались мне на нашу сексуально озабоченную бухгалтерию пачками, кто-то даже ходил ругаться, но что тут еще предпринять, если бухгалтерия хочет ебстись с извращениями довольна и ей пофиг на страдающих сотрудников? У нас в правилах внутреннего распорядка указано, что на работе запрещено использовать парфюм и другие вещества с резкими запахами, если только они не предназначены для дезинфекции или устранения ЧП. Я это правило знаю точно, потому что соответствующий пункт был внесен в документ лично мной, питающей неистребимую ненависть к людям, которые не умеют пользоваться духами, поэтому ссут и потеют ими вместо того, чтобы наносить в небольших дозах туда, где их будут нюхать лишь избранные счастливцы. Однако за нарушение этих правил никакого серьезного наказания по закону нет.

Директор Сергей на жалобы сотрудников отвечал невразумительно. Он вообще такой… непробиваемый. Старается поменьше контактировать с народом, и жаловаться ему на каких-либо сотрудников (если речь идет не о рабочих вопросах, а о межличностных) — полный тухляк. И я поняла, что дальше действовать будем мы с Петровичем.

Пришла к нему и говорю:

- А когда у нас директор и бухгалтерия вместе едут в централизованную бухгалтерию?
- В четверг, - говорит Петрович.
- На разных машинах?
- Конечно, - с достоинством отвечает он.
- А может такое быть, - спрашиваю осторожно, - чтобы одна из машин должна была срочно отъехать в сервис, и директору пришлось ехать вместе с бухгалтером?
- Зачем в сервис? - не понимает моих намеков Петрович.
- Ну, фары протереть… Воды в омыватель залить…

Наконец, я объяснила завхозу прямым текстом, что у него есть единственный шанс поправить свое и наше бедственное положение.

В назначенный день директор вынужден был сесть в одну машину с бухгалтершей и главбухгалтершей. Причем в машину, на которой бухгалтерия и так ездила регулярно, а не в ту, которая возила обычно его. Обратно Сергей вернулся на такси. Вызвал к себе главбуха и сказал кратко: если завтра будет хоть чуть-чуть вонять — он уволит всех и наберет других. Которые не воняют.

...И вот Петрович пришел выразить мне свою признательность. А уходя спросил:

- А что, правда, если набрызгаться такими духами, то у кого угодно на кого угодно встанет?
- Ну… я не знаю, не пробовала...
- Я думаю, - веско произнес Петрович, - что от этого запаха даже Ленин встанет. И убежит в лес и там закопается, чтоб не нюхать.

56

Члены Партии Регионов, считают героическим поступок своего
депутата, который ударил в зале Верховной Рады, Арсения
Петровича Яценюка.

Пожалуй настоящим героем он стал-бы или скорее всего был-бы
, если бы ударил Виталия Владимировича Кличко...

57

Случилось это в стародавние времена. В одном НИИ, занимавшемся радиотехникой, поссорились начальники двух лабораторий: назовём их Иваном Ивановичем Ивановым и Петром Петровичем Петровым. Иван Иванович был глубоким специалистом в области радиоламп и писал кандидатскую диссертацию по устройствам на радиолампах. Но в это время на смену радиолампам пришли полупроводниковые приборы, и диссертация стала неактуальной. Иван Иванович сердился и пытался всем доказать, что радиолампы не исчерпали своих возможностей. Напротив, Пётр Петрович с особым рвением стал заниматься полупроводниками, даже на курсы повышения квалификации ходил. И это не нравилось Ивану Ивановичу.
Однажды у НИИ случился юбилей, по этому поводу за городом в подшефном пионерлагере (а была осень, детей уже вывезли) был устроен фуршет для высокого начальства, начальства среднего и мелкого, а также для прочих неруководящих сотрудников. И посадили Ивана Ивановича и Петра Петровича рядом. После нескольких тостов и фужеров выпитого между Иваном Ивановичем и Петром Петровичем вспыхнула дискуссия, касавшаяся радиоламп и полупроводников. Стали даже друг дружку за грудки брать.
- Может, выйдем? - предложил Иван Иванович.
- А давай! - согласился Пётр Петрович.
Дуэль была без секундантов. Все ждали итогов.
Наконец, появился Пётр Петрович и торжественно всем объявил, что Иван Иванович случайно упал и сломал руку. По этой причине он срочно вызвал такси и уехал в поликлинику.
Короче, прогресс победил.

60

История эта так сказать в тему, но в начале я хотел все же положить высказывание Чарльза Буковски: «Проблема этого мира в том, что воспитанные люди полны сомнений, а идиоты полны уверенности».
Есть такой и в нашей бригаде, нет-нет не Буковски, просто Ваня, ну или Иван. Уверенный на сто процентов, что ничего его взять не может, а если может, то такого просто нет.
-Ваня, ты это, походу бы хотя бы не шарахался где попало, у нас же дети, мы-то свое прожили, - бухтел Петрович, - принесешь нам какую то заразу, потом из-за тебя...
-Кончай, Петрович! Мне же надо шагать по карьерной лестнице, глядишь когда вы все ластами щелкните и места бугра освободится. Меня то эта хрень точно не возьмет, да и нет и ее! - ухмылялся тот.
Такие разговоры возникали все чаще и чаще на фоне телевизионных сводок. Но Ваня был не убеждаем. Кремень, одним словом.
-Слышь мужики, кто сегодня к бабе Дуне? - ближе к обеду заволновался кто-то, - или в магазин сходим? Там конечно подороже, но баба Дуня вчера как то странно кашляла. Народу то к ней немерено ходит, мож, подцепила чего.
-Да ладно, у нас же есть гонец, не убиваемый, а бутылки тем же самогоном и протрем. Я слышал спирт наповал эту херню ложит. А тем более баб Дунин первач!
Рассуждения народа как бы шли своим чередом, но все почему то смотрели на Ивана.
-А че я?! Почему я?, - начал упираться потихоньку тот, - чуть что сразу я.
-Да тебе же похрену, эта хрень тебя не берет, что очканул то. Держи деньги и двигай потихоньку, скоро обедать будем!
-Ну ладно, доходяги, выручу вас, хотя лень конечно! - произнес Иван и поперся к бабе Дуне.
Через полчаса была накрыта «поляна». И первым к ней ломанулся Ваня. А что, заслужил, гонец все же!
-Э-ээ, ты это, притормози-ка вон там, - остановил его окриком Петрович, придвинув к себе совковую лопату, - дистанцию в полтора метра соблюдай.
-Да вы чего, мужики!? - возмутился тот и сделал еще один рывок.
-Ваня, я не шучу, лопата как раз полтора метра и упаси тебя боже придвинуться ближе. Ты же знаешь мой опыт работы с ней, хрен промахнусь! - Петрович был серьезен.
Народ разлил помаленькой и захрустел соленым огурчиком. Ваня пробежался по окружности, но лопата Петровича имела неплохой радиус.
-Ты это, не нервничай, Ваня! Тебя эта хрень все равно не берет, а у нас дети, нам дезинфекция обязательно нужна. На тебе то вон никакой защиты, шарахаешься где попало. Повремени, если что останется, я тебе на лопате подам. - Петрович был неумолим, а народ похрустывая огурцом был солидарен. Самогона, кстати, так и не хватило. Почему то.
Утром следующего дня, Петрович был взволнован.
-А где Ваня то, где Ваня?! - Осматривая бригаду, беспокоился он.
-Слышь, хорош выеживаться, здесь я, здесь! - раздался голос.
-А, вот! Да тебя же Ваня хрен узнаешь, в маске то и перчатках, тяжело вздохнул Петрович.

61

- Мужики, кашлять умеете?! - вопрос шефа выбил из колеи весь коллектив, все так и замерли с открытыми ртами, - ну не тяните мужики, умеете или не умеете?
- Да конечно умеем, Сергеич! Что там уметь то? А к чему это?
- Не до вопросов сейчас, объясню чуть позже, а пока, кашляйте мужики, кашляйте! Я сейчас сюда с людьми зайду, выручайте! - и шеф метнулся за дверь. Мужики, а было их человек десять, посматривали друг на друга, пожимали плечами, прикашливая как бы разминаясь и только хотели выдвинуть первые версии, как дверь вновь распахнулась. Шеф был не один. - А вот здесь у нас производство. - произнес он и прикрыл рот и нос носовым платком. Но его слова и так глушил безудержный кашель раздающийся в помещении, - вы тут осмотритесь, Петрович вам все покажет. Эй, Петрович, покажи производство проверяющим! - так же не отрывая платок крикнул он и ломанулся к дверям. - Я вас около бухгалтерии подожду.
Проверяющие дико озираясь по сторонам, тоже шарахнулись следом за ним от приближающегося к ним, покашливающего Петровича. Народ так ничего и не понял, но кашлять не переставал. Минут через двадцать вновь появился шеф. - Спасибо мужики, спасибо! С меня премия!
- Ты хоть объясни что к чему. Кашлять то можно прекращать?
- Да ты чо, Петрович, атипичная пневмония ведь бушует?! - выдохнул шеф.
- И чо?
- Да то, для кого то чума, а кому то мать родна! Эти прямо на проходной акт подписали. Эх, под шумок бы еще пожарную проверку пройти...

История правда написана во времена атипичной пневмонии, но что-то думается мне, актуальности своей не потеряла.

62

Приходит мондавошка в агенство по найму персонала устраиваться на работу. Ей предлагают отправиться к Ивану Ивановичу на усы. Она уходит, а через день возвращается и говорит:
Я не могу работать у Ивана Ивановича на усах, он курит, а у меня на табачный дым аллергия!
Ей говорят: Хорошо, ступай к Петру Петровичу на член. Она уходит, но через день опять возвращается. В чем дело?
Я не могу работать у Петра Петровича. Засыпаю у него на члене, а просыпаюсь на усах Ивана Ивановича, а он курит, а у меня на табачный дым аллергия.

65

Муж жене: - Где пила? - Ой, Вась, да ты что! - Где пила, я спрашиваю!? - Да у Петровича вот... - Зачем дала!? - Ой, Вась... - Зачем дала, падла! - Ой, он так просил, так просил, умолял... - Пойди, забери пилу, но чтобы больше никогда не давала!

