Шутки про везёт - Свежие анекдоты |
Муж пьяный к себе пробирался
Был гололёд ой ёй-ёй,
И всё же он целый добрался
Жена заявила: чуднОй.
Соседка попала в больницу
Со сломанной сильно ногой.
Не пила она ни грамульки,
На пьяницу стала вдруг злой:
Он ходит дурной и здоровый,
Ни разу не упадёт
А мне благонравной и трезвой
В жизни совсем не везёт.
|
- Цилечка, ты чего такая грустная?
- Ойц, Розочка, так катастрофически не везёт с мужчинами...
- Не усложняй себе жизнь. Встречайся только с тем, кто тебя балует, постоянно говорит, что ты красивая, никогда и ни на что не ругает...
- О, вэйз мир, Розочка! Я так часто не могу ездить к бабушке. Она очень далеко от нас живёт!
|
|
Я сидела возле барной стойки, уставившись на свой стакан с виски,
когда огромный, угрожающего вида бугай подошёл ко мне, схватил мою выпивку и опустошил её одним махом...
- Ну, и чё теперь будешь делать? -
спросил он угрожающе, когда я расплакалась.
- Это худший день в моей жизни, - сказала я, – Я законченная неудачница. Я опоздала сегодня на важную встречу, и босс уволил меня. Когда я пришла на парковку, то увидела, что мою машину украли, а она ведь даже не была застрахована. Я оставила кошелёк в такси, в котором поехала домой. И приехав домой я застала своего мужа с другой женщиной. А потом моя собака меня укусила.
И вот, я пришла в этот бар, чтобы набраться смелости наконец-то и покончить со всем этим, я купила выпить, кинула туда таблетку, сидела, наблюдая, как растворяется яд и писала прощальное сообщение...
И вдруг Вы подошли, и выпили всё это! Даже тут мне не везёт. Ну да ладно, что мы все обо мне да обо мне? Вы-то как?
Текст (с) автор не известен.
|
|
xxx:
Пару лет назад в Костроме, где проходила психиатрическая конференция, мы с коллегами заказали такси, и таксист начал нам рассказывать про то, что 2х2 не 4, что это придумали евреи, про мировой заговор, а потом вообще начал выдавать махровые бредовые идеи. Когда вышли, ржали как кони - надо же так совпасть - четыре психиатра и водитель с шизофренией. Знал бы, кого он везёт)
|
|
О пользе изучения государственных языков.
Живу в Казахстане. Долго живу, с первого класса школы, так что с небольшим перерывом натикало около 30 лет. Сама русская, но в школе не то чтобы преуспевала в изучении казахского языка, но и не филонила особо. Так, как собака, понимать — понимаю, а говорить не могу))
И вот мы поехали с сыном в солнечный Кыргызстан, на Иссык-куль. В Чу вышли с поезда, на такси доехали до границы. И тут наш таксист начал нам искать другое такси, хотя договаривались, что до Чолпон-Аты он нас довозит, причем до границы от Чу треть пути, а мы ему половину оговоренной суммы уже выплатили и он отказывается вернуть часть оплаты.
Стоим втроём — я и два таксиста, старый и новый. Старый говорит новому: «Олар акша бар». А мне: «Сестрёнка, надо ему заплатить столько-то» (и сумма проезда до Иссыка будет гораздо больше, чем я рассчитывала). Я думаю ну ничего себе, меня тут развести хотят)). Там для меня было принципиально часть предоплаты вернуть, он мало того, что по пути набирал пассажиров, так ещё и не везёт куда договаривались. Говорю: «Чтооо? Что значит у меня есть деньги? Ты не смотри, что я русская, я в казахском поселке выросла и всё понимаю! Не твоё дело считать мои деньги, возвращай часть». Новый таксист ржёт, старый стоит красный как рак.
В итоге он вернул часть предоплаты, а мы с новым таксистом доехали до вожделенного озера.
|
|
Если бы я был чуть более рафинированным и интеллигентным, то написал бы сейчас, скорее всего так — побывал сегодня в заботливых лапах родины. Но поскольку я человек более простой комплектации, то и резюмирую менее изыскано — занимался я, ребята, сегодня редчайшей хернёй.
Началось всё с того, что я выгреб из аналогового почтового ящика, который, к слову, проверяю весьма нечасто, вместе с бумажным спамом, уведомление о заказном письме на моё имя.
Судебное — грозно маячило на кусочке бумажки, и я, мысленно перебирая все свои прегрешения, пошёл, на всякий случай жалостливо приволакивая ножку, получать это самое письмецо на почту.
На почте, кстати, я тоже бываю весьма редко, поскольку как-то так сложилось, что пользуюсь другими службами доставки, так что — совершил некий экскурс.
На почте хорошо! Можно запросто купить килечку в томатном соусе, она у них прямо по стойке расставлена, а так же модельку почтовой машины, вермишель, сахар и растительное масло среднего ценового сегмента. Сканворды «Тёщин язык» и газетку «СПИД-инфо».
Ладно, шучу, нет газетки, а жаль.
Стены, правда, всё те же, обшарпанные и выкрашенные в человеконенавистнический, грязно-бежевый тон, но зато на одной из них висит теперь экран, на котором движется элеронная очередь. Культурно! Прогрессивно! Инновационно!
Взял талончик, получил зловещее послание, обмирая открываю.
Пишет мне судья нашего районного суда, и сообщает, что я лиходей и ушкуйник, и что государевы люди вчинили мне иск за недоимку, и ежели не погашу я оную в обозначенный срок — велено поступить со мной бесчестно.
И сумма долга стоит. Прямо скажем — не солидная. Четыреста шестьдесят целковых и семьдесят восемь копеечек ещё сверху. Вполне посильная сумма-то! Даже при себе такая имелась, до того я широкой натуры господин.
Отлегло от моего не очень славянского сердца, выдохнул с облегчением. Да оно и понятно! Ежели бы это за то, за что я подумал, то да, а тут — пятьсот рублей всего хотят.
Нацепил очки (проклятые компьютеры угробили таки соколиный взор мой) читаю — за что это мне сие. Оказывается — налогов не доплатил три года назад за некую недвижимость, которую уже давно со своего баланса сбросил. Как так вышло, не особо понял, но поелику сумма не обидная, пошёл в банк. Почему в банк? Ну потому-что велит судья принесть в доказательство платежа бумажную копию платёжки вкупе с оригиналом.
Пришёл в банк. Там тоже хорошо! Стены новые, приятного зелёненького колера, девочка милая всё объясняет всем, параллельно предлагая купить серебряную монету в форме Крыма или лотерейный билетик.
А золотого нету? — спрашиваю я у девочки.
Нету, - отвечает сокрушённо девочка. Лотерейку брать будете?
Не везёт мне, милая, в карты и прочие азартные игры — говорю.
Ну, значит в любви повезёт — грустно отвечает милая и отстаёт от меня, переключаясь на следующего клиента.
Подхожу к своему оконцу, сую бумажку, так, мол, и так, желаю с повинной головой уплатить положенное, извольте принять наличность. А тётя с обратной стороны окошечка и говорит мне человеческим голосом — не возможно этого никак сделать, сударь. Реквизиты вам с ошибочкой пропечатали, не проходит на такие реквизиты платёж.