70

Партсобрание 1976 года разделило жизнь Ивана Петровича на до и ПОСЛЕ. Это самое ужасное после было неведомым, но при этом жудким и страшным. Не далее как накануне вечером он был ещё совершенно обыкновенным партийным семейным человеком, а сейчас, стоя красный как рак перед сослуживцами, не мог найти слов для оправдания. О, если бы он вчера не побежал обедать, а всего лишь убрал бы вещи в портфель, в его тихой и счастливой жизни не было бы этих ужасных перемен. Дело в том, что Иван Петрович, будучи ещё со студенческой скамьи глубоко женатым человеком, завел шашни с секретаршей самого великого и могучего босса. Это было бы не так страшно, если бы босс не был отправлен в свое время в их контору с понижением, можно сказать обретя в ней свое "кладбище слонов". И вчера он умудрился оставить в обеденный перерыв среди рабочих документов её любовные признания - чувство их было глубоко искренним, страстным и отдавались они ему безо всякого остатка. Шеф же имея ещё с партийной работы привычку перебирать документы своих сотрудников на предмет хороших идей, доработав которые можно что-нибудь для себя такое организовать, нашел сие излияние души. Накал страстей Иван Петрович понял уже вернувшись с обеда, когда услышал дикий ор шефа в перемешку с рыданиями его возлюбленной. Наш герой быстро все понял и по мере возможности принял удар на себя. Секретаршу это конечно не спасло - она была уволена на следующее же утро, ещё до партсобрания в расширенном составе. Шеф на пару с не менее грозной главой партийной ячейки устроил несчастному Ивану Петровичу настоящий ад. Привлечена была жена последнего, друзья и люди со всех соседних отделов. Стены конторы не слышали ничего подобного года с 37-го, да и результат для провинившегося был поистине страшен - его ИСКЛЮЧИЛИ ИЗ ПАРТИИ. За единичным исключением близких друзей против всемогущего шефа, сохранившего некоторые былые связи, идти не был готов никто. Жена, осознав всю низость падения мужа, забрала ребенка и уехала к маме. Очередь на квартиру, в которой Иван Петрович стоял много лет, так же была потеряна. С работы он ушел сам, перейдя на скромную должность в отраслевой НИИ. Одно радовало - уволенная секретарша, несмотря на пережитое потрясение, продолжала с ним видеться, и ни в чем не винила. А главное - наступила весна, а значит - пора главного увлечения всей жизни Ивана Петровича- рыбалки. В этой стезе наш герой был истинным докой, и как говорится, знал места и умел прикармливать. На семейном столе нередким гостем был осетр, а это как вы наверняка знаете, нечастый улов. Одним из рыбаков, которых на своем веку немало знал Иван Петрович, был интересный и элегантный мужчина с красивой осанкой и орлиным взором. Даже на рыбалку он одевался как заправский франт, держал себя с достоинством, не пил водки и что главное - молчал. Все общение с ним было построено на системе жестов, которыми наш рыбак владел крайне профессионально. Первые пару встреч Иван Петрович даже подумал, что его сосед немой, но на третий раз тот коротко спросил: Как семья? И получив ответ одобрительно кивнул. Так продолжалось много лет. На этот раз Иван Петрович в процессе лова крепко задумался о жизни. И сам того от себя не ожидая, расплакался как ребенок. Собственно, ни карьеры, ни семьи - кроме рыбалки и редких посещений возлюбленной, вынужденной прозябать по его вине на тяжелой работе (её шеф выгнал с полноценным волчьим билетом), в его жизни не осталось ничего светлого. В этот момент Иван Петрович почувствовал как рядом с ним присел тот самый знакомый "франт". Обняв его за плечо, он сказал одно слово: Рассказывай. И наш герой честно и без прикрас, как мог, рассказал все, что случилось.
Выслушав, "франт" молча встал, сделал "понимающий" кивок головой и знак глазами, и ушел ловить рыбу на свое место.
Выговорившись, Ивану Петровичу стало сильно легче. Жизнь уже не казалась ему полной боли и отчаяния, даже клев как то веселее пошел. Уходя, он подошел к франту и сказал ему "Спасибо". Тот молча кивнул.
На следующих выходных "франт" молча протянул Ивану Петровичу визитную карточку руководителя крупной организации и сделал знак "позвони", причем в ультимативной форме. Набрав по номеру, наш герой был удивлен приглашением на собеседование, после которого его приняли на весьма приличную должность в конторе, строившей очень много своего, да и чужого жилья. Как потом выяснил наш герой, попасть в нее с улицы было нереально, а очередь на квартиры была в ней одной из самый коротких в столице. Но главное было впереди! В среду Иван Петрович был разбужен поздним звонком.
- Ваня!
- Это ты, Миша? Чего так поздно!
- Ты себе не представляешь, что у нас сегодня произошло в конторе!
- Что же?
- Шеф ПОТЕРЯЛ ПАРТБИЛЕТ!
-.... Разыгрываешь, наверное?
- Нет, я совершенно серьезно. Ты даже себе не представляешь, какая была сцена! Он на пол осел, валокордин подносили! Ведь он его только в нагрудном кармане, у сердца носил и никогда не вынимал! А тут партвзносы оформлять - а билета нет!
- Да уж, сильно, сильно...
- Интересно, что завтра будет - все на ушах стоят, за всю историю партячейки такого ещё не было!
В четверг тот же бывший сослуживец и друг Миша сообщил, что на срочное партсобрание приехал аж ИНСТРУКТОР ЦК КПСС - птица настолько высокая даже для шефа, что всех присутствующих пробил холодный пот. Были оглашены множественные огрехи по партийной работе, и выдвинуто решение " в связи с совокупностью обстоятельств партбилет не восстанавливать". Карьера великого и могучего шефа подошла к концу.

Иван Петрович спешил на рыбалку как никогда раньше. Ну конечно, нужно же поделиться с соседом своей радостью!
Но таинственный "франт" исчез навсегда.

Откуда эта история? Один из моих коллег по бизнесу в начале 90-х купил свою "голубую мечту" - дачу в знаменитой Малаховке. Его соседом был красивый неразговорчивый старик. Старший товарищи предупредили коллегу, что бы к соседу относился с глубоким уважением - это пусть и отошедший от дел, но все таки очень уважаемый вор в законе.
Знакомство долго не завязывалось, но как то сосед позвал коллегу на шашлыки. И в ответ на рассказ о помощи детским домам рассказал вот эту историю.

71

В парикмахерскую присылают практиканта, наставником ему назначают старого парикмахера Петровича. Когда в салон приходит клиент, то практиктиканту велят его обслужить, а в случае чего звать Петровича. Парень клиента постриг, причесал, стал брить и порезал тому щеку. Зовет Петровича.
— Петрович, Петрович, я клиента порезал.
Петрович приходит и размахивается, что бы ударить практиканта, но тот уворачивается и оплеуха достается клиенту. Практикант начинает брить дальше, делает порез на другой щеке, и опять зовет Петровича
— Петрович, Петрович, я опять клиента порезал,
тот приходит и опять размахивается, но снова попадает по клиенту. Практикант продолжает брить.
— Ой!, говорит практикант.
Дальше клиент шопотом:
— что?
Практикант (тоже шопотом):
— знаете, я Вам ухо отрезал,
Клиент:
— Петрович видел?
Практикант:
— нет.
Клиент:
— ну тогда выкинь его нафиг.

73

Пару слов о скромности

В жизни каждого человека есть люди, глядя на которых ты восхищаешься. Иногда просто в голове не укладывается, как человек может все так понимать и разбираться в таких сложных процессах.
Сергей Петрович всегда вызывал у меня именно это чувство- глубокого восхищения. Более того - рядом с ним я все годы нашего знакомства чувствовал себя ребенком, ходящим под стол, и удивительнее всего то, что хотя столы по мере моего роста становились повыше и пороскошнее - я все равно в присутствии Сергея чувствовал, что мое место именно под ними.
Сказать, что Сергей Петрович разбирается в политике и экономике - это не сказать просто ничего. Тех тонкостей и хитросплетений внутреправительственных и внутрикорпоративных отношений, которыми владеет он - я не слышал даже от совсем высокопоставленных людей. При этом я прекрасно понимаю, что мне рассказывают лишь то, что можно рассказывать, то есть очень немного и крайне поверхностно.
Что мне ещё больше нравится в этом человеке - это сочетание идейности и скромности. Сергей Петрович плотно занимается благотворительностью, причем тем, что называется структурный подход ( это когда вы не просто перечисляете бабла в детский дом или привозите инвалидам одежду в подарок, а процесс, когда из ребенка, от которого отказалась мать-алкоголичка вырастает под чутким присмотром специалистов полноценный член общества - хирург областной больницы, сварщик высшей категории или даже крутой айтишник, а не спившийся таксист в подаренной государством комнате).
Помню, когда на вопрос о хороших часах, а точнее их отсутствию у него на руке, он мне объяснил, что на эти деньги можно вывести в жизнь нескольких сирот, и что он уже несколько таких дареных продал, включая подарок Первого лица - я прямо сказать застыдился, хотя тоже немало сделал для Родины. Одних налогов на пару московских школ под ключ наберется... Но не об этом сейчас.
Год назад меня за помощь по бизнесу пригласили на полностью закрытое мероприятие. Даже в пору моего расцвета на такие приемы мне был доступ закрыт. "Ты, брат, конечно сын, внук и правнук, но про сверчка помнишь?" - примерно таким был ответ на мои робкие вопросы из области "А почему?". Люди были подстать месту - согласно этикету все в мундирах, с колодками, звездами. И тут...
Я вижу Сергея Петровича, в простом костюме стоящим с первым лицом ключевого органа в наши дни. Улыбнулся ему, смиренно дождался в уголке возможности перемолвиться и на подходе его ко мне увидел малюсенькую сиротливую планку на пиджаке, которая при ближайшем рассмотрении вогнала меня в глубочайший ступор. Планка была голубого цвета.
Вижу, ты удивлен? -Да, есть маленько... Понимаю. Первый раз надел. Положено сегодня, все же повод есть.
Давно получили? Я даже не слышал про Вас... - И не услышишь. Уже 20 лет скоро будет. (Кивает на одного из присутствующих) -Нам с Мишей одним закрытым приказом дали, ему правда звезда досталась. Только он не носит - знает, что не заслужил. А я все же кое- что сделал. Могу раз в жизни надеть - даже на свадьбу дочери не надевал. За что- не спрашивай. Лишнее это.

74

Захожу к менеджерам, выбираю самого молодого, протягиваю папку с договорами.
- Бегом в ООО "рога и копыта", заходишь в бухгалтерию, и говоришь:"Девочки! Я от Виктора Петровича! Нужно срочно договора подписать." Всё понял? Тогда бегом!
Хлопчик пошел к шкафу утепляться, я на выход. Уже в двери слышу:
- Ты там на счет "девочек", сильно губу не раскатывай! То шефу они "девочки", а тебе в бабушки годятся!
Пришлось вернуться.
- Как я сказал, так дословно скажи! Тебе пофиг, а им приятно!

75

Заходит мужик в ресторан, заказывает бутылку водки и подзывает официанта:
— Человек, бабу мне организуй, 50 баксов даю!
— Извините, у нас пока все девочк и заняты, есть только Петрович.
— Да ты что, какой Петрович, я не по этим делам!
Заказывает еще бутылку водки, выпивает.
— Официант, бабу хочу, реши вопрос, 100 баксов дам!
— Прошу прощение, но девочки все заняты, могу предложить Петровича.
— Да пошел ты…….. я не по этим делам.
Выпивает третью бутылку.
— Гарсон, 200 баксов за бабу даю!!!
— Увы, но кроме Петровича никого нет.
— Ладно, хрен с тобой, давай своего Петровича, хоть я и не по этим делам.
— Простите, но Петрович стоит 400 баксов.
— Сколько?!
— 400.
— А почему так дорого?!
— 100 баксов мне, 100 Петровичу и еще по 100 двум мужикам, которые его держать будут, потому что он тоже не по этим делам.

76

Соврал бы чего-нибудь, Петрович, - попросил Серега сидящего на соседней кровати Петровича, - скучно ведь сил нет.

- Соври ему, да, - притворно обиделся старый бугор, - я вообще не вру, не имею такой привычки, а раз тебе скучно, иди вон вокруг вагончика пару кругов по лесу нарежь, а потом можешь в сортир сбегать для окончательного веселья.

- Я и за один круг от холода околею, Петрович, - усмехнулся Серега, - и в сортир мне не хочется совсем. И так минус сорок, а там еще дует снизу. Я, пожалуй, до следующего года потерплю с сортиром. Пять часов осталось, а первого января потепление обещали резкое. Ты б действительно рассказал чего, чтоб время скоротать.

- Какая нежная молодежь пошла, - продолжил ворчать, Петрович, - дует им, сходи хоть водку принеси из предбанника, полчаса уже охлаждается, замерзнет, будем под бой курантов грызть ее за праздник.

- Нежная, да, - Петрович закурил и продолжил без всякого перехода и вступления, - вот у нас мастер был, при социализме еще, тоже как тебя Серегой звали. Так вот он никакого мороза не боялся, не то что нынешние.

- Это какой Серега? Не тот, что в Кадашах начальником сейчас?

- Не, не тот. Этот в Кадашах маленький, а наш под два метра ростом. Стояли тогда недалеко отсюда. Пикетов триста, если по трубе мерить. Тот самый нефтепровод, что сейчас ремонтируем. И тоже под новый год морозы к пятидесяти близко. Актировать дни надо по всем показателям. А начальство орет: сроки, мол, срываете. Оно, конечно, так. Срываем. К ноябрьским должны были, а не успели. Мороза все ждали. Болото там, а его в хороший мороз проходить надо, или месяц сверху снег чистить - замораживать. Ну и дождались. Вдарил мороз. Да такой, что техника встала. Подергались мы маленько, поковырялись тем что завести удалось, да и бросили.

Дело как раз к тридцать первому декабря. Народ домой просится на праздник. Кому охота Новый год в вагончике встречать. Работы-то все равно нет, да и не будет числа до третьего по прогнозам. Но приказ есть: сидеть на месте, ждать пока потеплеет. Тогда партия приказывала, а партии Новый год по барабану, стране нефть нужна.

Прорабом у нас Мишка Зотов. Мишка – мужик тертый, понимал, что начальство, начальством, а народу на встречу лучше пойти. Была б работа он бы не отпустил. А тут делать все равно нечего. Можно правда снег в городке чистить и порядок наводить. Только у нас и так порядок, а местной снегоборьбой никого от пьянки не удержишь. Лучше в дом, в семью отпустить, чтоб никто не отчебучил чего. Подумал Мишка и решил отпустить людей. Втихаря, начальникам не докладывая.

Они хоть и понимают все, эти начальники, но у них работа такая – самим приказы выполнять и других заставлять. Ведь чем начальник выше, тем у него свободы меньше. Я вот может поэтому и не пошел в начальники. А мог бы. И с не сидел бы сейчас с тобой, а где-нибудь в Кремле на приеме шампанское принимал. Ты б Сережа сходил все-таки за водкой-то, кстати. Замерзнет в тамбуре, бутылки полопаются.

Петрович дождался пока Серега принес водку, любовно устроил бутылки поближе к заиндевевшему окну, подальше от печки и продолжил.

- Так вот решил Мишка нас по домам отпустить. Но не всех. Городок с техникой бросать так и так не годится. Кому-то оставаться надо. За генератором следить, тепло какое-никакое в вагонах поддерживать. Да и на рации подежурить-посидеть. Они тогда здоровые были, с собой не потащишь. Никто в нашу глушь не попрется, но по связи наверняка вызывать будут. С праздником поздравить, а больше проверить живы ли и не нажрались ли еще. Так что как ни крути, а кому-то оставаться надо. Причем лучше двоим, а то с таким морозом в лесу шутки плохи. Решили было жребий тянуть, кому оставаться на общих основаниях. Уже и бумажки в шапку бросили, как Серега выступил. Езжайте, говорит, все отсюда к чертовой матери. Я подежурю. Меня все равно никто дома не ждет, меня жена бросила.

- Тебя-то еще не бросила? – Петрович опять прервал свой рассказ, - Нет? Бросит еще, если работу не сменишь. Нынешние девки тогдашним не чета. Им все сразу подавай, и чтоб мужик всегда под боком, и чтоб денег много, и много чего еще вплоть до заграницы. Не такая, говоришь? Так у того Сереги тоже поначалу не такая была.

- Давай-ка лучше старый год провожать начнем потихоньку, а то не успеем. Ну и что, что четыре часа еще, можем и не успеть, между прочим.

И они выпили по первой.

- Не хотел Зотов Серегу одного оставлять, но больше добровольцев не было. Все так обрадовались, что и жребий тянуть расхотели. Решил Мишка рискнуть. Да и в одиночестве тоже свои плюсы есть в такой ситуации. Когда человек один, надеяться ему не на кого и ведет он себя от этого аккуратнее и осторожней.

Завели тридцать первого утром две вахтовки, надо бы четыре, конечно, но только две раскочегарить смогли, и уехали.

Остался Серега. Обошел по два раза свои владения сразу: первый раз смотрел чего, где делать надо, план себе намечал, а второй раз уже и выполнял, чего наметил. Дров разнес по вагончикам, где буржуйки были. Заправил генератору полный бак дизельки, ручным насосом с бензовоза, ну много чего по мелочи. Целый день крутился. Не заметил, как и вечереть начало. Время незаметно бежит, коли делом занят, а на часы глянешь так уже и опоздать можно. Вот как ты.

Наливай по второй давай. Куда столько? По половинке достаточно. По целому это мы за Новый год выпьем.

- У Сереги, кстати, тоже было чем праздник встретить. Консервов вкусных ему наоставляли на радостях, а бутылка армянского коньяка у него своя была. Настругал он себе салатика новогоднего, как у всех чтоб, шпрот открыл пять банок (не пропадать же добру). Картошки сварил, чесноку с укропом сухим насыпал, лучку туда мелко-мелко покрошил. Накрыл на стол. За час до боя курантов по местному времени обошел все с фонариком, проверил печки в вагончиках на предмет прогорания, заслонки закрыл. Добавил соляры генератору. Вздохнул на крылечке прорабской вполовину силы, холодно потому что, и праздновать уселся.

Проводил старый год, как положено. Включил радио на полную мощность – все заснуть боялся и праздник прозевать. Сидел марши с вальсами слушал, коньяк мелкими глотками потягивал, переживал за не сложившуюся жизнь, за жену расстраивался.

Пятнадцать минут до Нового года осталось, как в дверь забарабанили. Шумно там за дверью сразу стало, голосов много, что говорят не разобрать, но смех отчетливо доносится. Дверь не заперта, от кого в лесу запираться, но Серега все равно открывать пошел. А там действительно народу куча. И, главное, жена его, Зойка, в первых рядах, раскраснелась с мороза, смеется, обниматься-целоваться пристает. Друзья Серегины, такие же как он мастера, которые утром уехали, тоже вернулись. Не бросили, значит, чтоб ему скучно не было. И даже родителей его привезли. Маму с папой.

Еле-еле успели шампанское разлить по хрустальным бокалам. И бокалы ведь с собой привезли, черти. Встретил, в общем Серега, Новый год с любимой женой, друзьями и родителями.

- А у тебя, чего с правой рукой-то, а? – Поинтересовался Петрович, снова остановив свое повествование, - не болит? Ну и наливай, давай, раз не болит.

- Что-то у тебя Петрович сегодня прям святочный рассказ получился. Обычно ты ужасы какие-то рассказываешь, а тут все хорошо кончилось. И чего рассказывал - непонятно.