Ладно... Ладно! Я ж не горделивый какой князь, я купеческого рода. Плюнул, высморкался в пальцы да и покатил к государеву оку смотрящему — правильные реквизитики выправлять.
Приехал, шапку снял ещё даже в ограду не вошедши, на лицо напустил вид скорбный да болезный.
Сразу чтобы было видать — при смерти человек, а старается! Вон его как потрепало, а он ничего, не хнычет!
Помыкался по кабинетам — и таки выдали мне верные циферки. А отчего, спрашиваю, до суда то дело дошло, почему просто уведомление не прислали и три года выжидали?
А оттого, отвечают мне, что много будешь знать — скоро состаришься, потеряешь остатки и без того слабенького, прямо скажем, рассудка, начнёшь путать основополагающее со вторичным и тускло, бесславно умрёшь в полнейшем забвении. Понятно?
Как тут не понять? Благодарствую за науку. Мерси за приём!
Отчего изначально реквизиты криво пропечатаны были — даже и заикаться не стал. Понятное дело — столько дел у них, не до мелочи им вроде меня.
И назад в банк. В такой же, но чуть более другой. Там Крым не предлагали, но лично видел на витрине монету с Виктором нашим Цоем и с Николаем Чудотворцем. Сами понимает — мне ни то, ни другое не по чину — но очень красиво, конечно. Блестит и вообще крайне богато выглядит. Одобряю такое!
Оплатил без приключений, приезжаю в суд. А там охрана в латах! Натурально два вьюноша стоят и оба в бронежилетах. Нападают на них, что ли с дрекольем, не понятно, но уточнять от греха не стал. Ибо и я уже нервный от всего предыдущего, и они явно скучают. Где, говорю, судья, я ему платёжки принес. Сейчас, отвечают, будет вам и судья.
Выходит женщина строгая в годах и в платье гробовом. Смотрит на меня, на бумажки и грозным басом интересуется — а где госпошлина? Там ещё госпошлина причиталась!
Отвечаю я ей голосишком елейнейшим, что государевы люди мне сообщили, что ежели в срок всё погасить добровольно, без применения плетей да дыбы, то и госпошлину платить — не нужно. Не за что при таком раскладе её, родимую платить.
Зыркнула не меня судья нехорошо, ушла, развевая фалды платья куда-то в кабинетную глубь и там громко, чтобы я слышал, выясняла у кого-то, не видимого за дверями, верны ли слова мои. Подтвердились слова мои кем-то невидимым, и им же было прибавлено в мой адрес некое определение, которое при желании можно было бы принять за антисемитизм, но я нисколечко не обиделся, ибо тут всё верно.
Сообщила мне судья, что процесс мой закрыт и вышел я с ощущением бездарно потраченных трёх часов на свет божий чистым, непорочным и ничегошеньки никому не должным.
Честно говоря, не понятно, зачем им это всё было нужно, ибо бумаги и почтовых расходов и прочей возни явно вышло на большую сумму. И отчего не было никаких вестей три года. И почему всяким развивающимся республикам заморским миллиарды прощают, а мне из-за неполных пятиста рублей чуть все счета не заблокировали — чёрт его знает.
Ну да ладно. Зато хоть монетки красивые посмотрел, да на почте побывал. Ну и вообще ощутил, что не всё равно на меня родине, помнит она меня и адресок мой знает очень хорошо.
А это приятно.
|
|
Скидки! Акция! Кто-то их ищет, кого-то они раздражают. Ну дело личное.
Покупали в салоне бытовой техники стиральную машину. Перед нами оформляет телевизор мужчина лет шестидесяти. Просит менеджера :
- А можно чек разбить на две суммы? Телевизор стоит 26 тысяч, а вы мне пробейте на десять и шестнадцать. Это для мамы. Я ей чек на десять тысяч покажу и скажу, что по Акции только один телевизор продавали.
И как бы оправдываясь :
- У меня зарплата небольшая и она переживает, что дорогие подарки ей делаю. А я хочу, чтобы мама радовалась, а не волновалась. У нее давление, сердце…. А эти цены так вредят здоровью.
Менеджер улыбнулась:
- Ну, конечно, можно! Да Вы не первый кто так делает.
Прошел где-то месяц.
Решили бабушке на День рождения матрас новый ортопедический купить (знаем, что хотела бы поменять). Кровать измеряли и началось :
- Чего еще выдумали! На старом свой век докукую! Цены то какие!!!! А у вас ребенок, ремонт!
- Бабуля, не волнуйся, мы недорогой нашли, мы … по Акции!
Сейчас у нее хороший итальянский матрас всего за (двадцать во... всем молчать!) ДЕСЯТЬ тысяч рублей. Очень ей нравится и недорогой же!
День рождения! Мы дружная семья. Дети сделали видео с поздравлением, концерт, караоке, любимые Beatles и группа Любэ! Бабушка пела и смеялась до слез….
Старшие родственники тоже постарались. Такие хорошие подарки! И вот чудо чудное, ВСЕМ очень повезло с покупкой .. у них тоже Акция была. А мы думали, что только у нас))
Под занавес, смотрели самый любимый фильм бабушки «Белое солнце пустыни» и тихо подпевали:
- Ваше благородие, Госпожа удача!
Для кого ты добрая, а кому иначе..
Да « Мне за державу обидно» в которой цены так вредят нашему здоровью
- Перестаньте, черти, клясться на крови…
Не везёт мне в смерти, повезет в любви!
|
|
Невезучие
Наш народ с тяжёлой ношей
Добрый, честный и могучий!
Исключительно хороший,
Но, немного, невезучий!
С полицейскими, к примеру,
Постоянно не везёт:
За протест применит меру,
От бандитов не спасёт!
С депутатами, нехило,
Тоже нам не подфартило:
Плутоваты, недалеки,
Давят кнопку, дуют щеки!
С журналистами - не в масть -
Тут фортуна отвернулась:
Говорят, чтоб не икнулась,
Только то, что хочет власть!
В медицине же разруха:
В поликлиниках грубят
И с диагнозом чудят -
Это просто невезуха!
Тонет в золоте церковник,
Дорогим вином поим,
И шокирует чиновник
Равнодушием своим!
Сочиняют судьи мифы,
Политолог чушь несет,
Коммунальщик рвет тарифы -
Что тут скажешь? - не везёт!
И с министрами, конечно,
Не сопутствует удача:
Управляют безуспешно,
С умным видом, всех дурача!
Каждый на наживу падок
В государственных сусеках! -
Боле-менее порядок
Видно лишь в библиотеках!
Ну, и вывод в эпилоге:
Получается, в итоге,
Не везет, сверх всяким мерам,
Детям и пенсионерам!
Ну, и из библиотек
Паре тысяч человек!
|
|
Поэма "Вирусиада" - римейк "Гаврилиады" Пушкина. Часть 3 «Антигерои корона вирусного времени» . Антигерой №6 олигарх Олег Тиньков, который в точном соответствии с русской пословицей выпрыгнул из грязи,да в князи.Он лучше других использовал лживую рекламу,особенно по нашему продажному ТВ, и выпрыгнул в долларовые миллиардеры. Перебрался жить в Англию, но там дурить народ ему никто не позволит, поэтому продолжает беспредельничать у нас. Добрался даже до нашего футбола, переименовав Российскую премьер лигу в Тинькофф Премьер-Лигу. С тех пор наш футбол опустился на мировом уровне ниже плинтуса.Эта глава "Вирусиады" могла бы быть представлена Александром Сергеевичем так :
Он давно уже в России не бывает, не живёт ,
безнаказанно доходы прямо в Англию везёт.