- Конечно, хорошо кончилось, - добродушно согласился Петрович, выпив немного водки, - Серегу утром Мишка Зотов и нашел. Одного, в прорабской с настежь раскрытой дверью. Серега уже и остыл почти.

Мишка потом рассказывал, что ему всю ночь предчувствие покоя не давало, а часа в четыре утра настолько невмоготу стало, что он трезвого водителя сумел найти, посадил его на вахтовку, в городок приехал. И в семь уже Серегу нашел.

- Погоди, Петрович, как «одного нашел», а жена его куда делась? А друзья? Ну друзья напиться могли, но родители-то как его бросили? Что-то ты завираешь, Петрович.

- Я, Сергуня, никогда не вру, - не согласился Петрович и закурил, - только тот Серега с детства сирота. Детдомовский он и ни отца, ни матери никогда не видел, до того случая.

- Ну хорошо хоть перед смертью думал, что у него наладилось все. Не так жалко мужика.

- А чего его жалеть-то, Сергуня? Не надо его жалеть. Я что сказал, что он умер? Остыл почти, я сказал. Но не до конца. Ты сам подумай, откуда я б тебе все это рассказывал, коли я врать не умею? Живой он. Пол уха только отрезали, да пару пальцев на ноге почернело. Ухом-то он к железной кружке примерз, когда за столом спал. Так что ты меня лучше пожалей. Наливай давай, не заставляй ждать старого человека.

- Так привиделось ему, что ли, Петрович?

- Может и привиделось, а может и нет. Тут он сам сомневался, а я тем более. А все от того, что по одному оставаться нельзя в таких случаях. Да и заслонки печные нельзя раньше времени закрывать, и коньяк с рук покупать нельзя у неизвестных науке бабок.

Нас вот с тобой вдвоем оставили сторожить. И водка у нас нормальная. Ты дровишек, то подкинь и наливай. По полному теперь стакану. И радио громче сделай. Телевизор? Ну телевизор.

А вообще, тут место нехорошее. Ручеек из того болота здесь недалеко протекает, и чертовщина какая-то чувствуется. Ну и черт с ней.

С Новым годом, тебя Сергуня, новым счастьем. Жена-то не бросила, не? Ну и хорошо, тогда. Может и обойдется.

77

Двое охотников пошли на кабана. На следующий день один из них возвращается, еле передвигаясь с тушей кабана на горбу. Видя, что его
приятеля рядом нет, жители деревни спрашивают:
— Коль, а где Петрович?
— Да ему плохо стало, он упал, в двух километрах отсюда валяется.
— Как? Ты бросил Петровича и попер кобана??
— Ну Петровича-то, наверное, никто не сопрет!

78

Перед сном рассказываю внуку истории из семейной практики. Вот одна из них.

История про то, как мопеды на верблюдов меняли

Предупреждаю, что имена действующих лиц, место действия и суть событий соответствуют реальным событиям и лишь некоторые детали – то бишь суммы, даты и конкретные диалоги – возможно слегка изменены по давности лет: все-таки мне тогда было лет десять и кое-что я мог позабыть или исказить (но не умышленно и не сильно)

Итак, было это то ли в конце пятидесятых, то ли в начале шестидесятых прошлого века, но точно было. В Одессу на гастроли приехал Шведский цирк! То есть внешне это выглядело как если бы он взял и приехал, но для посвященных (а теперь и для тебя, сынок) ясно, что не сам приехал, а его привезли, причем конкретно сделал это твой дед Гарри Гурман. Дед в то время был администратором цирка.
В каждом деле по старинной русско-советской традиции директором всегда выступает представительный мужик русской или титульной национальности (на Украине, соответственно, украинец), а его заместителем (если дело не совсем дохлое) - еврей. Директором цирка был тогда Павел Петрович Ткаченко, человек безграмотный, но партийный и без еврейских корней. Цирк процветал, а значит в тени директора реально управлял делами еврей – твой дед. Надо сказать, что у Пал-Петровича среди немногих достоинств было то, что ни одного шага без согласования с дедом он не делал, не вмешивался в суть происходящего в цирке и тем очень помогал бизнессу.
Кроме того чтобы заседать в торжественных собраниях, в обязанности Пал-Петровича входило ездить в Москву для выбора программы. Делалось это так: дедушка намечал, кого надо взять, готовил хабар и инструктировал П-П о том, с кем и как говорить в главке. П-П ехал в Москву, шел в главк, который ведал распределением номеров и артистов по всей сети цирков. Там он заглядывал в выданную ему записку, где было сказано к кому подойти, что подарить, и что попросить. Главк – он большой, породистых начальников и там хватало, но кроме них в разных закутках сидели свои евреи-заместители, которые и распределяли кому ехать в солнечный Магадан, а кому в прохладную Ялту, кому радовать его величество Рабочий Класс в зауральской глуши, а кому вкалывать на столичных подмостках. Процесс взаимный, встречный – нас выбирают, мы выбираем. Артисты имели свои интересы куда ехать на гастроли, а менеджеры местных цирков свои – то ли получить программу, на которую никто не придет, то ли программу, на которую придет весь город, но в кассе все равно пусто будет, потому что двенадцать слонов могут съесть больше, чем пара голубей, то ли взять компактную программу (весь багаж – чемодан), которая пройдет «на-ура». Выбор не простой, многое учесть надо было, но уж если возьмешь правильную программу, то и касса полна будет, и трудов-расходов не так уж и много, и нужные люди умолять будут о контрамарке, т.е. твой вес в городе будет ощутим.
Объясняя весь этот процесс мы немного отвлеклись, хотя знание скрытых механизмов событий абсолютно необходимо для понимания истории, которую ты хотел услышать.
Итак, идет П-П по главку, раздает чиновникам, намеченным дедом, подарочки, приготовленные твоим дедом, и слышит в кулуарах, что вроде бы летом в Союз на гастроли должна приехать труппа из Швеции, а что делать с ней и с чем это едят – никто не знает – чуть ли не первый случай гастролей иностранного цирка в СССР. Ну, натурально, столкнувшись с нестандартной ситуацией П-П-чу нужно подумать – то есть посоветоваться с своим евреем, то бишь твоим дедушкой. Звонит он ему в Одессу и всякими экивоками (а в прямую нельзя – подслушивают, события касаются иностранцев, то бишь почти наверняка шпионов и идеологических диверсантов) рассказывает: мол есть такой интересный вариант, но…
Дед сразу усек, что, конечно, с иностранной труппой (не один-два гастролера – это уже бывало) в цирк пожалуют толпы «искусствоведов в штатском», проверочки еще те будут, начальство будет рассматривать работу через микроскоп, да и размещение гостей нервов возьмет немало, опять же ответственность… Кроме того, программа приедет дорогая и большая, в цирк не поместится – будет ли толк? С иной малой программой больше наживешь почти без хлопот. С другой стороны, - впервые иностранный цирк в городе, да что в городе, считай на всей Украине -такого еще не было.
Опять же проверяющие - тоже люди, у них есть жены, дети – великие дела можно сделать когда такие важные люди просят у тебя контрамарочку, да и интересно в конце концов профессионалу такое мероприятие менеджировать. Это нам с тобой даже при наличии мозгов требуется время, чтобы все взвесить, просчитать, а папа мой все просек в мгновение ока и выдал ответ: брать, и брать на все лето, чтобы перевозок было поменьше и другим городам не досталось – со всей Украины приедут ради такого события, курортный город к тому же. В тот же день П-П дал что надо кому надо и отечественные артисты, которые уже видели себя на Одесском пляже, поехали по другим адресам (заметь, опять же, не обиженные, а с пониманием, потому что для них были переданы заверения деда в уважении и любви, а также другие взаимовыгодные планы), а шведская труппа была твердо обещана Одессе на три с половиной месяца.
Павел сделал свое дело, Павел может отдыхать. За остальное взялся дед. Он сдал на лето помещение цирка (количество мест в цирке действительно не окупило бы расходы даже при полной загрузке) киностудии, которая как раз снимала «Гранатовый браслет» Куприна (другая история), а для шведской программы снял стадион «Спартак» (переброска матчей футбольного чемпионата на другие поля, коммуникации, монтаж-демонтаж-разрешения и прочая, прочая).
Ты можешь, конечно, меня упрекнуть, что уже вторая страница, а обещанными верблюдами и не пахнет, но что я могу сделать, если такова правда жизни. Верблюды возникнут в этой истоии в самом конце, как по волшебству, потому что и в самом деле идея о верблюдах возникла по волшебству комбинаторного ума твоего деда в конце этой истории когда гастроли успешно завершились. Мне, конечно, еще многое хотелось бы рассказать – столько разных историй нахлынуло в памяти в связи с твоим вопросом. Например, о том, как дед накануне приезда шведов сломал ногу, но и не подумал лечь в госпиталь, а так, с поломанной ногой, в гипсе, гонял по стадиону, наматывая километры хлопот на больную ногу, перенесшую ранение на фронте. О том, как была арендованна рота «дзержинцев» с тем условием, чтоб никаких незапланированных «визитеров в штатском» в цирке не было. О том, как бабушка кормила артистов варениками, и как после этого гимнастка не могла застегнуть лифчик. Но опустим все это, раз оно никому не интересно. Вот только на минуточку еще задержусь, потому что нельзя перейти к верблюдам, не представив тебе директора шведского цирка Тролле Родина.
Вообще-то, цирк только назывался шведским. Из шведов в нем был антрепренер-хозяин и едва ли два номера, а все остальные артисты были со всего света – шотландец – дрессировщик обезьян, испанец – канатоходец, клоуны - французы, жокеи – немцы, акробаты – болгары и т.д. Я даже думаю, что и сам Тролле Родин (судя по фамилии) не вполне был шведом, а то откуда бы у него возникла такая сумасбродная идея отправиться на гастроли за железный занавес, в советскую Россию. То, что он не вполне понимал, что делает, отправлясь на эти гастроли, явственно следует из того, чем закончилось его бизнесс-путешествие в коммунистическую страну дураков.
По контракту, рассчет с труппой должен был происходить в конце гастролей и в советских РУБЛЯХ. Чтоб ты правильно понимал суть происходящего я должен еще на минутку отвлечься и объяснить тебе что такое рубль. Рубль – это как бы деньги, но не совсем. Это еще и немножко национальное достоинство советской страны, и средство диверсионных мероприятий против этой страны и т.д. Рубль можно зарабатывать как доллар или франк, но тратить и копить его как полноценную валюту нельзя.
Во-первых, его нельзя вывозить из страны, даже если ты его честно, открыто заработал у того же государства. Во-вторых, его нельзя класть в иностранный банк и переводить в другую валюту. В-третьих, за пределами СССР его потратить нельзя – не принимают, хотя пропаганда уверяет, что зарубежные разведки страстно скупают эти рубли для своих шпионов. Ну, вот, представь себе, что жарким днем в конце южного лета полсотни иностранных артистов, получавших высокие ставки, получают гонорар за три с лишним месяца. Представил? Ре можешь ты этого представить! А теперь представь себе что это гора чемоданов с деньгами выше твоего роста. Внушительно? И самое смешное, что везти эти свои заработанные деньги домой (за границу) категорически нельзя! Здорово? Государство вроде как честно расплатилось, но забрать деньги нельзя. Что делать? До отъезда неделя…
Кинулись артисты скупать мало мальски подходящие вещи, чтобы хоть что-то в обмен за свой труд вывезти из этой загадочной страны. Например, им понравились мопеды. Купили они по мопеду на каждого и радуются – ан нет, рано радуетесь. Вывозить мопеды тоже нельзя! Их, оказывается, слямзили с зарубежного патента и поэтому вывозить категорически нельзя. Они как бы есть, и их как бы нет в природе. А если на все рубли купить матрешек, сувениры, платки и прочее дозволенное к вывозу, то понадобится гигантский пароход, чтобы это барахло погрузить. Хоть оставайся жить в стране Советов, пока не проешь эти странные деньги.
Тролле Родин не глупый человек, только оказался в необычных условиях. За время гастролей он присмотрелся к людям, с которыми работал в этой необычной стране. Конечно, он сообразил, что решать проблемы надо с дедом. Он уже не раз намекал и впрямую предлагал деду уехать с ним, работать на него. Может ты бы Геша сейчас был шведом, если бы дед принял эти предложения. Так вот, приходит Тролле Родин к деду и просит совета. И дед помог.
Он предожил обменять мопеды и деньги (т.е. так называемые деньги – рубли) на верблюдов! Тролле Родину идея понравилась страшно. Дело в том, что в этой полуазиатской стране верблюды почти ничего не стоили, а в Европе – диковинка. Можно сделать шикарный номер с верблюдами да и продать их разным чудакам как диковинных «пэт»! В Одессе и в ее окрестностях было с десяток зоопарков. Верблюды в них размножаются не хуже коров, двугорбых кораблей пустыни хватает – аж кормить нечем. С радостью были проданы все зоопарковские верблюды, да еще из Астрахани успели прислать с десяток. Целое стадо! Хоть грузи на них цирковой инвентарь и караваном дуй в свою Швецию.
Самое смешное, что у государство в связи с отсутствием прецедентов не нашлось в таможенном уложении хорошего запрета на вывоз верблюдов, а главный местный таможенник, со всей семьей не раз побывавший на представлениях по дедушкиным контрамаркам, спешить с исправлениями не стал. Государство такого не ожидало, а на дополнения нужно время.
Я не считал, но думаю, что Тролле Родин хорошо отблагодарил деда этими загадочными рублями, которые надо не только уметь заработать, но и уметь ими пользоваться, потому что дед потом всегда вспоминал мопедно-верблюдную сделку с теплой улыбкой. Возможно, и зоопарки отстегнули кое-что за возможность избавиться от двугорбых. Кстати, мой брат, слушая эту историю много лет спустя взял и предложил разбогатеть здесь в Америке подобным же способом, но чтобы было еще выгодней он предложил переправлять верблюдов своим ходом – представь как хорошо смотрелся бы косяк верблюдов где-нибудь посреди Атлантики в окружении нескольких яхт.

79

«Платите, начальники, людям зарплату!»

Елена любила весеннее время,
Созерцать, как снежинки тают.
А вот манную кашу - она не любила.
И когда её с зарплатой «кидают».

В конце месяца начальник зарплату «зажал»,
А обещал её людям повысить!
Пол офиса «кинул» он (скряга сушеная),
Пора ему за это ответить.

Елена стремится к свету Культуры,
На спектакль заказала билеты.
Иван Петрович деньжата явно «зажилил»»,
А щеголяет сам в новых штиблетах.

Вот он шествует мимо гордым павлином,
В ботинках крокодиловой кожи.
«-Верни наши «бабки!» - офис тихо шипит.
«-Эх, расцарапать бы тебе твою рожицу».

У шефа штиблеты со скользкой подошвой,
Елена цокает по коридору до лестницы.
Босс за нею широким шагом шагает,
Но есть сюрприз для тебя от прелестницы!

На ступени Елена капает масло,
Что достала из розовой сумочки.
Игривость в Петровиче еще не угасла.
Но к чему ей его «заморочки»?

Елена быстро идёт, исчезает как тень.
Так пусть скряга набухает от злости.
И что офис весь слышит? Это громкий удар!
То гремят Иван Петровича кости.

Шеф в больнице лежит,
Нога в гипсе болит,
А Елена действует смело:
Подает она решительно в суд!
В её пользу решает тот дело.

Вы не «жмите», начальники, людям зарплату,
Ведь работник без деньжат занедужит.
Елена триумфа напевает яркий мотив,
Иван Петрович же гипс феном сушит.

83

Одно и тоже качество личности может восприниматься абсолютно по-разному различными группами и сообществами. Так жена и другие члены семьи Петровича считают, что Петрович пьет безбожно, между тем как собутыльники Петровича считают что он пьет божественно!

84

Одно и тоже качество личности может восприниматься абсолютно по-разному различными группами и сообществами. Так жена и другие члены семьи Петровича считают, что Петрович пьет безбожно, между тем как собутыльники Петровича считают что он пьет божественно!

86

Моя племянница (7 лет), как и большинство современных детей, любит играть в Майнкрафт. Для тех кто не знает, это такая игра на компьютерах или приставках, типа конструктора, где можно строить из разнообразных блоков всякие штуки. Так вот, она частенько просит помочь ей построить что-нибудь. Почему бы и не помочь ребёнку? Играет она очень часто со своей подружкой Кристиной (8 лет), общаясь так же по средством связи через интернет. Вот так и получилось в этот раз. Пришёл в гости, а мелкая просит построить ей Пони Ленд. В общем загоны для лошадок, что бы всё красиво было и эпичненько. Ну нам-то что? Конечно построим! Мелкая пошла кушать, и на обеденный сон. А я в творческом процессе. Смотрю в игре бегает Кристина. Она и раньше бывало бегала, но всегда занималась своими делами в игре и не мешала. А тут смотрю, мешает, то блоки выбросит, то разберет то, что я начал строить. В общем не выдерживаю, беру наушники с микрофоном одеваю и говорю:
- Кристиночка, ты можешь мне не мешать?
С другого конца раздаётся очумевший мужской голос:
- Аня?!
- Кристина?!
- Так мужик, я чет не понял?! Где Аня?!
- У меня встречный, вопрос где Кристина?!
- Кристина кушает.
- Аня тоже.
- А ты кто такой?!
- Я дядя.
- Я слышу, что не тётя!
- В смысле, я дядя Ани. Она моя племянница. А ты кто такой?!
- Я Аркадий Петрович, папа Кристины.
- Понятно, Аркадий Петрович... Что строишь?
- Пони Ленд...
- И я Пони Ленд...
- Ты неправильно строишь!
- Я тоже самое хотел сказать...
- Так у нас нихера не получится. Спускайся через 10 минут к подъезду. Пойдем пока у детей тихий час, выпьем по пиву, обсудим план строительства...
Через 15 минут мы сидели в пивной и Аркадий Петрович чертил план на бумаге, оживлённо доказывая, как надо строить Пони Ленды, и то что он на них уже собаку съел. К нам периодически подходили друзья Аркадия Петровича и интересовались, что мы проектируем. Но после ответа Пони Ленд, ржали в голос и спешно ретировались. Оно и понятно, со стороны это выглядело дико.. Два мужика, одному 30, другому 46, обсуждают за кружкой пива план строительства в Майнкрафт... К слову Аркадий Петрович действительно знает толк в Понилендах! Дети остались довольны!

87

Решил Петрович сделать бизнес -
И стеклотару сдал свою.
Три дня подъезд бухал как в праздник.
Петровичу клялись в любви...

Когда вдруг кончилися деньги -
Петровича назвали крысой.
И обыскали всю квартиру.
И даже дали пи.дюлей...

© Cynic

88

Был на свадьбе у родственников в маленьком городке.
Свадьба шла к завершению, вышли покурить на свежий воздух. На небе луна, как буковка "С".
Двое рядом со мной рассуждают как правильно называть - луна или месяц.
Спрашивают у рядом стоящего: "Валерий Петрович, а всё-таки как правильно - луна или месяц?"
Ответ Петровича: "Не знаю, я не местный".

89

Новость с Яндекса от 03.02.2018 "Министр обороны Украины рассказал о встрече с главой Пентагона".
Навеяло. Году в 96-97(будучи подростком) недалеко от театра "Ленком" встретил на улице Николая Петровича Караченцева, я стрельнул у него сигарету, и даже ее получил. Об этом случае я долго рассказывал своим приятелям. Интересно, а Караченцев тоже всем рассказывал о встрече со мной? Да и глава Пентагона видимо тоже очень горд встречей с МО Украины.