Эти шалости банкира не волнуют наши власти,
но зато американцы не дают пожить там в сласти.
Англичанам дан указ выслать гада в тот же час.
Миллионов двадцать пять пришлось долларов занять,
чтобы в Англии подольше под залогом погулять.
Чтоб остаться там надолго, ну а лучше так навек,
всему миру сообщает,
что больной он лейкемией и несчастный человек.
Доходяга этот вдруг стал футболу лучший друг.
Как по щучьему веленью и Олегову хотенью,
наша лига футболистов стала зваться его тенью.
Эта тень «Тинькофф» зовётся,
непременно на футболе, как на пиве отзовётся.
Пиво это уж давненько смертью храбрых полегло,
на футболе нашем тоже стало как говна клеймо.
Всё что можно проиграли, а точнее так просрали,
но Тинькова из названья всё ж кликуху не убрали.
Пока лейбл не уберут,
всё и то,что не успели , обязательно просрут.
|
|
- Не хочу купаться! - заявляет мой маленький внук, и добавляет для полной ясности:
- И вообще не люблю мыться!
Ну, это, положим, неправда. Через несколько минут он будет весело бултыхаться в ванне вместе с маленьким братишкой, делать бороду и рожки из пены и гонять туда-сюда резиновых уточек и кораблики. Просто в данный момент он очень занят. У человека в три года бывает куча дел.
- Очень тебе сочувствую, - говорю я ему, помогая собрать игрушки, - когда я была маленькой девочкой, я тоже не любила мыться.
Внук мне не верит. Во-первых, все мамы и бабушки почему-то любят мыться. А во-вторых, бабушки не бывают маленькими девочками. Они прямо так и появляются на свет - сразу бабушками.
Что? Сколько мне лет? Ну... я ещё помню приглашение "приходите к нам смотреть телевизор". Вот и считайте.
...................................................................................
Жили мы тогда в коммуналке. Горячей воды там не было. Ничего особенного - многие так тогда жили. Ванной не было тоже. Но кран с холодной водой на кухне был. И это было большое благо. По утрам соседи выстраивались в очередь к этому крану - у каждого на плече полотенце, а в руках - мыло, зубная щётка и коробка с зубным порошком. (Куда, кстати, делся зубной порошок? Взял, да и исчез - в какой-то момент все перешли на зубную пасту.)
Воду в дом провели незадолго до моего рождения - до этого надо было ходить с ведром к колонке на соседней улице.
Эти уличные колонки я тоже ещё помню. Жители маленьких деревянных частных домиков в округе ещё вовсю ими пользовались. Зимой колонка покрывалась льдом, лёд этот выглядел очень сооблазнительно, и иногда очень глупые дети пытались его лизнуть. Ну, или подначить кого-то лизнуть. Язык немедленно примерзал, и друзья пострадавшего неслись в ближайший домик с криком: "Тётя Стефа! А у Петьки язык примёрз!" Тётя Стефа с ворчанием выносила чайник с тёплой водой, нагретый на примусе, и освобождала несчастного. Одного раза обычно бывало достаточно. Повторить этот номер, как правило, никто не пытался.
Пока я была совсем маленькой, купание происходило так. Возле печки (ах да, я забыла, ведь была ещё печка, её топили углём и дровами) на два стула ставили ванночку. (Помните эти оцинкованные ванночки? Я такую недавно в Икее видела. Никакой ностальгии почему-то не ощутила.) Воду грели в большой кастрюле на плите, а потом несли в комнату, стараясь не расплескать. Вода была очень горячая - её наливали в ванночку и разбавляли холодной. Тогда она становилась чуть тёплой, и взрослые начинали ссориться:"Простудите ребёнка!" - "Ничего, пусть закаляется!"
Потом мылили (мыло обязательно попадало в глаза), потом смывали из кувшина (вода была или слишком горячая или слишком холодная). Если повернуться к печке спиной - мёрз живот, а если животом - мёрзла спина.
Короче говоря, удовольствие это было слабое. Понятно, что детям эта процедура не нравилась. Маленькие орали и сопротивлялись, а те, кто был чуть постарше, ныли и отлынивали, как могли.
"Ну что это за купание?" - огорчённо говорила мама, - "только размазывание грязи, и всё..." Да и ванночка постепенно мала становилась...
А значит, пришло время мыться по настоящему. То есть, ходить в баню.
....................................................................................
В баню мы ходим с бабушкой. Я эти походы не люблю. Что-нибудь обязательно идёт не так. В раздевалке нам выдают жестяной номерочек с дыркой, на котором выдавлены цифры. У дырки острые края с заусеницами - как бы не порезаться! (Обязательно порежусь.) Бабушка отдаёт номерок мне со строжайшим наказом не потерять. (А я, как назло, всегда всё теряю.) Я зажимаю его в кулаке и думаю, что вот если бы я была кенгуру... было бы намного удобнее. Ну вот правда - куда его девать?
...Пол в бане мыльный и скользкий. Взрослые всё время покрикивают на детей: "тут не стой - толкнут!", "туда не ходи - поскользнёшься!", "не отходи, будь рядом!" - "не путайся под ногами!" (совершенно непонятно, как это всё совместить), "гляди под ноги!" - "смотри вокруг, не зевай!" (опять-таки...), "не смей садиться на скамейку! мало ли кто там сидел! можно чем-нибудь заразиться!" (зачем тут воообще поставили эту скамейку, если на неё нельзя садиться?) Ой, а где номерок? Я его уронила, кажется... А, вот он. И правда - упал. Это я засмотрелась на скандал.
Какой скандал? А всегда одно и то же. Какая-то мама привела маленького сына. Что тут такого, спрашивается? Маленькие мальчики всегда ходят в баню с мамами. (А летом на пляже маленькие дети и вовсе голенькие бегают - и никого это не смущает.) Но женщины считают, что этот маленький мальчик уже слишком большой. Интересно, как они знают?
"Безобразие!"- возмущается одна, - "такого большого парня привести в женскую баню!" "Правильно!" - поддерживает другая. - "Пусть с отцом ходит!" - "Ничего ему не сделается!" - то ло отшучивается, то ли отругивается мама мальчика. - "Он от вас не осквернится!" За этим конечно же следует всеобщее возмущение - то ли настоящее, то ли притворное, просто для порядка.
Я от души сочувствую "большому парню", а он, бедняга, пытается оправдываться:"Я же ничего не вижу, мне мама глаза намылила!"
За всем этим я даже не замечаю, когда бабушка ухитряется меня помыть. Мы выходим в раздевалку, и я с облегчением отдаю бабушке мокрый номерок - не порезалась и не потеряла, молодец! Ф-фух! Одеваемся - всё как обычно: платье, кофточка, пальто, платочек, на него шапочка ("чтобы уши не простудить") - ну, наконец-то! идём домой.
Впереди нас мама ведёт за руку "большого мальчика" который бубнит:"Больше никогда... только с папой... все ругаются... не хочу..."
А вот дальше... Я, честное-пречестное слово, не виновата, что после бани обязательно что-нибудь случается. Ну, не везёт! Например, вот так:
Мы с бабушкой идём мимо дома, где на крышу как раз взбираются какие-то дяди - то ли чинить эту самую крышу, то ли подметать. С крыши внезапно взлетает огромная стая голубей - видимо, рабочие их спугнули. Шум крыльев, ветер, пыль, на нас что-то капает... Бабушка смешно машет руками и кричит "кыш!", но голуби её, конечно, не слушают.
Я смотрю на бабушку. На её светлом плаще потёки почему-то чёрно-белые, а на моём чёрном пальтишке - бело-серые... Как это получилось?
Наконец мы приходим домой, бабушка кое-как отчищает моё несчастное пальтишко, и я с облегчением бегу играть во двор, выслушав перед этим обязательные наставления "не пачкаться". Хотя бы пока мама не придёт с работы. "Пусть она хоть один раз увидит чистого ребёнка!" (Правда, мы обе понимаем, что вряд ли это получится, но ритуал есть ритуал.)
Игра у нас очень интересная - во дворе стоят низенькие дровяные сараи, и кому-то приходит в голову гениальная идея пробежаться по крышам. Взобраться туда легко - возле сарая стоит колода, на которой колют дрова, и перевёрнутая бочка.
Раз-два - и мы уже на крыше! Вид оттуда действительно открывается какой-то совсем другой - и наш двор, и соседние, и улица - но... увы - сарайчики ветхие. Разумеется, я, как самая везучая, проваливаюсь внутрь. Падать не очень высоко - сарай полон угля, привезённого на зиму, и уголь навален почти до самого верху...
Я почти не ушиблась и даже не успеваю испугаться. Но когда я вылезаю наружу сквозь дырку в крыше, все дети начинают громко смеяться. Интересно, почему?... Ну, пальтишко ладно - оно чёрное, на нём ничего не видно. Вот руки... да, руки грязные... И что-то мне подсказывает, что бабушке мой вид не понравится. Даже после того, как все мои приятели, кончив смеяться, дружно пытаются меня отряхнуть и почистить.
Опять мама не увидит чистого ребёнка...
....................................................................................
К моей большой радости, походы эти продолжались недолго - всего пару лет. Через какое-то время мамины друзья переселились в новую кооперативную квартиру, где - чудо из чудес! - была ванная, и горячая вода текла прямо из крана.
И началась новая эпопея, которая называлась "приходите к нам купаться".
Но это совсем другая история. Для другого раза.
Потому что внуки уже искупались. И им пора спать.
|
|
Мне не везёт с транспортом: 4 раза опаздывала на поезд, теряла билет на самолёт, засыпала в метро и в маршрутке, а зимой на трассе 31-го декабря, когда мы опаздывали на НГ, у нас в дороге загорелась машина. А ещё мне в детстве трамваем голову прищемило. Я спешила в школу и пыталась успеть на трамвай, который уже закрывал двери. Больно не было, было обидно. Рассказала подруге, она посмеялась и говорит: "Не страшно. Я видела, как из автобуса в лужу вылетает девушка!" Сопоставили факты. Это тоже была я.
|
|
Вот как в Советской Армии и коты служили!
Уходит жена командира части в отпуск. (Командир - тот ещё раньше ушёл отдыхать!)
- Смотрите, - говорит, - девчонок моих (связистки) берегите, а особенно Люську!
А Люська это кошка командирская. Была.
Потому как сидели мы как-то в "курилке" - от работы, которую ещё не придумали, отдыхали. :-)
Идёт Люська.
- Вот, - говорю, - вроде как на службе, а ходит "по "гражданке" - где хочет и когда захочет. Везёт же бабе!
- А это мужик, - сказал Ахметыч, хитро улыбаясь.
Боевая тревога после генеральской бани при ядерном взрыве была лёгкой пылинкой, полетевшей в ноги, потому что до этого казах сказал только "Голова не болит!" после выхода из санчасти.
Полгода он там провалялся после того как с крыши упал, поднявшись на крышу высотой 12 метров с 25 метровой "страховкой". Когда к нему подбежали, верёвка ещё падала с крыши.
Вот, наверное, и стал таким разговорчивым, а то вообще молчал.:-) Не, ну, только по службе: "Так точно!", "Дежурный по почте на выход!"
Мы тоже долго молчали, нервно докуривая.
- Не понял, - сказал я, это чё у нас солдат "шлангует"?
- Что он может, он же... Кот! - изумился Василь из-под Чернигова.
- Да, это же кот, он даже мышей не ловит. - возразил хитрый татарин Ярулло.
- А вот спорим, через две недели мух будет ловить! А сегодня отметим день рождения солдата Люсьена... Колбасой и печенкой! :-)
В советское время колбасу было не просто купить - надо было знать "где" и у кого "достать". :-)
Консервированные паштеты из печени - какой угодно, "достать" было просто невозможно. Но для любимой "кошечки" помощник начальника радиосвязи полка не пожалела ни нервов знакомых, ни мужниных денег.
Холодильник в секретной комнате командира полка был заполнен колбасой и консервами с рыбой и паштетом.
Но нашлись дорожки и ключики как к дверце холодильника, так и сердцам сержантов в юбках, которые до этого общались, в основном, только с лейтенантами.
Празднование командирского отпуска плавно перешло в празднование отъезда командирской пары.
Утром! Холодильник блистал первозданной белизной не только снаружи, но и пустотой изнутри.
Для новоявленного солдата масленница кончилась.
Впервые! В его миске был солдатский суп с Одним! кусочком картошки и 2 каплями масла в бульоне, несмотря на стойкий колбасный запах в части.
Два дня! Люсьен не подходил к своей миске, в которой суп Не менялся.
На третий день, полакав немного начинающего плесневеть супа, кот получил свежую порцию.
Через неделю "случайно" появившаяся в миске муха была также съедена.
По прошествии ещё двух недель пятнистый солдат устраивал засады и преследовал мух, заботливо отловленных в других местах, по стенам и батареям отопления. :-)
Дальний перелесок едва не высох из-за закопанных под деревьями пустым консервным банкам.
Вернувшаяся чета командиров была удивлена:
- Как! Уже всё съела?
- Ну, он... Э-э-э она так просила!.. - отчиталась Ответственная, за что была премирована и повышена в звании " за выполнение секретного задания", а кот получил дополнительный паёк из горбуши.
Но даже вернувшись на привычную колбасно - рыбную еду, кот не оставил своих привычек (вдруг пригодится?) :-)
- А что это моя Люсенька за мухами гоняется? - удивилась как-то Хозяйка.
- Играет где хочет, когда захочет и как хочет...
|
|
— В Благовещенский?
Морозов вздрогнул и открыл глаза. Когда он успел задремать?
— Туда... — он привычно посмотрел на часы, — а чего так долго выходили-то? Дороже будет на сто рублей за ожидание.
Один из пассажиров, что сел рядом, светло-русый и голубоглазый, внимательно посмотрел на него, пожал плечами и кивнул. Ещё и улыбнулся как старому знакомому, Морозов даже покосился - может "постоянщик"? Да, нет, вроде...
Зато второй, чернявый и смуглый, сходу начал возмущаться с заднего сиденья.
— А если мы не согласны доплачивать? Да, и за что? Эсэмэска пришла, мы сразу и вышли. Вам положено ждать клиентов...
— Пять минут! — грубо оборвал его Морозов. — А я вас почти пятнадцать прождал! За это время можно в лес выехать и могилу там себе выкопать, — он тронулся с места и прибавил громкости радио.