91

Заходит мужик в ресторан, заказывает бутылку водки и подзывает официанта:
— Человек, бабу мне организуй, 50 баксов даю!
— Извините, у нас пока все девочк и заняты, есть только Петрович.
— Да ты что, какой Петрович, я не по этим делам!
Заказывает еще бутылку водки, выпивает.
— Официант, бабу хочу, реши вопрос, 100 баксов дам!
— Прошу прощение, но девочки все заняты, могу предложить Петровича.
— Да пошел ты…….. я не по этим делам.
Выпивает третью бутылку.
— Гарсон, 200 баксов за бабу даю!!!
— Увы, но кроме Петровича никого нет.
— Ладно, хрен с тобой, давай своего Петровича, хоть я и не по этим делам.
— Простите, но Петрович стоит 400 баксов.
— Сколько?!
— 400.
— А почему так дорого?!
— 100 баксов мне, 100 Петровичу и еще по 100 двум мужикам, которые его держать будут, потому что он тоже не по этим делам.

92

Эта забавная история произошла в конце 2010 года. На свадьбе друга детства я познакомился с девушкой по имени Аня, подругой Сашкиной невесты. Аня работала в Москве администратором салона красоты, и снимала на двоих с другой подругой квартиру в Марьино. Сама Аня была родом из Калуги, и на выходные обычно уезжала к родителям. Мы начали встречаться, причём встречи наши носили чисто дружеский характер. Сначала посидели в кафе, через несколько дней - в кино, потом - прогулка по городу. И эти три встречи произошли в течение первых двух недель нашего с ней знакомства. Страна тем временем готовилась встретить новый 2011-й год. За неделю до праздников вдруг раздался телефонный звонок. Звонил какой-то неизвестный абонент. Я поднял трубку:
- Миша, здравствуйте! Это Анина мама! Очень хорошо, что я смогла вас застать, с вашей занятостью. Мы бы очень хотели, чтобы вы с Анечкой приехали к нам отмечать Новый год. Муж даже хочет сделать индейку под кисло-сладким-сливочным (и т.д.) соусом, как вы любите....
Словом. Анина мама ещё что-то говорила, я отвечал на её вопросы о семье, о родственниках, о больной бабушке, недавно перенесшей операцию, а сам думал:
1) Мы с Аней совсем не в таких отношениях, чтобы её родители ждали нашего совместного приезда к ним...куда?
2) Как зовут маму Ани, и почему её муж (кстати, как зовут моего...тестя?!) ради моего приезда намеревается приготовить любимую мной индейку под каким-то умопомрачительным соусом?!
3) Комизм и парадокс ситуации заключается в том, что, по странному: стечению обстоятельств/превратностей судьбы/астрологическому прогнозу/забавному совпадению (нужное подчеркнуть) всех моих лучших подруг, с которыми я общаюсь, объединяет имя Аня.
4) Мама которой из моих подруг звонит мне в надежде в будущем стать моей тёщей?!
5) Родители одноклассницы отпадают, её дочь встречается с каким-то патлатым рокером, зажигавшим на рок-сцене ещё во времена моего счастливого детства, да и выбором дочери они, по-моему, не вполне довольны.
6) Родители одногруппницы?! Явно не они (представил себе Петра Петровича, готовящего индейку под сложносочинённым соусом, и Наталью Петровну, для которой я - прежде всего студент её кафедры, влюблённый в Жанну с параллельного потока).
Думая эти думы, я, тем не менее, продолжал общаться с женщиной, которая уже перешла от личных вопросов к рассказам о дальних и близких родственниках своей большой семьи. Я же, поняв, что некая мама некой Ани очень «удачно» ошиблась, набирая телефонный номер, и не подозревала, что попала не туда (её дочь тоже, по странному совпадению, встречается с неким Михаилом), не решался прервать её, изо всех сил поддерживая беседу, и в конце концов пообещав непременно приехать на новогодние праздники.

93

Это не конкретная история, а обобщение многих. Ни для кого не секрет, что большинство наших бюджетных организаций живет под (уже, наверное, бессмертным) - "денег нет, но вы держитесь". И они держатся. В больших городах несколько полегче, а где-то и вообще благополучно, а глубинка выживает как может.
В каждой школе или больнице, д/саду или ДК, среди преимущественно женского коллектива, есть свои дядя Вася или Петрович, Витек или Славян. Эти простые, часто пьющие, ничем не выдающиеся мужики ремонтируют мебель, латают крыши, перестилают полы, обшивают старые стены новыми материалами, устраняют прорыв канализации или меняют батареи. При наличии некоторых средств или спонсорской помощи ими будет построено некапитальное строение или переоборудован в спортзал старый корпус. Они сторожа, кочегары или дворники. В их обязанности не входят вышеперечисленные и другие работы, но ведь "НАДО", а "денег нет". И давно выработавшее свой ресурс оборудование получает вторую жизнь. Бывает им выплачивают небольшие стимулирующие, но ещё чаще эти стимулирующие до них не доходят, так как на эти деньги нужно срочно купить стройматериалы или запчасти, или ещё что-то, иначе без этого потребнадзор или другая какая проверка прикроет учреждение.
Иногда бывает небольшое чудо - "сверху" выделят денег на ремонт. Чаще всего это те же работы, что безвозмездно выполняют Петровичи и дяди Васи, просто в бо'льших объёмах. Но никогда дядю Васю и Петровича со Славяном не наймут делать этот ремонт за хорошую з/плату. "Вы не профессионалы" и "у вас нет лицензии".
А после темноволосых и темноглазых "лицензированных профессионалов" из ближнего зарубежья, дяди Васи и Петровичи устраняют недоделки, делают пристроенный теплый туалет действительно теплым, меняют проломленный (долго ли он в школе продержится?) гипсокартон на фанеру или вагонку, прибивают неприбитое и закручивают непривернутое. Бывает снимают всё нафиг и делают заново. Наградой служит возможность обматерить нерадивость профессионалов и умственные способности нанявшего их начальства.
Возможности Петровичей и дяди Васи воистину удивительны. Такое ощущение, что они способны восстановить своё родное учреждение с помощью лишь подручных средств даже после бомбежки. Всего лишь за искреннее "спасибо".
Возможно, кто-то скажет про этих мужиков - "лохи", на них ездят, а они молчат. Или что с такими руками они могут зарабатывать на стройках или ремонтах. Не знаю, почему они так не делают. Знаю лишь, что на таких мужиках держится сейчас страна. Именно их незаметный труд исправляет нерадивость и профнепригодность чиновников, именно благодаря дядям Васям, Петровичам, Лехам или Славикам наши дети ходят в школы и детсады, больницы принимают недужащих, ДК дают концерты и дискотеки.
Какого-то глубокого смысла в моем опусе не ищите. Просто в свете надвигающегося Нового года я попрошу вас поднять тост за простых и непримечательных русских мужиков, за дядь Вась и Петровичей. Нет, не в новогоднюю ночь за праздничным столом, а когда вы будете 1 января похмеляться, вспомните о похмеляющихся где-то Петровичах и Славиках с Витьком и скажите: "За вас, мужики!"

94

Жил был мужик Петрович. Мужик был слесарем и жил сему полагающе – от аванса до зарплаты и впритык. От зарплаты до аванса тоже получалось, хотя и было труднее психологически, а вот от зарплаты до зарплаты было бы совсем скучно.

К профессиональному росту мужик Петрович не стремился, может по причине крайней близорукости, хотя благодаря ей и спрос с него был мизерный. Он и с учителем-то, будучи еще школьником, здоровался только после того как его обнюхает, а испортить себе зрение еще сильнее путем самообразования и внеклассных чтений, не мог потому что не видел букв.

Зато и зримые преимущества были. Незримое им советское телевидение он только слушал, и потому гипертрофированные яйца балетных танцоров с голубого экрана Петровичу не маячили, и как его зрячих коллег по горячему цеху не раздражали.

Две толстенные, словно от разбитого бинокля линзы, примотанные к башке, совместно с сердобольными товарищами помогали ему кое-как справляться с нехитрыми обязанностями на работе и время от времени расписываться в платежной ведомости.

После окончания очередного ссудного дня и получения аванса, трудовая ячейка вкупе с Петровичем, традиционно накатила три корпоратива на пятерых, и разбрелась по домам.
Путь к родовому гнезду Петровича лежал через разгороженный школьный стадион. Обычный стадион - футбольные ворота, трава по колено, не большой но очень уютный.
Как и положено, смеркалось.

Сумерки Петровича сгустились пуще остальных, но дойдя до футбольной штрафной он различил в створе ворот несколько сидячих фигур. Футболом как и балетом Петрович не увлекался и хотел было пройти мимо, но его окликнули:
- Эй, мужик!
- Чего, - на всякий случай прибавил ходу Петрович.
Одна из фигур встала и двинулась наперерез. Здоровый футболист, отметил Петрович, если он еще и нападающий, продолжал отмечать Петрович, то - хуй убегу.
- Купи штакетину, мужик! – Перегородил ему дорогу здоровый.
Сбоку, с товаром наперевес, приближался второй.

Нихуя себе ночной базар, снова подумал Петрович, но от навязчивого предложения отказаться не успел.
Штакетина прилетела со стороны правого углового, щелкнув по выключателю на затылке Петровича.

По причине двойной анестезии, окончание текущих суток Петрович вспоминал вяло, а в последующие выходные в ясное сознание приходить не хотелось. На пару с соседом, они не спеша врачевали напрочь заплывшую синевой физиономию пострадавшего, дегустировали спиртовые компрессы и поминали аванс.

И все бы так буднично и закончилось, если бы не чудо. В понедельник рано утром, продрав похмельные глаза, он им не поверил. Петрович испуганно поозирался, медленно осмотрел свои ладони, покрутил перед глазами пальцами – так и есть. Он видел все, даже остатки мазута под ногтями.

На звуки матерных междометий из кухни примчалась его испуганная жена, и увидев сияющую радостной синевой физиономию Петровича, испугалась еще сильнее.
- Я вижу! – заорал ей Петрович.
Ну пиздец, подумала жена, не иначе белку. С чего бы еще мужику так радоваться понедельнику?
А Петрович прозрел.