Смуглолицый опасливо взглянул на него сзади и, видимо решив, что ругаться выйдет дороже, замолчал, обиженно выпятив губы.
Пассажиров Морозов не любил и часто хамил им намеренно, отбивая охоту с ним спорить, да и вообще вести какие-либо разговоры. Они платят, он везёт, всё просто. Ради чего с ними болтать, коронки стёсывать?
Когда он уже высадил их в Благовещенском и повернул в парк, позвонила жена:
— Миш, мы с Анькой к маме в деревню поехали, не теряй. Морс на подоконнике, а рис я в холодильник поставила, сам разогреешь.
— Ладно, а когда приедете?
— Завтра вечером. Ты на машине ещё? Можешь в «Музторге» Аньке флейту купить? И самоучитель для неё…
— Флейту?
— Ну, да, флейту, ей сегодня после медосмотра в школе посоветовали. Дыхательную гимнастику прописали делать и флейту сказали купить, лёгкие развивать.
— Хорошо... — он отключился и, не сдержавшись, матюкнулся. На прошлой неделе дочку водили к стоматологу и там назначали носить брекеты, насчитав за курс больше тридцати тысяч. А теперь, вот, ещё и флейту купи. Придётся сменщика просить туда докинуть...
Сменщика Морозов тоже не любил. Молодой, вечно опаздывает, в башке ветер гуляет, наработает обычно минималку, а дальше девок всю ночь катает. А чтоб за машиной смотреть, так не дождёшься.
Давеча оставил ему авто, записку написал, чтоб масло проверил. Через день приехал, на панели тоже записка: "Проверил, надо долить!" Тьфу!
А, главное, говори, не говори, только зубы сушит, да моргает как аварийка. Напарничек, мля...
Спустя полчаса Морозов, чертыхаясь про себя, купил блок-флейту и шедший с ней в комплекте самоучитель с нотным приложением. Денег вышло как за полторы смены.
Дома он выложил покупки на диван и, поужинав в одиночестве на кухне, достал из холодильника початую бутылку "Журавлей". Морозову нравилось после смены выпить пару рюмок, "для циркуляции", как объяснял он жене. Но сегодня, едва он опрокинул первую стопку, водка попала не в то горло и он, подавившись, долго кашлял и отпивался морсом.
Поставив бутылку обратно, он прошёл в зал, решив просто посмотреть какой-нибудь сериал.
Тут на глаза ему и попалась флейта.
Морозов осторожно достал её из узкого замшевого чехла и внимательно рассмотрел. Флейта ему неожиданно понравилась. Деревянная, гладкая на ощупь, с множеством аккуратных дырочек на поверхности, она походила на огромный старинный ключ от какой-то таинственной двери.
Он вдохнул, поднёс флейту к губам и несмело дунул в мундштук. Флейта отозвалась коротким, но приятным звуком, и Морозов из любопытства принялся листать самоучитель.
Прочитав историю инструмента, он дошёл до первого урока, где наглядно было показано, как именно нужно зажать определённые дырочки, чтобы получилась песенка «Жили у бабуси». Это оказалось совсем нетрудно – даже в его неумелых руках флейта лежала удобно и вскоре, при несложном переборе пальцами, он вполне внятно прогудел эту нехитрую мелодию.
Удивлённо покрутив головой, Морозов перешёл ко второму уроку и после небольшой тренировки довольно лихо сыграл "Я с комариком плясала".
Невольно увлёкшись этим необычным для себя занятием, он пролистнул страницу и принялся осваивать знакомый ещё по школьным дискотекам битловский «Yesterday».
И эта мелодия покорилась ему легко. Его пальцы будто ожили после долгой спячки и с поразительной для него самого ловкостью двигались по инструменту. А какое-то внутреннее, доселе незнакомое, чувство ритма ему подсказывало, когда и как нужно правильно дуть, словно он повторял то, что когда-то уже репетировал.
Не прошло и четверти часа, как он сносно исполнил "На поле танки грохотали", причём на повторе припева он ещё сымпровизировал и выдал задорный проигрыш, сам не понимая, как это произошло.
Потрясённый своими нечаянно открывшимися способностями он даже вскочил и начал ходить по комнате. Решил было пойти покурить, но передумал и снова сел штудировать самоучитель, закончив лишь, когда соседи снизу забарабанили по батарее. К этому моменту он уже осваивал довольно сложные произведения из классики и, только взглянув на часы, обнаружил, что прозанимался до поздней ночи.
Проснувшись, Морозов какое-то время лежал в кровати, обдумывая планы на выходные. Обычно, оставаясь в субботу один, он любил устраивать себе, как он сам это называл, "свинодень". С утра делал себе бутерброды с колбасой и сыром, доставал из холодильника спиртное и весь день до вечера валялся на диване, переключая каналы и потихоньку опустошая бутылку.
Но сегодня пить Морозову абсолютно не хотелось. От одной только мысли о водке у него засаднило горло, и он невольно прокашлялся. Немного поразмышляв, он решил собрать полочку из "Икеи", что уже месяц просила сделать жена, и съездить в гости к Нинке. Нинка, его постоянная пассия из привокзальной «пельмешки», сегодня как раз была дома.
Наскоро приняв душ и побрившись, он позавтракал остатками риса и присев на диван написал Нинке многообещающее сообщение.
Флейта лежала рядом, там, где он её ночью и оставил. Чуть поколебавшись, он достал её из чехла, решив проверить, не приснилось ли ему его вчерашнее развлечение.
И тут всё повторилось.
Сам не понимая почему, Морозов снова и снова проигрывал по очереди все уроки, уже почти не заглядывая в ноты. Пальцы его всё быстрее бегали по флейте пока, спустя пару часов непрерывного музицирования, он вдруг не осознал, что играет практически без самоучителя.
Тогда он закрыл книгу и попробовал по памяти подобрать различные произведения. Невероятно, но и это далось ему без труда! Абсолютно все мелодии лились так же уверенно и свободно, словно он разговаривал со старыми знакомыми.
Морозов отложил флейту. Чертовщина какая-то... а может надо просто крикнуть изо всех сил, чтобы всё стало как прежде?
Он встал, подошёл к висящему на стене зеркалу и тщательно вгляделся в отражение, словно старался отыскать в нём какие-то новые черты. Нет, ничего нового он там не увидел. Из зеркала на него смотрела давно знакомая физиономия. Свежевыбритая, даже шрам на подбородке стал заметен. Остался ещё с девяностых, когда они делили площадь у вокзала с «частниками».
Какое-то время он бродил по квартире, обдумывая происходящее.
Ещё вчера вечером его жизнь была понятной, предсказуемой и, как следствие, комфортной. С какого вдруг сегодня он сидит и пиликает на дудке? Да ещё так словно всю жизнь этим занимался?
Ему даже в голову пришла безусловно дикая и шальная мысль, что с таким умением он может вполне выступать на улице, как это делают уличные музыканты. Или, например, в подземном переходе.
Сперва он даже улыбнулся, представив себе эту картину. Бред, конечно... Или не бред?
Мысль, несмотря на всю свою нелепость, совершенно не давала ему покоя.
Полочка оставалась лежать на балконе в так и не распакованной коробке, Нинкины сообщения гневно пикали в мобильнике, но он ничего не замечал. Его всё неудержимей тянуло из дома.
А, действительно, почему нет, подумалось ему, что тут такого-то? Ну, опозорюсь и что с того? Кому я нужен-то?
Он ещё с полчаса боролся с этой абсурдной идеей, гоня её прочь и призывая себя к здравому смыслу, потом плюнул и начал одеваться.
Переход он специально выбрал в пешеходной зоне, подальше от стоянок с такси, понимая какого рода шутки посыплются на него, если кто-то из знакомых увидит его с флейтой.
Спустившись вниз, он отошёл от лестницы, встав в небольшую гранитную нишу, одну из тех, что шли по всей стене. Сердце его прыгало в груди от волнения, но, немного постояв и попривыкнув, он взял себя в руки. Мимо шли по своим делам какие-то люди, никто не обращал на него внимания. Подняв воротник и натянув кепку поглубже, он достал флейту и, дождавшись, когда в переходе будет поменьше прохожих, поднёс её ко рту. Пальцы чётко встали над своими отверстиями…
— Клён ты мой опавший, клён заледенелый... — Звук флейты громко разнёсся по всему длинному переходу.
Самое интересное, что с того момента, как он начал играть, Морозов полностью успокоился. Он будто растворился в музыке, что заполнила весь мир вокруг него, и, полузакрыв глаза, вдохновенно выводил трели, словно и не было никакого перехода, а он сидел дома на своём диване.
— Деньги-то куда?
Морозов очнулся.
— Деньги-то куда тебе? — напротив стоял пожилой мужик с авоськой и благожелательно улыбаясь протягивал ему мелочь на ладони. — Держи, растрогал ты меня, молодец…
Мужик ушёл, а Морозов, чуть поколебавшись, достал из кармана пакет, поставил его перед собой и заиграл снова. Вскоре в пакете звякнуло.
Примерно через час, когда Морозов дошёл до «Лунной сонаты», возле него возникли две потрёпанные личности, от которых доносился дружный запах перегара. На поклонников Бетховена они явно не походили. Одна из личностей была небритая и худая, а вторая держала в руках потёртую дамскую сумочку. Судя по сумочке, это была женщина.
Они с удивлением смотрели на Морозова и тот, что худой подошёл к нему поближе.
— Чеши отсюдова, пудель, — процедил он сквозь жёлтые зубы, — это наше место, щас Танька тут петь будет.
Морозов в ответ прищурился, аккуратно вложил флейту в чехол и, оглядевшись по сторонам, молча и сильно заехал гостю с правой под рёбра. От удара тот всхлипнул и, согнувшись пополам, отступил обратно к Таньке. Затем они оба отошли в сторону и после краткого совещания побрели наверх по лестнице.
Больше Морозова никто не беспокоил, и он спокойно продолжил свой концерт, перейдя на более подходящий моменту «Турецкий марш».
К концу дня переход наводнился людьми, и Морозов с удовлетворением заметил, что деньги в пакете прибавляются прямо на глазах. Пару раз он перекладывал их в карман куртки, раскладывая отдельно монеты и мелкие купюры. А когда он уже хотел уходить, к нему подошла компания из подвыпивших немцев и они, дружно хлопая в ладоши под "Комарика", положили ему в пакет сразу тысячу.
Вернувшись домой, он выложил из карманов все деньги и пересчитал. С тысячей вышло примерно столько же, сколько у него обычно получалось за смену.
— Ого! — подивилась вечером жена, увидев лежащую на трюмо кучу мелочи, — ты по церквям кого-то возил что ли?
— Типа того, — ушёл он от ответа, — давай ужинать что ли...
Поев, он покурил на балконе и прилёг на диван перед телевизором. Водки ему по-прежнему не хотелось.
Перебирая каналы, он неожиданно для себя остановился на канале "Культура", который до этого никогда не смотрел. Там, как по заказу, шёл какой-то концерт классической музыки, где солировала флейта. Мелодия, чарующая и тонкая, ему понравилась, и он отложил пульт в сторону.
Жена, посмотрев на него, хмыкнула и ушла смотреть своё шоу на кухню, а он дослушал концерт до конца и отправился спать уже под полночь.
Назавтра, выйдя на смену, и привычно лавируя в потоке машин Морозов долго размышлял о своём вчерашнем выступлении. И чем дольше он об этом думал, тем больше убеждался, что ничего удивительного с ним не происходит. По всей видимости, у него оказался скрытый музыкальный слух. Такое бывает, он сам слышал. Просто раньше не было подходящего момента это выяснить. А теперь, вот, что-то его разбудило, и Морозов стал гораздо глубже понимать музыку. Он даже выключил своё любимое "Дорожное радио", ему стало казаться, что все его любимые исполнители жутко фальшивят. А, кроме того, ему снова безудержно хотелось музицировать. Властно, словно моряка море, его влекла к флейте какая-то неведомая сила, полностью завладев его сознанием. В голове крутились фрагменты полузнакомых мелодий, неясные, мутные, звучали обрывки песенных фраз, которые он дополнял своими собственными, непонятно откуда взявшимися, вариациями.
Дотерпев так до полудня и, убедив себя, что клин клином вышибают, он заехал домой за флейтой и вскоре стоял в уже знакомом переходе. Начал он в этот раз сразу с классики, и проиграв примерно полчаса, заметил, что за ним, открыв рот, наблюдает какой-то «ботанического» вида субъект с футляром для скрипки в руках. Послушав несколько произведений, субъект подошёл поближе, сунул в пакет Морозову мелочь и вдруг обратился с неожиданным вопросом:
— Вы, простите, у кого учились, коллега? У Купермана? Или у Самойлова?
— Чего? — не понял его Морозов, но на всякий случай добавил, — иди, давай…
Скрипач безропотно отошёл на несколько шагов и, постояв так ещё некоторое время, исчез.
Спустя час он появился снова, ведя с собою высокого, похожего на иностранца старика, в длинном чёрном пальто и шляпе с широкими полями.
Встав за колонну, подальше от Морозова, они, переглядываясь, слушали, как он по памяти проигрывал вчерашний концерт, необъяснимым образом отлично уложившийся у него в голове.
Музыка и вправду была трогательная и красивая. Несколько прохожих остановились послушать, а одна женщина даже всплакнула и, достав из кошелька сторублёвку, сунула её прямо в карман его куртки. Морозов уже решил, что на сегодня ему хватит и пошёл к выходу, как услышал сзади какой-то шум.
— Извините! — старик в шляпе не успевал за Морозовым, семеня ногами по скользкому гранитному полу.
— Ну, — повернулся он к незнакомцу, — что хотел-то?
— Понимаете, нам через день выступать на фестивале в Рахманиновском, а у нас Кохман, наш первый флейтист заболел. А вы... вы, — он остановился и, задыхаясь умоляюще тронул Морозова за плечо пытаясь договорить, — прошу вас, выслушайте меня!
Морозов остановился, дав ему возможность отдышаться.
— Вы… вы же просто гений! Я думал, Славин шутит! — Старик всплеснул руками. — У вас… у вашей флейты просто неземное, небесное звучание! Какой чистый тембр! Вы же сейчас играли «Потерянный концерт»? Знаменитую партиту для флейты соло ля-минор?
Морозов молча пожал плечами.