История о его чудесном исцелении быстро стала заводской сенсацией, и вызвала массу негодований других слабовидящих граждан. И какого, извините, еще раз простите ради всего святого, хуя, строят из себя все эти окулисты с офтальмологами, резонно рассуждали они. Приладить к голове две лупы и дурак-то сможет, а ты попробуй-ка штакетиной от недуга избавить да еще в сумерках. Это ж какое дьявольское мастерство надобно иметь, чтобы так филигранно диопртию навинтить? Хуяк - и с минус восемнадцати аккурат в единичку, даже в дальнозоркость не перевалило и опять же, глаза не разъехались. А учитывая размер слесарного аванса так и даром почитай получилось. Свезло - одним словом, Петровичу.

Что уж там приключилось в прежде недальнозоркой башке, доподлинно неизвестно. Мужики накидывали конечно варианты про то, что глаза от удара просто встали на место и даже предполагали где глаза были до этого. А Петрович только улыбался, да поглядывал по сторонам зорко.

Эффект оказался стойким. Через пару лет Петрович правда пожаловался мужикам на то, что зрительная острота притупляется, так они ему рецепт быстро предложили напомнить. Отказался Петрович, да и на пенсию уж пора было.

96

О том, что мой супруг болен на всю голову, свидетельствует уже тот факт, что он женат на мне. У него какое-то невероятное количество бзиков, которые со временем начинают распространяться воздушно-капельным путём на родных, друзей и знакомых.
Одним из таких бзиков является манера давать человеческие имена неодушевлённым предметам. Не всем, конечно, а только наиболее достойным. И он не просто их крестит - он с ними ещё и разговаривает.

Например, у него есть любимая кружка. На кружке нарисован пингвин. Пингвина зовут Пафнутий.
Я как-то поинтересовалась:
- А почему Пафнутий-то?
Муж посмотрел на меня удивлённо и спросил:
- Ну а как?
Я подумала и поняла: действительно, больше никак.
По утрам муж достаёт Пафнутия из кухонного шкафчика и говорит:
- Ну, брат Пафнутий, по кофейку?
Вечерами они с Пафнутием пьют чай, и муж мой жалуется ему на меня:
- Видишь, Пафнутий, с кем приходится коротать век? Цени, брат, одиночество, не заводи пингвиниху.

Ещё на даче у нас проживает болгарка по имени Зинаида. Болгарка - не в смысле уроженка Болгарии, а в смысле инструмент для резки металла.
Сперва муж назвал её Снежана, потому что считал, что у болгарки непременно должно быть болгарское имя. Однако, познакомившись с характером болгарки, он понял, что она Зинаида.
Когда нужно разрезать что-нибудь металлическое, он достаёт её из сарая и говорит:
- Зинаида, а не побезумствовать ли нам?
И они начинают безумствовать. А когда набезумствуются, он её относит в сарай, укладывает на полку и нежно говорит:
- Сладких снов тебе, Зина.

А в квартире у нас живёт шкаф по имени Борис Петрович. Вот так уважительно, по имени-отчеству, да.
Это мы когда только купили квартиру, то первым делом заказали шкаф. И собирал нам этот шкаф сборщик, которого звали Борис Петрович.
Конечно, сей факт бросает тень позора на моего мужа, но на самом деле этому есть объяснение.
Вообще-то, всю остальную мебель в нашем доме (а так же в доме моей мамы, в доме его родителей и в домах многих наших друзей) муж собирал сам. И шкаф бы собрал, как раз плюнуть, но вышло так, что в день доставки он находился в командировке и вернуться должен был только недели через две.
Я категорически отказалась жить две недели посреди немыслимого количества досок и коробок, к тому же мне не терпелось поскорей развесить всю одежду на вешалки, поэтому дожидаться мужа не стала и пригласила магазинного сборщика. И, конечно, сорок раз об этом пожалела.
Сборщик Борис Петрович, собираясь ко мне в гости, принял одеколонную ванну, и этим одеколоном марки "Хвойный лес" (или "Русское поле", или "Юность Максима" - не знаю) провонял весь дом. Я спасалась от амбре Бориса Петровича на балконе.
Работал Борис Петрович сосредоточенно, неторопливо, с чувством, с толком, с расстановкой, с пятью перерывами на чаепитие. Очень удивлялся, почему я не составляю ему компанию за столом. А я просто не могу пить чай, воняющий одеколоном.
Профессионал Борис Петрович, будучи сборщиком от бога, собирал шкаф с 9 часов утра до 11 часов вечера. Мой муж за это время мог бы легко посторить двухэтажный дом и баньку во дворе.
Вещи мои так и остались лежать в коробках, не познав холодка вешалок, потому что все две недели до приезда мужа я проветривала всю квартиру, и шкаф в частности, от аромата Бориса Петровича. Мне даже было стыдно ездить в метро, потому что мне казалось, что от меня на весь вагон таращит этим дешёвым убойным одеколоном.
Когда муж приехал, в квартире уже была вполне пристойная атмосфера. Он радостно подскочил к мебельной обновке, счастливо завопил: "О, шкафчик!" - и замер, распахнув дверцы.
Примерно минуту он приходил в себя от нахлынувшего на него смрада, а потом спросил меня:
- Эммм... Это что?
- Это Борис Петрович, - ответила я.
Вот так наш шкаф получил своё имя, а сборщик Борис Петрович, сам того не ведая, стал его крёстным (нашим кумом, стало быть).
Теперь муж, собираясь на какое-нибудь важное мероприятие, советуется со шкафом, что ему надеть:
- Борис Петрович, как насчёт синей рубашки?
Или просит:
- Не одолжите ли галстук, Борис Петрович?
Или вешает в него костюм и говорит:
- Борис Петрович, храни его, как свою честь.

Ещё у нас есть журнальный столик Степан.
Ну тут всё просто: мы его купили в разобранном виде, а дома выяснилось, что инструкция по сборке написана на английском и китайском языках.
Муж сперва потребовал у меня читать китайский вариант, потом минут десять возмущался, что женился на какой-то безграмотной лохушке, которая даже китайского не знает, а после этого милостиво разрешил читать по-английски.
Лохушка-жена и по-английски, в общем... кхммм... Но ещё что-то как-то.
В инструкции было написано: "step one". Ну, при моём произношении... В общем, так журнальный столик стал Степаном.
Когда я ищу зажигалку или какой-нибудь журнальчик, муж говорит:
- Не знаю, где. Спроси у Степана.

Ещё у нас есть микроволновка Галя. Я так понимаю, это что-то личное, о чём мне знать не надобно.
Потому что когда муж пихает в неё тарелку с едой и нежно говорит: "Согрей, Галя... Сделай это для меня, крошка..." - у меня все вопросы застревают где-то в районе щитовидки.
Отголоски романтического прошлого, видимо.

Ещё у нас на даче есть электроплитка, которая вечно ломается. Муж зовёт её Надюша.
Когда я спросила, почему именно Надюша, он ответил:
- Да была у меня одна... Тоже всё время ломалась.
Когда он утром собирается пожарить на ней яичницу, то всегда спрашивает:
- Ну, Надюша, сегодня-то ты станешь, наконец, моей? Давай, детка, дай шанс моим яйцам.

Ещё у нас есть пепельница Раиса. Муж утверждает, что то, что она Раиса, видно невооружённым глазом.
Когда муж хочет покурить, он говорит:
- Раиса, составь приятную компанию.
А когда его что-то отвлекает, то он кладёт в неё сигарету и говорит:
- Раиса, покарауль.

Эта инфекция носит вирусный характер.
У одних наших друзей есть телевизор Филя (потому что "Philips") и холодильник Анатолий (потому что в нём всегда напихано всякого говна, как в карманах жилетки Вассермана).
Другие лентяйку от телевизора назвали Люсей - в честь соседки, которая тоже, по их словам, лентяйка.
У третьих проживает стиральная машина Любовь Петровна. Когда им эту машину доставили и распаковали, то их старенькая бабушка всплеснула руками и сказала:
- Красивая, как Любовь Петровна Орлова!
И даже у моей мамы есть чайная ложечка по имени Изольда. Я так и не знаю, почему именно Изольда. Когда я попыталась это выяснить, мама посмотрела на меня, как на умалишённую (впрочем, она всегда на меня так смотрит), а муж возмущённо сказал, что более глупого вопроса в жизни не слышал, и что каждому дураку понятно, почему ложечку так зовут.

Собственно, вот.
Не знаю, зачем я тут всё это понаписала... Ну, вероятно для того, чтоб лишний раз подчеркнуть идиотизм своей семьи и приближённых к ней товарищей.

97

Разговор зашел про ГМО... Тема тертая-перетертая, но в этот раз решили подколоть Петровича. Ему за полтинник, так что был шанс послушать феерические бредни... Но вышло совсем не так....

- Петрович, а ты не боишься жрать ГМО?
- Нет... И вообще, вечно вы не того боитесь...
- Это как так?
- Да так.. Ночью в лесу например, надо бояться не зверей, а человека. Понятно?
- А к ГМО это как относится?
- Тупой... Если я ем бутерброд с лососиной, то хрен ли бояться, если все эти белки замешаны в модифицированной пшенице? А вот самого факта, что люди додумались до этого, бояться надо.
- Почему?
- Ну я тут у вас сисадмин, малость программирую. Таки вот, ДНК - та же программа, только написанная неизвестным кодом. А биологи типа хакеры, пытаются взломать. Раньше просто меняли код и смотрели, что получится. Сейчас стали соображать - что к чему. Но средств программирования на ДНК пока нет, поэтому они по сути те же хакеры. Пройдет десяток-другой лет и ДНК взломают полностью. И средства программирования напишут. Типа с++ или автокада. Ввел характеристики организьма - комп пожужжал - вот твоя ДНК. А 3-д принтер тебе эмбрион этого дела распечатает. И пжалста - розовый слон на день рождения тёщи. Вот тут и начнется юмор. Сделать можно всё.. Муравьи, которые кусают синильной кислотой, организмы со счетчиками - типа двадцатое поколение няшных котиков внезапно порождает метровых тараканов-людоедов, пшеница, которая дает только один урожай. А ведь можно еще инстинкты в генах прописать. Волки, которые хотят прийти в определенный регион и именно там вырезать людей. Шершни с таким же инстинктом. Про бактерии и вирусы вообще молчу. И получается,что безопасность ГМО - это вопрос порядочности и этики. Воот, а когда люди порядочностью страдали? От этого и страшно... Людей бояться надо, а не свёклу...