— Как? — поразился незнакомец, — вы даже не знаете? Это бесценное произведение Шуберта случайно нашли в чулане на чердаке дома, где он жил, — он в изумлении посмотрел на Морозова. — Нет, вы определённо феномен! Простите, я не представился, это от волнения. Моя фамилия Мшанский, я дирижёр симфонического оркестра Московской филармонии, возможно, вы слышали?
— Ну, вроде... — мотнул головой Морозов.
— Понимаете, это гениальное сочинение написано исключительно для деревянной флейты. Все шесть виолончелей призваны лишь оттенять её звучание. Этот концерт весьма редко звучит в «живом» исполнении. Ведь во всём мире всего несколько человек способны его сыграть. Мы репетировали полгода и вот... Прошу вас, помогите нам!
— От меня-то чего надо? — начал сердиться на деда Морозов, не понимая, к чему тот клонит.
— Замените нам Кохмана, — он умоляюще простёр к Морозову руки. — Всего один концерт…
Морозов отвернулся и снова зашагал на выход. Дед почти бежал рядом.
— Что вам стоит, вы же играете здесь, причём за копейки. А мы вам выпишем приличный гонорар, тот, что вы попросите, практически любую сумму в пределах разумного. И потом... — он тронул Морозова за рукав, — я готов сразу взять вас в основной состав. Подумайте, у нас этой осенью гастроли в Вене, а зимой в Лондоне. Да что там гастроли, с такой игрой мы вам устроим сольные концерты! А это уже совершенно другие деньги! Очень приличные!
— Отвали, — Морозов ускорил шаг и дед остался стоять, растерянно глядя ему вслед и опустив руки.
Сев в машину, Морозов на мгновение задумался. Он не всё понял, из того, что говорил ему этот чудаковатый старик, но его слова про гонорар запали в память. Морозов вспомнил про следующий платёж по ипотеке, про зимнюю резину, про грядущие расходы на Анькины брекеты... Потом вздохнул, завёл двигатель и, развернувшись, подъехал к старику, что уже брёл по тротуару:
— Слышь, командир... а сколько за концерт? Тридцать тысяч дашь?
Встреча с Нинкой не принесла ему привычную удовлетворённость. Даже в самый главный момент определённая поступательность их действа настроила его на некую ритмичность, отозвавшуюся в нём целым сонмом самых разных мелодий. С трудом завершив такой приятный ранее процесс, Морозов откинулся на подушку и устало закурил. С ним точно что-то происходило. И дело тут было не в Нинке.
Все звуки вокруг него словно ожили, и он вдруг стал замечать то, на что раньше не обращал никакого внимания. Любой уличный шум, скрип двери, сигнал автомобиля, лай собак, даже шорох листвы под ногами – всё теперь приобрело для него какую-то непонятную и пугающую мелодичность.
Нинка, как обычно, убежала хлопотать на кухню, готовя чай и оттуда сообщая Морозову все свои нехитрые новости - в начале месяца в декрет у них ушли сразу две посудомойки, а в прошлую пятницу они справляли день рождения повара Артурика, с которым она лихо сплясала лезгинку.
В голове жгуче заиграл мотив лезгинки и Морозов, отказавшись от чая, начал собираться.
— Как сам? – поинтересовался сменщик, забирая у него ключи от машины. — Чёт смурной какой-то…
— Всё отлично, — буркнул в ответ Морозов, — спасибо «Столичной» …
— Бухал вчера что ли?
— Да, не, — Морозов поморщился, — не идёт чего-то...
Дома он прилёг на диван и заснул беспокойным рваным сном. Проснулся он от ощущения, что на него кто-то пристально смотрит.
— Морозов, — рядом стояла супруга с круглыми глазами, — там дед какой-то блаженный звонил, тебя спрашивал. Говорит аванс за концерт готов... сразу все тридцать тысяч... и что костюм тебе нужно мерить…
Она присела к Морозову в ноги и жалобно заскулила:
— Миш, ты чего? Ты что натворил-то? Какой ещё костюм? Ты с кем там опять связался?
— Да не голоси, ты! — рявкнул Морозов на супругу, — сама же вечно ноешь, что денег нет…
Он без аппетита поужинал и вышел перекурить на балкон. На душе у него было тревожно и неспокойно. Привычный мир рушился прямо на глазах, а что было впереди пугало его своей новизной и призрачностью.
Он щёлкнул зажигалкой, выкурил сигарету, потом достал новую, размял и неожиданно для себя тихо заплакал, глядя в тёмное, по-осеннему мутное небо. Он и сам не помнил, когда плакал в последний раз, но сейчас слёзы ручьём катились по его щекам, крупными каплями падая вниз, в темноту двора. Снизу доносились, чьи-то тихие голоса, негромкий смех и едва различимая музыка. Музыка, что была теперь повсюду.
(С)robertyumen
|
|
Летом 1896 года в Киеве сошёл на перрон молодой американский эсквайр, приехавший по железной дороге из Петербурга. Эсквайра – а также его багаж – уже ждали переодетые в штатское агенты киевского жандармского управления. А накануне в Киев прилетела телеграмма за подписью Командира Корпуса жандармов Фрезе: «За американцем и его передвижениями вести неусыпный надзор. Технику не изымать, но использование вне пределов городских площадей и главных улиц воспретить. Драгомиров извещён особо. В случае интереса к американцу со стороны чинов военного ведомства – препятствий не чинить, но обо всех контактах доложить по форме».
Жандармы на вокзале сильно тревожились, потому что какого рода технику везёт американец – было ведомо только начальнику жандармского управления. Но слухи пошли самые фантастические – будто бы у иностранца в руках машина, заставляющая людей видеть то, чего нет. Поскольку незадолго до того был изобретён граммофон, заставляющий людей слышать то, чего нет поблизости – исключать правдивость слухов было никак нельзя. Жандармский штабс-ротмистр Мордвинов, который лично приехал на вокзал наблюдать за гостем, дал подчинённым и вовсе простую инструкцию: «Не давайте американцу крутить ручку машины. Ежели попробует крутить ручку – сшибайте с ног».
Американец, фамилия которого была Эллиот, впрочем, и не собирался распаковывать технику на вокзале. Погрузившись вместе с ящиком в коляску, он назвал извозчику адрес гостиницы и, весело глядя по сторонам, поехал по улицам солнечного Киева, вдыхая запахи пирогов, цветущих лип и конского навоза. Далеко уехать ему не пришлось – на первом же перекрёстке коляску остановили трое военных: офицер и двое дюжих вооружённых солдат. Офицер бросил пару слов извозчику, после чего на хорошем английском обратился к американцу: «Господин Эллиот, я адъютант генерала Драгомирова, командующего войсками Киевского военного округа. Вам придётся проследовать со мной, поскольку Его Высокопревосходительство желает с вами познакомиться».
Генерал Драгомиров был человек прямой, властный и, кроме того, со дня на день ожидал назначения киевским губернатором. Узнав, что в его округ – не просто военный, но приграничный – приезжает подозрительный иностранец с невиданной техникой, которую невесть для чего можно использовать, он решил, что негоже отдавать такую крупную птицу жандармам. Сыск сыском, но за раскрытые военные тайны спрашивать будут с него, а не с жандармского управления. По этой причине он приказал приготовить обед и провести мистера Эллиота в гостиную генеральского дома, как дорогого гостя.
После краткого представления генерал Драгомиров схватил быка за рога:
- Мистер Эллиот, правда ли, что у вас в ящике адская машина, заставляющая людей видеть галлюцинации?
- Вовсе нет, господин генерал. Это специальное устройство – киноаппарат. Он вовсе ничего не показывает. Он только записывает сцены, которые я хочу запечатлеть, на специальную ленту.
- Зачем же вы лжёте, мистер Эллиот? Мне достоверно известно, что в Париже, где испытывали такой аппарат, люди видели галлюцинации – причём массовые – и у нескольких женщин даже случились сердечные припадки.
- Да нет же, господин генерал. Сцены показывает другой аппарат – кинопроектор. А меня сюда направила фирма, с заданием – снять двенадцать коротких фильмов в городе Киеве. Снять городскую торговлю, снять казаков, снять праздничные гуляния, снять достопримечательности. Вот у меня и задание от генерального директора есть, - американец положил на стол письмо.
- Такую бумажку мой адъютант сочинит за десять минут, - веско сказал Драгомиров. – И неважно, что там закорючка петербургского жандармского управления. Здесь Киев, особый военный округ, а военная власть тут – я. Отвечайте живо – зачем вам снимать город Киев, его улицы, а в особенности – казаков? Разве у нас мало красивых женщин? Или вы приехали на край земли увидеть, как мальчишки торгуют караваями?
Мистер Эллиот развёл руками.
- Ну, раз вы не можете ответить, вот вам новое редакционное задание. Будете снимать свои короткие фильмы у меня в доме. Снимете моё чаепитие, снимете, как я сажусь на лошадь, снимете, как я одеваю мундир. И если я увижу галлюцинации либо случится что похуже – у этих молодцев у дверей отменные ружья, стреляют без промаха.
Что оставалось делать мистеру Эллиоту? Его поселили во флигеле генеральского дома, и за три дня он снял такие фильмы:
«Генерал Драгомиров выходит на прогулку»
«Генерал Драгомиров с женой ведут беседу»
«Генерал Драгомиров играет с собакой»
«Внук генерала Драгомирова ищет потерянную панамку» и многие другие.
Когда лента для съёмок закончилась, генерал Драгомиров, чрезвычайно довольный, сопроводил мистера Эллиота на вокзал. Остались ли заказчики довольны отснятым материалом, история умалчивает.
|
|
Психологический подход к мамам
Провожал маму в Киев.
Привез на Киевский вокзал.
Заходим в купе - там супружеская пара возрастом чуть постарше меня. Они вещи уже разложили.
Ну, я затаскиваю мамины баулы - её соседи вышли на перрон, чтобы нам не мешать.
Мама хмурится - считает, что эти соседи слишком много места заняли своими вещами. Хотя сама столько подарков и гостинцев родне везёт, что "мама не горюй".
Я её вещи разместил, вышел на перрон, говорю этим соседям: "Вы, пожалуйста, если что, на маму не сердитесь..."
Женщина отвечает: "Даже не волнуйтесь! У меня такая же мама - я все понимаю. Доедем прекрасно!"
Я снова ей говорю: "Вы, пожалуйста, сейчас вернетесь в купе, и сразу ей скажите, что у неё сын очень хороший. И завоюете её сердце".
Ну, не успел выехать с площади Киевского вокзала, мама звонит: "Сыночек! Мне так повезло с соседями по купе! Такие люди хорошие!.."
|
|
Я раньше, давно, работал логистом и расстраивался, что о работе нечего рассказать. Но годы идут и приходит понимание, что логистическая работа была просто огонь: там был драйв и истерика. Каждый день какая-то интересная история, потому что всё время всё шло не так.
Утро, день погрузки у важного клиента. Машина не пришла, клиент в телефоне переходит на ультразвук. А бригадир транспортной компании Максим как раз стоит у нас посреди офиса — он принес счета и хочет денюжку.
Максим смотрится чужеродно среди столов и бумаг, потому что похож на уголовника: ёжик на голове, глубокие морщины на лице, маленькие хитрые ярко-голубые глазки и хриплый пропитый голос. Дворовый сорокалетний пацан.
Когда я сказал, что его водителя нет на погрузке, Максим сначала сделал движение губами, будто перекинул окурок из одного угла рта в другой, а потом — как будто разжевал этот окурок и проглотил.
И позвонил водителю сам, отойдя в уголок офиса и отвернувшись. О чем говорили, было не слышно, пока Максим вдруг не заорал в трубку:
— Что-о-о-о?! Бабу ты свою катал?!!
Закончив внушение словами «Быстрее, бть!», Максим растерянно повернулся. Одновременно с ним весь офис развернулся к компьютерам и сделал вид, будто работает.
Оказалось, вечером накануне погрузки водитель встретил свою любовь. Любите, девушки, простых романтиков — он усадил её в кабину фуры с полуприцепом и катал всю ночь по центру города Петербурга. Проносился длинным силуэтом по Дворцовой набережной, торжественно замирал на Стрелке Васильевского острова.
Ну а потом, понятное дело, проспал.
Вообще движение грузовиков по центру запрещено и мы бы остались без машины, но дуракам везёт и его никто даже не остановил.
|
|
Кремлёвский «оптимист» …
(из серии «российские политологи»)
«Везёт» в эфире Коленьке Платошкину, -
На «шоу» заработав много «трудодней»,
Забыл деревню он и жизнь «картошкину».
И речи «политолога» становятся ясней:
-Не мешайте президенту строить коммунизм!
И нравится властям «платошкин оптимизм» …
Акындрын – 22.03.2019
|
|
«Ищешь девушку для путешествия?» *
Ищешь девушку для путешествия?
Я предлагаю взять соседку Нюрку, -
Доведёт она тебя до сумасшествия:
Сыграет на гитаре, споёт «Мурку» …
И в сексе с Нюркой всем «везёт», -
Она тебя, дружок, бесплатно зае$ет!
.....................................
* с таким вопросом в интернете сейчас
появляется очень много объявлений ...
На них я «откликнулся» этим стишком.
Акындрын – 26.01.2019
|
|
Омон останавливает деда, который везёт что-то в бидоне на лошади. - Что везёшь, дед, показывай, тут вихрь антитеррор. Дед испуганно: - Да кокосовое молоко везу. - Ну-ка, дай попробовать, дед, ни разу не пробовали. Ну, попробовали и говорят: - А, хорошо молочко, ладно уж, поезжай с Богом. Ну, дедок берёт вожжи и говорит коню: - Н-но! Кокос, что встал, поехали!..
|
|
На приёме у психотерапевта пациент говорит:
- Знаете, доктор, у меня одни проблемы, здоровье никудышное, с деньгами засада, и жена ушла к другому.
- Не переживайте, это дело поправимое. Ложитесь на кушетку, закройте глаза и про себя повторяйте: "У меня прекрасное здоровье, я богат, любим и окружён благополучием и успехом!".
Пациент с закрытыми глазами лежит на кушетке и говорит:
- Везёт вам, доктор. А с моими-то проблемами что будем делать?
|
|
Я такой сказочный?!. Я вдруг на полном серьёзе подумал: и как это всегда так везёт, что затмение выпадает на полнолуние? Потом, правда, долго ржал над собой. Но, оказалось, бывает и хуже: рассказал подруге, а она заявила, что вообще не понимает из-за чего вся шумиха, ведь как можно посмотреть на Луну, если её затмило?
|
|