98

Жизнь удалась
(готовый текст песни в стиле шансон, панкрок или рэп))
Дарю любому исполнителю, кто положит на музыку))

Вступление

Лишь в вышине живут цветы
Раскрыв свои бутоны солнца свету
Вселенная без них не знает красоты
А красоты тебе подобной нету

Куплет

Ленусик работала в офисе
Была на хорошем счету
Но денег платили не много
Несмотря на ее красоту

Она долго размышляла
Как бы ей не прогадать
Уж судьбу свою не кляла
И начальнику решила дать

Припев

Насосала, насосала – прокричит похабник в след
Кто идет в обед в столовку, кто-то к шефу в кабинет
Устно сдать ему отчетик, или в заднее число
Ведь не каждой так работать в этой жизни повезло

Куплет

А петрович, старый дядя
Миллиончики имел
И однажды на квартирке
Он главбушечку пригрел

Хоть он был страшнее жабы
Но уж очень был богат
Вот везение для бабы
Ты послушай дальше брат

Припев

Насосала, насосала – прокричит похабник в след
Кто идет в обед в столовку, кто-то к шефу в кабинет
Устно сдать ему отчетик, или в заднее число
Ведь не каждой так работать в этой жизни повезло

Куплет

И она во всю старалась
Задом, передом и ртом
И нисколько не стеснялась
Стоны крики на весь дом

С ней в налоговую едет
На квартирку завернет
Шишку в ротике пригреет
В офис к вечеру вернет

Припев

Насосала, насосала – прокричит похабник в след
Кто идет в обед в столовку, кто-то к шефу в кабинет
Устно сдать ему отчетик, или в заднее число
Ведь не каждой так работать в этой жизни повезло

Куплет

И дела поперли в гору
К черту мужа и детей
Нет моральному укору
Жизнь прекрасна у бл@дей

Быть бухгалтером почетно
Но не прибыльно ничуть
А быть шлюхой – беззаботно
И гламурно – просто жуть

Припев

Насосала, насосала – прокричит похабник в след
Кто идет в обед в столовку, кто-то к шефу в кабинет
Устно сдать ему отчетик, или в заднее число
Ведь не каждой так работать в этой жизни повезло

Куплет

Если спросят – утверждает
Я Пал Петровича люблю
Он других не замечает
А на старую жену его забью

В ресторане только крабы
И Хенесси элитный коньячек
Учитесь в этой жизни бабы
Богатеньких ловите на крючок

Припев

Насосала, насосала – прокричит похабник в след
Кто идет в обед в столовку, кто-то к шефу в кабинет
Устно сдать ему отчетик, или в заднее число
Ведь не каждой так работать в этой жизни повезло

99

Командировка в Саратов выдалась с приключениями.
Начальником группы аудиторов из 3-ёх человек назначили агронома.
То есть он в советское время был агрономом и финансистом заодно, в колхозе.

Сначала занудливым показался - уж больно споры про советское прошлое любил.
Потом ничего, притёрлись, а были мы на том саратовском заводе две недели.
И по окончании первой недели я с местной девицей из бухгалтерии замутил шашни.

В понедельник утром просыпаюсь - и не в гостинице, а у неё.
И всё бы ничего, но муж в дверь ломится - из командировки приехал внезапно.
Она дверь не открывает, типа никого дома нет.
А я даже Петровичу - агроному позвонить не могу, телефон на зарядке в гостинице.

Положение, сами понимаете, аховое.
И тут во всём блеске проявил себя Петрович.
Звонок из Москвы от нашего руководства, а он как ни в чём не бывало:
- Да всё нормально. В седьмой цех пошёл (про меня). Попозже перезвонит.

Или бухгалтерия местная интересуется, ну а там у Петровича особый подход:
- Тамара Ивановна, он мне доложил уже, что по МПЗ у вас полный порядок.

В общем этот тёртый мужик до обеда напор сдерживал.
Выбрался я и на работу пришёл, изрядно ощипанный, но непобеждённый.

С тех пор агрономов зауважал, наш человек оказался.
Говорю:
- А чего не сдал-то?
- Уж больно ты колхозы здорово ругал..

100

Преступление в зоопарке.

Директор зоопарка почуял неладное еще в коридоре, когда к нему подскочила тетя Глаша с заявлением о том, что она Кентавра кормить больше не будет.
«Ну и ладно», подумал директор. После обеда он в замечательном настроении пошел прогуляться вдоль вольеров и с удивлением обнаружил сотрудника Кузьму Петровича, который с остекленевшим взглядом сидел на лавке.
- Кузя, что с тобой?
Кузьма очнулся и недобро посмотрел на него.
- Я к этим тварям больше ни ногой.
- Ты о ком?
- О гориллах.
- Побили?
- Там все сложнее было…
- Ну Кентавр в последнее время вредный какой-то. Глафира уже четвертая, кто отказывается его кормить.
- Он что, и Глафиру?
- ?
- Обесчестил.
- Что ты несешь?
- Что слышите, то и несу. Протрезвею, вообще давать показания откажусь.
- Какие показания, Кузя, кому?
- Полиции. Меня Кентавр вчера обесчестил.
- Укусил за задницу?
- Если бы…в прямом смысле. Я, начальник, того – заявление писать собираюсь в полицию. Там точно разберутся.
- Подожди ты со своим заявлением. Давай сами, без полиции.
- Без полиции нельзя. Эту тварь надо изолировать от общества.
- Так он же и так в клетке.
- Его перевоспитать надо. Или пристрелить.
Директор посмотрел на сидящего в вольера напротив Кентавра. Следов раскаяния на морде обезьяна заметно не было, но и стрелять в него сразу как-то не хотелось.
- Давай, начальник, вызывай полицию, пусть протокол составляют.
- Кузя, ты с ума сошел?
- Имею право показания дать. Государство должно защитить меня от преступных посягательств. Выбирайте, господин директор, или я сейчас иду в полицию, или Вы их сюда вызываете, чтобы на месте все оформили.
Директор в отчаянии подошел к вольеру и обратился к Кентавру:
- Сволочь. Тебе из Африки за валюту такую самку в прошлом месяце привезли, как ты мог, извращенец?
Кентавр изобразил на морде удивление и раскрыл директору свои объятия. Директор отскочил от вольера и вдруг подумал, что от греха подальше лучше все-таки вызвать полицию.

Следователь грустно смотрел на Кузьму Петровича.
- Вы меня только поймите – он не субъект.
- Чего?
- В соответствии с уголовным кодексом РФ уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста 16 лет.
- Ему 25. Значит, субъект.
- Он не человек, я не могу ему обвинение предъявить. Дело возбудить могу, но прекратить придется.
- Начальник, подожди. Ну и что, что не человек? Где написано, что лицо – это человек. Вон юридических лиц сколько.
- Исходя из общего смысла и задач…
- Господин следователь, он сексуальный маньяк, извращенец.
Следователь устало возразил:
- Ну и как Вы предлагаете мне установить его вменяемость и факт наличия психических отклонений? Вы представляете, что будет в психиатрической больнице, если в нее Кентавра привезут? Да что я тут несу, он не человек. Его вообще психиатр права не имеет обследовать.
- Господин следователь, подождите-подождите, ведь он – физическое лицо.
- Он не лицо.
- Тело есть, значит – физическое. И лицо. Вон рожа какая.

В комнату вошел энергичный молодой человек.
- Здравствуйте, я представитель Green Peace. Мы узнали, что в этом зоопарке нарушаются права животного.
- Началось. Откуда Вы вообще об этом узнали?
- Так Кузьма Петрович в интернете сегодня написал, что в зоопарке насилуют. Вот я и пришел узнать, кого он насилует.
- Это не я. Это меня.
Молодой человек с удивлением посмотрел на следователя:
- А почему Вы решили, что его, а не он? Экспертизу назначали? Осмотр проводили? Животное сильно пострадало?
Следователь мрачно произнес:
- Ну вот Вы и осмотрите Кентавра. Ветеринарное образование есть?
- Нет. Я журналист.
- Тогда нельзя.
- Ой, да этот от Кентавра точно не отобьется, - с сарказмом заметил Петрович. Пустите его в клетку.
- Кузьма Петрович! Ну зачем Вы в интернете информацию разместили?
- Чтоб дело не замяли. Знаем мы вас. Да Вы и открывать-то дело не собираетесь, как я посмотрю.
- Он не субъект.
- А вот Кузьма Петрович – вполне субъект, к тому же пьяный, а это отягчающее обстоятельство. Да и ветеринара надо бы привлечь к ответственности. Животное очевидно росло в неблагоприятных условиях.

Вдруг с улицы донесся гул голосов. В комнату заглянул испуганный директор.
- Господин следователь! Пожалуйста, подойдите к вольеру.

У вольера, со стороны решетки, собралась толпа. Показывали пальцами на Кентавра, а некоторые осеняли себя крестным знамением.
- Что случилось? – спросил следователь у директора.
- На нем цепь с крестом.
- Вы тут тронулись все? Зачем?
- Это не я. Это Глафира пробралась в вольер и надела ее Кентавру на шею.
- Попросите ее подняться к Вам в кабинет. Мне теперь необходимо с ней поговорить.

- Поясните, зачем? С какой целью?
- Чтоб бес из него вышел, - хмуро произнесла тетя Глаша.
- Какой бес?
- Блудный.
Отрицать существование бесов было так же глупо, как и соглашаться с тетей Глашей в данном конкретном случае.
Открывающиеся следственные дали вдруг подтолкнули следователя к принятию процессуально неправильного, но такого по-человечески адекватного решения.

- Кузьма Петрович! Вы верующий?
- В Бога верю.
- Простите Кентавра. Помилосердствуйте, иначе усыпят его.
- Ладно, уговорили. Прощаю животину. Пусть Господь сам с ним разбирается.

P.S. Люди – не животные.

1234 дальше →

Партнеры

Реклама